Мифопоэтическая интерпретация культуры средневековой Европы в творчестве Рихарда Вагнера тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 24.00.02, кандидат культурол. наук Иващенко, Татьяна Сергеевна

  • Иващенко, Татьяна Сергеевна
  • кандидат культурол. науккандидат культурол. наук
  • 1999, НижневартовскНижневартовск
  • Специальность ВАК РФ24.00.02
  • Количество страниц 150
Иващенко, Татьяна Сергеевна. Мифопоэтическая интерпретация культуры средневековой Европы в творчестве Рихарда Вагнера: дис. кандидат культурол. наук: 24.00.02 - Историческая культурология. Нижневартовск. 1999. 150 с.

Оглавление диссертации кандидат культурол. наук Иващенко, Татьяна Сергеевна

Содержание

Введение

Глава 1. Функциональные взаимоотношения религии, мифа и истории в культуре романтизма и в творчестве Р. Вагнера

§1. Формирование и развитие религиозного мироощущения в культурной традиции романтизма

§2. Миф как центральная художественно-философская категория романтической культу-

ры

§3. Народность как культурная доминанта романтизма

§4. Историческое мировоззрение как составная часть творчества романтиков

Глава 2. Творческое преломление мифои-сторического комплекса в произведениях Р. Вагнера

§ 1. Формирование мифопоэтического восприятия культуры средневековой Европы в операх 40-х годов

§2. Развитие мифоисторического комплекса в сочинениях 50-70-х годов

Заключение

3

Библиография

133

Рекомендованный список диссертаций по специальности «Историческая культурология», 24.00.02 шифр ВАК

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Мифопоэтическая интерпретация культуры средневековой Европы в творчестве Рихарда Вагнера»

Введение

Актуальность темы исследования.

Данное диссертационное исследование посвящено творчеству выдающегося немецкого композитора Рихарда Вагнера, которое, с одной стороны, завершает развитие музыкального романтизма, и в то же время устремлено в будущее. Оперные сочинения композитора, преодолев рамки романтических традиций, стали связующим звеном между XIX и XX веком. В первую очередь, его завоевания связаны с освоением мифа в музыкальном искусстве. Р. Вагнеру принадлежат многие открытия, касающиеся строения произведений, способов воплощения сюжета, соединения вневременного эпического с художественными особенностями современной эпохи.

В настоящее время можно говорить о возрастании научного интереса к мифу как особому типу мышления и мировосприятия. С этой точки зрения творчество Р. Вагнера приобретает особое звучание. Идеи великого немецкого композитора во многом повлияли на разработку мифа в художественной культуре XX века (в этой связи можно упомянуть творчество Т. Манна, Дж. Джойса, Г. Гессе в литературе; осмысление возможностей мифа в музыкальном искусстве нашло своё продолжение в произведениях Р. Штрауса, И. Стравинского).

Оперы Р. Вагнера обращены к вечным легендарно-историческим сюжетам и образам, поэтому включение в произведения широчайшей временной ретроспективы, проецирование мифомышления на творческий метод композитора создают особую зону проблемного поиска с позиций исторической культурологии.

Отношение Р. Вагнера к историческому прошлому главным образом связано не с сюжетным соответствием средневековым легендам

и преданиям, а с раскрытием высокого культурсозидающего статуса мифа. Поиск сакральных основ бытия, состояние мистического напряжения, вероисповедальность, мифологическое мироощущение композитора созвучны эпохе Высокого Средневековья. Поэтому центральное место в работе отводится определению роли мифомышления как основы творческого метода Р. Вагнера, приведшего к переосмыслению генерационных возможностей мифа в музыкальной культуре.

В качестве объекта исследования рассматриваются особенности функционирования мифа в художественной культуре романтизма.

Предметом исследования является творчество Р. Вагнера как пример мифопоэтической интерпретации культуры средневековой Европы в контексте художественных традиций романтизма.

Степень научной разработанности проблемы.

В настоящее время в области культурологии заметно возрос интерес к интегративным методам изучения искусства как целостной системы. Но до сих пор творчество Р. Вагнера не получило культурологического осмысления концептуального характера.

