Лирика Аполлона Григорьева: Жанровая динамика, художественные принципы, циклы тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 10.01.01, кандидат филологических наук Островских, Ирина Николаевна

  • Островских, Ирина Николаевна
  • кандидат филологических науккандидат филологических наук
  • 2001, Барнаул
  • Специальность ВАК РФ10.01.01
  • Количество страниц 193
Островских, Ирина Николаевна. Лирика Аполлона Григорьева: Жанровая динамика, художественные принципы, циклы: дис. кандидат филологических наук: 10.01.01 - Русская литература. Барнаул. 2001. 193 с.

Оглавление диссертации кандидат филологических наук Островских, Ирина Николаевна

ВВЕДЕНИЕ.

ГЛАВА 1. ЮНОШЕСКАЯ ЛИРИКА АПОЛЛОНА ГРИГОРЬЕВА: ТЕНДЕНЦИЯ К ЦИКЛИЗАЦИИ, КОНЦЕПЦИЯ БЫТИЯ И ЛЮБВИ.

1.1. Концепция бытия и любви (мини-цикл, «коршевский» цикл, «жоржсандовские» послания).

1.2. «Онейрический» цикл. Между словом и молчанием.

1.3. Слово - медиатор в маргинальных жанрах.

ГЛАВА 2. ПЕТЕРБУРГСКИЙ ПЕРИОД ТВОРЧЕСТВА АП. ГРИГОРЬЕВА: ДИАЛОГ С МИРОМ В СИСТЕМЕ Я/ ДРУГОЙ.

2.1. Послание. «Культурный код» в «диалоге душ».

22. Сонеты. Игровая природа диалога.

2.3. Отрывок как знак диалогической открытости миру.

2.4. Инвективы: преодоление риторики.

2.5. Цикл «Элегии» и тенденция к романизации.

2.6. «Старые песни, старые сказки «как «лирический роман».

2.7. Несобранный «Петербургский цикл». Диалог с Городом

ГЛАВА 3. «МОСКВИТЯНСКИЙ» ПЕРИОД ТВОРЧЕСТВА АП. ГРИГОРЬЕВА: ТЕНДЕНЦИЯ К РОМАНИЗАЦИИ.

3.1. Послания «москвитянского» периода: особенности адресата.

3.2. Литературные подражания: диалог с библейским текстом :.

3.3. Синкретичность жанра сатиры («Искусство и правда», «Отрывок из неоконченного собрания сатир»).

3.4. «Дневник любви и молитвы». Исповедальность и эпичность.

3.5. Цикл «Борьба»: театральность и романизация.

ГЛАВА 4. ПОЗДНЯЯ ЛИРИКА АП. ГРИГОРЬЕВА: ИЗОМОРФНОСТЬ ИСКУССТВА И ЖИЗНИ.

4.1. Шекспир в лирическом театре Ад. Григорьева.

4.2. Цикл «Импровизации странствующего романтика». Диалог искусств!

4.4. Несобранный альбомный цикл как текст бытия.

4.5. Мифологизм последних стихотворений A.A. Григорьева.

Рекомендованный список диссертаций по специальности «Русская литература», 10.01.01 шифр ВАК

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Лирика Аполлона Григорьева: Жанровая динамика, художественные принципы, циклы»

Фигура Аполлона Григорьева универсальна: он и поэт, и прозаик, и пе1 реводчик, и философ, и мемуарист . Он был театральным критиком и даже экспериментировал как драматург. Такая разносторонность по-своему уникальна; особенно неординарно редкое сочетание поэта и критика в одном лице (ratio - emotio). В этом и заключалась яркая индивидуальность Григорьева - в сочетании несочетаемого, в отражении «всего во всем», это было для него живой «органической» жизнью. Принцип бесконечного отражения и взаимопроникновения положен им в основу «органической критики». Критика - наиболее яркая часть творческого наследия Ап. Григорьева, которая чаще всего привлекала исследователей. О ней писали еще современники: Н.Страхов, К. Леонтьев и др. Во второй половине XX века критическим наследием Григорьева занимались Б. Егоров, А. Журавлева, В. Раков, М. Бойко и др. Своеобразие фи-лософско-эстетических взглядов A.A. Григорьева также зачастую являлось предметом исследования. Кроме Б. Егорова, Г. Гачева к его философскому наследию в диссертационных исследованиях обращались М. Ходанович, Д. Ази-зов и др.

Лирика Ап. Григорьева является малоисследованной в отечественном литературоведении2, хотя Григорьева-поэта заметил и выделил ещё В.Г. Белинский. Он упоминает имя A.A. Григорьева в статье «Взгляд на русскую литературу 1846 года», отметив в стихотворениях «блестки дельной поэзии, той поэзии, которой не стыдно заниматься как делом»3. Однако в статье «Стихотворения А. Григорьева» (1846) (рецензия на единственный прижизненный стихотворный сборник поэта) Белинский выносит А. Григорьеву приговор. «.Он не поэт, вовсе не поэт!», упрекая его в том, что «пафос лиризма Григорьева однообразен и не столько личен, сколько эгоистичен, не столько истинен,

Р. Виттакер пишет о Григорьеве: ". драматург и романист, редактор и журналист, переводчик поэзии, прозы, даже оперных либретто. собиратель, редактор и исполнитель русских народных песен, .учитель словесности и законоведения, . гувернер и мелкий чиновник."// Виттакер Р. Последний русский романтик. Аполлон Григорьев. СПб., 2000. С. 8-9. 2

На сегодняшний день нет ни одной монографии, посвященной непосредственно поэтическому наследию A.A. Григорьева.

3 Белинский В.Г. Полн. собр. соч.: В 13 т. М. - Л., 1955. T.9, С.593. сколько заимствован» \ Критик признаёт в стихотворениях «не совсем обыкновенное явление», способное возбудить «живой интерес к личности их автора, о которой мы узнаем по его стихотворениям», подчеркивал, что «он много чувствует и многое глубоко понимает; это иногда делает его поэтом». Отмечая хаос и путаницу поэтических понятий Ап. Григорьева, Белинский иронически советует ему «чтобы он осторожнее и умереннее говорил в своих стихах о том и другом.»2.

Последующие демократические критики и вовсе обошли вниманием Григорьева-поэта. Они лишь пожурили его за «неправильные», «неталантливые» театральные рецензии (Добролюбов3 и Чернышевский4), или поругали за отсутствие «идейности и дельности» (Писарев5).

Затем имя Григорьева-лирика было на долгие годы забыто. И только в начале XX века о нем вспомнил A.A. Блок. Он принял участие в подготовке первого собрания сочинений, осуществил научное редактирование и комментарий поэтического наследия; Блок помогал с выходом в свет одного из первых посмертных стихотворных сборников А. Григорьева, сопроводив его вступительной статьей. В ней А. Блок дал высокую оценку поэтическому наследию Григорьева, отметив, что «чем сильнее лирический поэт, тем полнее судьба его отражается в стихах».6

Блок одним из первых отметил у Григорьева наличие мистического сознания: «Человек, который через любовь свою, слышал, хотя и смутно, далёкий зов; который был действительно одолеваем бесами»; который говорил о «каких-то чудесах, хотя бы и замолкших.». Именно Блок выделил некоторые стихотворения, отметив их близость к народному творчеству, назвал «единственными в своем роде перлами русской лирики»7.

Белинский В.Г. Поли. собр. соч.: В 13 т. М.; Л.,1955. Т. 9, С. 593. 2

Белинский В.Г. Указ. соч., Т. 10, С. 35. 3

Добролюбов H.A. Собрание соч.: В 9 т. М.; Л, 1962. Т. 5. 4

Чернышевский Н.Г. Полн. собр. соч.: В 15 т. М., 1950. Т. 3.

5 Писарев Д.И. Соч. В 4 т. М„ 1955. Т. 3.

6 Блок A.A. Собр. соч.: В 8 т. М.; Л., 1962. Т. 5, С. 490. 7

Блок A.A. Указ. соч.: Т. 5, С. 517.

Что касается более позднего литературоведения, то в нем отсутствуют монографии, посвященной Григорьеву-поэту. В монографиях Б. Кормана, Б. Бухштаба, Н. Скатова, посвященных русской лирике середины XIX века, Григорьев-поэт лишь упоминается1. В ряде академических трудов, посвященных русской литературе, таких, как «История русской литературы» и «История русской поэзии», нет отдельных статей, посвященных творчеству Ал. Григорьева, его имя лишь называется в контексте литературного процесса2.

Исследования, посвященные лирике Григорьева, в основном, сводятся к вступительным статьям в стихотворных сборниках поэта. Например, П.П. Громов во вступительной статье к изданию 1959 года , говоря о поэтике Григорьева-лирика, обращается к литературному контексту его поэзии, к проблеме традиции и новаторства, типологических связей. Общий обзор поэтического наследия A.A. Григорьева не исключал интереса к проблеме лирического героя, к проблеме интерпретации отдельных стихотворений.

Б.О. Костелянец4 уделяет особое внимание философскому контексту творчества Григорьева, влиянию на поэта идей Жорж Санд, Ш. Фурье и Ф. Шеллинга. Интерпретации ученым отдельных стихотворных текстов отличаются оригинальностью и скрупулезностью.

Б.Ф. Егоров в многочисленных статьях обращается к проблеме григорьевского художественного метода, к проблеме фольклоризма поэта.

Диссертационное исследование В. Кудасовой5 посвящено сравнительному анализу поэтики Григорьева и Блока. Впервые предметом исследования становится все художественное наследие Григорьева как единое целое. Автор касается проблемы лирического героя Григорьева, системы сквозных образов и мотивов его лирики, а также динамики его поэтической системы.

