Диспозициональная аутентичность как фактор устойчивости к посттравматическому стрессу тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 00.00.00, кандидат наук Шмарина Татьяна Александровна

• Шмарина Татьяна Александровна
• кандидат наук
• 2026

Оглавление диссертации кандидат наук Шмарина Татьяна Александровна

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. АУТЕНТИЧНОСТЬ ЛИЧНОСТИ КАК РЕСУРС ПРЕОДОЛЕНИЯ ПОСТТРАВМАТИЧЕСКОГО СТРЕССА: ЗАРУБЕЖНЫЕ И ОТЕЧЕСТВЕННЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

1.1. Аутентичность личности и ее эвристичность в контексте взаимодействия человека с миром

1.2. Аутентичность личности и психологическое благополучие

1.3. Аутентичность личности и парадокс устойчивости к посттравматическому стрессу

Выводы по главе

ГЛАВА 2. ЭМПИРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ РОЛИ АУТЕНТИЧНОСТИ В ПРЕОДОЛЕНИИ ПОСТТРАВМАТИЧЕСКОГО СТРЕССА

2.1. Дизайн эмпирического исследования

2.2. Адаптация Шкалы воспринимаемой способности справиться с травмой

2.3. Аутентичность личности, воспринимаемая способность справиться с травмой и устойчивость

2.4. Аутентичность личности как фактор устойчивости в зависимости от экспозиции травмы и профессии сотрудников экстренных служб

Выводы по главе

Заключение

Список литературы

Приложения

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Диспозициональная аутентичность как фактор устойчивости к посттравматическому стрессу»

ВВЕДЕНИЕ

Современная жизнь отмечена высокой степенью неопределенности, экологическими, эпидемиологическими и геополитическими катаклизмами. В такие периоды резко возрастает количество потенциально травмирующих событий, затрагивающих разные группы населения и требующих вмешательства специалистов. Международное исследование, охватившее 68 894 участника из 24 стран, еще до пандемии COVID-19 и различных военных конфликтов 2022-2025 гг. показало, что более 70% респондентов хотя бы раз в жизни переживали потенциально травмирующее событие, а около 31% — четыре и более раз [Benjet et al., 2016]. Уже тогда проблема посттравматического восстановления имела критически важное значение. Пандемия COVID-19 усугубила ситуацию: стресс от «невидимых угроз» [Быховец, 2023], высокий процент госпитализаций и случаев со смертельным исходом в 2020-2021 гг. усилили уязвимость общества. Вслед за этим в 2022-2025 гг. произошли военные конфликты, террористические акты, атаки беспилотников и связанные с ними разрушения, еще больше повышающие распространенность потенциально травмирующих событий — физических травм и внезапной смерти значимых близких. Эти изменения отражают переход от концепции VUCA-мира, т.е. волатильного (volatility), неопределённого (uncertainty), сложного (complexity) и неоднозначного (ambiguity) [Bennett, Lemoine, 2014], к концепции BANI-мира — хрупкого (brittle), тревожного (anxious), нелинейного (non-linear) и непостижимого (incomprehensible). По мнению футуролога Ж. Касио (Jamais Cascio), данная модель фиксирует новые особенности современности: хрупкость систем, рост общественной тревожности, непредсказуемость процессов и непостижимость происходящего [Cascio, 2025]. Всё вышесказанное обусловливает актуальность предпринятого нами исследования.

Еще до пандемии 5,6% людей, переживших потенциально травмирующее событие, страдали от посттравматического стрессового расстройства (ПТСР). Оно может развиться после воздействия одного или целой серии чрезвычайно угрожающих или ужасающих событий и характеризуется наличием повторных

переживаний (яркие, болезненные воспоминания, флешбэки, кошмары), сознательным избеганием любых напоминаний и постоянным чувством текущей угрозы (гипервозбудимость, сверхнастороженность). Все эти симптомы сохраняются несколько недель или дольше, вызывая значительные нарушения в важных сферах жизни [Maercker, Eberle, 2022; МКБ-11, 2022], причем примерно половина из них имеет хроническую форму, а средняя продолжительность составляет примерно три года [Kessler et al., 2017]. Наряду с очевидным вредоносным влиянием ПТСР на психологическое здоровье общества, они обладают также и социальными «издержками», провоцируя сложности в установлении и поддержании отношений, высокую вероятность социальной изоляции, безработицу, суицидальные риски и др. В июле 2025 г. ВЦИОМ отмечал рост спроса россиян на психологическую поддержку [ВЦИОМ, 2025], а Научный центр психического здоровья сообщил о рекордных продажах в России препаратов для лечения депрессии и тревожных расстройств [НЦПЗ, 2025], что подтверждает актуальность, социальную значимость и востребованность нашего исследования.

Предотвращение последствий потенциально травмирующих событий и укрепление устойчивости (resilience) к ПТСР представляет собой перманентно актуальную задачу, однако в настоящий момент нельзя считать ее решенной. Долгое время типичными исходами (outcomes) реагирования на травматическое событие считались хронический дистресс, ПТСР, депрессия и генерализованное тревожное расстройство, однако применение современных методов моделирования показало иную картину [Galatzer-Levy, Huang, Bonanno, 2018]. В лонгитюдных данных было выделено четыре характера реагирования: 1) устойчивость (resilience) — относительно стабильное, в целом здоровое функционирование, иногда нарушаемое немногочисленными слабыми симптомами (наиболее распространенный исход, в среднем наблюдается в 65,7%); 2) восстановление (recovery) — выраженный начальный дистресс с последующей ремиссией вплоть до полного восстановления (~ 20,8%); 3) хронизация (chronic) — ранний, резкий и длительно сохраняющийся дистресс (~ 10,6%); 4) отсроченное начало (delayed) — исходно низкая симптоматика поступательно усиливается с течением времени (~

8,9%) [Bryant, 2016; Norris, Tracy, Galea, 2009]. То есть эмпирические данные показывают, что большинство людей, переживших травматические события, не имеет признаков ПТСР, т.е. сохраняет устойчивость.

Эти эмпирические данные сместили фокус исследований от описания интенсивности и динамики последствий травмы к анализу личностных механизмов, обеспечивающих адаптацию. Хотя в литературе описан широкий спектр факторов, ассоциированных с устойчивостью (личностные переменные, социальная поддержка, оптимизм, вера в собственную способность справиться, адаптивные копинг- и регуляторные стратегии и др.), их совокупная предсказательная сила остается низкой даже при агрегировании показателей и применении методов машинного обучения [Шмарина, 2023а, Bonanno, 2021a, Bonanno, 2021b; Bonanno, Romero, Klein, 2015]. Это соответствует парадоксу устойчивости — устойчивость присуща большинству людей, переживших травматические события, однако слабо предсказывается отдельными характеристиками, что затрудняет как выявление «личностного профиля устойчивого человека», так и прогноз адаптации по выраженности отдельных предикторов [Шмарина, 2023а, Bonanno, 2021a]. В логике принципа эквифинальности устойчивое функционирование достигается из разных исходных точек, то есть существует множество альтернативных «маршрутов» к устойчивости [Шмарина, 2023а]. Таким образом, решение социальной проблемы укрепления психологического здоровья и благополучия граждан требует разработки нового методологического подхода и теоретической модели для понимания механизмов предотвращения ПТСР.

Представляется эвристичным использовать для этого концепт аутентичности как черты личности, характеризующей специфику взаимодействия человека и мира и отражающей способность человека быть верным себе — своей природе, пространственно-временным обстоятельствам жизни и предназначению [Нартова-Бочавер, Корнеев, Бочавер, 2024; Нартова-Бочавер, 2011]. Возникнув в философии экзистенциализма, понятие аутентичности в психологии наследует две основных характеристики аутентичного (подлинного) бытия: это выраженное авторство по

отношению к событиям своей жизни (типология бытия С. Кьеркегора) и принятие пространственно-временных обстоятельств своей жизни, предполагающих индивидуальную чувствительность к угрозам и идентификацию ресурсов для совладания с ними («вброшенность» П. Сартра и М. Хайдеггера) [Нартова-Бочавер, Корнеев, Бочавер, 2024; Нартова-Бочавер, 2011]. В настоящее время наиболее разработаны три дополняющих друг друга концептуализации феномена аутентичности: экзистенциальная, акцентирующая ее социальный характер, личностно-центрированная, отмечающая исключительность индивидуальности человека, и субъектная, понимающая аутентичность личности в контексте заданных времени и пространства.

Исследования показывают безусловно благотворную роль аутентичности в поддержании психологического благополучия. Она связана с позитивным аффектом и с удовлетворенностью жизнью [Sutton, 2020; et al.], поддерживает включенность и энергичную вовлеченность в работу [Emmerich, Rigotti, 2017; et al.], снижает деструктивные реакции при межличностных конфликтах и способствует поддержанию качественных, устойчивых взаимоотношений [Wickham et al., 2016; et al.], связана с более высоким переживанием осмысленности жизни и с согласованностью ценностей, целей и представлений об истинном Я [Нартова-Бочавер, 2011; и др.], а также с большей настойчивостью, устойчивым ощущением прогресса и удовлетворенностью успехами [Zhang, Chen, Schlegel, 2018; et al.]. Большинство этих фактов, однако, было получено в стабильных жизненных средах. При этом в последние годы буферная протективная роль аутентичности начинает привлекать внимание исследователей из области клинической психологии. Аутентичность рассматривается в контексте депрессии [Roemer, Sutton, Medvedev, 2022], в том числе послеродовой [Hammond et al., 2021], суицидальных мыслей [Boyd et al., 2025], пограничного расстройства личности [Mancini, Stanghellini, 2020], расстройства пищевого поведения [Cruzat-Mandich et al., 2017], негативного воздействия одиночества на тревогу, физические симптомы и проблемы с употреблением алкоголя [Bryan, Baker, Tou, 2017], и др. Таким образом, эмпирические данные указывают на ресурсную роль аутентичности не

только в позитивном контексте психологического благополучия, но также и в более сложных условиях. Мы ожидаем, что ресурсная и буферная роль аутентичности также проявится и в обстоятельствах подвижной, нестабильной среды — потенциально травмирующих событий.

Диспозициональная аутентичность имеет порождающий характер по отношению к состоянию аутентичности, что существенно для исследований контекста травматического стресса. В условиях потенциально травмирующих событий большинство людей испытывают состояние неаутентичности, характеризующееся тревогой, напряжением, печалью, стыдом, гневом, раздражением, отвращением, разочарованием, отчаянием или страхом [Шмарина, 2023а; Sedikides et а1., 2017]. Эти реакции отчуждения препятствуют включению травмирующего события в индивидуальный жизненный опыт и личный нарратив, затрудняя совладание с его последствиями. И наоборот, когнитивная оценка потенциально травмирующего события как неслучайного, вписанного в субъективную картину жизненного пути, облегчает принятие обстоятельств и мобилизацию наличествующих внутренних и внешних ресурсов.

Также можно предположить, что аутентичность как черта личности, ответственная за внутренний мониторинг точности выборов и решений, может интенсифицировать использование ресурсов. Травматические события нередко разрушают внутреннюю связность опыта: прошлое перестает восприниматься как завершенное, а будущее — как открытое и безопасное, превращаясь в источник постоянной угрозы. Аутентичность личности, напротив, позволяет принять опыт прошлого со всеми его сложностями, возвращая ощущение жизни в настоящем и позволяя находить в нем ресурсы для построения будущего, способствуя выстраиванию нарратива «прошлое — настоящее — будущее», а воспринимаемая способность справиться с травмой, как мы предполагаем, опосредует эту связь.

