Глаголы с конкретно-экспрессивными маркерами в современном английском языке. тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 00.00.00, Королев, Иван Тимофеевич

• Королев, Иван Тимофеевич
• 1978

Оглавление диссертации Королев, Иван Тимофеевич

ВВ02ШАЯ

ГЛАВА ' Г

Разттел Г. Объект исследования. Актуальность теш.

Возможные щжложешж результатов исследования. " Г Раздел 2. Понятие маргера. Типы маркеров. 4 Раздел 3. Проблематика ш история вопроса. Постановка проблема. Г2 Раздел 4. Цели, структура ж таточшш иоследовашя. я

ГЛАВА Г. СШАШЧШКАЯ ЕЛАСШЖАШЯ ГЛАГОЛОВ С КОН

КРЕГШ-ЖС;11РЕСШВММ' МАРКЕР Ж.

Раздел I. Методика исследований.

Раздел 2. Формально-еемантивеская нлассифяиатя глаголов кощретно-эдспресшвшго значения с сегментвашг маркера«:. 46 Разряд Г. Супертаксонная сема - "произведет звуки и речевые дейстщя". Классы Г-58. 68 Разряд П. Супертаксонная сема - "совершать или квизировать движения, же еошровождае-^ мне ю® иногда сопровождаемые звук ©выв® явлениши". Классы 59-Ц9.

Разрщ ИГ. Супертак еоннааг сема - и производить физическое действие, не сопровождаемое иж сопровождаемое звуковш® явленв»-ги. Классы 120-178. i ГУ. Супертаксонная сема - ^находиться в накою-либ© физическом состоянии шт кау~ . зщюваз?! йжзическое состояние1'. Классы 179-Ш.

ГМВА П. ФОИИАЛБШЕ, W ЩТГВетШВНЬШ

СВОЙСТВА КОНКРЕГШ-ЭКСПРЕССШВБК ШРКЕРОВ.

Раздел Г. Формальные свойства маркеров конкретно-экспрессивных глаголов. f Раздел 2. ФункщовалБше свойства конкретно-зкспрео-еквных маркеров.

Раздел Я. Структурные характеристик глаголов с конрвтнонаксцресаявныш: маркерами.

ЗАКЛЮЧЕН® Г/ в в о i н а я

глава ржшш г. объект исалшвшя, ятшттъ теш. вршжме ттожтмя результатов исследования.

Объектом настоящего исследований являются. глаголы современного вашщйск-ого языка, выражающее конкретные фд-зические явленна с ©н-ределенннш качественными: харщтвристшгашь описываемые обпит де~ taiii* тща "производить и к^узироватъ какой-либо звук"производить жт каудировать какое-либо движение, не сопровождаете жш сопровождаемое зщкш" , "щклгзводоеь какое-либо фшзжческсе действие, не сопровождаемое жт сопровождаемое з-врсш"-, "находился в каком-либо Физическом состоянии или каузировать его* ж снабженные сеотентныш /фонешо-грагршыщ/ маркерами:. Примерами таких глаголов могут служить лзксеш типа gleam, glimpse, glint, glitter, ^.ow, glisten, glimmer, glare етж smash., crash, dash, lash , splash, gash, slash, mash, gnash, thrash, plash й т.п.

Глаголн рассматриваемого семантического поля не шщршш в jbhf~ вистше общепринятого нттеновамж, ж ш будет называть их уош-шет-но-эк^гще основными-. по скольку они, е. одно! стороны, конкретны, щра-жая физические действия. ж состояния, а с другой - ©кспресеизнн в той мере, в как'ои ш жрисуша известная выразительность я образность, а иногда ж шоигенальная окрашенность.

Однако, напей задаче® будет исшшдоваше не всего еемантетее-кого поля коякретно-экопреетвных глаголов, а ш его фощально-Ммантичдского сектора, т.е. тех глаголов конкретно-эктресттой семантики', которые снабжены определенными- нриеташ, пет форму еегшнтшп: маркеров.

Эти маркеры мы также будем именовать к ошфетно-энсирвеотвнщ« /Об уточнения ж ©грашгчещш этого терюша см. вше/»

Актуальность теш данного »©следования определяется тремя фактораш. Во-пвшых, слова с новкретво-экспрессиввыви маркерами среда которых наиболее тютчиши и: количественно ггреобладавдами являются глаголу/ образуют довольно значительный сектор словарного состава современного английского языка. По прнбди:зительным подсчетам,, производавшшся но словарю shOED 1 доля слов с данными ф»ера» в словарном ооетю яняЛсаого «знка яаверш-а превши ет &%. Аналощчныи подсчет» произведенный по шгло-русшшщу словаре Иоллера, даж эдфруу примерно вдвое большую - около 11$. Это расхождение можно объяснить тем: обстоятельством» что для слов с кошфетно-энсдрессивными. маркерамг в общем характерна высокая упо^-требЕЕтельнооть. в разговорной речи;» а также в жтературжо-худежеет-* венном повествованш* Поэтому в словарях, содержащих болшое кож-чество терщяологичеекихг редких и устаревших слов абстрактного характера /что щшчно для словарей: Онсфордснжх/, жропент слов рассматриваемого тшш оказывается более назш. Весьма вероятно » что йПэгие слова с конкретно-энспреесиввниг маркерам; остаются вне поля зрения, ленемографов в силу их сугубо разговорного или окказионального характера.

Экспрессивная особенность раешатрваешх классов слов, их Ера-надлежностъ во многих: случадж к разговорной речн*. нашше К'оннота-тивных оттенков должна рассматриваться как: второй фактор» новышаг-юпщж интерес лингвистов к ассиедрвани» данного явления, ее* учесть то внимание, которое ныне уделяется изучению разговорной речи.

Следуе®, наконец „ особо подчеркнуть почти полную нейэгченность щнного круга языковых явлений* В курсах лексшгололш. ж трудах" по словообразованию они полностью или почти; полностью игнорируются /исключение» является известная книга Г»Марченда ^Категории ш тины словообразования в современном ангдетском язшге® где д^»

1. ïke Shorter Oxford English Dictionary 1л 2 volumes, Oxford,1972.

2. H.Marchand, fie Categories- and Types of Present-Day English Word Formation, Wiesbaden, 1960, pp. 3-342*

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Глаголы с конкретно-экспрессивными маркерами в современном английском языке.»

Новым в данном исследовании является, во-первых, сама постановка проблемы /интралингвис ти че ек о е исследование кощретно-эксшре©-•«Йвньвс глаголов с сегментными маркерами/, во-вторых* применяемая методика /дефашшонный анализ/», в-третьжж» полученная полная се-мантико-функшональная классификация кощретно-экспресеивныж глаголов и их маркеров, в-четвертых, впервые проведенное исследование явлений поли функциональности ж синфунншональности для конкретно-экспрессивных маркеров г в-пятых, исследование структуры конкретно-экспрессивных маркировании глаголов и установление новых структурных типов» не укладывающихся в рамки тратшштш шрфемнои теории» Возможности практического приложения результатов исследования весьма обширны. Вседствие высокой частотности изучаемого явления, его описание должно найти отображение как в курсах лексикологии английского языка, читаемых в языковых вузах» так ж в учебниках практик® английского языка для разных учебных заведений*

Вклад работы в теорию языкознания определяется подчешем надежных данных о ранее не обследованном значительном секторе сло1 варноге состава шглшйооегого языка, нрженешек новой методам,, ош-санкем шенк, ранее ускользавших от внимания лвгшшв» Вследствие универсального характера данного явлении южно полагать„ что изложенная концессия,, метода: н аспекты исследования могут быть с успехом щшметш при описаши словарного еоетава дружт языков» #

РА8ДЕД 2* ГОВНШ1 ШШША. ТИПЫ 1@шв» Среда лингшстов нет. единства в интерпретация термина "триер" Не вдаваясь в обсуждение различных смыслов, вкладываемых в этот терши» мы будем использовать определение мартена т марщррщего комгоо нента, содержащееся в ассоциативной теории структуры слова * /См. ниже раздел "Методика исследования"/. Согласно этой контшш, внутреннее структурирование слова целиком каузируетея его ассощажв-шшг /формалъш-семштжчестш/ связана с друга* еденшамг словаря. Так, в существа тельном worker Iwa:k®J вычленяется "сшсло-вМ компонент" /ЖС - Notional Component/ work- Ewaskl в синего ассощашз с глаголом work EwaskI /что эксплицитно выражается через конкретную дефшшшо. слова worker = one wko works ж Имарвиррэщж компонент" /МС - Marking Component/ иди "маркер" Ш/~ег , вычленяемый в силу даф|узно& аесош:ашж слова work» со ело ваш elag*£t painter, writer, builder к т.п. /что акшшьют-но выражается через класш^жнирухшую дефипвншю всего словсшпа worker singer, painter, writer, bailder . = one wk© does sometking/*

Маркирующий компонент mm маркер вычленяется формально-семантвче-сгЦ| в классе слов /сдовотипе/ ж в какдом члене этого класса ш явдя

Г. См., напр., Е.С.Кубрякова. О типах морфологаческой членимости слов, к вази морфах и маркерах. ВЯ Щ9 ГЭтО, стр. 86; В.Я.Яацун. Словесные маркеры английского языка /синхронно-диахтюнное исследование/. Канд. дисс., Пятигорск, 1976, стр. 36-39. Отметим, что в "Словаре лингвистических терминов" Q.С, Ахматовой, ЭД., 1966, термин "маркер1* вообше отсутствует»

2. См. Э.П.Грубшн. Ассоциативная структура слова, в сб. Структурные и статистические свойства английского языка. Калинин, та9, и Е. Skubin. On the Associative Structure of Words. Proceedings of JJg-11th International Congress of Linguists, Bologna-Florence, ется формальным признаком принадлежности слова к классу,, обладаю-шещ общими: семантическими свойствами /общт так сонными: семами/.

В тершнах морфемной теории маретрующвй кошонент интерпретируется как "грашатическан" или "словообразовательная* морфема в отяидае от и корневой" »рфеае. Оба эти тершна представляютсянеудовлетворит ежшьвщ , поскольку маркер может характеризовать же Илько словоформы а обще! гражатической семо® /как Cs]/-s в словофоржах ^orks, puts ж т.п./, а ж лексема в целой; что касается деривационного /словообразовательного/ аспекта слова, то следует подчеркнуть, что он вообше нерелевантен для описания с*в-xpOHHof структура слова: тая, в слове editor обнаруживается исловообразовательная" морфема -or » хотя, етот сегмент никогда не использовался как компонент словообразовательно! модели " для образования. данного слова от предполагаемого источника edit , а, напротив, последнее, как- известно, было образовано путем усечения $рого сегмента от заимствованного слова editor. Для исследования нашего объекта термины и: методика традапионно! морфемной теории представляются непригодными /что, вероятно, ж объясняет в известно® степени отсутствие сколько-нибудь адекватных описаний данного круга явлений в существующей. лингвистической литературе/, Ш раз- : деляем "положение о том, что словообразовательная структура слова т несводима к его морфешнощг состав" .