См.: Корман Б.О. Лирика H.A. Некрасова. Воронеж, 1964; Скатов Н. Поэты некрасовской школы. Л., 1968; Бухштаб Б. Русские поэты. Л., 1970. 2

См.: История русской литературы в 4 т., Л., 1984, История русской поэзии в 2 т. Л., 1968-1969. 3

Громов П. Стихотворения Аполлона Григорьева // Григорьев A.A. Избранные произведения. Л.,

1959. 4

Костелянец Б.О. Поэзия Аполлона Григорьева // Аполлон Григорьев. Избрание произведения. М.; Л.,

1966.

Кудасова В.В. Лирическое творчество Ап. Григорьева и поэзия А. Блока.: Дисс. . канд. филол. наук.

Л., 1977.

В русском литературоведении конца XX века происходит пересмотр концепций развития русской поэзии и литературы. В связи с изменением методологии научных исследований появились новые методики описания художественного текста. Уникальность Григорьева-поэта, художественные открытия которого опередили свое время, состоит в открытии той модели мира, которая будет развита русской «неклассической» поэзией, прежде всего А. Блоком. Творчество Ап. Григорьева пришлось на середину XIX века, - эпоху, с одной стороны, «непоэтическую», с другой стороны, переходную (от традиционной романтической поэтики к более поздним типам художественности). Лирику Григорьева можно отнести к переходному типу, что неоднократно отмечалось исследователями (Б. Корман, С. Бройтман, Д. Магомедова).

Григорьев, сам себя манифестирующий как «последнего романтика», является, на наш взгляд, постромантиком1. Литературная деятельность Ап. Григорьева, весь григорьевский текст - явление, не вписывающееся в эстетику романтизма. Очевидно также, что Григорьев становится к романтизму в позицию, сходную с той, которую охарактеризовал М.М. Бахтин, говоря о Достоевском: «То, к чему романтик подходил изнутри, в категориях своего «я», чем он был одержим, к тому Достоевский подошел извне, но при этом ни на йоту не снизил духовной проблематики романтизма»2. Автор «вышагивает» за романтизм, как бы разрушает его изнутри. Монологичность характерна и для поэтического, и для прозаического повествования романтизма. Чем ближе к XX веку, тем больше монологичность лирического текста оборачивается диало-гичностью. Лирическое слово Григорьева внутренне диалогично, что противоречит принципу романтизма. Возможно, именно поэтому был столь велик интерес к Григорьеву у Блока, поэтому современные исследователи связывают Григорьева с русским модернизмом, называя его чуть ли не предтечей русского литературного авангарда (Д. Благой, В. Кудасова, С. Бройтман, Д. Магомедова, С. Титаренко, В. Баевский)

С точки зрения теоретика постмодернизма У.Эко: ".У любой эпохи есть собственный постмодернизм." ( Эко У. Заметки на полях "Имени Розы" // Эко У. Имя Розы. СПб., 1997. С.635.), свой "излет", свой переходный период. Для романтизма таким "постмодернизмом" является постромантизм. 2

Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М., 1979. С. 183.

40е - 50е гг. XIX столетия время не лирики, а русского романа, именно тогда очевидна тенденция к «прозаизации» лирики (М. Бахтин, Н. Скатов, Б. Корман) Лирика Ал. Григорьева тому подтверждение. Сам автор неоднократно отмечал, что в стихотворениях отражена повесть его жизни. Автобиографичность - одно из свойств не только лирики, но всего григорьевского текста. Его статьи, письма, проза и поэмы зачастую отражают одни и те же биографические реалии. Лирика Григорьева - это поэтическим языком написанная интимная биография, исследование душевной жизни1.

Субъектная специфика лирики заключена в выражении авторского сознания в форме лирического героя с большой долей автобиографического и автопсихологического начала, что позволяет употреблять термины лирический герой (далее Л.Г.) и автор как условно синонимичные. (Наша концепция Л.Г. следует за теорией, разработанной Ю. Тыняновым и Л. Гинзбург, которые определяли это важнейшее теоретическое понятие как один из способов раскрытия авторского сознания). Уместно процитировать Д. Магомедову и С. Бройт-мана, писавших, что у Григорьева «Привилегия быть единственным носителем речи предоставлена лирическому субъекту. Однако это не романтическая привилегия, ибо она как раз и является ответом на позицию демонической силы, стремящейся к монологическому поглощению «другого»1.

Степень автобиографичности григорьевского творчества максимальна, что определено контекстом литературной эпохи. Тексты его литературных современников по-разному отражают их биографию: это и «космическая» отстраненность Ф. Тютчева, и дневник душевной жизни А. Фета, и повествование о событиях реальной жизни Н. Некрасова. Автобиографичность лирики Григорьева как бы интегрирует все вышеназванные свойства. Его Л.Г. словно примеряет различные маски, пробует роли, то отстраняясь от автора, то отождествляясь с ним.

А. Григорьев, безусловно, обладает драматическим типом мышления, что очевидно из его театральных рецензий, драматических опытов («Два эго

Об интимности, лиричности его критических статей см.: Егоров Б.Ф. Аполлон Григорьев - поэт, прозаик, критик \\ Аполлон Григорьев. Собр.соч.: В 2 т. М., 1990.) изма») прозаических произведений. Так, в рассказе «Великий трагик» Григорьев необыкновенно тонко анализирует игру великих актёров, определяет свой идеал драматической игры. Герои ранней прозы Григорьева носят романтические маски, меняют сценические костюмы.

Театр для него - личная тема. А. Григорьевым было написано множество рецензий на спектакли, особенно на пьесы А.Н. Островского. Ряд стихотворений Григорьева посвящены актёрам и театру, в том числе и стихотворный эстетический манифест «Искусство и правда».

Одним из любимых драматических авторов Григорьева был В. Шекспир, поэтому во многих его произведениях присутствуют шекспировские образы. Цикл английских сонетов, посвященный Л .Я. Визард, носит имя шекспировской героини Титании. То и дело в его лирике возникает образ Офелии. Параллели с Шекспиром были очевидны для современников, не случайно Достол евский называл Григорьева Гамлетом . Видимо, так отразилась в творчестве Григорьева его страсть к театру, несбывшаяся мечта об актёрской карьере.

Театральность становится принципом бытия и мышления Ап. Григорьева, который и в обыденной жизни был артистической личностью, вел богемный образ жизни. Семиотика его поведения (демонстративность, любовь к театрализованным костюмам) была отражением убеждения автора «органической критики» в том, что жизнь и искусство - одно, что ими управляют одни и те же законы. «Театральность» григорьевской личности - это своеобразный «театр для себя» (Н. Евреинов).

Личность Григорьева коллажна, неоднозначна, противоречива3. Все его творчество - отрывок и фрагмент, некий эквивалент полноты (по Ю. Тынянову - «эквивалент текста»), В лирике Григорьева, а шире - в его поэзии и вообще в тексте, отрывочность является основополагающим принципом. Уравновешивает ее тенденция к некоей целостности, к замыканию всего текста в круг, т.е. столь же имманентна для григорьевского текста и тенденция к циклизации.

Магомедова Д.М., Бройтман С.Н. Структура стихотворения Ап.Григорьева "Глубокий мрак." //

Внутренняя организация худож. произведения. Межвуз. науч.- тематич. сб-к. Махачкала, 1987. С. 89. 2

Достоевский Ф.М. Примечание (К статье Н.Страхова "Восмпоминания об Аполлоне Александровиче Григорьеве") // Достоевский Ф.М. Об искусстве. М., 1973 С. 181-184. з

О его «недотянутой» гениальности см. у В. Баевского

Прослеживается динамика его лирики: от несобранного цикла к собранному, от «циклоподобных единств» к почти сплошной циклизации. (См. о циклах Л. Ляпина, О. Золотарева, В. Кудасова)

Для личности Григорьева и его текста характерна импровизация как имманентное свойство1.

Называя себя «последним романтиком», Григорьев обозначал свою принадлежность к культуре «постромантизма», для которой характерно «дробление, рассеивание, омертвение фрагментов, обретавших самодвижение и тенденцию к симуляции целого. И, как ни странно, именно эта симулятивная активность фрагментов выражала скрытые импульсы регенерации», - отмечает л

С. Козлова . Это наблюдение верно и для всего творческого наследия Ал. Григорьева: в его отрывочности, фрагментарности есть некое стремление к единству, целостности, к тому, что сам автор называл «органикой». Не случайно, что «отрывочность», фрагментарность наиболее характерна для лирики Григорьева 40-х гг., тогда как для более поздней - тенденция к почти сплошной циклизации. Это, возможно, объясняется тем, что в 40-е годы Григорьев увлекается масонством, пишет свою «темную» и неясную романтическую прозу (повесть «Один из многих» имеет подзаголовок: «Рассказ в трех эпизодах»). Позже, в 50-е - начале 60-х гг., Ап. Григорьев становится известным критиком, автором «органической критики», поэтому динамический вектор в лирике от фрагмента к циклу вполне закономерен, хотя тенденцию к внутренней циклизации уже в 40-е гг. отмечала В.В. Кудасова3.

Фрагментарность и тенденция к циклизации являются, по сути, двумя сторонами одной медали: выражением тенденции к всеохватности, к текстовому единству. Тенденция к нарастанию циклизации является одной из основных особенностей русской лирики середины XIX века, что отмечалось исследователями (Б. Егоров, О. Золотарева, Л. Ляпина, О. Мирошникова). В эту

См. об импровизационное™ стиля Григоьрева у Б.Егорова (Егоров Б.Ф. Аполлон Григорьев - поэт, прозаик, критик// Аполлон Григорьев. Собр. соч.: В 2 т., М., 1990.) 1

Козлова С.М. Фрагмент в литературном процессе. К проблеме истории и типологии культуры //

Проблемы литературных жанров. Мат-лы IX международной науч. конф-и., Томск, 1999. С. 24. 3

Кудасова В.В. Лирическое творчество Ап. Григорьева и поэзия А. Блока.: Дисс. . канд. филол. наук.

