Современные приоритеты государственной политики повышения эффективности российской экономики: инновационные аспекты тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 08.00.05, доктор наук Алексеев Алексей Вениаминович

• Алексеев Алексей Вениаминович
• доктор наук
• 2016

Оглавление диссертации доктор наук Алексеев Алексей Вениаминович

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. ИННОВАЦИОННАЯ ЭКОНОМИКА КАК ОБЪЕКТ ГОСУДАРСТВЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ

1.1. Сущность инновационной экономики

1.2 Институциональные основы национальных инновационных систем

ГЛАВА 2. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПОДХОДЫ К ОЦЕНКЕ ИННОВАЦИОННОГО ПОТЕНЦИАЛА РОССИЙСКОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ

2.1 Методологические вопросы учета инвестиций и воспроизводства основных фондов

2.2 Особенности статистического учета инновационного потенциала промышленности

2.3 Композитные индексы и когнитивные модели в анализе экономической динамики

ГЛАВА 3. СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ ФОРМИРОВАНИЯ ИННОВАЦИОННОЙ

ЭКОНОМИКИ В РОССИИ

3.1 Инновационный потенциал российской промышленности: современное состояние и перспективы

развития

3.2. Эффективность затрат на создание инновационной экономики в РФ

3.3. Оценка потребности в инвестициях при модернизации российской экономики

ГЛАВА 4. РОССИЙСКИЙ И ЗАРУБЕЖНЫЙ ПОДХОДЫ К УПРАВЛЕНИЮ ПРОЦЕССАМИ СОЗДАНИЯ ИННОВАЦИОННОЙ ЭКОНОМИКИ

4.1. Сравнительный анализ российского и мирового опыта разработки стратегий национального

развития

4.2. Программный подход как базовая стратегия создания инновационной экономики в РФ

4.3 Российская система институтов как фактор, противодействующий созданию инновационной

экономики

ГЛАВА 5. ОБОСНОВАНИЕ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПОЛИТИКИ РЕИНДУСТРИАЛИЗАЦИИ ЭКОНОМИКИ РФ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ КОГНИТИВНОЙ МОДЕЛИ С ОРИЕНТИРОВАННЫМ ГРАФОМ

5.1. Приоритеты государственной политики повышения конкурентоспособности российской

экономики

5.2. Повышение эффективности промышленной политики и модернизация институциональной системы

5.3. Кредитно-денежная политика и финансовые источники создания инновационной экономики в

РФ

Заключение

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Приложение

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Современные приоритеты государственной политики повышения эффективности российской экономики: инновационные аспекты»

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. Активная глобализация современного мира обусловливает все более жесткие вызовы перед национальными экономиками. Экономики, адекватно и своевременно реагирующие на эти вызовы, формируют ядро мировой экономической системы. Экономики, не способные по разным причинам это сделать, выдавливаются на периферию. Советский Союз, безусловно, находился в ядре мировой экономической системы. Его наследница РФ, резко сдавшая позиции в 90-х годах прошлого века, начала свое движение в сторону периферии. При этом в силу исторических и культурных причин вектор этого движения неприемлем для российского социума.

Единственная реальная возможность преодолеть сложившийся негативный тренд -создание инновационной экономики с мощными внутренними источниками развития, позволяющими поддерживать (как минимум) и усиливать (как норма) конкурентоспособность российской экономики в условиях быстрого развития остального мира. Только в рамках инновационной экономики возможно решение таких социально-экономических проблем, как невысокий уровень жизни значительной части населения, низкая продолжительность жизни, зависимость экономики страны от мировой конъюнктуры цен на сырьевые ресурсы, прогрессирующая примитивизация производства, нарастающее экологическое напряжение и др.

Если в осознании того, что реальной альтернативы построению инновационной экономики в России нет, в обществе уже сложилось относительное единство мнений, то в методах ее создания в конкретных российских условиях общественный консенсус пока не достигнут. Еще меньшее согласие наблюдается в признании цены, которую обществу придется заплатить за создание экономики, соответствующей вызовам глобального мира.

Чрезвычайная практическая значимость задачи создания инновационной экономики наряду с широким разбросом мнений относительно ее решений обусловливает научную актуальность темы исследования. Алгоритм успешной трансформации экономики в инновационную включает следующие этапы:

• осознание специфики реформируемого объекта - детальное верифицируемое представление о современной экономике РФ;

• понимание сущности инновационной экономики, внутренних законов ее развития;

• разработку системы мер, адекватных, с одной стороны, реальным возможностям общества, с другой, требованиям создания инновационной экономики;

• анализ готовности и способность общества реализовать эту систему мер.

Данные проблемы не первый год находятся в центре не только научного, но и социального дискурсов. Вместе с тем сохраняющийся накал дискуссии однозначно

свидетельствует о том, что приемлемое для российского общества решение так и не найдено. В немалой степени это связано с невысоким уровнем понимания глубины стоящих перед российской экономикой проблем. Отсюда и слабые, поверхностные, несистемные решения, частично снимающие острые симптомы застарелых экономических недугов в одних местах, но обусловливающих острые проявления в других.

Осознание существа проблем, их масштабов и глубины в российской экономике и, прежде всего, в промышленности должно обусловить характер необходимых институциональных реформ. Такой подход позволит выработать адекватные современным реалиям приоритеты государственной экономической политики, направленной на создание инновационной экономики РФ, и предложить приемлемую для общества систему мер по их реализации.

Степень изученности проблемы. Проблемы государственного управления экономической деятельностью традиционно находятся в фокусе внимания российского и зарубежного научного сообщества. Концептуальная основа государственного регулирования экономической деятельностью была заложена А. Смитом, Д. Рикардо, Ф. Листом. Фундаментальные основы теории материального производства разработаны К. Марксом.

И. Шумпетер четко разграничил понятия экономического роста и экономического развития, приведя следующую аналогию: «Поставьте в ряд столько почтовых карет, сколько пожелаете — железной дороги у Вас при этом не получится». Экономический рост, таким образом, это увеличение производства и потребления одних и тех же товаров и услуг (в частности, почтовых карет) со временем. Экономическое развитие— это прежде всего появление чего-то нового, неизвестного ранее (например, железных дорог), или, инновации [121]. Именно Шумпетер определил инновацию, введя следующие критерии: создание нового товара, с которым потребители еще не знакомы, или нового качества товара; создание нового метода производства, еще не испытанного в данной отрасли промышленности, который совершенно не обязательно основан на новом научном открытии и может состоять в новой форме коммерческого обращения товара; открытие нового рынка, то есть рынка, на котором данная отрасль промышленности в данной стране еще не торговала, независимо от того, существовал ли этот рынок ранее; открытие нового источника факторов производства, независимо от того, существовал ли этот источник ранее или его пришлось создать заново; создание новой организации отрасли, например, достижение монополии или ликвидация монопольной позиции [187].

Позднее (в 1959 г.) Д. Белл ввел понятие «постиндустриального общества», обозначающего социум, в котором индустриальный сектор уступает свое место науке, а его развитие определяется способностью генерировать новую информацию и знания. В дальнейшем тема

радикального изменения современного общества благодаря колоссальным технологическим сдвигам, в основе которых лежат знания и информация, уже не выходила из поля зрения ученых. Отдельные аспекты этой проблемы изучались в работах таких ученых как Абалкин Л., Аврамова Е., Андрианов А., Аузан А.А., В.С. Балабанов, Белл Д., Берзон Н., Бонд Г., Вальтух К.К., Вольский А., Глазьев С.Ю., Гранберг А.Г., Гэлбрейт Дж., Гохберг Л., Грачев М.В., Гурков И., Делягин М.Г., Дианов Е., Дракер П., Дынкин А.А., Денисон Э., Иванова Н.И., В.В. Ивантер, Иноземцев В.Л., Кастелс М., Клепач А.Н, Клейнер Н.И., Кузнецов Е., Кузык Б.Н., Кулешов В.В., Лингардт Ж., Львов Д.С., Любимцева С., Маевский В., Матеров И., Некипелов А.Д., Нигматулин Р., Новикова Т., Ночевкина Л.П., Оболенский В.П., Олсунд А., Суслов В.И., Тамбовцев В.Л., Тоффлер О., Цыгичко А., Черковец О., Яковец Ю.В., Якобсон Л.И., Ясин Е.Г. и многих других авторов.

В известной степени обобщением в осмыслении роли инноваций, нововведений в развитии материального производства стал подход С.Ю. Глазьева, выделяющего пять основных технологических укладов в истории человечества.

В настоящее время «новая экономика» (Knowledge Economy) рассматривается как непосредственная основа информационной эпохи, в которую вступила современная цивилизация (Глухов В.В., Коробко С.Б., Маринина Т.В.). Вместе с тем, понятийный аппарат новой экономики еще только формируется (Корнаи Я.) Нет и общепринятого определения самого термина «новая экономика». Наиболее распространенный подход - рассмотрение "новой экономики" как непосредственной основы информационной эпохи. Здесь "новая экономика" представляет собой отрасли народного хозяйства, где производятся компьютерное и коммуникационное оборудование и их программное обеспечение, а также вся система формирования, хранения, распространения и получения информации, в значительной мере построенная на сети Интернет. В рамках данного подхода к "новой экономике" отнесена предпринимательская деятельность, в той или иной степени использующая современные электронные информационные и коммуникационные технологии (Супян В.).

По мнению специалистов ВШЭ, сегодня "новая экономика" - это отрасли с высоким удельным весом нематериального, человеческого капитала, такие, как информационно-коммуникационные технологии (ИКТ), образование, наука и интеллектуальные услуги (консалтинг) (Шаталова Н.). Новая экономика - это экономика знаний, новых информационных технологий, качественных процессов, обеспечивающих лидерство субъекта управления и конкурентоспособность выпускаемых товаров и услуг (Фатхутдинов Р.).

Что касается международного экономического тезауруса, в США понятие новой экономики зафиксировано в официальных документах. Так, в докладе Президента США Конгрессу

представлено следующее определение новой экономики: «получаемые колоссальные выгоды, в том числе быстрый рост производительности, доходов, низкая безработица и умеренная инфляция, ставшие результатом синергической взаимосвязи преимуществ в технологиях, бизнес-практики и экономической политики» (Economic Report of the President 2001. P.23).

«Американское» определение новой экономики по-своему симптоматично: здесь уже пройден этап выделения «технического» аспекта новой экономики (способность экономики генерировать и использовать новые знания). Суть определения в словах - «синергетическая взаимосвязь». Простой набор из новых технологий, проведенных организационных изменений в бизнесе и каких-то мер в государственном управлении экономикой - это еще не новая экономика.

Под технологическими инновациями, ставшими основой новой экономики, в первую очередь понимаются информационные технологии (Перминов С.Б.). Их различные ветви, соединившись в единое целое в компьютерах, программном обеспечении для них и телекоммуникациях в начале 90-х гг. привели к прорыву в экономическом потенциале новых технологий. Именно информационно-коммуникационные технологии создают технологическую возможность преобразования традиционной экономики в новую.

В последние годы термин новая экономика постепенно трансформируется в понятие инновационная экономика (Дынкин А.А., Иванова Н.И., Ночевкина Л.П., Шелюбская Н.В., Панкова Л.В., Онищенко И.С., Кириченко И.В., Черноуцан Е.М., Андреева Н.М., Рылько Д.Н., Дагаев А.А., Дитце И.П., Григорьев Л.М., Самохин В.М., Рабинович И.И., Галицкий А.В.). Инновационная экономика - тип экономики, основанной на потоке инноваций, на постоянном технологическом совершенствовании, на производстве и экспорте высокотехнологичной продукции с высокой добавочной стоимостью и самих технологий (Дежина И., Салтыков Б.).

Инновационная экономика — это экономика, основанная на потоке инноваций. Наличие инновационного потока и его сила определяется характером синергетической взаимосвязи национальных преимуществ в имеющейся системе технологий, способностью работников эффективно использовать существующую технологическую систему (качество человеческого капитала) и системой институтов, задающей устойчивость и качество развития технологической и социальной систем. Инновационный поток, в свою очередь, состоит из продуктовых и процессных инноваций. Продуктовые инновации включают в себя разработку и внедрение в производство технологически новых и значительно технологически усовершенствованных продуктов. Процессные инновации включают в себя разработку и внедрение технологически новых или технологически значительно усовершенствованных производственных методов,

включая методы передачи продуктов (производственные методы материально-технического снабжения, поставки товаров и услуг, а также во вспомогательных видах деятельности) [253].

Что касается институциональная проблематики, являющейся органичным компонентом концептуального рассмотрения инновационной экономики, она анализируется в трудах основоположников институционализма Веблена Т., Адамса Г., Гэлбрейта Дж., Коммонса Дж., Митчелла У. Эйрс К. В работах российских исследователей Вольчика В.В., Дементьева В.В., Клейнера Г.Б., Латова Ю.В., Нуреева P.M., Олейника А.Н., Полтеровича В.М., Тамбовцева В.Л. институциональный подход применен в исследовании проблем становления инновационной экономики в современной России.

Общая теория управления высокотехнологичным и наукоемким производством представлена в работах Альтера Т., Акофф Р.Л., Вильямсона П., Друкера П, Моргана Л., Портера Ф., Шумпетера Й. Вопросы теории и практики управления ресурсами и методы оценки эффективности инвестиционных и инновационных проектов обсуждаются в трудах Багриновского К.А., Виленского П.Л., Гольдштейна Г.Я., Качалова Р.М., Лавровского Б.Л., Лившица В.Н., Ольдерогге Н.Г., Суслова Н.И.

Теоретическая проработка многих аспектов управления инновационной деятельностью, тем не менее, не дает оснований говорить, что проблема эффективного управления созданием инновационной экономики решена. Верно, скорее, обратное. Даже глубокое обобщение теоретических подходов и практического опыта в одних социально-экономических и исторических условиях показывает, что механическая, не адаптированная к другим реалиям трансляция наработанных результатов редко бывает успешной. Особенно эта проблема актуальна России.

Таким образом, изменяющийся по мере углубления глобализации внешний мир формирует как новые возможности, так и новые угрозы для экономики России. До сих пор не завершившийся процесс перехода от административно-командной экономики к рыночной также постоянно меняет внутреннюю конфигурацию социальных сил и интересов российского общества. Эта динамика требует постоянного мониторинга сильных и слабых сторон отечественной экономики, переформатирования как действующих норм и правил экономической политики, так и разработки новых. Данное исследование - очередной шаг на этом пути.

Цель настоящего исследования - выявление инновационного потенциала российской экономики и теоретико-методологическое обоснование системы приоритетов государственной экономической политики, направленной на создание инновационной экономики РФ.