Музыкальное наследие Р. Вагнера подверглось значительному искусствоведческому анализу. Наибольшую роль в данной области исследования сыграли работы А. А. Алыыванга, Н. И. Виеру, В. Вольфа, Г. Галя, В. Г. Гамрат-Курека, М. С. Друскина, А. Я. Кенигсберг, Г. Кнеплера, Г. В. Крауклиса, Э. Курта, Б. В. Левика, Н. С. Николаевой, Г. Ш. Орджоникидзе, А. Л. Порфирьевой, М. Е. Тараканова.

Философское осмысление творчества немецкого композитора отражено в работах Ф. Ницше, X. Ортеги-и-Гассета, А. Ф. Лосева и в литературном эссе Т. Манна.

Обширная панорама культуры романтизма представлена в трудах Н. Я. Берковского, И. Ф. Бэлзы, В. В. Ванслава, О. Б. Вайнштейн, Р. М. Габитовой, Р. Гайма, А. С. Дмитриева, В. М. Жирмунского, Ф. П. Фёдорова.

Цели и задачи исследования.

Общая цель заключается в рассмотрении творчества Р. Вагнера с точки зрения исторической культурологии и выявлении в нём креативной потенции мифа, направленной на освоение культуры средневековой Европы.

Реализации данной цели способствует решение следующих исследовательских задач:

• определение особенностей художественного освоения культуры средневековой Европы в контексте романтизма;

• выявление основных приёмов воссоздания мифа в творчестве Р. Вагнера;

• раскрытие специфики воплощения исторического прошлого в мифопоэтическом комплексе Р. Вагнера;

• рассмотрение влияния творчества Р. Вагнера на дальнейшее освоение мифа в художественной культуре.

Научная новизна работы обусловлена, в первую очередь, выбором в качестве предмета культурологического исследования творческого наследия Р. Вагнера, долгое время находившегося на периферии художественной жизни России. Особый интерес, с точки зрения исторической культурологии, представляет полифоническое соединение в произведениях композитора близких по мироощущению эпох романтизма и средневековья. Новизна в решении поставленных задач заключается в том, что:

• определены основные направления мифопоэтического освоения культуры средневековой Европы в контексте романтизма, нашедшие своё выражение в стремлении романтиков к религиозно-мистическому постижению прошлого и созвучностью двух эпох в переживании настоящего как вневременной вечности;

• проведён детальный анализ приёмов воссоздания мифа в творчестве Р. Вагнера, затрагивающий как сферу художественных образов, музыкальной стилистики, так и особенности театральной концепции композитора;

• в ходе исследования были выявлены особенности творческого подхода Р. Вагнера к воплощению исторического прошлого, нашедшие своё выражение в мифопоэтической интерпретации композитором культурного наследия средневековой Европы;

• рассмотрены взаимосвязи художественного метода Р. Вагнера с более поздними теоретическими концепциями осмысления творческого процесса, направленными на воссоздание мифологического начала в произведении художественной культуры.

Теоретическая и методологическая основа исследования.

Методологической основой диссертационного исследования, в соответствии с поставленной целью и задачами, общей его направленностью, главным образом сводимой к рассмотрению творчества Р. Вагнера в его соотнесённости с культурным наследием средневековья, является сочетание конкретно-исторического и типологического подхода к рассматриваемому материалу. Данная точка зрения выявля-

ет единую культурную доминанту эпохи и предполагает поиск первопричин рождения ведущих тенденций, тем, образов и стилистических особенностей творчества композитора. Соответственно, методология диссертационного исследования строится на основе таких дисциплин, как историческая культурология, теоретическое искусствознание, а также предполагает использование приёмов системного и сравнительного анализа.

Теоретической базой исследования являются литературные работы Р. Вагнера. Внутрихудожественные проблемы и тенденции творчества нашли также отражение в мемуарах и эпистолярном наследии композитора.

Обоснование возможностей мифа как способа творческого мышления представлено трудами Ф. Шеллинга, Ф. Шлегеля, К. Леви-Стросса, А. Ф. Лосева, Ю. М. Лотмана, Е. М. Мелетинского, В. Тэрне-ра, Б. А. Успенского, Дж. Фрэзера, М. Элиаде.

Творческий метод Р. Вагнера актуализировал миф через сочетание присущей эпосу силы обобщения с психологической детализацией внутреннего мира героев. В соответствии с этим зона проблемного поиска диссертационного исследования включает и психоаналитическое направление, представленное работами 3. Фрейда. Обширная панорама архетипики мировой мифологии открывается в трудах К. Юнга и его единомышленников - К. Кареньи, Дж. Кэмпбелла, Э. Ноймана.