Л., 1977. эпоху поэтами создается множество лирических циклов. Они есть и у Н. Некрасова, и у Н. Огарева, у А. Майкова и т. д., но почти сплошная циклизация, на наш взгляд, свойственна именно лирике Ал. Григорьева.1 Лирические циклы Ап. Григорьева, как правило, не являлись предметом специального исследования. Исключение составляют отдельные работы: внимание исследователей чаще всего привлекал цикл «Борьба», но он, как правило, рассматривался не как художественное единство, а с точки зрения художественной ценности отдельных стихотворений. Б.Ф. Егоров в предисловии к изданию 1990 года рассматривает этот цикл как художественное целое. О.Золотарева исследовала в диссертационной работе несобранный «коршевский цикл», В. Кудасова также обращалась к ряду авторских лирических циклов Григорьева в своей диссертации.

В современном литературоведении такая многокомпанентная художественная система, как лирический цикл (книга стихов), часто является предметом научного интереса исследователей. Наиболее значимыми представляются работы В. Сапогова, М. Дарвина, которые рассматривали лирический цикл как особое художественное сверхжанровое единство (особый круг текстов)2, О.Золотарева разграничила авторские и «несобранные» циклы , Л. Ляпина, рассматривая цикл как жанр, дала универсальное определение художественного цикла 4.

Наиболее полно теория лирического цикла в отечественном литературоведении, на наш взгляд, разработана в научных трудах Л. Ляпиной (1999) и О. Мирошниковой. У последней лирический цикл (книга стихов) рассматривает

Б.Егоров назвал его ".самым обильным "циклизатором"." (Егоров Б.Ф. Аполлон Григорьев - поэт, прозаик, критик// Ап.Григорьев. Собр.соч.: В 2т., М., 1990. С. 17) 2

Сапогов В.А. Поэтика лирического цикла А.Блока.: Автореф. дисс. канд. филол. наук. М., 1967; Дарвин М.Н. Русский лирический цикл: проблемы теории и анализа. Красноярск,1988. 3

Золотарева О.Г. Проблема несобранного стихотворного цикла 40-60-х гг. XIX в.: Автореф. дисс. канд. филол. наук. Томск, 1982.

4 ц

Цикл - тип эстетеческого целого, представляющий собой ряд самостоятельных произведений, принадлежащих одному виду искусства, созданных одним автором и скомпанованных им в определенную последовательность. Обладая всеми свойствами художественного произведения, цикл обнаруживает свою специфику как герменевтическая структура текстово-контекстовой природы, включающая систему связей и отношений между составляющими ее произведениями. Специфичность цикла определяется степенью участия этой системы в организации циклового единства, а эстетическая содержательность его структуры создается диалектическим совмещением двух планов целостности в ее пределах"// Ляпина Л.Е. Циклизация в русской литературе XIX века. СПб., 1999. С. 17. ся как сложная, многокомпанентная художественная система, что для исследования лирики Ал. Григорьева представляется особенно актуальным. О. Ми-рошникова определяет статус цикла (книги стихов) отмечая, что они « обладают способностью к контаминации жанровых тенденций, причем не механическому их соединению, но концепированному органическому слиянию»1, «Цикл и книга стихов стали незаменимыми (но многие жанры заменившими) составными произведениями, изначально не имевшими жестко заданной структуры и объема»2.

Циклизация ведет к преодолению жанровой структуры романтизма, его монологичности: в лирике Ап. Григорьева происходит разрушение традиционных романтических жанров, контаминированность их с другими, синкре-тичность.

Среди имманентных свойств григорьевской поэтики диалогичность -доминирующее. По М. Бахтину, любое художественное слово всегда диалогично, «это - естественная установка всякого живого слова», оно всегда направлено не только на предмет, но и на «чужое слово», предвосхищает его»", но при этом Бахтин отмечал минимальную диалогичность поэтического слова4. Позже исследователи экстраполировали понятие диалогичности и на лирику (Ю. Лотман, В. Грехнев, Л. Кихней, С. Бройтман, Д. Магомедова и др.). О диалогичности лирики Ап. Григорьева можно говорить в контексте драматур-гичности сознания автора.

Органическому» пониманию жизни, темпераменту («ходячий волкан») более всего созвучен был театр как особо близкая семиотическая система. Слово театральное, драматическое всегда диалогично5. Известна острая поле

Мирошникова О.В. Анализ лирического цикла и книги стихов. Канонические структуры и маргинальные формы циклизации в последней трети XIX века. Омск. 2001, С. 10. 2

Миропшикова О.В. Указ.соч., С. 12. В дальнейшем в нашей работе мы будем придерживаться определения цикла, данного Л.Ляпиной. 3

Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М., 1986, С.228. 4 В большинстве поэтических жанров. внутренняя диалогичность слова художественно не используется,.она условно погашается в поэтическом слове"// Бахтин М. Указ. соч. С. 97.

С. А. Янушкевич отмечал, что именно в середине века наблюдается расцвет театрального искусства. См. об этом: Янушкевич С. А. Проблемы жанрово-родовых синтезов в аспекте исторической поэтики // Проблемы литературных жанров: Мат-лы IX науч. конф., Томск, 1999. мическая направленность критических статей Григорьева его драматургические опыты. Проза и поэзия (поэмы как драмы) и даже собственно лирика -все это «обращенное слово». Для всего творчества автора характерен особый диалогический дискурс: григорьевскому тексту в целом свойственен один круг идей, тем и даже героев . В центре такого диалога всегда авторское Я, самоманифестация, самовыражение. Диалог строится на оппозиции Я - ДРУГИЕ, в отличие от монолога, где «твердый монологический голос предполагает твердую социальную опору, предполагает МЫ - все равно, осознается оно или не осознается» . Диалог у Григорьева бесконечен, это нескончаемая перекличка «всего со всем», полемика и даже унисон «всех со всеми», но в центре всего -авторское Я. Сам Григорьев отмечал, что: «Человек уж так устроен, что, когда он становится в близкое отношение к другому человеку, ему всегда хочется заставить ближнего быть зеркалом, в котором он может глядеться, когда захочет, и весьма редко удается одержать такую победу над самим собою, чтобы обратиться самому в зеркало для ближнего. Я, может быть, еще более других -говорю это без малейшей натяжки - способен быть зеркалом для чужой радости, чужого горя и чужих интересов - но ненадолго: отрицательное, или. самолюбивое начало берет верх, и зеркало начинает показывать доверчиво смотрящемуся ближнему на лицо его и гримасы лица»4.

Бесконечный григорьевский диалог возникает и продолжается на стыке двух сознаний - своего и чужого. «Чужое» для него часто почти также важно, как и «свое» (как и для Достоевского). Поэтому сознание Григорьева не столько «театрализовано», сколько именно драматургично, т.е. структурировано как драма (диалоги, обращенные монологи и т. д.). Игровая, театральная стихия пронизывает все творчество Ап. Григорьева и реализуется на разных уровнях: внутритекстовом и интертекстуальном (диалог с «чужим словом»). Специфика диалогичности связана с тем, что для Григорьева характерно сочетание автор

Некоторые из них даже написаны в форме писем, напр., статья "После "Грозы" Островского" имеет подзаголовок: Письма Ивану Сергеевичу Тургеневу. 2

Это отмечают практически все исследователи творчества Ап. Григорьева: Б. Егоров, А. Журавлева, М. Бойко, О. Ковалев и др. 3

Бахтин М. Эстетика словесного творчества. М., 1979. С. 198. 4

Григорьев А. Воспоминания. Л:, 1980. С. 268. ской «внутри»- и «вне»- находимости изображаемому явлению. Он, разрывая романтическую систему мировосприятия, отделяет «Я» автора от первичного «Я» и представляет его не в терминах «я», а со стороны - как «другого» (романтика). (Я/ Я - другой) Одновременно позиция этого другого диалогически противостоит позиции самого «я», проявляется важнейший из диалогов -внутренний («Диалог между рассказываемым событием и событием рассказывания» (Бройтман, Магомедова); «.диалог внутри главного сознания» (Кор-ман)). Романтизм преодолевается посредством именно внутреннего диалога, что отмечено В. Грехневым: «Художественные устремления направлены и вовне, за пределы художественного события, в тот мир, который начинается за его порогом, - к собеседнику и созерцателю»1. Григорьевский текст диалогически разомкнут вовне, в область живых соприкосновений с собеседником, кто бы он ни был: литературный предшественник, адресат или читатель (Григорьевская формула: «Кто б ни был ты.»). С другой стороны, весь его текст как бы балансирует между своим и «чужим» словом, он - зона своеобразного диалогического контакта.

Диалогическая природа творчества Ап. Григорьева такова, что «другой», «ближний» становиться для него откровением не только о мире, но и о самом авторе2.

Еще одной значимой особенностью григорьевского текста является ци-татность. Она реализуется на двух уровнях: автоцитации и «чужого слова».

Бесконечные автореминесценции, переклички поэзии с критикой и прозой - имманентное свойство творческого наследия Аполлона Григорьева. Это отмечалось Б. Егоровым, а В. Кудасова находила в его ранней прозе ключ к пониманию лирики.

Проблема «чужого слова» в литературоведении обозначена достаточно давно, еще с двадцатых годов XX века. (В. Волошинов - М. Бахтин) Более поздние исследования значительно углубили и расширили это понятие

Грехнев В. А. Диалог с читателем в романе Пушкина "Евгений Онегин"// Пушкин. Исследования и материалы. Том IX. Л., 1979. С. 102.

Уместно вспомнить Г. Гачева, который давал следующее определение диалога: ".Диалогическое отношение. всегда - любовное и замыкает мир на себе: если "я" есть выход на мир, то "ты" - обращение мира ко мне, его свод и сход клином на мне." (Гачев Г.Д. Семейная комедия (исповести). М., 1994, С.92.)