Для достижения поставленной цели в рамках исследования поставлены и решены следующие задачи:

• на основе анализа теоретических работ отечественных и зарубежных ученых сформулировать сущность и проследить эволюцию понятия инновационной экономики;

• определить роль государства и спектр его возможностей и ограничений в управлении инновационной деятельностью в современной рыночной экономике;

• сформировать информационную базу исследования с учетом выявления особенностей подходов российской статистикой к оценке инновационного потенциала российской промышленности;

• провести комплексный анализ состояния научно-технического, экономического и рыночного потенциалов российских промышленных предприятий с учетом факторов, влияющих на перспективы их развития;

• по результатам анализа рассчитать потребность в инвестициях, необходимых для создания инновационной экономики, представить прогнозные расчеты по возможным траекториям решения этой задачи;

• провести анализ институциональных особенностей формирования инновационной экономики в РФ в контексте выявления исторических и социальных факторов, предопределивших современный уровень инновационной активности в производственной сфере;

• провести сравнительный анализ российского и мирового опыта разработки стратегий национального развития, в том числе особенностей постановки целей развития национальной экономики, основных подходов к разработке методов достижения целей и формирования институциональной среды инновационной экономики;

• определить основные направления повышения эффективности промышленной и кредитно-денежной политики, ориентированной на создание инновационной экономики, в том числе обосновать необходимость локализации производства ключевых элементов современных технологических систем, увеличения бюджетных инвестиций в развитие производственной и социальной инфраструктуры, постановки крупных народнохозяйственных задач, активизации государственной поддержки национального производителя на международных рынках;

• определить концептуальные подходы к модернизации российской системы институтов с ориентацией на адекватные достигнутому уровню развития технологической системы требованиями по специфике развития институтов конкуренции, гарантий прав инвестора, снижению барьеров при ведении бизнеса, деоффшоризации экономики, повышению качества государственного управления процессом создания инновационной экономики. Объект исследования - инновационная экономика.

Предмет исследования - государственное управление инновационным развитием российской экономики.

Область исследования соответствует специальности 08.00.05 «Экономика и управление народным хозяйством» (управление инновациями)» п. 2.1. «Развитие теоретических и методологических положений инновационной деятельности; совершенствование форм и способов исследования инновационных процессов в экономических системах», 2.16. Обеспечение сбалансированного развития инновационной и инвестиционной деятельности экономических систем, 2.18. Разработка стратегии и концептуальных положений перспективной инновационной и инвестиционной политики экономических систем с учетом накопленного научного мирового опыта.

Теоретическая и методологическая основа исследования. Теоретическую и методологическую основу исследования составляют фундаментальные труды отечественных и зарубежных ученых по теории воспроизводства производственного капитала, теории управления, институциональной теории, эволюционной теории, теории управления инновационными процессами на макро-, мезо- и микро-уровне, теории стратегического управления, теории экономического анализа. Решение поставленных задач основывается на применении методов экономического анализа (системный, исторический, функциональный, каузальный), прогнозирования, ситуационного, системного и финансово-инвестиционного (проектного) анализа, экспертных оценок, а также ряда математических методов, в том числе построения когнитивных моделей в виде знаковых ориентированыых графов.

Информационную и статистическую базу исследования составили официальные данные Федеральной службы государственной статистики, Министерства экономического развития РФ, Министерства финансов РФ, нормативно-правовая база Российской Федерации по вопросам регулирования научно-технической и инновационной деятельности, постановления Правительства Российской Федерации по вопросам государственного регулирования предпринимательской деятельности, Бюро экономического анализа, The World Factbook (CIA), МВФ, Мирового банка. Использовались данные монографических исследований отечественных и зарубежных ученых по рассматриваемой проблеме.

В работе также используются статистические и расчетные данные, представленные в «Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации» и приложение к ней - «Основные параметры прогноза социально - экономического развития Российской Федерации на период до 2020-2030 годов», подготовленная Министерством экономического развития РФ и опубликованная в августе 2008 г., «Стратегия инновационного развития Российской Федерации на период до 2020 года» (принята распоряжением

Правительства Российской Федерации 8 декабря 2011 г.), Прогноз долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2030 г. (январь 2013 г.), «Сценарные условия, основные параметры прогноза социально- экономического развития российской федерации и предельные уровни цен (тарифов) на услуги компаний инфраструктурного сектора на 2016 год и на плановый период 2017 и 2018 годов», представленные Министерством экономического развития РФ.

Научная новизна диссертационного исследования состоит в уточнении концептуальных основ инновационной экономики, определяющих приоритеты государственной промышленной и кредитно-денежной политики, осуществляемой в условиях модернизации системы российских институтов. Выявлен, статистически описан в сопоставлении с уровнем, достигнутым в развитых странах, современный инновационный и производственный потенциал российской промышленности. Сделан прогноз роста фондовооруженности рабочего места в экономике в целом и ее отраслях. Представленные расчеты демонстрируют масштабы потребности в инвестициях для доведения фондовооруженности рабочего места до уровня, достигнутого в развитых странах, что является необходимым, хотя и недостаточным условием для создания инновационной экономики в РФ. Выявленные потребности в инвестициях задают требования к потенциалу финансовых источников, которые необходимо мобилизовать для решения задачи создания инновационной экономики, дана характеристика этим источникам. На основе прогнозных расчетов по предложенной когнитивной модели со знаковым орграфом определен комплекс подлежащих решению народнохозяйственных задач при создании инновационной экономики, обоснованы приоритеты в их решении. Выявлены направления преобразования действующей в России институциональной системы, без реализации которых невозможна эффективная реализация государственных программ развития. Определены приоритеты модернизации российской системы институтов. На основе критического анализа создаваемой системы государственного управления экономическим развитием предложены решения по совершенствованию методологии разработки государственных программ.

Защищаемые в диссертационной работе положения состоят в следующем:

1. Расширен и систематизирован понятийный аппарат теории инновационного развития, определена сущность инновационной экономики, сформулированы цели и задачи государственной политики создания инновационной экономики. Представлена система базовых и поддерживающих институтов инновационной экономики и выявлены факторы, способствующие их имплементации в современной России.

2. Обоснована и структурирована система показателей, используемая в исследовании. Рассмотрена специфика учета инвестиций и инноваций в российской статистике. По

результатам анализа проблематики балансовой и восстановительной стоимости, определены границы корректной интерпретации воспроизводственных характеристик основных фондов в экономике РФ. Разработан методический подход с использованием когнитивных моделей по обоснованию приоритетов государственной политики создания инновационной экономики в РФ.

3. Проведен анализ современного состояния и перспектив формирования инновационной экономики в России. Определены перспективы повышения инновационного потенциала российской промышленности. Рассчитана потребность в инвестициях для модернизации российской экономики и отдельных ее отраслей. Представлен прогноз потребности в инвестициях для модернизации российской экономики до 2040 г., основанный на предположении, что фондовооруженность рабочего места в РФ должна, как минимум, соответствовать аналогичному показателю для промышленно развитых стран.

4. Проведен сравнительный анализ российского и мирового опыта разработки стратегий национального развития. Определено общее и особенное в подходах, применяющихся в развитых странах и РФ. Выявлен ряд системных слабостей в разработке Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации, Стратегии инновационного развития Российской Федерации на период до 2020 года, государственных программ «Экономическое развитие и инновационная экономика» и «Региональная политика и федеративные отношения». Представлены предложения по их совершенствованию.

5. С учетом расчетов по разработанной когнитивной модели российской экономики обоснована система приоритетов государственной экономической политики по преодолению отставания в областях, определяющих низкую конкурентоспособность отечественной экономики.

6. Представлены основные направления совершенствования промышленной и кредитно-денежной политики, ориентированной на создание инновационной экономики в РФ, модернизации институциональной системы. Проведен анализ имеющихся и потенциальных финансовых источников инвестиций в создание инновационной экономики в РФ.

Достоверность и обоснованность полученных результатов определяется использованием первичной официальной российской и международной статистики, применении совокупности научных методов и подходов, анализе полученных результатов с использованием альтернативных оценок.

Работа проводилось автором по приоритетным направлениям исследований ИЭОПП СО РАН и проходила апробацию в органах государственного управления, научно-исследовательских и образовательных организациях, на всероссийских и международных конференциях.

Практическая значимость диссертационного исследования заключается в разработке предложений по формированию научно-методического аппарата анализа и прогнозирования развития инновационной экономики в РФ.

Проведенное исследование может быть использовано при:

• корректировки стратегии создания и развития инновационной экономики в РФ на федеральном и региональном уровнях,

• повышении качества нормативно-правовой и экономико-статистической информации об инвестиционной деятельности,

• подготовке специалистов в области государственного управления инвестиционной деятельностью, а также в системе переподготовки и повышения квалификации государственных служащих.

Апробация результатов исследования. Основные положения и результаты исследования докладывались на международных, всероссийских и региональных конференциях, в том числе на:: 4-ой Международной научной конференции «Институциональная трансформация экономики: российский вектор новой индустриализации» (Россия, г. Омск, 21-23 окт. 2015 г.), XI Международного научного конгресса Интерэкспо ГЕ0-Сибирь-2015/Международная научая конференция «Экономическое развитие Сибири и Дальнего Востока. Экономика природопользования, землеустройство, лесоустройство, управление недвижимостью I Всероссийской конференции (13-25 апреля 2015 г., Новосибирск), «Технологическое развитие России: ключевые проблемы и решения» ("ТЕХН0Д0КТРИНА-2014), III Международной научной конференция «Институциональная трансформация экономики: условия инновационного развития». Новосибирск, 24-26 окт. 2013 г., I Международной научно-практической конференции «Регионы Евразии: стратегии и механизмы модернизации, инновационно-технологического развития и сотрудничества», Москва, 4-5 июня 2013 г., Всероссийской научной конференции с международным участием «Региональный фактор модернизации России XVIII -XX вв.», 15-16 мая 2013 г. Институт истории и археологии УрО РАН, IX Междунар. науч. конгресс и выставка "Интерэкспо ГЕО-Сибирь-2013". Экономическое развитие Сибири и Дальнего Востока. Экономика природопользования, землеустройство, лесоустройство, управление недвижимостью, VIII Международной научно-практической конференции "Регионы России: стратегии и механизмы модернизации, инновационного и технологического развития" (г. Москва 2012 г, ИНИОН РАН); XIII Международной научной конференции "Модернизация России: ключевые проблемы и решения" (г. Москва 2012 г, ИНИОН РАН); VIII Международном научном конгрессе и выставке Интерэкспо ГЕО-Сибирь-2012: (г., Новосибирск, 2012 г.); VII международной научно-практической конференции «Регионы России: стратегии и механизмы модернизации,

Список литературы диссертационного исследования доктор наук Алексеев Алексей Вениаминович, 2016 год

источникам

финансирования:

собственные средства 49,0 47,5 44,5 39,5 37,1 41,0 41,9 44,5 46,1 48,1

из них:

прибыль 20,9 23,4 20,3 18,5 16 14,7

амортизация 22,6 18,1 20,9 17,3 18,2 20,5

привлеченные средства 51,0 52,5 55,5 60,5 62,9 59,0 58,1 55,5 53,9 51,9

из них:

кредиты банков 2,9 8,1 11,8 10,3 9,0 8,6 8,4 9,3 9,3

в том числе кредиты иностранных банков 0,6 1,0 3,0 3,2 2,3 1,8 1,2 0,9 1,1

заемные средства других организаций 7,2 5,9 6,2 7,4 6,1 5,8 6,1 6,2 6,4

бюджетные средства 21.82) 22,0 20,4 20,9 21,9 19,5 19,2 17,9 18,8 16,2

в том числе:

средства федерального 10,1 6,0 7,0 8,0 11,5 10,0 10,1 9,7 9,8 8,6

бюджета

средства бюджетов субъектов Федерации 10.33) 14,3 12,3 11,3 9,2 8,2 7,9 7,1 7,7 6,3

средства местных бюджетов 1,1 1,3 1,3

средства внебюджетных 11,5 4,8 0,5 0,4 0,3 0,3 0,2 0,4 0,3 0,2

фондов

средства организаций

и населения на долевое 3,8 3,5 2,6 2,2 2,0 2,7 3,0 3,3

строительство

в том числе средства населения 1,9 1,3 1,2 1,3 2,1 2,3 2,7

прочие 15,6 16,8 17,7 20,4 21,9 22,3 20,0 16,3 15,6

в том числе:

средства вышестоящих 10,6 13,8 15,9 17,5 19 16,8 12,5

организации

средства от выпуска корпоративных облигаций 0,3 0,1 0,1 0,01 0,00 0,04 0,1

средства от эмиссии акций 0,5 3,1 0,8 1,0 1,1 1,0 1,0 1,0

Источник: Инвестиции в России - 2009 г., www.gks.ru; Статистический бюллетень, 2010, №5, с. 37-38; Россия в цифрах, 2010, с. 463; Россия в цифрах, 2011, с. 487; Российский статистический ежегодник, 2013, с. 571; Россия в цифрах, 2014, с. 457., www.gks.ru

Интересно отметить: что бы ни происходило с отечественной экономикой, доля бюджетных инвестиций достаточно высока. Более того, в периоды небольшого снижения доли государственных инвестиций в их общей структуре, снижались и темпы осуществления инвестиций в целом (Таблица 34). Имеющихся данных недостаточно для утверждения о том, что за относительным снижением государственных инвестиций с неизбежностью следует общее замедление роста всех инвестиций в экономику, но, по-видимому, для российской экономики это утверждение справедливо.

Этот факт весьма примечателен - российское государство, декларирующее передачу предпринимательских функций бизнесу, фактически остается одним из крупнейших игроков на инвестиционном поле. То, что в части реализации национальных инфраструктурных проектов реальной альтернативы государственным вложениям вообще нет, не вызывает сомнений. Не меньшая роль государства и в создании оборонных производств, программах строительства объектов здравоохранения, образования, освоения новых территорий, особенно в Сибири и на Дальнем Востоке, таких национальных проектах, как организация Олимпиады в г. Сочи. Однако строительство объектов инфраструктуры, здравоохранения, образования и др. - условие необходимое для создания инновационной экономики, но еще не достаточное. Если при этом не обновляется система производственных мощностей в промышленности, не создаются новые мощности, ни о каком инновационном развитии экономики речи идти не может [9, 117].

В результате возникает специфическая отраслевая дискриминация: государство, не создавая действенные стимулы для осуществления инвестиций в отрасли социальной и транспортной инфраструктуры, осуществляет здесь инвестиционные программы самостоятельно. В отраслях же добывающей и, особенно, обрабатывающей промышленности действенные стимулы для инвестиций также не созданы, но и бюджетных инвестиций здесь практически нет. По-видимому, государству все-таки следует определиться: создать институциональную среду, адекватную целям построения инновационной экономики, и предоставить бизнесу возможность создавать эту экономику или не выстраивать соответствующую систему институтов, но тогда создавать эту экономику за счет бюджета [10]. Пока же фактически реализуется наихудший сценарий: ни институтов - ни инвестиций.

