Структурные преобразования почек у белых крыс различного возраста при избыточном употреблении кофеина и возможности их коррекции (анатомо-экспериментальное исследование) тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 00.00.00, кандидат наук Толстенко Александр Александрович

• Толстенко Александр Александрович
• кандидат наук
• 2025

Оглавление диссертации кандидат наук Толстенко Александр Александрович

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1 ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ

1.1 Современные представления о морфологии почек

1.2 Современные представления о кофеине и его влиянии на почки и другие органы

1.3 Фармакологические эффекты мексидола и область его применения .... 26 ГЛАВА 2 МАТЕРИАЛ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

2.1 Объект исследования

2.2 Методы исследования

2.2.1 Органометрический метод

2.2.2 Гистоморфометрический метод

2.2.3 Электронномикроскопический метод

2.2.4 Биохимический метод

2.2.5 Статистические методы

ГЛАВА 3 РЕЗУЛЬТАТЫ СОБСТВЕННЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ

3.1 Влияние избыточного употребления кофеина на морфогенез почек инфантильных белых крыс и обоснование возможных путей коррекции выявленных изменений

3.1.1 Морфогенез почек инфантильных белых крыс контрольной группы

3.1.2 Морфогенез почек инфантильных белых крыс при избыточном употреблении кофеина

3.1.3 Морфогенез почек у инфантильных крыс при избыточном употреблении кофеина на фоне коррекции мексидолом

3.2 Влияние избыточного употребления кофеина на морфогенез почек ювенильных белых крыс и обоснование возможных путей коррекции выявленных изменений

3.2.1 Морфогенез почек ювенильных белых крыс контрольной группы

3.2.2 Морфогенез почек ювенильных белых крыс при избыточном употреблении кофеина

3.2.3 Морфогенез почек у ювенильных крыс при избыточном

употреблении кофеина на фоне коррекции мексидолом

ГЛАВА 4 ОДНОФАКТОРНЫЙ ДИСПЕРСИОННЫЙ АНАЛИЗ ПОЛУЧЕННЫХ ДАННЫХ

4.1 Оценка влияния избыточного употребления кофеина на морфогенез почек крыс

4.1.1 Оценка влияния избыточного употребления кофеина на морфогенез почек инфантильных крыс

4.1.2 Оценка влияния избыточного употребления кофеина на морфогенез почек ювенильных крыс

4.2 Оценка влияния мексидола на морфогенез почек крыс с избыточным употреблением кофеина

4.2.1 Оценка влияния мексидола на морфогенез почек инфантильных крыс

с избыточным употреблением кофеина

4.2.2 Оценка влияния мексидола на морфогенез почек у ювенильных крыс

с избыточным употреблением кофеина

ГЛАВА 5 ОБСУЖДЕНИЕ ПОЛУЧЕННЫХ РЕЗУЛЬТАТОВ

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

ПРАКТИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ

ПЕРСПЕКТИВЫ ДАЛЬНЕЙШИХ ИССЛЕДОВАНИЙ

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ И УСЛОВНЫХ ОБОЗНАЧЕНИЙ

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

ПРИЛОЖЕНИЕ А

ПРИЛОЖЕНИЕ Б

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Структурные преобразования почек у белых крыс различного возраста при избыточном употреблении кофеина и возможности их коррекции (анатомо-экспериментальное исследование)»

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. Кофеин является компонентом довольно большого разнообразия напитков, которые употребляются человеком по всему миру [69, 74, 100, 131]. Основными источниками кофеина для современного взрослого человека являются кофе, чай и энергетические напитки. Кофеин содержится и в некоторых лекарственных средствах [142, 145]. Кофеин известен как психостимулятор, улучшающий внимание, реакцию, повышающий частоту сердечных сокращений и артериальное давление [88]. Побочные эффекты, как правило, проявляются при приеме более 500 мг кофеина и включают бессонницу, нервозность, головную боль, тахикардию, аритмию и тошноту [130]. Кофеин повышает диурез, но имеются данные, что при умеренном и продолжительном его употреблении механизмы почечной ауторегуляции могут нивелировать этот эффект [88].

В литературе имеются сведения о возможном положительном эффекте употребления кофеина в отношении некоторых нейро-дегенеративных заболеваний, который заключается в снижении риска возникновения и прогрессирования болезни Паркинсона и болезни Альцгеймера [73, 109]. Также кофеин в небольших дозах может обладать и антиоксидантными свойствами [67].

Несмотря на долгую историю изучения метаболизма кофеина и его основных эффектов, вопрос о последствиях длительного и избыточного потребления кофеина остается актуальным и требует дальнейшего научного осмысления.

Большинство исследований употребления кофеина среди беременных женщин показывали, в основном, его негативное влияние, в первую очередь, из-за потенциального воздействия на развитие плода [103].

Недавние исследования влияния кофеина на органы лабораторных животных показали наличие негативных эффектов на костную систему и селезёнку, которые проявлялись при употреблении его в избыточных дозах [8, 15-

18, 28-30, 114].

В итоге, в мировой научной литературе имеется довольно много сведений о том, как кофеин влияет на функцию нервной, сердечно-сосудистой, мочевыделительной и других систем организма, но эти данные не дают ответ на вопрос о том, как кофеин может влиять на морфогенез различных органов, может ли он вызывать какие-либо морфологические изменения вообще и могут ли возникающие изменения поддаваться коррекции. Также, зачастую, в исследованиях используют невысокие или умеренные дозы кофеина, что в результате приводит либо к незначительным положительным эффектам, либо к отсутствию таковых вовсе [72, 88].

Особую важность представляет исследование влияния кофеина на почки, являющиеся ключевым органом выделительной системы. Понимание того, как избыточное потребление кофеина может повлиять на их структуру и функции, имеет важное значение для здоровья, поскольку это может способствовать разработке рекомендаций для предотвращения возникновения и прогрессирования заболеваний почек, связанных с нарушением их нормальной работы в условиях потребления кофеина в различных дозах.

Степень разработанности темы исследования. На данный момент имеются сведения о негативном воздействии высоких доз кофеина на различные системы организма, а также непосредственно на функциональное состояние почек [15-18, 28-30, 41-51, 55, 114].

Проведен ряд исследований, в которых описано негативное влияние длительного употребления кофеина на функцию почек как в условиях физиологической нормы [118, 132], так и при гипертонической кардиомиопатии, высокого уровня ренина и почечной дисфункции, психологическом стрессе [6, 66, 137, 138]. Имеется ряд исследований доказывающих, что при употреблении в высоких дозах кофеин может выступать как прямой нефротоксин [71, 75, 76, 79, 89, 116, 151], а также усиливать нефротоксичность различных нестероидных противовоспалительных препаратов [94]. Однако, комплексные данные о структурных преобразованиях почек при употреблении избыточных доз кофеина

биологическими объектами различного возраста и возможностях их коррекции в доступной литературе отсутствуют.

Цель и задачи.

Цель: установить в эксперименте на белых лабораторных крысах-самцах инфантильного и ювенильного возраста влияние избыточных доз кофеина на морфогенез почек и обосновать возможность коррекции выявленных изменений мексидолом.

Задачи:

1. Исследовать в эксперименте возрастные особенности структурно-функциональных изменений почек крыс на органном и макро-микроскопической уровнях организации в условиях избыточного употребления кофеина.

2. Выявить морфологические изменения основных компонентов корковых и юкстамедуллярных нефронов и микроциркуляторного русла коркового вещества почек крыс инфантильного и ювенильного возраста при избыточном употреблении кофеина.

3. Исследовать возможность коррекции изменений, возникающих в почках у крыс инфантильного и ювенильного возраста при влиянии избыточных доз кофеина мексидолом.

4. Оценить количественно степень влияния избыточных доз кофеина и подкожного введения мексидола на изменение морфофункционального состояния структурных компонетов почек в зависимости от возраста подопытных животных и длительности эксперимента.

Научная новизна. Впервые на значительном экспериментальном материале предпринято комплексное изучение морфогенеза почек у крыс-самцов различного возраста (инфантильных и ювенильных) при влиянии избыточных доз кофеина (120 мг/кг/сутки).

Впервые с помощью комплекса современных морфологических методов исследования (органометрического, макро-микроскопического, гистологического, гистоморфометрического, электронномикроскопического, биохимического, статистического) получены данные, свидетельствующие о возрастных

особенностях структурных преобразований почек при длительном избыточном употреблении кофеина. Впервые описана морфофункциональная картина изменений морфологии почек на органном, макро-микроскопическом, тканевом и субклеточном уровнях структурной организации. Впервые доказана целесообразность подкожного введения мексидола в дозе 50 мг/кг/сутки с целью коррекции неблагоприятных морфологических изменений почек при избыточном употреблении кофеина.

Теоретическая и практическая значимость работы. Полученные в данном анатомо-экспериментальном исследовании результаты, в значительной степени расширяют имеющиеся теоретические представления о влиянии избыточных доз кофеина на морфогенез почек. Данное исследование раскрывает механизмы воздействия кофеина в дозе 50 мг/кг/сутки на морфогенез почек в условиях целостного организма у биологических объектов различного возраста. Предлагается способ коррекции возникающих при избыточном употреблении кофеина неблагоприятных морфологических изменений в почках при помощи мексидола. Результаты исследования могут быть использованы в научной деятельности кафедр анатомии человека, оперативной хирургии и топографической анатомии, гистологии, цитологии и эмбриологии, медицинской биологии, патофизиологии, урологии и нефрологии, в клинической практике для прогнозирования неблагоприятных изменений в почках в условиях избыточного употребления кофеина, а также возможности коррекции этих изменений при помощи препарата мексидол.

Методология и методы исследования. Методологическую основу диссертационной работы составил принцип системности, явившийся фундаментом для структурно-логической последовательности изучения структурно-функционального состояния почек при избыточном употреблении кофеина. Методология работы заключалась в аналитико-статистической обработке литературных данных по теме диссертационного исследования, постановке эксперимента, использовании методов научного познания. Были применены общие эмпирические методы (наблюдение, описание, измерение, сравнение),

теоретические методы (анализ, синтез, классификация знаний, абстрагирование, индукция, дедукция), комплекс специальных морфологических методов (макро-микроскопический, гистоморфометрический, электронномикроскопический, биохимический методы), математические и статистические методы, позволившие изучить строение почек на различных уровнях их структурной организации.

Положения, выносимые на защиту:

1. Избыточное употребление кофеина в дозе 120 мг/кг/сутки на органном и макро-микроскопическом уровнях структурной организации сопровождается увеличением объема и относительной массы почек, а также корково-мозгового отношения, которые нарастают по мере увеличения длительности эксперимента и зависят от возраста животных.

2. Структурные преобразования в корковых и юкстамедуллярных нефронах при избыточном употреблении кофеина имеют выраженную зависимость от возраста подопытных животных и в обеих возрастных группах характеризуются компенсаторно-приспособительными процессами, преимущественно в виде гипертрофически-гиперпластических изменений.

3. Подкожное введение мексидола в дозе 50 мг/кг/сутки подопытным животным на фоне избыточного употребления кофеина сопровождается сглаживанием негативного влияния условий эксперимента на морфогенез почек. У инфантильных крыс применение мексидола более эффективно, чем у ювенильных животных.

4. Избыточное употребление кофеина в дозе 120 мг/кг/сутки как контролируемый фактор оказывает достоверное влияние на изменение исследуемых морфологических показателей почек, а сила влияния нарастает с увеличением длительности эксперимента и в большей степени выражена у инфантильных крыс.

5. Подкожное введение мексидола в дозе 50 мг/кг/сутки на фоне избыточного употребления кофеина как контролируемый фактор оказывает достоверное влияние на исследуемые морфологические показатели почек в период с 14 по 90 сутки у животных обеих возрастных групп, а сила его влияния нарастает с

увеличением длительности коррекции. Степень влияния введения мексидола у инфантильных крыс выше, чем у ювенильных.

Степень достоверности и апробация результатов. Достоверность результатов исследования определяется достаточным объемом и корректным формированием изучаемых групп (144 белых крысы-самца двух возрастных групп - инфантильных и ювенильных), применением комплекса современных морфологических методов исследования (органометрического, макро-микроскопического, гистологического, гистоморфометрического,

биохимического, и электронномикроскопического), адекватностью математических методов обработки данных (вариационная статистика, однофакторный дисперсионный анализ) поставленным задачам. Результаты получены с применением сертифицированного оборудования. Сформулированные выводы и практические рекомендации соответствуют поставленным задачам, аргументированы и логически вытекают из результатов исследования. Все выводы и рекомендации опубликованы в рецензируемых периодических изданиях, критические замечания отсутствуют.

Основные результаты диссертационного исследования докладывались и обсуждались на всероссийской научно-практической конференции, посвящённой десятилетию науки и технологий в России «Теоретические и практические аспекты современной медицины» (Симферополь, 2023); открытой студенческой научной конференции «Актуальные вопросы биологии и медицины» (Луганск, 2023); VII научной школе-конференции «Морфологические чтения, посвященные памяти профессора Владимира Георгиевича Ковешникова» (Луганск, 2023); Всероссийской научно-практической конференции, посвящённой 150-летию со дня рождения Н. А. Семашко «Теоретические и практические аспекты современной медицины» (Симферополь, 2024); I Региональной научно-практической конференции «Актуальные вопросы биологии и медицины» (Луганск, 2024); Всероссийской научно-практической конференции, посвящённой 150-летию со дня рождения Н. А. Семашко «Теоретические и практические аспекты современной медицины» (Симферополь, 2024); World Congress on

Osteoporosis, Osteoarthritis and Musculoskeletal Diseases (Лондон, 2024).

Внедрение результатов исследования. Результаты работы внедрены в учебный процесс и научно-исследовательскую работу кафедры анатомии человека, оперативной хирургии и топографической анатомии, кафедры гистологии, цитологии и эмбриологии, кафедры патологической физиологии, кафедры медицинской химии ФГБОУ ВО ЛГМУ им. Свт. Луки Минздрава России, а также на кафедре анатомии и ветеринарного акушерства ФГБОУ ВО ЛГАУ.

Публикации. По теме диссертации опубликовано 13 научных работ, в том числе 4 статьи в рецензируемых журналах, рекомендованных ВАК РФ (из них 1 -в журнале категории К2). 6 работ опубликовано без соавторов.

Личный вклад автора в исследование. Диссертация является результатом самостоятельной работы автора. Автор самостоятельно определил и сформулировал цель, задачи и методы исследования, осуществил подробный обзор отечественной и иностранной литературы по теме диссертации, провел постановку эксперимента, все морфологические исследования, осуществил их анализ, на основании чего представил результаты собственных исследований и их обсуждение, а также выводы и практические рекомендации.

Объём и структура диссертации. Диссертация изложена на 204 страницах компьютерного набора, содержит 39 таблиц (38 из них на 53 страницах вынесены в приложения), иллюстрирована 36 микрофотографиями и электронограммами, 31 рисунком, состоит из введения, обзора литературы, главы описания материалов и методов исследования, двух глав результатов собственных исследований, обсуждения полученных результатов, заключения, практических рекомендаций, списка литературы и приложений. Список литературы содержит 151 источник, 97 из которых - зарубежные.

ГЛАВА 1 ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ

1.1 Современные представления о морфологии почек

Мочевыделительная система состоит из двух почек, двух мочеточников, мочевого пузыря и уретры. Почки — это парные, бобовидные органы (в большинстве млекопитающих), расположенные в забрюшинной области, в задней части живота, по обе стороны от позвоночного столба. Правая почка расположена ниже левой [52, 85].

Почки крысы представляют собой гладкие бобовидные органы красно -коричневого цвета с единственным сосочком. Они расположены в поясничной области, примерно на уровне двенадцатого грудного и второго поясничного позвонков. Дольчатость почек выражена слабо. Края почки — как краниальные, так и каудальные — слегка притуплены. У почки можно различить выпуклый латеральный и несколько вогнутый медиальный край. Орган покрыт плотной фиброзной соединительной тканью с незначительным количеством жировой оболочки, а также серозной оболочкой, которая расположена на вентральной поверхности [23, 52, 99, 126].

Почка состоит из двух систем трубочек: сосудов и мочевых канальцев, соединённых тонким слоем соединительной ткани, в основном представленным фибробластами, макрофагами и коллагеновыми волокнами. Кровеносные сосуды не только обеспечивают почку кислородом и питательными веществами, но и являются неотъемлемой частью нефрона — структурно-функциональной единицы органа [3, 58].