Ю.Лотман, В. Грехнев, Б. Корман, Л. Кихней, М. Гаспаров, М. Эпштейн, Н. Васильев и т.д.). Особенно подробно теоретическую проблему «чужой речи» в лирике исследовал Н.Васильев, определив формы ее функционирования в лирическом тексте1.

Интертекстуальность григорьевских произведений не была предметом пристального научного изучения, но неоднократно отмечалась как исследователями (Егоров, Кудасова), так и комментаторами (Б. Костелянец, А. Оспо-ват)2.

Проблема лирического жанра тесно связано и с проблемой цитации, литературной традиции, ведь жанр (по определению Бахтина) - «память искусства»3. Такие теоретики литературного жанра, как О. Фрейденберг, Н. Лейдер-ман, Г. Маркевич отмечали историчность этого понятия. Из поэтического наследия отдельно предметом исследования были только поэмы (Статьи М. Зуб-кова 1960-х годов), в диссертационной работе В. Кудасовой также уделяется внимание отдельным лирическим жанрам. И все же изучение жанрового своеобразия лирики Аполлона Григорьева не стало предметом научных исследований. Изучение его поэзии в жанровом аспекте поможет уточнить общую картину развития русской поэзии середины века.

Жанровый состав лирики A.A. Григорьева весьма разнообразен: это и традиционные жанры романтизма, такие, как отрывок (фрагмент как жанровое образование), элегия, эпитафия, посвящение (послание), романс (песня), сонет и образцы альбомной лирики, близкие к надписи (эпиграмме). В то же время в лирике Григорьева присутствуют и такие «неромантические» жанры, как инвектива, сатира, а также повествовательные стихотворные тексты. У автора есть и целый ряд стихотворений, жанровая природа которых неоднозначна, синкретична: элегия контаминована с посланием, ода с сатирой и т.д. В творческом наследии поэта почти отсутствуют романтические жанры в чистом ви

Васильев Н.С. Формы диалога с "чужим" словом в русской поэзии XVIII - XX веков. 2

Интертекстуальный анализ предполагает сопоставление лирических текстов Григорьева с лирикой таких онтологически близких ему поэтов, как М.Лермонтов, А.Пушкин, А.Фет, А.Мицкевич и др. 3

Целесообразно привести и определение жанра, данное П. Медведевым: "Жанр есть типическая форма целого произведения, целого высказывания. целое зевершенное и разрешенное." ( Медведев П.Н. Формальный метод в литературоведении // Бахтин М. Тетралогия. М., 1998. С.248.) де, т.к. в переходные эпохи литературные жанры теряют свою чистоту. Монологическая природа поэтического слова диалогизируется за счет размывания жанрового канона.

Преодоление романтизма, на наш взгляд, происходит не столько за счет размывания его жанровой системы (которая не является жесткой и иерархич-ной), сколько за счет внутренней диалогичности всего григорьевского текста. Григорьевский текст - это бесконечные реминисценции и автоцитаты, это, при всей замкнутости на себе, некоей «автоцентричности» и перманентной самоманифестации, проявленный напряженнейший интерес к «другому», пристальное ожидание «чужого слова». Подавляющее большинство лирических текстов Григорьева - обращенные монологи, стихотворения, которые, так или иначе, контаминованы с жанром послания (посвящения).

Изучение творческого наследия Аполлона Григорьева затруднено, т.к. до сих пор не издано полное собрание сочинений1. Поэтические сборники A.A. Григорьева практически не издавались в первой половине XX века (первый вышел в Большой серии «Библиотеки Поэта» лишь в 1959 году). Текстологическая проблема его наследия еще не решена, архивы не до конца введены в научный оборот, критические произведения до сих пор не обработаны. Научная биография Ап. Григорьева - проблема будущего. Монографии о его жизни и творчестве (С.Н. Носов. Аполлон Григорьев. Судьба и творчество. М., 1990, Р. Виттакер Последний русский романтик: Аполлон Григорьев. СПб, 2000) носят, скорее, научно-популярный, чем собственно-научный характер1.

Целью работы является исследование специфических черт поэтической системы Аполлона Григорьева в ее динамике.

В соответствии с поставленной целью определяются задачи исследования.

1. Уточнить существующую периодизацию творчества Ап.Григорьева;

2. Определить жанровый состав лирики Ап.Григорьева, обозначить трансформацию жанров с учетом периодизации;

Из планируемого полного собрания сочинений и писем в 12 тт. увидел свет только 1том (В Петрограде в 1918 году).

3. Выявить характер динамики циклизации лирики (с учетом "авторских" и "несобранных" циклов) по периодам;

4. Рассмотреть имманентную диалогичность на структурном (два семантических центра: автор и адресат, женский образ как "Alter ego" героя) и дискурсивном уровнях;

4. Выяснить соотношение "своего" и "чужого" слова в лирике Ап.Григорьева по периодам;

5. Определить «культурные коды» (музыкальный, живописный, «петербургский», религиозный, мифологический) лирики А.А.Григорьева;

6. Изучить специфику его «театральности».

Методологическим основанием Методологическим основанием диссертаций явились исследования по теории диалогичности (М.Бахтин, Ю. Лот-ман); исследования по теории лирического героя (Ю. Тынянов и Л.Гинзбург); историко-литературные и историко-культурные работы Б.Егорова; теория переходных лирических систем (Б.Корман).

В диссертационном исследовании сочетаются системно-типологический и историко-генетический методы при выявлении типов жанровых моделей в процессе динамики жанров, с учетом специфики авторского мышления, элементы структурно-семиотического метода, а также биографического и интертекстуального подхода.

Исследование осуществлено в русле исторической поэтики, предполагающей изучение художественного феномена в его уникальности и в то же время в генетических и типологических связях.

Научная новизна работы заключается в том, что в ней предпринята попытка целостного анализа лирических жанров и циклов Аполлона Григорьева с учетом их динамики; прослеживается трансформация таких жанров, как послание (посвящение), сонет и др. А также выявляются «культурные коды» и специфика «театральности» в лирике поэта.

Объектом исследования является творческое наследие Ап. Григорьева, предметом исследования - лирика Аполлона Григорьева.

Существует статья Л. Росси :" Григорьев: биография в культурологическом аспекте" (ИзвОЛЯ,

1989, №5).

Теоретическая ценность: предложена методика описания отдельных лирических жанров с учетом динамики художественного мышления автора.

Практическая ценность исследованиясостоит в возможности использования его результатов в вузовском курсе истории русской литературы, при проведении спецсеминаров, спецкурсов, спецпрактикумов. Как материал уроков и факультативов по русской литературе XIX века в средних учебных заведениях инновационного типа.

Что касается периодизации лирики А. А Григорьева, то на сегодняшний день известна таковая, данная В.В. Кудасовой. 1 Исследователь выделяет три периода его творчества:

- петербургский (1843 - 1847);

- «москвитянский» (1847-1857);

- итоговый (конец 50-х - нач. 60-х годов);

В основе такой периодизации лежит не только хронологический принцип, но и динамика авторского сознания. Возможно, такая периодизация также связана с последовательностью, в которой юношеские стихотворения были опубликованы в единственном прижизненном сборнике поэта.2

Выделение «москвитянского» и «итогового» периодов не вызывает возражений, хотелось бы лишь уточнить хронологию «петербургского» периода: самые ранние лирические произведения Ап. Григорьева написаны еще в московский период 1842-1843гг., до отъезда Петербург. В это время им были созданы стихотворения, значимые для всего последующего творчества, в них уже проявляются тенденции, характерные для всего григорьевского текста, сквозные мотивы его творчества. Большинство этих произведений были действительно опубликованы не ранее 1844, но все они имеют дату написания, иногда с точностью не только до месяца, но и дня. Имеет смысл выделить в периодизации творчества Ап. Григорьева значимый допетербургский период.

Поэтому творчество Ап. Григорьева можно условно разделить на четыре периода:

1. Кудасова В.В. Лирическое творчество Ап. Григорьева и поэзия А. Блока.: Дисс. . канд. филол. наук. Л, 1977. 2

Вышедшем в 1846 году.

- ранний (допетербургский) (1842-1843);

- петербургский (1843 -1847);

- «москвитянский» (1847 - 1857);

- итоговый (второй петербургский) (конец 50х - нач.бОх годов).

2) Петербургский период в творчестве Ал. Григорьева традиционно выделяется исследователями (Кудасова, Носов). В 1844 -1847 годах A.A. Григорьев живет и работает в Петербурге, сотрудничает в журналах «Финский вестник» и «Репертуар и пантеон». Именно в это время был издан единственный прижизненный стихотворный сборник поэта (1846).

3) «Москвитянский» период назван так условно, т.к. Григорьев в это время плодотворно сотрудничает в редакции журнала «Москвитянин», является членом т.н. «молодой редакции» (1851 - 1857).

4) Поздний период относится к последним годам жизни Ап. Григорьева (1857-1864). В это время он путешествует по Европе, вновь возвращается в Северную столицу (второй петербургский период) а также учительствует в Оренбурге. В последние годы жизни поэтом были созданы такие лирические шедевры, как циклы «Борьба» и «Импровизации странствующего романтика».

Апробация работы. Отдельные положения диссертации были апробированы на межвузовских конференциях:

1. Конференция молодых ученых. Барнаул, май 1998. Доклад: "Интерпретация мотива цыганщины в творчестве Аполлона Григорьева";

2. Конференция молодых ученых. Барнаул, май 1999. Доклад: "Альбомный цикл Аполлона Григорьева";

3. Конференция молодых ученых. Барнаул, сентябрь 2000. Доклад: "Жоржсандовские" посвящения Аполлона Григорьева";

4. Конференция молодых ученых. Барнаул, май 2001. Доклад: "Импровизации странствующего романтика Ап. Григорьева. Цикл в цикле".

Содержание диссертации отражено в следующих публикациях.