Речь не идет о снижении бюджетных расходов на инвестиционные цели, мы говорим лишь о том, что требуется существенно усилить вторую составляющую инвестиционного процесса - бизнес, который должен резко интенсифицировать свои инвестиционные программы по созданию инновационной продукции. А вот за создание условий, позволяющих получать прибыль и инвестировать ее в производство, с одной стороны, и делающей это необходимостью, с другой, ответственно уже государство.

Отметим, что в Основных параметрах прогноза социально - экономического развития Российской Федерации на период до 2020-2030 годов заложено дальнейшее увеличение доли привлеченных средств в структуре финансирования в основной капитал.

При этом доля средств консолидированного бюджета снизится, а доля кредитов банков, напротив, существенно возрастет (Таблица 59).

Таблица 59 - Структура источников финансирования инвестиций в основной капитал, %

2010 2015 2020

Собственные средства 40,4 36,8 32,8

Привлеченные средства 59,6 63,2 67,2

в том числе: средства консолидированного бюджета 16,4 15,0 11,8

кредиты банков 13,2 17,1 21,8

Источник: Основные параметры прогноза социально - экономического развития Российской Федерации на период до 2020-2030 годов. Приложение к концепции долгосрочного социально - экономического развития Российской Федерации. С. 108.

Прочие - самый крупный источник инвестиций. Под этим термином понимаются инвестиции за счет средств, полученных от вышестоящих организаций (включая средства, выделяемые вышестоящими холдинговыми и акционерными компаниями, промышленно-финансовыми группами на безвозмездной основе), от долевого участия в строительстве организаций и населения, в том числе средств населения на строительство жилых домов и квартир в многоквартирных жилых домах, от выпуска корпоративных облигаций и от эмиссии акций [251].

Судя по данным Таблица 58 корпоративные облигации и эмиссия акций еще не скоро будут играть сколько-нибудь заметную роль в финансировании российских инвестиций. Средства населения, очевидно, - более заметный инвестиционный источник. Однако в настоящем исследовании мы сосредоточиваемся на создании основных производственных фондов и не изучаем ситуацию со строительством жилья.

Зато средства, выделяемые вышестоящими холдинговыми и акционерными компаниями, - действительно, значимый инвестиционный источник. С учетом того, что прибыль, амортизация, бюджетные средства и кредиты банков уже рассмотрены, источник этих средств, очевидно, - корпоративные займы на мировом рынке капитала, в том числе в форме корпоративных облигаций и эмиссии акций, размещаемых на зарубежных финансовых рынках.

Целесообразность привлечения капитала на внешних рынках будет обсуждена ниже. Здесь же отметим, проведенный анализ показывает, что резервы увеличения доли инвестиций в ВВП РФ весьма ограничены. Действительно, доля инвестиций в ВВП РФ примерно соответствует, а в ряде случаев и превышает показатели развитых стран. Правда, некоторые европейские страны с экономикой, считающейся относительно

неустойчивой, демонстрируют более высокую долю инвестиций в ВВП, а показатели Китая и вовсе превосходят российские почти вдвое (Таблица 5).

Какую норму накопления (в действительности, потребления) готово принять российское общество? Этот вопрос не имел простого решения и в советские годы, когда силовые возможности повышения нормы накопления были существенно больше. Еще более болезненно решается он в современных условиях.

Тезис о необходимости не только уменьшить потребление в абсолютном выражении, а даже просто снизить темп его прироста во имя будущего, непопулярен в российском обществе. Провести его в жизнь без обращения к очень сильному стимулу (такому как появление опасного внешнего врага или веры в то, что он появился) почти невозможно. Общество не поддержит ни партию, ни ее лидера, провозглашающего такой курс.

Возможность повышения доли инвестиций в ВВП была в предкризисные годы в условиях высокой конъюнктуры мирового рынка углеводородов. В тот период за счет резко увеличившейся ренты стало возможным одновременно увеличивать и потребление и накопление. Выше было показано, что эти возможности отчасти были использованы. Именно в 2000-е годы заметно возросла и норма инвестиций в ВВП, и абсолютная величина инвестиций в российскую экономику. Масштабы этих изменений оказались недостаточными относительно потребностей российской экономики, тем не менее по сравнению с предыдущим десятилетием это был прорыв.

Повышение нормы накопления - непростая, но реальная задача в условиях авторитарной политической системы, действующей в закрытой экономике. В открытой экономике реализация данного курса спровоцирует массовую эмиграцию квалифицированной части экономически активного населения. Модернизация же экономики с опорой на низкоквалифицированную мало мобильную часть населения вряд ли будет успешной. Таким образом, теоретически верный постулат о необходимости повышения нормы накопления для слабо развитых экономик применим для российских условий лишь в весьма ограниченной степени. Норма накопления должна быть повышена, но следует искать и иные источники финансирования модернизационных программ.

Имеющиеся накопления. Данный источник возвращает к многолетней дискуссии о том, что лучше: копить на «черный день» или вкладывать появляющиеся финансовые ресурсы в создание такого социально-экономического базиса, чтобы этот день не наступил. Кризисный период показал, что «заначка на черный день» - в значительной степени иллюзия. Аккумулировать средства, на которые крупная страна сможет жить

сколько-нибудь длительное время невозможно. При этом de jure созданный как резервный, de facto этот фонд превращается в залоговый. Национальный заемщик, как отмечалось выше, получает доступ к иностранным финансовым источникам на основе негласного соглашения, что если ситуация примет неблагоприятный оборот, государство все равно не позволит передать крупные национальные активы иностранному собственнику и заплатит по обязательствам. Иными словами, пока экономика функционирует нормально, прибыль делится между заемщиком и заимодавцем, в кризис же убытки покрываются государством, т.е. налогоплательщиками.

Специфика используемой российским правительством финансовой схемы в том, что иностранный кредитор, закладывая повышенный процент по ссуде в качестве платы за риск, фактически не рискует. Российское же государство, размещая свои резервы в низкорискованных зарубежных активах, премию за риск не получает, но как «заложник» отечественного бизнеса, риски несет. Эффективность такой «страусиной» политики вызывает сомнения. Задачу стабилизации уровня потребления в трудные времена подобные резервы решить не могут в принципе, а условия для предотвращения подобных ситуаций за счет инвестиций в модернизацию производственного аппарата отечественного товаропроизводителя тоже не создают.

Кризис 2008-2009 годов показал, как быстро тают резервы. Какими бы ни были накопления в резервном фонде, они все равно заведомо малы, чтобы на них можно было жить сколько-нибудь длительное время. Однако они достаточно велики с точки зрения объемов инвестиций в отечественную экономику.

Так, золотовалютные резервы ЦБ по состоянию на март 2015 г. превышали 360 млрд. долл. Это сопоставимо с тем, что было инвестировано в обрабатывающую и добывающую промышленность России с 2003 по 2010 гг. (по номинальному курсу). По ППС - с 2002 г. по 2007 гг. С учетом того, что значительная часть инвестиций - это оборудование иностранного производства, тяготеющего к номинальному курсу, очень грубо можно оценить, что РФ в чужие экономики вложила столько же средств, сколько в собственную добывающую и обрабатывающую промышленность за 8 лет. Но кормит нас не чужая, а своя экономика!

А ведь есть еще Резервный фонд (87,9 млрд. долл., январь 2015 г. и фонд Национального благосостояния: 78 млрд. долл., январь 2015 г.). Разумеется, речь не идет о том, чтобы все золотовалютные резерва и средства этих фондов направить на развитие промышленности, но резервы, уже в инвестиционном смысле, здесь точно есть. Действительно в Резервном фонде в настоящее время больше средств, чем было вложено

во все обрабатывающие и добывающие производства в 2010 г. По сути, здесь известный выбор: чужая «рыба» на несколько обедов или своя «удочка» навсегда. Какими бы ни были аргументы в пользу «рыбы», «удочкой» она все равно не станет.

Прошедший кризис показал, что фактическое использование резервного фонда заметно отличается от тех ожиданий, которые закладывались при его создании. Во-первых, «неожиданно» выяснилось, что резервный фонд вовсе не «заначка» на тяжелые времена, а залог под ответственные и не очень займы российских компаний за рубежом. Во-вторых, того, что остается от резервного фонда после реализации его залоговой функции (выплаты обязательств российских компаний зарубежным банкам), совершенно недостаточно для поддержания достигнутого уровня потребления в течение сколько-нибудь длительного времени «до лучших времен». Отдельные граждане могут жить на ранее сделанные накопления, а вся страна - нет.

В условиях обострения международной обстановки указанные фонды вообще могут оказаться бесполезными. Пример Ирана, когда международные активы страны замораживаются по решению «международного сообщества», весьма показателен. В случае возникновения такой крайней ситуации, РФ вообще окажется в странном положении. Результатом усиления других стран своими финансовыми ресурсами в течение многих лет станет внешнее давление, пропорциональное силе созданных с ее же помощью экономик.

По мнению автора настоящего исследования, значительную часть имеющихся финансовых резервов следует направить на реализацию инфраструктурных программ, развитие образования и науки, а также поддержку российского бизнеса в форматах предоставления государственных финансовых гарантий, компенсации части процентной ставки по инвестиционным кредитам, госзаказа на продукцию отечественных товаропроизводителей, субсидирование импорта критически важного оборудования.

Дискуссия о необходимости создания различных фондов, активы которых не следует использовать на цели развития в связи с угрозами, которые могут возникнуть в будущем, тесно связана со стратегией (или ее отсутствием) формирования российских внешних активов. Так, чистый вывоз капитала частным сектором из РФ в 2014 г. достиг 153 млрд. долл. При этом масштабный вывоз капитала из РФ в этом году не исключительное явление. За последние 16 лет чистый ввоз капитала наблюдался лишь дважды (в 2006-2007 гг.), причем масштабы его были невелики. В благополучном 2013 г. чистый вывоз капитала был в 2,5 раза меньше, чем в остродефицитном с учетом

объявленных западных санкций 2014 г. Предыдущий пик вывоза капитала также пришелся на кризисный 2008 г. (133,6 млрд. долл.). Просматривается интересная, хотя и не неожиданная закономерность: чем лучше обстоят дела в российской экономике, тем менее интенсивно капитал уходит из нее. Если ситуация ухудшается - капитал бежит. В скобках отметим: основная часть капитала выводится за рубеж небанковским сектором. Заметное снижение чистого вывоза капитала в 2015 г. (а в 3-м квартале даже его чистый ввоз - впервые со 2-го квартала 2010 г.), очевидно, признак если и не явного улучшения ситуации в российской экономике, то точно ее стабилизации.

Всего с 2000 г. по 2014 г. из РФ было выведено почти 0,5 трлн. (493,1 млрд.) долл. С учетом предварительных данных за 2015 г. за 2000-2015 гг. вывоз капитала составил 565,3 млрд. долл. (Рисунок 34). 200,0 150,0 100,0 50,0 0,0

-100,0

133,6 153,0

81,4

57,5 30 <^53,9 6у V

X13,6 7,0 0,3 8,6 0,3 J/ ■ " у/"

& <§> & ¿С* ЛУ> ¿0 т? 1°

-87,8 ^ ^

■Всего

Чистый ввоз (-) / вывоз (+) капитала, банки Чистый ввоз (-) / вывоз (+) капитала, прочие секторы

Рисунок 34 - Чистый ввоз/вывоз капитала частным сектором в 2000-2015 гг., млрд. долл.

* - оценка. РИАНОВОСТИ. Минфин ожидает возобновления оттока капитала из РФ в IV квартале

http://ria.ru/economy/20151009/1299460071 .html Источник: ЦБ РФ. Статистика внешнего сектора. http://www.cbr.ru/statistics/?PrtId=svs [05.10.2015]

Согласно счету текущих операций, сальдо экспорта и импорта российских товаров, услуг, полученных и выплаченных первичных и вторичных доходов в новом веке всегда было положительным (Рисунок 35). Это означает, что с 2000 г. по 2015 г. в РФ пришло чуть более 1 трлн. долл.

700 600 500 400 300 200 100 0

630 654 653 628

1-1-1-1-1-1-1-1-1-1-1-1-1-1-1-1

Л _<*> -сФ ^

^ V ф V V ф V V ф V V V V т л<? ф Счет текущих операций

¿Г Л?

^ Л»

Гч? сС** _с\9' сС*'

Экспорт товаров, услуг, полученные первичные и вторичные доходы

Импорт товаров, услуг, выплаченные первичные и вторичные доходы

Рисунок 35 - Платежный баланс Российской Федерации, млрд. долл.

(*) - оценка

Источник: ЦБ РФ. Статистика внешнего сектора. http://www.cbr.ru/statistics/?PrtId=svs [05.10.2015]

С учетом счета операций с капиталом (на протяжении рассмотренного периода он почти всегда отрицательный) финансовый счет оказался меньше - примерно 800 млрд. долл. Разница в 200 млрд. долл. со счетом текущих операций определилась двумя составляющими. Во-первых, Россия за рассматриваемые 16 лет простила долгов своим партнерам почти на 93 млрд. долл. Понятно, что это реально невозвратные долги еще советского периода, тем не менее, с баланса они постепенно списываются в последние годы. Примерно 80 млрд. долл. - это чистые ошибки и пропуски, т.е. незаконный вывод валюты за рубеж. С учетом рассмотренных двух крупных статей (безвозвратных потерь для российской экономики) чистое кредитование остального мира составило около 800 млрд. долл.

Вывезенный капитал использовался на приобретение активов за рубежом. За рассматриваемый период эти активы не просто существенно выросли: (с 249 млрд. долл. на конец 2000 г. до 1,155 трлн. долл. на начало 2016 г.), а выросли почти на 1 трлн. долл., т.е. практически в точности на величину счета текущих операций платежного баланса РФ за рассматриваемый период (Таблица 60).