Итак,-маркеров ш будем именовать сегмент слова, не явлшдайся его смыслов» компонентом ж в то же время, выступавший в качестве, обшего сегмента еловотипа, обладающего общей cewff /сербами/. Эта обпая сема /напр., семе агентивностж. в словошпе worker, singer ж т .п./ будет в дальнейшем именоваться таксоном.

Маркера существуют на всех уровнях знаковой системы языка, ош могут быть как сешентныш, так и супраеегментными.

Сегментный маркер, имеет звуковую /Фонемную/ ж грайзческте /гш

Г. I. А.Соболева. Моделирование словообразования. В кн. Проблеш структурной лингвистики » 1., Г972, стр. Г65. фемную/ формы, корреляция ме^ду которыми не всегда является однс-т значвож. х В данной, работе будет применяться символическое жзобра-женив обеих форм маркера» причем звуковая форма будет репрезентв-роваться фонетической тршекрйпшшй., а графическая - графемн©! записью , отделенной от транскршшш косой чертой. Позишя маркера в ощ>ве - начальная или конечная - 0удет обозначаться дефисом,. Так * конечный маркер в словотипе dash, smash, crash ж др. будет обозначаться символом 1ш f i/-ask /в данной символике дефис используется только при. графемшж. форме маркера/*

Однако, такое изображение маркера не всегда является вполш'аде?» к ватным и должно быть уточнено» Одним кз наиболее фундаментальных для. данной работа является положение о том, что маркер* будучи: взят сам по себе, т.е. в йзолящж от остальных сегментов слова* не несет значения* т.е. не является языковым знаком в строгом смысле этого V слова* Очевидно, что цепочка Фонем Iteibll отличается, скажем» М от пепочЕ® iteibri именно тем исключительно актуальным для фрш-щошровашя языка свойством, что первая непочка в отличие of второй, во-первых, отпечатана в нашем мозгу в'виде акустического ш шщеететичесиого образа в, во-вторых, /ж это главное/ тем, что образ связан драмой ассош:ашеж с дискретной: единицей мышенвд - понятием о классе предметов, именуемых по-русски: "стол®* Отсутствие такой ассощатиетож связи: и отличает не-знак от знака., ш в этом отношения отдельно взятый сегмент tasj3/-ash приншпиально ш— чем. не отличается от пеночки IteibrI /разумеетея, сегмент - —

3/-ash может быть ошибочно принят за омоморфное слово ash — зола, пэпел, но этот факт для данного случая совершенно не релевантен/.

Ниже мы увидам, что для маркеров в некоторых случаях возможны

I. См. Н.Б.Трои пкая. Опыт дефтишонно-ассошатидаог© анализа структуры слова /на материале английских имен существительных/. Канд* дисс., Калинин, 1970, гл. II. См. также гл. II данной диссертации. косвенные ассоциации о единипащ: мышления /через слова,, содержащие эта маркеры/, но это предположение, во-первых* подлежит ш*-. холангшстической проверке в, во-вторых» не изменяет основного ноложещя о том, что маркер, в отличие от слова, не обладает значена^ ем, а характеризуется лишь маршрущеи щушшшж» которую он вынолн |рт, находясь в составе слова или словотипа, В соответствии с этик главным свойством маркеров к- ним. неприменимы термины /ж, со~ ( ответственно, понятия/ "синонимия", "полисемия", "омонмая", "ан- \ тонимия", которые должны быть заменены терминами "полийрнкщсыаль- 4 ность", всинфункпиональностьи и т.п.

Игз вышесказанного следует, что в полной символическом изображении маркера должен быть репрезентирован таща и словотю, в. составе которого он IfBMMompyef*. Формально-семантический, слово,тип /определяемый: как класс слов, характеризуемый: обще! таксонной семой или семами и общим сегментным маркерощ/ может быть изображен fen часть речи, к которой он относится /?, ж, Adg./ с двумя»» дексаш справа - верхним и ншнам. Верхний индекс будет указывать маркер словотипа, а шанвй - его такеонную сену шш семы в кратком вербальном описании. Возврашаись к маркеру 1т f l/-ask в гла» голах smash, crash и т.п., находам для него более адекватное символическое изображение: V JjU^lent aotio* • Разумеется, подобная краткая репрезентация таксонной семы далеко не всегда является достаточной и асиользуется здесь лишь как' условное обозначение ее более развернутого вербального описания. Однако, даже ^приведенной краткой символической репрезентация должно наличествовать отображение возможной множественности так сонных ©е« и, в частности, наличае коннотативных сем,» Так, в словотиш ж ag. рФЗ* ср. profiteer, pamphleteer, racketeer ж др./ пошло таксонной сема агенса представлена воннотативная сема пейоративное«

I. См« В.НЛацр. Лиахрошые свойства словесных маркеров. В сб.

Структура словами вопросы словообразования германских языков

Республиканский сборник/. Пятигорск, Р3?5, стр. 84. как мы увидим ниже, эта последняя нередко встречается среди: глаголов рассматриваемого типа/.

Продолжая уточнение объекта исследования, необходимо подчеркнуть приншшальное различие между такими' явлениями языка, как маркер, являющийся компонентом стпуктуры сло^а и словотипа, и афт

Цяс,, входщии в состав словообразовательной модели . Несмотря на веж очевидность этого принципиального различия» оно нередко 2 игнорируется в трудах по лексикологии * Возможно,, что этому смешению способствовало недифференцированное использование 'термина 3морфема® для обозначения обоих явлений »

Наличие /в рзде случаев/ синхронной и диахронией корреляции между марнераве и аффиксами отнюдь не может интерщзетироватьш^ как тождество этих понятии. Ланное исследование посвящено пара-дагматичесношу описанию определенного структурно-семантичесЕого типа слов в современном синхронном плане- Вопрос о деривационных Ms этимологических параметрах этих слов в данной работе вообще не рассматривается, Й если; в нашем случае выявление ношнклатуры и функций, маркеров может быть произведено сравнительно легко -и надежно с помощью дефинишонной методики /см. ниже/, тс установление конкретной деривации шогих глаголов этого типа оказывается вообще невозможным или; мало достоверным;. /Наиболее раецространен-ной для них пометой в GED является "of obscure origin"/*

Лексемные /не-грамматические/ маркеры могут быть подразделены | на три разряда 4 : а/чистые /напр., Inisl/-ness в словоти — 1 И «'■'—■ . .■»■■пин.и—щч-.»п.—ит—i — и». ни» им. чи .—пи i.i. —ч i.ni-.ц. . —1 —

К Е.С.Кубрякова противопоставляет эти понятия по совершенно, иному признаку /шт. соч., стр. 86/. См., напр., I.V.Arnold. The English Word. Moscow, 1973»

Я.Р»Гальперин,. E. Б. Черкасская. Лексикология английского языка.М., I95S и другие.

3. См. , напр., толкование терминов "аффикс", "суффикс", "префикс", "морфема11 в "Словаре лингвистических терминов™"О.С .Ахмановой, М.,

196*6,

4. См. Э.П.ГСубин,. Н.Б.Троинкая. Дефинидаонно-ассошативная теория внутренней структуры слова. Калинин, 19?! , стр. 45-46. пе 11 n^f ofTquality * brightness, whiteness, redness и т.е./; б/ конкретно-экспрессивные аж образные ^ /напр., IsnJ/snв словотше у ^{^¡nt nasal sounds ' GP' snort' sniff, snore и т.н./ и в/ понятийные /напр., Itelil/tele- в словоту j e ЕГ j^elil/tele- . teleerazme, device for acting at a distance * & ' fp.ephone, telescope и т.п./.

Следует подчеркнуть* что сегмент, выжолшаэщиж функцию маркера в каком-либо еловотше, может в общем случае сепарировать в другом слове или словах, будучи лишен какой-ди#о маршруте! Звпташ. В качестве примера приведем сегменты tsn3/sn- в словах snow, sniper Ш др., ИэЗ/-вг в словах remember, number и т.д., где они не явлштся маркераш*

Чистые шржеры, которые до последнего времени были /нарвд с омоморфными им аффиксами/ почти исключительным объектом лексикологических исследований.,- полностью удовлетворит определению мар-ifepa, приведенному выше /стр. 5/. Так, конечный сегмент InisJ/-ness в словах blackness, brightness и др. коррелируют с их таксон-ной семой: "name of a quality" и тем самым маркируют данную группу слов не только как семантический, но и как формально-семантический словотип. Особенность чистых маркеров заключается в том, что ош коррелируют с весьма абстрактны«: семаш общих категорий и отношений /качество, действие, предметность, отрииание, обратное действие, агеншвность, определенное действие, определенное качество в т.д./, присущи« маркируемым словотипш. ф Понятийные маркеры - специфическая принадлежность научно-технической терминологии, во многих случаях образуемой из сегментов, которые в древне греческом или латинском языках функционировали к ш отдельные слова или над их корки /"смысловые компоненты"/. Понятийным маркерам присуши две особенности: во-першх, они: конститу

Г. Термин °конвретно~звспресш:ввыйм применяется наш: вместо тер^-шна "образный" как более точный. го — ируют научно-технические термины и-, во-вторых, коррелируют с частными' сешэш, сатурирующими в составе научно-техщч.есщх кожяшж* Важно отметить, что эта корреляция носи-т реляционный характер: таяЛ'' маркер Cteli3/tele- интерпретируется как' индикатор сеш "относящийся к действию на расстоянии", маркер Eskoupa/scope ня ящкатор семы "относящийся к видению" , маркер tgrse f3/-grapk кор-W релирует с семой "относящийся, к письму" и т.а, Щж атом этвмши®-ческие характеристика; данных сегментов перестают быть релевантными , как только эти последние начинают выступать в роли март еров /т.е. в группе слов с общей тан сонно! семой/ а когда их маркирующие щршшж начинают ощрцаткш: тем нодавлшощш большинством носителе! языка, которые не имеют нк малейшего цредатавлениж о соответствующих латинских ила древнегреческих: словах ил» сегментах слов» Однако, маркирующая, фцштя данных сегментов может ощущаться только теш: носителя«; языка, которые хранят в памяти достаточна количество слов с данным маркером: аждивид, который знает только одно слово с сегментом tele- , напр., televis!оп наверняка не будет ощущать, его маркирующей

Отшфика понятийных маркеров /их корреляция с частный семами^ делает возможным существование; даухмаркерных слов, не содержащих каких-либо иных сегментов. Более, того, ддухмаркерные слова такого типа составляют, вероятно, большинство научно-технических тершнов /ср. microscope, microphone, telephone и т.п./. Олова такого структурного тшша совершенно немыслимы для чистых маркеров, ибо введет ни е. абстрактного характера сем, коррелирующих с последние» такие слова, были; бы лишены навой—либо мотивации /ср. воображаемые едкниша типа *dis~er, ♦in-ence ш т.д./»