Масса почек варьирует в зависимости от площади поверхности тела, возраста и пола и составляет около 0,51% - 1,08% (в среднем 0,65%) от массы тела. Несмотря на небольшой вес относительно массы тела, почки получают 25% сердечного выброса, из которых 85% кровотока проходит через кору, 14% —

через наружную часть мозгового вещества, а только 1% — через внутреннюю. Такие значительные различия, касающиеся перфузии, кровотока и потребления кислорода, делают почки более уязвимыми к воздействию токсинов и химических веществ, попадающих в них через циркуляцию, что может привести к повреждениям [14, 99].

Основная почечная артерия, исходящая от брюшной аорты, разветвляется между паренхиматозными долями почек, образуя междольковые артерии, которые проходят к корково-почечному переходу и формируют дугообразные артерии, идущие параллельно капсуле. Междольковые артерии образуют афферентные артериолы, которые, в свою очередь, ведут к капиллярным клубочкам. После выхода из клубочков капилляры превращаются в эфферентные артериолы, которые далее разветвляются в перитубулярные капилляры. Эфферентные артериолы проникают в мозговое вещество как прямые сосуды, снабжая наружную и внутреннюю части мозгового вещества. Вены следуют параллельно артериям, образуя междольковые, дугообразные, междольковые и почечные вены. Прямые и перитубулярные капилляры сливаются в междольковые вены, которые покидают почки как почечные вены и впадают в нижнюю полую вену. Лимфатические сосуды следуют параллельно только с сосудистой системой коры [39, 84].

Каждая почка окружена фиброзной капсулой, которая гладкая и легко удаляется при вскрытии здоровых почек. Вокруг капсулы почки расположена толстая прослойка околопочечной жировой ткани, обеспечивающая защиту от травм. Макроскопически, при вскрытии, паренхима почки имеет четыре основных анатомических области: 1) поверхностно расположенное корковое вещество (светлая наружная область), содержащая почечные тельца, 2) глубокое мозговое вещество (темная внутренняя область) с конусовидными пирамидками (у крыс пирамида одна), 3) почечные сосочки и 4) почечная лоханка. Мозговое вещество подразделяется на наружную и внутреннюю части. Наружная часть делится на наружную и внутреннюю полосы. Наружная полоса содержит части проксимальных канальцев (толстые нисходящие ветви петли Генле), прямые

части дистальных канальцев (толстые восходящие ветви) и собирательные трубочки. Внутренняя полоса состоит из тонких нисходящих и восходящих ветвей, а также собирательных трубочек. Внутренняя часть образована тонкими ветвями (нисходящими и восходящими) и собирательными трубочками.

В нижних мочевых путях мочеточники транспортируют мочу от почек к мочевому пузырю, который служит временным хранилищем для мочи перед её выведением через уретру. Структура и функция нижних мочевых путей у млекопитающих в целом схожи [85].

Функциональные и структурные единицы почки, которые отвечают за образование мочи и находятся в корковом и мозговом веществах, называются нефронами. Нефрон состоит из клубочков, почечных канальцев (проксимальные канальцы, петля Генле, дистальные канальцы, соединительная часть, собирательные трубочки), интерстициума и юкстагломерулярного аппарата (ЮГА) [52, 146]. Начальная часть фильтрации плазмы в нефроне происходит в клубочке, который расположен внутри капсулы Шумлянского-Боумена. Микроскопически клубочек состоит из капиллярной сети, выстланной тонким слоем фенестрированных эндотелиальных клеток, базальной мембраны клубочка (БМК), центральной области, содержащей мезангиальные клетки и матрикс, висцеральных (внутренних) эпителиальных клеток (подоцитов) и париетальных (внешних) эпителиальных клеток. Клубочек получает кровь через афферентные артериолы, а кровь выходит через эфферентные артериолы. Барьер клубочковой фильтрации (селективный по размеру, форме и заряду) состоит из 3 слоев: фенестрированного эндотелия, отрицательно заряженной БМК и подоцитов. В процессе фильтрации через клубочковые капилляры важно не перегружать этот процесс, так как это может привести к повреждениям клубочка и протеинурии, как это бывает при кальцификации клубочков после введения раствора динатриевой соли фосфата у крыс [93].

Клубочек соединяется с проксимальными извитыми канальцами, и у зрелых самцов мышей проксимальные извитые канальцы могут проникать в капсулу Шумлянского-Боумена. ЮГА расположена на сосудистом полюсе клубочка. Его

компоненты включают плотное пятно из толстого восходящего сегмента, афферентные и эфферентные артериолы, гранулярные клетки афферентных артериол, которые вырабатывают ренин и ангиотензин II, а также экстрагломерулярные мезангиальные клетки. ЮГА важен для контроля секреции ренина с помощью тубуло-гломерулярной обратной связи. Эпителиальные клетки корковых проксимальных извитых канальцев — кубические клетки с хорошо развитыми плотными микроворсинками (щеточная каемка). Первая часть проксимального канальца извитая, а последующая часть, которая идет вниз в мозговое вещество и становится нисходящей частью петли Генле, прямая. Сегменты проксимальных канальцев можно разделить на S1 и S2 (извитые) и S3 (прямые) у лабораторных животных (крыс, мышей, обезьян). Эти сегменты имеют различные потребности в энергии и кислороде и могут быть различены с помощью различных маркеров при иммуногистохимических исследованиях. Первая часть проксимальных извитых канальцев, сегмент S1, короткая, соединяется с фильтрационным пространством клубочка, содержит многочисленные митохондрии с высокой окислительной метаболической активностью, а её щеточная каемка и фагосомальная система хорошо развиты, так как этот сегмент участвует в реабсорбции и деградации макромолекул. Сегмент S2 представляет собой основную часть проксимальных канальцев, имеет более короткую щеточную каемку с меньшим количеством митохондрий, но больше лизосом, и является основным местом реабсорбции низкомолекулярных белков. Сегмент S3 имеет высокую щеточную каемку и пероксисомы и является основным местом метаболизирующих ферментов цитохрома Р450. Это важно, так как некоторые препараты могут вызывать гипертрофию канальцев в сегменте Б3, связанную с пролиферацией пероксисом. Активность смешанных функциональных оксидаз в основном происходит в прямых канальцах у крыс [5, 91, 95, 96, 99].

У грызунов в дистальных извитых канальцах содержится белок Тамма-Хорсфалла, мукопротеин. Пространства между различными микроскопическими анатомическими структурами почки (интертубулярные, экстрагломерулярные,

экстраваскулярные пространства) называются интерстициумом [91, 143, 144]. Эти пространства в корковом и мозговом веществе (т.е. корковый и медуллярный интерстициум) содержат различные клеточные компоненты, экстрацеллюлярный матрикс и интерстициальную жидкость. Интерстициальное пространство составляет примерно 7-8% от общего объема паренхимы в коре и толще и составляет 29-40% в глубоком слое мозгового вещества. Клетки интерстициума включают дендритные клетки, макрофаги, лимфоциты, эндотелиальные клетки лимфатических сосудов и фибробласты. Клетки интерстициума сосочков включают звездчатые клетки, моноциты и перициты. Пропорция интерстициума в мозговом веществе увеличивается с возрастом и ишемией. Интерстициум сосочков богат мукополисахаридным матриксом [78, 97, 107].

Внутренняя полоса наружной зоны мозгового вещества состоит из петель Генле, толстых восходящих канальцев (толстая восходящая часть или прямая часть дистального канальца) и собирательных трубочек. Внутренняя зона мозгового вещества состоит из петель Генле и собирательных трубочек. Толстая восходящая ветвь петли Генле (TAL) является одной из трех структурных частей дистальных канальцев. TAL расположена в наружной зоне мозгового вещества и коре. Клетки, выстилающие TAL, кубические с эозинофильной цитоплазмой и круглым центральным ядром. Ультраструктурно клетки TAL имеют выраженные митохондрии, грубую эндоплазматическую сеть и белок Тамма-Хорсфалла, который покрывает люминальную поверхность клеток, выстилающих TAL. Система собирательных трубочек (корковые собирательные трубочки, наружные медуллярные собирательные трубочки и внутренние медуллярные собирательные трубочки) простирается от соединительной части в коре через наружную и внутреннюю полосы мозгового вещества до верхушки сосочка. В этой системе два типа клеток: интеркалированные клетки (темные клетки) и главные клетки с амфофильной или прозрачной цитоплазмой. Внутри мозгового вещества интеркалированные клетки отсутствуют. В сосочке собирательные трубочки образуют трубочки Беллини, которые впадают в лоханку [14, 35, 53, 147].

При оценке и интерпретации изменений и патологий почек, связанных с тестируемыми веществами, важно учитывать различия в макроскопической и микроскопической анатомии почек между различными видами лабораторных животных, используемых в доклинических исследованиях, и людьми. Например, мозговое вещество почки у человека многососочковое, так как оно разделено на 8-18 конусообразных масс (пирамида или доли) [126]. Аналогично, у минипигов почка многососочковая. У крыс, мышей, собак и макак-циномологов почка однососочковая, с одной почечной пирамидой. Кроме того, простая (т.е. имеющая сосудистые пучки, состоящие только из нисходящих и восходящих прямых сосудов) структура мозгового вещества почки присутствует у большинства млекопитающих, включая человека. Однако у млекопитающих с высокой способностью к концентрации мочи, таких как крысы и мыши, мозговое вещество почки сложное (т.е. с нисходящими тонкими петлями коротких петель, интегрированных в сосудистые пучки) и имеет наибольшую толщину. Это означает, что, хотя осмоляльность мочи у человека обычно составляет около 300 мОсм/кг, у крыс и мышей она может достигать 4 300 мОсм/кг, что, например, влияет на образование кристаллов в почках при применении препаратов — явление, которое наблюдается у грызунов, но не имеет отношения к человеку. У мышей длинные петли Генле с соответствующими прямыми сосудами в мозговом веществе [52, 57, 86, 148]. У крыс наружная полоса мозгового вещества хорошо развита и составляет около одной трети наружной медуллы, она очень тонкая у человека и приматов и практически отсутствует у собак. У собак все нефроны имеют длинные петли, тогда как у крыс и мышей нефроны с длинными петлями составляют 28% от общего числа нефронов. В норме в обоих полах мышей можно наблюдать половой диморфизм (например, у самцов почечные корпускулы крупнее, чем у самок). Эпителий, выстилающий капсулу Боумана в почках самцов мышей, кубический, в то время как у самок эпителий однослойный плоский. Это не следует путать с индуцированным лекарствами гиперпластическим эпителием. Также, в отличие от других видов, мыши выделяют большие количества белка с мочой при нормальных физиологических условиях; их моча содержит таурин и не

Список литературы диссертационного исследования кандидат наук Толстенко Александр Александрович, 2025 год

данных

Для объективной оценки количественного влияния условий эксперимента (внутрижелудочного введения кофеина в дозе 120 мг/кг/сутки, а также подкожного введения мексидола в дозе 50 мг/кг/сутки на фоне избыточного употребления кофеина) на морфогенез почек крыс различного возраста и определения механизмов этого влияния в зависимости от длительности эксперимента, был проведен однофакторный дисперсионный анализ и расчет силы влияния действующего фактора [26].

Однофакторный дисперсионный анализ среди животных обеих возрастных групп проводили в два этапа. Сначала оценивали влияние избыточного употребления кофеина как контролируемого фактора на результативные признаки по отношению к контрольной группе. На втором этапе оценивали влияние применения корректора мексидола на фоне избыточного употребления кофеина по отношению ко 2-ой группе, где избыточное употребление кофеина не корригировалось.

Рассчитывали квадрат корреляционного отношения (^2) (коэффициент детерминации), который при перерасчете на 100% показывает силу (степень) влияния контролируемого фактора на результативный признак [26].

4.1 Оценка влияния избыточного употребления кофеина на морфогенез почек крыс

На первом этапе анализа нами оценивалась сила влияния избыточного потребления кофеина крысами в установленной дозе как контролируемого фактора на результативные признаки (показатели макро и микроморфометрии

почек, включающих в себя площади коркового и мозгового веществ органа, корково-мозговое отношение, размерные параметры корковых и юкстамедуллярных нефронов, а также таких биохимических показателей как уровни креатинина и мочевины в крови).

4.1.1 Оценка влияния избыточного употребления кофеина на морфогенез почек инфантильных крыс

Потребление крысами инфантильного возраста кофеина в установленных дозах оказывало достоверное влияние на изменение уровни креатинина и мочевины в крови у инфантильных крыс начиная с 14 суток эксперимента. Сила влияния действующего фактора для креатинина равнялась 35,1%, 59,7% и 77,5% (14, 30, 90 сутки), а для мочевины - 40,0%, 55,8% и 74,4% соответственно (Таблица Б.1). Сила влияния действующего фактора составляла 45,1%, 44,6% и 35,8%. Относительная масса почек подвергалась влиянию исследуемого фактора во все сроки наблюдения при (^2) 0,700 на 7 сутки; 0,737 на 14 сутки; 0,642 на 30 сутки и 0,615 на 90 сутки (Таблица Б.2). Показатели объёма почек также были подвержены достоверному влиянию кофеина во все сроки эксперимента. Коэффициент детерминации (^2) на 7 сутки составлял 0,620; на 14 сутки - 0,873; на 30 сутки - 0,952 и 0,980 на 90 сутки.

При оценке влияния избыточного потребления кофеина на макро-микроморфометрические параметры почек инфантильных крыс (Таблица Б.3) выявлено следующее: контролируемый фактор достоверно влиял на показатель площади гистологического среза почки на протяжении всех сроков наблюдения (7, 14, 30, 90 сутки), который проявлялся в увеличении показателя. составлял 0,503, 0,569, 0,830 и 0,887, а сила влияния фактора - 50,3%, 56,9%, 83,0% и 88,7% соответственно. Параметр площади коркового вещества почки также достоверно подвергался влиянию контролируемого фактора во все сроки эксперимента при

- 0,485, 0,600, 0,854 и 0,864 и силе влияния фактора 48,5%, 60,0%, 85,4% и 86,4% соответственно. На показатели площади мозгового вещества почки избыточное потребление кофеина оказывало достоверное воздействие на 7 и 90 сутки эксперимента при 0,361, 0,519 и силе влияния 36,1% и 51,9% соответственно.

Достоверное влияние кофеина на корково-мозговое отношение отмечалось на 14, 30 и 90 сутки с коэффициентами детерминации (^2) 0,448, 0,508, 0,579 соответственно. Сила влияния контролируемого фактора составляла 44,8%, 50,8% и 57,9% соответственно.

Влияние избыточного потребления кофеина на изменение структуры корковых нефронов у инфантильных крыс (Таблица Б.4) включало оценку таких параметров как площадь просвета капсулы и сосудистого клубочка, площадь почечного тельца в целом, диаметры проксимального и дистального извитых канальцев, их просвет и высоту эпителия.

На площадь почечного тельца контролируемый фактор оказывал достоверное влияние во все сроки наблюдения. Оно заключалось в увеличении этого параметра; при этом составлял 0,174, 0,454, 0,491 и 0,515, а сила влияния фактора - 17,4%, 45,4%, 49,1% и 51,5% соответственно. Площадь просвета капсулы клубочка, как и предыдущий параметр, подвергалась достоверному влиянию с 7 по 90 сутки. Здесь коэффициенты детерминации составляли 0,171, 0,317, 0,508 и 0,658, а сила влияния избыточного потребления кофеина - 17,1%, 31,7%, 50,8 % и 65,8% соответственно. На площадь сосудистого клубочка условия 2-ой группы эксперимента оказывали достоверное влияние во все сроки наблюдения, которое проявлялось в увеличении показателя. Сила влияния в разные сроки составляла 12,3%, 35,4%, 40,1% и 38,4%.

Диаметр проксимальных извитых канальцев подвергался достоверному влиянию контролируемого фактора на 30 и 90 сутки с силой такого влияния в 5,6% и 6,4% при 0,056 и 0,064. Остальные параметры проксимального извитого канальца (просвет и высота эпителия) были подвержены достоверному влиянию избыточного потребления кофеина на протяжении всех сроков эксперимента с

силой такого влияния в 13,1%, 17,6%, 31,5% и 35,3% (просвет проксимального извитого канальца) и 8,9%, 9,6%, 15,5% и 16,1% (высота эпителия проксимального извитого канальца).