В фокусе настоящего исследования находится изучение вклада аутентичности личности в устойчивость к посттравматическому стрессу. Посттравматический стресс — «симптомокомплекс, характеристики которого отражают, прежде всего, нарушение целостности личности» [цит. по: Тарабрина,

2012, с. 21], его симптоматика варьирует по интенсивности и продолжительности, иногда достигая в своем развитии ПТСР или комплексного ПТСР (КПТСР). О КПТСР говорят в том случае, если к симптомам ПТСР добавляются стойкие нарушения Я-организации: эмоциональная дисрегуляция (трудности управления аффектом с колебаниями от гипер- до гипоактивации), устойчивый негативный образ Я (представление о себе как об униженном, сломленном, никчемном), нарушения в отношениях (выраженные трудности в установлении и поддержании близости, доверия к другим людям), а также в том случае, если симптомы ПТСР или КПТСР вызывают значимое нарушение повседневной, семейной, учебной или профессиональной сферы жизни [ВОЗ, 2025]. Проявления посттравматического стресса, как правило, сочетаются с тревожными, аффективными симптомами, а также нередко сопровождаются употреблением психоактивных веществ [Интенсивный стресс..., 2017; Bryant et al., 2010]. Устойчивость1 к посттравматическому стрессу понимается как относительно здоровое функционирование, иногда нарушаемое немногочисленными слабыми симптомами; как результат успешной адаптации. Устойчивость операционализируется нами в данном исследовании, вслед за Дж. Бонанно и И. Галацер-Леви с соавт. [Bonanno, Chen, Galatzer-Levy, 2023; Galatzer-Levy, Huang, Bonanno, 2018] как низкая выраженность ПТСР и нарушения Я-организации и низкие показатели дистресса: депрессии, тревоги и стресса [Barel, Tannous-Haddad, Tzischinsky, 2025; Li et al., 2025; et al.]. Такой вариант операционализации соответствует представлению об устойчивости как сохранении психологического здоровья и общего функционирования после потенциально травмирующего

1 Мы намеренно избегаем терминологические споры вокруг понятия «resilience», фиксируя, что в текущей работе под устойчивостью понимается не процесс, а именно результат успешной адаптации.

В научном психологическом сообществе до сих пор отсутствует общий консенсус в понимании устойчивости к посттравматическому стрессу — данная проблема была подробно описана автором текущего исследования в двух публикациях: «Взгляд на травматический стресс через призму уязвимости и устойчивости» и «Аутентичность личности и парадокс устойчивости к травматическому стрессу» [Шмарина, 2023 а, б]. Чтобы не смещать фокус внимания, заданный в настоящем исследовании, мы обозначим данную проблему, однако не будем останавливаться на ней повторно.

Также в отечественной научной литературе отсутствует единообразие в переводе термина «resilience». Используются варианты: резилентность, резилиентность, резильентность, резилиантность, устойчивость, упругость, стойкость, жизнестойкость (отличная от «hardiness»), жизнеспособность и др., что отражает продолжающуюся дискуссию о переводе данного понятия на русский язык [Леонтьев, 2025а]. В настоящем исследовании мы переводим «resilience» как «устойчивость».

события, как результат успешного совладания с пережитым стрессом. В то же время оговоримся, что в настоящем исследовании устойчивость не сводится к отсутствию симптомов — по аналогии с тем, как отсутствие болезни само по себе не равнозначно здоровью [Шмарина, 20236; Almedom, Glandon, 2007]. Низкая выраженность посттравматической симптоматики рассматривается исключительно как практический индикатор, демонстрирующий устойчивый характер реагирования на пережитое событие.

Само по себе травмирующее событие не обязательно влечет за собой ПТСР. Согласно средовой теории стресса, событие или ситуация субъективно переживаются как результат взаимодействия объективных обстоятельств и субъективно оцениваемых наличествующих ресурсов справиться с этими вызовами или угрозами [Blum, Schmitt, 2017; Edwards, Caplan, Harrison, 1998; Harrison, 1985]. Исследования показывают, что возможности человека воспринимать потенциально травмирующие события как действительно травматичные обусловлены тем, как он сам оценивает свои ресурсы, свою способность справиться с травмой [Шмарина, Чернов, Костюк, 2025; Bonanno, Pat-Horenczyk, Noll, 2011; Ehlers, Clark, 2000]. Поэтому, наряду с объективной фиксацией травматичного события в человеческой жизни, нам необходимо иметь информацию и об этой переменной. Косвенные данные свидетельствуют о том, что оценка человеком драматичного события как аутентичного сопряжена с его конструктивной оценкой своей способности справиться с ним [Абрамов, Мельниченко, Бабура, 2022; Maffly-Kipp et al., 2020; Munns, 2018].

Для изучения роли аутентичности личности в поддержании ее устойчивости мы использовали выборки с разными обстоятельствами переживания потенциально травмирующего события, стремясь охватить максимально разнообразные группы. Обычные граждане, случайно «вброшенные» в потенциально травмирующее событие, как правило, переживают себя жертвами, не занимают субъектную позицию2, хотя испытали это событие непосредственно,

2 Под субъектной позицией далее понимается совокупность проявлений активности, осознанности, внутренней детерминированности и ответственности — признаков субъекта в рамках субъектного подхода [Брушлинский, 1994; Рубинштейн, 2012].

отчуждают его от своего личного нарратива. Группа «вторичной травматизации»3 — это сотрудники служб экстренного реагирования (пожарные, спасатели, врачи и фельдшеры скорой медицинской помощи (СМП) и экстремальные психологи), ожидающие столкновения с потенциально травматичными событиями, проявляют субъектность, как правило, осознанно интегрируют потенциально травмирующие события в свою профессиональную жизнь, сталкиваются с высоким уровнем риска и ответственности, с частыми экстренными выездами и многократным косвенным воздействием стрессоров [Greinacher et al., 2019].

Проблема исследования. В последние годы внимание исследователей смещается в сторону рассмотрения аутентичности как предиктора и ресурса в преодолении психических расстройств, таких как депрессия, генерализованное тревожное расстройство, пограничное расстройство личности, расстройство пищевого поведения, суицидальные мысли и др., однако, как мы уже отмечали, большинство результатов было получено в условиях относительно стабильной среды. Недавние результаты свидетельствуют о том, что аутентичность проявляет себя как ресурс и буфер, смягчающий последствия потенциально травмирующих событий [Абрамов, Мельниченко, Бабура, 2022; Maffly-Kipp et al., 2020; Munns, 2018; Reed et al., 2021]. Однако имеющиеся результаты остаются фрагментарными, методологически узкими (опираются на один подход — личностно-ориентированный) и трудно обобщаемыми (получены на малых, однородных, узкоспециализированных выборках). Настоящее исследование направлено на устранение имеющейся лакуны в понимании вклада аутентичности личности в устойчивость к посттравматическому стрессу.

Объект исследования: аутентичность личности.

Предмет исследования: аутентичность личности как фактор устойчивости к посттравматическому стрессу.

3 Вторичные жертвы (secondary victims), вторичная травматизация (secondary traumatization), вторичная травма (secondary traumatic stress), викарная травма (vicarious trauma), усталость от сострадания (compassion fatigue) - эти термины широко используются при описании специфики стресса у сотрудников экстренных служб [Greinacher et al., 2019].

Цель исследования: изучение вклада аутентичности личности в устойчивость к посттравматическому стрессу.

Задачи исследования:

1. Проанализировать и систематизировать отечественную и зарубежную научную литературу, посвященную ресурсной роли аутентичности, в том числе в обеспечении устойчивости к посттравматическому стрессу.

2. Адаптировать к российской культуре Шкалу воспринимаемой способности справиться с травмой (The Perceived Ability to Cope with Trauma).

3. Исследовать связь аутентичности с устойчивостью к посттравматическому стрессу, опосредованную воспринимаемой способностью справиться с травмой.

4. Уточнить ресурсную и буферную роль аутентичности в зависимости от типа экспозиции травмы (первичная — вынужденная непроизвольная экспозиция у обычных граждан, и вторичная — экспозиция у сотрудников экстренных служб, обусловленная осознанно выбранной профессиональной ролью) и от особенностей профессии сотрудника экстренной службы.

5. Построить предсказательную модель, демонстрирующую взаимосвязь между аутентичностью, воспринимаемой способностью справиться с травмой и устойчивостью к посттравматическому стрессу.

В исследовании были выдвинуты следующая теоретическая гипотеза: аутентичность личности представляет собой фактор устойчивости к посттравматическому стрессу, одновременно выполняя ресурсную и буферную роли.

Проверялись следующие эмпирические гипотезы:

1. Аутентичность личности положительно связана с устойчивостью к посттравматическому стрессу.

2. Эффективность разных аспектов аутентичности различается по их вкладу в устойчивость к посттравматическому стрессу.

3. Различные показатели посттравматического стресса отличаются по степени своей сензитивности к аутентичности личности.

4. Связь аутентичности личности и ее устойчивости к посттравматическому стрессу опосредована воспринимаемой способностью справиться с травмой (аутентичность положительно связана с фокусом на будущем и отрицательно с фокусом на травме).

5. Роль аутентичности личности варьирует в зависимости от типа экспозиции потенциально травмирующего события; в случае вторичной травматизации эффекты аутентичности сильнее.

6. Роль аутентичности личности варьирует в зависимости от профессии в группе сотрудников экстренных служб.

Теоретико-методологические основы исследования. В основу исследования легли следующие теории: экзистенциальная концепция аутентичности [Kernis, Goldman, 2006], личностно-ориентированная концепция аутентичной личности [Wood et al., 2008], субъектная концепция аутентичности личности [Нартова-Бочавер, 2011], теория нелинейного взаимодействия личности и ситуации [Blum, Schmitt, 2017], теория посттравматического стресса [Тарабрина, 2009], когнитивная теория посттравматического стрессового расстройства [Ehlers, Clark, 2000] и теория регуляторной гибкости [Bonanno, Chen, Galatzer-Levy, 2023].

Методы и методики исследования. Исследование осуществлялось по корреляционному плану. Использовались количественные методы сбора и анализа данных. Независимой переменной выступала аутентичность личности, представленная шестью параметрами, заимствованными из разных парадигм: Осознанность, Аутентичное поведение, Аутентичные отношения, Непредвзятость, Аутентичная рабочая жизнь, Субъектная аутентичность. Зависимой переменной была устойчивость к посттравматическому стрессу, представленная пятью параметрами (имеют обратную направленность, маркируя наличие стресса): ПТСР, Нарушения Я-организации, Депрессия, Тревога, Стресс. Медиатором связи между аутентичностью и устойчивостью выступила воспринимаемая способность справиться с травмой, представленная двумя параметрами: Фокус на травме и Фокус на будущем.

Для оценки частоты и интенсивности потенциально травмирующего опыта использовался:

1. Чек-лист жизненных событий LEC-5 (Life Events Checklist for DSM-5) [Интенсивный стресс..., 2017].

Для изучения независимой переменной использовались:

2. Краткая версия Опросника аутентичности (Authenticity Inventory, AI) [Kernis, Goldman, 2006; Нартова-Бочавер, Корнеев, Резниченко, 2022]; субшкалы Осознанность, Аутентичное поведение, Аутентичные отношения, Непредвзятость.

3. Субшкала Аутентичная рабочая жизнь Шкалы аутентичности (Authenticity Scale, AS) [Nartova-Bochaver, Reznichenko, Maltby, 2021; Wood et al., 2008]

4. Московская шкала аутентичности (Moscow Authenticity Scale, MAS) [Reznichenko, Nartova-Bochaver, Irkhin, 2021]

Для изучения переменной-медиатора использовалась:

5. Шкала воспринимаемой способности справиться с травмой (The Perceived Ability to Cope With Trauma Scale, PACT) [Шмарина, Чернов, Костюк, 2025; Bonanno, Pat-Horenczyk, Noll, 2011]; субшкалы Фокус на травме и Фокус на будущем.

Для изучения зависимой переменной использовались:

6. Международный опросник травмы (International Trauma Questionnaire, ITQ) [Падун и др., 2022; Cloitre et al., 2018]; субшкалы ПТСР и Нарушения Я-организации.

7. Шкала депрессии, тревоги и стресса-21 (Depression, Anxiety, and Stress Scales-21, DASS-21) [Золотарева, 2021; Henry, Crawford, 2005]; субшкалы Депрессия, Тревога и Стресс.

Научная новизна исследования. Впервые аутентичность личности рассматривается как фактор (ресурс и буфер) устойчивости к посттравматическому стрессу в ситуациях переживания потенциально травмирующего события на выборках сотрудников служб экстренного реагирования и обычных граждан.

Представлена картина дифференцированной чувствительности симптомов посттравматического стресса к вкладу в выраженность разных параметров аутентичности личности. Впервые использован специально подготовленный для целей исследования новый методический аппарат: русскоязычная версия Шкалы воспринимаемой способности справиться с травмой [Шмарина, Чернов, Костюк, 2025; Bonanno, Pat-Horenczyk, Noll, 2011] и модифицированная под профессиональную сферу субшкала Аутентичная рабочая жизнь Шкалы аутентичности Вуда и др. [Nartova-Bochaver, Reznichenko, Maltby, 2021; Wood et al., 2008]. Получены новые научные факты: выявлены и описаны устойчивые и селективные регрессионные паттерны, отражающие вклад аутентичности в предсказание симптомов посттравматического стресса в общей выборке и в отдельных группах (тип экспозиции и профессия сотрудника экстренной службы).