Таблица 60 - Международная инвестиционная позиция Российской Федерации

Остаток на 01.01.2001 Изменения: Остаток на 01.01.2016

в результате операций в результате переоценки прочие изменения

Чистая международная инвестиционная позиция 64 545 783 211 -169 380 -357 193 321 183

Активы 248 752 1 502 599 -291 780 -304 403 1 155 168

Прямые инвестиции 20 141 554 642 -279 924 54 177 349 036

Портфельные инвестиции 1 268 98 048 -21 775 -8 231 69 310

Производные финансовые инструменты (кроме резервов) и опционы на акции для работников 0 -113 977 125 007 117 17 565

Прочие инвестиции 199 371 915 -92 732 -382 935 362 619

Резервные активы 27 972 971 -22 356 32 471 363 058

Обязательства 184 207 719 388 -122 401 52 791 833 985

Прямые инвестиции 32 204 494 883 -233 193 32 846 326 740

Портфельные инвестиции 32 132 -8 541 49 340 66 411 139 342

Производные финансовые инструменты (кроме резервов) и опционы на акции для работников 0 -135 720 144 470 495 21 530

Прочие инвестиции 119 871 368 857 -83 019 -46 962 358 747

Рассчитано по ЦБ РФ. Статистика внешнего сектора.

http://www■cbr■ru/statistics/?Prtid=svs&ch = Par 47562#СИескес1Цет [09.10.2015]

Прямое сопоставление этих двух величин не вполне корректно, так как российские зарубежные активы, с одной стороны, росли в результате прямых операций, а, с другой, сокращались в результате переоценки активов и прочих изменений. Так, за рассмотренный период активы выросли на 1,5 трлн. долл. в результате операций, но, одновременно, и сократились на 292 млрд. долл. в следствии их переоценок и еще на 304 млрд. долл. в результате прочих операций.

Согласно счету текущих операций, РФ располагала 1 трлн. долл., а зарубежные активы в результате операций увеличились на 1,5 трлн. долл. «Недостающие» 0,5 трлн. долл., очевидно, заемные средства, привлеченные российскими резидентами за рубежом. Таким образом, российский бизнес не только склонен к выводу капитала заграницу, но идет дальше - активно привлекает капитал на мировом рынке для приобретения активов, но не в национальной юрисдикции, а вне ее.

Прочие изменения. На прочих изменениях за рассматриваемый период было потеряно 304 млрд. долл. (один годовой российский инвестиционный бюджет в основной капитал). Отметим, что в решающей степени «прочие изменения» формируются статьей

«прочая дебиторская задолженность». С последовательностью, достойной лучшего применения, российский бизнес ее формирует, а потом практически полностью списывает. Например, в 2013 г. в результате операций сформировалась дебиторская задолженность в размере 33 млрд. долл. Из них 27 млрд. долл. было списано. 2014 -тяжелый санкционный год. Величина дебиторской задолженности здесь меньше - 14,4 млрд. долл. Казалось бы, в условиях резкого ухудшения условий внешнего финансирования необходимо бороться за каждый доллар. Тем не менее, в этом году зарубежным контрагентам было прощено 10,9 млрд. долл. (а еще на 2,3 млрд. долл. она была переоценена, естественно в сторону уменьшения).

В решающей степени дебиторская задолженность формируется в «прочих секторах», но этому явлению не чужда и банковская сфера. Все становится на свои места, если вспомнить, что до 2005 г. ныне «политкорректное» название статьи «прочая дебиторская задолженность» звучало по-другому: «своевременно не полученная экспортная выручка, не поступившие товары и услуги в счет переводов денежных средств по импортным контрактам, переводы по фиктивным операциям с ценными бумагами». Проще говоря - незаконный вывод валюты за рубеж.

Прочая дебиторская задолженность (говоря эзоповым языком ЦБ) очень быстро росла до 2008 г. (почти в 9 раз за 7 лет). В последующие годы ее динамика весьма неустойчива, но лишь с 2014 г. масштабы явления, которое ЦБ не называет воровством, стали существенно сокращаться. Время покажет, случайный это выброс или действительно смена вех.

Рисунок 36 - Прочая дебиторская задолженность в активах РФ, млрд. долл.

Переоценка активов. Не везет российскому бизнесу и с динамикой стоимости приобретенных активов. Качественный актив характеризуется тем, что его цена во времени растет. До 2008 г. стоимость российских активов за рубежом по результатам ежегодных переоценок действительно увеличивалась. Кризисное обесценение активов в 2008 г. от этого прироста оставило немного, но ситуация как будто стала выправляться в 2009-2010 гг. В 2011 г. происходит резкое обесценение активов, затем отскок в 2012 г., вновь заметное падение в 2013 г. и почти столь же катастрофическое обесценение активов в 2014 г. как в 2008 г. (Рисунок 37 - Изменение стоимости зарубежных активов РФ в результате переоценки, млрд. долл.) Результат: с 2001 по 2015 гг. российские активы потеряли почти 300 млрд. долл. своей стоимости.

Рисунок 37 - Изменение стоимости зарубежных активов РФ в результате переоценки,

млрд. долл.

Отчасти эти потери объективны - мировой финансово-экономический кризис 20082009 гг. так или иначе отразился на стоимости всех активов. Тем не менее, в 2002-2003 гг., когда, например, индекс Б&Р 500 быстро падал, стоимость российских зарубежных активов продолжала расти, а в 2013-2014 гг., когда этот индекс стремительно рос (Рисунок 38), стоимость российских активов, напротив, катастрофически сокращалась. Отметим, что в совокупном обесценении российских активов более 95% пришлись на прямые инвестиции.

1-1-1-г

2002 2004 2006 2008 2010 2012 2014 Рисунок 38 - Динамика индекса S&P 500

Источник: http://world.investfunds.ru/indicator/view/222/?datefrom=01.01.2000&(1а1с1о=16.11.2015 [16.11.2015]

Прямые инвестиции. Российские зарубежные активы состоят из трех сопоставимых по величинам частей. Прямых (участие в капитале и акции инвестиционных фондов: 336,3 млрд. долл. на начало 2016 г.) и портфельных инвестиций (70,7 млрд. долл.), прочих инвестиций (наличная валюта и депозиты - 148,0 млрд. долл., а также ссуды и займы - 161,8 млрд. долл.) и резервные активы (наличная валюта и депозиты и долговые ценные бумаги, преимущественно долгосрочные) - 368,4 млрд. долл.

Не стоит забывать, что статистика ЦБ представлена в долларах, а значительная часть российских активов за рубежом номинирована в евро. Евро же в течение 2014 г. по отношению к доллару заметно упал (с 0,728 Еиго/$ на 01.01.14. до 0,826 Еиго/$ на 31.12.2014 г.). Но такое изменение курса все же не объясняет 280-и миллиардное обесценение российских прямых инвестиций с учетом их общей величины в 349,0 млрд. долл. на начало 2016 г.

Рассмотренное обесценение российских зарубежных активов в 2014-2015 гг. дает основание выдвинуть весьма неприятную для характеристики российских зарубежных прямых инвестиций гипотезу. По умолчанию представляется, что российские прямые инвестиции за рубежом - это «вложения денежных средств в материальное производство и сбыт с целью участия в управлении предприятием» за рубежом. Поэтому девальвация или, наоборот, ревальвация рубля не должна сказываться на их долларовой оценке.

Но здесь нюанс. Российские средства могут быть выведены в оффшорную компанию и, соответственно, проходить по статье прямые зарубежные инвестиции. Но производственные активы этой компании находятся в России. Тогда долларовое обесценение данных активов (что и происходит в случае девальвации рубля) ведет к переоценке прямых российских инвестиций за рубежом. Масштабы переоценки российских прямых инвестиций на фоне вполне благополучной ситуации на мировом фондовом рынке в 2014-2015 гг. говорят о том, что роль описанной схемы в характере движения российского капитала весьма существенна.

Тогда, с учетом не вполне понятной доли в прямых инвестициях недвижимости, приобретенной российскими резидентами за рубежом, значимость российских прямых инвестиций как источника получения технологий, возможности продвижения отечественной продукции за рубежом, интеграционного потенциала для российской экономики в мировую и пр. оказывается заметно меньше, чем это представляется на первый взгляд.

По-видимому, масштабы кредитования чужих экономик Российской Федерацией, по-видимому, все же меньше, чем это представляется при некритическом обращении к статистике ЦБ. Тем не менее, в очередной раз подтверждается известный факт: чтобы спокойно инвестировать в свою экономику, российский инвестор вынужден прятаться за чужой флаг. Осознанно или нет вынуждать своих граждан уходить в чужую юрисдикцию - странная политика с точки зрения самих основ института власти.

Таким образом, низкое качество отечественной промышленной политики и институциональной системы продолжает оставаться серьезной проблемой, препятствующей экономическому развитию РФ.

Портфельные и прочие инвестиции. К этому виду российских зарубежных активов «претензий» еще больше. По сути - они не что иное, как чистое кредитование чужих экономик. Возникает естественный вопрос: зачем это делается, особенно в условиях явного недоинвестирования своей? Если абстрагироваться от геополитических соображений (что в современных условиях, правда, едва ли возможно), ответ представляется очевидным. Во-первых, для того, чтобы получить прибыль. Во-вторых, чтобы повысить качество инвестиционного портфеля через диверсификацию объектов инвестиций. Очевидность ответа, однако, не означает его истинность.

Действительно, по данным Центробанка РФ, на начало 2014 г. финансовые активы России составили 1474,6 млрд. долл., а финансовые обязательства - 1342,9 млрд. долл. За этот год полученные доходы от инвестиций составили 42,2 млрд. долл., а выплаченные

доходы от инвестиций - 100,1 млрд. долл. Проблема существенно различной эффективности российских инвестиций в зарубежные активы и иностранных инвестиций в российские была поднята Н.П. Дементьевым [65]. Здесь же отметим, что в 2014 г. среднюю доходность российских инвестиций за рубежом можно оценить в 2,9% годовых, а среднюю доходность иностранных инвестиций в России - в 7,5% годовых. Бизнес идея проекта «вкладываем свои деньги под 2,9% в чужие экономики и одновременно берем кредит под 7,5% для инвестиций в свою» (причем вкладываем в остальной мир больше, чем берем у него для российской экономики) ничего кроме недоумения не вызывает.

Аргумент, что эти вложения - гарантия на черный день также не выдерживает критики. Во-первых, какими бы ни были резервы, столь большая экономика как российская долго на них жить все равно не может. Плюс/минус несколько месяцев принципиального значения не имеют. Во-вторых, в условиях санкций и постоянных угроз их расширения зарубежные активы вообще перестали быть гарантией. В любой момент (и вряд ли это будут самые легкие дни для российской экономики) данные активы могут быть даже если и не изъяты, то заморожены на неопределенный срок. Подход, направленный на то, чтобы за счет российской стороны проинвестировать развитие тех стран, которые при легко прогнозируемых обстоятельствах как раз и будут организаторами давления на РФ никак нельзя считать отвечающим российским интересам.

Гораздо более ответственный подход - инвестировать российские деньги в свою экономику, что, в отличие от сложившейся практики, как раз и является если не гарантией, то все же значимым шагом в направлении, отдаляющим, а не приближающим, как в настоящее время, наступление черного дня.

А инвестировать есть что. Действительно, на 1 января 2016 г. величина прочих инвестиций за рубежом составила 363 млрд. долл. В основном это наличная валюта и депозиты, ссуды и займы, торговые кредиты и авансы и прочая дебиторская задолженность. Напомним, что в основной капитал по производству машин и оборудования (без производства оружия и боеприпасов) в 2014 г. было инвестировано 99,8 млрд. руб. (по среднегодовому курсу 2014 г. 37,97 руб./долл. - 2,6 млрд. долл.). Т.е. на кредитование чужих производителей, в т.ч. машиностроителей было направлено в 22 раза больше средств, чем на своих. Впрочем, что говорить о машиностроении. Инвестиции во всю отечественную обрабатывающую промышленность в 2014 г. были меньше, чем величина российских средств, предоставленных зарубежным контрагентам в качестве торговых кредитов, авансов и прочей дебиторской задолженности.

Еще более обескураживающее соотношение величины ссуд и займов, предоставленных российскими резидентами остальному миру, и инвестициями в отечественную экономику. Так, первая величина (164 млрд. долл.) примерно соответствовала объему инвестиций 2014 г. в основной капитал сельского хозяйства, добывающей и обрабатывающей промышленности, производстве и распределении электроэнергии, газа и воды, образовании и здравоохранении вместе взятым.

Понятно, что ссуды и займы, предоставленные нерезидентам, приносят определенный доход (как показано выше, не слишком большой). Очевидно, что в определенной степени они способствуют и продвижению отечественной продукции на зарубежные рынки. Однако извечное стремление капитала к получению прибыли здесь явно вступает в противоречие с национальными интересами. Последние требуют осуществления инвестиций в национальную экономику. В этом случае инвестор не только получит прибыль, как отмечалось выше большую, чем ту, на которую он может рассчитывать за рубежом, но и решит целый комплекс социальных задач. Будут созданы рабочие места, усилится национальная производственная система, сформируется поток налогов (НДС, налог на прибыль, страховые платежи, налог на имущество и др.), который пойдет на развитие отечественной, а не чужой экономики.

А ведь помимо 362,6 млрд. долл. прочих инвестиций столько же - 363,0 млрд. долл. - средств аккумулировано в резервных активах (ценные бумаги, наличная валюта, монетарное золото и др.). Особое недоумение вызывает статья «ценные бумаги». Почти на 90% это долгосрочные ценные бумаги. Не будет большим преувеличением сказать, что в основном это ценные бумаги казначейства США. Хранить по меньшей мере четыре годовых инвестиционных бюджета всей обрабатывающей промышленности РФ 2014 г. в бумагах нашего «заклятого друга» США, практически не приносящих ни дохода, ни дающих особых гарантий по использованию данных средств в критический для РФ момент - это удивительно!

Справедливости ради следует отметить, что страсть российских финансовых органов к приобретению американских трежерис все же пошла на убыль. Если на начало 2005 г. РФ располагала долгосрочными иностранными бумагами на сумму в 13 млрд. долл., а в 2013 г. уже на 355,7 млрд. долл., то на начало второго квартала 2015 г. их осталось «только» на сумму 220 млрд. долл.

Нельзя не отметить, что уменьшение кредитования Россией американской экономики в последние полтора года, к сожалению, не привели к увеличению инвестиций

в свою. Возможно, впрочем, это все же в какой-то степени способствовало предотвращению серьезного внутреннего инвестиционного спада.

Иностранные активы в России

Обязательства РФ перед остальным миром, как и ее активы в этом мире, за полтора десятилетия прошли большой путь. На конец 2000 г. они составляли 184,2 млрд. долл., к началу 2014 г. достигли своего пика - 1,3 трлн. долл., а к 2016 г. снизились до 834 млрд. долл. Следует отметить, что снижение обязательств происходило не столько в результате операций (выхода иностранных резидентов из российских активов), сколько как следствие их переоценки.