Дистальные извитые канальцы оказались менее чувствительными к воздействию условий эксперимента 2-ой группы, нежели проксимальные. Контролируемый фактор не оказывал достоверного влияния на диаметр дистальных извитых канальцев во все периоды наблюдения. На просвет дистальных извитых канальцев контролируемый фактор достоверно влиял, начиная с 14 суток. Сила этого влияния с 14 по 90 сутки составляла 14,6%, 17,1% и 16,3% соответственно, а высота эпителия здесь достоверно подвергалась влиянию лишь на 90 сутки с силой влияния в 5,8%.

Влияние условий 2-ой группы на изменение структуры юкстамедуллярных нефронов у инфантильных крыс (Таблица Б. 5) включало оценку параметров, аналогичных таковым у корковых нефронов. На площадь почечного тельца контролируемый фактор оказывал достоверное влияние, заключающееся в увеличении данного параметра, с 7 по 90 сутки эксперимента и силой влияния в 25,6%, 51,4%, 58,8% и 61,4% соответственно срокам наблюдения. Площадь просвета капсулы клубочка и сосудистого клубочка, как и предыдущий параметр, подвергалась достоверному влиянию с 7 по 90 сутки. Здесь, сила влияния избыточного потребления кофеина на площадь просвета капсулы составляла 29,7%, 43,8%, 55,9% и 68,9%, а на площадь сосудистого клубочка - 17,3%, 42,1%, 47,7% и 46,2%. Диаметр проксимальных извитых канальцев подвергался достоверному влиянию контролируемого фактора на 30 и 90 сутки с силой такого влияния в 5,5% и 6,1%. Просвет и высота эпителия проксимальных извитых канальцев были подвержены достоверному влиянию контролируемого фактора во все сроки наблюдения. Сила влияния условий второй группы на просвет канальцев с 7 по 90 сутки достигала 16,8%, 24,3%, 21,7% и 35,8%, а на высоту эпителия этих канальцев - 10,8%, 14,5%, 17,0% и 22,1% соответственно.

Как и в случае с канальцами корковых нефронов, дистальные извитые канальцы юкстамедуллярных нефронов оказались менее чувствительными к

воздействию контролируемого фактора, нежели проксимальные, но в меньшей степени. Контролируемый фактор оказывал достоверное влияние на диаметр дистальных извитых канальцев на 30 и 90 сутки с силой такого влияния в 8,2% и 8,4%. На просвет дистальных извитых канальцев контролируемый фактор достоверно влиял с 7 по 90 сутки. Сила этого влияния составляла 9,0%, 18,9%, 22,1% и 29,3% соответственно, а высота эпителия здесь достоверно подвергалась влиянию только на 7 и 90 сутки с силой влияния в 6,9% и 9,7%.

Учитывая вышеперечисленное, максимальная сила влияния условий второй группы эксперимента на площадь поперечного среза почек наблюдалась на 90 сутки при ^2=0,877; на площадь коркового вещества - на 90 сутки при ^2=0,864; на площадь мозгового вещества - на 90 сутки при ^2=0,519; на площадь почечного тельца корковых нефронов - на 90 сутки при ^2=0,515; на площадь просвета капсулы почечных телец этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,658; на площадь сосудистого клубочка почечных телец этих нефронов - на 30 сутки при ^2=0,401; на диаметр проксимальных извитых канальцев этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,064; на диаметр просвета проксимальных извитых канальцев этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,353; на высоту эпителия проксимальных извитых канальцев этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,161; на диаметр просвета дистальных извитых канальцев этих нефронов - на 30 сутки при ^2=0,171; на высоту эпителия дистальных извитых канальцев этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,058; на площадь почечного тельца юкстамедуллярных нефронов - на 90 сутки при ^2=0,614; на площадь просвета капсулы почечных телец этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,689; на площадь сосудистого клубочка почечных телец этих нефронов - на 30 сутки при ^2=0,462; на диаметр проксимальных извитых канальцев этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,061; на диаметр просвета проксимальных извитых канальцев этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,358; на высоту эпителия проксимальных извитых канальцев этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,221; на диаметр дистальных извитых канальцев этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,084; на диаметр просвета дистальных

извитых канальцев этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,293; на высоту эпителия дистальных извитых канальцев этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,097; на уровень креатинина - на 90 сутки при ^2=0,775 и на уровень мочевины также на 90 сутки при ^2=0,744. Таким образом, видно, что во второй группе среди инфантильных животных наибольшая сила влияния исследуемого фактора приходится на поздние сроки эксперимента.

Таким образом, потребление крысами инфантильного возраста кофеина в установленных дозах оказывало достоверное влияние на изменение морфологических показателей, характеризующих строение почек на органном, макро-микроскопическом и тканевом уровнях структурной организации с 7 по 90 сутки эксперимента, а на изменение показателей, характеризующих выделительную функцию почек - с 14 по 90 сутки.

Максимальная сила влияния определялась к 90 суткам на изменение уровня мочевины в крови (^2=0,775), на изменение объёма почек (^2=0,980), на изменение площади коркового вещества (^2=0,864), на изменение площади просвета капсулы корковых и юкстамедуллярных нефронов (^2 - 0,658 и 0,689), на изменение просвета их проксимальных (^2 - 0,353 и 0,358) и дистальных канальцев (^2 - 0,163 и 0,293).

4.1.2 Оценка влияния избыточного употребления кофеина на морфогенез почек ювенильных крыс

Избыточное потребление кофеина в дозе 120/мг/кг/сутки как контролируемый фактор оказывало достоверное влияние на уровень креатинина в крови у животных данной группы начиная с 30 суток эксперимента, а на уровень мочевины - с 14 суток. Сила влияния действующего фактора для креатинина составляла 40,5% и 60,7% (30 и 90 сутки), а для мочевины - 43,6%, 52,5% и 62,9% (14, 30 и 90 сутки соответственно) (Таблица Б.6).

Показатели относительной массы почек ювенильных животных во все сроки наблюдения также были подвержены влиянию избыточного потребления кофеина. Коэффициент детерминации (^2) на 7 сутки составлял 0,866; на 14 сутки - 0,820; на 30 сутки - 0,869 и на 90 сутки - 0,850 (Таблица Б.7). Показатели объёма почек подвергались достоверному влиянию кофеина также во все сроки эксперимента. Коэффициент детерминации (^2) на 7 сутки составлял 0,819; на 14 сутки - 0,793; на 30 сутки - 0,893; на 90 сутки - 0,985.

Условия эксперимента во второй группе ювенильных животных влияли на макро-микро-морфометрические параметры почек (Таблица Б.8) следующим образом: потребление кофеина в установленной дозе достоверно влияло на показатели площади гистологического среза почки и коркового вещества в частности на протяжении всех сроков наблюдения. Сила влияния контролируемого фактора составляла 39,4%, 47,2%, 68,0% и 84,1% для первого параметра и 44,9%, 45,9%, 57,7% и 81,3% для второго соответственно. Параметр площади мозгового вещества почки достоверно подвергался влиянию контролируемого фактора на 30 и 90 сутки наблюдения при силе влияния в 46,0% и 68,4%.

У ювенильных крыс кофеин достоверно не влиял на показатели корково-мозгового отношения в данной группе эксперимента.

Влияние избыточного потребления кофеина на изменение структуры корковых нефронов у ювенильных крыс (Таблица Б. 9) отражалось на описанных далее параметрах. На площадь почечного тельца, сосудистого клубочка и просвета капсулы контролируемый фактор оказывал достоверное влияние во все сроки наблюдения. Сила влияния контролируемого фактора составляла 13,8%, 21,7%, 33,3% и 41,8% для почечного тельца, 11,1%, 15,1%, 25,3% и 32,0% для сосудистого клубочка и 10,9%, 31,3%, 40,7%, 52,8% для просвета капсулы.

Диаметр проксимальных извитых канальцев корковых нефронов подвергался достоверному влиянию контролируемого фактора только на 90 сутки с силой такового влияния в 5,9% при ^2=0,059. Условия эксперимента в данной группе на протяжении всех сроков оказывали достоверное влияние на параметр

просвета проксимальных извитых канальцев. Сила влияния фактора составляла 7,1% на 7 сутки; 11,3% - на 14 сутки; 18,6% - на 30 сутки и 29,3% - на 90 сутки. Высота эпителия этих канальцев подвергалась достоверному влиянию кофеина только на последнем сроке наблюдения с силой в 8,9%. Среди исследуемых параметров дистальных извитых канальцев мы наблюдали только один, подвергавшийся достоверному влиянию контролируемого фактора - просвет дистальных извитых канальцев. Здесь, достоверное влияние отмечали, начиная с 30 суток с силой в 12,1%. На 90 сутки она составляла уже 24,6%.

Влияние условий второй группы эксперимента на изменение строения юкстамедуллярных нефронов у ювенильных крыс (Таблица Б. 10) включало оценку параметров, аналогичных таковым у корковых нефронов. На площадь почечного тельца контролируемый фактор оказывал достоверное влияние на протяжении всех сроков наблюдения. Сила влияния условий эксперимента постепенно возрастала, последовательно показав следующие значения: 16,9%, 24,9%, 33,9% и 42,6%. Площадь просвета капсулы клубочка и сосудистого клубочка, как и предыдущий параметр, подвергалась достоверному влиянию с 7 по 90 сутки. Здесь, сила влияния избыточного потребления кофеина на площадь просвета капсулы составляла 18,0%, 33,0%, 43,0% и 53,4%, а на площадь сосудистого клубочка - 12,6%, 17,8%, 24,9% и 33,4%.

Диаметр проксимальных извитых канальцев юкстамедуллярных нефронов подвергался достоверному влиянию контролируемого фактора на 90 сутки с силой такого влияния в 7,8%. Контролируемый фактор оказывал достоверное влияние на просвет проксимальных извитых канальцев во все сроки наблюдения. Сила влияния контролируемого фактора достигала 8,1% на 7 сутки; 11,6% - на 14 сутки; 25,6% - на 30 сутки и 30,0% - на 90 сутки. Высота эпителия проксимальных извитых канальцев подвергалась достоверному влиянию условий эксперимента на 30-е и 90-е сутки. Сила такого влияния составляла 8,8% и 10,2% соответственно. Контролируемый фактор оказывал достоверное влияние на диаметр дистальных извитых канальцев только на 30 сутки с силой такого влияния в 6,2%.

На просвет дистальных извитых канальцев юкстамедуллярных нефронов контролируемый фактор достоверно влиял, начиная с 14 суток. Сила этого влияния составляла 7,7%, 15,4%, и 18,9% соответственно срокам наблюдения, а высота эпителия здесь достоверно подвергалась влиянию только на 90 сутки с силой влияния в 7,8%.

Учитывая вышеперечисленное, максимальная сила влияния условий второй группы эксперимента на площадь поперечного среза почек наблюдалась на 90 сутки при ^2=0,841; на площадь коркового вещества - на 90 сутки при ^2=0,813; на площадь мозгового вещества - на 90 сутки при ^2=0,684; на площадь почечного тельца корковых нефронов - на 90 сутки при ^2=0,418; на площадь просвета капсулы почечных телец этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,528; на площадь сосудистого клубочка почечных телец этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,320; на диаметр проксимальных извитых канальцев этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,059; на диаметр просвета проксимальных извитых канальцев этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,293; на высоту эпителия проксимальных извитых канальцев этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,089; на диаметр просвета дистальных извитых канальцев этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0246; на площадь почечного тельца юкстамедуллярных нефронов - на 90 сутки при ^2=0,426; на площадь просвета капсулы почечных телец этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,534; на площадь сосудистого клубочка почечных телец этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,334; на диаметр проксимальных извитых канальцев этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,078; на диаметр просвета проксимальных извитых канальцев этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,300; на высоту эпителия проксимальных извитых канальцев этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,102; на диаметр дистальных извитых канальцев этих нефронов - на 30 сутки при ^2=0,062; на диаметр просвета дистальных извитых канальцев этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,189; на высоту эпителия дистальных извитых канальцев этих нефронов - на 90 сутки при ^2=0,078; на уровень креатинина - на 90 сутки при ^2=0,607 и на уровень мочевины также на 90 сутки при ^2=0,629.

Таким образом, видно, что наибольшая сила влияния исследуемого фактора во второй группе среди ювенильных животных приходится на поздние сроки эксперимента.

Таким образом, потребление крысами ювенильного возраста кофеина в установленных дозах оказывало достоверное влияние на изменение их массы тела, а также большинства морфологических показателей, характеризующих строение почек на органном, макромикроскопическом и тканевом уровнях структурной организации с 7 по 90 сутки эксперимента, а на изменение показателей, характеризующих выделительную функцию почек и структуру дистальных извитых канальцев юкстамедуллярных нефронов - с 14 по 90 сутки.

Максимальная сила влияния определялась к 7 суткам на изменение массы тела (^2=0,706), а также к 90 суткам на изменение уровня мочевины в крови (^2=0,629), на изменение объёма почек (^2=0,985), на изменение площади коркового вещества (^2=0,813), на изменение площади просвета капсулы корковых и юкстамедуллярных нефронов (^2 - 0,528 и 0,534), на изменение просвета их проксимальных (^2 - 0,293 и 0,300) и дистальных канальцев (^2 -0,246 и 0,189).

4.2 Оценка влияния мексидола на морфогенез почек у крыс с избыточным употреблением кофеина

4.2.1 Оценка влияния мексидола на морфогенез почек у инфантильных крыс с избыточным употреблением кофеина

Применение мексидола у инфантильных крыс с избыточным потреблением кофеина оказывало достоверное влияние на изменение уровней креатинина и мочевины в крови в поздние сроки эксперимента (30 и 90 сутки). Сила влияния действующего фактора для креатинина достигала 43,4% и 72,2%, а для мочевины

- 45,6% и 66,6% соответственно (Таблица Б.11).

Достоверное влияние мексидола на показатели относительной массы почек инфантильных крыс третьей группы наблюдалось на 30 и 90 сутки. Коэффициент детерминации (^2) при этом составлял 0,653 и 0,451 соответственно (Таблица Б.12). На показатели объёма почек данный фактор достоверно влиял с 14 по 90 сутки с коэффициентами детерминации (^2) 0,691, 0,949 и 0,958 соответственно.

При оценке влияния условий эксперимента в третьей группе животных инфантильного возраста на макроморфометрические параметры почек (Таблица Б.13) выявлено следующее: контролируемый фактор достоверно влиял на изменение показателя площади гистологического среза почки на 30-е и 90-е сутки, с силой в 65,4% и 65,3% соответственно, вызывая её уменьшение. Это происходило, главным образом, за счёт уменьшения площади коркового вещества, так как в эти же сроки мы наблюдали достоверное влияние контролируемого фактора на этот параметр с силой в 42,4% и 67,1% соответственно срокам в 30 и 90 суток. На показатели площади мозгового вещества, при этом, мексидол не оказывал достоверного влияния.

У инфантильных крыс кофеин достоверно не влиял на показатели корково-мозгового отношения в данной группе эксперимента.

Применение мексидола на фоне избыточного потребления кофеина оказывало достоверное влияние на параметры корковых нефронов у инфантильных крыс (Таблица Б.14) следующим образом: приводило к уменьшению площади почечного тельца, оказывая достоверное влияние начиная с 14 суток наблюдения. При этом сила влияния составляла 22,5% на 14 сутки, 24,6% - на 30 сутки и 30,2% - на 90 сутки. Уменьшение данного показателя происходило за счёт снижения и площади сосудистого клубочка и просвета его капсулы. Достоверное влияние мексидола на снижение площади сосудистого клубочка имелось с 14 суток, а на снижение площади просвета капсулы - с 30 суток. Сила влияния контролируемого фактора для первого параметра составляла 19,2%, 19,4% и 20,2% соответственно срокам эксперимента, а для второго - 19,4% и 40,3%.

Диаметр проксимальных извитых канальцев корковых нефронов не подвергался достоверному влиянию контролируемого фактора во все сроки наблюдения, однако составляющие его параметры начиная с 14 суток достоверно изменялись. Сила влияния, с которой действовал контролируемый фактор на изменение просвета проксимальных извитых канальцев составляла 6,1% на 14 сутки; 22,1% - на 30 сутки и 26,2% - на 90 сутки. На изменение показателей высоты эпителия данных канальцев, в свою очередь, применение мексидола оказывало влияние силой в 7,6%, 7,9% и 12,2% соответственно аналогичным срокам наблюдения.

На строение дистальных извитых канальцев корковых нефронов контролируемый фактор оказывал ощутимо меньшее влияние. Здесь, достоверное влияние применения мексидола мы отмечали только на 90 сутки наблюдения. На этом сроке сила влияния условий третьей группы на просвет дистальных извитых канальцев составляла 18,9%, а на высоту их эпителия - 7,2%.