Поскольку творчество Р. Вагнера в своём сюжетном представлении обращено к миру средневековых легенд и преданий, значительное влияние на диссертанта оказали исследования ведущих медиевистов - А. Я. Гуревича, Ф. Кардини, Л. П. Карсавина, Э. А. Макаева,

А. Д. Михайлова, Й. Хёйзинги, А. Хойслера, Ж.-К. Шмитта, Э. Эстер-берга.

Положения, выносимые на защиту:

1. Целостное мировоззрение романтизма раскрывается через признание мифа культурной универсалией. Художественное освоение действительности направлено на поиск всеобщего единства, обусловленного верой. В плане религиозного напряжения романтическое сознание подобно средневековому. В актуализации истории романтиками во многом проявляются особенности мифологического мышления. Аксиологическая установка эпохи определена верой в реальность Золотого века человечества и стремлением приблизиться к нему через мистическое постижение прошлых эпох. Переживание исторического времени как высшей реальности, наполненной религиозном смыслом, в значительной мере характерно для средневековья. Взаимосвязь мифа и истории является основополагающей в формировании традиций художественной культуры романтизма, направленных на художественное освоение прошлого, выраженного в культуре средневековья, и дающих импульс развитию искусства будущего.

2. Творчество Р. Вагнера наиболее полно представляет мировоззрение и мироощущение музыкального романтизма, нашедшего своё выражение в мифе. Художественный метод композитора, основанный на мифопоэтической интерпретации прошлого, выявляет глубинные соотношения мифологического сознания с религией, историей и искусством. Стремление Р. Вагнера к иррациональному, невербальному воспроизведению в музыкальных сочинениях многоуровневого смыслового пространства выразилось в актуализации психологических обертонов мифа и в создании музыкального стиля, адекватного мифу.

Театральная концепция композитора, направленная на реализацию идеи синтеза искусств, мифологична по своей сути и ориентирована на сценическое воплощение символического плана музыкальных драм, выраженного в ритуализации театрального действия.

3. Творческий метод Р. Вагнера основан на убеждении композитора в том, что миф актуализирует исторические детали, делая их каждый раз выражением общечеловеческих ценностей. Принцип всеох-ватности, характерный для мифа, нашел своё выражение в особенностях творческого процесса композитора и является способом соединения прошлого и будущего в пространстве произведения искусства. Р. Вагнер трактует историю как сферу построения художественных миров мифологического типа, что и определяет специфику поэтиче-

и т—(

скои интерпретации композитором культуры средневековой Европы.

4. Обращение Р. Вагнера к мифу не ограничено рамками музыкальных произведений, а направлено на переосмысление задач и возможностей искусства в целом. Сочетание в творчестве композитора метамифологических обобщений с предельной детализацией психоаналитического свойства предвосхищает новые подходы к освоению мифа в художественной культуре XX века, выраженные в установке творческого процесса на воспроизведение иррационального, бессознательного начала, поддающегося поливариантному толкованию смыслов.

Научно-практическая значимость работы состоит в восполнении пробела в анализе творческого наследия Р. Вагнера, с точки зрения исторической культурологии. Материалы диссертационного исследования могут найти применение в учебных курсах по истории музыки, истории эстетических учений, культурологии, а также при со-

ставлении спецкурсов и спецсеминаров по обозначенным направлениям.

Апробация работы. Отдельные концептуальные положения диссертации, посвященные соотношению типологического и индивидуального в произведении художественной культуры, изложены в тезисах доклада на научно-практической конференции «Культурологические традиции российского образования и перспективы их развития в начале тысячелетия» (Тюмень, 1997). Материалы и основные результаты исследования обсуждались на теоретических семинарах кафедры теории и истории культуры, кафедры музыкального образования Нижневартовского государственного педагогического института. Отдельные аспекты исследования были отражены в публикациях диссертанта, посвященных проблемам культурологии, этики и эстетики, философии искусства.

Структура работы обусловлена последовательностью разрешения поставленных задач. Диссертация состоит из введения, двух глав (шести параграфов), заключения и библиографии. Общий объём диссертации - 150 страниц.