Третья разновидность маркеров - это маркеры, названные выше нонкретно-экспрессивныш!: ж являющеся /в сфере глаголов/ объектом настоящего исследования. Речь идет о сегментах типа iflJ/fi- в словах float, flow, fleet; IsnJ/sit— в словах sneeze, snivel , snore ж др. Эта: маркера коррелируют с еще более ноннретаымв семами, чем понятийные и, как уже отмечалось выше, встречаются в словах, обозначающих Физические явления, наделенные определенные качественными• характеристикам:. Посколвку эти явления непосредственно воспринимаемы органами чувств человека /слухом, зрением/ , они мотут отображаться в мозгу носителей языка в виде коннретннх чувственнмх образов, что резко отличает слова с данные маркераш, как имеющие жонкретно-экспрессивный характер ж зачастую несущие коннотативные семы, от более абстрактных и "обесцвеченных* научно-технических терминов с понятийными маркерами. Особо наглядно такое противопоставление выступает для маркеров этих дщух типов, фуннши которых являются в известно! мере сходными. Если сравнить, например, словотин с конечным понятийным маркером Iskou.pl/-scope (microscope, telescope, kinescope, periscope и т.д.) и. слововш с.на-^шьным конкретно-экспрессивным маркером igii/gi- (glance, glare, , glimpse, glower и т.д.), где таксонные семы весь» близки друг к дрзпу /в первом' случае - "относяцийся к ви-денет) % во втором -"производить действие смотрения, видения"/» то указанное щжнщ-шальное различие между дщш типами маркеров станет совершенно очевидным*

Характерно, что конкретно-экспрессивные маркеры так же, как' и понятийные способны педиком конституировать слова* Более тою, двухмарк-ерные слова этого типа составляют большинство конкретно-щспресетвных глаголов /ср. такие едавжвд как twirl, crash, drop и др., лежащие "на пересечении" словошпов с начальны®!- маркерами Ctwl/tw- , Ikrl/cr- , Cdrl/dr- ш с конечными: маркераш Isill/-irl, £®j3/-ash, IopI/-op , ср. twine, twist ш swirl, whirl; crack, creak и dash, smash и т.п.; подробнее см. гл. II/. 12 —

Наличие в одном олове двух маркеров* зачастую обладающих близкими или идентичными функциям® /напр. , маркеры ЕМ/Ьтя- и Гэ:1Д/-1з?1 ©вязаны семой: быстрого вращательного движения, хотя с разншв качественныш характеристика«/, придает таким словам особую экспрессивность. Как будет видно жз представленного шяе обзора литературы но нашей теме и смежным с ней проблемам, весьма тишршш» является стремление исследователей приписать кощретно-зкспрессйшым /ж жныщ/ маркерам самостоятельное значение я» кроме того, жмшоватъ их /и слова с ними/ звукоподражательны« /ономатопама/. Несостоятельность такой трактовки: легко обнаруживается, если учесть, что глаголы с к о нкре ть о-эк сцре с си вныш маркерами обозначают не только пропессы порождения звуков различного качества, но также разнообразные движения, действия ш состояния, причем многие движения и все состояния не могут иметь ничего обшегс с порождением звуков; ]%оме того, что эти значения щдсущи словам /глаголам/ в пажом, но не их отдельным сегментам. Сегменты га:Х1, I»Jl'f 1йг1 , взятые в отдельности» не сопрягаются с какиш-либо да:екретныш еда-нипами мышления или образами /напр., с идеями быстрого вращателе ного движения, стреми тельного поступательного двйжешш». капельного движения жидкости/ в мозгу кокщуникантов.

Конкретно-экспрессивные маркеры обладают радом саещ^ичеснвх свойств, отличающих их как от понятийных* так ж от чистых маркеров. Эти свойства будут рассмотрены в гл. II нафадей диссерташи* Ь

РАШЕД 3. ИСТОВШ ВОПРОСА. ПОСТАНОВКА ПРОБИВ* Тема настоящего исследования непосредственно соприкасается с двумя родственными лингвистическими проблема?« - звукоподражания ж так называемого звукового символизма.

Явлению звукоподражания в языке уделялось большое внимание еще антщчншш лингвистами, равно как и "классический w филологаш 1П века /Гумбольдтf Штейнталь, Пауль, Вундт ж др./, прячем эта проблема рассматривалась главным образом в глоттогоническом аспекте /звукоподражательная теория происхождения языка/. Данный аспект время от времени трактуется и в современных работах ^ . щ Следует сразу отметить, что глоттогонический аспект совершенно не релевантен для темы настоадего исследования. Кроме того, все суждения по этощу вопросу имеют чисто-умозрительный характер m не подкреплены сколько-нибудь надежной артументащш: иж эк сперме н-тально! базой /что характерно для шогвх лингжтетжчеснюг работ раннего периода/. Ничтожный процент чисто-звукоподражательных слов в известных нам языках m невозможность передачи с ж:х щошщью сигналов в трудовых протесах, понидииощу, достаточно убедительно доказывает несостоятельность указанной теории.

Одной из наиболее фундаментальных работ нового времени в области звукоподражания /ономатопеи/ является монография. А.ЙГ.Гермзно-вича "Междометия а звукоподражательные слова русского языка", докт* дисс., Симферополь,. Г96Г. Заслугой А.И:»Германона:Ча является, щш* де всего, попытка разграничения междометий и звукоподражательных слов, как' разных категориальных разрядов словарного состава языка. 2

Смешение этих двух, категорий характерно для многих лингвистов »

В отличие от междометий, непосредственно выражающих эмоциональные проявления человека, з^котадражательвые слова оиределжгся AJF»

Германовиче» как "приближенное изображение действия предмета» про?» i||cca с характерным для него зщком1' /пит. соч./. Самый тершш

Т. См,» напр., А.М.Газов-Гинзберг. Был ли язык изобразителен в своих истоках? M., I9G5, а также более новую работу M.Swadesh. The Origin and Diversification of Language. London, 1972 , в кототзой автор придерживается звукоподражательной теории происхождения языка в ее наиболее прямой интерпретации. 2. Так, чешский лингвист Я.Коржияек смешивает звук ©подражательные слова с эмоциональными и говорит о "междометно-звукоподражатель-ных корнях" /см. J.M*Ko?inek. Laut und Wortbedeutung» Travaux du Cercle linguistique de Prague, Ho. 8, 1939* Тот %нт, что звукоподражательные слова мотут иметь амотивную коннотацию /ср. хи-хи! и т.п./ не опровергает различия указанных категорий. 14 — ономатопея" получает в Оксфордском словаре следующее определе- ■ вне: "образование олова путем ищташи звука, ассоциируемого с обозначаемым предметом или- действием". В другом издании словаря дается более узкое определение ономатопеи как "имитации звука , производимого обозначаемым предметом или действием". ^ Лингвисты нередко обращали внимание на условность ономатопеически х корреляций, доказываемую тем фактом, что один и тот же при» ■ родный звук /напр., пение петуха/ передается, в разных языках со

S 1 вершенне различным образом, ср. английское "cock-a-doodle-doo" и русское "кукареку". В действительности, в крике петуха, разумеется, нет ни взрывного согласного, напошнаюшего'звук Ikl , ни гласных* похожих на английское Си:3 ила русское ЕуГ. Следует наломить, что звук lu:J в данном английском ономатопе возник только после сдвига гласных в ХУТ веке, а ранее его место занимал долгий Со:3 , причем это существенное изменение никак не отозва-Авь на восприятии данного слова как звукоподражательного ^ •

Следует согласиться с А.И.Германовичем, когда он характеризует звукоподражания как "специфическое, исторически изменяющееся отрекение в речи зщуковои стороны действительности для образного представления о ней" /шт. соч., стр.443/ и подчеркивает , что "обычное звукоподражание символично, условно" /пит. соч., стр.446/. Очевидно, условность ономатонов является лишь частным проявлением общего свойства условности: связи межлу означаемым и означающим в простом: языковом знаке, установленного еще Ф. де Соссюром. Однако, нцряду с условностью знак обладает еше свойством мотивированности , и в ономатопах мотивированность знака /слова/ выступает вт

I. См. по этощу поводу высказывание :Т.К. и М.М.Теилорюв /1«К*Тау1ог and M.M.Taylor. Another Look at Phonetic Symbolism. Psychological Bulletin, vol. -бА-, No. 6, Dec. 1965, PP* 413-^2? , которые сопоставляют наличие гласных низкого тона /low rowels/ в звукоподражательном слове cock-a-doodle-doo с фактическим высоким скрипящим звуком /the high screech/ , который это слово якобы должно воспроизводить.

15 — г более наглядным образом.

Зщрюподрщания - олова особого рода, которые, как утверждают некоторые лингвисты, "независимы, от нормальных законов языка" /см. о

Я.Коржинек, шт. соч./ . С формальной точки зрения звукоподражательные лексемы характеризуются Е.А*1урджи:евой как слова, где "рсь фонетический облик слова педиком соотносится с каким-либо

Щ - " Q явлением действительности" /очевидно, под "явлением дейстштель-ности" следует понимать нвфонетичеекиж звук, иначе теряет сшсж термин "звукоподражание"/. Тан, объектом исследования А.»Н;.Гермат-новича явлаются слова типа "хлюп", "баи", "та-та-та" ж т.к.

Необходимо, однако, учитывать наличие в языках слов, относящихся к знаменательным частян речи /напр., глаголам, существительным/ и связанных с ономатопамн формальне-еемантичеонйш ассошаш-ш, а также деривационными: отношетстщ. Таковы глаголы t© eackoo, to miaow /и омоморфные иж существительные/ в английском язйке nib слова "хихикать", "хлопать", ^квакание", "кукушка" к т.п. в русском.- Было бы неправильно относить такие слова к чисти звукоподражаниям /ономатопам/ хотя бы потощг, что они содержат-или могут содержать ве-ономатопеические фонетические элементы /маркеры, ( грамматические приметы/. Кроме того, по своим морфолого-синтакси- i ческим и. семантическим свойствам эти слова являются "полноправными" глаголами, существительными и: т.п. /точно так: же, как знамена-j тельные слова, образованные от междометий и: коррелируемые с ниш, ср. "ахать", "охать" и. т.п./. фДля нас первостепенную важность имеет тот ;пакт, что чисто-зщг-коподратлтельные слова /ономатопы/, как правило, не обладают внутренней члешмостью и в силу этого не образуют формально-семанти

1. См., напр., £'.Т*Аветян. Природа лангшстическоге знака/Ереван, 1888.

2. Это утверждение представляется нам слишком категоричным. Оно-матопж, как и междометия, являются словами особого рода, подчиняющимися. своим "нормальным" законам.

3. (З.АЛУрткиева. Элементарны:! звуковой символизм. Канд. дисс., 19?3, стр. 4. ческих классов. Очевидно„ они; лишены и. маркирующих компонентов, что выводит их за пределы данного исследования»

Значительно сложнее выглядит проблема так называемого звукового символи;зма /зоипй зутЪоИзт/ : и ее соотношение с темой данного исследования. Звуковой или фонетический; символизм о елря обычно как "наличие у некоторых звуков речи-: способности неГ iMJ § посредственно соответствовать тем или иным представления!* " » как явление, при котором "отдельные составные части звуковых цепочек * отдельные звуки соотносятся с некоторыми смыслам:» которые, в свою очередь, соотносятся и являются обобщенный отражением явлений дейр стштельноети" и т.п. Следует отметить, что Е.А.1Урджиева делит "общую экспрессивность звуков 'на звукоподражательность и зву^ я кообразность" . Определения звзгкового символизма, даваемые другими авторами» являются лишь вариантами, приведенных выше.