Теоретическая значимость. Исследование доказательно развивает психологию аутентичности как предметную область психологии личности и субъекта. Показано, что аутентичность выступает не только прямым предиктором устойчивости к посттравматическому стрессу, но и опосредствованным (через воспринимаемую способность справиться с травмой), являясь звеном «каравана ресурсов» в процессе саморегуляции личности. Аутентичность представляет собой не просто личностное качество, а характеристику взаимодействия человека и мира, включая его взгляд на потенциально травмирующие события и оценку собственных ресурсов для предотвращения ПТСР. Показано, что аутентичность и устойчивость по отношению к последствиям потенциально травмирующего события различаются в зависимости от обстоятельств получения травмы. У сотрудников экстренных служб риски попадания в экстремальные условия заданы их субъектным выбором, подразумевающим высокую степень авторства в совладании, и закономерны, т.е. более аутентичны для жизненного пути, а у обычных граждан эти события случайны, неожиданны, ставят человека в позицию жертвы. Будучи незапланированными, эти опыты не отражают авторства субъекта и потому скорее представляют собой момент их отчуждения от жизненного пути. Все это влияет на выраженность симптомов посттравматического стресса, и

обычные граждане демонстрируют менее выраженную устойчивость. Кроме того, аутентичность как ресурс поддержания устойчивости зависит от содержания профессии: у экстремальных психологов ее выраженность выше, более того — прямой ресурсный вклад аутентичности в параметры посттравматического стресса также выше, в отличие от пожарных/спасателей и врачей/фельдшеров СМП. Построена эмпирическая предсказательная модель, оценивающая роль разных аспектов аутентичности личности в поддержании устойчивости к посттравматическому стрессу. Показано, что наиболее сильными предикторами являются Осознанность и Субъектная аутентичность, а наиболее слабыми — Аутентичная рабочая жизнь. Также показано, что наиболее сензитивными к аутентичности личности оказываются такие аспекты устойчивости, как Нарушения Я-организации и Депрессия, в то время как ПТСР с аутентичностью личности связано относительно слабо.

Список литературы диссертационного исследования кандидат наук Шмарина Татьяна Александровна, 2026 год

Список литературы

1. Абрамов В. А., Мельниченко В. В., Бабура Е. В. Изучение субъективной аутентичности и параметров жизнестойкости у лиц, пострадавших в результате военных действий // Журнал психиатрии и медицинской психологии. 2022. № 4(60). С. 35-42.

2. Борисова А. Ю. Диспозициональная аутентичность и романтические отношения у женщин юношеского и зрелого возраста // Психологические исследования. 2024. Т. 17, № 95. Ст. 5. doi: 10.54359^^^95.1597.

3. Борисова А. Ю. Аутентичные отношения: обзор зарубежных исследований // Современная зарубежная психология. 2023. Т. 12, № 1. С. 109-118. doi: 10.17759/^.2023120112.

4. Бочавер К. А., Резниченко С. И. Личностная аутентичность как ресурс преодоления синдрома профессионального выгорания // Психологический журнал. 2022. Т. 43, № 2. С. 61-71. doi: 10.31857^020595920019413-0.

5. Бочавер К. А., Резниченко С. И., Бондарев Д. В. Аутентичность и психологические ресурсы спортсменов: латентно-профильный анализ их связи с ценностями спорта // Психология. Журнал Высшей школы экономики. 2025. Т. 22. № 3. С. 415-433. doi: 10.17323/1813-8918-2025-3-415-433.

6. Бочавер К. А., Довжик Л. М., Бондарев Д. В., Резниченко С. И. Проблема субъективного благополучия спортивного тренера // Экспериментальная психология. 2022. Т. 15, № 4. С. 181-194. doi: 10.17759/exppsy.2022150412.

7. Быховец Ю. В. Феномен посттравматического роста // Психологические исследования личности: история, современное состояние, перспективы / под ред. С. И. Кудинова, А. В. Карпова, С. А. Богомаза. М.: Институт психологии РАН, 2016. С. 214-226.

8. Быховец Ю. В. Стресс от невидимых информационных угроз и его последствия // Консультативная психология и психотерапия. 2023. Т. 31, № 3. С. 132-166. doi: 10.17759/срр.2023310307.

9. Золотарева А. А. Психометрическая оценка русскоязычной версии шкалы депрессии, тревоги и стресса (DASS-21) // Психологический журнал. 2021. Т. 42, № 5. С. 80-88. doi: 10.31857^020595920017077-0.

10. Исаева О. М., Акимова А. Ю., Волкова Е. Н. Опросник благополучия PERMA-Profiler: апробация русскоязычной версии // Социальная психология и общество. 2022. Т. 13, № 3. С. 116-133. doi: 10.17759^.2022130308.

11. Леонтьев Д. А., Осин Е. Н. Рефлексия «хорошая» и «дурная»: от объяснительной модели к дифференциальной диагностике // Психология. Журнал Высшей школы экономики. 2014. Т. 11, № 4. С. 151-165.

12. Леонтьев Д. А. Удары судьбы как стимулы личностного развития: феномен посттравматического роста // Методология и история психологии. 2016. Т. 11, № 3. С. 35-52.

13. Леонтьев Д. А. Совладание в контексте саморегуляции. Часть 1. Концептуальные проблемы и вызовы // Психологический журнал. 2025. Т. 46, № 1. С. 5-13. doi: 10.31857^0205959225010014.

14. Леонтьев Д. А. Совладание в контексте саморегуляции. Часть 2. Полиресурсная модель // Психологический журнал. 2025. Т. 46, № 2. С. 5-12. doi: 10.31857^0205959225020014.

15. Нартова-Бочавер С. К. Аутентичность личности как предиктор совладания со стрессом и возможный эффект стресса // Человек. 2023. Т. 34, № 4. С. 128-148. doi: 10.31857^023620070027357-9.

16. Нартова-Бочавер С. К. Жизненная среда как источник стресса и ресурс его преодоления: возвращаясь к психологии повседневности // Психологический журнал. 2019. Т. 40, № 5. С. 15-26. doi: 10.31857^020595920006072-5.

17. Нартова-Бочавер С. К. Понятие аутентичности в зарубежной психологии личности: история, феноменология, исследования // Психологический журнал. 2011. Т. 32, № 6. С. 18-29.

18. Нартова-Бочавер С. К., Байрамян Р. М. Аутентичная личность: есть ли в жизни трудности? // Консультативная психология и психотерапия. 2026. (В печати).

19. Нартова-Бочавер С. К., Ерофеева В. Г., Байрамян Р. М., Чулюкин К. С. Повседневные представления об аутентичности: от детства к юности // Психология. Журнал Высшей школы экономики. 2023. Т. 20, № 3. С. 523-547. doi: 10.17323/1813-8918-2023-3-523-547.

20. Нартова-Бочавер С. К., Ирхин Б. Д., Резниченко С. И. Диспозициональная аутентичность во внутриличностном пространстве // Психология. Журнал Высшей школы экономики. 2020. Т. 17, № 3. С. 500-519. doi: 10.17323/1813-8918-2020-3-500-519.

21. Нартова-Бочавер С. К., Корнеев А. А., Резниченко С. И. Краткая версия опросника аутентичности Керниса-Голдмана: адаптация в России // Консультативная психология и психотерапия. 2022. Т. 30, № 3. С. 150-171. doi: 10.17759/срр.2022300309.

22. Нартова-Бочавер С. К., Корнеев А. А., Бочавер К. А. Субъектная концепция аутентичной личности: обоснование и эмпирическая верификация // Психологический журнал. 2024. Т. 45, № 5. С. 23-33. doi: 10.31857^0205959224050033.

23. Падун М. А. Комплексное ПТСР: особенности психотерапии последствий пролонгированной травматизации // Консультативная психология и психотерапия. 2021. Т. 29, № 3. С. 69-87. doi: 10.17759/срр.2021290306.

24. Падун М. А., Быховец Ю. В., Казымова Н. Н., Ченцова-Даттон Ю. Е. Русскоязычная версия «Международного опросника травмы»: адаптация и валидизация на неклинической выборке // Консультативная психология и психотерапия. 2022. Т. 30, № 3. С. 42-67. doi: 10.17759/срр.2022300304.

25. Резниченко С. И., Подтягина П. О. Офисная среда и параметры профессионального опыта как предикторы профессионального выгорания у специалистов 1Т-индустрии // Экспериментальная психология. 2024. Т. 17, № 1. С. 181-197. doi: 10.17759/exppsy.2024170112.

26. Тарабрина Н. В. Психологические последствия воздействия стрессоров высокой интенсивности: посттравматический стресс // Психологический журнал. 2012. Т. 33, № 6. С. 20-33.

27. Харламенкова Н. Е., Никитина Д. А. Травматический стресс и его специфика при угрожающем жизни заболевании // Консультативная психология и психотерапия. 2023. Т. 31, № 3. С. 10-27. doi: 10.17759/cpp.2023310301.

28. Харламенкова Н. Е. Посттравматический стресс: рецидивирующий или латентный характер проявления признаков // Психология посттравматического стресса: методология, теория, практика: материалы Всероссийской научной конференции с международным участием (Москва, 22-23 мая 2025 г.). М.: Институт психологии РАН, 2025. С. 109-115. ISBN 978-5-9270-0495-9.

29. Шмарина Т. А., Чернов Н. В., Костюк Г. П. «Шкала воспринимаемой способности справиться с травмой»: русскоязычная адаптация // Consortium Psychiatricum. 2025. Т. 6, № 3. С. 5-22. doi: 10.17816/CP15628.

30. Шмарина Т. А. Аутентичность личности и парадокс устойчивости к травматическому стрессу // Современная зарубежная психология. 2023. Т. 12, № 3. С. 74-82. doi: 10.17759/jmfp.2023120307.

31. Шмарина Т. А. Взгляд на травматический стресс через призму уязвимости и устойчивости // Человек. 2023. Т. 34, № 4. С. 181-191. doi: 10.31857/S023620070027360-3.

32. Шойгу Ю. С., Тимофеева Л. Н., Толубаева Н. В., Варфоломеева Е. И., Соколова А. А., Курилова Е. В., Кармилова М. Е. Особенности оказания экстренной психологической помощи при переживании утраты в чрезвычайных ситуациях // Национальный психологический журнал. 2021. № 1(41). С. 115-126. doi: 10.11621/npj.2021.0110.

33. Брушлинский А. В. О критериях субъекта // Психология индивидуального и группового субъекта / под ред. А. В. Брушлинского, М. И. Воловиковой. М.: ПЕР СЭ, 2002. С. 9-33.

34. Брушлинский А. В. Проблемы психологии субъекта. — М.: Институт психологии РАН, 1994. 109 с.

35. Джозеф С. Аутентичность: как быть собой. М.: Альпина Паблишер, 2017. 256 с. ISBN 978-5-9614-6061-6.

36. Интенсивный стресс в контексте психологической безопасности: коллективная монография / под ред. Н. Е. Харламенковой. М.: Институт психологии РАН, 2017. 344 с. ISBN 978-5-9270-0359-4

37. Мартынов А. С. Классическое конфуцианство: в 2 т. Т. 1: Конфуций. Лунь Юй. СПб.: Петербургское Востоковедение, 2001. 368 с. ISBN 5-85803-191-9.

38. Маслов А. А. Мистерия Дао. Мир «Дао дэ цзина». М.: Сфера, 1996. 512 с. (Серия «Источники»). ISBN 5-87212-030-3.

39. МКБ-11. Глава 06. Психические и поведенческие расстройства и нарушения нейропсихического развития. Статистическая классификация. 2-е изд., доп., испр. и перераб. М.: КДУ, Университетская книга, 2022. 452 с. ISBN 978-591304-954-4.

40. Нартова-Бочавер С. К. Психология личности и индивидуальных различий: учебное пособие для вузов. Стандарт третьего поколения. СПб.: Питер, 2023. 432 с. ISBN 978-5-4461-2367-4.

41. Рубинштейн С. Л. Бытие и сознание. Человек и мир. СПб.: Питер, 2003. 508 с. (Мастера психологии). ISBN 5-318-00720-1.