1. Лирический цикл Аполлона Григорьева "Борьба": проблемы веры и безверия // Теоретические и методические аспекты освоения гуманитарного знания в школе: Мат-лы межрегиональной конференции 13-14 янв. 1998г. Барнаул, 1998. С. 121-124.

19

2. Жанровая специфика молитвы Аполлона Григорьева // Культура и текст: Сб-кнауч. трудов. Часть II. СПб; Барнаул, 1998. С. 213-217.

3. Интерпретация мотива цыганщины в творчестве Аполлона Григорьева // Диалог культур: сб-к тезисов межвуз. семинара молодых ученых. Май 1998, Барнаул, 1998. С. 17-23.

4. Альбомный цикл Аполлона Григорьева // Филологический анализ текста: Сб-к статей. Вып. III. Барнаул, 1999. С.74-78.

5. Библейские мотивы у А. Пушкина и Ап. Григорьева // A.C. Пушкин и культура: Тезисы междунар. конф. посвященной 200 летию со дня рождения. Самара, 1999. С. 201-203.

6. Шекспир в лирическом театре Аполлона Григорьева // Диалог культур: сб-к мат-лов межвузовской конференции молодых ученых. Барнаул, 1999. С. 45-51. 7. Цикл Аполлона Григорьева "Элегии" // Культура и текст - 99. Пушкинский сборник. СПб; Самара; Барнаул, 2000. С. 144-150.

8. "Жоржсандовские" посвящения Аполлона Григорьева // Диалог культур: Сб-к мат-в межвузовской конференции молодых ученых. Барнаул, 2001. С.60-65.

Похожие диссертационные работы по специальности «Русская литература», 10.01.01 шифр ВАК

Заключение диссертации по теме «Русская литература», Островских, Ирина Николаевна

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Лирика Ал. Григорьева («переходная лирическая система» (Б. Корман) -феномен, стоящий на границе поэтических эпох, связанный с традицией, но, в то же время, отличающийся радикальной новизной, предсказывающей будущие пути искусства. Григорьев - романтик, но этот романтизм особенный, своего рода «постромантизм». Парадоксально, но его преодоление в творчестве Аполлона Григорьева происходит благодаря имманентным свойствам поэтики последнего.

Автобиографичность лирики A.A. Григорьев (и всего его текста) обусловлена универсальностью его личности («тип мыслителя»)1, для которой не было границ между искусством и жизнью. Стирание границ между личностью и текстом станет одним из основных принципов поэтики модернизма, в частности, символизма и футуризма. Моделирование биографии по законам художественного произведения, ведет к тому, что у Григорьева весь авторский текст (в т.ч. и лирика) становится своего рода художественным жизнеописанием. Ранняя лирика - это своеобразный «лирический дневник» (несобранный «коршевский цикл» и др.); поздняя - «лирический роман» (цикл «Борьба»), Одно и то же событие жизни автора могло быть описано в лирике, в прозе и в частном письме, напр., эпизод с «крестовой сестрой». Подобная вариативность, лейтмотивность, «сгущает» текст, уплотняет, мифологизирует его.

Тенденция к всеохватности органично выражается у Ап. Григорьева, с одной стороны, через фрагментарность, с другой ,- через цикличность лирики Эти две, казалось бы, взаимоисключающих тенденции обладают общим свойством - незамкнутостью, незавершенностью. Если в ранней лирике (18421843) стремление к текстовому единству реализовывалось за счет фрагментарности стихотворных текстов и «несобранности» лирических циклов, то для позднего периода (конец 1850-х - начало 1860-х гг.) характерна почти сплошная циклизация.

Диалогичность способствует преодолению романтической центрированности на собственном «Я» (Я=МИР), куда не допускаются «чужие» сознания.

О типе русского мыслителя см.: М. Эгаитейн. Постмодерн в России. М., 2000.

Благодаря диалогу лирика Григорьева разомкнута, открыта множеству сознаний. Адресат, «другой» становится для автора самоценностью, откровением о себе и мире (Я - МИР/ ДРУГОЙ). Если в юношеской лирике диалог с адресатом предельно редуцирован, это, скорее, «обращенный монолог» (который формирует особую жанровую разновидность - «усеченное послание»), то уже в «петербургский» период (1843-1847) творчества диалог с «другим» становится более реалистичным, «другой», хотя бы гипотетически, становится способным на «ответное слово». В более поздней лирике («москвитянский» период (1847- 1857) диалог с миром все более актуализируется, «другой» становится почти равным автору, с ним возможно взаимопонимание. Способностью к «ответному слову» наделяются не только люди - собратья A.A. Григорьева по искусству, но даже неодушевленные предметы: дерево, живописный образ и др. Носителем «ответного слова» для автора «органической критики» может быть кто угодно (принцип «все во всем»), В поздней лирике тенденция к универсальности, к всеохватности достигает своей высшей точки, происходит окончательное «достраивание» диалога с миром за счет диалога с «другим» (напр., в «Импровизациях странствующего романтика»). Но парадокс григорьевского диалога состоит в том, что «другой» все же не становится равноценным Я, на него лишь проецируются авторские мысли и чувства, непрекращающийся диалог^ внутри главного сознания. «Чужие сознания», вводимые автором, есть, по сути проекции его собственного. Преодоление романтизма в лирике Григорьева - не результат, а длящийся, незавершенный и незаверши-мый процесс. Исследование поэтики лирики Аполлона Григорьева позволяет уточнить сложную и неоднозначную картину русской поэзии середины XIX века в связях с русской прозой, драмой, а так же современными поэту видами искусства.

Исследование лирики А.А.Григорьева имеет множество перспектив: она пока недостаточно рассмотрена в культурологическом аспекте, в контексте современного автору литературного процесса, в связях с более поздней поэзией, в частности с поэзией модернизма (символизм).

Список литературы диссертационного исследования кандидат филологических наук Островских, Ирина Николаевна, 2001 год

1. Григорьев A.A. Избранные произведения. Л., 1959. 523 с.

2. Григорьев A.A. Стихотворения и поэмы. М.; JI, 1966. 410 с.

3. Григорьев A.A. Стихотворения и поэмы. М., 1978. 278 с.

4. Григорьев A.A. Эстетика и критика. М., 1980а. 496 с.

5. Григорьев Ап. Воспоминания. Л., 19806. 439 с.

6. Григорьев A.A. Театральная критика. JI., 1985. 407 с.

7. Григорьев A.A. Одиссея последнего романтика. М., 1988. 494 с.

8. Григорьев A.A. Стихотворения и поэмы. М., 1989. 269 с.

9. Григорьев A.A. Соч.: В 2 т., М., 1990.9а. Григорьев A.A. ПисьмаМ., 1999.-473 с. Литературные тексты

10. Байрон Дж.Г. Паломничество Чайльд-Гарольда. Соч.: В 3 т. М., 1974. Т. 1. С. 141-298.

11. Блок A.A. Судьба Аполлона Григорьева. Собр. соч.: В 8 т. М.; Л., 1960-1963. Т. 5. С. 487-523.

12. Гораций К.Ф. Оды. Эподы. Сатиры. М., 1970, 479с.

13. Данте Алигьери. Божественная Комедия. М., 1982 639 с.

14. Лермонтов М.Ю. Полн. собр. соч.: В 4 т., М.; Л., 1961.

15. Мицкевич А. Конрад Валленрод. Избранные пр-я.: В 2 т., М., 1955. Т. 2. С. 319-381.

16. Некрасов H.A. Письма. Полн. собр. соч. и писем: В 12 т. М., 19481952. Т. 11.-432 с.

17. Пушкин A.C. Полн. собр. соч.: В 10 т., М., 1974.

18. Толстой Л.Н. Живой труп. Собр. соч.: В 12 т. М., 1976. Т. 12. С. 187253.

19. Тютчев Ф.И. Соч.: В 2 т. М., 1980.

20. Фет A.A. Кактус //Григорьев Ап. Воспоминания. Л., 1980. С. 328-337.

21. Фет A.A. Соч.: В 2 т. М., 1982.

22. Фонвизин Д.И. Послание к слугам моим, Шумилову, Ваньке и Петрушке. Собр. соч.: В 2 т., М.; Л., 1959. Т. 1. С. 209-213.

23. Шекспир В. Сон в летнюю ночь. Полн. собр. соч.: В 8 т., М.,1958-1960. Т. 3. С. 236-385.

24. Шекспир В. Сонеты. Полн. собр. соч.: В 8 т., М., 1958-1960. Т.8. С. 335-521.

25. Справочные издания и словари

26. Энциклопедия символов, знаков и эмблем. М., 1999 502 с.

27. Жюльен Надя. Словарь символов. "Урал LTD", 1999 543 с.

28. Холл Дж. Словарь сюжетов и символов в искусстве. М., 1996 655 с.

29. Тресиддер Дж. Словарь символов. М., 1999 549 с.

30. Керлот Х.Э. Словарь символов. М., 1994 423 с.

31. Музыкальный энциклопедический словарь. М., 1990 844 с.

32. Брокгауз Ф.А., Эфрон И.А. Энциклопедичекий словарь. Биографии. М., 1991 -763 с.

33. Шанский Н.М., Иванов В.В., Шанская Т.В. Краткий этимологический словарь русского языка. М., 1971 540 с.

34. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка.: В 4 т. М., 1955.

35. Современный философский словарь. Лондон; Франкфурт-на- Майне; Париж; Люксембург; Москва; Минск, 1998 -1272 с.

36. Словарь античности. М., 1989 746 с.

37. Власова М. Русские суеверия. СПб., 2000г 870 с.

38. Русские писатели 1800 1917. Биографический словарь. М., 1992 -678 с.

39. Литературный энциклопедический словарь. М., 1987 876 с. 37. Руднев В. Словарь культуры ХХв., М., 1999. - 328 с.