Попытки соотнести отдельные сегменты слов или даже отдельные фЙкеш с типовшда сшслами щ)едпрщщмалиеь еще ранними лингшста-ш и ученыни-увивереалаши Как отмечает Е.А»1Урджжева» еще Лейбйкн утверждал» что "отдельные звуки: передают отдельные мысли % напр., звук 1 передает сильное движение г вызывающее щрщ, а звук Ъ может выражать "нечто мягкое и передает тихое движение1' /напр.* в словах leben, lieben, liegen /. : Аналогичные суждения высказывались Гумбольдтом, Гердером, а в бо лее познее время - 0 »Есперсеном.

В своей известной книге "Язык, его! природа, развитие и- происхождение"' 4 С.Есперсен писал: "Звуковой символизм . имеет весьма ши-р^|ии .диапазон применений, шщнай от прямого подражания /direct imitation/ воспринимаемых естественных speBj вплоть до незна

1. О.А.Ахманова, шт. соч., стр. 404.

2. Е.А.ГУрджйева* там же.

3. Е.А.Турдкиева, шт. соч., стр. П4.

О*Jespersen« Language, its Nature, Development and Origin* London, 194-9, Р» 406. I отельных качественных изменений сущеетвуюпшх не-символнчешшх слов для чщсто-грататгчесшх пелей*. Очевидно» что в данном высказывании 0.Есперсен не проводит никакой даскримижащр между явлениями звукоподражания ж звукового символизма, причем он ошибочно трактует слова типа clink, clank, splash, babble, bleat, snore, syeze и т.д. как "простейший случай пряшй ишташш звука" /так • же;» стр. 398/,

Несмотря на надяе довольно большого чи.ела работ- лшгшетов ш психологов» где упожшается ила рассматривавтся явление "звукового символизма11, оно до сих пор не получило ш последовательно! интерн преташи» ни даже четкого и оправданного эксперишвтем ошредшшщя. Можно полностью согласиться с высказыванием А.А*Леонтьева о том» что "исследование звукового символизма едва вступило в шщшт пе7 рйОД" »

Для работ и отдельных высказываний по проблеме звукового сим~ Аизма характерна» во-первых» попытка прямою сопоставления отдельной .фонемы /реже - цепочки фонем/ с неким смыслом и, во-вторых, произвольность такого рода суждений» иногда приведшая в абсурдным противоречиям. В психологических ж псдхолиЕГвистическюг работах данного направления используется методика "вызывания" у информаторов значений для бессмысленных цепочек фонем тли отгадывания значений слов» существующих в язша» по незнакомым данным индивидам /датам или иностранна^. Приведем некоторые выводы и суждения такого рода. о Так» Д.Вейсс утверждает, что для англичан G является *болв

Г. А.А.Леонтьев. Психолингвистика. I.» 196?, стр. 58. Аналогичные высказывания мы встречаем и у зарубежных авторов. Так, Г.И.Раш-тедт /питируем по книге А.И.Газова-Гинзберга, шт. соч., стр. 7/ замечает: ^Ономатопеи ческие слова /здесь имеются в виду и случаи "звукового символизма" - И,К./ часто обсуждались в связи: с различными языками, однако, насколько мне известно» никто никогда не пытался исчерпывающе и систематически исследовать этот материал". JLCm&t в своей известной книге "Английский язык" /i».Smith. The English Language. London, 1938, р» 102/ пишет: ". эта символика звуков, обладающая способностью к различным комбина-олям гласных и согласных звуков, никогда тщательно не изучалась". 2. Jonathan H.Weiss. Phonetic symbolism Ёе-exammea. psychological

Bulletin, vol. 61, No. 6, 1964, pp. 454-458» шита .звуком" /is a big sound/ , а т ноннотирует малые размеры /saallaess/. И- и 1* Тейлор /шт. соч./ в результате проведенных психолингшстических экспериментов установили, что звук . -Ш связывается с ощущением большого размера» а звуки более высокого тона /higher-pitched sounds/ связываются с идея® о ш-^ размерах. С другой коровы, О.Есперсеи ™дает, фи* /!/ i связана с идеей малого размера, а буква а /звук DU ? -1.К„/ встречается в словах с коннотацией презрительного отноше-шж /шт. соч.* стр. 413/. Г.Ко ню л х полагает» что "сильные удаг-ры звукоподражательно передаются глухиш взрывами» слабые же звонкими".

Помимо бездоказательности » утверждения подобного рода едва je имеют какую-либо пенность.

Для работ по звуковощу символизм характерен отказ от жвгж-стического анализа.к "психологизация" проблемы, рассматриваемой ь%трыве от системы конкретных языков» что привода к неизбежным 2 упрощениям и ошибкам. Например» М.Вертгеймер считает, что в слове cool /прохладный/ имеет место тонкое /subtle/ соотношение между формой, ж значением слова. Фактически же исследование показывает, что слово cool /ОЕ с51/ не содержит в себе каких-либо сегментов» которые были бы характеристическими для слов с данной семой /семащ/, точно так' же как и слова pool /лужа/ или fool /дурак/. Тот же М.Вертгеймер рассматривает слово crash . как "простой уровень ономатопеи", т.е. как великом звукоподражательное слово /см. аналогичные суждения 0.'Есперсена/. В действительности же, слово crash сочетает в себе выражение звужа ж движения /соударения/ и имеет сложную структуру /см* ниже еж. П/.

1. H.Eoziol« Handbuch, der englischen Wortbildungslehre. Heidelberg, 1937, s. 21.

2. M.Wertheimer. The Relation between the Sound of a Word and its Meaning. The American Journal of Psychology, vol* 71, Жо* 2, 1958, pp. 412-415«

Нередко без сколько-нибудь убедительной аргументации делаются : вывода об вунинереальном" звук овом символизме для пелой щшж шш семьи языков. Таковы, например, суждения ©»Есперсена о- симвслиз» т гласного i в индоевропейских языках , его утверждение о "естественной аесошашж между высокими тонаш и светом и обратно, меж-л^ низкиш тонаш и темнотой" и т.п.

С.В.Воронин /мссерташоняая работа которого будет обсуждена ниже более подробно/ справедливо отмечает, что для большинства работ характерно недискриминированное рассмотрение звукового символизма, и ономатопеи!, игнорирование различай между авукожзобразжтель9 костью вообще и звукоподражанием . Отсутствие подобного разграничения характерно и для работы Е.М.Мельпер *€> типах слов, образоо ванных на основе звукоподражания,1* , где совместно рассматриваются редуплишругаше ономатопы типа pom-pom, hush-hush и междометия типа pooh-pooh /перечислению которых автор уделяет особое актине/, с одной стороны, и слова с так называемым звуковым символизмом типа splash, grumble, growl , с другой. Без применения какои-либо лингвистической иди психолижгаистичеекой методдаш 1,1. Мельдер произвольно устанавливает наличие "звукоподражании® в таких наименованиях птин, как thrush, goose, raven, pigeon и т.н., что представляется совершенно необоснованным.

Одни из первых исследователей» обративших внимание на наличие в языках структурно-семантических типов слов конкретно-экспрессивного характера, был Н.И .Ашмарин1, который ввел термины "мимема" /цдражательное ала изобразительное слово/ и "миология" /наука

Г. O.Jespersen. Symbolic Value of the Towel Hi". Philologies, No.1, .2, Copenhagen, 1953, PP* 283-303«

2. С.В.Воронин. Английские ономатопы /типы и строение/. Канд. дисс., Л., Г96Э, стр. ID. Ниже мы увидим, что сам С.В.Воронин не проводит последовательно такое разграничение.

3. Уч. зап. ЛГШ им. А.И.Герпена, т. 21, Г956.

4. Н.Й.Ашмарин. Основы чувашской шшолотш» Казань, Г9Г8. — 20 — о ваше мах/. Объектом исследования Б.Ж.Лшмарина был чувашский язык, в котором автор обнаружил "наличие четко очерченных щмемных груш, укладывающаяся в определенные Формулы", причем денотатами этих групп являотся не только звуковые явления, но также дшиения я световые явления. Несмотря на то, что в дальнейшем термина, введенные Н^.Ашмаржным, не нолущлн распространения, ценность его работы неоспорима. ••. Следующим шагом в исследовании структурного аспекта интересуют щих нас языковых явлении было введение Дж. Фэртом термина "фоне стемая /phohestheme/ в применении к определенным с|уъткшональ-ныМ' сегментам рассматриваемых экспрессивных слов. Следует отметить, что "фонестема" Д*. Фэрта существенно отличается от "шмемн" Н.И:. Ашмарина тем, что под "шмемой" понимается пельная лексема, тогда как "фонестема" интерпретируется, как сегмент слова /в наше! терм— нологиж — маркер/. Этот терши также, не-получил широкого распрост- . Зрения в лингвистике. Однако, в "Словаре лингвистических терш-нов" 0»С.Ашановой мы его находим в следующей интерпретапив: "Фонестема - повторяющееся сочетание звуков, -подобное морфеме в тем смысле, что с ним более или менее отчетливо асе©паруется некоторое содержание или значенле, но отличающееся от морфемы полным отсутствием морфелошзаши отдельной части- словоформы. Asm., sp- в splash, spray, spout, sputter, splatter и т.н. при полной бессмысленности -ash, -ay и т.п." 2 Отметим, что какое бы понимание не вкладывалось в термин "фонестема", данное определение представ-^тоя дефективный в ряде ошошвнй. Во-первых, сегмент не может быть приписано какое-либо "содержание или значение" в той же мере, в какой оно не может быть приписано отдельно взятым сегментам -ash или -aу. Как уже отмечалось выше * сегментам sp»» ж -ash в указанных словах присуща лишь маркирующая срунктя. которая

Г. J.R.Firth. Speech. London, 1930»

2. О.С*Ахманова, шт. соч., стр.-496. как показывает анализ конкретного материала/ отсутствует у сегмента ~ау. Во-вторых* в приведенных примерах фигурирует не ода, а три начальных маркирующих сегмента - sp- , spl- и spr- /см* гл. I/. Наконец:, в-третьих, наличие подобных сегментов в слове вовсе не обязательно связано с отсутствием сТункпиональнож значимости /"морфолохизащи"/ остальной части словоформы. Во всех приведенных .примерах /кроме spray/ указанные начальные <|уннпнональ~ ные сегменты сочетаются с конечными, которые являются "значащими" в том же |унк тональном плане, что и первые.

Подобного рода ошибки- и неточности характерны для высказываний по рассматриваемо! проблеме, и: они, несомненно, объясняется отсутствием как теоретической базы, так- к эксплицитно!! метода® констатации маркеров, подоэняемой ивтузгшвнши суждение®: ти;на "более жж менее отчетливо ассоциируется некоторое содержание шш значение"» "полная бессмысленность" сегментов а т.п.

Л^Л» Бцряфилд также вычленяет сегменты типа fi~ ^ /flash, flam©/ fl- 2 /flap, fly, flip/; gl~ /glare, glow, gloat/ и некоторые другие, но он не использует термина "фонестема* и: именует их "начальный® и конечными- корнеобразующиш морфема»* /root-forming morphemes/« При этом Бщгмфилд совершенно справедливо замечает, что анализ данного явления "неизбежно будет неточным и: неполным, поскольку фонетическая обЕщость . представляет собой Языкову® фор-щ лишь в том случае, если'она поддержана семантической общностью, а для этой последней у нас нет достаточно точного метла" 2 /под-, черкнут© наш -!.Ш/.