Различия российских активов и обязательств в том, что в структуре обязательств нет низкодоходных резервных активов, что отчасти и предопределяет существенное различие в эффективности российских инвестиций в зарубежные активы и иностранных инвестиций в российские, обсуждавшееся выше. Впрочем, переоценивать роль резервных активов в низкой доходности российских инвестиций за рубежом не стоит. Даже если отнести величину российских инвестиционных доходов, получаемых за рубежом к общему объему российских зарубежных активов за вычетом резервных активов, их эффективность для 2014 г. не превысит 4,4% (напомним, что эффективность зарубежных активов в РФ - 7,5%). Представленная оценка эффективности российских зарубежных активов - завышенная величина, так как в ней учитываются небольшие, но все же доходы, генерируемые резервными активами, при этом сами резервные активы из расчетов исключены. Таким образом, при любом способе расчетов вложения в российскую экономику выгоднее, чем в зарубежную. Тем более вызывающе выглядит стремление российских резидентов вывести свои капиталы за рубеж.

Тем не менее утверждать, что инвестирование в Россию - эффективная стратегия, можно лишь с рядом существенных оговорок. Россия - высоко рискованный объект для инвестиций. Так, до 2007 г. инвестиции в РФ были чрезвычайно выгодны как с точки зрения дохода на вложенный капитал, так и, что часто остается в тени, роста стоимости активов. Действительно, только с 2001 по 2007 гг. стоимость иностранных активов в РФ по результатам переоценок повысилась на 609 млрд. долл. Правда, в 2008 г. они подешевели на 582 млрд. долл. В 2009-2010 гг. ситуация вновь улучшилась. Затем для иностранных инвесторов в РФ наступили тяжелые времена (Рисунок 39).

Рисунок 39- Изменение стоимости иностранных активов в РФ в результате переоценки,

млрд. долл.

Таким образом, инвестиции в экономику РФ весьма эффективны в двух случаях. Либо инвестор успевает выйти до очередного падения рубля, либо, напротив, входит, когда рубль стабилизируется.

Как бы то ни было, за рассмотренный период совокупные потери иностранных инвесторов в России с учетом отрицательных результатов по переоценке активов и положительных по прочим изменениям составили 70 млрд. долл. А российских инвесторов за рубежом - почти 0,6 трлн. долл. Поневоле возникает вопрос: «Если российские резиденты столь неэффективны в своих инвестициях за рубежом, может их стоит в них как-то ограничить?». Во всяком случае, до тех пор, пока они не начнут демонстрировать более адекватные результаты.

Россия - кредитор мировой экономики. Баланс активов и обязательств весьма показателен: в 2000-2004 гг. он положителен, но при этом быстро уменьшается. Иными словами, российская экономика становится все более привлекательной для инвестиций: российские активы за рубежом растут медленнее, чем зарубежные активы в России. В 2005-2008 гг. чистая международная инвестиционная позиция (ЧМИП) РФ и вовсе становится отрицательной, т.е. уже не Россия кредитует развитие остального мира, а остальной мир кредитует российскую экономику.

В 2009 г. ситуация меняется - чистая международная инвестиционная позиция РФ вновь становится положительной. Россия возвращается к статусу нетто-кредитора остального мира. Не следует думать, что смена качества (дебитор-кредитор) стала

результатом сознательного изменения экономической политики. Просто в результате резкой девальвации рубля в период кризиса 2008-2009 гг. долларовая оценка российских акций (номинированных в рублях), находящихся у нерезидентов, резко уменьшилась. Это привело к заметному снижению российских обязательств перед остальным миром. Этот же эффект наблюдался в 2014-2016 гг. Здесь он, однако, был дополнен снижением объема займов и ссуд, взятых российскими резидентами у их зарубежных визави. Это снижение, следует отметить, в значительной степени стало возможным благодаря уменьшению резервных активов (в первую очередь долгосрочных ценных бумаг).

Тем не менее, в промежуток между двумя кризисами (2008-2009 гг. и 2014-2016 гг.) ЧМИП РФ так и не вышла в отрицательную область, как в докризисные (2005-2008) годы. Т.е., совокупность факторов, мотивирующих инвесторов выходить/не приходить в российскую экономику, оказалась сильнее, чем заходить/оставаться в ней.

Все эти годы в РФ активно обсуждается проблема дефицита капитала, слабость отечественной банковской системы, не желающей финансировать масштабные инвестиционные проекты с более или менее длительными сроками окупаемости, скудные собственные финансовые возможности потенциальных инвесторов. В тоже время РФ продолжает кредитовать чужие экономики в масштабах, сопоставимых с инвестициями в свою. Действительно, ЧМИП РФ на начало 2016 г. составила 321 млрд. долл. В основной же капитал в 2014 в РФ было инвестировано 356,3 млрд. долл. Понятно, что прямое сопоставление этих величин некорректно, тем не менее, если условно направить эти 321 млрд. долл. на инвестиции, инвестиционная программа возрастает почти вдвое. При этом ни о каком возрастании долговой нагрузки на российскую экономику речь не идет. Просто в данном гипотетическом случае РФ становится должна остальному миру ровно столько, сколько остальной мир должен РФ (Таблица 61).

Таблица 61 - Международная инвестиционная позиция Российской Федерации в 2005 - 2015 годах, млн. долл. США

Остаток на 01.01.2001 Остаток на 01.01.2005 Остаток на 01.01.2008 Остаток на 01.01.2009 Остаток на 01.01.2011 Остаток на 01.01.2012 Остаток на 01.01.2032 Остаток на 01.01.2014 Остаток на 01.01.2015 Остаток на 01.01.2016

Чистая международная инвестиционная позиция 64 545 -4 797 -148 668 250 267 18 366 149 232 142 332 131 736 290 314 313 868

Активы 248 752 411 655 1 093 384 1 006 154 1 171 110 1 244 682 1 380 699 1 474 598 1 249 213 1 145 789

Прямые инвестиции 20 141 107 087 365 797 198 437 361 121 361 750 409 567 479 501 384 689 336 276

Портфельные инвестиции 1 268 7 920 19 936 24 221 36 656 42 435 48 300 53 743 56 629 70 727

Производные финансовые инструменты (кроме резервов) и опционы на акции для работников 0 153 1 423 5 302 1 639 5 675 5 553 5 932 17 565 11 146

Прочие инвестиции 199 371 171 954 227 465 351 913 292 314 336 173 379 661 425 827 404 870 359 241

Резервные активы 27 972 124 541 478 762 426 281 479 379 498 649 537 618 509 595 385 460 368 399

Обязательства 184 207 416 453 1 242 052 755 888 1 152 744 1 095 450 1 238 368 1 342 862 958 899 831 921

Прямые инвестиции 32 204 121 514 490 595 214 049 488 993 454 949 514 926 565 654 365 439 342 943

Портфельные инвестиции 32 132 130 699 366 660 111 806 277 039 225 062 270 725 273 736 156 424 140 454

Производные финансовые инструменты (кроме резервов) и опционы на акции для работников 0 189 875 10 396 2 840 5 905 4 285 4 355 21 530 9 245

Прочие инвестиции 119 871 164 052 383 921 419 637 383 872 409 533 448 433 499 116 415 506 339 279

Источник: ЦБ РФ, Статистика внешнего сектора. http://www.cbr.ш/statistics/?PrtЫ=svs

В условиях, когда РФ масштабно относительно размеров своей экономики кредитует остальной мир, странно воспринимаются разговоры о том, что мы, находясь под санкциями, «поражены в правах» в привлечении капитала для финансирования экономики в целом и инвестиционных программ, в частности. Проблема не в том, что зарубежные контрагенты перестали давать деньги на развитие нашей экономики. В дискуссиях о свободном перемещении капитала всегда в тени оставался факт, что в российскую экономику капитал систематически перемещался в меньшем количестве, чем из нее, т.е. что на протяжении многих лет Россия является нетто-кредитором остального мира. Причем в последнее время эта тенденция только усиливается.

Прекращение активного финансирования чужих экономик через приобретение иностранных ценных бумаг, во-первых, является серьезным финансовым источником развития собственной экономики. Во-вторых, проценты, в настоящее время выплачиваемые иностранным кредиторам и формирующие заметную часть ежегодного оттока капитала из страны, могут быть использованы либо для дальнейшего развития национальной экономики, либо, как минимум, могут стать мощным фактором развития не слишком сильной на сегодняшний день российской банковской системы.

Представляется гораздо более логичным направлять имеющиеся финансовые ресурсы не в принципиально непредсказуемые по политическим рискам иностранные бумаги и другие активы, а на развитие отечественной экономики. Какие бы политические катаклизмы не произошли в будущем, созданные производственные мощности и инфраструктура все равно останутся в стране, а не будут заблокированы на неопределенное время зарубежными правительствами.

Внешнее финансирование внутреннего роста. Привлекать в национальную экономику иностранный капитал или нет - вопрос, по которому мнения традиционно расходятся [179]. С одной стороны, это возможность быстрого развития в условиях нехватки национального капитала и своевременного входа в те рыночные ниши, в том числе и на мировом рынке, занять которые со временем будет либо трудно, либо просто невозможно. Это - новые рабочие места, налоговая база, решение социальных задач. С другой, - это угроза: чем больше центров принятия бизнес-решений находятся вне национальной юрисдикции, тем серьезней риск превратиться в «прислугу в собственном доме».

Прежде чем обсуждать актуальность данной угрозы для России отметим, что в США по состоянию на 2008 г. компании с иностранным капиталом создали в частном секторе 5% рабочих мест, обеспечили более чем 11% инвестиций в основной капитал,

14% R&D, 19% американского товарного экспорта. Заработная плата американских работников в компаниях с иностранным капиталом составила 73 тыс. долларов в год - на треть больше, чем в среднем по экономике [210]. Даже американцы признают, что они многому могут научиться у иностранных компаний. Не случайно Администрация Президента Обамы предполагает «осуществить действенные меры по привлечению иностранных прямых инвестиций». Эти меры предполагают снижение налогового бремени для иностранных компаний, создающих рабочие места в США, дополнительные налоговые преференции для компаний, активно реализующих НИОКР, в том числе для создания «чистой» энергетики. В целом, Администрация планирует сделать все от нее зависящее, чтобы «США оставались приоритетом номер один в мире для иностранных прямых инвестиций на годы вперед» [210].

По-видимому, правильно ставить такую задачу и для России. Можно и нужно повышать норму накопления в РФ, но настоящим тестом на качество проводимой промышленной политики является использование иностранного капитала для построения национальной экономики.

Пока этот тест российская промышленная политика проходит плохо. С одной стороны, поступление иностранных инвестиций в российскую экономику быстро растет. Если в 1995 г. в РФ пришло менее 3 млрд. долл., то в 2013 г. уже более 170 млрд. долл. (Таблица 62). Напомним, что инвестиции в основной капитал в РФ, рассчитанные по курсу ЦБ РФ в 2012 г. составили 343 млрд. долл. (Таблица 36). Однако иностранные инвестиции в РФ примерно на 90% представляют собой кредиты. Доля прямых инвестиций лишь немногим превышает 15% от всех пришедших инвестиций, а взносы в капитал предприятий еще меньше: примерно 6% (10 млрд. долл.). Угрозы национальной безопасности в плане «перехвата» российской собственности иностранными резидентами при таком уровне инвестиций, очевидно, нет.

Таблица 62 - Поступление иностранных инвестиций по типам

2000 2005 2010 2012 2013

Млн. В Млн. В Млн. В Млн. В Млн. В

долл. проц долл. проц долл. проц долл. проц долл. проц

США ентах США ентах США ентах США ента США ента

к к к х к х к

итогу итог итогу итог итог

у у у

Иностранные 10958 100 53651 100 114746 100 154570 100 170180 100

инвестиции - всего

в том числе:

прямые инвестиции 4429 40,4 13072 24,4 13810 12,1 18666 12,1 26118 15,4

из них:

взносы в капитал 1060 9,7 10360 19,3 7700 6,7 9248 6 9978 5,9

кредиты, полученные от зарубежных совладельцев организаций 2738 25 2165 4 4610 4,1 7671 5 14581 8,6

прочие прямые инвестиции 631 5,7 547 1,1 1500 1,3 1747 1,1 1561 0,9

портфельные инвестиции 145 1,3 453 0,8 1076 0,9 1816 1,2 1092 0,6

из них:

акции и паи 72 0,6 328 0,6 344 0,3 1533 1 895 0,5

долговые ценные бумаги 72 0,6 125 0,2 680 0,6 282 0,2 186 0,1

прочие инвестиции 6384 58,3 40126 74,8 99860 87 134088 86,7 142870 84

из них:

торговые кредиты 1544 14,1 6025 11,2 17594 15,3 28049 18,1 27345 16,1

прочие кредиты 4735 43,2 33745 62,9 79146 69 97473 63,1 113950 66,9

прочее 105 1 356 0,7 3120 2,7 8566 5,5 1675 1

Источник: Российский статистический ежегодник, 2013. с. 597; Россия в цифрах, 2014. с. 468.

Структура иностранных инвестиций в России по-своему симптоматична: она ясно свидетельствует о том, что иностранные инвесторы не готовы взять на себя риски по организации собственного производства на российской территории, но охотно кредитуют российскую банковскую систему. Почему? С одной стороны, по-видимому, по тем же причинам, по каким российские банки тоже неохотно финансируют отечественные инвестиционные проекты, особенно с длительными сроками окупаемости. С другой, -надо отдать должное иностранным инвесторам: они хорошо оценивают системные риски.

Прошедший кризис показал, что государство не может бросить на произвол судьбы свою банковскую систему. Осознание этого простого факта и знание того, что российские золотовалютные резервы сопоставимы с объемами кредитов, полученными российскими резидентами, делает кредитование российских предприятий через банковскую систему практически безрисковым. Российское государство просто не может позволить, чтобы отечественные предприятия отошли западному инвестору за долги. Эти долги из резервного фонда или по какой-либо иной схеме все равно будут выплачены.

Отметим, что рассматриваемая структура инвестиций в РФ выгодна в первую очередь странам, предоставляющим России кредитные ресурсы. Действительно, банки кредитуют население под приобретение товаров длительного пользования. Формируется стройная финансовая схема: российские банки кредитуются в западных банках под прирост потребительских кредитов, тем самым повышая спрос на продукцию, которая либо импортируется, либо собирается в России из импортных комплектующих. Таким образом, доходы от благоприятной конъюнктуры на углеводородное сырье

трансформировались в потребительский спрос на товары преимущественно иностранного производства, фактически поддерживая иностранного товаропроизводителя.

Статистика накопленных в экономике РФ иностранных инвестиций подтверждает их невысокую роль в создании отечественной технологической системы. Действительно, из всех накопленных на конец 2013 г. иностранных инвестиций (384,1 млрд. долл.) лишь 33% (126,0 млрд. долл.) - прямые инвестиции (Таблица 63).