40. Керлот X. Словарь символов. М., 1994. 423 с.

41. Мифология. Большой энциклопедический словарь. М., 1998. 784 с.

42. Симфония. Путеводитель по Библии. Краткий библейский справочник. Спб., 1994,- 1370 с.

43. Теоретические, критические, научные источники. Мемуаристика

44. Абузова Н. Типология пейзажа в лирике Ф.И.Тютчева.: Автореферат дисс. . канд. филол. наук. Самара, 2000. 20 с.

45. Аверинцев С.С. Поэты. М., 1996. 364 с.

46. Азизов Д.Л. Романтизм в философско-эстетической концепции Аполлона Григорьева.: Автореф. дисс. канд. филос. наук. Калинин, 1973,- 18 с.

47. Алексеев М. П. Взаимодействие литературы с другими видами искусств как предмет научного изучения // Русская литература и зарубежное искусство. Л., 1986. С. 5-19.

48. Аникст А. Поэмы, сонеты и стихотворения Шекспира // Шекспир У. Полн. собр. соч.: В 8 т. М., 1958. Т.8, С.559-597.

49. Аникст А. Послесловие к "Сну в летнюю ночь"// Шекспир У. Полн. собр. соч.: В 8 т. М., 1958. Т.З, С.526-535.

50. Афанасьева Э.М. "Молитва" в русской лирике XIX в.: логика жанровой эволюции.: Автореферат дисс. . канд. филол. наук. Томск, 2000. -22 с.

51. Афанасьева Э.М. Молитвенная лирика декабристов // Проблемы литературных жанров. Мат-лы IX международной науч. конф-и. Томск, 1999. С.136 -140.

52. Баевский B.C. История русской поэзии 1730-1980. Компендиум. Смоленск, 1994.-303 с.

53. Бахтин М.М. Франсуа Рабле и народная смеховая культура средневековья и Ренессанса. М., 1965. 527 с.

54. Бахтин М.М. Вопросы литературы и эстетики. М., 1975. 502 с.

55. Бахтин М.М. Проблемы поэтики Ф.М. Достоевского. М., 1979.-312 с.

56. Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М., 1986. 444 с.

57. Бахтин М. Тетралогия. М., 1998. 607с.

58. Башляр Г. Психоанализ огня. М., 1993. 176 с.

59. Белза Св. "Игру его любил творец Макбета." // Шекспир В. Сонеты. М., 1988. С. 165-186.

60. Белинский В.Г. Стихотворения Аполлона Григорьева. Стихотворения 1845г. Я. Полонского // Полн. собр. соч.: В 13 т. М., 1955, Т.9, С. 590-600.

61. Бехер И-Р. Философия сонета, или малое наставление по сонету // Бехер И-Р.0 литературе и искусстве. М., 1981. С. 407-432.60. Библия. М., 1991.

62. Благой Д.Д. Мир как красота. О "Вечерних огнях " А. Фета. М., 1975. -111с.

63. Благой Д.Д. Александр Блок и Аполлон Григорьев // От Кантемира до наших дней. М., 1979. Т.1, С. 492-521.

64. Бойко Св. "Дивный выбор всевышних щедрот." Филологическое самосознание современной поэзии // Вопросы литературы .- 2000. янв. -февр,- С. 44-74.

65. Бойко М.Н. Метаморфозы романтического сознания // Самосознание искусства самосознание человека. Очерки русской эстетической мысли второй половины Х1Хв. М., 1997. С. 73-93.

66. Бройтман С.Н. Межсубъектные отношения в лирике и формы их выражения // Проблема автора в художественной литературе: Тезисы докладов науч. конференции 13-14 ноября 1990г. Ижевск, 1990. С. 42-44.

67. Бройтман С.Н. Лирический субъект // Введение в литературоведение. Учеб. пособие. М., 1999. С. 141-153.

68. Буланов A.M. Философско-этические искания в русской литературе второй половины Х1Хв. ("Ум" и "сердце" в творчестве Ф.М.Достоевского и Л.Н.Толстого). Волгоград. 1991 228 с.

69. Брянчанинов Игнатий. Аскетические опыты. М., 1993. Т.1. -568 с.

70. Буштаб Б.Я. "Гимны" Ап.Григорьева // Ученые записки саратовского госуниверситета. Т. 56,1957. С.184-194.

71. Бухштаб Б.Я. Библиографические изыскания по русской литературе XIXb. М., 1966. 175 с.

72. Бухштаб Б.Я. Русские поэты: Тютчев, Фет, Козьма Прутков, Добролюбов. Л., 1970. 247 с.

73. Ваганова Е.О. Мурильо и его время. М., 1988. 221 с.

74. Вайман С.Т. "Органический" Аполлон Григорьев // Гармонии таинственная власть: об органической поэтике. М., 1989. С. 173-233.

75. Вайскопф М. Сюжет Гоголя: Морфология. Идеология. Контекст. М.,1993.-240 с.

76. Вартанов A.C. О соотношении литературы и изобразительного искусства // Литература и живопись. Л., 1982. С. 5-30.

77. Васильев Вл. Об эпиграмме // Всемирная эпиграмма. Антология. Т.1, СПб., 1998. С. 5-65.

78. Васильев Н.С. Формы диалога с "чужим" словом в русской поэзии

79. XVIII XX веков // WWW. Culturolog 2000/ru

80. Васильев С.Ф. Субъект сознаниея как объект интертеркстуального анализа // Проблема автора в художественной литературы. Тезисы докладов науч. конференции 13-14 ноября 1990 г. Ижевск, 1990. С. 20-23.

81. Вацуро В.Э. Лирика пушкинской поры.: "Элегическая школа".Спб.,1994. -240 с.

82. Владимиров О.Н. Жанровое движение в лирике И.Бунина 1886 1952 гг.: Дисс. .канд. филол. наук. Томск, 1999.- 197 с.

83. Виттакер Р. Последний русский романтик: Аполлон Григорьев. СПб., 2000.-560 с.

84. Волошинов В.Н. Марксизм и философия языка // Бахтин М.М. Тетралогия. М., 1998. С. 298-357.

85. Вышеславцев Б.П. Этика преображенного эроса. М., 1994. 368 с.

86. Гаспаров М.Л. Поэзия Горация // Гораций К.Ф. Оды. Эподы. Сатиры. М., 1970. С. 5-43.

87. Гаспаров М.Л. Очерк истории русского стиха.(Метрика, ритмика, рифма, строфика). М., 1984. 320 с.

88. Гаспаров М.Л. Строфика нестрофического ямба в русской поэзии

89. XIX в // Гаспаров М.Л. Избранные статьи. М., 1995. С. 60-82.

90. Гаспаров М.Л. Три типа русской романтической элегии // Гаспаров М.Л. Избранные труды. М., 1997. Т.2. С.362-383.

91. Гаспаров М.Л. Сонеты Шекспира переводы Маршака // Гаспаров М.Л. Избранные труды. М., 1997. Т.2. С.105-121.

92. Гачев Г.Д. Аполлон Григорьев // Гачев Г.Д. Русская дума. М., 1991.-272 е., С. 30-33.

93. Гачев Г.Д. Семейная комедия (исповести). М., 1994. 352 с.

94. Гиллельсон М.И. Русская эпиграмма // Русская эпиграмма. М., 1988. С. 3-44.

95. Гинзбург Л Я. О старом и новом. М., 1982. 423 с.

96. Гинзбург Л.Я. О лирике. М., 1997. 408 с.

97. Гиршман М.М. Литературное произведение и его автор как живое противоречие целостности мира и цельности текста // Проблема автора в художественной литературе: Тезисы докладов науч. конференции 13-14 ноября 1990 г. Ижевск, 1990. С. 5-6.

98. Глебов В.Д. Вопросы реализма в эстетике Ап.Григорьева // Метод и мастерство. В.1, Русская литература, Вологда, 1970. С. 43-52.

99. Гребнева М. Поэтика демонической темы в русской литературе 10-30 гг. XIX века. (Жуковский Пушкин - Лермонтов).: Автореф.дисс. канд. филол. наук. Томск, 1995. - 14 с.

100. Грехнев В.А. Диалог с читателем в романе Пушкина "Евгений Онегин" // Пушкин. Исследования и материалы. Том IX. Л., 1979. С. 100-110.

101. Григорьян К. Н. Пейзаж в русской живописи и поэзии // Литература и живопись, Л., 1982. С.128-146.

102. Громов П. Аполлон Григорьев // Григорьев А.А. Избранные произведения. Л., 1959.С. 5-80.

103. Громов П. А. Блок, его предшественники и современники. Л., 1986. -600 с.

104. Гроссман Л. Три современника. М., 1922. 267 с.

105. Давыдов С. Последний лирический цикл Пушкина // Русская литература. -1999. №2,- С. 86-109.

106. Дарвин М.Н. Поэтика лирического цикла. Кемерово, 1987. 52 с.

107. Дарвин М.Н. Русский лирический цикл: проблемы теории и анализа. Красноярск, 1988.-23 6с.

108. Демин В. Перевооружение детали // Экранные искусства и литература. Звуковое кино. М., 1994. С. 135-153.

109. Добролюбов H.A. Очерки гоголевского периода русской литературы. Собр. соч.: В 9 т. M!; Л., 1962. Т.5, С. 5 310. 107: Достоевский Ф.М. Об искусстве. М., 1973. - 632 с.

110. Дубровская В.В. Избранные лекции по литературоведению. Барнаул, 1997. 62 с.

111. Егоров Б.Ф. Аполон Григорьев // Русская литература и фольклор (вторая половина XIX в.). Л., 1982. С. 225 -286.

112. Егоров Б.Ф. Аполлон Григорьев поэт, прозаик, критик // А. А. Григорьев. Собр.соч.: В 2 т., М., 1990. С. 5-26.