Щ ' ' о

Ближе всех к истине приближается, очевидно, Д. Болиндкер " , который трактует фонестешы как "аффектные морфемы", противопоставляя их "нейтральным" /т.е. обычным суффиксам, и префаксам/. В терминах

1. béBlooiafield* Language* London, 1935* 2* L*Bloomfield* loe* cit*, paragraph 14*9*

3* D.Bólinger. Rime, Assonance and Morpheme Analysis* Word VI,

1950, pp. 117-156* нашей теории это соответстщгет противопоставлению конкретно-экспрессивных маркеров чистым.

Отдельные замечания по рассматриваемой проблеме содержатся в т книге Л. Сдата "Английский язши , где перечисляются некоторые интересующие нас сегмента /-ash, qu- , bl- , fl~ , gz- , ser- , и др./ и слова с ними. Смит фактически признает маркирующею функцию этих сегментов» говоря, например, о группе слов, начинавшихся с qu- /очевидно* с звуков Ckw3 ? - И.К»/ ж выражащих "идею дрожания*1. Fo, с другой стороны, он вслед за многими' другими лингвистами пытается установить прямую связь между качеством отдельных звуков и- денотатом, бездоказательно утверждая, например, что "долгие гласные выражают более медленные дшжешш, чем краткие" шш что "гласные, которые мы произносим путем открывания рта, передают идею более массивных предметов" /!/.

Более или; менее полная инвентаризация конкретно-экспрессивнш: 1\Ц|)керов английского языка содержится только в уже упоминавшейся выше книге Г» Марченда, посвященной типам словообразования в современном английском языке* В отдельной главе этой книги /Chapter VII» Phonetic Symbolism, pp. 313-342/ высказываются некоторые обще соображения до проблеме, после которых следует перечень начальных и конечных сегментов /маркеров/ рассматриваемого типа вместе с примерами содержащих их слов и некоторым., втимологическиш данными. Эти сегменты именуются Г. Марчендом "символам:" или иркф-мами".

Работа Г. Марченда, в иелом, и рассматриваемая ее глава, в частности , имеют скорее. справочно-лексикогра|жческиж, чем научный характер /что, конечно, не умаляет ее несомненной давности и оригинальности/. Так , в этой работе отсутствует классифпнания маркеров и содержащих их слов по каким-жбо признакам, не описаны их спе

1# L*Smith. The English Language. London, 1938, pp. 99-108. пифические свойства и структурные типы. Для ряда маркеров вообще отсутствует' какое-либо описание. Само выявление: приведенных ГЛарн-чендом единаи производилось им чисто интрхтивно без вршенешя какой-либо щеплипитной /лингвистической ила нситожнгвистичесшй/ методаки.

Теоретическая конпешжя Г. Марченда не содержит яетх-жба ноЩ вЫх положений но сравнению с высказывавшимися ранее и цитированными выше. Характерны произвольные утверждения о наличии пршой свезет между артикуляшоннаш ила акустическими качествами; звука ш денотатом, например, "начальный звук ГрТ в слове peep подражает движениям* которые делают маленькие птицы, когда они открывают свой- клюв для щзоизводства крика" или "начальные Ш , ГрЗ вырат жают презрение и неодобрение" и т.п.

С другой стороныг Марченд справедливо констатирует наличие вдао* сов слов- /word families/ г которые характеризуются обними иачаль-семаш' и общими значениями, напр:., iswl характеризует группу слов, обозначающих качание, IkrJ встречается в группе слов * .обозначающих неприятные звуки и т.д. Но и здесь Марченд обнаруживает непоследовательность и* констатируя наличие маркера /в нашей терминологии/ Еаз gl/-ang * в то же время произвольно приписывает его фонемным компонентам самостоятельные "значения": так, в его интерпретации в слове bang rbaegJ звук Сав 3 якобы передает звук, ироязводишй захлопнутой дверью, звук irp ими тирует вибрацию воздуха, а звук П>1 выражает притупленность взрывного звука Суждения такого рода остаются, разумеется» никак не артументированныш и восходят к обшей концепции о пршой связи, звука и значения, сфоро вотированной еще Я.Грошом и встречавшейся у античных филосог^в ' »

1. H» Marchand , там ке.

2. H. Marchand , там же.

3. Так, Я.Гримм писал: "Каждый звук обладает естественным содержанием, которое обусловливается производя»® его органами и проявляется в речи"; см. В.А.Звегкнтав. Очерки по обшещу языкознанию. M., 1963» стр. .33, а также cd. Античные теории языка и стиля. I.,- Г936, стр. 44-72.

Следует также отметить» что Г.Марченд не проводят четкого разграничения между струнтурно-семантичесни!®. ж дери вапи онно-этимоло-гйчесшзж аспектами слова, отдавая явное предпочтение последним.

Отдельные классы слов английского языка с маркерам £1- , аг- , зп- , Ъг- , з1- , с1— и другими упоминаются в цитированной выше сертанионной работе Е»А.Гурджиевой "Элементарный звуковой символизм" /Й.» Г973/. В рамках этой работы» имеющей сошсташтельно-статистичесшйж характер /в ней сопоставляются аналогичные слова в 6 языках/, не наши; места ш полный перечень классов слов рассматриваемого типа» ни ш семштико-фунншональная класшфгаащя» ни описание их сжешЗичестах свойств. Вслед за мнотшг дружш авторами Е.А.ТУртжнева стремится установить непосредственную связь сегментов слов с некими значениями» приписывая, например» сегменту -Т£13 общее значение "жидкий", сегменту ИгЗ -общее значение ■просачиваться до' нашши* и т.п.

Характерно» что в недавнем исследовании Н.Е.Стройковой, Историческое развитие лексйко-севяантжческой группы глаголов со значением "свечения" в английском языке" /канд. даос.',. 1.» 1973 г./ в пределах рассматриваемого семантического поля наряду с глаголаш light«» shine ж другими упошнаются глаголы glow, glimmer, glare , glisten , образующие уже фошально-семантический: класс глаголов с начальным маркером Egll/gl- * но этот факт не только не подвергается спе шальному анализуно ж вообше игнорируется автор« исследования. Между тем существование этого маркера было отмечен© е^е Г.Марчендом ^ .

Кандидатская диссертация С. В. Ворони на "Английские ономатопы /типы и строение/", Л.» 1969 г.» представляет собой наиболее детальное исследование одного из аспектов рассматриваемой проблемы. С .В.Воронин стремятся установить, коррелят® между акустическиш ж

I. H.Marchand, loc. cit., p. 327* артжиулягорныш параметрами так называемых "ономатодов", с одной стороны, и общим характером ш семантики,, с другой. Глубокий анализ акустико-артикуляторных свойств начальных и конечных «рщ-ющах сегментов /имещуемых автором "анлаутами" и "щушшуташ" /позволил С.ВшВорониъу сделать рад тонких наблюдений и установить ом-уделенные закономерности. Однако, многое в работе 0.В»Воронина вызывает недоумение и возражений.

Прежде всего, несмотра на обширное теоретическое введение, в диссертации остается недостаточно уточненным самый объект иссле-дованиж. Из примечания /!/ к стр. I диссертации мы узнаем, что под "ономатопов!" автор понимает звукоподражательное слово шю зщуко— изображение или. /по словам автора/ "слова, звукоподражательные по своему происхождению". Далее выясняется, что автор порицает "имеющее место в большинстве работ недисвримшированное рассмотрение явлений звукового символизма и ономатопеи: и игнорирование различий йЙЬсду звукоизобразительноетыо вообще и звукоподражанием, что мешает углубленному изучению ономатопеи" /там: же, стр. 10/. При обсуж4*-денид работ Г.Марченда С.В»Воронш обвиняет последнего в "неди®-криминированном рассмотрении собственно ономатопеи /звукоподражаний/ и звукового символизма вообще", причем в качестве примера приводятся осуждаемые Г.Иарчендом слова с начальным сегментом rswl , обозначающие качание и: размахивание. На стр. 50 диссертации ажор утверждает, что предает исследования "строго делимитирован ономатопеей" и что "случаи звукового символизма не подлежат расшотре

Однако, в полном противоречии с высказанной во "Введении" концепцией автор на протяжении всей диссертации рассматривает именно те классы слов, которые к валики шруются исследователя® как явления звукового символизма; а не собственно звукоподражания, т.е. не те одиночные и не образующие структурных классов лексические елиниш, которые всем своим фонемным составом предназначены- дам им-' тащи не-языкового зцука /типа "хлоп", "кукареку", "cuckoo", "cock-a-doodXe-do^; Mtoo»whIt" и т.п./, а классы слов, содержащих: сегменты,* коррелирующие с семами конкретно-качественных явлений /в том числе" и звуков живой и неживой' природы/, 1три этом С.В.Воронин /шдаай» незаметно для себя/ включает в сферу рассмотрения слова, обозначающие не только зьрш, но и движения /сопровождаемые иле не сопровождаемые зонами/. Так, напр., на стр. 224 мы находи слова tread,/ trod; на стр. 225 - break, burst; на стр. 226 - rip, prick, prod, prog; на стр» 22? - yerk, jerk, quirk; на стр» 306' - dash; на стр* 347 - tramp, stramp; на стр» 353 - crash, crush; на стр. 456 - jot, gut, gob, jerk; на стр. 459 ~$queeae, squash, squirt /мы приводам mm выборочные примеры/, которые воойце не авлшотсл обозначения«: каких-либо звуков, i.e. не та семантике, ни по форме не вютут быть названы ономатопами» Характерно, что в в незнаниях классов слов в дасерташа йюур|руют в раде случаев не типы звуков, а разновидности движений-к действа!, напр., "разламывавши t резкий ударв /стр. 224/, "резкое движение" /стр. 227/, "битье я рубка" /стр. 324/ и многие другие. Интересно, что в классификации С .В. Борони на фигурирует та самая группа с "анлаутом" iswl /даются цримеры swack - размахивать мячом, swat - ©делать стремительное движение, switch - махать, размахивать, swap - рубить мячок, swip - хлестать, swabble - бить длинной жбной палкой » стр. 320-32Г/, за рассмотрение которой автор порицает Г.Марченда, к^орый якобы не разграничивает явлений ономатопеи и звукового символизма. Отметим, что среди, примеров С.В.Воронина фигурируют и. чистые ономатопы типа "pom-pom", "miaow" и другие.

С.В.Воронин сознательно отказывается от установления, коррелжш между фонемными, сегмента® конкретно-экспрессивных слов ж их харан-теркотическизш семада, т.е. от собственно-лингвистического аспекта исследования, составляющего предмет нашей работы, ж; порицает А.Фре-лиха и Г.Марченда за их попытки выявить такого рода корреляции /стр. 36-3?/.