Условия третьей группы оказывали достоверное влияние и на изменение параметров юкстамедуллярных нефронов инфантильных крыс (Таблица Б.15) следующим образом: на площадь почечного тельца контролируемый фактор оказывал достоверное влияние с 14 по 90 сутки эксперимента и силой такого влияния в 29,1%, 35,7% и 37,5% соответственно срокам наблюдения. Площадь сосудистого клубочка и просвета его капсулы, как и предыдущий параметр, подвергалась достоверному влиянию с 14 по 90 сутки. Здесь, сила влияния мексидола при избыточном потреблении кофеина на площадь просвета капсулы составляла 11,8%, 24,0% и 44,1%, а на площадь сосудистого клубочка - 24,6%, 30,0% и 26,8%.

Диаметр проксимальных извитых канальцев юкстамедуллярных нефронов подвергался достоверному влиянию контролируемого фактора только на 90 сутки с силой такого влияния в 7,3%. Просвет и высота эпителия проксимальных извитых канальцев были подвержены достоверному влиянию контролируемого фактора с 14 по 90 сутки наблюдения. Сила влияния условий третьей группы на просвет канальцев с 14 по 90 сутки составляла 7,9%, 22,6% и 29,3%, а на высоту

эпителия этих канальцев - 6,7%, 12,7% и 10,9% соответственно.

Параметр диаметра дистальных извитых канальцев достоверно подвергался влиянию применения мексидола лишь на 90 сутки с силой такого влияния в 6,8%. Просвет дистальных канальцев достоверно подвергался влиянию контролируемого фактора на 14, 30 и 90 сутки наблюдения, с силой влияния в 10,1%, 16,1% и 23,7% соответственно, а для показателей высоты эпителия этих канальцев мы получили достоверное влияние на 30 и 90 сутки. Сила влияния фактора составляла в эти сроки 20,2% и 6,3% соответственно.

Таким образом, введение мексидола крысами инфантильного возраста, избыточно потреблявших кофеин, оказывало достоверное влияние на изменение показателей, характеризующих выделительную функцию почек и структуру почек на макро-микроскопическом уровне организации к 30 и 90 суткам эксперимента, на изменение структуры дистальных канальцев корковых нефронов - к 90 суткам, на изменение остальных морфологических показателей, характеризующих строение почек на органном и тканевом уровнях структурной организации - с 14 по 90 сутки эксперимента.

Максимальная сила влияния определялась к 90 суткам наблюдения на изменение уровня креатинина в крови (^2=0,722), на изменение объёма почек (^2=0,958), на изменение площади коркового вещества (^2=0,671), на изменение площади просвета капсулы корковых и юкстамедуллярных нефронов (^2 - 0,403 и 0,441), на изменение просвета их проксимальных (^2 - 0,262 и 0,293) и дистальных извитых канальцев (^2 - 0,189 и 0,237).

4.2.2 Оценка влияния мексидола на морфогенез почек у ювенильных крыс с избыточным употреблением кофеина

Применение мексидола у ювенильных крыс с избыточным потреблением кофеина оказывало достоверное влияние на уровень креатинина в крови лишь на

90 сутки, а уровня мочевины - на 30 и 90 сутки (Таблица Б.16). Сила влияния действующего фактора для креатинина составляла 52,2%, а для мочевины - 38,5% и 59,0% соответственно срокам наблюдения.

Достоверное влияние мексидола на относительную массу почек ювенильных крыс, избыточно потреблявших кофеин, в третьей группе проявлялось на 7, 30 и 90 сутки. Коэффициенты детерминации (^2) при этом составляли 0,769, 0,772, 0,773 соответственно (Таблица Б.17). На показатели объёма почки мексидол оказывал достоверное влияние начиная с 14 суток с коэффициентом детерминации (^2) 0,369. На 30 и 90 сутки значения коэффициента составляли 0,762 и 0,962 соответственно.

При оценке влияния мексидола на фоне избыточного потребления кофеина на микро-макроморфометрические параметры почек ювенильных крыс (Таблица Б.18) выявлено следующее: контролируемый фактор достоверно влиял на показатель площади максимального гистологического среза почки на 30 и 90 сутки. Сила влияния фактора достигала 45,9% на 30 сутки и 60,7% на 90 сутки соответственно. Параметр площади коркового вещества почки подвергался влиянию контролируемого фактора только на 90 сутки эксперимента. Сила влияния фактора составляла 57,7%. На показатели площади мозгового вещества почки применение мексидола при избыточном потреблении кофеина оказывало достоверное воздействие на 30 сутки эксперимента при силе влияния 40,4%.

У ювенильных крыс кофеин достоверно не влиял на показатели корково-мозгового отношения в данной группе эксперимента.

Все параметры, относящиеся к почечным тельцам корковых нефронов, достоверно подвергались влиянию условий эксперимента данной группы начиная с 30 суток. На 30 сутки сила влияния контролируемого фактора на площадь почечного тельца составляла 11,3%, на площадь просвета капсулы клубочка -9,2%, а на площадь сосудистого клубочка - 9,0%. К 90 суткам сила влияния фактора на вышеперечисленные параметры увеличивалась до 22,5%, 28,7% и 16,1% соответственно.

Среди параметров проксимальных извитых канальцев мы отмечали

показатели просвета канальца и высоты эпителия, которые подвергались влиянию условий третьей группы. На 30 сутки сила влияния контролируемого фактора на просвет проксимальных извитых канальцев достигала 8,4% и увеличивалась до 17,7% к 90 суткам. На показатели высоты эпителия применение мексидола достоверно влияло лишь на 30 сутки с силой в 5,6%.

Среди параметров дистальных извитых канальцев корковых нефронов только показатели просвета этих канальцев достоверно были подвержены влиянию контролируемого фактора, однако такое влияние мы отмечали на последнем сроке наблюдения, то есть на 90 сутки; сила влияния достигала 10,4%.

Все параметры почечных телец юкстамедуллярных нефронов достоверно подвергались влиянию контролируемого фактора с 14 по 90 сутки, причём сила влияния для каждого параметра увеличивалась в зависимости от длительности срока наблюдения (Таблица Б. 20). На 14 сутки сила влияния контролируемого фактора на площадь почечного тельца составляла 7,6%, на площадь просвета капсулы клубочка - 9,8%, а на площадь сосудистого клубочка - 5,7%. На 30 сутки значения относительно вышеперечисленных параметров выросли до 19,0%, 16,2%, 14,7% соответственно. К 90 суткам получили максимальные величины силы влияния условий третьей группы со значениями в 35,8%, 46,5% и 27,5% соответственно.

Диаметр проксимальных извитых канальцев подвергался достоверному влиянию мексидола на последнем сроке наблюдения с силой такого влияния в 5,7%. На просвет этих канальцев контролируемый фактор воздействовал с силой 14,3% на 30 сутки и 14,4% на 90 сутки. Показатели высоты эпителия, в свою очередь, подвергались достоверному влиянию только на 30 сутки с силой такого влияния в 10,7%.

Среди параметров дистальных извитых канальцев юкстамедуллярных нефронов достоверному влиянию условий третьей группы был подвержен лишь один параметр - просвет дистальных извитых канальцев. Сила влияния составляла 11,7% на 30 сутки и 18,1% на 90 сутки.

На основании перечисленных результатов можно выделить сроки, когда

сила влияния фактора была максимальной у основных параметров. Максимальная сила влияния условий третьей группы эксперимента на площадь поперечного среза почек наблюдалась на 90 сутки при л2=0,607; на почечное тельце корковых нефронов - на 90 сутки при ^2=0,225; на почечное тельце юкстамедуллярных нефронов - на 90 сутки при л2=0,358.

Таким образом, введение мексидола крысами ювенильного возраста, избыточно потреблявших кофеин, оказывало достоверное влияние на изменение показателей, характеризующих выделительную функцию почек и структуру почек на макро-микроскопическом уровне организации, структуру всех отделов корковых нефронов, а также проксимальных и дистальных извитых канальцев юкстамедуллярных нефронов, к 30 и 90 суткам эксперимента, на изменение объёма почек - с 7 по 90 сутки, а на изменение структуры почечного тельца юкстамедуллярных нефронов - с 14 по 90 сутки эксперимента.

Максимальная сила влияния определялась к 90 суткам на изменение уровня мочевины в крови (л2=0,590), на изменение объёма почек (л2=0,962), на изменение площади коркового вещества (л2=0,577), на изменение площади просвета капсулы корковых и юкстамедуллярных нефронов (л2 - 0,287 и 0,465), на изменение просвета их проксимальных (л2 - 0,144 и 0,177) и дистальных извитых канальцев (л2 - 0,104 и 0,181).

Результаты исследований, изложенные в данной главе представлены в следующих публикациях [41-51].

101 ГЛАВА 5

ОБСУЖДЕНИЕ полученных результатов

1,3,7-триметилксантин (он же кофеин) является одним из наиболее часто употребляемых веществ во всем мире [59, 74, 112, 123, 124]. Его основные механизмы действия включают ингибирование фосфодиэстеразы и аденозиновых рецепторов, а также активацию рианодиновых рецепторов, что оказывает воздействие на все органы [65]. Кофеин входит в состав некоторых лекарственных средств [150]. Являясь психостимулирующим средством, он повышает умственную работоспособность, оказывая стимулирующее влияние на кору головного мозга [130]. Помимо этого, кофеин стимулирует сосудодвигательный и дыхательный центры продолговатого мозга, а также дорсальное ядро блуждающего нерва [105]. Вышеописанное приводит к учащению дыхания и увеличению его глубины, увеличению частоты сердечных сокращений, усилению желудочной секреции и пр. [69]. Но наряду с этим имеются сведения и о негативном влиянии кофеина на костную систему, селезёнку, которое проявляется при употреблении его в избыточных дозах [15-18, 28-30].

Как употребление кофеина повлияет на почки? Обзор современной литературы показывает нам несколько противоречивые мнения относительно наличия пролитиазного эффекта при употреблении кофеина, в то время как его мочегонный эффект почти не оспаривается, так как его проще исследовать [72, 119, 128]. Кофеин может оказывать как токсическое, так и профилактическое действие при некоторых физиологических или патологических состояниях [63, 67, 74, 90, 127]. Всё зависит от нескольких факторов, таких как дозировка, длительность применения, генетические особенности индивидуума и сопутствующее употребление лекарственных препаратов [75, 82, 122]. При этом сведений о возрастных изменениях морфогенеза почек у потребляющих кофеин-содержащие продукты в научной литературе нет.

Поэтому целью эксперимента стало установить в эксперименте на белых лабораторных крысах-самцах инфантильного и ювенильного возраста влияние избыточных доз кофеина на морфогенез почек и обосновать возможность коррекции выявленных изменений мексидолом.

Эксперимент был проведен на белых крысах-самцах в количестве 144 особей, среди которых 72 инфантильных животных с исходной массой 70-75 г и 72 ювенильных крыс с исходной массой 130-140 г, полученных из вивария ФГБОУ ВО "ЛГМУ им. Свт. Луки". На первом этапе нашего эксперимента были изучены некоторые закономерности динамики морфологических преобразований почек крыс контрольной группы за период их развития во временных рамках самого эксперимента. На данный момент основные закономерности развития исследуемых животных в научной литературе освещены в достаточном объёме [3, 7, 13, 14, 19, 52], однако данную группу мы использовали для сравнения с остальными группами эксперимента с последующей оценкой полученных там результатов.

За весь период наблюдения масса лабораторных животных обеих возрастных групп увеличивалась и на последнем сроке превышала исходные значения более чем в два раза. Абсолютная масса почек также увеличивалась, а вместе с ней и их линейные размеры, включая объём. Значения относительной массы почек, напротив, снижались с увеличением сроков наблюдения.

У инфантильных животных увеличение размеров почек на начальных этапах происходило главным образом за счёт прироста мозгового вещества, что проявлялось в снижении КМО с 2,38 до 2,06 в период от 7 по 30 сутки. На 90 сутки КМО составляло 2,29, указывая на интенсивный прирост коркового вещества. Среди ювенильных крыс показатели КМО оказывались более стабильными в процессе наблюдения, но с постепенным увеличением значений (с 2,11 до 2,15), что говорит об увеличении размеров органа за счёт приростов как мозгового, так и коркового веществ, но главным образом за счёт последнего.

Помимо динамики параметров органометрии и макроморфометрии почек контрольной группы мы наблюдали последовательные изменения и в показателях

гистоморфометрии исследуемых структурных компонентов корковых и юкстамедуллярных нефронов. Площадь почечного тельца корковых нефронов у инфантильных животных увеличивалась на протяжении всех сроков наблюдения. У ювенильных животных это увеличение, начиная с 30 суток, сменилось уменьшением. Примечательно то, что динамика показателей площади просвета капсулы обеих возрастных групп характеризовалась снижением этих показателей во все сроки эксперимента. Таким образом, увеличение площади почечного тельца могло происходить лишь за счёт интенсивного увеличения площади сосудистого клубочка, что мы и наблюдали в результатах исследования. В контрольной группе среди ювенильных животных снижение показателей площади почечного тельца обусловливалось отрицательной динамикой показателей площади сосудистого клубочка, так как снижение площади просвета капсулы мы наблюдали до этого и её темпы не изменялись. Аналогичную картину наблюдали и при оценке показателей юкстамедуллярных нефронов.

У инфантильных крыс уровни креатинина в крови за время наблюдения уменьшались с 53,43±0,82 мкмоль/л на 7 сутки до 51,94±0,93 мкмоль/л на 90 сутки, а у ювенильных - с 49,08±0,82 мкмоль/л на 7 сутки до 48,25±0,87 мкмоль/л на 90 сутки. Уровни мочевины в крови у инфантильных животных снижались с 8,00±0,14 мкмоль/л на 7 сутки до 7,60±0,11 мкмоль/л на 90 сутки, в то время как у ювенильных снижались с 7,52±0,14 мкмоль/л на 7 сутки до 7,33±0,13 мкмоль/л на 90 сутки.

Изложенная выше характеристика морфогенеза почек инфантильных и ювенильных животных контрольной группы в совокупности с динамикой уровней исследуемых биохимических маркеров соответствует описанным в литературе закономерностям морфогенеза почек интактных крыс [3, 14, 52, 53, 84, 85, 99].

Избыточное употребление кофеина сопровождалось нарушением структурно-функционального состояния почек на всех исследуемых уровнях структурной организации (органном, макро-микроскопическом, тканевом, клеточном и субклеточном), а выраженность изменений зависела от возраста подопытных животных.

В первую очередь избыточное употребление кофеина сопровождалось уменьшением массы тела подопытных животных с 7 по 90 сутки эксперимента у инфантильных животных на 15,53%, 17,26%, 10,99% и 12,12%, а у ювенильных -на 10,98%, 10,52%, 13,71% и 10,76% (Рисунок 5.1).

Рисунок 5.1 - Динамика изменения массы тела у крыс с избыточным употреблением кофеина в зависимости от возраста и длительности эксперимента (в % относительно контрольной

группы)

Примечание: здесь и далее: ИНФ - инфантильные крысы, ЮВ - ювенильные крысы; * -обозначает статистически значимое отличие от первой группы (р <0,05).

Снижением массы тела подопытных животных при избыточном употреблении кофеина сопровождалось и нарушением выделительной функции почек. У инфантильных крыс второй группы уровни креатинина и мочевины крови превышали значения первой группы с 14 суток эксперимента на 6,02%, 10,61% и 15,40% и на 6,44%, 8,94% и 13,82% соответственно (Рисунки 5.2-5.3). У ювенильных крыс второй группы уровень креатинина крови превышал контрольный с 30 суток на 6,61% и 10,13%, а уровень мочевины крови с 14 по 90 сутки - на 6,64%, 8,21% и 10,80%.

Наряду с изменением выделительной функции почек избыточное употребление кофеина сопровождалось также и изменениями органометрических

параметров почек, в первую очередь их относительной массы и объёма органа. У инфантильных крыс относительная масса почек с 7 по 90 сутки эксперимента превышала контрольные величины на 20,64%, 27,91%, 21,06%, и 24,11%, а у ювенильных крыс - на 15,64%, 37,83%, 22,45% и 20,68% (Рисунок 5.4).