42. Рубинштейн С. Л. Человек и мир. — СПб.: Питер, 2012. 300 с.

43. Сенека Л. А. Нравственные письма к Луцилию. М.: Наука, 1977. 383 с.

44. Тарабрина Н. В. Психология посттравматического стресса: теория и практика. 1-е изд. М.: Институт психологии РАН, 2009. 304 с. ISBN 978-5-92700143-9.

45. Almedom A.M., Glandon D. Resilience is not the absence of PTSD any more than health is the absence of disease // Journal of Loss and Trauma. 2007. Vol. 12, No. 2. P. 127-143. doi: 10.1080/15325020600945962.

46. Anderson C. L., Chen S., Ayduk O. When does changing emotions harm authenticity? Distinct reappraisal strategies differentially impact subjective and observer-rated authenticity // Self and Identity. 2020. Vol. 19, No. 5. P. 590-612. doi: 10.1080/15298868.2019.1645041.

47. Andrews B., Brewin C. R., Philpott R., Stewart L. Delayed-onset posttraumatic stress disorder: a systematic review of the evidence // American Journal of Psychiatry. 2007. Vol. 164, No. 9. P. 1319-1326. doi: 10.1176/appi.ajp.2007.06091491.

48. Ari E., Soysal G. C. Travma ile Ba§a Çikabilme Algisi Olçeginin (TBÇA) Turkçeye uyarlanmasi, geçerlik ve guvenirlik çaliçmasi // Klinik Psikoloji Dergisi. 2019. Vol. 3, No. 1. P. 17-25. doi: 10.5455/kpd.2602443806062019m000007.

49. Azur M. J., Stuart E. A., Frangakis C., Leaf P. J. Multiple imputation by chained equations: What is it and how does it work? // International Journal of Methods in Psychiatric Research. 2011. Vol. 20, No. 1. P. 40-49. doi: 10.1002/mpr.329.

50. Bailey E. R., Horton C. B., Galinsky A. D. Enclothed harmony or enclothed dissonance? The effect of attire on the authenticity, power, and engagement of remote workers // Academy of Management Discoveries. 2022. Vol. 8, No. 3. P. 341-356. doi: 10.5465/amd.2021.0081.

51. Bailey E. R., Iyengar S. S. Positive—More than unbiased—Self-perceptions increase subjective authenticity // Journal of Personality and Social Psychology. 2023. Vol. 125, No. 6. P. 1351-1372. doi: 10.1037/pspa0000359.

52. Barel E., Tannous-Haddad L., Tzischinsky O. Self-compassion, self-coldness, and social support and their relationship with depression, anxiety, and PTSD symptoms following a massive terror attack: a prospective study // European Journal of Psychotraumatology. 2025. Vol. 16, No. 1. Article 2461948. doi: 10.1080/20008066.2025.2461948.

53. Baumeister R. F. Stalking the true self through the jungles of authenticity: Problems, contradictions, inconsistencies, disturbing findings—and a possible way forward // Review of General Psychology. 2019. Vol. 23, No. 1. P. 143-154. doi: 10.1177/1089268019829472.

54. Benight C. C., Bandura A. Social cognitive theory of posttraumatic recovery: the role of perceived self-efficacy // Behaviour Research and Therapy. 2004. Vol. 42, No. 10. P. 1129-1148. doi: 10.1016/j.brat.2003.08.008.

55. Benjet C., Bromet E., Karam E. G., Kessler R. C., McLaughlin K. A., Ruscio A. M., Shahly V., Stein D. J., Petukhova M., Hill E., Alonso J., Atwoli L., Bunting B.,

Bruffaerts R., Caldas-de-Almeida J. M., de Girolamo G., Florescu S., Gureje O., Huang Y., Lepine J. P., Kawakami N., Kovess-Masfety V., Medina-Mora M. E., Navarro-Mateu F., Piazza M., Posada-Villa J., Scott K. M., Shalev A., Slade T., ten Have M., Torres Y., Viana M. C., Zarkov Z., Koenen K. C. The epidemiology of traumatic event exposure worldwide: results from the World Mental Health Survey Consortium // Psychological Medicine. 2016. Vol. 46, No. 2. P. 327-343. doi: 10.1017/S0033291715001981.

56. Bennett N., Lemoine G. J. What a difference a word makes: Understanding threats to performance in a VUCA world // Business Horizons. 2014. Vol. 57, No. 3. P. 311-317. doi: 10.1016/j.bushor.2014.01.001.

57. Bonanno G. A. Resilience in the face of potential trauma // Current Directions in Psychological Science. 2005. Vol. 14, No. 3. P. 135-138. doi: 10.1111/j.0963-7214.2005.00347.x.

58. Bonanno G. A. The resilience paradox // European Journal of Psychotraumatology. 2021. Vol. 12, No. 1. Article 1942642. doi: 10.1080/20008198.2021.1942642.

59. Bonanno G. A., Chen S., Galatzer-Levy I. R. Resilience to potential trauma and adversity through regulatory flexibility // Nature Reviews Psychology. 2023. Vol. 2, No. 11. P. 663-675. doi: 10.1038/s44159-023-00233-5.

60. Bonanno G. A., Pat-Horenczyk R., Noll J. Coping flexibility and trauma: The Perceived Ability to Cope With Trauma (PACT) Scale // Psychological Trauma: Theory, Research, Practice, and Policy. 2011. Vol. 3, No. 2. P. 117-129. doi: 10.1037/a0020921.

61. Bonanno G. A., Romero S. A., Klein S. I. The Temporal Elements of Psychological Resilience: An Integrative Framework for the Study of Individuals, Families, and Communities // Psychological Inquiry. 2015. Vol. 26, No. 2. P. 139-169. doi: 10.1080/1047840X.2015.992677.

62. Borawski D. Ostracized and unreal: Does cyberostracism affect authenticity? // Personality and Individual Differences. 2022. Vol. 189. Article 111486. doi: 10.1016/j.paid.2021.111486.

63. van den Bosch R., Taris T. Authenticity at Work: Its Relations with Worker Motivation and Well-being // Frontiers in Communication. 2018. Vol. 3. Article 21. doi: 10.3389/fcomm.2018.00021.

64. van den Bosch R., Taris T. W. Authenticity at Work: Development and Validation of an Individual Authenticity Measure at Work // Journal of Happiness Studies. 2014. Vol. 15, No. 1. P. 1-18. doi: 10.1007/s10902-013-9413-3.

65. Boyd D. T., Durkee M. I., Vaid S., Alegría M. Authenticity, Racial Discrimination, Depression, and Suicidal Ideation Among Young Black Men, United States, 2024 // American Journal of Public Health. 2025. Vol. 115, No. 9. P. 1417-1425. doi: 10.2105/AJPH.2025.308148.

66. Boyraz G., Kuhl M. L. Self-focused attention, authenticity, and well-being // Personality and Individual Differences. 2015. Vol. 87. P. 70-75. doi: 10.1016/j.paid.2015.07.029.

67. Brennan C. J., Roberts C., Cole J. C. Prevalence of occupational moral injury and post-traumatic embitterment disorder: a systematic review and meta-analysis // BMJ Open. 2024. Vol. 14, No. 2. Article e071776. doi: 10.1136/bmjopen-2023-071776.

68. Brunell A. B., Kernis M. H., Goldman B. M., Heppner W., Davis P., Cascio E. V., Webster G. D. Dispositional authenticity and romantic relationship functioning // Personality and Individual Differences. 2010. Vol. 48, No. 8. P. 900-905. doi: 10.1016/j.paid.2010.02.018.

69. Bryan J. L., Baker Z. G., Tou R. Y. W. Prevent the blue, be true to you: Authenticity buffers the negative impact of loneliness on alcohol-related problems, physical symptoms, and depressive and anxiety symptoms // Journal of Health Psychology. 2017. Vol. 22, No. 5. P. 605-616. doi: 10.1177/1359105315615478.

70. Bryant R. A., O'Donnell M. L., Creamer M., McFarlane A. C., Silove D., Hadzi-Pavlovic D. The psychiatric sequelae of traumatic injury // American Journal of Psychiatry. 2010. Vol. 167, No. 3. P. 312-320. doi: 10.1176/appi.ajp.2009.09050617.

71. Bryant R. A. A critical review of mechanisms of adaptation to trauma: Implications for early interventions for posttraumatic stress disorder // Clinical Psychology Review. 2021. Vol. 85. Article 101981. doi: 10.1016/j.cpr.2021.101981.

72. Burton C. L., Yan E., Bonanno G. A., Pat-Horenczyk R., Chan I. S., Ho S. M. Y. Coping flexibility and complicated grief: A comparison of American and Chinese samples // Depression and Anxiety. 2012. Vol. 29, No. 1. P. 16-22. doi: 10.1002/da.20888.

73. Caramanica K., Brackbill R. M., Stellman S. D., Farfel M. R. Posttraumatic Stress Disorder after Hurricane Sandy among Persons Exposed to the 9/11 Disaster // International Journal of Emergency Mental Health and Human Resilience. 2015. Vol. 17, No. 1. P. 356-362. doi: 10.4172/1522-4821.1000173.

74. Cartwright T., Husain S., Helbig J., Arico D. Measuring authentic living from internal and external perspectives: A novel measure of self-authenticity // Social Sciences & Humanities Open. 2023. Vol. 8, No. 1. Article 100698. doi: 10.1016/j.ssaho.2023.100698.

75. Qekici F., Sunbul Z. A., Malko? A., Gordesli M. A., Arslan R. The Moderating Role of Authenticity in the Relationship between Valued Living and Life Satisfaction in Undergraduate Students // Journal of Education and Training Studies. 2019. Vol. 7, No. 3. P. 16-22. doi: 10.11114/jets.v7i3.4045.

76. Chapman C., Mills K., Slade T., McFarlane A. C., Bryant R. A., Creamer M., Silove D., Teesson M. Remission from post-traumatic stress disorder in the general population // Psychological Medicine. 2012. Vol. 42, No. 8. P. 1695-1703. doi: 10.1017/S0033291711002856.

77. Chen K., Zhang H., Schlegel R. J. Does being angry feel authentic? A test of how affective valence and motivational direction differentially influence state authenticity // Motivation and Emotion. 2023. Vol. 47, No. 5. P. 828-841. doi: 10.1007/s11031-023-10026-1.

78. Cheng C., Lau H. P. B., Chan M. P. S. Coping flexibility and psychological adjustment to stressful life changes: a meta-analytic review // Psychological Bulletin. 2014. Vol. 140, No. 6. P. 1582-1607. doi: 10.1037/a0037913.

79. Christy A. G., Kim J., Schlegel R. J., Hicks J. A., King L. A. Straying From the Righteous Path and From Ourselves: The Interplay Between Perceptions of Morality

and Self-Knowledge // Personality and Social Psychology Bulletin. 2016. Vol. 42, No. 11. P. 1538-1550. doi: 10.1177/0146167216665098.

80. Cloitre M., Shevlin M., Brewin C. R., Bisson J. I., Roberts N. P., Maercker A., Karatzias T., Hyland P. The International Trauma Questionnaire: Development of a self-report measure of ICD-11 PTSD and complex PTSD // Acta Psychiatrica Scandinavica. 2018. Vol. 138, No. 6. P. 536-546. doi: 10.1111/acps.12956.

81. Coimbra B. M., Zylberstajn C., van Zuiden M., Hoeboer C. M., Mello A. F., Mello M. F., Olff M. Moral injury and mental health among health-care workers during the COVID-19 pandemic: Meta-analysis // European Journal of Psychotraumatology. 2024. Vol. 15, No. 1. Article 2299659. doi: 10.1080/20008066.2023.2299659.

82. Cruzat-Mandich C., Diaz-Castrillon F., Escobar-Koch T., Simpson S. From eating identity to authentic selfhood: Identity transformation in eating disorder sufferers following psychotherapy // Clinical Psychologist. 2017. Vol. 21, No. 3. P. 227-235. doi: 10.1111/cp.12067.

83. Edwards J. R., Cooper C. L. The person-environment fit approach to stress: Recurring problems and some suggested solutions // Journal of Organizational Behavior. 1990. Vol. 11, No. 4. P. 293-307. doi: 10.1002/job.4030110405.

84. Ehlers A., Clark D. M., Hackmann A., McManus F., Fennell M. Cognitive therapy for PTSD: development and evaluation // Behaviour Research and Therapy. 2005. Vol. 43, No. 4. P. 413-431. doi: 10.1016/j.brat.2004.03.006.