113. Егоров Б.Ф. Альбом как модель эстетических вкусов владельца // Культура и текст. Мат-лы междунар. науч. конф. 10-11 сент. 1996. СПб; Барнаул, 1996. С. 45-49.

114. Журавлева А.И. "Органическая критика" Аполлона Григорьева // Аполлон Григорьев. Эстетика и критика. М., 1980,- 496 с.

115. Зайцева В.В. Пушкинские конференции 1949-1978гг. Л., 1980.-115 с.

116. Зинченко В. Автор субъект сознания в системе "литература" // Проблема автора в художественной литературе: Тезисы докладов науч. конференции 13-14 ноября 1990г. Ижевск, 1990. С. 9-10.

117. Зинченко Л.Н. Символика деревьев в прозе К.Н. Леонтьева // Филологический анализ текста. (Вып.Ш), Барнаул, 1999. С. 84-86.

118. Золотарева О.Г. Проблема "несобранного стихотворного цикла" 40 -60-х гг. XIX в.: Автореферат дисс.канд. филол. наук. Томск, 1982,- 17 с.

119. Зубков М.Н. Аполон Григорьев. Поэмы 40-х годов // Ученые записки Московского Гос. пед. института им. В.И. Ленина. М., 1961. С. 123127.

120. Зубков М.Н. Две последние поэмы Аполлона Григорьева // Науч. докл. Высшей школы. Филологические науки. М., 1963. №4, С.53-61

121. Зырянов О.В. Концепт "Сердце" в поэзии A.C. Пушкина // Международная конференция "Языковая семантика и образ мира". Казанский государственный университет. Web сервер республики Татарстан. 19972000гг.

122. Каганэ Л.Л. Испанская живопись XVI XVIII в.в. в Эрмитаже. Л:, 1977.- 111 с.

123. Калашникова МБ. Альбомы современных детских колоний // НЛО 1996. №22-0.346-362.

124. Кад Б.А. Музыкальные ключи русской поэзии. Исследования, очерки и комментарии. СПб., 1997. 192 с.

125. Кедров К. Подражание литературное. ЛЭС, 1987. С. 283.

126. Кихней Л.Г. Из истории жанров русской лирики. Стихотворное послание начала XX в. Вдадивосток, 1989. 255 с.

127. Княжнин В. Ап. Григорьев и цыганы // Наше наследие. 1989. №4. -С. 26-30.

128. Ковалев O.A. О литературно эстетической позиции Ап.Григорьева //Поэтика жанра: Сб-кнауч. статей. Барнаул, 1995. С. 47-59.

129. Кожинов В.В. Немецкая классическая эстетика и русская литература // Традиция в истории культуры. М., 1978, С.191-197.

130. Козлова С.М. Фрагмент в литературном процессе. К проблеме истории и типологии культуры // Проблемы литературных жанров: Мат-лы IX международной науч. конф-и., Томск, 1999. С. 20-24.

131. Козубовская Г.П. О поэтике цикла А. Фета "К Офелии" // Русская поэзия XVIII Х1Хв. (Жанровые особенности. Мотивы. Образы. Язык.): Межвуз. сб-к научн. трудов. Куйбышев, 1986. С. 88-99.

132. Козубовская Г.П. Проблемы мифологизма в русской поэзии конца XIX начала XX веков. Самара; Барнаул, 1995. 159 с.

133. Козубовская Г.П. Поэтика надписи в лирике А.Ахматовой // Лингвистический и эстетический аспекты анализа текста: Материалы меж-дунар. науч. конф. Соликамск, 1997. С.128-130.

134. Козубовская Г.П. Мир Пушкина: "Театр элегии" и "Театр послания" // Козубовская Г.П. Русская поэзия первой трети Х1Хв. и мифология (жанровый архетип и поэтика). Самара; Барнаул, 1998. С. 51-85.

135. Козубовская Г.П. Письма А.С.Пушкина и "Московский текст" // Культура и текст 99: Пушкинский сборник. СПб; Самара; Барнаул, 2000. С. 60-81.

136. Колосова Н. Аполлон Григорьев // "Как слово наше отзовется.". М., 1986. -704 с.

137. Конынина Ю.И. Авторизированная биография как тип текста // Культура и текст: Матер, междунар. науч. конф. 10-11 сент. 1996. Спб; Барнаул, 1996. С. 83.

138. Корман Б.О. Лирика H.A. Некрасова. Ижевск, 1978, 299 с.

139. Корман Б.О. Заметки о лирике // Проблема автора в художественной системе. Устинов, 1985. С. 5-17.

140. Корман Б.О. Лирика и реализм. Иркутск, 1986. 211с.

141. Кормилов С.И. Некоторые проблемы современной теории сонета // Филологические науки. 1993, №3 - С. 32-41.

142. Костелянец Б.О. Поэзия Аполлона Григорьева // A.A. Григорьев. Избранные произведения. М.;Л., 1966. С. 5-89.

143. Костюхин Е.А. Жестокий романс в контексте русской культуры // Русская литература. 1998, №3. - С. 83-98.

144. Костюхин Е.А. Литература и судьба фольклора // Живая старина. -1994. №2. С.5-8.

145. Кривулин В. Возрождение оды как преодоление постмодернистской . паузы // НЛО. -1997. №27 С. 327-331.

146. Кронгауз М.А. Игровая модель диалога // Логический анализ языка: модели действия. М., 1992. С. 55-60.

147. Кудасова В.В. Лирическое творчество Ап. Григорьева и поэзия А. Блока.: Дисс. .канд. филол. наук. Л, 1977. 188 с.

148. Курицын В. Группа продленного дня // Пелевин В. Жизнь насекомых. М., 1997. С. 3-18.

149. Кюхельбекер В.К. Путешествия. Дневник. Статьи. Л.,1979. 789с.

150. Левина М.Л., Казакова И.Б. Собор и Роза (К вопросу о теме инициации в европейской романистике) // Культура и текст: Пушкинский сборник. СПб; Самара; Барнаул, 1999. С. 278-293.

151. Левин Ю.Д. Шекспир и русская литература Х1Хв. Л., 1988. 326 с.

152. Левченко Е.В. Цыганские мотивы двух стихотворений Ап.Григорьева// Филология: Науч. сб-к. Саратов, 1996. С. 16-20.

153. Лейдерман H.Л. Движение времени и законы жанра. Свердловск, 1982.-254 с.

154. Леонтьев К.Н. Несколько воспоминаний и мыслей о покойном Аполлоне Григорьеве. (Письмо к Ник.Ник.Страхову) // Григорьев A.A. Одиссея последнего романтика. М., 1988. С. 442-459.

155. Лосев А.Ф. Проблемы вариативного функционирования живописной образности в художественной литературе // Литература и живопись, Л., 1982. С. 31-65.

156. Лотман Ю.М. Анализ поэтического текста. М., 1971. 270 с.

157. Лотман Ю.М. Роман A.C. Пушкина "Евгений Онегин". Комментарий. Л., 1983, 416 с.

158. Лотман Ю.М. Своеобразие художественного построения "Евгения Онегина" // Лотман Ю.М. В школе поэтического слова. М., 1988. С. 30107.

159. Лотман Ю.М. Некрасов. "Последние элегии" // Лотман Ю.М. О поэтах и поэзии. СПб., 1996. С. 194-203.

160. Лотман Ю.М.0 поэтах и поэзии. СПб., 1996. 846 с.

161. Лотман Ю.М. Символика Петербурга и пробллемы символики города // Лотман Ю.М. Избранные статьи: В 3 т. Т. 2,- Статьи по истории русской литературы XVIII - перв. Пол. XIX в. Таллин, 1992. С. 249-264.

162. Лотман Ю.М. Место киноискусства в механизме культуры // Лотман Ю.М. Об искусстве. СПб, 1998. С. 550-561.

163. Лотман Ю.М. Автокоммуникация: "Я" и "Другой" как адресаты // Лотман Ю.М. Внутри мыслящих миров. М., 1999. С. 23-46.

164. Лотман Ю.М. Механизмы диалога // Лотман Ю.М. Внутри мысля-щихмиров. М., 1999. С. 93-106.

165. Лотман Ю.М. Символика Петербурга // Лотман Ю.М. Внутри мыслящих миров. М., 1999. С. 275-296.

166. Лотман Ю., Минц 3. Человек природы в русской литературе XIX века. //Блоковский сборник. Тарту, 1964. С.98-151.

167. Ляпина Л.Е. Два лирических цикла ("Buch der Liebe" Огарева и "Борьба" Ап. Григорьева) // XXVI Герценовские чтения. Литературоведение: Науч. доклады. Л., 1973. С. 43-49.

168. Ляпина Л.Е. Литературная циклизация. (К истории изучения) // Русская литература. 1998. №1. - С. 170-178.

169. Ляпина Л.Е. Циклизация в русской литературе XIX века. СПб., 1999.-278 с.

170. Магомедова Д.М., Бройтман С.Н. Структура стихотворения Ап.Григорьева "Глубокий мрак." // Внутренняя организация худож. Произведения: Межвуз. науч.-тематич. сб-к. Махачкала, 1987. С.84-98.

171. Малицкая К. Бартоломе Эстебан Мурильо // Советская культура. -1957.-7 мая.

172. Мансков С.А. Поэтический мир А.А.Тарковского.(Лирический субъект. Категориальность. Диалог сознаний.). Дисс. . канд. филол. наук. Барнаул, 1999.

173. Маневич И. М. Кино и литература, М., 1966. 240 с.

174. Маймин Е. О русском романтизме. М., 1975. 240 с.

175. Маркевич Генрик. Основные проблемы науки о литературе. М., 1980.-374 с.

176. Мартынов В.И. Пение, игра и молитва в русской богослужебной системе. М., 1997. 208 с.

177. Медведев П. Формальный метод в литературоведении // Бахтин М. Тетралогия. М., 1998. С. 110-296.