Рисунок 5.2 - Динамика изменения уровня креатинина крови у крыс с избыточным употреблением кофеина в зависимости от возраста и длительности эксперимента (в %

относительно контрольной группы)

Рисунок 5.3 - Динамика изменения уровня мочевины крови у крыс с избыточным употреблением кофеина в зависимости от возраста и длительности эксперимента (в %

относительно контрольной группы)

Рисунок 5.4 - Динамика изменения относительной массы почек у крыс с избыточным употреблением кофеина в зависимости от возраста и длительности эксперимента (в %

относительно контрольной группы)

Объём почек у инфантильных крыс с избыточным употреблением кофеина превышал значения контроля с 7 по 90 сутки эксперимента на 9,73%, 12,77%, 26,64% и 29,08%, а у ювенильных животных - на 7,09%, 8,62%, 14,08% и 16,15% (Рисунок 5.5).

Рисунок 5.5 - Динамика изменения объёма почек у крыс с избыточным употреблением кофеина в зависимости от возраста и длительности эксперимента (в % относительно контрольной

группы)

При макро-микроскопическом исследовании у инфантильных животных площадь поперечного среза почки на уровне её ворот с 7 по 90 сутки превышала контрольные значения на 7,24%, 7,15%, 13,75% и 17,94%, а у ювенильных крыс разница составляла 4,77%, 5,66%, 8,36% и 12,35% (Рисунок 5.6).

Рисунок 5.6 - Динамика изменения площади поперечного среза почек у крыс с избыточным употреблением кофеина в зависимости от возраста и длительности эксперимента (в %

относительно контрольной группы)

Эти изменения происходили за счёт преобладания площади коркового вещества, однако КМО лишь у инфантильных животных статистически значимо с 14 по 90 сутки эксперимента превышало контрольное на 6,74%, 14,61% к 30 суткам и на 9,89% к 90 суткам, в группе ювенильных животных достоверных изменений по данному параметру выявлено не было (Рисунок 5.7).

Избыточное употребление кофеина в обеих возрастных группах сопровождалось гипертрофическими изменениями в различных отделах корковых и юкстамедуллярных нефронов.

Площадь почечных телец корковых нефронов с 7 по 90 сутки эксперимента в обеих возрастных группах прогрессивно превышала значения первой группы и к

90 суткам была больше значений сравнения на 13,18% у инфантильных и на 10,76% у ювенильных животных.

Рисунок 5.7 - Динамика изменения КМО у крыс с избыточным употреблением кофеина в зависимости от возраста и длительности эксперимента (в % относительно контрольной

группы)

При этом площади сосудистого клубочка и капсулы клубочка корковых нефронов также увеличивались с увеличением срока эксперимента и к 90 суткам превышали значения первой группы на 11,71% и 20,73% у инфантильных и на 9,99% и 15,88% у ювенильных животных (Рисунок 5.8).

В проксимальных извитых канальцах диаметр просвета увеличивался с 7 суток эксперимента у инфантильных животных и с 14 суток у ювенильных крыс, с увеличением сроков эксперимента изменения нарастали и к 90 суткам эксперимента этот показатель превышал значения первой группы на 11,02% и 9,05%.

При этом высота эпителия проксимальных извитых канальцев корковых нефронов прогрессивно уменьшалась с 7 суток эксперимента у инфантильных животных и с 14 суток у ювенильных крыс, к 90 суткам эксперимента отличия

данного показателя от значений первой группы составляли 15,58% и 11,58% соответственно (Рисунок 5.9).

Рисунок 5.8 - Динамика изменения площади просвета капсулы корковых нефронов у крыс с избыточным употреблением кофеина в зависимости от возраста и длительности эксперимента

(в % относительно контрольной группы)

Рисунок 5.9 - Динамика изменения высоты эпителия проксимальных извитых канальцев корковых нефронов у крыс с избыточным употреблением кофеина в зависимости от возраста и длительности эксперимента (в % относительно контрольной группы)

В дистальных извитых канальцах корковых нефронов при избыточном употреблении кофеина определялись аналогичные по направленности изменения, которые возникали несколько позже. Диаметр просвета дистальных извитых канальцев в ходе эксперимента прогрессивно увеличивался у инфантильных животных с 14 суток, а у ювенильных животных - с 30 суток. В итоге к 90 суткам данный показатель превышал значения первой группы на 7,37% у инфантильных животных, а у ювенильных крыс - на 7,87%. При этом высота эпителия дистальных извитых канальцев корковых нефронов у инфантильных крыс к 30 и 90 суткам эксперимента была меньше значений первой группы на 8,25% и 8,48%, а у ювенильных животных к 90 суткам - на 7,69% (Рисунок 5.10).

Гистоморфометрическое исследование юкстамедуллярных нефронов при избыточном употреблении кофеина выявило сходные, но несколько более выраженные изменения. Площадь почечных телец юкстамедуллярных нефронов с 7 по 90 сутки эксперимента в обеих возрастных группах прогрессивно превышала значения первой группы и к 90 суткам была больше значений сравнения на 15,61% у инфантильных и на 11,07% у ювенильных животных.

Рисунок 5.10 - Динамика изменения высоты эпителия дистальных извитых канальцев корковых нефронов у крыс с избыточным употреблением кофеина в зависимости от возраста и длительности эксперимента (в % относительно контрольной группы)

При этом площади сосудистого клубочка и капсулы клубочка юкстамедуллярных нефронов также увеличивались с увеличением срока эксперимента и к 90 суткам превышали значения первой группы на 14,13% и 23,26% у инфантильных и на 10,24% и 16,62% у ювенильных животных (Рисунок 5.11).

□ Инф ■ Юв *

* * ■

* * * я

* * ■ I

1 1 У 1 J J

7 14 30 90

Сутки

Рисунок 5.11 - Динамика изменения площади просвета капсулы юкстамедуллярных нефронов у крыс с избыточным употреблением кофеина в зависимости от возраста и длительности эксперимента (в % относительно контрольной группы)

В проксимальных извитых канальцах юкстамедуллярных нефронов диаметр просвета с 7 по 90 сутки эксперимента в обеих возрастных группах также прогрессивно увеличивался и к 90 суткам был больше значений сравнения на 11,21% у инфантильных и на 9,78% у ювенильных животных. Это происходило за счет снижения высоты эпителия проксимальных извитых канальцев: у инфантильных животных с 7 по 90 сутки эксперимента этот показатель был меньше значений первой группы на 9,01%, 10,27%, 10,39% и 14,36%, а у ювенильных животных к 30 и 90 суткам - на 11,14% и 10,78% (Рисунок 5.12).

Рисунок 5.12 - Динамика изменения высоты эпителия проксимальных извитых канальцев юкстамедяллярных нефронов у крыс с избыточным употреблением кофеина в зависимости от возраста и длительности эксперимента (в % относительно контрольной группы)

В дистальных извитых канальцах при избыточном употреблении кофеина наблюдались аналогичные по направленности, но менее выраженные изменения. Диаметр просвета дистальных извитых канальцев в ходе эксперимента прогрессивно увеличивался с 7 суток эксперимента в обеих возрастных группах, в итоге к 90 суткам данный показатель превышал значения первой группы на 10,64% у инфантильных животных, а у ювенильных крыс - на 7,92%. Это происходило за счет снижения высоты эпителия дистальных извитых канальцев: у инфантильных животных с 7 по 90 сутки эксперимента этот показатель был меньше значений 1-й группы на 6,35%, 6,38%, 6,10% и 9,54%, а у ювенильных животных к 90 суткам - на 8,90% (Рисунок 5.13).

Оценивая визуально полученные данные можно предположить, что у неполовозрелых и половозрелых животных морфофункциональное состояние различных отделов нефронов характеризуется напряжением защитно -адаптационных механизмов, что морфологически отражается в гипертрофии почечных телец, а также увеличением просвета проксимальных и дистальных

извитых канальцев.

Рисунок 5.13 - Динамика изменения высоты эпителия дистальных извитых канальцев юкстамедуллярных нефронов у крыс с избыточным употреблением кофеина в зависимости от возраста и длительности эксперимента (в % относительно контрольной группы)

При этом на субклеточном уровне структурной организации у инфантильных и ювенильных животных имеются признаки гипертрофически-гиперпластических преобразований, что может свидетельствовать о развитии компенсаторно-приспособительных процессов [25, 35, 57, 86].

Результаты проведенного однофакторного дисперсионного анализа подтвердили выявленные методами вариационной статистики закономерности.

Избыточное потребление кофеина крысами различного возраста оказывало достоверное влияние на изменение исследуемых морфологических показателей с 7 по 90 сутки эксперимента, а на изменение показателей, характеризующих выделительную функцию почек - с 14 по 90 сутки (Рисунки 5.14-5.21). Лишь у ювенильных крыс контролируемый фактор оказывал достоверное влияние на изменение структуры дистальных извитых канальцев юкстамедуллярных нефронов несколько позже - с 14 по 90 сутки.

Рисунок 5.14 - Динамика силы влияния избыточного употребления кофеина на изменение уровня мочевины в крови в зависимости от возраста животных и длительности эксперимента

(по отношению к 1-й группе) Примечание: * - на этой и последующих аналогичных диаграммах обозначает, что Б расчетное превышает Б критическое.

Максимальная сила влияния на изменение всех исследуемых показателей определялась к 90 суткам: на изменение уровня мочевины в крови (л2=0,775 и 0,629 у инфантильных и ювенильных крыс соответственно), на изменение объёма почек (л2=0,980 и 0,985), на изменение площади коркового вещества (л2=0,864 и 0,813), на изменение площади просвета капсулы корковых и юкстамедуллярных нефронов (л2 - 0,658 и 0,528, а также 0,689 и 0,534), на изменение просвета их проксимальных (л2 - 0,353 и 0,293, а также 0,358 и 0,300) и дистальных канальцев (Л2 - 0,163 и 0,246, а также 0,293 и 189).

Таким образом, избыточное употребление кофеина в дозе 120 мг/кг/сутки на органном и макро-микроскопическом уровнях структурной организации сопровождается увеличением объема и относительной массы почек, а также корково-мозгового отношения, которые нарастают по мере увеличения длительности эксперимента и зависят от возраста животных.

Рисунок 5.15 - Динамика силы влияния избыточного употребления кофеина на изменение объёма почки в зависимости от возраста животных и длительности эксперимента (по

отношению к 1-й группе)

Рисунок 5.16 - Динамика силы влияния избыточного употребления кофеина на изменение площади коркового вещества почки в зависимости от возраста животных и длительности

эксперимента (по отношению к 1 -й группе)

Рисунок 5.17 - Динамика силы влияния избыточного употребления кофеина на изменение площади просвета капсулы почечного тельца корковых нефронов в зависимости от возраста животных и длительности эксперимента (по отношению к 1 -й группе)

100 90 80 70 60

¿К 50 4 40 30 20 10 0

Сутки

инф

7 14 ^ 30 90

Рисунок 5.18 - Динамика силы влияния избыточного употребления кофеина на изменение просвета проксимальных извитых канальцев корковых нефронов в зависимости от возраста животных и длительности эксперимента (по отношению к 1 -й группе)

На тканевом и клеточном уровнях структурной организации избыточное употребление кофеина сопровождалось увеличением площади почечных телец за счет увеличения площади просвета капсулы корковых и юкстамедуллярных нефронов, а также увеличением диаметров проксимальных и дистальных извитых

*

*

канальцев и их просветов, которые нарастают с увеличением длительности эксперимента и сопровождаются уменьшением высоты эпителия. Изменения на субклеточном уровне и у инфантильных и у ювенильных животных характеризуются признаками гипертрофически-гиперпластических

преобразований.

100 90 80 70 60

)

К 50

4 40 30 20 10 0

Сутки

■ инф

7 14 30 90

Рисунок 5.19 - Динамика силы влияния избыточного употребления кофеина на изменение высоты эпителия проксимальных извитых канальцев корковых нефронов в зависимости от возраста животных и длительности эксперимента (по отношению к 1 -й группе)

юв

100 90 80 70 60

Рисунок 5.20 - Динамика силы влияния избыточного употребления кофеина на изменение просвета дистальных извитых канальцев корковых нефронов в зависимости от возраста животных и длительности эксперимента (по отношению к 1 -й группе)

100 90 80 70 60

)

К 50

4 40 30 20 10 0

Сутки

■ инф

90

7 14 30

Рисунок 5.21 - Динамика силы влияния избыточного употребления кофеина на изменение высоты эпителия дистальных извитых канальцев корковых нефронов в зависимости от возраста животных и длительности эксперимента (по отношению к 1-й группе)

юв

*

По данным однофакторного дисперсионного анализа избыточное употребление кофеина оказывало максимальное влияние для всех исследуемых популяций нефронов на изменение просвета капсулы почечного тельца и просвета проксимальных и дистальных извитых канальцев, а влияние на изменение высоты эпителиоцитов было в значительно меньшей степени, можно предположить следующее. Основной вклад в увеличение исследуемых морфологических показателей вносит гиперфильтрация с последующей гипертензией в канальцах, что отражается на высоте эпителия, но отнюдь не на их функции.

Можно предположить, что такой характер структурных преобразований в почках под действием избыточных доз кофеина вызван несколькими факторами. Кофеин в высоких дозах повышает диурез, а высокие концентрации его метаболитов (параксантин, теобромин, теофиллин) оказывают повышенную функциональную нагрузку на почки, так как через почки обеспечивается их выведение из организма [94].

Кофеин может повышать уровень внутриклеточного цАМФ через ингибирование фосфодиэстеразы, что активирует протеинкиназу А [59], что может стимулировать экспрессию НАДФН-оксидазы и её активность в клетках

почек [63], в результате чего активируются механизмы образования супероксида и других свободных радикалов. Свободные радикалы могут образовываться и в митохондриях клеток почек при их повышенной метаболической активности [101]. Вышеперечисленное играет важнейшую роль в развитии окислительного стресса при избыточном потреблении кофеина нарушая баланс между производством и нейтрализацией свободных радикалов. В нормальных условиях митохондрии используют антиоксидантные системы (например, супероксиддисмутазу, глутатионпероксидазу), чтобы нейтрализовать свободные радикалы [136]. Однако при избытке кофеина количество образующихся реактивных форм кислорода может превышать возможности антиоксидантных систем, что может привести к клеточному повреждению. Нельзя также исключать и возможное прямое токсическое действие высоких доз кофеина и его метаболитов на клетки почек. Можно предположить, что некоторые ультраструктурные изменения (такие как расширение капилляров сосудистого клубочка, утолщение базальной мембраны) являются проявлением компенсаторных механизмов, способствующих уменьшению фильтрационного давления и снижению функциональной нагрузки на почки.

Разную выраженность изменений исследуемых морфологических показателей почек у подопытных животных различного возраста можно объяснить более высокой лабильностью нервной и эндокринной систем, повышенной проницаемостью сосудов микроциркуляторного русла у инфантильных крыс [7, 62].

Вышеописанные изменения в почках, возникавшие при действии кофеина, исследовались на предмет возможности их коррекции. В качестве корректора нами был избран препарат мексидол, основными эффектами которого являются антиоксидантный, мембранопротекторный и антигипоксантный [54]. Данный препарат зачастую используют при лечении неврологических заболеваний, так как там он показывает наибольшую эффективность [11], однако действие мексидола не имеет строго избирательного характера в отношении того или иного органа или системы [9], поэтому он может рассматриваться как лекарственное

средство, эффекты которого мы ожидаем наблюдать на любом исследуемом нами органе.

Применение мексидола в третьей группе эксперимента сопровождалось увеличением массы тела животных обеих возрастных групп при сравнении с показателями второй группы. Однако у инфантильных крыс прирост показателей во все сроки наблюдения не достигал отметки, достаточной для того, чтобы считать его достоверным.

Введение мексидола на фоне избыточного употребления кофеина сопровождалось восстановлением выделительной функции почек с 30 суток эксперимента, по мере увеличения длительности коррекции ее эффективность нарастала. В итоге, к 90 суткам эксперимента уровни креатинина и мочевины в крови у инфантильных животных были меньше значений 2-й группы на 12,14% и 10,71%, а у ювенильных крыс - на 7,84% и 9,05% (Рисунок 5.22).

Рисунок 5.22 - Динамика изменения уровня креатинина в крови у крыс с избыточным употреблением кофеина на фоне коррекции мексидолом в зависимости от возраста и длительности эксперимента (в % относительно группы без коррекции)

Введение мексидола на фоне избыточного употребления кофеина сопровождалось и восстановлением строения почек на органном уровне структурной организации с 14 суток эксперимента, а эффективность коррекции

также нарастала по мере увеличения её длительности. К 90 суткам эксперимента относительная масса и объём почек отставали от значений 2-й группы у инфантильных животных на 12,39% и 14,80%, а у ювенильных крыс - на 13,15% и 10,70% (Рисунок 5.23).