Похожие диссертационные работы по специальности «Историческая культурология», 24.00.02 шифр ВАК

Заключение диссертации по теме «Историческая культурология», Иващенко, Татьяна Сергеевна

Заключение

Творчество Р. Вагнера завершает и обобщает развитие немецкого романтизма, нашедшего своё выражение в актуализации мифа и его взаимоотношений с религией, историей и искусством.

Как показало проведённое исследование, обращение композитора к историческому прошлому не было произвольным, а во многом определялось общностью культурных контекстов романтизма и средневековья. Прежде всего, сопоставимость далеких эпох выражена в усиленном мистико-религиозном отношении к действительности. В философских работах немецких мыслителей эпохи раннего романтизма достаточно ярко проявилось стремление романтиков к концентрации усилий в деле формирования нового религиозного мировоззрения, отмеченного поиском внеконфессионального единства. Мистическое в своих предпосылках мироощущение романтизма стремилось к самоутверждению в виде новой формы религии - религии искусства, а эстетическое чувство уподоблялось религиозному.

Проблема религиозного единства была одной из центральных идей эпохи средневековья. В плане мистического напряжения романтическое сознание подобно средневековому, и обращение романтиков к образам средневековья не было случайной эстетической прихотью.

Решающую роль в поисках единения на основе мистического мировоззрения сыграло обращение романтиков к мифологии. Миф стал не только одной из ведущих тем художественной культуры романтизма, но и получил предельно широкое толкование как особый вид мировосприятия. Реальность в сознании романтиков устремлена к мифу, который стал основой всеобщей универсальности. Стремление раскрыть креативные потенции мифа выразилось в попытке создать новую мифологию, не сводимую к определённому конечному смыслу. Мифотворчество как способ приобщения к Универсуму наиболее ярко проявило религиозно синтезирующее мироощущение эпохи. Мифологическая значимость религиозного средневековья составила основу творчества многих ранних романтиков.

Поэтому, в соответствии с культурными традициями своего времени, творчество Р. Вагнера, обращенное к средневековым легендам и преданиям, наиболее полно выразило глубинную связь религиозного и мифологического сознания.

Миф, по мнению Р. Вагнера, наиболее адекватен новым устремлениям искусства и должен представить целую связь явлений в сжатой форме. Стремление к предельным обобщениям выразилось во вселенском размахе замыслов композитора, понимавшего миф как целостную символическую саморазвивающуюся систему. Подобная трактовка мифа была созвучна взглядам ранних романтиков, но никому до Р. Вагнера не удавалось в своём творчестве воплотить эту суть самоорганизации мифа.

Сближение героев и сюжетных поворотов непрерывно проявляется в творчестве композитора. Реконструкция художественного метода Р. Вагнера в первую очередь отражает стремление к метамифологи-ческим обобщениям, выраженным как в отражении единого типологического начала, свойственного мифу, так и в тяготении к поливариантному единству всех произведений композитора. Каждое новое сочинение, включаясь в общий контекст творчества, обогащается дополнительными связями, придавая предшествующим творениям новые смыслы.

Значительное место в работе занимает раскрытие особенностей мифопоэтической природы творчества композитора. На основании диссертационного исследования можно заключить, что, восприняв огромную значимость мифа для культуры романтизма, как и для культуры в целом, Р. Вагнер воспроизвёл его структуру на языке музыкально-поэтического искусства. Смысловая логика и динамика развития лейтмотивов, образующих единое семантическое поле, рождает высшее архетипическое единство. Тембровая и регистровая специфика оркестра Р. Вагнера подчёркивает мифологическое восприятие пространства, ориентированное на воплощение «верха» и «низа», выражающих антиномии романтизма (свет - тьма, святое - грешное и т. д.). Соотносимо с мифом и стремление Р. Вагнера создать в музыке «бесконечную мелодию», что привело к переосмыслению возможностей и структуры оперного жанра.

Признаки мифологического уровня драм Р. Вагнера проявляются в соединении театрального действия с элементами ритуальности. Мистическая экзальтация романтизма использует скрытую символику вещей и, по сути, продолжает единую традицию дорационалистиче-ского мироощущения. В этом аспекте близость двух эпох очевидна. Именно через ритуальную последовательность Р. Вагнер воссоздаёт иное историческое время, наполненное определённым сакральным смыслом. Происходит вовлечение зрителя, слушателя в пространство другой эпохи через произведение искусства.