С другой стороны, при констатации соответствий между типаж звуков и артикуляций и денотатами С.В.Воронин не использует нашх-лилингвистических или психолингвиста ческ их процедур, и- его выводы страдают произвольностью, напоминая в этом отношении попытки ранних лингвистов непосредственно приписывать "значения11 отдельным з^кам и типам- звуков. Не представляется убедительной, и: попытка представить весь состав конкретно-экспрессивных слов в виде формулы типа I COUS (+SON Lat*/Lab*)+3 TOG -Ь/H.S/f (+ pn>s Dent (ЬаЪ/Gut /см. стр. 218 диссертации/. Автор повторяет ошибки щюдествушш: исследователей, бездоказательно утверждая, что "каждая фонема оно-матопа /мы уже знаем, что под "ономатопаш" C.B.Воронин понимает в основном конкретно-экспрессивные слова с маркерами - К.К./ выполет ту или; иную изобразительную функцию и обладает вполне определенным значением" /подчеркнуто нами .-Е.Е,., см. стр, 541/. ^ля работы С.В.Воронина характерны суждения типа "такая артикуляция процесса напоминает артикуляпшо латерального из: , отсюда ж участие этой фонемы в звукоизобрзЕенши энергичного втягивания ртом жидкости" /стр» 436/ ж т.п.

Естественным следствием отказа от дингшстической. трактовки явления /автор упрекает Г.Марченда за то, что у последнего "нет выхода в акстралингвас-тику", стр» 37/ явилось отсутствие- удовлетворщ-т^рной класедфикашя рассматриваемых слов. В один и: тот же класс включаются слова с разными, маркерами, а иногда ж тоёт совершенно различные по фонемновд- составу /напр., на стр» 324 в ода класс объединяются слова hit ж sock , на стр. 34Г - слова bump, pink и whit , на стр. 34? - слова tramp з crick ж т.д./. По сути . дела С»В*Воронин отказывается от структурного анализа слов, вычленения в них "Фонестем" жж "маркеров" ш рассматривает ш лишь как пельщрэ цепочку фонем определенных акустических шт артикуляционных типов, произвольно увязываемых автором с денотатами» Надо отметать, что в работе С*В.Воронина представлены /хотя бы стихийно и хаотично/ далеко не вое качественно-экспрессивные маркеры соврем менного английского языка и слова с ниш /возможно, что автор и не удавался такой пелыо/*

Отметим, что терминологические- новшества автора, как в пределах лингвистики, так ж вне ее, делают его формулировки в ряде слу~-чаев мало вразумительными, ср.* напр., следующую штату: вЧжсто шумовые "послеударныеи инстанты-нонтинуанты обозначают чисто щгмо-во! "послеударный11 удар-неудар, т„е. удар с последующим чисто щу-мовым неударом" /стр. 305/. К сожалению, форшулировкв подобного рода не являются единичным.

В целом необходимо отметить , что работа С »В»Воронина, хотя я соприкасается косвенным образом с темой нашего исследования, но отне заполняет того пробела, который существует в данной сфере лингвистической проблематики.

Изучение литературы по звукоподражанию /ономатопеи/ ж звуковому символизму позволяет сформулировать следующие исходные положения.

Звукоподражательные слова /собственно-ономатопы/ долены быть выделены, наряду с междометиями /но отдельно от них/, в особш! класс слов, не входяпий в систему основных частей речи,, 0номатош характеризуются отсутствием внутренней структура и имеют природу сериальных метафор; /уподобление неречевого звука или звуков речевым/ * . В качестве денотатов ономатопов выступают зврш, производимые животными, неодушевленными предметами и не-речевые звуки, производимые людьми. Условный характер метафорической связи между не-речевым и речевым звуками, а такяе специфика системы -фонем раз—

Г. Мысль о метафорическом характере звукоподражаний была высказана еще В»Дундтом-, ных языков предопределяют, о, одной стороны-» натоналъно-языковое своеобразие ономатопов» а с другой - возможность их сходства в разных языках /ср. англ» cuckoo и русел» "ну-ву", англ. ha-ha ш русск. мха-ха" и "хи~хи% англ* miaow а русск* V'» англ. cock-a-doodle-doo и руссщ* ''кукареку % но англ. соо и русск. м,1уль~ 1ульм и т.и*/. Число ономатопов в языках весьма невелико» а частот^ вВсть ш употребления в речи: невысока. Как указывалось выше, звукоподражательные, слова /ономатоны/ не явлжзтся объектом данного исследования»

Явление так называемого "векового символизма® не подучило до сего времен® ни; адекватной трактовки, ни. даже удовлетворительного определения* Чаще всего под "звуковым символизмом0 понимают наличие групп /классов/ конкретно-качественных слов с обща* сегментами» обозначающих не-речевые звуки, каузирующие- их движения ж даше явственно-наблюдаемые физические явления» наделенные определенными зцрствами» Для трактовки: юзвукового символизма" типичной является попытка прямого приписывания значений /смыслов/ сегментам слов /фонемам и цепочкам фонем/ ш даже отдельно взятым фонемам и тинам фонем» примем; эта корреляции постулируются как дж. отдельных звуков» так и для пелых груш1 и семейств языков.

Утверждения такого рода по сути дела являются модификацией теории о "естественной связи между звуком и: смыслом", которая ffloái лежит в основе всех языков вдра» Эта нонвеппия, высказывавшаяся еще аншчныш философам* * » была в дальнейшем отвергнута лшгш-стик ой как' опровергаемая всей сумме! наблюдаемых фактов языка. Что кИсается традиционных трактовок "звукового символизма", тс ош всегда имела субъективный характер» не подучили энсдершантаиьно-го подтверждения и в ряде случаев прямо противоречат друг другу.

I-íe предрешая окончательного решения вопроса о "звуковом символизме" /для чего потребуется массовое исихолангшстическое зкспе

I. См. ссылку на'"Кратон" Платона в книге 0.Есперсена Language, its Nature, Development and Origin. London, 194-9» P* 396» 30 — риментироваше о применением; достаточно надежно! методики/, нам представляется возможным указать на два источника ошибочных суждений подобного рода.

Во-первых, синхронные структурно-семантические характеристики слов и их сегментов традиционно смешиваются с деривационно-этимологическими фактами . Такое смешение-имеет разнообразные проявления» но в данном случае оно порождает высказывания о синхронной значимости определенных сегментов слов» базирующееся на факте их первоначальной мотивации /образности/ в акте образования первых слов данного типа /что, впрочем, должно быть доказано для каждого конкретного случая/.

Во-вторых, любому слову присущ определенный "звуковой ошволизш", который выражается в том, что с определенной' пеночкой фоне® или , точнее говоря, с образом этой непочки ассоциативно ©вязываетея он/ / 414* ре деленная единила мышления /значение слова/. При атом все аспекты учения /слова/, включая и; разнообразные коннотации» в общем случае закрепляются за всем фонемным /и графешым/ составом слова» при явном преобладании семантического аспекта над формальным. Проилж-стржруем эту мысль примера«, из русского языка. Произнося жлв услышав слово "милый", мы постоянно вызываем в мозгу все воложйФель-ные семантические аспекты этого слова. Прочная ассоциация между Ззошой и значением слова приводит к тому, что у нас возникает представление о семантической модально-эмотивной окрашенности; всех его сегментов. Нам кажется» что и гласный "и", и согласный "л" г и все сочетания зщуков вмпли и даже (Алексия юыйи как бы пропитаны эмот-ями* содержащимися в его значении /вспомним строку В.Маяковского -"щемящее слово "милый"/.- Иначе говоря, мы легко обнаружим во всех сегментах слова некий "звуковой символизм". Но попробуем заменить одну лишь фонему Мми на "х", подучив слово "хилый", и весь "звуковой символизм*" тех же звуков окажется диаметрально противоположным. То же произойдет при замене корневого гласного "и" на *ыи с изменением окончания /получатся прозаическое "шло"/. Становится ясным, что ни один сегмент слова /и в том числе пресловутый, гласный "и"/ не несет сам по себе никакого символического значения * может в какой-то мере отобразить в себе значение конкретного цельного слова. Змотивьые и конкретно-образные коннотации значения слова особенно легко создают иллюзию их привязанности к: его звуковым компонентам. В слове "злодей* все звуки и их сочетания кажутся н несущиш пейоративную вонноташзо, тогда как в действительности эта ■ последняя не имеет никакой корреляции ни с акустический®:, ни с артикуляционными параметрами данных звуков* Преобладание значения слова над его формой выступает в таких словах особенно резко.

Несколько более сложное психологическое явление имеет место при попытках коррелировать "смыслы" с повторяшмася сегмента» слов* имеющих сходные значения. Прежде всего следует еше раз подчеркнуть отсутствие какой-либо однозначной причинно-следственной связи меж-д^форгой сегмента и приписываемым ещу "смыслом". Это проявляется, во-первых, в том, что одному и тощ же сегменту в разных семантических группах слов одного языка могут быть приписаны разные "значения" /в действительности - маркирующие ^ункши, см» гл. I/, во-вторых, в том, что сегмент, которому в одном слове /группе слов/ щипйсываетая "значение", в других словах оказывается полностью лишенным' его и, наконец, тем, что одни и те же денотаты /физические явленид/ в разных языках ммут "обозначаться" совершенно различные сегмента«, ила что сегмент, имеющий мзначение" в одном ^ыке, оказывается лишенным его в датой /напр., в числе многих других английский сегмент не находит никакого коррелята в русском языке/.

Психологический механизм приписывания значений се тентам слов сводится, очевидно, к явлению косвенной /двойной/ ассоциации: отдельно взятый сегмент может ассоциативно /в сшу формальной ассотатя/ связываться /а также и не связываться с группой слов» содержащих этот сегмент, а данная группа может характеризоваться общей семой» Это в особенности типично для начальных подафонемннг сегментов, содержащих пеночки согласных з^ков» Напр., отдельно произносимый сегмент iskrl/scr- может напоминать носителю анг^ лииского языка о словах scream, screech или scratch, scrape An scrawl, scribe - ж через эти слова вызывать у него кшуш-Лй-бо из трех возможных ассоциации /резкий з:щрг, действие царапания или. действие писания/, тогда как для слов screen,, screw и др. ■все эти ассоциации окажутся совершенно неуместные* Напомним, что дериванионно-атимологические характеристика данных слов, ш первоначальная мотивация для санхронного структурно-семантического анализа не релевантны /тем более, что эти данные далеко не всегда удается установить/.

Косвенным доказательством отсутствие прямой свази между формой зе^кретво-экспрессивного маркера и его (¡унктией могут- служить многочисленные случаи диахронных изменений формы маркеров при; сохранении их Зуккщй. Так, явления сужения и дифтонгизации долгих гласных, изменение артикуляция к звучания кратких гласных, вокалкзащя согласного Irl ж связанные с этим процессом образование новых долгах гласных ж дифтонгов, выпадение некоторых согласных и. другие фонетические изменения английского языка никак- не сказывались на Функции маркеров, в составе которых эти: изменения наблюдались» В качестве примера можно привести класс глаголов с таксонной семой производить шфирувдвгй зврг" и конечным маркером Ie:I/-irr , *

-агг , содержащий слова chirr, birr, whirr, burr, churr, parr ж другие. МОжно представить» что до ХУТГ века в этаж словах звучал раскатистый. Сгг] , следовавший за краткими гласныю i и и , существовала некая формальная метафорическая связь межтту качеством фонемных ж не-фонешых /отображаемых/ звуков. Но после вокала запш согласного ж его слияние с предшествующим'гласным в. долгий Сэ: J футтт маркера нисколько не изменилась, несмотря на полное исчезновевие метафоры»

Интересное явление мграфемногои маркера иллюстрирует, начальный сегмент Irl/wr- , маркирующий глаголы двух классов: а/ производить скручивающее силовое воздействие / wrench, wrest, wring , writhe и др./и б/ совершать "извивающееся движение / wriggle, wry, wrestle, writhe и др./. Здесь следует отметить обязательное нащ-в составе маркера графемы w , которая давно уже не коррелирует с какой-либо фонемой» Что же касается маркера irl/r~ , но фонемному состаду ничем не отличающегося, от данного, то он не соотносится ни с одним глаголом, содержащим указанные выше семы.