Рисунок 5.23 - Динамика изменения относительной массы почек у крыс с избыточным употреблением кофеина на фоне коррекции мексидолом в зависимости от возраста и длительности эксперимента (в % относительно группы без коррекции)

В условиях коррекции мексидолом на макро-микроскопическом уровне структурной организции строение почек также восстанавливалось и у инфантильных крыс площадь коркового вещества к 30 и 90 суткам была меньше значений 2-й группы на 6,25% и 9,76%, а у ювенильных крыс к 90 суткам - на 7,16% (Рисунок 5.24). Значения КМО в третьей группе не имели достоверных изменений в обеих возрастных группах.

Восстановление структуры почек на органном и макромикроскопическом уровнях организации в условиях применения мексидола на фоне избыточного употребления кофеина сопровождалось и восстановлением структуры корковых и юкстамедуллярных нефронов, а выраженность изменений также зависела от возраста животных.

Рисунок 5.24 - Динамика изменения площади коркового вещества почек у крыс с избыточным употреблением кофеина на фоне коррекции мексидолом в зависимости от возраста и длительности эксперимента (в % относительно группы без коррекции)

Границ доверительного интервала выявленные изменения достигали для корковых нефронов с 14 суток эксперимента у инфантильных крыс и с 30 суток у ювенильных животных, для юкстамедуллярных нефронов статистически значимые отличия наблюдались с 14 суток.

По мере увеличения длительности коррекции выявленные изменения нарастали и к 90 суткам площадь сосудистого клубочка и площадь просвета капсулы корковых нефронов в группе инфантильных крыс были меньше значений 2-й группы на 6,63% и 10,69%, а в группе ювенильных - на 5,91 и 8,51%. Для аналогичных показателей юкстамедуллярных нефронов статистически значимые отклонения составляли 8,34% и 11,75%, и 8,42% и 12,69% (Рисунок 5.25).

В проксимальных извитых канальцах в условиях коррекции мексидолом статистически значимые отличия исследуемых показателей от значений группы без коррекции для корковых нефронов наблюдались с 14 суток эксперимента у инфантильных крыс и с 30 суток у ювенильных животных, для юкстамедуллярных нефронов статистически значимые отличия наблюдались с 14 суток в обеих возрастных группах.

Рисунок 5.25 - Динамика изменения площади просвета капсулы корковых нефронов у крыс с избыточным употреблением кофеина на фоне коррекции мексидолом в зависимости от возраста и длительности эксперимента (в % относительно группы без коррекции)

По мере увеличения длительности коррекции выявленные изменения также нарастали и к 90 суткам у инфантильных крыс просвет проксимальных канальцев корковых и юкстамедуллярных нефронов был меньше значений 2-й группы на 8,46% и 9,35%, а высота их эпителия превышала значения сравнения на 14,77% и 12,58% (Рисунок 5.26). Для аналогичных показателей у ювенильных животных статистически значимые отклонения составляли 6,01% и 6,10%, и 12,58% и 5,61% соответственно.

Наконец, в дистальных извитых канальцах в условиях коррекции мексидолом статистически значимые отличия исследуемых показателей от значений группы без коррекции для корковых нефронов наблюдались с 30 суток эксперимента в обеих возрастных группах, для юкстамедуллярных нефронов статистически значимые отличия наблюдались с 14 суток у инфантильных животных и с 30 суток у ювенильных крыс.

По мере увеличения длительности коррекции выявленные изменения также нарастали и к 90 суткам у инфантильных крыс просвет дистальных канальцев корковых и юкстамедуллярных нефронов был меньше значений 2-й группы на 6,46% и 8,21%, а высота их эпителия превышала значения сравнения на 9,60% и

8,55% (Рисунок 5.27). У ювенильных животных к 90 суткам просвет дистальных канальцев корковых и юкстамедуллярных нефронов был меньше значений 2 -й группы на 4,67% и 7,54%, а высота эпителия лишь в юкстамедуллярных нефронах возрастала на 7,82%.

Рисунок 5.26 - Динамика изменения высоты эпителия проксимальных извитых канальцев корковых нефронов у крыс с избыточным употреблением кофеина на фоне коррекции мексидолом в зависимости от возраста и длительности эксперимента (в % относительно группы

без коррекции)

Рисунок 5.27 - Динамика изменения высоты эпителия дистальных извитых канальцев корковых нефронов у крыс с избыточным употреблением кофеина на фоне коррекции мексидолом в зависимости от возраста и длительности эксперимента (в % относительно группы без

коррекции)

Проведенный однофакторный дисперсионный анализ подтвердил, что применение мексидола у животных с избыточным употреблением кофеина оказывало достоверное влияние на изменение исследуемых морфофункциональных параметров почек.

Подкожное введение мексидола в дозе 50 мг/кг/сутки на фоне избыточного употребления кофеина как контролируемый фактор оказывало достоверное влияние на исследуемые морфологические показатели почек в период с 14 по 90 сутки у инфантильных животных и с 30 по 90 сутки у ювенильных животных, а сила влияния нарастала с увеличением длительности коррекции. В обеих возрастных группах сила влияния контролируемого фактора в большинстве случаев являлась максимальной к 90 суткам эксперимента. Степень влияния введения мексидола у инфантильных крыс была выше, чем у ювенильных (Рисунки 5.28-5.31).

Рисунок 5.28 - Динамика силы влияния введения мексидола на фоне избыточного употребления кофеина на изменение уровня мочевины в крови в зависимости от возраста животных и длительности эксперимента (по отношению к 2-й группе)

Максимальная сила влияния введения мексидола у инфантильных крыс определялась к 90 суткам наблюдения на изменение уровня креатинина в крови

(Л2=0,722), на изменение объёма почек (л2=0,958), на изменение площади коркового вещества (л2=0,671), на изменение площади просвета капсулы корковых и юкстамедуллярных нефронов (л2 - 0,403 и 0,441), на изменение просвета их проксимальных (л2 - 0,262 и 0,293) и дистальных извитых канальцев (Л2 - 0,189 и 0,237).

Рисунок 5.29 - Динамика силы влияния введения мексидола на фоне избыточного употребления кофеина на изменение объёма почек в зависимости от возраста животных и длительности

эксперимента (по отношению к 2-й группе)

У ювенильных животных максимальная сила влияния введения мексидола определялась к 90 суткам на изменение уровня мочевины в крови (л2=0,590), на изменение объёма почек (л2=0,962), на изменение площади коркового вещества (Л2=0,577), на изменение площади просвета капсулы корковых и юкстамедуллярных нефронов (л2 - 0,287 и 0,465), на изменение просвета их проксимальных (л2 - 0,144 и 0,177) и дистальных извитых канальцев (л2 - 0,104 и 0,181).

Рисунок 5.30 - Динамика силы влияния введения мексидола на фоне избыточного употребления кофеина на изменение площади просвета капсулы корковых нефронов в зависимости от возраста животных и длительности эксперимента (по отношению к 2-й группе)

Рисунок 5.31 - Динамика силы влияния введения мексидола на фоне избыточного употребления кофеина на изменение высоты эпителия проксимальных извитых канальцев корковых нефронов в зависимости от возраста животных и длительности эксперимента (по отношению к 2-й

группе)

Таким образом, подкожное введение мексидола в дозе 50 мг/кг/сутки подопытным животным на фоне избыточного употребления кофеина

сопровождается сглаживанием негативного влияния условий эксперимента на морфогенез почек преимущественно с 14 суток исследования у инфантильных крыс и с 30 суток у ювенильных животных.

Это проявляется в сравнении с группой без применения мексидола признаками восстановления массы тела, относительной массы и объёма почек, а также морфометрических характеристик корковых и юкстамедуллярных нефронов. У инфантильных крыс применение мексидола более эффективно, чем у ювенильных животных.

Эффективность мексидола, вероятно, была обусловлена его способностью как антиоксиданта понижать количество свободных радикалов, которые могут образовываться при употреблении кофеина в очень высоких дозах, вызывая тем самым окислительный стресс [61, 77, 81, 101, 129, 134]. Стабилизация клеточных мембран потенциально может предотвращать повреждение почечных клеток в условиях высокой функциональной нагрузки, вызванной высокими дозами кофеина. Кумулятивный эффект, вероятно, объясняет рост эффективности мексидола на более поздних сроках эксперимента.

В диссертационной работе решена актуальная научная задача -установлены возрастные особенности структурных преобразований почек у крыс при избыточном употреблении кофеина и обосновано применение мексидола в качестве корректора возникающих при этом изменений. Полученные результаты позволяют сделать следующие выводы:

1. Избыточное употребление кофеина в дозе 120 мг/кг/сутки на органном и макро-микроскопическом уровнях структурной организации сопровождалось увеличением объема и относительной массы почек, а также корково-мозгового отношения, которые нарастали по мере увеличения длительности эксперимента и зависели от возраста животных. К 90 суткам эксперимента у инфантильных крыс объем почек превышал значения сравнения на 29,08%, относительная масса почек - на 24,11%, а КМО - на 9,89%. Для ювенильных животных отклонения объёма и относительной массы составляли соответственно 16,15% и 20,68%.

2. На тканевом и клеточном уровнях структурной организации избыточное употребление кофеина сопровождалось увеличением площади почечных телец за счет увеличения площади просвета капсулы корковыхых и юкстамедуллярных нефронов, а также увеличением диаметров проксимальных и дистальных извитых канальцев и их просветов, которые нарастали с увеличением длительности эксперимента. К 90 суткам у инфантильных крыс площадь просвета капсулы для корковых и юкстамедуллярных нефронов возрастала на 20,73% и 23,26%, диаметры просвета проксимальных канальцев - на 11,92% и 11,21%, а диаметры просвета дистальных канальцев - на 7,37% и 10,64%. Для ювенильных животных аналогичные отклонения составляли соответственно 15,88%, 16,62%, 9,05%, 9,78%, 7,87% и 7,92%. Изменения на субклеточном уровне и у инфантильных и у ювенильных животных характеризовались признаками преимущественно гипертрофически-гиперпластических преобразований.

3. Подкожное введение мексидола в дозе 50 мг/кг/сутки подопытным

животным на фоне избыточного употребления кофеина сопровождалось сглаживанием негативного влияния условий эксперимента на морфогенез почек преимущественно с 14 суток исследования у инфантильных крыс и с 30 суток у ювенильных животных. Это проявлялось в сравнении с группой без применения мексидола признаками восстановления массы тела, относительной массы и объёма почек, а также морфометрических характеристик корковых и юкстамедуллярных нефронов. У инфантильных крыс применение мексидола было более эффективно, чем у ювенильных животных.

4. Избыточное употребление кофеина в дозе 120 мг/кг/сутки как контролируемый фактор оказывало достоверное влияние на изменение исследуемых морфологических показателей почек с 7 по 90 сутки эксперимента у инфантильных и ювенильных животных. Сила влияния контролируемого фактора нарастала с увеличением длительности эксперимента и в большей степени былавыражена у инфантильных крыс.

5. К 90 суткам у инфантильных крыс максимальная сила влияния была зарегистрирована на параметрах площади поперечного среза почки (л2=0,887), площади коркового (л2=0,864) и мозгового (л2=0,519) веществ, площади почечного тельца корковых (л2=0,515) и юкстамедуллярных (л2=0,614) нефронов, площади просвета капсулы клубочка корковых (л2=0,658) и юкстамедуллярных (Л2=0,689) нефронов. У ювенильных крыс к этому сроку максимальная сила влияния была зарегистрирована на параметрах площади поперечного среза почки (Л2=0,841), площади коркового (л2=0,813) и мозгового (л2=0,684) веществ, площади почечного тельца корковых (л2=0,418) и юкстамедуллярных (л2=0,426) нефронов, площади просвета капсулы клубочка корковых (л2=0,528) и юкстамедуллярных (л2=0,534) нефронов.

6. Подкожное введение мексидола в дозе 50 мг/кг/сутки на фоне избыточного употребления кофеина оказывало достоверное влияние на исследуемые морфологические показатели почек в период с 14 по 90 сутки у инфантильных животных и с 30 по 90 сутки у ювенильных животных, а сила

влияния нарастала с увеличением длительности коррекции. В обеих возрастных группах сила влияния контролируемого фактора в большинстве случаев являлась максимальной к 90 суткам эксперимента. Степень влияния введения мексидола у инфантильных крыс была выше, чем у ювенильных.

1. Сведения о морфофункциональных и компенсаторно-приспособительных изменениях, происходящих в почках белых крыс различного возраста при избыточном употреблении кофеина в дозе 120 мг/кг/сутки расширяют и углубляют представления о реакции органов выделительной системы на влияние экзогенных факторов и позволяют оценить общую направленность адаптационных изменений в них. Полученные результаты дополняют соответствующие разделы учебного материала на кафедрах анатомии человека, гистологии, цитологии и эмбриологии, профессиональной патологии, педиатрии, а также урологии.

2. Избыточное употребление кофеина в дозе 120 мг/кг/сутки сопровождается выраженными неблагоприятными изменениями в корковом веществе почек подопытных животных. В связи с этим у лиц, которые систематически употребляют кофе и другие напитки, содержащие кофеин, в высоких дозах, следует обращать внимание на возможные негативные последствия, которые отразятся на структурно-функциональном состоянии почек.

3. Подкожное введение мексидола в дозе 50 мг/кг/сутки на фоне избыточного употребления кофеина в значительной степени сглаживает негативные изменения в корковом веществе почек. Это позволяет рекомендовать данный препарат для профилактики и коррекции осложнений со стороны мочевыделительной системы у лиц, которые систематически употребляют кофе и другие кофеинсодержащие напитки.

Перспективы дальнейших исследований данного направления весьма обширны и могут охватывать как молекулярные, так и системные уровни анализа. Важно провести углублённое изучение молекулярных механизмов нефропротективного действия мексидола при избыточном употреблении кофеина, с акцентом на оценку его влияния на ключевые маркеры окислительного стресса, а также на процессы апоптоза и митохондриальной дисфункции в ткани почек. Изучение экспрессии генов и белков, участвующих в апоптозе, позволит глубже понять пути цитопротекции.

Перспективным направлением является анализ дозозависимости защитного действия мексидола, включая сравнение его эффективности при остром и хроническом воздействии кофеина. Расширение экспериментальной модели за счёт включения других органов-мишеней, таких как печень или сердце, позволит оценить системный характер защитного действия препарата. Дополнительно целесообразно провести сравнительный анализ мексидола с другими антиоксидантами для определения наилучшей стратегии фармакологической коррекции.

Полученные результаты могут быть использованы для формирования научной базы, необходимой для перехода к доклиническим и клиническим исследованиям, направленным на применение мексидола в профилактике и лечении поражений почек, вызванных злоупотреблением кофеином и энергетическими напитками.

1-я группа - контрольная группа эксперимента;

2-я группа - группа эксперимента, где животные потребляли кофеин в дозировке 120 мг/кг/сутки;

3-я группа - группа эксперимента, где животным вводили мексидол (50 мг/кг/сутки) на фоне потребления ими кофеина в дозировке, аналогичной таковой во второй группе;

LEC (англ. lymphatic endothelial cells) - лимфатические эндотелиальные клетки;

TAL (англ. thick ascending limb) - восходящая часть петли Генле;

БМК - базальная мембрана клубочка;

КМО - корково-мозговое отношение;

АФК - активная форма кислорода;

ПК - просвет капсулы клубочка;

СК - сосудистый клубочек;

СОД - супероксиддисмутаза;

цАМФ - циклический аденозинмонофосфат;

ЮГА - юкстагломерулярный аппарат.

1. Автандилов, Г.Г. Медицинская морфометрия / Г. Г. Автандилов. - М.: Медицина, 1990. - 384 с.

2. Автандилов, Г.Г. Основы количественной патологической анатомии / Г. Г. Автандилов. - М.: Медицина, 2002. -240 c.

3. Андреева, С.Д. Возрастные изменения ультраструктурной организации нефронов свиньи / С. Д. Андреева // International journal of experimental education. - 2014. - №1. - С. 58-60.

4. Антистрессорные эффекты антиоксиданта Мексидола и его аналогов в экстремальных ситуациях / Т.А. Воронина, Л.Д. Смирнов, Е.С. Телешова [и др.] // Таврический журнал психиатрии. - 2002. - Т. 6., № 2. - С. 73-74.