85. Ehlers A., Clark D. M. A cognitive model of posttraumatic stress disorder // Behaviour Research and Therapy. 2000. Vol. 38, No. 4. P. 319-345. doi: 10.1016/S0005-7967(99)00123-0.

86. Emmerich A. I., Rigotti T. Reciprocal relations between work-related authenticity and intrinsic motivation, work ability, and depressivity: A two-wave study // Frontiers in Psychology. 2017. Vol. 8. Article 307. doi: 10.3389/fpsyg.2017.00307.

87. Epskamp S., Borsboom D., Fried E. I. Estimating psychological networks and their accuracy: A tutorial paper // Behavior Research Methods. 2018. Vol. 50, No. 1. P. 195-212. doi: 10.3758/s13428-017-0862-1.

88. Faul F., Erdfelder E., Buchner A., Lang A.-G. Statistical power analyses using G*Power 3.1: Tests for correlation and regression analyses // Behavior Research Methods. 2009. Vol. 41, No. 4. P. 1149-1160. doi: 10.3758/BRM.41.4.1149.

89. Ferguson C. J. An effect size primer: A guide for clinicians and researchers // Professional Psychology: Research and Practice. 2009. Vol. 40, No. 5. P. 532-538. doi: 10.1037/a0015808.

90. Fleeson W., Wilt J. The relevance of Big Five trait content in behavior to subjective authenticity: Do high levels of within-person behavioral variability undermine or enable authenticity achievement? // Journal of Personality. 2010. Vol. 78, No. 4. P. 1353-1382. doi: 10.1111/j.1467-6494.2010.00653.x.

91. Fletcher N. Ethical Selves: A Sketch for a Theory of Relational Authenticity // Journal of Philosophy of Life. 2013. Vol. 3, No. 1. P. 83-96. doi: 10.24729/00006997.

92. Fredrickson B. L. The role of positive emotions in positive psychology: The broaden-and-build theory // American Psychologist. 2001. Vol. 56, No. 3. P. 218-226. doi: 10.1037/0003-066X.56.3.218.

93. Gadgil M., Bossert W. H. Life historical consequences of natural selection // The American Naturalist. 1970. Vol. 104, No. 935. P. 1-24. doi: 10.1086/282637.

94. Galatzer-Levy I. R., Huang S. H., Bonanno G. A. Trajectories of resilience and dysfunction following potential trauma: A review and statistical evaluation // Clinical Psychology Review. 2018. Vol. 63. P. 41-55. doi: 10.1016/j.cpr.2018.05.008.

95. Galinha I. C., Balbino I. F., Devezas M. A., Trigo B. R. Authenticity is associated with psychological and subjective well-being: Convergence between the self-report and informant's report // Journal of Humanistic Counseling. 2023. Vol. 62, No. 2. P. 77-96. doi: 10.1002/johc.12173.

96. Gan M., Chen S. Being your actual or ideal self? What it means to feel authentic in a relationship // Personality and Social Psychology Bulletin. 2017. Vol. 43, No. 4. P. 465-478. doi: 10.1177/0146167216688211.

97. Garrett N., Sharot T., Faulkner P., Korn C. W., Roiser J. P., Dolan R. J. Losing the rose-tinted glasses: Neural substrates of unbiased belief updating in depression

// Frontiers in Human Neuroscience. 2014. Vol. 8. Article 639. doi: 10.3389/fnhum.2014.00639.

98. George D., Mallery P. IBM SPSS Statistics 26 Step by Step: A Simple Guide and Reference. New York: Routledge, 2019. 16th edition, 402 p. doi: 10.4324/9780429056765. ISBN 9780429056765.

99. Geronazzo-Alman L., Eisenberg R., Shen S., Fan B., Musa G. J., Guffanti G., Duarte C. S., Zhao H., Neria Y., Shaikh A., Pietrzak R. H., Dasaro C. R., Brackbill R. M., Cone J. E., Gershon R. R. M., Luft B. J. Cumulative exposure to work-related traumatic events and current posttraumatic stress disorder in a large sample of New York City first responders // Comprehensive Psychiatry. 2017. Vol. 74. P. 134-143. doi: 10.1016/j.comppsych.2016.12.003.

100. Geuzinge R., van der Velden P. G., van der Wees J. D., Schoorl M., Koster F., Rademaker A. R. Social embeddedness of firefighters, paramedics, specialized nurses, police officers, and military personnel: Systematic review in relation to the risk of traumatization // Frontiers in Psychiatry. 2020. Vol. 11. Article 496663. doi: 10.3389/fpsyt.2020.496663.

101. Greinacher A., Derezza-Greeven C., Herzog W., Nikendei C. Secondary traumatization in first responders: A systematic review // European Journal of Psychotraumatology. 2019. Vol. 10, No. 1. Article 1562840. doi: 10.1080/20008198.2018.1562840.

102. Guenther C. L., Zhang Y., Sedikides C. The authentic self is the self-enhancing self: A self-enhancement framework of authenticity // Personality and Social Psychology Bulletin. 2024. Vol. 50, No. 8. P. 1182-1196. doi: 10.1177/01461672231160653.

103. Haddock C. K., Jitnarin N., Caetano R., Jahnke S. A., Day R. S., Poston W. S. C. Norms about alcohol use among US firefighters // Safety and Health at Work. 2022. Vol. 13, No. 4. P. 387-393. doi: 10.1016/j.shaw.2022.09.003.

104. Hammond M., Blanchard S., Fadardi J. S., Raeisi Z., Testoni I. Feelings of parental authenticity moderate concurrent links between breastfeeding experience and

symptoms of postpartum depression // Frontiers in Global Women's Health. 2021. Vol. 2. Article 632829. doi: 10.3389/fgwh.2021.632829.

105. Harrison R. V. The person-environment fit model and the study of job stress // Human Stress and Cognition in Organizations: An Integrated Perspective / eds. T. A. Beehr, R. S. Bhagat. New York: John Wiley & Sons, 1985. P. 23-55.

106. Hart W., Tortoriello G. K., Richardson K., Breeden C. J. To be or to appear to be: Evidence that authentic people seek to appear authentic rather than be authentic // Personality and Individual Differences. 2020. Vol. 166. Article 110165. doi: 10.1016/j.paid.2020.110165.

107. Harter S. Authenticity // Handbook of Positive Psychology / eds. C. R. Snyder, S. J. Lopez. Oxford: Oxford University Press, 2002. P. 382-394.

108. Haugen P. T., McCrillis A. M., Smid G. E., Nijdam M. J. Mental health stigma and barriers to mental health care for first responders: A systematic review and meta-analysis // Journal of Psychiatric Research. 2017. Vol. 94. P. 218-229. doi: 10.1016/j .jpsychires.2017.08.001.

109. Henderson A., Blanchard S., Testoni I., Cozza S. J., Geffner R. Personal trauma history and secondary traumatic stress in mental health professionals: A systematic review // Journal of Psychiatric and Mental Health Nursing. 2025. Vol. 32, No. 1. P. 13-30. doi: 10.1111/jpm.13082.

110. Henry J. D., Crawford J. R. The short-form version of the Depression Anxiety Stress Scales (DASS-21): Construct validity and normative data in a large nonclinical sample // British Journal of Clinical Psychology. 2005. Vol. 44, No. 2. P. 227239. doi: 10.1348/014466505X29657.

111. Heppner W. L., Kernis M. H., Nezlek J. B., Foster J., Lakey C. E., Goldman B. M. Within-person relationships among daily self-esteem, need satisfaction, and authenticity // Psychological Science. 2008. Vol. 19, No. 11. P. 1140-1145. doi: 10.1111/j.1467-9280.2008.02215.x.

112. Hernández A., Hidalgo M. D., Hambleton R. K., Gómez-Benito J. International Test Commission guidelines for test adaptation: A criterion checklist // Psicothema. 2020. Vol. 32, No. 3. P. 390-398. doi: 10.7334/psicothema2019.306.

113. Hicks J. A., Schlegel R. J., Newman G. E. Introduction to the Special Issue: Authenticity: Novel insights into a valued, yet elusive, concept // Review of General Psychology. 2019. Vol. 23, No. 1. P. 3-7. doi: 10.1177/1089268019829474.

114. Hobfoll S. E. Social and Psychological Resources and Adaptation // Review of General Psychology. 2002. Vol. 6, No. 4. P. 307-324. doi: 10.1037/1089-2680.6.4.307.

115. Hobfoll S. E. Conservation of resource caravans and engaged settings // Journal of Occupational and Organizational Psychology. 2011. Vol. 84, No. 1. P. 116122. doi: 10.1111/j.2044-8325.2010.02016.x.

116. Hoell A., Kourmpeli E., Dressing H. Work-related posttraumatic stress disorder in paramedics in comparison to data from the general population of working age: A systematic review and meta-analysis // Frontiers in Public Health. 2023. Vol. 11. Article 1151248. doi: 10.3389/fpubh.2023.1151248.

117. Huang G., Lee T.-Y., Banda K. J., Pien L.-C., Jen H.-J., Chen R., Liu D., Hsiao S. S., Chou K.-R. Prevalence of sleep disorders among first responders for medical emergencies: A meta-analysis // Journal of Global Health. 2022. Vol. 12. Article 04092. doi: 10.7189/jogh.12.04092.

118. Huta V. How distinct are eudaimonia and hedonia? It depends on how they are measured // Journal of Well-Being Assessment. 2022. Vol. 4, No. 3. P. 511-537. doi: 10.1007/s41543-021-00046-4.

119. Impett E. A., Javam L., Le B. M., Asyabi-Eshghi B., Kogan A. The joys of genuine giving: Approach and avoidance sacrifice motivation and authenticity // Personal Relationships. 2013. Vol. 20, No. 4. P. 740-754. doi: 10.1111/pere.12024.

120. Jiang T., Sedikides C. Awe motivates authentic-self pursuit via self-transcendence: Implications for prosociality // Journal of Personality and Social Psychology. 2022. Vol. 123, No. 3. P. 576-596. doi: 10.1037/pspi0000381.

121. Jongman-Sereno K. P., Leary M. R. Self-perceived authenticity is contaminated by the valence of one's behavior // Self and Identity. 2016. Vol. 15, No. 3. P. 283-301. doi: 10.1080/15298868.2015.1064964.

122. Jongman-Sereno K. P., Leary M. R. The enigma of being yourself: A critical examination of the concept of authenticity // Review of General Psychology. 2019. Vol. 23, No. 1. P. 133-142. doi: 10.1037/gpr0000157.

123. Kadlac A. The challenge of authenticity: Enhancement and accurate self-presentation // Journal of Applied Philosophy. 2018. Vol. 35, No. 4. P. 790-808. doi: 10.1111/japp.12320.

124. Kernis M. H., Goldman B. M. A Multicomponent Conceptualization of Authenticity: Theory and Research // Advances in Experimental Social Psychology. 2006. Vol. 38. P. 283-357. doi: 10.1016/S0065-2601(06)38006-9.

125. Kessler R. C., Aguilar-Gaxiola S., Alonso J., Benjet C., Bromet E. J., Cardoso G., Degenhardt L., de Girolamo G., Dinolova R. V., Ferry F., Florescu S., Gureje O., Haro J. M., Huang Y., Karam E. G., Kawakami N., Lee S., Lepine J.-P., Levinson D., Navarro-Mateu F., Pennell B.-E., Piazza M., Posada-Villa J., Scott K. M., Stein D. J., ten Have M., Torres Y., Viana M. C., Petukhova M. V., Sampson N. A., Zaslavsky A. M., Koenen K. C. Trauma and PTSD in the WHO World Mental Health Surveys // European Journal of Psychotraumatology. 2017. Vol. 8, Suppl. 5. Article 1353383. doi: 10.1080/20008198.2017.1353383.

126. Kifer Y., Heller D., Perunovic W. Q. E., Galinsky A. D. The good life of the powerful: The experience of power and authenticity enhances subjective well-being // Psychological Science. 2013. Vol. 24, No. 3. P. 280-288. doi: 10.1177/0956797612457951.

127. Kim J., Schlegel R. J., Sedikides C., Park J. Existential ennui: Examining the reciprocal relationship between self-alienation and academic amotivation // Social Psychological and Personality Science. 2018. Vol. 9, No. 7. P. 853-862. doi: 10.1177/1948550617727587.