В данном исследовании ш отказываемся от пшхолиигщстическсй трактовки исследуемых явлений /требующих специальных тесовых экспериментов с носителями языка/ ш не будем использовать самый, термин "звуковой символизм*. В рашах лингвистики проблема сводится к установлению корреляции между Формальными титшш слов ж одрея®--дуными типаж их значений для данного конкретного языка /английского/ в его современном синхронном состоянии с помощью внутрк лингжстическо! методики, которая исключала бы произвольные суждения разного рода. Мы полагаем, что лингвист не вправе полагаться, лишь на "интроспеввдю" /ср. высказывания типа "Может быть, это моя фантазия /it may be fancy, "bat ."/ , но я думаю, что слшзу тот же звук в латинском слове plumbum * которое, как я полагав /подчеркнуто всюду наш - И .К./, в начале означало не металл, а сшнповое грузило, которое опускала или бросали, в воду и- которое было названо по звуку, который оно производило"/ ^ и т.п. Мы не видам основании для категориального разграничения коикрет-но-экспрессивных формально-семантических классов слов, обозначающих зщки:, от аналогичных классов слов, обозначающих другие физические явления. Как те,- так и другие не характеризуются притошо

Г. O.Jespersen. Language, its Nature, Development and Origin. London, 1949, P« 315* В связи с этим высказыванием можно отметить» что и к до-re вропе й ский корень пл- или. плн- не имеет ничего общего с "бросанием в воду". 34 — следственной зависимостью между формой ж значением, но во всех случаях /для данного синхронного языка/ наличие конкретно-экс-нрессивных маркеров может быть доказано с помощью внутри-лингва-стических процедур. Спешрка слов данного типа заключается в том, что их денотаты могут быть представлены конкретно-чувственныад образами в моз1у кощушкантов. *

РАЗДЕЛ 4* ШК , СТРУКТУРА И' ИСТОЧНИКИ' ИСвЛГОВЛЕИН.

Настоящая работа преследует следующие шли:

I* Установить место слов и, в частности, глаголов с конкретнс-экспрессивныш маркера«; в системе лексики современного английского языка, отграничить это явление от смежного явлешш звукоподражания /ономатопеи/ и обсудить проблещу так называемого "звукового символизма".

2. Выжшть с помощью интра-лингвистичесной дефинипионнои мето-дри существующие в современном английском языке конкретно-экспрессивные маркеры и установить их ^ункша.

3. Установить таксономическую семантическу® жшошфташю глаголов с конкретно-эк спрессивныш маркерами; и функшоналюуя к лас-сифзка^шо самих маркеров. I

4» Описать функциональные свойства глагольных" маркеров /модулирующие маркеры, формальные варианты маркеров, пола$5Гнкпаональ-ность маркеров и ее виды, синфункпи ональкость маркеров и ее виды/. о. Описать структурные типы глаголов с конкретно-экагрессивными марк ерш®:, *

В качестве методики выявления образных маркеров и описания структура слов с ними используется: дефанипионно-ассошативная теория/см, гл. X/*

В' соответствии с изложенными; пела® работа имеет следувцут структуру. 35 —

Во Вводной главе определяется объект исследования, вводится основная терминология, обосновывается актуальность ж практическая полезность исследования, обсуждается проблематика, связанная с темой исследования, дается критический обзор литератур! по теме; ж го смежным проблемам, формируются основные теоретические положения диссертации.

Заключение диссертации по теме «Другие cпециальности», Королев, Иван Тимофеевич

ВЫВОДЫ К ГЛАВЕ ГГ.

Анализ к ласетфшк анионного материала/при веденного в Главе Г* ^позволил получить рад данных, касающихся свойств конкретно-вкс-шрессивных маркеров и. глаголов с ними»

В аспекте Формальных свойств рассматриваемые маркеры /как к все другие типы маркеров/ четко делятся на две примерно ©дсгаа-ковые по количественно^ составу группы начальных и конечных маркеров. Каждая из этих гру™ обнаруживает свою спеш&ку. Начальные маркеры состоят из согласных /или полугласных/ Фонем, причем в их составе преобладают дц^хфонемные /26/ ж. однофонем-ные /Г8/ маркеры. Все конечные маркеры начинаются с гласного звука, который:, как- правило, варжантен ж в раде случаев, видимо, выполняет роль соединительного элемента. Однако, в друшх случаям начальный, гласный, конечного маркера явно несет даркиру-ющую функшю /в составе конечного маркера/, а иногда конотдауи-рует /вместе с следующая за ним согласным/ отдельный маркер. Для. конечных маркеров характерны конечные сегменты [l]/~le ш /в веньшей мере/ [в]/-ег , которые иногда привносят итеративную или диминутивную сещу, а в других случае просто являются констгунррзщиш элементами: конечного маркера. Для конечных маркеров характерна вариантность, т.е. наличие разных начальных гласных, не влияющих на функшю маркера.

Корреляция между фонемным и графемным составами маркеров не всегда является, однозначной., Своеобразное явление иредставдж? собой "графемные" маркеры [h]/wh~ , [r]/wr- , [а:]/-irr, -urr, функции которых носят на себе явный отпечаток- их первоначальных фонемных коррелятов и существенно отличаются от "овюфоишвг" маркеров [ь]/ь- ш [г]/г- •

В аспекте (йтопиональных свойств дат конкретн о-эксцресси вных маркеров /как и для "чистых* / характерна как- полифуштаиональ-ность /выполнение разных маркирующих функшАг одним и; тем же сегментом/,. так и сиифунк шоналъность /выполнение одной и той же ^маркирующей функции разннш сегмента»/«

В качестве количественной меры по жфунктаовальности был установлен "коэффициент п©лнфункпи©нальностив', равный: среднещу числу ^ункшй: на один маркер. Для начальных маркеров этот коэффициент оказался равным 2,6 , а для конечных маркеров - Г,6. Средний коэфргаегент политик пиональности для всех конкретно-экспрессивных маркеров равен 2,0. Иначе говоря, каждый маркер в среднем коррелирует с дьумя танеоннышг семам».

Максимальное число функпий у начального маркера составило в г у конечного - 5. Ф По степени расхождения функпий полифункпиовальность делится на межразрщшую /принадлежность (§ункшж маркирующего сегмента К' разным таксономическим разрядам, см. Главу I/* мезщщшсцув и мзжнлассояую. Наиболее характерна межразрядная пожйущт®®-нальность /т.е. самая ''сильная"/, реже всего встречается межклассовая /наиболее "слабая"/. йнЩункпиональность конкретно-экспрессивных маркеров также делится на три: степени: а/ корреляция: разных по форе маркеров /формальные варианты маркера засжгаваются как один маркер/ с фодной и' той же супертаксонной /разрядной/ семой, б/ корреляшя разных маркирующих сегментов с одной: и той: же групповой семой и в/ корреляшя разных маркеров с одно® и той же тшсоннои семой, Первые два случая интерпретируются как- формально-семантические поля, и: лишь трети® может рассматриваться как- собетвен-но-синфункпиональность. В синфункпиональные группы могут входкть ш начальные, так и: конечные маркеры. Всего выявляется свыше 25 груш синфу вкхжонаньных маркеров.

Си нфункшгональноеть маркеров в отдельных случаях манифестируется на знаковом уровне как сдагонишя слов, но такие случаи не являются типичными. теристшш глаголов с конкретно-экспрессивнымн маркераш. Это описание проводится в рамках ассоциативной теории структура слова, согласно которой в слове могут присутствовать два шда сегментов: а/ смысловой компонент /компоненты/, б/ маркирующий компонент /компоненты/ иг кроме того, сегмент, «пенны! ассоциативных дувкш! /остаток/.

Для к онк ретно-эк спрессивнщ: /к длж повяншных/ маркеров /в отдачи© от *чиотщ:м/ характерно отсутствие в структур© содержащего их слова смысловых компонентов» обеспечивающих: конкрет-^ную ассоциацию слова с друшш: членами словаря /тина сегмента work- в слове worker , обеспечивающего аосошашто существительного worker с глаголом work Д

Наиболее распространенным структурным типом глаголов с конкретно-экспрессивными: маркераш явлавтся двгхмаркедаая структура, в которой сосуществуют ттва конкретно-экспрессивных маркера. Исследование показало, что наиболее типичны® являются структуры, в которых два конституиррэщих маркера /начальный ж конечный/ коррелируют с одной и той же или с двумя близкими: цтак сонными сшамвг, т.е. принадлежат к одной и той же классифг-канионной группе. Несколько реже встречаются глаголы, конструируемы© маркерами, относящимся к разным классификашонным группам. W-, наконец, примеры глаголов, в состав которых входят маркеры, коррелирующие с разныш супертакоонными /разрядными/ семами:, единичны.

Среда исследуемых слов встречаются также глаголы со структурным типом, в котором маркер соседствует с остатком, занимающим либо конечное, либо начальное положение. Ери этом последнее встречается реже, видимо, в связи с тем, что информативная нагрузка слова обычно сосредоточена на его начальник 9 сегментах» 3 А К I E 4 E F И7 В .

Данная дкссертатш даевдаена проблеме, которая согласно свидетельству рада лингвистов до сих пор не подверглась, детальноШ му изучению ни для: одного языка. Р&чъ идет о словах особого рода /соетавлягащг значительный нроиеж в словарном составе языков/, денотат»; которых служат конкретные явления /звуки, движения, физические действия, физические состояния/, непосредственно воспринимаемые органами: -чувств человека /прежде всего , слухом и зревжещ/. Лингвистическая спешфина этих слов состоит в том, что они груишруютея в формально-семантические классы, каждый: из которых характеризуется одной: /или несколышш/ семами ввдепереаделешш: типов и, кроме того, общим начальншг шш ^конечным сепиввтовг /марверок/.