5. Арчаков, А.И. Микросомальное окисление / А. И. Арчаков. - М.: Наука, 1975. - 327 с.

6. Балабай, А.А. Вплив бшрололу та тютриазолшу на структурну оргашзацш нирки щурiв iз спонтанною артерiальною riпертензieю / А. А. Балабай, О.Г. Божко // Свгг медицини та бюлоги. - 2010. - № 4. - С. 93-97.

7. Баскевич, О.В. Морфолопчш та бiохiмiчнi особливост фшьтрацшного бар'еру нирок при загальнш гшотермп у щурiв рiзного вшу / О. В. Баскевич // Галицький лшарський вюник. - 2010. - Том 17, № 2. - С. 8-11.

8. Власова, А.А. Динамика показателей микроморфометрии белой пульпы селезёнки половозрелых крыс при избыточном потреблении кофеина и коррекции мексидолом / А. А. Власова, В. И. Лузин // Научно-практический журнал «Университетская клиника». — 2023. — № 4 (49). — С. 11-15.

9. Воронина, Т.А. Антиоксидант Мексидол. Основные эффекты и механизм действия / Т.А. Воронина // Психофармакология и биология. Наркология. - 2001. - № 1. - С. 2-12.

10. Воронина, Т.А. Мексидол: спектр фармакологических эффектов / Т. А. Воронина // Журнал неврологии и психиатрии. — 2012. — № 12 (2). — С. 86-90.

11. Воронина, Т.А. Роль оксидативного стресса при остром экспериментальном геморрагическом инсульте и терапевтические эффекты Мексидола / Т. А. Воронина, В. А. Крайнева, Н. Н. Золотов // Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. — 2022. — № 122 (82) Спецвыпуски. — С. 6571.

12. Гильдиков, Д.И. Гепатопротекторное и антиоксидантное действие препарата мексидол-вет® в эксперименте на крысах / Гильдиков, Д. И. // Российский ветеринарный журнал. — 2020. — № 5. — С. 38-42.

13. Гистоморфометрические параметры дистальных извитых канальцев почек крыс различных возрастных групп на фоне ингаляционного воздействия толуола с применением корректоров / В. И. Лузин, О. Н. Фастова, В. Н. Морозов, Е. Н. Морозова // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия Медицина. Фармация. - 2016. - № 5 (2226). - Выпуск 33. - С. 99-103.

14. Гончаревская, О.А. Интракортикальные и юкстамедуллярные нефроны почки в постэмбриональном онтогенезе крысы / О. А. Гончаревская // Архив анат., гистол. и эмбриол. - 1977. - Т. 72, №6. - С. 20-26.

15. Грищенко, А.А. Некоторые показатели органометрии селезенки ювенильных крыс на фоне избыточного потребления кофеина при возможной коррекции мексидолом / А. А. Грищенко // Морфологический альманах имени

B.Г. Ковешникова. — 2022. Том 20. — № 3. — С. 30-33.

16. Грищенко, А.А. Показатели макро-микроморфометрии селезенки крыс различного возраста на фоне избыточного потребления кофеина при возможной коррекции мексидолом / Грищенко А. А. // Проблемы экологической и медицинской генетики и клинической иммунологии. — 2022. Том 173. — № 5. —

C. 31-39.

17. Грищенко, А.А. Некоторые показатели органометрии селезенки инфантильных крыс на фоне избыточного потребления кофеина при возможной коррекции мексидолом / Грищенко А. А., Лузин В. И. // Морфологический альманах имени В.Г. Ковешникова. — 2022. Том 20. — № 2. — С. 23-26.

18. Власова, А.А. Применение метода однофакторного дисперсионного анализа для оценки влияния избыточного потребления кофеина на морфологические параметры селезёнки крыс / А.А. Власова, В.И. Лузин // Морфологический альманах имени В.Г. Ковешникова. — 2023. Том 21. — № 3. — С. 11-15.

19. Западнюк, В.И. Лабораторные животные / В. И. Западнюк, И. П. Западнюк, Е. А. Захария. - К.: Вища школа, 1983. - 383 с.

20. Квятковский, Е.А. Ультрасонография и допплерография в диагностике заболеваний почек. / Е.А. Квятковский, Т.А. Квятковская. - Днепропетровск: Новая идеология, 2005. - 318 с.

21. Колб, В.Г. Клиническая биохимия / В.Г. Колб, В.С. Камышников. -Минск: Беларусь, - 1976. - 211 c.

22. Количественный анализ антиоксидантной активности лекарственного препарата "Мексидол" / О. В. Семикашева, Л. Р. Якупова, И. М. Борисов, Р. Л. Сафиуллин // Химико-фармацевтический журнал. - 2020. - Т. 54, № 12. - С. 5255.

23. Корреляционные связи между органометрическими признаками органов репродуктивной системы под воздействием гипертермии и физической нагрузки / В.А. Пастухова, Л.Ю. Санькова, Л.В. Стклянина, Л.И. Чистолинова // Украшський морфолопчний альманах. - 2010. - Том 8, № 4. - С. 88-89.

24. Лапач, С.Н. Статистические методы в медико-биологических исследованиях с использованием Excel / С. Н. Лапач, А. В. Чубенко, П. Н. Бабич. - Киев: «Морион», 2001. - 210 с.

25. Лузин, В.И. Ультраструктурные преобразования в почечных тельцах кортикальных нефронов инфантильных белых крыс на фоне избыточного потребления кофеина / В.И. Лузин, А.А. Толстенко // Сборник научных трудов по материалам I Региональной научно-практической конференции «Актуальные вопросы биологии и медицины». - г. Луганск, 11 апреля 2024 года. - C. 90-93.

26. Макарова, Н.В. Статистика в Excel: учебное пособие / Н. В. Макарова, В. А. Трофимец. - М.: Финансы и статистика, 2002. - 368 с.

27. Миронов, А. А. Методы электронной микроскопии в биологии и медицине: методическое руководство / А. А. Миронов, Я. Ю. Комиссарчик, В. А. Миронов. - СПб.: Наука, 1994. - 400 с.

28. Мовенко, А.В. Оценка влияния избыточного употребления кофеина и введения мексидола на изменение структурно-функционального состояния костной системы у белых крыс / А.В. Мовенко // Морфологический альманах имени В.Г. Ковешникова. - 2023. - Т. 21, №2. - С. 16-21.

29. Мовенко, А.В. Структура середины диафиза большеберцовых костей у белых крыс различного возраста при избыточном употреблении кофеина и введении мексидола / А.В. Мовенко // Морфологический альманах имени В.Г. Ковешникова. - 2022. - Т. 20, №4. - С. 107-112.

30. Мовенко, А.В. Химический состав костей скелета у белых крыс различного возраста при избыточном употреблении кофеина и введении мексидола / А.В. Мовенко, И.А. Ладыш // Проблемы экологической и медицинской генетики и клинической иммунологии - 2022. - Вып. 6 (174). - С. 25-35.

31. Морозова, А.М. Влияние препарата «Мексидол» на динамику изменений гематологических показателей при индуративной форме острого панкреатита собак / А. М. Морозова, И. Д. Шапошникова, И. И. Калюжный // Аграрный научный журнал. - 2023. - № 4. - С. 72-75.

32. Морфофункциональное состояние почек у крыс различного возраста с избыточным потреблением кофеина при возможной коррекции мексидолом / А.А. Толстенко, А.В. Мовенко, А.А. Грищенко [и др.] // Морфологический альманах имени В.Г. Ковешникова. - 2023. - Т. 21, №4. - С. 85-90.

33. Овчаренко, В.В. Комп'ютерна програма для морфометричних дослщжень «Master of Morphology» / В. В.Овчаренко, В. В. Маврич // Свщ. про реестрацш авт. права на винахщ № 9604, дата реестрацп 19.03.2004.

34. Приказ Минздрава СССР от 12.08.1977 №775 «О мерах по дальнейшему совершенствованию организационных форм работы с использованием экспериментальных животных».

35. Ромашкина, Е.А. Субмикроскопическая организация канальцев нефрона почек крыс при экспериментальном атеросклерозе и в условиях его генной коррекции / Е. А. Ромашкина // Медицинские новости. - 2015. - №6. -С. 67-69.

36. Рыболовлев, Ю.Р. Дозирование веществ для млекопитающих по константе биологической активности / Ю.Р. Рыболовлев, Р.С. Рыболовлев // Доклады АН СССР. - 1979. - Т. 247, № 6. - С. 1513-1516.

37. Саркисов, Д.С. Микроскопическая техника: Руководство для врачей и лаборантов / Д. С. Саркисов, Ю. Л. Перов. - М.: «Медицина», 1996. - 544 с.

38. Сравнительная оценка терапевтической эффективности препарата «Мексидол» при токсическом панкреатите у собак / А. М. Морозова, А. Н. Калис, И. Д. Шапошникова, И. И. Калюжный // Вестник Алтайского государственного аграрного университета. - 2023. - № 4(222). - С. 69-73.

39. Сравнительное влияние кардиоваскулярных лекарственных средств на функциональное состояние почек в эксперименте / И.И. Заморский, Р.Б. Косуба, И.Г. Кишкан [и др.] // Буковинський медичний вюник. - 2012. - Т.16, №3. - С. 128-131.

40. Степин, Б. Д. Применение международной системы единиц физических величин в химии / Б. Д. Степин. - М.: Высшая школа, 1990. - 96 с.

41. Толстенко, А.А. Макро-микроморфометрическое исследование почек крыс различного возраста с избыточным потреблением кофеина при возможной коррекции мексидолом / А.А. Толстенко // Морфологический альманах имени В.Г. Ковешникова. - 2023. - Т. 21, №1. - С. 111-115.

42. Толстенко, А.А. Некоторые показатели размеров кортикальных нефронов у ювенильных белых крыс в условиях избыточного потребления кофеина при коррекции мексидолом / Толстенко А.А., Лузин В.И. // Научно-практический журнал «Университетская клиника». - 2024. - № 3 (52). - С. 11-15.

43. Толстенко, А.А. Некоторые показатели морфометрии почечного тельца кортикальных нефронов у инфантильных белых крыс в условиях избыточного потребления кофеина / Толстенко А. А. // Сборник материалов Всероссийской

научно-практической конференции, посвящённой 150-летию со дня рождения Н. А. Семашко «Теоретические и практические аспекты современной медицины». -г. Симферополь, 18 апреля 2024 года. - С. 325-326.

44. Толстенко, А.А. Структура кортикальных нефронов у инфантильных крыс, избыточно потребляющих кофеин при возможной коррекции мексидолом / А.А. Толстенко, Лузин В.И., Горбатых Т.Д. // Сборник научных статей с международным участием, посвящённый 100-летию со дня рождения доктора медицинских наук, профессора Петра Фёдоровича Степанова «Актуальные вопросы морфологии». - г. Смоленск, 2024 г. - С. 129-131.

45. Толстенко, А.А. Структура юкстамедуллярных нефронов у крыс различного возраста с избыточным потреблением кофеина при возможной коррекции мексидолом / А.А. Толстенко // Проблемы экологической и медицинской генетики и клинической иммунологии. - 2023. - Выпуск 4 (178). -С. 175-183.

46. Толстенко, А.А. Структурные преобразования почечного тельца кортикальных нефронов у крыс различного возраста с избыточным потреблением кофеина при возможной коррекции мексидолом / А.А. Толстенко // Морфологический альманах имени В.Г. Ковешникова. - 2023. - Т. 21, №3. - С. 24-28.

47. Толстенко, А.А. Органометрические параметры почек ювенильных белых крыс в условиях избыточного употребления кофеина и оценка возможности коррекции таких параметров при помощи мексидола / А.А. Толстенко // Сборник материалов открытой студенческой научной конференции «Актуальные вопросы биологии и медицины». - г. Луганск, 11 апреля 2023 года. - С. 196-200.

48. Толстенко, А.А. Оценка влияния избыточных доз кофеина на органометрические показатели почек инфантильных белых крыс в условиях подкожного введения мексидола / А.А. Толстенко // Сборник материалов 95-й Всероссийской научно-практической конференции, посвящённой десятилетию

науки и технологий в России «Теоретические и практические аспекты современной медицины». - г. Симферополь, 6 апреля 2023. - С. 319-320.

49. Толстенко, А.А. Оценка степени влияния введения мексидола крысам различного возраста, избыточно употреблявшим кофеин, на изменение строения почек на органном, макро-микроскопическом и тканевом уровнях структурной организации / А.А. Толстенко, В.И. Лузин // Морфологический альманах имени В.Г. Ковешникова. - 2024. - Том 22, №2. - С. 56-61.

50. Толстенко, А.А. Оценка степени влияния избыточного употребления кофеина на изменение строения почек на органном, макро-микроскопическом и тканевом уровнях структурной организации у крыс различного возраста / А.А. Толстенко, В.И. Лузин // Морфологический альманах имени В.Г. Ковешникова. -2024. - Том 22, №1. - С. 45-50.

51. Толстенко, А.А. Оценка степени коррекции мексидолом изменений органометрических параметров почек белых крыс различного возраста на фоне употребления избыточных доз кофеина / А.А. Толстенко // Научно-практический журнал «Университетская клиника». - 2024. - Специальный выпуск № 2. - С. 889.

52. Тяглова, И.Ю. Морфологические особенности почки белой крысы / И. Ю. Тяглова, Р. И. Ситдиков, А. З. Каримова // Ученые записки Казанской государственной академии ветеринарной медицины им. Н.Э. Баумана. - 2013. - Т. 216. - С. 333-337.

53. Тяглова, И.Ю. Иннервация кровеносных сосудов почки у белой лабораторной крысы / И.Ю. Тяглова, Р.И. Ситдиков, О.Т. Муллакаев // Ученые записки Казанской государственной академии ветеринарной медицины им. Н. Э. Баумана. - 246 (2). - С. 232-236.

54. Щулькин, А.В. Современные представления об антигипоксическом и антиоксидантном эффектах мексидола / А. В. Щулькин // Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. — 2018. — № 118(12-2). — С. 87-93.

55. Abbott, P.J. Caffeine: a toxicological overview / P.J. Abbott // Med. J. Aust. - 1986. - Vol. 145(10). - P. 518-521.

56. Adenosine A2A receptor antagonists: from caffeine to selective non-xanthines / K.A. Jacobson, Z.G. Gao, P. Matricon [et al.] // Br. J. Pharmacol. - 2022. - № 179(14). - P. 3496-3511.

57. Adverse prenatal environment and kidney development: implications for programing of adult disease / E. S. Dorey, M. Pantaleon, K. A. Weir, K. M. Moritz // Reproduction. - 2014. - Vol. 147. - R189-R198.

58. Age, kidney function, and risk factors associate differently with cortical and medullary volumes of the kidney / X. Wang, T.J. Vrtiska, R.T. Avula [et al.] // Kidney Int. - 2014. - Vol. 85. - P.677-685.

59. Arnaud, M.J. The pharmacology of caffeine / M.J. Arnaud // Prog Drug Res. - 1987. - 31. - P. 273-313.

60. Anand, S. Aging and Chronic Kidney Disease: The Impact on Physical Function and Cognition / S. Anand, K. L. Johansen, M. K. Tamura // J. Gerontol. A Biol. Sci. Med. Sci. - 2014. - Vol. 69A. - P. 315-322.

61. Bochner, B. R. AppppA and related adenylylated nucleotides are synthesized as a consequence of oxidation stress. / B.R. Bochner // Cell. - 1984. - Vol. 37, №. 1. -P. 225-232.

62. Boorman, G. A. Chapter 2 - Introduction to First Edition, Editor(s): Andrew W. Suttie, Boorman's Pathology of the Rat (Second Edition) / G. A. Boorman, M. R. Elwell, S. L. Eustis // Academic Press. - 2018. - P. 3-5.

63. Common questions and misconceptions about caffeine supplementation: what does the scientific evidence really show? / J. Antonio, D.E. Newmire, J.R. Stout [et al.] // J. Int. Soc. Sports Nutr. - 2024. - Vol. 21(1). - 2323919.

64. Burg, A. W. Physiological Disposition of Caffeine / A. W. Burg // Drug Metabolism Reviews. 1975. - Vol. 4(2). - P. 199-228.

65. Caffeine: A Multifunctional Efficacious Molecule with Diverse Health Implications and Emerging Delivery Systems / X. Song, M. Singh, K.E. Lee [et al.] // Int. J. Mol. Sci. — 2024. — Vol. 25(22). — 12003.