128. Kouri G., Meuwly N., Richter M., Schoebi D. Attachment insecurities, emotion dynamics and stress in intimate relationships during the transition to parenthood // BMC Psychology. 2024. Vol. 12. Article 200. doi: 10.1186/s40359-024-01686-w.

129. Kulka R. A. Interaction as person-environment fit // New Directions for Methodology of Behavioral Science / ed. L. R. Kahle. San Francisco: Jossey-Bass, 1979. P. 55-71.

130. Lakey C. E., Kernis M. H., Heppner W. L., Lance C. E. Individual differences in authenticity and mindfulness as predictors of verbal defensiveness // Journal of Research in Personality. 2008. Vol. 42, No. 1. P. 230-238. doi: 10.1016/j.jrp.2007.05.002.

131. Le B. M., Impett E. A. When holding back helps: Suppressing negative emotions during sacrifice feels authentic and is beneficial for highly interdependent people // Psychological Science. 2013. Vol. 24, No. 9. P. 1809-1815. doi: 10.1177/0956797613475365.

132. Lemos R., Sousa H., Monteiro S., Faria S. Cross-cultural adaptation and psychometric evaluation of the Perceived Ability to Cope With Trauma Scale in Portuguese patients with breast cancer // Frontiers in Psychology. 2022. Vol. 13. Article 800285. doi: 10.3389/fpsyg.2022.800285.

133. Li K., Liu Y., Zhong B., Tong J. Trauma exposure, prevalence and associated factors of complex PTSD in mainland China: a cross-sectional survey // European Journal of Psychotraumatology. 2025. Vol. 16, No. 1. Article 2502208. doi: 10.1080/20008066.2025.2502208.

134. Liesenfeld K. M., Lebedinski S., Parks A. K., Dammann O. Developmental authenticity — underlying dynamics of inner work processes // Frontiers in Psychology. 2024. Vol. 15. Article 1231484. doi: 10.3389/fpsyg.2024.1231484.

135. Linley P. A., Joseph S. Positive change following trauma and adversity: a review // Journal of Traumatic Stress. 2004. Vol. 17, No. 1. P. 11-21. doi: 10.1023/B:JOTS.0000014671.27856.7e.

136. Little B. R. Free traits and personal contexts: expanding a social ecological model of well-being // ed. Walsh W. B., Craik K. H., Price R. H. Person-Environment Psychology: New Directions and Perspectives / eds. W. B. Walsh K. H. Craik R. H. Price. Mahwah NJ: Lawrence Erlbaum Associates, 2000. P. 87-116.

137. Locke E. A., Latham G. P. Building a practically useful theory of goal setting and task motivation: A 35-year odyssey // American Psychologist. 2002. Vol. 57, No. 9. P. 705-717. doi: 10.1037/0003-066X.57.9.705.

138. Maercker A., Eberle D. J. Disorders Specifically Associated With Stress in ICD-11 // Clinical Psychology in Europe. 2022. Vol. 4. Article e9711. doi: 10.32872/cpe.9711.

139. Maffly-Kipp J., Flanagan P., Kim J., Schlegel R. J., Vess M., Hicks J. A. The role of perceived authenticity in psychological recovery from collective trauma // Journal of Social and Clinical Psychology. 2020. Vol. 39, No. 5. P. 419-448. doi: 10.1521/jscp.2020.39.5.419.

140. Mancini M., Stanghellini G. Values in persons with borderline personality disorder: Their relevance for the therapeutic interview // Research in Psychotherapy: Psychopathology, Process, and Outcome. 2020. Vol. 23, No. 1. Article 449. doi: 10.4081/ripppo.2020.449.

141. Martinez A., Blanch A. Are rescue workers still at risk? A meta-regression analysis of the worldwide prevalence of post-traumatic stress disorder and risk factors // Stress and Health. 2024. Vol. 40, No. 4. Article e3372. doi: 10.1002/smi.3372.

142. McAdams D. P. The problem of meaning in personality psychology from the standpoints of dispositional traits, characteristic adaptations, and life stories // The Japanese Journal of Personality. 2010. Vol. 18, No. 3. P. 173-186. doi: 10.2132/personality. 18.173.

143. Mischel W., Shoda Y. A cognitive-affective system theory of personality: reconceptualizing situations, dispositions, dynamics, and invariance in personality structure // Psychological Review. 1995. Vol. 102, No. 2. P. 246-268. doi: 10.1037/0033-295X.102.2.246.

144. Mischel W., Shoda Y., Mendoza-Denton R. Situation-Behavior Profiles as a Locus of Consistency in Personality // Current Directions in Psychological Science. 2002. Vol. 11, No. 2. P. 50-54. doi: 10.1111/1467-8721.00166.

145. Mischel W. Toward a cognitive social learning reconceptualization of personality // Psychological Review. 1973. Vol. 80, No. 4. P. 252-283. doi: 10.1037/h0035002.

146. Moore S. A., Zoellner L. A. Overgeneral autobiographical memory and traumatic events: An evaluative review // Psychological Bulletin. 2007. Vol. 133, No. 3. P. 419-437. doi: 10.1037/0033-2909.133.3.419.

147. Nartova-Bochaver S. K., Bayramyan R. M., Chulyukin K. S., Yerofeyeva V. G. What It Means to Be Oneself: The Everyday Ideas of Authenticity among Primary School Children and Adolescents in Russia // Psychology in Russia: State of the Article 2021. Vol. 14, No. 3. P. 3-20. doi: 10.11621/pir.2021.0301.

148. Nartova-Bochaver S., Reznichenko S., Maltby J. The Authenticity Scale: Validation in Russian Culture // Frontiers in Psychology. 2021. Vol. 12. Article 609617. doi: 10.3389/fpsyg.2021.609617.

149. Newman G. E. The Psychology of Authenticity // Review of General Psychology. 2019. Vol. 23, No. 1. P. 8-18. doi: 10.1037/gpr0000158.

150. Norris F. H., Tracy M., Galea S. Looking for resilience: Understanding the longitudinal trajectories of responses to stress // Social Science & Medicine. 2009. Vol. 68, No. 12. P. 2190-2198. doi: 10.1016/j.socscimed.2009.03.043.

151. Ockerman K. M., Mardourian M., Han S. H., Sorice-Virk S., Ching J. Protective Effects of Authenticity Against Depression, Suicide, and Burnout among Surgeons // Journal of the American College of Surgeons. 2024. Vol. 239, No. 5. P. 485493. doi: 10.1097/XCS.0000000000001128.

152. Oliveira J., Aires Dias J., Duarte I. C., Caldeira S., Reis Marques A., Rodrigues V., Redondo J., Castelo-Branco M. Mental health and post-traumatic stress disorder in firefighters: an integrated analysis from an action research study // Frontiers in Psychology. 2023. Vol. 14. Article 1259388. doi: 10.3389/fpsyg.2023.1259388.

153. Park M., Chang E. R., You S. Protective role of coping flexibility in PTSD and depressive symptoms following trauma // Personality and Individual Differences. 2015. Vol. 82. P. 102-106. doi: 10.1016/j.paid.2015.03.007.

154. Petersen A. Authentic self-realization and depression // International Sociology. 2011. Vol. 26, No. 1. P. 5-24. doi: 10.1177/0268580910380972.

155. Putica A., Agathos J. A. Reconceptualizing complex posttraumatic stress disorder: A predictive processing framework for mechanisms and intervention // Neuroscience & Biobehavioral Reviews. 2024. Vol. 158. Article 105523. doi: 10.1016/j .neubiorev.2024.105523.

156. Reed D. E. II, Lehinger E., Cobos B., Vail K. E. III, Nabity P. S., Helm P. J., Galgali M. S., McGeary D. D. Authenticity as a resilience factor against CV-19 threat among those with chronic pain and posttraumatic stress disorder // Frontiers in Psychology. 2021. Vol. 12. Article 643869. doi: 10.3389/fpsyg.2021.643869.

157. Resick P. A., Nishith P., Weaver T. L., Astin M. C., Feuer C. A. A comparison of cognitive-processing therapy with prolonged exposure and a waiting condition for the treatment of chronic posttraumatic stress disorder in female rape victims // Journal of Consulting and Clinical Psychology. 2002. Vol. 70, No. 4. P. 867-879. doi: 10.1037/0022-006X.70.4.867.

158. Reznichenko S. I., Nartova-Bochaver S. K., Irkhin B. D. Do authentic people care about the environment? A view from two paradigms // Psychology in Russia: State of the Article 2021. Vol. 14, No. 3. P. 81-102. doi: 10.11621/pir.2021.0306.

159. Richard F. D., Bond C. F., Stokes-Zoota J. J. One Hundred Years of Social Psychology Quantitatively Described // Review of General Psychology. 2003. Vol. 7, No. 4. P. 331-363. doi: 10.1037/1089-2680.7.4.331.

160. Rivera G. N., Atir S., Eyal T., Gilovich T., Mallett R. K. Understanding the Relationship Between Perceived Authenticity and Well-Being // Review of General Psychology. 2019. Vol. 23, No. 1. P. 113-126. doi: 10.1037/gpr0000161.

161. Roemer A., Sutton A., Medvedev O. N. Mindfulness Buffers the Effect of Inauthenticity on Depression // Psychological Reports. 2022. Vol. 125, No. 4. P. 19771987. doi: 10.1177/00332941211016906.

162. Ryan R. M., Deci E. L. Self-determination theory and the facilitation of intrinsic motivation, social development, and well-being // American Psychologist. 2000. Vol. 55, No. 1. P. 68-78. doi: 10.1037/0003-066X.55.1.68.

163. Ryan W. S., Ryan R. M. Toward a social psychology of authenticity: Exploring within-person variation in autonomy, congruence, and genuineness using self-determination theory // Review of General Psychology. 2019. Vol. 23, No. 1. P. 99-112. doi: 10.1037/gpr0000160.

164. Ryff C. D., Keyes C. L. M. The Structure of Psychological Well-Being Revisited // Journal of Personality and Social Psychology. 1995. Vol. 69, No. 4. P. 719727. doi: 10.1037/0022-3514.69.4.719.

165. Saita E., Acquati C., Fenaroli V., Zuliani C., Bonanno G. A. A confirmatory factor analysis of the Perceived Ability to Cope with Trauma (PACT) scale // TPM -Testing, Psychometrics, Methodology in Applied Psychology. 2017. Vol. 24, No. 2. P. 255-268. doi: 10.4473/TPM24.2.6.

166. Schacter D. L., Benoit R. G., Szpunar K. K. Episodic future thinking: mechanisms and functions // Current Opinion in Behavioral Sciences. 2017. Vol. 17. P. 41-50. doi: 10.1016/j.cobeha.2017.06.002.

167. Schlegel R. J., Vess M., Hicks J. A. The Experience of Authenticity // Handbook of Experimental Social Psychology / ed. C. Stern. Cheltenham: Edward Elgar, 2025. P. 172-187. doi: 10.4337/9781035310661.00018.

168. Sedikides C., Slabu L., Lenton A. P., Thomaes S. State Authenticity // Current Directions in Psychological Science. 2017. Vol. 26, No. 6. P. 521-525. doi: 10.1177/0963721417713296.

169. Sedikides C., Schlegel R. J. Distilling the concept of authenticity // Nature Reviews Psychology. 2024. Vol. 3, No. 8. P. 509-523. doi: 10.1038/s44159-024-00323-y.

170. Seto E., Hicks J. A. Disassociating the agent from the self: Undermining belief in free will diminishes true self-knowledge // Social Psychological and Personality Science. 2016. Vol. 7, No. 7. P. 726-734. doi: 10.1177/1948550616653810.

171. Sheldon K. M., Ryan R. M., Rawsthorne L. J., Ilardi B. Trait self and true self: Cross-role variation in the Big-Five personality traits and its relations with psychological authenticity and subjective well-being // Journal of Personality and Social Psychology. 1997. Vol. 73, No. 6. P. 1380-1393. doi: 10.1037/0022-3514.73.6.1380.

172. Sheldon K. M. Becoming oneself: The central role of self-concordant goal selection // Personality and Social Psychology Review. 2014. Vol. 18, No. 4. P. 349-365. doi: 10.1177/1088868314538549.

173. Smallenbroek O., Zelenski J. M., Whelan D. C. Authenticity as a eudaimonic construct: The relationships among authenticity, values, and valence // The Journal of Positive Psychology. 2017. Vol. 12, No. 2. P. 197-209. doi: 10.1080/17439760.2016.1187198.