Анализ показывает, что в наибольшей степени прямые инвестиции аккумулированы в обрабатывающей промышленности. Отраслевое распределение инвестиций крайне неравномерно. Наиболее популярны у иностранных инвесторов металлургия и пищевая промышленность, а также химия и автомобилестроение. Считающиеся символом инновационной экономики производство электрооборудования, электронного и оптического оборудования, а также производство судов, летательных и космических аппаратов и прочих транспортных средств привлекли лишь 850 млн. долл. (434 млрд. долл., прямых инвестиций). Несколько больше иностранных инвестиций приходится на компании, производящие машины и оборудование (4,3 млрд. долл.всего, из них прямых инвестиций - 2,8 млрд. долл.). Впрочем, это - чуть более 1% совокупных объемов иностранных инвестиций в российскую экономику.

Интересно соотношение инвестиций в обрабатывающую и добывающую промышленность. Если в структуре российских инвестиций доли инвестиций в обрабатывающую и добывающую промышленность практически одинаковы (Таблица 36), то в структуре иностранных инвестиций наблюдается более чем двукратная разница в пользу обрабатывающей промышленности. Объяснить этот дисбаланс можно только одним - в добывающую промышленность иностранцев не пускают. Косвенным подтверждением этого факта является высокая доля кредитов в структуре накопленных иностранных инвестиций в добывающую промышленность по сравнению с прямыми инвестициями. В обрабатывающей промышленности это соотношение значительно меньше.

Не менее интересен вопрос: «почему абсолютная величина иностранных кредитов в отечественную добывающую промышленность почти вдвое меньше, чем в обрабатывающую?». Вряд ли это связано с меньшей доходностью первой по отношению ко второй.

По-видимому, за рассмотренными соотношениями стоит тот факт, что в рамках действующей институциональной системы внутренних ресурсов для инвестиций в добывающую промышленность (в первую очередь добычу углеводородного сырья)

достаточно. Осуществляемых инвестиций недостаточно с технологической точки зрения -производительность труда в добывающей промышленности России остается кратно ниже, чем в странах с развитой добывающей промышленностью (Таблица 40).

Однако существующая система институтов ограничивает дальнейшее наращивание инвестиций даже в том случае, когда жестких бюджетных ограничений на осуществление инвестиций нет. Тем самым, ограничения как в темпах ростах, так и качества технологической системы задается качеством имеющихся институтов. Если даже не полностью снять, а хотя бы приподнять ограничительную планку российской институциональной системы, повысятся как темпы роста, так и его качество.

Таблица 63 - Иностранные инвестиции в экономику России

Накоплено на конец 2013 г.

млн. долл. США в том числе в процентах к итогу

прямые портфель ные прочие

Иностранные инвестиции - всего 384117 126051 5691 252375 100

в том числе по видам экономической деятельности:

сельское хозяйство, охота и лесное хозяйство 2750 1976 123 651 0,7

добыча полезных ископаемых 64211 20842 244 43125 16,7

из нее:

добыча топливно- энергетических полезных ископаемых 56405 18610 220 37575 14,7

добыча полезных ископаемых, кроме топливно -энергетических 6415

Обрабатывающие производства 146663 46270 2983 97410 38,2

из них:

производство пищевых продуктов, включая напитки и табака 13685 8587 311 4787 3,6

текстильное и швейное производство 275 215 3 57 0,1

обработка древесины и производство изделий из дерева 3297 2077 11 1209 0,9

целлюлозно-бумажное производство; издательская и полиграфическая деятельность 2683

производство кокса и нефтепродуктов 68471 2011 528 65932 17,8

химическое производство 7465 3330 141 3994 1,9

производство резиновых и пластмассовых изделий 2222 1733 41 448 0,6

Металлургическое производство и производство готовых металлических изделий 25706 11030 854 13822 6,7

производство машин и оборудования 4272 2819 6 1447 1,1

производство электрооборудования, электронного и оптического оборудования 2489 2041 24 424 0,7

производство транспортных средств и оборудования 8565 5939 238 2388 2,2

в том числе:

производство автомобилей, прицепов и полуприцепов 7714 5505 238 1971 2

производство судов, летательных и космических аппаратов и прочих транспортных средств 851 434 0,2 417 0,2

производство и распределение электроэнергии, газа и воды 9129 4906 576 3647 2,4

строительство 4408 2738 331 1339 1,1

оптовая и розничная торговля; ремонт автотранспортных средств, мотоциклов, бытовых изделий и предметов личного пользования 69822 12145 300 57377 18,2

гостиницы и рестораны 607 383 3 221 0,2

транспорт и связь 32094 7269 165 24660 8,4

из них связь 10718 1505 57 9156 2,8

финансовая деятельность 12368 6283 294 5791 3,2

операции с недвижимым имуществом, аренда и предоставление услуг 40276 22334 667 17275 10,5

из них:

научные исследования и разработки 497 103 22 372 0,1

государственное управление и обеспечение военной безопасности; социальное страхование 559 559 0,1

Образование 1 1 - 0,1 0

здравоохранение и предоставление социальных услуг 445 403 0 42 0,1

предоставление прочих коммунальных, социальных и персональных услуг 725 480 0 245 0,2

Источник: Россия в цифрах, 2014, с. 472-477.

Иностранный капитал, потенциально являясь существенным источником обновления российской промышленности, приходит в Россию. Однако его цели и задачи модернизации отечественного производственного аппарата пока почти не пересекаются. Задача государственной экономической политики - создать такую институциональную среду, которая позволит извечное стремление капитала (в данном случае иностранного) - максимизировать свою прибыль - реализовать через модернизацию отечественной промышленности.

Привлечение иностранного капитала - это возможность сравнительно быстро, качественно и без социального напряжения (неизбежного при силовом повышении нормы накопления) восстановить отечественную обрабатывающую промышленность, довести ее до приемлемых по современным меркам стандартов качества и конкурентоспособности. Страх, что значимые активы окажутся в руках чужих собственников в современных реалиях - не более, чем фобия людей, считающих, что лучше остаться вовсе без промышленности, чем использовать для ее подъема иностранный капитал. При этом исторический опыт советской индустриализации свидетельствует, что это - последнее,

чего следует опасаться. Когда на основе воссозданной промышленности появятся сильные финансово-промышленные группы, проблема собственности в значительной степени решится сама собой, как она уже решается в добывающей промышленности: «чужие здесь не ходят».

Ресурсы мирового рынка капитала достаточны для решения значительной части задач, стоящих перед российской экономикой. Яркий пример - США. В 2013 г. иностранные активы в США составляли 23,7 трлн. долл. С учетом того, что не все активы являются долгом к долговым обязательствам можно отнести 15,6 трлн. долл. (иностранные активы - прямые инвестиции - стоимость акций (все в текущих ценах): 23,7 - 3,2 - 4,9 = 15,6) - почти годовой ВВП страны. Тем не менее, представленная величина -не основание для утверждения о чрезмерной закредитованности американской экономики. Действительно, американские активы за границей в 2013 г. составили 19 трлн. долл. Если вычесть из них стоимость прямых инвестиций и стоимость акций (не относятся к долговым активам), то остальной мир должен США 7,4 трлн. долл. (19,1 - 5,3 -6,4 = 7,4). Простая разность рассматриваемых величин (7,4 трлн. долл.- 15,6 трлн. долл. = - 8,4 трлн. долл.) с трудом поддается корректной интерпретации: хотя прямые инвестиции и стоимость акций не относятся к долговым обязательствам, они все же являются активами, которые нельзя не учитывать. Поэтому ограничимся показателем чистой международной инвестиционной позиции США, равному - 4,6 трлн. долл. в 2013 г. В оговоренном смысле остальной мир прокредитовал американскую экономику в размере 4,6 трлн. долл. При этом объемы кредитования быстро растут: еще в 2010 г. рассматриваемая величина составляла 2,2 трлн. долл.

Стремление к максимизации того или иного знака чистой международной инвестиционной позиции не вполне корректно: проблема не столько в том, удастся привлечь финансовые ресурсы в национальную экономику или нет, сколько в том, как эти ресурсы будут использованы. Так, в США значительный объем иностранного капитала привлекается под приобретение ценных бумаг правительства США (4 трлн. долл., 2013 г.) и ценных бумаг казначейства США (1,7 трлн. долл., 2013 г.), характеризующихся крайне низкой (и снижающейся) доходностью: 2,2% в декабре 2014 г. против 2,9% в декабре 2013 г. [212] Государство же по разным каналам направляет эти средства на развитие национальной экономики. Одно из проявлений этого развития - высокая фондовооруженность рабочего места - рассматривалось выше. Таким образом, США под почти символический процент кредитуют развитие своей экономики за счет иностранных контрагентов.

Государственный долг РФ не сопоставим с американским (41,5 млрд. долл. на начало 2015 г.). Это говорит о том, что российское государство либо не считает нужным, либо возможным взять на себя ответственность по привлечению иностранного капитала и организацию его трансфера в сферу материального производства. В условиях ограниченности внутренних инвестиционных ресурсов, невысокого качества институциональной системы, дестимулирующей инвестиционную активность, подобный подход не представляется конструктивным. Широко распространенная в научной и бизнес- общественности точка зрения, что государству не следует расширять программу внешних заимствований, так как привлеченные деньги все равно будут потрачены впустую, а долг останется, только подтверждает необходимость реформирования государственного управления, но не является аргументом против собственно наращивания долга в интересах развития национальной технологической системы.

В главе 3 отмечалось, что для доведения фондовооруженности в российской экономике до американского уровня (по остаточной стоимости основных фондов) требуется примерно 12 трлн. долл. Увеличение долга до уровня европейских стран с сопоставимым с РФ уровнем ВВП (на 5 трлн. долл.) почти наполовину решает задачу технического перевооружения экономики. Для технического перевооружения добывающей и обрабатывающей промышленности и сельского хозяйства, напомним, требуется примерно 1,12 трлн. долл. (Таблица 41).

Увеличение долга на такую сумму представляется немыслимым для обыденного сознания. Вместе с тем внешний долг РФ в настоящее время примерно равен внешнему долгу Финляндии - стране с населением 5,4 млн. человек. Население России, напомним, 143 млн. человек. При этом никто всерьез не обеспокоен перспективами развития обремененной внешним долгом финской экономики, в то время как сомнениям о будущем российской экономики, внешний долг которой по мировым меркам минимален, нет числа. Отметим, что при несопоставимо более низкой долговой нагрузке золотовалютные резервы РФ в 2012 г. были в 2,2 раза больше, чем в ФРГ и в 3,1 раза, чем во Франции и в 3,6 раза, чем в США.

Соотношение золотовалютных резервов и внешнего долга различных стран весьма показательно. Не претендуя на статистическую точность оценки, отметим: чем выше уровень развития экономики страны, тем больше внешний долг страны, и наоборот. Для крупных экономик еврозоны внешний долг измеряется триллионами долларов (Таблица 64), для относительно небольших стран - сотнями миллиардов долларов.

Из европейских стран только у четырех внешний долг меньше 20 млрд. долл. - у Сербии, Грузии, Молдавии и Белоруссии (единственной европейской страны -золотовалютные резервы больше, чем внешний долг). При этом у большинства западноевропейских стран (вне зависимости от размера их экономики) внешний долг больше одного триллиона долларов (Великобритания, Франция, Германия, Голландия, Ирландия, Испания, Люксембург, Бельгия, Швейцария). К этой же категории стран относятся США, Япония, Австралия, Канада.

У подавляющего большинства других стран внешний долг либо заметно меньше 100 млрд. долл., либо золотовалютные резервы вообще превышают величину внешнего долга Характерный пример - Узбекистан, Афганистан, ЮАР, Нигерия, и многие другие страны. В эту же категорию попадает большинство стран-экспортеров углеводородных ресурсов. Отдельный случай - заметное превышение золотовалютных резервов над внешним долгом в Сингапуре, Тайване и, особенно, в Китае.

Таким образом, чем более развита страна, тем, в общем случае, большим долгом она обладает. Выдвинем гипотезу: внешние финансовые ресурсы являются значимым фактором создания развитой, в том числе инновационной экономики. Принципиальное различие между развитыми и менее развитыми странами заключается в том, как они используют внешние заимствования: на инвестиции или на потребление. Деньги охотно приходят в экономики, где они используются как капитал в марксовом понимании: «стоимость, приносящую прибавочную стоимость». И, соответственно, бегут из стран, где они по разным причинам не могут найти себе такого применения.

Специфика притока/оттока финансовых ресурсов в том, что неэффективные экономики почти лишены возможностей привлекать финансовые ресурсы, в то время как в эффективные экономики эти деньги приходят сами. Т.е. хорошо организованные экономики имеют возможность практически неограниченно финансировать свое дальнейшее, в том числе инновационное, развитие. Плохо организованные, -соответственно, теряют и без того небольшой собственный ресурс развития, который, используя легальные и нелегальные возможности, уходит на финансирование эффективных экономик.

По соотношению золотовалютные резервы/внешний долг Россию трудно отнести к эффективным экономикам. Здесь выбрана характерная для некоторых развивающихся стран модель экономического поведения - умеренный по мировым меркам внешний долг в значительной степени покрывается золотовалютными резервами.

Таблица 64 - Золотовалютные резервы и внешний долг стран мира в 2012 г., млн. долл.

Страны Золотовалютные резервы Внешний долг Резервы/Долг

США 148 000 15 680 000 0,01

Великобритания 94 540 9 577 000 0,01

Финляндия 9 900 586 900 0,02

Испания 50 300 2 278 000 0,02

Франция 171 900 5 371 000 0,03

Германия 238 900 5 717 000 0,04

Европейский союз 863 800 15 950 000 0,05

Италия 173 300 2 604 000 0,07

Япония 1 351 000 3 017 000 0,45

Мексика 163 600 354 900 0,46

Россия 537 600 714 200 0,75

Узбекистан 16 000 8 773 1,82

Нигерия 42 800 15 730 2,72

Тайвань 408 500 146 800 2,78

Китай 3 312 000 863 200 3,84

Саудовская Аравия 626 800 149 400 4,20

Иран 69 860 15 640 4,47

Афганистан 9 870 1 280 7,71

Сингапур 259 300 24 640 10,52

Туркменистан 20 680 428 48,32

Алжир 190 500 1 174 162,27

ЮАР 54 980 139 395,54

Источник: https://www.cia.gov/library/publications/the-world-factbook/rankorder/2079rank.html, https://www.cia.gov/librarv/publications/the-world-

factbook/rankorder/2188rank.html?countryName=Russia&countryCode=rs&regionCode=cas&rank=5#rs

Развитые страны выступают реципиентами финансовых ресурсов, развивающиеся -их донором. Развитые страны, обладая качественной институциональной системой, получают двойной выигрыш. Во-первых, они располагают почти неограниченными финансовыми ресурсами, которые можно оперативно инвестировать во вновь открывающиеся рыночные ниши и, тем самым, еще более увеличить свой отрыв от менее развитых экономик. Во-вторых, им нет необходимости, как было еще сравнительно недавно, поддерживать высокую норму сбережения для осуществления таких инвестиций: сберегают за них теперь другие, в том числе и Россия.