66. Caffeine Accelerates Cystic Kidney Disease in a Pkdl-Deficient Mouse Model / R. Meca, B.E. Balbo, M.S. Ormanji [et al.] // Cell Physiol. Biochem. — 2019.

— № 52(5). — P. 1061-1074.

67. Caffeine and Its Antioxidant Properties - It Is All about Dose and Source / B.E. Osz, G. Jitca, R.E. Stefanescu [et al.] // Int. J. Mol. Sci. - 2022. - Vol. 23(21). -13074.

68. Caffeine and Purine Derivatives: A Comprehensive Review on the Chemistry, Biosynthetic Pathways, Synthesis-Related Reactions, Biomedical Prospectives and Clinical Applications / A.A. Abu-Hashem, O. Hakami, M. El-Shazly [et al.] // Chem. Biodivers. — 2024. — № 21(7). — e202400050.

69. Caffeine and the kidney: what evidence right now? / D. Bolignano, G. Coppolino, A. Barilla [et al.] // J. Ren. Nutr. - 2007. - № 17(4). - P. 225-34.

70. Caffeine, coffee, and appetite control: a review / M.M. Schubert, C. Irwin, R.F. Seay [et al.] // Int. J. Food Sci. Nutr. — 2017. — № 68(8). — P. 901-912.

71. Caffeine consumption, toxicity, tolerance and withdrawal; shared genetic influences with normative personality and personality disorder traits / N. Czajkowski, K. S. Kendler, F. A. Torvik [et al.] // Exp. Clin. Psychopharmacol. - 2021. - Vol. 29(6).

- P. 650-658.

72. Caffeine effects on systemic metabolism, oxidative-inflammatory pathways, and exercise performance / R.P. Barcelos, F.D. Lima, N.R. Carvalho [et al.] // Nutrition Research - 2020. - Vol. 80. - P. 1-17.

73. Caffeine for Prevention of Alzheimer's Disease: Is the A2A Adenosine Receptor Its Target? / S. Merighi, A. Travagli, M. Nigro [et al.] // Biomolecules. -2023. - Vol. 13(6). - P. 967.

74. Caffeine: Friend or Foe? / C. Doepker, H.R. Lieberman, A.P. Smith [et al.] //Annu. Rev. Food Sci. Technol. - 2016. - № 7. - P. 117-137.

75. Caffeine intoxication as a result of excessive consumption of bottled coffee products: a case report / M. Ito, T. Ando, K. Yamamoto, A. Ishido // J Rural Med. -2023. - Vol. 18(3). - P. 200-204.

76.Caffeine Intoxication: Unregulated, Over-the-Counter Sale of Potentially

Deadly Supplements / J. P. Cabral, D. L. Sousa, C. Carvalho [et al.] // Caffeine Intoxication: Unregulated, Over-the-Counter Sale of Potentially Deadly Supplements. -2022. - Vol. 14(1). - Article ID 10.7759/cureus.21045

77. Caffeine supplementation modulates oxidative stress markers in the liver of trained rats / R. P. Barcelos, M. A. Souza, G. P. Amaral [et al.] // Life Sci. - 2014. -Vol. 96(1-2). - P. 40-45.

78. Cianciolo, D. E. Aging in the Canine Kidney / D. E. Cianciolo, S. L. Benali, L. Aresu // Veterinary Pathology. - 2016. - Vol. 53. - P. 299-308.

79. Clayton, G. D. Patty's industrial hygiene and toxicology / G.D. Clayton, F.E. Clayton // Toxicology. - 1982. - Vol. 2. - P. 3944.

80. Coffee and mental disorders: How caffeine affects anxiety and depression / M. Meamar, P. Raise-Abdullahi, A. Rashidy-Pour, E. Raeis-Abdollahi // Prog. Brain Res. — 2024. — № 288. — P. 115-132.

81. Coffee and oxidative stress: a human intervention study / S. Shaposhnikov, T. Hatzold, N. E. Yamani [et al.] // European Journal of Nutrition. - 2018. - Vol. 57. - P. 533-544.

82. Daily Caffeine Consumption May Increase the Risk of Acute Kidney Injury Related to Platinum-Salt Chemotherapy in Thoracic Cancer Patients: A Translational Study / A. Hamroun, A. Decaestecker, R. Larrue [et al.] // Nutrients. - 2024. - Vol. 16(6). - P. 889.

83. Demir, E. O. Ratlarda bobrek antioksidan aktivitesi uzerine kafeinin etkileri / E.O. Demir, C.Y. Demirta§, O.T. Pa§aoglu // Turkish Journal of Biochemistry. - 2016. - Vol. 41(3). - P. 216-222.

84. Development of lymphatic vasculature and morphological characterization in rat kidney / M. Tanabe, A. Shimizu, Y. Masuda [et al.] // Clin. Exp. Nephrol. - 2012. -Vol. 16(6). - P. 833-842.

85. Differences in rat kidney morphology between males, females and testosterone-treated females / O. Oudar, M. Elger, L. Bankir [et al.] // Ren. Physiol. Biochem. - 1991. - Vol. 14(3). - P. 92-102.

86. Distinguishing age-related from disease-related glomerulosclerosis on kidney

biopsy: the Aging Kidney Anatomy study / W. K. Kremers, A. Denic, J. C. Lieske [et al.] // Nephrol. Dial. Transplant. - 2015. - Vol.; 30. - P. 2034 - 2039.

87. Diverse biological functions of the renin-angiotensin system / A. Rao, S.A. Bhat, T. Shibata [et al.] // Med. Res. Rev. - 2024. - № 44(2). - P. 587-605.

88. Effects of Caffeine and Caffeinated Beverages in Children, Adolescents and Young Adults: Short Review / R. Soos, A. Gyebrovszki, A. Toth [et al.] // Int. J. Environ. Res. Public Health. — 2021. — № 18(23). — 12389.

89. Elbokl, M. Severe Caffeine Intoxication Treated With Hemodialysis: A Case Report / M. Elbokl, I. Randall, C. Lok // Kidney Med. - 2021. - №3(2) - P. 299-302.

90. Ellenhorn, M.J. Diagnosis and treatment of human poisoning / M.J. Ellenhorn, D.G. Barceloux // Medical toxicology. - 1997. - P. 609-610.

91. Endothelium structure and function in kidney health and disease / N. Jourde-Chiche, F. Fakhouri, L. Dou [et al.] // Nat. Rev. Nephrol. - 2019. - Vol. 15(2). - P. 87108.

92. European convention for the protection of vertebrate animals used for experimental and other scientific purpose: Council of Europe 18.03.1986. - Strasbourg, 1986. - 52 p.

93. Evan, A.P. Efferent arterioles in the cortex of the rat kidney / A.P. Evan, W.G. Dail Jr. // Anat. Rec. 1977. - Vol. 187(2). - P. 135-145.

94. Faudone, G. The Medicinal Chemistry of Caffeine / G. Faudone, S. Arifi, D. Merk // J. Med. Chem. - 2021. - Vol. 64(11). - P. 7156-7178.

95. Ferguson, T.W. Cystatin C as a biomarker for estimating glomerular filtration rate / T.W. Ferguson, P. Komenda, N. Tangri // Curr. Opin. Nephrol. Hypertens. - 2015. - Vol. 24(3). - P. 295-300.

96. Fuchs, M.A. Renal proximal tubule cells: power and finesse / M.A. Fuchs, M. Wolf // J. Clin. Invest. - 2023. - Vol. 133(9). - e169607.

97. Grahammer, F. mTOR controls kidney epithelia in health and disease / F. Grahammer, N. Wanner, T. B. Huber // Nephrol. Dial. Transplant. - 2014. - Vol. 29. -P. I9-I18.

98. Grant, S.S. Controlling for caffeine in cardiovascular research: A critical

review / S.S. Grant, K.P. Magruder, B.H. Friedman // Int. J. Psychophysiol. 2018. -Vol. 133. - P. 193-201.

99. Haley, D.P. The aging male rat: structure and function of the kidney / D.P. Haley, R.E. Bulger // Am. J. Anat. - 1983. - Vol. 167(1). - P. 1-13.

100. Higgins, J.P. Energy beverages: content and safety / J.P. Higgins, T.D. Tuttle, C.L. Higgins // Mayo Clin. Proc. - 2010. - №85(11). - P. 1033-1041.

101. Ho, H.J. Oxidative Stress and Mitochondrial Dysfunction in Chronic Kidney Disease / H.J. Ho, H. Shirakawa // Cells. - 2022. - №12(1). - P.88.

102. Huidobro, E. Creatinina y su uso para la estimación de la velocidad de filtración glomerular [Estimation of glomerular filtration rate with creatinine] / E. Huidobro JP, R. Tagle, A.M. Guzmán // Rev. Med. Chil. - 2018. - Vol. 146(3). - P. 344-350.

103. Impacts of Caffeine during Pregnancy / J. Qian, Q. Chen, S.M. Ward, et al. // Trends in Endocrinology and Metabolism. — 2020. — № 3. — P. 218-227.

104. Influence of renal biomarker variability on the design and interpretation of occupational or environmental studies / B. Stengel, L. Watier, C. Chouquet [et al.] // Toxicological Letters. - 1999. - Vol. 106(1). - P. 69-77.

105. Jee, H.J. Effect of Caffeine Consumption on the Risk for Neurological and Psychiatric Disorders: Sex Differences in Human / H.J. Jee, S.G. Lee, K.J. Bormate // Nutrients. - 2020. - 12(10). - 3080.

106. Justel, A.A. A multivariate Kolmogorov-Smirnov test of goodness of fit / A.A. Justel, D. Pena, R. Zamar // Statistics and probability letters. - 1997. - Vol. 35 (3). - P. 251-259.

107. Kaissling, B. Structural analysis of the rabbit kidney / B. Kaissling, W. Kriz // Adv. Anat. Embryol. Cell Biol. - 1979. - Vol. 56. - P. 1-123.

108. Kanlaya, R. Caffeine causes cell cycle arrest at G0/G1 and increases of ubiquitinated proteins, ATP and mitochondrial membrane potential in renal cells / R. Kanlaya, C. Subkod, S. Nanthawuttiphan // Comput. Struct. Biotechnol. J. - 2023. -Vol. 21. - P. 4552-4566.

109. Kolahdouzan, M. The neuroprotective effects of caffeine in

neurodegenerative diseases / M. Kolahdouzan, M.J. Hamadeh // CNS Neurosci. Ther. -2017. - Vol. 23(4). - P. 272-290.

110. Lin, X. Cellular senescence and acute kidney injury / X. Lin, H. Jin, Y Chai // Pediatr. Nephrol. - 2022. - Vol. 37(12). - P. 3009-3018.

111. Markers of renal function tests / S. Gowda, P.B. Desai, S.S. Kulkarni [et al.] // N. Am. J. Med. Sci. - 2010. - Vol. 2(4). - P. 170-173.

112. McLellan, T.M. A review of caffeine's effects on cognitive, physical and occupational performance / T.M. McLellan, J.A. Caldwell, H.R. Lieberman // Neurosci. Biobehav. Rev. - 2016. - №71. - P. 294-312.

113. Mécanismes de l'effet diurétique de la caffeine / B. Marx, É. Scuvée, J. Scuvée-Moreau [et al.] // Med. Sci. - 2016. - № 32(5). - P. 485-490.

114. Movenko, A. macro-microscopic parameters of the tibia, spleen and kidneys in juvenile rats after excessive caffeine intake / A. Movenko, V. Luzin, A. Grishchenko, A. Tolstenko // 2024 IOF-ESCEO World Congress on Osteoporosis, Osteoarthritis and Musculoskeletal Diseases (London, April 11-14, 2024). Abstract book. - P. 199.

115. Nephron Deficiency and Predisposition to Renal Injury in a Novel One-Kidney Genetic Model / X. Wang, A.C. Johnson, J.M. Williams [et al.] // J. Am. Soc. Nephrol. - 2015. - Vol. 26: — P. 1634 - 1646.

116. Nephrotoxicity: Role and significance of renal biomarkers in the early detection of acute renal injury / M.S. Al-Naimi, H.A. Rasheed, N.R. Hussien [et al.] // J. Adv. Pharm. Technol. Res. - 2019. - Vol. 10(3). - P. 95-99.

117. Olesen, E. T. B. Is There a Role for PGE2 in Urinary Concentration? / E. T. B. Olesen and R. A. Fenton // J. Am. Soc. Nephrol. - 2013. - Vol. 24. - P. 169-178.

118. Osswald, H. Methylxanthines and the kidney / H. Osswald, J. Schnermann // Handb. Exp. Pharmacol. - 2011. - Vol. 200. - P. 391-412.

119. Peerapen, P. Caffeine in Kidney Stone Disease: Risk or Benefit? / P. Peerapen, V. Thongboonkerd // Adv. Nutr. - 2018. - Vol. 9(4). - P. 419-424.

120. Pickering, C. Caffeine and Exercise: What Next? / C. Pickering, J. Grgic // Sports Med. - 2019. - Vol. 49(7). - P. 1007-1030.

121. Pohanka, M. Caffeine alters oxidative homeostasis in the body of BALB/c mice / M. Pohanka // Bratisl. Lek. Listy. - 2014. - № 115(11). - P. 699-703.

122. Radi, Z.A. Kidney Pathophysiology, Toxicology, and Drug-Induced Injury in Drug Development / Z.A. Radi // Int. J. Toxicol. - 2019. - № 38(3). - P. 215-227.

123. Reissig, C.J. Caffeinated energy drinks - a growing problem / C.J. Reissig, E.C. Strain, R.R. Griffiths. // Drug Alcohol Depend. - 2009. - Vol. 99(1-3) — P. 1-10.

124. Reyes, C.M. Caffeine in the Diet: Country-Level Consumption and Guidelines / C.M. Reyes, M.C. Cornelis // Nutrients. - 2018. - Vol.10(11): 1772.

125. Rodak, K. Caffeine as a Factor Influencing the Functioning of the Human Body-Friend or Foe? / K. Rodak, I. Kokot, E.M. Kratz // Nutrients - 2021. - Vol. 13(9).

- P. 3088.

126. Sakai, T. Recent topics in kidney research: morphology and molecular cell biology / T. Sakai // Anat. Sci. Int. - 2017. - Vol. 92(2). - P. 159-160.

127. Sellman, R. Kidney toxicity of 3-methylxanthine in the rat / R. Sellman, P.J Klemi // J. Appl. Toxicol. - 1984. - Vol. 4(6). - P. 304-307.

128. Surma, S. Coffee and cardiac arrhythmias: Up-date review of the literature and clinical studies / S. Surma, M. Romanczyk, K.J. Filipiak // Cardiol. J. - 2023. -Vol. 30(4). - P. 654-667.

129. Singh, V.P. A review on renal toxicity profile of common abusive drugs / V.P Singh, N. Singh, A.S. Jaggi // Korean J. Physiol. Pharmacol. — 2013. — № 17(4).

— P. 347-357.

130. Systematic review of the potential adverse effects of caffeine consumption in healthy adults, pregnant women, adolescents, and children / D. Wikoff, B.T. Welsh, R. Henderson [et al.] // Food Chem. Toxicol. — 2017. — № 109 (Pt 1). — P. 585-648.

131. Tea Consumption and New-Onset Acute Kidney Injury: The Effects of Milk or Sweeteners Addition and Caffeine/Coffee / M. Liu, S. Yang, Z. Ye [et al.] // Nutrients. - 2023. - Vol. 15(9). - 2201.

132. The association between coffee and caffeine consumption and renal function: insight from individual-level data, Mendelian randomization, and metaanalysis / M. Mazidi, D.P. Mikhailidis, A. Dehghan [et al.] // Arch. Med. Sci. - 2021. -

18(4). - P. 900-911.

133. The association between caffeine intake and testosterone: NHANES 20132014 / F.E. Glover, W.M. Caudle, F. Del Giudice [et al.]// Nutr. J. - 2022. - Vol. 21(1). - P. 33.

134. The effect of high-dose, short-term caffeine intake on the renal clearance of calcium, sodium and creatinine in healthy adults / S.E. Reuter, H.B. Schultz, M.B. Ward [et al.] // Br. J. Clin. Pharmacol. - 2021. - Vol. 87(11). - P. 4461-4466.

135. The effects of caffeine supplementation on blood pressure in adults: A systematic review and dose-response meta-analysis / S.A. Abbas-Hashemi, D. Hosseininasab, S. Rastgoo [et al.] // Clin. Nutr. ESPEN. — 2023. — № 58. — P. 165177.