174. Strohminger N., Knobe J., Newman G. E. The True Self: A Psychological Concept Distinct from the Self // Perspectives on Psychological Science. 2017. Vol. 12, No. 4. P. 551-560. doi: 10.1177/1745691616689495.

175. Sutton A. Living the good life: A meta-analysis of authenticity, well-being and engagement // Personality and Individual Differences. 2020. Vol. 153. Article 109645. doi: 10.1016/j.paid.2019.109645.

176. Sutton A., Roemer A. A-HERO: Integrating Authenticity into the Psychological Capital Model // International Journal of Applied Positive Psychology. 2024. Vol. 9, No. 2. P. 1059-1081. doi: 10.1007/s41042-024-00171-4.

177. Svetina D., Rutkowski L., Rutkowski D. Multiple-group invariance with categorical outcomes using updated guidelines: An illustration using Mplus and the lavaan/semTools packages // Structural Equation Modeling. 2020. Vol. 27, No. 1. P. 111— 130. doi: 10.1080/10705511.2019.1602776.

178. Verfaellie M., Patt V., Lafleche G., Hunsberger R., Vasterling J. J. Imagining emotional future events in PTSD: Clinical and neurocognitive correlates // Cognitive, Affective, & Behavioral Neuroscience. 2023. Vol. 23, No. 5. P. 1428-1444. doi: 10.3758/s13415-023-01121-4.

179. Vess M. Varieties of conscious experience and the subjective awareness of one's "true" self // Review of General Psychology. 2019. Vol. 23, No. 1. P. 89-98. doi: 10.1177/1089268019829473.

180. Wei L., Zhang H., Liu Z., Ge X. Goal completion moderates the association between immoral behavior and self-perceived authenticity // Self and Identity. 2022. Vol. 21, No. 6. P. 644-659. doi: 10.1080/15298868.2021.1929453.

181. Wickham R. E., Williamson R. E., Beard C. L., Kobayashi C. L. B., Hirst T. W. Authenticity attenuates the negative effects of interpersonal conflict on daily well-being // Journal of Research in Personality. 2016. Vol. 60. P. 56-62. doi: 10.1016/j.jrp.2015.11.006.

182. Wiedemann M., Janecka M., Wild J., Warnock-Parkes E., Stott R., Grey N., Clark D. M., Ehlers A. Changes in cognitive processes and coping strategies precede changes in symptoms during cognitive therapy for posttraumatic stress disorder // Behaviour Research and Therapy. 2023. Vol. 169. Article 104407. doi: 10.1016/j .brat.2023.104407.

183. Wisco B. E., Vrshek-Schallhorn S., May C. L., Campbell A. A., Nomamiukor F. O., Pugach C. P. Effects of trauma-focused rumination among traumaexposed individuals with and without posttraumatic stress disorder: An experiment // Journal of Traumatic Stress. 2023. Vol. 36. No. 2. P. 285-298. doi: 10.1002/jts.22905.

184. Wood A. M., Linley P. A., Maltby J., Baliousis M., Joseph S. The authentic personality: A theoretical and empirical conceptualization and the development of the Authenticity Scale // Journal of Counseling Psychology. 2008. Vol. 55. No. 3. P. 385399. doi: 10.1037/0022-0167.55.3.385.

185. Wu X., Zhou X., Zha Z., Cai H. The role of rumination in posttraumatic stress disorder and posttraumatic growth among adolescents after the Wenchuan earthquake // Frontiers in Psychology. 2015. Vol. 6. Article 1335. doi: 10.3389/fpsyg.2015.01335.

186. Yang Y., Sedikides C., Wang Y., Cai H. Nature nurtures authenticity: Mechanisms and consequences // Journal of Personality and Social Psychology. 2024. Vol. 126. No. 1. P. 79-104. doi: 10.1037/pspi0000432.

187. Zhang H., Chen K., Schlegel R., Hicks J., Chen C. The authentic moral self: Dynamic interplay between perceived authenticity and moral behaviors in the workplace // Collabra: Psychology. 2019. Vol. 5. No. 1. Article 48. doi: 10.1525/collabra.260.

188. Zhang H., Chen K., Schlegel R. J. How Do People Judge Meaning in Goal-Directed Behaviors: The Interplay Between Self-Concordance and Performance //

Personality and Social Psychology Bulletin. 2018. Vol. 44. No. 11. P. 1582-1600. doi: 10.1177/0146167218771330.

189. Zhang J. W., Chen S., Tomova Shakur T. K., Bilgin B., Chai W. J., Ramis T., Shaban-Azad H. A compassionate self is a true self? Self-compassion promotes subjective authenticity // Personality and Social Psychology Bulletin. 2019. Vol. 45. No. 9. P. 1323-1337. doi: 10.1177/0146167218820914.

190. Zhang Y., Alicke M. My True Self is Better Than Yours: Comparative Bias in True Self Judgments // Personality and Social Psychology Bulletin. 2021. Vol. 47. No. 2. P. 216-231. doi: 10.1177/0146167220919213.

191. Barnes J. (ed.). The Cambridge Companion to Aristotle. Cambridge: Cambridge University Press, 1995. 404 p. ISBN 978-0521422949.

192. Blum G., Schmitt M. The Nonlinear Interaction of Person and Situation (NIPS) Model and its Values for a Psychology of Situations // The Oxford Handbook of Psychological Situations / ed. J. F. Rauthmann. Oxford: Oxford University Press, 2017. P. 194-215.

193. Bonanno G. A. The End of Trauma: How the New Science of Resilience Is Changing How We Think About PTSD. New York: Basic Books, 2021. 336 p. ISBN 978-1541674361.

194. Bryant R. A. Acute Stress Disorder: What It Is and How to Treat It. New York: Guilford Press, 2016. 338 p. ISBN 978-1-4625-2508-9.

195. van Buuren S. Flexible Imputation of Missing Data. New York: Chapman and Hall/CRC, 2012. 342 p. doi: 10.1201/b11826.

196. Cohen J. Statistical Power Analysis for the Behavioral Sciences. 2nd ed. New York-London: Routledge, 2013. 567 p. doi: 10.4324/9780203771587.

197. Edwards J., Caplan R., Harrison V. Person-environment fit theory: conceptual foundations, empirical evidence, and directions for future research // Theories of Organizational Stress / ed. C. L. Cooper. Oxford: Oxford University Press, 1998. P. 28-67.

198. Furr R. M. Psychometrics: An Introduction. 4th ed. Los Angeles: SAGE, 2022. 576 p. ISBN 978-1-0718-2407-8.

199. Kierkegaard S. The Sickness unto Death: A Christian Psychological Exposition for Upbuilding and Awakening. Princeton, NJ: Princeton University Press, 1980. 179 p.

200. Kline R. B. Principles and Practice of Structural Equation Modeling. 5th ed. New York: The Guilford Press, 2023. 494 p.

201. Luthans F., Youssef C. M., Avolio B. J. Psychological Capital: Developing the Human Competitive Edge. New York: Oxford University Press, 2007. 246 p.

202. Maslow A. H. Toward a Psychology of Being. 3rd ed. New York: Wiley, 1999. 270 p. ISBN 978-0471293095. (1st ed.: Van Nostrand, 1962.)

203. Maslow A. H. Toward a Psychology of Health // Toward a Psychology of Being. New York: Van Nostrand, 1962. P. 153-201.

204. Munns C. A. Religious belief, authenticity, posttraumatic stress, and existential well-being in combat veterans: A correlation study. Diss. (PhD). San Diego, 2018. 200 p. URL: https://www.proquest.com/openview/73ab3fe471ea2116b4febff2c04f0b27 (дата обращения: 25.09.2025).

205. Peterson C., Seligman M. E. P. Character Strengths and Virtues: A Handbook and Classification. New York: Oxford University Press, 2004. 816 p.

206. Portney L. G. Foundations of Clinical Research: Applications to Evidence-Based Practice. 4th ed. Philadelphia: F. A. Davis, 2020. 696 p. ISBN 978-0-8036-6113-4.

207. Rogers C. R. A Theory of Therapy, Personality, and Interpersonal Relationships, as Developed in the Client-Centered Framework // Psychology: A Study of a Science. Vol. 3: Formulations of the Person and the Social Context / ed. S. Koch. New York: McGraw-Hill, 1959. P. 184-256.

208. Rogers C. R. On Becoming a Person: A Therapist's View of Psychotherapy. Boston: Houghton Mifflin, 1995. 420 p.

209. Seligman M. E. P. Flourish: A Visionary New Understanding of Happiness and Well-being. New York: Free Press, 2011. 368 p.

210. APA Dictionary of Psychology. Accuracy [Электронный ресурс]. URL: https://dictionary.apa.org/accuracy (дата обращения: 20.07.2025).

211. APA Dictionary of Psychology. Agency [Электронный ресурс]. URL: https://dictionary.apa.org/agency (дата обращения: 08.07.2025).

212. APA Dictionary of Psychology. Self-consistency [Электронный ресурс]. URL: https://dictionary.apa.org/self-consistency (дата обращения: 08.07.2025).

213. APA Dictionary of Psychology. Self-enhancement [Электронный ресурс]. URL: https://dictionary.apa.org/self-enhancement (дата обращения: 08.07.2025).

214. ВЦИОМ. Индекс потребности россиян в психологической поддержке [Электронный ресурс]. URL: https://wciom.ru/analytical-reviews/analiticheskii-obzor/indeks-potrebnosti-rossijan-v-psikhologicheskoi-podderzhke (дата обращения: 13.07.2025).

215. Всемирная организация здравоохранения. МКБ-11 для ведения статистики смертности и заболеваемости [Электронный ресурс]. URL: https://icd.who.int/browse/2024-01/mms/ru#585833559 (дата обращения: 17.01.2025).

216. Новости НЦПЗ. 19 мая - день фармацевтического работника: психиатрические препараты устанавливают рекорды продаж [Электронный ресурс]. URL: https://ncpz.ru/newscomplete/892 (дата обращения: 13.07.2025).

217. Cascio J. Facing the Age of Chaos. Medium [Электронный ресурс]. URL: https://medium.com/@cascio/facing-the-age-of-chaos-b00687b1f51d (дата обращения: 13.07.2025).

218. Teachers College, Columbia University, Loss, Trauma, and Emotion Lab. Questionnaires | Publications [Электронный ресурс]. URL: https://www.tc.columbia.edu/ltelab/publications/questionnaires/ (дата обращения: 29.12.2024).

219. World Health Organization. ICD-11 guidelines [Электронный ресурс]. URL: https://icdcdn.who.int/icd11referenceguide/en/html/index.html (дата обращения: 01.03.2023).

220. World Health Organization. Violence against women: fact sheet [Электронный ресурс]. URL: https://www.who.int/news-room/fact-sheets/detail/violence-against-women (дата обращения: 10.08.2025).

Приложение 1

Анкета исследования Здравствуйте!

Приглашаем вас принять участие в исследовании, посвященном изучению профессиональных случаев и жизненных историй.

По завершении теста вы сможете увидеть свои результаты и прочесть их интерпретацию!

Исследование проводится в соответствии с этическими стандартами Российского Психологического Общества, что означает:

• Участие добровольное. Вы можете отказаться от участия в любой момент без негативных последствий.

• Конфиденциальность гарантируется. Ваши личные данные не будут упомянуты, а результаты будут представлены только в обобщенном виде.

• Данные будут доступны только исследователю и научному руководителю.

• Перед началом вы получите информацию о процедуре и возможных неудобствах.

Процедура: 110 вопросов, в среднем занимающие около 20 минут.

Возможные неудобства: Некоторые вопросы могут затронуть личные и / или эмоционально тяжелые темы. Вы можете отказаться от участия в любой момент.

Нажимая кнопку «начать», вы подтверждаете, что ознакомились с информацией и согласны участвовать в исследовании.

Опросник профессиональных случаев и жизненных историй.

Страница 1

1. Ваш пол:

□ мужской

□ женский

2. Ваш возраст (полных лет)9

3. Ваша профессиональная деятельность связана с повышенным риском для собственной жизни / здоровья или для жизни / здоровья тех, с кем вы работаете?

□ да

□ нет

4. Как бы вы описали вашу трудовую деятельность?