Для жнгвистических работ, где в .то! пли иной степени затрагивалась данная -проблема, характерны несколько моментов. Во-первых, ни в одной щ них не проведено детальное жзученве данного явления ни для одного языка, а также' не выявлена сама номенклатура, (Зункшв и: свойства маркеров указанных слов. Во-вторых, не была разработана адекватная интралингЕйСтичеекай методика описания данного явления. В-третьих, изучаемые слова /названные наш, как и соответствршге маркеры, конкретно-экснрес-^ сивнбш/ неправомерно отождествлялись с соботвенно-ономатопши /звукоподражательные- словами/, число которых в любом языке невелико ж которые не образуют четких формально-семантических к лассов. В-четвертых, си вхронный с трук турно-семантщческйй аспект проблею постоянно смешивался с дервапионно-этизшлозшче-ским. В, наконеп, в-пятых, обще! тенденцией- большинства исследователей /типичной и для многих работ в области структуры елова/ было стремление приписать, значения еешентам /и, в частно-©тжг маркеращ/ слов» тогда как их сегменты обладают лишь о игре- 4 деленной кощрикативной Штякшей,, сводящейся к установлению не только семантических» но и формальных связей между членаш словарных групп. щ В качестве основной методики исследования в нашей работе применялся дефинишонннй анализ. Выявление общих членов /индикаторов/ синтагматических дефиниций, исследуемых слов или сведение членов дефйнишй к словавмшдикаторам с помощь» оиерашй вторичного дефишровшия и использование синонимических словарей позволило установить наличие конкретно-эксиреоенвнщ: маркеров, выявить их номенклатуру ж разнообразные свойства.

Цела и содержание работы имели- шсто синхронный характер, ж деривашонно-этимологический аспект в ней не рассматривался. Главные итоги' исследования-сводятся к- слелуюшему. Г. Среди глаголов современного английского языка с помощью объективной жнтралшгт.ете<ж©й методики удается выявить значительное число, обширное поле конкретно-экспреееивных глаголов с начальный« ж/жт конечными сегментные маркеращ:. Общее ■тесло глагольных конкретно-экспрессивных маркеров составляет около ЮО, причем доля начальных и конечных маркеров примерно одинакова. В диссертации не преследовалась пель рецрезенвдгро-вать весь корпус глаголов данного типа.

2. Семантическая и форюально-семантическая классификация % конкретно-экспрессивных глаголов /которая одновременно является функциональной класщфикашеи их маркеров/ имеет иераряг?е-©кий характер и содержит три уровня: а/ уровень разрядов, где выделяются глаголы с четырьмя супертакс онными семами: I - "производить или каузировать звук", П - "совершать движения, не сопровождаемые или сопровождаемые звуком", ГП - "совершать ш каузировать физические действия, не сопровождаемые или сопровождаемые зьукши" и И - "находиться в каком-либо физическом состоянии или визировать его". б/ уровень групп, характеризуемых групповыиг семами. При этом, в пределах Разряда Г обнаруживается 8 групп, в пределах Разряда И - 7 групп, в пределах Разряда ГГТ - 6 груш и в * пределах Разряда Л - 4 грутн- Каждая их этих групп объединяет конкретно-экспрессивные глаголы, выражающие- звуки, движения, действия или состояния, наделенные ощзеделенншаи общиш качественными характеристиками. в/ уровень Нормально-семантических классов, характеризуемых так сонными семами, наиболее детально описывающими указанные качественные характерстиж и коррелируемые с отдельные маркерами-. Общее число классов составляет ГШ, причем на Разрдд Г /звуки/ приходится 58 классов, на Разряд И /движения/ - 61 класс, ^на Разряд ГГТ /дейстшя/ - 59 классов и на Разрад Г/ /состояния/ - Г? классов.

Для некоторых глаголов характерно совмещение дьуж супертак-еонных сем - семы движения и семы звука или сев® действия и сеян звука. Помимо выявленных денотативных сем для значительной части конкретно-экспрессивнш: глаголов констатируется наличие конно-тативных сек, среди- которш: преобладает пейоративная /неприятные звуки, неловкие или рывкообразвые движения, ударные, раз-^ ругательные или другие негативные, в том числе ошибочные действия* неприятные состояний- Однако, в составе выделенного г корпуса глаголов вдается довольно значительное количество еда-ншг и классов, ттешш пейоративной кошоташи, и небольшое число классов с мелиоративным оттенком значения.

Относительно часто встречается: сена итеративности /фреквен-тативности/, которая иногда непосредственно маркируется в еловах конечными' сегментами [l]/-le и f«]/-er. Эти сегменты, однако» в большинстве случаев выступают не самостоятельно, а в составе более крупных конечных маркеров.

Я. Конкретно-эк«агрессивные маркеры обладают рядом сиешфи-ческих свойств, которые в то! ш иной степени отличают их от ^"чистых" матжеров /типа -riess, dis- и т.п./.

Для начальных маркеров характерно их конструирование согласными или группами согласных /до трех/. Наиболее часто встреча-, готея начальные маркеры, состояли© из даух согласных фоне® /26 маркеров из 48/, причем 13 маркеров содержат начальный согласный сибилянт [s] /в это число входят одно- , двух- и трех-фонемные маркеры/.

Дл^ конечных маркеров характерно наличие в их начально® позиции гласного звука /обычно краткого/, за которым следует согласный: или группа согласных. Типично явление вариантности это— ^ го начального гласного звука, которое, как правило, не сопряжен© с различием в таксонных семах маркирующих слов. Такая вариантность не характерна для конечных маркеров, начинающихся с долгих гласных и дифтонгов.

Для. некоторых маркеров наблюдается неоднозначная корреляция между их фонемным и графемным составами, причем в трех случаях именно графемная фор® маркера оказывается доминирующей, /маркеры [r]/wr- , [w]/wh- И [4/kn- /.

Для конкретно-экспрессивншг маркеров еще в больше! едеяе~ ^ни, чем для "чистых", характерны явления нолифункщональноетв и; син^унк тональности.

Средни® коэффишент нолифу нкщональности для рассматриваемых маркеров составил 2,0 , причем для начальных маркеров он больше, чем для конечных /соответствующие шфры составляют 2,6 и Г,6/. Максимальное число функзжй маркера - 6* полиф/нкш:ональных маркеров в большинстве' случаев резко различаются /преобладает межразрядная голи^нкшснажь-ность/, что само по себе является: убедительным опровержением распространенной гипотезы о прямой связи форзш маркера с его и значением" и, тем более, об ономатопеическом характере рас-.^сматриваемых маркеров и слов, большинство из которых вообще не коррелирует .©.сектой, звука.

ШнЗунктональность маркеров - явление, типичное ж для "чистых" маркеров, но, вероятно, в большей степени характерное для маркеров рассматриваемого тяжа. Больную часть маркеров удается объединить в син^гнкшональные группы общим числом 23. Синфунк-Ш'ональность проходит, как правило, в пределах таксономических групп и иногда манифестируется на уровне знаков как синоншия 4 сжв. Абсолютные синонимы наблюдаются, в частности» вследствие вариантности "соединительного гласногон /начального гласного Оконечного маркера/, см. примеры тина blether - blather, thresh-thrash, prabble - pribble, slabber - slobber , но, с, другой стороны, слова, различающиеся только срединной гласной, далеко же всегда еетонивдчнн.

4» Особый интерес представляют структурные свойства конкретно-экспрессивных глаголов с еешентиши маркерами'. Здесь преобладает пдду хмаркернаа" структура, совершенно нереализуемая для "чистых" маркеров и вполне обычная для wтошшшшx,, маркеров /ср. слова типа telegraph, microscope и т.н.»/. ф Исследование показало, что в большинстве случаев маркерн , конституирушще слово, ли:б'о сив^нкшоналкн, либо близки к ежн^ункщшалышм, причем в первом случае маркеры как бы "усиливают" друг друга, придавая слову максимальную экспрессивность ер. слова тина sneer, wriggle, twirl, slap, grasp и т.д./, либо пдонолнж)тя друг друга, сочетая в слове разные ©ттетш ср. grumble, click, whirl, crunch и т.н./., ет отметить, wo вследствие конкретно-физической природы денотатов рассматри-ваеых слов ш ввутреннее членение, вероятно, ощущается ноеителявг языка слабее, че» для слов с "чистнш® маркерами. Впрочем, этот вопрос может битв выяснен только посредством массового психолингжстического эксперимента,

Ш полагаем, что. результаты данного исследования мохут найти непосредственное приложение не только при построении адекватного описания словарного состава английского и других языков /где аналогичные явления, несомненно, ишют место/, но и в практике обучения шглийскещу языку и: в особенности разговор ^ ной речи*

Ц ДМ

BIBI1© T?A f MS

1. The Oxford English Dictionary in 13 volumes with the

Supplement, ed. by J.Murray, H. Bradley , W•Graigie, 0»Onions, 1961, (OED)•

2. The Shorter Oxford English Dictionary on Historical

Principles in 2 volumes, ed# by 0«f»Onions, 1972, (Third Edition), (ShOED). 3« The Advanced Learner's Dictionary of Current English, ^ ed. "by A.S.Hornby and others, London, OUP,

1958, (Second Edition). Webster^ New International Dictionary of the English Language in # volumes, London, 1920. 5* Webster*s Hew International Dictionary, Chicago, 1967« 6# The Mutt a 11 Dictionary of English Synonyms, ed# by G.Elgie Christ, London, New York, 1970« w

7« The Original Roget's Thesaurus of English Words and

Phrases, New York, 1966«

8« Martin Lehnert, Reverse Dictionary of Present-Day English, Leipzig, 1961» Г77 —

9« Eric Partridge, A Dictionary of Slang and Unconventional

English in 2 volumes, London, 1961 ♦ 10. Harold Wentworth and Stuart Berg Flexner, Dictionary of American Slang, London, 1965« m

11# Collins Hew English Dictionary, ed. "by Alexander H* Irvine, London and Glasgow, 1968*

Список литературы диссертационного исследования Королев, Иван Тимофеевич, 1978 год

1. Г. Э.Т.Аветян. Природа лингвистического знака. Ереван, Г968.

2. Б.Н.Амосова* Этимологические основе словарного состава Щ современного английского языка. II., 1956.

3. Английская лексикология в вцдерякаг я извлечения!. Л.,

4. Г976. С .С .Мдекель, Р.З.Гннзфрш', Г.Ю.Князева, А.А.Саттн.

5. К. С .В. Воронин. Английские ©нематоды /типы ж строение/. Канд. диес., Л., 196'9.

6. Г1. Гальпервн Й.Р.„ ЧеркасекаяЕ.Б. Лексикология английского языка. М., 1956.

7. Газов-Гинзберг АЛ. Был ли: язык- изобразителен в своихистоках? М., 1973.

8. Еаращгк П.М. Производное слово в лекешо-еемавтичеокойсистеме английского языка. Док т. диес.» М., Г974.

9. Г8. Кащеева М.А. и: др. Практикум по английской лексикологи®.

10. Пособие для студентов педагогических институтов. Л., Г974.

11. Г9. Е.С .Кубрякова. О типах: морфологической членимоети слов»квазишрфах и маркерах. В .Я. г $ 2Г 1970, стр.

12. Лексикология английского языка. Пособие для учителейсредней шкоды. Под ред. Н.Н.Амосовой. Л., Х955.

13. Леонтьев А.А. Псщхолвнгви:стика. Л.» 1967.

14. Медник ова З.М, Значение слова ж методы его описания. М.,1974.

15. Е.ММельнер. О типах слов, образованных на основе звукоподражания. Уч. зап. в им. А.-И'.Гергтена , т. 01, Л., Г956-.

16. В.Н.Папук. Диахронные свойства словесных маркеров. Сб.