178. Мережковский Д.С. Лермонтов поэт сверхчеловечества // В тихом омуте. М., 1991, С. 378-416.

179. Мирошникова О.В. Анализ лирического цикла и книги стихов. Канонические структуры и маргинальные формы циклизации в последней трети XIX века. Омск, 2001. 78 с.

180. Моруа А. Жорж Санд. М., 1967. 411 с.

181. Музыка в зеркале поэзии. Л., 1986. 192 с.

182. История русской литературы: В 4 т., Л., 1984.

183. История русской поэзии: В 2 т. Л., 1968-1969.

184. Нилус Сергий. Великое в малом. Ново Николаевскъ, 1993. - 543 с.

185. Новиков Вл. Книга о пародии. М., 1989. 544 с.

186. Носов С.Н. Аполон Григорьев. Очерк жизни и творчества. М., 1990. 192 с.

187. Осповат A.JI. К портрету Аполлона Григорьева // Григорьев A.A. Одиссея последнего романтика. М., 1988. С. 3-12.

188. Осповат А.Л. Комментарии//Григорьев A.A. Соч.: В 2 т. М., 1990. С. 555-662.

189. От святой колыбели до гроба. (Краткий устав жизни православного христианина). М., 1994. 235 с.

190. Петина Л.И. Художественная природа литературного альбома первой половины Х1Хв.: Автореферат дисс. канд. филол. наук. Тарту, 1988. -20 с.

191. Петровский М. "Езда в остров любви." // Вопросы литературы. -1984. №5. С.55-91.

192. Писарев Д.И. Прогулка по садам российской словесности // Писарев Д.И. Собр. соч.: В 4 т. М., 1955. Т.З, С. 251-306.

193. Платек Я. Последний романтик: музыка в жизни и творчестве Аполлона Григорьева // Музыкальная жизнь. 1996. № 7/8. - С. 31-33.

194. Поддубная М. Музыка и фантастика в русской литературе Х1Хв // Русская литература. -1997. №1. С. 48-66.

195. Поляков М. Вопросы поэтики и художественной семантики. М., 1978.-448 с.

196. Православный молитвослов и Псалтирь. Барнаул, 1994. 256 с.

197. Проскурин O.A. Поэзия Пушкина или Подвижный палимпсест. М., 1999.-462 с.

198. Псалтирь в русской поэзии XVII XIX вв. М., 1995. - 384 с.

199. Раков В.П. Теоретическая мифология Аполлона Григорьева // Русская критика и историко- литературный процесс: Мужвуз. сб-к науч. трудов. Куйбышев, 1983. С.69-76.

200. Рогова E.H. Элегия и элегический модус художественности. К постановке проблемы // Проблемы литературных жанров: Мат-лы IX международной науч. конф-и., Томск. 1999, С. 81-84.

201. Розанова Л.А. О месте цикла "Дневник любви и молитвы" в творческом наследии Аполлона Григорьева // Вопросы русской литературы. -1982. №1 С. 60-70.

202. Росси JI. Григорьев: биография в культурологическом аспекте // Из-вОЛЯ, 1989, №5.-С. 68-79

203. Руднев В. Прочь от реальности. М., 2000. 432 с.

204. Русские пиры. СПб., 1998. 432 с.

205. Русские песни Х1Хв. сост. проф. Розанов. М., 1944. 213 с.

206. Сандомирская В.Б. "Отрывок" в поэзии Пушкина двадцатых годов // Пушкин. Исследования и материалы. Том IX. Л., 1979. С.69-83.

207. Сапогов В.А. Поэтика лирического цикла А.Блока.: Автореф. дисс.канд. филол. наук. М., 1967. 18 с.

208. Сапаров М.А. Словесный образ и зримое изображение (живопись-фотография-слово) // Литература и живопись, Л., 1982. С.66-92.

209. Селитерникова В.Г., Якушкин Н.Г. Аполлон Григорьев и Митя Карамазов // Науч. доклады высшей школы: Филологические науки. 1969, №1,- С. 34-40.

210. Серман И.З. Достоевский и Аполлон Григорьев // Достоевский и его время. Л., 1971. С. 130-142.

211. Сильман Т.И. Заметки о лирике. Л., 1977. 223 с.

212. Скатов Н. Поэты некрасовской школы. Л., 1968. 224 с.

213. Скобелев В.П. "Системно-субъектный метод" в трудах Б.О.Кормана. Его значение для изучения теории и истории литературы // Проблема автора в художественной литературы. Тезисы докладов науч. конференции 13-14 ноября 1990г. Ижевск, 1990. С. 3-5.

214. Страшнов С.Л. Русская советская баллада периода Великой Отечественной войны, (жанр в историко-литературном процессе).: Автореферат дисс. . канд. филол. наук. М., 1979. 18 с.

215. Спивак Д.Л. Лингвистика измененных состояний сознания. Л., 1986. -90 с.

216. Спивак Д.Л. Северная столица. Метафизика Петербурга. СПб., 1998. -427 с.

217. Сурат И.З. Пушкин как религиозная проблема // Пушкин: биография и лирика. М., 2000. С.1-38.

218. Титаренко С.Д. Сонет в поэзии серебряного века: художественный канон и проблемы стилевого развития. Кемерово, 1998. 106 с.

219. Топоров В.Н. Петербург и "Петербургский текст русской литературы"// Топоров В.Н. Миф. Ритуал. Символ. Образ. М., 1995. С. 259-368.

220. Топоров В.Н. О "поэтическом" комплексе моря и его психофизиологических основах // Топоров В.Н. Миф. Ритуал. Символ. Образ. М., 1995. С. 575-622.

221. Трубецкой E.H. Избранное. М., 1997. 478 с.

222. Тупицын В. "Другое" искусства. М., 1997. 348 с.

223. Турков В. Эпоха романтизма в России. М., 1981. 550 с.

224. Тынянов Ю.Н. Проблема стихотворного языка. Статьи. М., 1965. -301 с.

225. Тынянов Ю.Н. Поэтика. История литературы. Кино. М., 1977.-574 с.

226. Уайтхед Дж. Серьезные забавы. М., 1986. 287 с.

227. Фарино Ежи. Парадоксы культуры: язык и текст // Культура и текст: Мат-лы междунар. науч. конф. 10-11 сент. 1996. СПб; Барнаул, 1996. С. 3-4.

228. Фарино Ежи. Семиотические аспекты поэзии о живописи // Russian Literature VII-1., 1979. С. 65-93.

229. Федотов О. Поэтический космос сонета // Литературная учеба-1997. кн.2,- С. 53-61.

230. Федотов О.И. Сонет серебряного века // Сонет серебряного века. М., 1990. С. 5-34.

231. Фет A.A. Ранние годы моей жизни // Григорьев Ал. Воспоминания. Л., 1980. С. 312-328.

232. Фрейденберг О.М. Поэтика сюжета и жанра. М., 1997. 448с.

233. Фрейд 3. Психопатология обыденной жизни // Психология бессознательного. М., 1990. С.202-310.

234. Фризман Л.Г. Два века русской элегии // Русская элегия. Л., 1991. С. 5-51.

235. Фризман Л.Г. Жизнь лирического жанра. Русская элегия от Сумарокова до Некрасова. М., 1973. 167с.

236. Фромм Э. Душа человека. М, 1992. 430 с.

237. Хаев Е.С. Особенности стилевого диалога в "онегинском круге" произведений Пушкина // Болдинские чтения. Горький, 1979. С. 11-16.

238. Ходанович М.А. Философские воззрения Аполлона Григорьева.: Автореферат дисс. . канд. философ, наук. М., 1985,- 18 с.

239. Царькова Т.С. "Жанр эпитафий свято чти." (К диалектике отношений с другими жанрами) // Русская литература. 1996. №3 - С. 106-115.

240. Чернышевский Н.Г. Полн. собр. соч.: В 16 т. М., 1947, Т.З.- 569 с.

241. Чистякова H.A. Греческая эпиграмма // Греческая эпиграмма. Спб., 1993. С. 325-365.

242. Шайтанов И. Жанровая поэтика // Вопросы литературы, май июнь 1996,- С. 17-21.

243. Шекспир и русская культура, (под ред акад. М.Алексеева). М -JI., 1965.-823 с.

244. Шеллинг Ф.В. Философия искусства. М., 1966. 496 с.

245. Шлычкова Е.Л. Жанр романса в творчестве И.Северянина // Филологические штудии: Сб. науч. трудов. Вып.2, Иваново, 1998. С.21-26.

246. Шнейдер Л. жанровый состав лирики Ап. Григорьева // IV Межвуз. студенч. науч. конференция. Тезисы докладов. Л., 1971. С.45-48.

247. Щукин В. Константин Леонтьев, Аполлон Григорьев и русская мен-тальность // НЛО. -1996. №1.- С. 377-380.

248. Эпштейн М.Н. Парадоксы новизны. М., 1988. 414 с.

249. Эпштейн М. "Природа, мир, тайник вселенной.": система пейзажных образов в русской поэзии. М., 1990. 302 с.

250. Эпштейн М.Н. Постмодерн в России. М., 2000. 540 с.

251. Эткинд А. Первый русский постмодернист // Эрос невозможного. История психоанализа в России. СПб., 1993. С. 402-406.

252. Эткинд Е. Материя стиха. СПб., 1998. 506 с.

253. Юнг К-Г. Воспоминания, сновидения, размышления. Киев, 1994, -405 с.

254. Юнг К,- Г. Психология и религия // Юнг К,- Г. Архетип и символ. М., 1991. С. 234-321.

255. Якобсон Р.О. Работы по поэтике. М., 1987. 460 с.

256. Янушкевич A.C. Проблема жанрово-родовых синтезов в аспекте исторической поэтики // Проблемы литературных жанров: Мат-лы IX международной науч. конф-и., Томск, 1999. С.6-10.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.