□ я человек офиса. Моя работа НЕ связана с высоким риском для жизни и психологического / физического здоровья

□ являюсь действующим сотрудником службы экстренного реагирования (врач, пожарный, спасатель, психолог, полицейский, военнослужащий и др.)

□ в недавнем прошлом работал как сотрудник службы экстренного реагирования: врач/пожарный/спасатель/психолог, выезжал на ДТП, ЧС, происшествия и др.

9 выбрать из выпадающего списка (от 18 до 70 и более)

□ не работаю

□ вариант ответа, который мы не учли (впечатайте)

5. К какой профессиональной группе вы принадлежите/принадлежали?10

□ пожарный (тушу пожары и спасаю людей)

□ спасатель (ищу и спасаю людей в ЧС: обрушения домов, взрывы и др.)

□ психолог (облегчаю душевные раны пострадавших в ЧС и их родственников; консультирую раненых военнослужащих и др.)

□ врач (медицинская сестра/брат) скорой помощи

□ врач (медицинская сестра/брат), столкнувшиеся с гибелью пациента

□ полицейский

□ военнослужащий

□ вариант ответа, который мы не учли (впечатайте) Страница 2

Пожалуйста, прочтите список приведенных утверждений и оцените их с точки зрения того, насколько они характеризуют ваши привычки и поведение на работе. Выберите ячейку с ответом, который подходит вам11

1 - Не относится ко мне вообще 2 - Скорее нет, чем да 3 - Очень редко 4 - Трудно ответить 5 - Иногда 6 - Скорее да, чем нет 7 - Полностью относится ко мне

6. На работе12 мне не всегда удается отстоять то, во что я верю 1 2 3 4 5 6 7

7. Не могу сказать, что на работе4 я всегда бываю верен себе 1 2 3 4 5 6 7

8. Бывает, что на работе4 мне нелегко соответствовать своим ценностям и убеждениям 1 2 3 4 5 6 7

Страница 3

10 если в вопросе №4 «Как бы вы описали вашу трудовую деятельность?» респондент выбрал вариант «являюсь действующим сотрудником службы экстренного реагирования (врач, пожарный, спасатель, психолог, полицейский, военнослужащий и др.)» ИЛИ если в вопросе №4 «Как бы вы описали вашу трудовую деятельность?» респондент выбрал вариант «в недавнем прошлом работал как сотрудник службы экстренного реагирования: врач/пожарный/спасатель/психолог, выезжал на ДТП, ЧС, происшествия и др.»

11 Шкала аутентичности А. Вуда и др. (Authenticity Scale)

12 В данном исследовании в инструкцию и тестовые пункты субшкалы авторами исследования были внесены

уточнения, сужающие оценку до рабочей жизни, а не жизни в широком смысле

Пожалуйста, оцените приведенные ниже утверждения с точки зрения того, насколько Вы согласны с ними. Оцените каждое утверждение на шкале от 1 (совершенно не согласен) до 5 (совершенно согласен)13

1 - совершенно не согласен (N 3 ^ 5 - совершенно согласен

9. Меня устраивает место и время, в которое мне довелось жить 1 2 3 4 5

10. Я принимаю себя таким, какой я есть от природы 1 2 3 4 5

11. Я знаю свое предназначение и следую ему 1 2 3 4 5

12. Пусть я ошибаюсь, я проживаю свою собственную жизнь 1 2 3 4 5

13. Я себя знаю и хорошо понимаю 1 2 3 4 5

Страница 4

Следующий опросник содержит ряд утверждений, касающихся представлений людей о самих себе. Здесь нет правильных или неправильных ответов, поэтому, пожалуйста, отвечайте честно. В ответ на каждое утверждение отметьте цифру в приведенной ниже шкале, которая, по вашему мнению, наиболее точно характеризует ваш ответ на данное утверждение14

1 - полностью не согласен 2 - не согласен 3 - где-то посередине 4 - согласен 5 - полностью согласен

14. Я часто путаюсь в своих чувствах 1 2 3 4 5

15. Я часто притворяюсь, что мне что-то нравится, хотя на самом деле это не так 1 2 3 4 5

16. Хорошо это или плохо, но я знаю, кто я на самом деле 1 2 3 4 5

17. Я понимаю, почему доверяю тому, что чувствую или думаю о себе 1 2 3 4 5

13 Московская шкала аутентичности (русскоязычная методика). Методика была разработана на русском языке и валидизирована на российской выборке [Reznichenko, Nartova-Bochaver, Irkhin, 2021]

14 Аутентичность (краткая версия; Authenticity Inventory). Методика переведена на русский язык и адаптирована на российской выборке «Нартова-Бочавер, С. К., Корнеев, А. А., & Резниченко, С. И. (2022). Краткая версия опросника аутентичности Керниса-Голдмана: адаптация в России. Консультативная психология и психотерапия, 30(3), 150-171». Коэффициент внутренней согласованности альфа-Кронбаха по субшкалам находится в диапазоне 0.67-0.79

18. Я хочу, чтобы близкие люди понимали мои сильные стороны 1 2 3 4 5

19. Мне очень некомфортно объективно рассматривать свои 1 2 3 4 5

ограничения и недостатки

20. Промолчав или кивнув головой, я часто выражаю согласие с

каким-то заявлением или чьей-то позицией, хотя на самом 1 2 3 4 5

деле я не согласен(на)

21. Я очень хорошо понимаю, почему я делаю то, что делаю 1 2 3 4 5

22. Я готов(а) изменить себя для других, если вознаграждение 1 2 3 4 5

ощутимо

23. Мне легко притвориться кем-то другим(ой), кроме того(й), 1 2 3 4 5

кто я есть

24. Я хочу, чтобы близкие люди понимали мои слабости 1 2 3 4 5

25. Я считаю, что отнестись к себе критически очень трудно 1 2 3 4 5

26. Я не в контакте со своими сокровенными мыслями и 1 2 3 4 5

чувствами

27. Я взял(а) за правило давать понять близким, насколько я 1 2 3 4 5

действительно забочусь о них

28. Мне трудно принять свои недостатки, и поэтому я стараюсь 1 2 3 4 5

представлять их в наилучшем свете

29. Если спросить моих близких, они могут точно описать, что я 1 2 3 4 5

за человек

30. Я предпочитаю не замечать свои самые темные мысли и 1 2 3 4 5

чувства

31. Я в состоянии отличить те аспекты моей личности, которые важны для моего истинного Я, от тех, что не важны 1 2 3 4 5

32. Мне важно понимать потребности и желания близких 1 2 3 4 5

33. Я хочу, чтобы близкие люди понимали реального(ую) меня, 1 2 3 4 5

а не только мою публичную персону или «имидж»

34. Я стараюсь действовать в соответствии с моими личными

ценностями, даже если другие критикуют или отвергают 1 2 3 4 5

меня за это

35. Я часто делаю то, что не хочу делать, просто чтобы не 1 2 3 4 5

разочаровать людей

36. Я предпочел(а) бы скорее чувствовать себя хорошо, чем

объективно оценивать ограничения и недостатки своей 1 2 3 4 5

личности

37. Я редко, если вообще когда-либо это делаю, надеваю 1 2 3 4 5

«личину» перед другими людьми

38. Я трачу много энергии на достижение целей, которые очень

важны для других людей, даже если они не важны для меня 1 2 3 4 5

самого(й)

39. Я часто не в контакте с тем, что для меня важно 1 2 3 4 5

40. Я стараюсь блокировать любые неприятные чувства о себе 1 2 3 4 5

41. Я нахожу, что часто слишком критично отношусь к себе 1 2 3 4 5

42. Я в контакте со своими мотивами и желаниями 1 2 3 4 5

43. В целом, я очень ценю близких людей, которые понимают, 1 2 3 4 5

кто я есть на самом деле

44. Если кто-то указывает на мои недостатки или фокусируется

на них, я быстро пытаюсь вычеркнуть это из сознания и забыть 1 2 3 4 5

45. Моя открытость и честность в близких отношениях очень 1 2 3 4 5

важна для меня

Страница 5

46. Ниже перечислены трудные или стрессовые ситуации, которые иногда случаются с людьми15.

Выберите одно или несколько подходящих утверждений из четырех перечней:

а) вы сталкивались с этим потому, что это часть вашей работы (например, работа в медицинских учреждениях, в полиции, в военных или других сферах деятельности);

б) это случилось с вами лично;

в) вы были очевидцем этой ситуации;

г) вы узнали, что это произошло с членом вашей семьи или близким другом.

Выбирая ситуации из предложенного списка, учитывайте весь свой жизненный опыт, начиная с детства.

Случилось со мной Был очевидцем этого Узнал об этом Является частью моей работы

a. Стихийные бедствия (например, наводнения, ураган, торнадо, землетрясение) □ □ □ □

b. Пожар или взрыв □ □ □ □

c. Транспортные аварии (например, автомобильная авария, несчастный случай на воде, крушение поезда, авиакатастрофа) □ □ □ □

d. Чрезвычайные происшествия на работе, дома или во время досуга □ □ □ □

e. Воздействие токсичных веществ (например, опасные химические вещества, радиация) □ □ □ □

f. Физическое насилие (например, нападение, удары, шлепки, пощечины, побои, избиение) □ □ □ □

g. Нападение с оружием (например, получали ножевые или огнестрельные ранения или вам угрожали ножом, пистолетом или взрывным устройством) □ □ □ □

h. Сексуальное насилие (например, изнасилование, попытка изнасилования, совершение любого типа полового акта с помощью силы или угрозы причинения вреда) □ □ □ □

i. Какой-либо другой нежелательный или неприятный сексуальный опыт □ □ □ □

15 Чек-лист жизненных событий (Life events checklist -российской выборке [Интенсивный стресс..., 2017].

5). Методика переведена на русский язык и адаптирована на 172

Нахождение в зоне боевых действий (в качестве военнослужащего или гражданского лица) □ □ □ □

к. Пребывание в плену (например, похищение, захват в заложники, захват в плен во время войны) □ □ □ □

1. Опасные для жизни заболевания или травмы □ □ □ □

m. Тяжелые душевные или физические страдания □ □ □ □

п. Внезапная насильственная смерть любимого человека (например, убийство, самоубийство) □ □ □ □

o. Смерть любимого человека в результате несчастного случая □ □ □ □

P. Серьезные травмы, вред здоровью или смерть, причиненные Вами кому-либо □ □ □ □

ч. Другое крупное стрессовое событие □ □ □ □

□ Ничего из списка НЕ относится ко мне

Страница 6

47. В предыдущем вопросе вы ответили, что:

... это событие является частью вашей работы ... с вами случилось ... Вы были свидетелем ... или Узнали о ...

Какое из этих событий вашего личного опыта вы бы оценили как «худший» и потенциально травмирующий опыт? Тот, который до сих пор беспокоит вас?

□ Стихийные бедствия (например, наводнения, ураган, торнадо, землетрясение)

□ Пожар или взрыв

Транспортные аварии (например, автомобильная авария, несчастный случай на воде,

□ крушение поезда, авиакатастрофа)

□ Чрезвычайные происшествия на работе, дома или во время досуга

□ Воздействие токсичных веществ (например, опасные химические вещества, радиация) Физическое насилие (например, нападение, удары, шлепки, пощечины, побои,

□ избиение)

Нападение с оружием (например, получали ножевые или огнестрельные ранения или

□ вам угрожали ножом, пистолетом или взрывным устройством)

Сексуальное насилие (например, изнасилование, попытка изнасилования, совершение

□ любого типа полового акта с помощью силы или угрозы причинения вреда)

□ Какой-либо другой нежелательный или неприятный сексуальный опыт Нахождение в зоне боевых действий (в качестве военнослужащего или гражданского

□ лица)

Пребывание в плену (например, похищение, захват в заложники, захват в плен во время

□ войны)

□ Опасные для жизни заболевания или травмы

□ Тяжелые душевные или физические страдания

Внезапная насильственная смерть любимого человека (например, убийство,

□ самоубийство)

□ Смерть любимого человека в результате несчастного случая

□ Серьезные травмы, вред здоровью или смерть, причиненные Вами кому-либо

48. Сюда можно вписать что-то важное, дополнительно описывающее произошедшее16

16 Открытый вопрос, необходимо впечатать свой вариант ответа

173

49. Когда это произошло? Если вы точно не помните, напишите приблизительно; количество месяцев / лет назад:

□ меньше месяца назад

□ от месяца до полугода

□ от полугода до года назад