Все страны с большим чистым долгом - страны, чья валюта является резервной. Одно дело иметь долг, номинированный в национальной валюте, совсем иное - в чужой. Поэтому бездумное апеллирование к тезису: «у развитых стран большой долг, давайте и мы создадим не меньший» - недопустимо. Тем не менее, курс на то, чтобы сделать

национальную валюту (рубль) резервной (для начала на пространстве СНГ), - не дань моде, а необходимое условие того, чтобы другие страны финансировали обновление промышленности России. Отечественная промышленная политика должна мотивировать российского инвестора оставаться в отечественной юрисдикции, а иностранного инвестора, напротив, привлекать в российскую экономику.

Как модельные расчеты, так и данные статистического анализа говорят о том, что для ускорения экономического развития требуется активизация инвестиционного процесса [107]. Значимым источником инвестиций является снижение ключевой ставки ЦБ РФ. Данная мера снизит ограничения по спросу в экономике. Впрыскивание денег, в особенности дешевых, создает мощный стимул к активизации производственной деятельности. Увеличившаяся в результате производственной деятельности масса товаров и услуг потребует для своего обращения большей денежной массы, что автоматически снизит инфляционные риски. Поддержание в условиях низкой ключевой ставки низкого курса национальной валюты предотвратит уход рублевой денежной массы на валютный рынок и, одновременно, поддержит конкурентоспособность отечественной продукции на внешних рынках. Прекращение кредитования Россией мировой экономики позволит направить высвободившиеся валютные ресурсы на приобретение за рубежом отсутствующие в РФ технологии и оборудование, необходимое для создания относительно независимой, самодостаточной, эффективной и, в основе своей, инновационной экономики. Привлечение под жестким государственным контролем иностранного капитала в качестве прямых инвестиций, позволит заметно ускорить процесс создания такой экономики без угрозы национальному суверенитету.

295 Заключение

Инновационная экономика - это тип экономики, основанной на потоке инноваций, на постоянном технологическом совершенствовании, на производстве и экспорте высокотехнологичной продукции с высокой добавочной стоимостью и самих технологий. Наличие инновационного потока и его сила определяется характером синергетической взаимосвязи национальных преимуществ в имеющейся системе технологий, способностью работников эффективно использовать существующую технологическую систему (качество человеческого капитала) и системой институтов, задающей устойчивость и качество развития технологической и социальной систем.

Выделим основные принципиальные отличия инновационной экономики от традиционной.

Во-первых, во второй половине XX века резко, при этом качественно и в первую очередь за счет взрывного развития информационных технологий возросла интенсивность инновационного процесса. Главные прорывы информационной эры стали результатом конвергенции технологий быстрой обработки информации, дешевого хранения данных и быстрой связи. Новая экономика возникла как результат синергического эффекта конвергенции указанных технологий, произошедшей в достаточно короткий период времени. Подчеркнем, что информационные технологии преобразовывают и традиционные технологии, придавая им не только новые черты, но зачастую и полностью преобразуя их природу.

Во-вторых, новые технологии и, в особенности, информационные потоки, лежащие в их основе, привели к качественным изменениям в организации бизнеса. Изменились взаимоотношения между фирмой и ее поставщиками. Информационные технологии позволили существенно снизить оборотный капитал, овеществленный в запасах, оперативно реагировать на состояние рыночной конъюнктуры, увеличивая или снижая выпуск соответствующей товарной позиции, снизить как внешние, так внутренние транзакционные издержки. Инновационную гонку с ее неопределенностью, высокими затратами и, соответственно, огромной ценой ошибки в определении состоятельности инновационного решения стало возможным выиграть только тем компаниям, которым удается работать в новых институциональных форматах. В первую очередь, это венчурные фонды, консалтинговые компании, специализирующиеся на сопровождении внедрения передовых технологий, частные компании, готовые взять на себя риски освоения определенной части инновационной технологии. Инновационные компании примечательны не тем, что они склонны использовать новые технологии, а тем, что они в

рамках этих технологий полностью перестраивают весь свой бизнес-процесс (в том числе производство, снабжение, взаимоотношения с потребителями, корпоративные границы) делая его более эффективным, результативным и интегрированным.

В-третьих, затраты на создание прорывных технологий, являющихся материальной основой инновационной экономики, достигли таких масштабов, что создание инновационной экономики в рамках отдельной не включенной в глобальную экономику национальной экономики стало практически невозможным. Поэтому создание полноценной инновационной экономики практически невозможно в закрытой экономике.

В-четвертых, государственная экономическая политика в рамках создания и развития инновационной экономики стала предполагать, как минимум, решение следующих классов задач: разработки адекватной сложности управляемого объекта промышленной, научно-технической и кредитно-денежной политики, развитие инфраструктуры, осуществление инвестиций в человеческий капитал, создание внутренних и борьба за открытие внешних рынков.

Отметим, постепенная трансформация традиционной экономики в инновационную в определенном смысле создала глобальную экономику. При этом страны, которые составили ядро глобальной экономики, получили возможность определять экономическую и, как следствие, экономическую конфигурацию современного мира. Проявляется это в том, что страны с уже сильной инновационной экономикой объективно заинтересованы в максимальном открытии чужих рынков. Вход на суверенный рынок под флагом честной конкуренции сильных игроков не дает возможности сформироваться слабым национальным. Экономическое неравенство закрепляется и устойчиво воспроизводится.

Таким образом, если национальное государство ставит задачу создать сильную инновационную экономику, оно должно быть готово к жесткому противостоянию со странами уже входящими в ядро мировой глобальной экономики и их сателлитами, на которые это ядро имеет очень большое влияние.

Выработка тактики такого противостояния (защиты национальных интересов) предполагает четкое понимание характера и глубины проблем, стоящих перед национальной экономикой. Успешное решение данной задачи в существенной степени зависит от качества информационной базы, на основе которой только и могут быть приняты решения, адекватные сложности реформируемого объекта. Например, учет основных фондов в смешанных ценах в российской статистике накладывает существенные ограничения на интерпретацию их воспроизводственных характеристик.

Высокая инфляция, структурные и технологические шоки, наблюдаемые в экономике РФ, оказывают такое воздействие на реальную стоимость основных фондов, что игнорирование учета этих факторов не может не привести к неадекватным выводам о характере воспроизводства фондов.

Расчеты с учетом специфических ограничений российской статистики показывают, что основная часть имеющегося инвестиционного ресурса направляется на поддержку деградировавшего производственного аппарата промышленности и недостаточна для его качественного преобразования. Реальные приоритеты развития страны - это развитие ТЭКа, более или менее заметная металлургия и производство пищевых продуктов, а также символическое производство сложной технической продукции [21]. Сколько-нибудь выраженного смещения инвестиционной активности в сторону производства продукции с высокой добавленной стоимостью за последние пять-семь лет не наблюдается. Россия на исследования и разработки относительно своего ВВП тратит меньше развитых стран, при этом многократно меньше в абсолютном выражении, чем такие страны как Германия, Япония, Китай и, особенно, США. Более 90% российских предприятий в течение года вообще не осуществляют технологических инноваций (в ФРГ, например, таких компаний не более 1/3). В малом бизнесе инновационная деятельность практически не просматривается.

Доля России в мировом производстве сложной технической продукции устойчиво и быстро падает. Новые продукты и услуги, появляющиеся в России, лишь в редчайших случаях являются новыми для мира. Российский производитель оттесняется на периферию глобальной экономики. Он все больше сосредоточивается на сравнительно простых технологических операциях (сборка, сервис) постепенно уступая функции формирования технологической среды современного общества другим более развитым экономикам.

Ожидать иное развитие событий в условиях, когда основные фонды в РФ изношены почти на 50% (и это в смешанных, а не восстановительных ценах), а фондовооруженность российского рабочего места (расчет на основе модифицированного показателя фондовооруженности) кратно ниже аналогичной величины, фиксируемой в развитых экономиках, было бы странным.

Низкая фондовооруженность предопределяет невысокую производительность труда. В РФ она примерно втрое ниже, чем в США, хотя отставание постепенно сокращается. Отметим, что позитивные результаты по росту добавленной стоимости на одного работника наблюдались в период быстрого роста цен на топливно-энергетические

ресурсы. С учетом существенных объемов их добычи в РФ естественно предположить, что часть (возможно, немалая) рассмотренного роста не более чем резко увеличившаяся в цене природная рента. Расчеты по отраслевой динамике роста производительности труда, не подверженной рентному искажению, показывают обоснованность этого предположения.

Нельзя сказать, что в РФ ничего не делается, чтобы выйти из сложившегося экономического тупика. Если в начале 2000-х гг. для РФ был характерен катастрофически малый объем инвестиций, то в течение первого десятилетия нового века Россия находилась в группе стран лидеров по темпам прироста инвестиций. Тем не менее, РФ продолжает оставаться в группе стран аутсайдеров по абсолютным объемам инвестиций на душу населения. Страна, претендующая на статус развитой, не может обеспечить этот статус при инвестициях в экономику кратно меньше, чем другие развитые страны.

Результаты анализа позволяют утверждать, что инновационный потенциал российской промышленности невелик. Он дает возможность поддерживать имеющийся технологический уровень лишь в ограниченном формате: деградация по достаточно широкому кругу отраслей компенсируется отдельными, часто значимыми, достижениями по более узкому кругу отраслей. Россия проигрывает в мировой инновационной гонке.

В работе представлена оценка инвестиций, которые необходимо привлечь в российскую экономику, чтобы вывести отечественную технологическую систему на уровень развитых стран. При предположении, что российская экономика станет конкурентоспособной тогда, когда фондовооруженность, как минимум, достигнет уровня развитых стран, в нее требуется инвестировать более 12 трлн. долл. Это примерно 36 годовых российских инвестиционных бюджетов. Если оценивать фондовооруженность российского рабочего места по ППС, потребность в инвестициях меньше, но также чрезвычайно велика - 5 трлн. долл. Но ППС по инвестиционным товарам уже в 2008 г. почти сравнялся с рыночном курсом. В настоящее время это различие, вероятно, еще меньше. Таким образом, расчеты с использованием ППС «обосновать» потребность в меньшем объеме инвестиций для российского народного хозяйства не дадут. С каждым годом рассмотренные цифры растут.

Соответствуют ли темпы роста инвестиций, представленные в основных экономических документах «Концепция долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации» и приложения к ней - «Основные параметры прогноза социально - экономического развития Российской Федерации на период до 2020-2030 годов и Прогнозе долгосрочного социально-экономического развития Российской

Федерации на период до 2030 года» заявленным целям этих документов и уровню проблем, стоящих перед российской экономикой? Прогнозные расчеты показывают, что при темпах роста инвестиций, заданных в госпрограммах и прогнозе долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2030 года, нет, не соответствуют. Однако если темпы роста инвестиций в РФ сохранить на среднегодовом уровне 2005-2012 гг., ответ положительный: в 2037 г. фондовооруженность в РФ и США сравняется. Для этого требуется (при предположении, что в США не увеличатся темпы роста инвестиций в экономику) - выдерживание среднегодового темпа роста инвестиций в 1,0845. Это высокий показатель, но не фантастический. Именно с таким среднегодовым темпом росли инвестиции в российскую экономику в течение семи лет, включая кризисный 2009 г., когда инвестиции сократились на 13,5% к 2008 г. - не самому благополучному году в отечественной экономической истории.

Расчеты свидетельствуют о том, что целевые установки государственной программы РФ «Развитие промышленности и повышение ее конкурентоспособности на период до 2020 года» и Прогноза долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2030 года ориентируют экономику на сокращение относительного, но не абсолютного отставания от развитых экономик. Если темпы роста инвестиций в среднесрочной перспективе будут ниже, чем в 2005-2012 гг. (менее 8%), выйти на технологический уровень развитых экономик даже в долгосрочной перспективе (до 2040 г.) не удастся.

Но основная проблема программных методов, которые постепенно начинают доминировать в управлении экономикой и, в частности, регулировать ее переход на инновационный путь развития, даже не заниженные целевые показатели, а слабая концептуальная проработанность этих важнейших документов. Так, на основе «Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации» в 2011 г. распоряжением Правительства Российской Федерации принята «Стратегия инновационного развития Российской Федерации на период до 2020 года» в которой отражено видение исполнительной властью путей построения инновационной экономики в РФ. Анализ показал, что для Стратегии характерен уход от острых вопросов российской экономической реальности, курс на усиление присутствия государства во всех сферах хозяйственной деятельности без четкого определения ответственности за результаты этого присутствия. Здесь лишь просматриваются элементы проектного подхода, который предполагает четкое формулирование цели, выявление задач, которые необходимо решить для достижения поставленной цели, разработку сетевого графика и диаграммы Гантта,

визуализирующих процесс достижения цели проекта, определения бюджетов, сроков и исполнителей каждой задачи. В Стратегии предложены, с одной стороны, не самые сильные решения сложных задач, стоящих перед экономикой РФ, а с другой, -неубедительные механизмы их реализации. Таким образом, если инновационная экономика в России и будет построена, то произойдет это не благодаря Стратегии инновационного развития РФ до 2020 г., хотя и не вопреки ей.

На основе Концепции и Стратегии разработаны более 40 государственных программ, операционализирующих переход исполнительной власти на программный метод управления экономикой. Анализ показал, что ни в целях программ, ни в задачах, которые предстоит решить, ни в последовательности действий, которые необходимо предпринять, чтобы достичь соответствующих целей не прослеживается жесткой, направленной на достижение главной цели проекта логики. В текстах программ много правильных слов о том, что происходит в российской экономике и что требуется сделать, чтобы изменить ситуацию в лучшую сторону. Но эта «правильность» не трансформируется в ответственность за конкретные изменения. Предлагаемые индикаторы достижения целей либо лукавы, либо формальны (и потому заведомо легко выполнимы), либо так «рассыпаны» по разным программам и подпрограммам, что ответственных за их выполнение все равно не найти. Предложенные программы являются скорее набором разрозненных действий, а не единым проектом создания инновационной экономики в РФ.

Принятые программы требуют доработки. Основное направление - более строгое следование методологии программного подхода. В первую очередь это:

• жесткое выстраивание вертикальной логики проекта создания инновационной экономики в РФ (цель-задачи-виды деятельности с соответствующей иерархизацией разработанных программ и планом-графиком их реализации),

• уточнение системы объективно-проверяемых индикаторов для каждого уровня вертикальной логики,

• выделение ресурсов (как финансовых, так и организационно-правовых), достаточных для выхода на целевые ориентиры соответствующего уровня. Программный метод обладает немалым управленческим потенциалом. Пока этот

потенциал используется не полностью. Необходимо настроить работу так, чтобы инновационная экономика строилась благодаря, а не параллельно рассмотренному комплексу государственных программ.

Совершенствование программных методов управления экономикой - важная задача. Но реальная отдача здесь может быть получена только в случае совершенствования институциональной среды российской экономики. В условиях, когда часть российской элиты объективно не заинтересована в создании инновационной экономики и, имея немалую экономическую и политическую власть, так форматирует экономическое пространство, что более или менее устойчиво развиваться могут только добывающие производства и сектор неторгуемых услуг.

Сколько-нибудь значимое изменение институциональной системы, без которого прогресс в добывающих производствах если и не невозможен, то сильно затруднен, определяется изменением баланса сил внутри российских элит. Данная проблема выходит за рамки экономической проблематики, но не отменяет логику создания инновационной экономики. Сначала - если и не полноценное взращивание элиты, объективно заинтересованной в создании инновационной экономики, то хотя бы генерация импульса к этому взращиванию, затем, и в силу успеха в этом процессе, прогресс в институциональной системе, и лишь затем возникновение условий, более или менее гарантирующих создание инновационной экономики. Запуск процесса создания элиты, представляющей интересы инновационной экономики, - политическое решение, для которого к настоящему времени уже сложились определенные экономические основания.

Качество институциональной системы тесно связано с рядом факторов, без которых создание инновационной экономики невозможно. Анализ показал, что для того чтобы повысить конкурентоспособность национальной экономики, ее инновационный потенциал, требуется повысить качество институтов, улучшить инфраструктуру и поддержать высшее образование и профессиональную подготовку. Продвижение в решении этих проблем облегчит или в значительной мере решит проблемы с эффективностью рынка товаров и услуг, а также повысит имеющийся уровень технологического развития. Повышение качества рынка товаров и услуг и рост технологического уровня, в свою очередь, повысят конкурентоспособность компаний и их инновационный потенциал.

Справедливость данного подхода подтверждают и расчеты, проведенные в рамках предложенной когнитивной модели российской экономики. Так, в настоящее время наиболее результативным с точки зрения увеличения темпов роста ВВП является повышение качества проводимой промышленной политики. Следующим по силе влияния на развитие национальной экономики является кредитно-денежная политика. Существенное влияние на экономический рост оказывает и качество институтов. Именно

активизация промышленной политики и прогресс в качестве институциональной системы создают синергетический эффект, заметно активизирующий инвестиционные процессы в экономике.

Влияние внешнего по отношению к российской экономике фактора - цен на нефть - противоречиво. Повышение цен дает краткосрочный положительный эффект: рост ВВП за счет развития добывающих производств и услуг на фоне деградирующих обрабатывающих производств. Снижение цен, напротив, ведет в краткосрочной перспективе к некоторому уменьшению ВВП за счет стагнации добывающих производств и сокращения услуг, но при этом запускает развитие добывающих производств.

Расчеты подтверждают теоретический вывод о том, что если в погоне за эффективностью страна заходит слишком далеко в международном разделении труда при создании цепочек стоимости, то она, не имея возможности восстановить оказавшимися по разным причинам недоступными технологические переделы, не просто теряет конкурентоспособность, а оказывается вообще выключенной из процесса создания стоимости. Это недопустимо ни с точки зрения обеспечения национальной безопасности, ни с точки зрения повышения эффективности национальной технологической системы, так как в случае реализации подобного варианта речь идет уже не об эффективности и инновационности, а о сохранении технологической системы как таковой.

Полученные результаты задают системные требования к промышленной политике: она должна быть ориентирована не на ситуативную эффективность, возникающую при включенности в глобальную экономику, а на достижение устойчивости собственной технологической системы. Современная промышленная политика этому требованию не удовлетворяет. Поэтому и затухает экономический рост, быстро упрощается структура производства, вымывается продукция отраслей, обеспечивающих создание инновационного базиса технологической системы.

Расчеты по модели показывают, что конституирующим свойством современной промышленной политики в РФ должно быть не обреченное на неудачу «наступление по всему фронту», а концентрация на тех направлениях, которые, в силу рассмотренной логики создания инновационной экономики, дадут наибольший эффект. В первую очередь это резкое увеличение бюджетных инвестиций в развитие национальной инфраструктуры и образование, постановка крупных народнохозяйственных задач как долговременный ориентир для инвестиционных программ бизнеса, ужесточение отраслевых технических регламентов, как фактор ускорения внедрения инновационных технологий. Необходимо поддерживать, с одной стороны, процессы импортозамещения, в том числе за счет

ограничения доступа продукции иностранного производителя для широкого круга государственных нужд, с другой, резко активизировать государственную поддержку национального производителя на международных рынках.

Значимое направление совершенствования промышленной политики, направленной на создание инновационной экономики, - уточнение ряда параметров налоговой системы. В первую очередь следует пересмотреть в сторону понижения сроки амортизации основных средств. Высокие нормы амортизации сами по себе значимый фактор ускорения технологического прогресса. В условиях же не поддающейся снижению российской инфляции низкие нормы амортизации ставят под вопрос не просто технологическое перевооружение производственного аппарата, а даже его простое воспроизводство.

Не многим меньшее депрессивное значение для инновационного развития имеет высокое значение ставки налога на добавленную стоимость. НДС подавляет производства с высокой добавленной стоимостью. В условиях низкокачественной российской институциональной системы высокий НДС является значимым фактором перераспределения инвестиционного ресурса в пользу добывающих производств. Снижение ставки НДС на стадии запуска инвестиционных проектов в обрабатывающих производствах с возможным увеличением налогообложения прибыли (для балансировки государственного бюджета), когда эти производства выходят на стадию самоокупаемости, будет способствовать переходу на инновационный путь развития.

Наконец, следует сместить фокус налоговой нагрузки с юридических на физических лиц. Подобный маневр, не ставя под угрозу бюджетные обязательства государства, создаст дополнительные стимулы к развитию производства как в бизнесе (за счет снижения налогового пресса), так и у физических лиц (за счет необходимости интенсификации своих трудовых усилий для выполнения финансовых обязательств).

Анализ показал острую необходимость существенной перестройки российской системы институтов. Помимо очевидных провалов здесь, давно и без особенного прогресса обсуждаемых в профессиональном сообществе, отметим, что формальное следование рецептам, предлагаемым рядом современных экономических теорий, может привести к результатам, обратным ожидаемым. Так, на современном уровне российских производительных сил, приверженность принципу свободной конкуренции в действительности означает осуществление действий, формально ему противоречащих. Слабому отечественному товаропроизводителю необходимо оказывать государственную поддержку до тех пор, пока он не станет сильным, и только после этого плавно

переводить его в режим жесткой конкуренции. Отказ от такой поддержки означает не более чем институциональное содействие уже сформировавшемуся сильному зарубежному производителю, «расчистку» для него национального рынка.

Верно и то, что догматический, негибкий подход в стремлении поддержать национального производителя любой ценой приведет к консервации неизбежной на старте этого процесса неэффективной организации производственной деятельности. Решать эту проблему следует в рамках государственно-частного партнерства, в котором государство будет отвечать за становление того национального производителя, который необходим в рамках принятой стратегии создания инновационной экономики, а бизнес - за его эффективное функционирование.

Проведенные расчеты показали, что генерация финансовых потоков в существенной степени зависит от характера кредитно-денежной политики. Существенное снижение ключевой ставки (против современного уровня) и поддержание низкого курса национальной валюты - потенциально мощные факторы активизации инвестиционной политики, на основе которой только и можно создать инновационную экономику.

Возникает вопрос: что является источником много триллионных ресурсов для создания этой экономики? Выше показано, что прибыль российских предприятий (в значительной части недоначисленная амортизация) - явно недостаточна для решения задачи такого уровня. Российская банковская система на протяжении по меньшей мере последних 25 лет также демонстрирует и нежелание, и неспособность решать крупные инвестиционные задачи в обрабатывающих отраслях. Бюджетное финансирование -важный фактор инвестиционного процесса, но все же это только драйвер, запускающий инвестиционный процесс, но не подменяющий его.

По-видимому, значимым финансовым источником, во всяком случае в период старта процессов создания инновационной экономики, может стать возврат российского капитала, выведенного за рубеж. Действительно, за последние 15 лет накопленное сальдо экспорта и импорта российских товаров, услуг, полученных и выплаченных первичных и вторичных доходов составило более 1 трлн. долл. Эти средства пошли на прямые и портфельные инвестиции, прочие инвестиции и создание резервных активов. Более того, все это время российский бизнес достаточно активно привлекал заемные средства за рубежом, но вкладывал их не только в отечественную экономику, но и в развитие своих зарубежных активов. Проведенный анализ показал, что качество этих инвестиций невысоко, поэтому их значимость как источника получения технологий, возможности

продвижения отечественной продукции за рубежом, интеграционного потенциала для российской экономики в мировую и пр. переоценивать не стоит.

Прочие российские инвестиции за рубежом (эта статья еще более весома, чем прямые инвестиции), по сути, прямое кредитование зарубежных экономик. Эффективность этого кредитования чрезвычайно низка (много ниже, чем эффективность вложений зарубежных инвесторов в российскую экономику). При этом российские инвестиции за рубежом постоянно переоцениваются, причем в сторону уменьшения (потери - десятки миллиардов долларов).

Особая статья российских зарубежных активов - резервы (примерно 350 млрд. долл.). Почти на 90% это долгосрочные ценные бумаги стран Евросоюза и США. Хранить по меньшей мере четыре годовых инвестиционных бюджета всей обрабатывающей промышленности РФ 2014 г. в бумагах наших не слишком надежных друзей, практически не приносящих ни дохода, ни дающих особых гарантий по использованию данных средств в критический для РФ момент представляется странным.

Вообще, в российскую экономику капитал систематически перемещается в меньшем количестве, чем из нее, т.е. что на протяжении многих лет Россия является нетто-кредитором остального мира. Эту ситуацию необходимо менять. Представляется правильным направлять имеющиеся финансовые ресурсы не в принципиально непредсказуемые по политическим рискам иностранные бумаги и другие активы, а на развитие отечественной экономики. Какие бы политические катаклизмы не произошли в будущем, созданные производственные мощности и инфраструктура все равно останутся в стране, а не будут заблокированы на неопределенное время зарубежными правительствами.

В целом, предложенный подход позволяет через институциональную реформу запустить процесс генерации финансовых потоков, которые, направляясь в сферу производства и образования, создадут устойчивую положительную связь: адекватные современному уровню развития общества институты - устойчивый рост на инновационной основе сферы производства товаров и услуг.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Книги и статьи

1. Авиапром: SuperJet летит в Джакарту // Эксперт. - 2014. - № 4. - С.34-36.

2. Аганбегян А. Экономика России на распутье. -М.: Астрель, 2010. -379 с.

3. Азиатская часть России: новый этап освоения северных и восточных регионов страны / отв. ред. В В. Кулешов; ИЭОПП СО РАН. - Новосибирск, 2008. - 427 с.

4. Акиндинова Н.В., Кондрашов Н.В., Чернявский А.В. Фискальное стимулирование российской экономики и бюджетная устойчивость // Вопросы экономики. - 2013. № 10. - С. 90-108.

5. Акиндинова Н.В., Кузьминов Я.И., Ясин Е.Г. Российская экономика на повороте // Вопросы экономики. - 2014. №6. - С.4-17.

6. Алексеев А. Государственные программы: реальный или номинальный инструмент управления экономикой? // Экономист. - 2014. - № 6. - С. 20-27.

7. Алексеев А. Дорожная карта повышения конкурентоспособности российской экономики // Мировая экономика и международные отношения. - 2014. - № 9. - С. 66-74.

8. Алексеев А. Источники инвестиций в российскую экономику: узок их круг. // Инвестиции в России. - 2009. - № 3. - С. 3-10.

9. Алексеев А. Российский реальный сектор - трамплин(чик) для инноваций экономики? // Вестник Института Кеннана в России. - 2013. - Вып. 23. - С. 18-27.

10. Алексеев А. Создание инновационной экономики: государство начинает? // Экономист. - 2015. - № 6. - С. 48-56.

11. Алексеев А., Кузнецова Н. Инновационный потенциал реального сектора: неутраченные иллюзии? // Экономист. - 2013. - № 12. - С. 12-26.

12. Алексеев А., Кузнецова Н. Структура инвестиций: насколько она передовая? // Экономист. - 2010. - № 3. - С. 6-19.

13. Алексеев А.В. Инвестиции в промышленность России: "я за тобою следую тенью"? // ЭКО. - 2012. - № 5. - С. 103-116.

14. Алексеев А.В. Инновационная стратегия 2020: Новые возможности или старые ограничения? // Россия и современный мир. - 2013. - № 1. - С. 145-157.

15. Алексеев А.В. Инновационные институты для инновационной экономики // Россия и современный мир. - 2011. - № 2. - С. 36-45.

16. Алексеев А.В. Инновационный процесс и налоговая система России: кто кого? // Россия и современный мир. - 2009. - № 4. - С. 169-178.

17. Алексеев А.В. Инфляция и экономический рост в России: разные стороны одной медали? // ЭКО. - 2008. - № 10. - С. 80-90.

18. Алексеев А.В. Модернизация российской экономики: кто оплатит счет? // ЭКО. -2015. - № 1. - С. 74-86.

19. Алексеев А.В. Налоги, которые мы (нас?) выбирают // ЭКО. - 2008. - № 8. - С. 1733.

20. Алексеев А.В. Пора за флажки? Экономический рост, пусть с инфляцией, лучше, чем инфляция без роста // ЭКО. - 2015. - № 9. - С. 55-72.

21. Алексеев А.В. Приоритеты государственной политики создания инновационной экономики в РФ / ИЭОПП СО РАН. - Новосибирск, 2015. - 423 с.

22. Алексеев А.В. Российская и американская стратегии национального развития: близкие цели, разные методы // ЭКО. - 2011. - № 5. - С. 73-88.

23. Алексеев А.В. Российские кризисы нового века: хождение по кругу? // ЭКО. - 2015. - № 12. - С. 32-44.

24. Алексеев А.В. Российский производственный потенциал по гамбургскому счету // ЭКО. - 2010. - № 8. - С. 65-74.

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39