Вечно современный, по убеждениям Р. Вагнера, миф актуализирует исторические детали, делая их каждый раз выражением общечеловеческих ценностей. Применительно к художественному наследию великого немецкого композитора можно утверждать, что его произведения воплощают мифологический уровень истории. Стремление представить исторические детали прошлого как знаки вечного приводят Р. Вагнера к признанию тайной мудрости минувших времён.

В то же время Р. Вагнер не стремился к конкретной детализации эпохи, а, напротив, утверждал общечеловеческие вневременные свойства мифа. История была для композитора сферой построения художественных миров мифологического типа.

Ощущение исторического времени, где каждый день включает в себя некую высшую реальность, во многом созвучно эпохе средневековья. Соответственно, обращение Р. Вагнера к мифам, легендам и преданиям средневековья было предопределено созвучностью эпох в переживании исторического процесса. Прошлое органично согласуется с поэтической фантазией композитора.

Проведённый сравнительно-типологический анализ творчества Р. Вагнера и культурно-исторического наследия средневековья в значительной степени раскрывает стремление композитора к единению двух эпох на основе общности глубинных ментальных структур. Драматические искания его героев, как правило, выявляют особенности миропостижения, свойственные как современникам композитора, так и человеку средневековья. Но Р. Вагнер не проецирует мироощущение художника своего времени на сюжеты народных преданий, а находит общие закономерности, созвучные далеким эпохам. Средневековье в его творчестве не стало красочным антуражем, который можно заменить другой декорацией.

Историческое прошлое помогает полнее ощутить настоящее. Можно утверждать, что композитор в своем творчестве ориентировался на «идею взаимопонимания, общения через эпохи» посредством художественного произведения, и нравственные искания его героев адресованы из средневековья в романтизм. Благодаря Р. Вагнеру музыкальный романтизм открывает новые возможности в обращении со средневековой культурой.

В отличие от своих современников, Р. Вагнер не идеализирует прошлое, видя в нем только «Золотой век». Он ищет и открывает противоречия далёкой эпохи, выраженные в остром столкновении сенсуалистического и духовного начал, в противопоставлении христианства и язычества, элементов конфессиональной определённости и еретического устремления к «лучшей» церкви.

Необыкновенно ярко Р. Вагнер воспроизводит ментальность средневековья в целом. Некоторая «избыточность веры» как тип мировосприятия ощущается во всём, - начиная от основной фабулы музыкальной драмы и заканчивая отдельными ремарками, уточняющими действие. В произведениях Р. Вагнера мир чудесного всегда воспринимается как естественная и неотъемлемая часть существования героев.

Несмотря на неприятие Р. Вагнером традиционного христианства, воплощение далёкой эпохи в значительной мере пронизано состоянием мистической веры. Сопричастность сакральному миру постоянно присутствует в театральном действии. Многие герои музыкальных драм Р. Вагнера несут в себе высокую мистическую озарённость.

В легенды и предания органично вплетаются конкретные реалии. Композитор необычайно чутко воспринял особенности исторической типизации. Включение в ткань мифологических по сути произведений образов реальных исторических личностей встречается в «Тан-гейзере», «Лоэнгрине», «Мейстерзингерах». Причём, участие этих героев в данных сюжетах осуществляется на уровне общезначимых идей.

Творчество композитора прочно связано со средневековым германским эпосом, и этот взгляд, обращенный в прошлое, во многом представляет собой романтический инвариант художественного мировосприятия. Особое внимание в исследовании уделено приёмам воспроизведения Р. Вагнером древнего эпоса: повествовательность, запечатленная в статичных монологах-воспоминаниях, интерес к деталям, подробностям органично воспринимаются в контексте эпического жанра. Следуя художественному методу мифа, Р. Вагнер, как правило, не стремится «прояснить ситуацию». Напротив, состояние тайны, недосказанности является одной из особенностей его творчества. Опора на иррационализм, составляющий незыблемую основу художественного метода Р. Вагнера, согласуется также с особенностями средневековой ментальности, столь ярко представленной в сагах, где огромную роль играют вещие сны, предсказания.

Обращение Р. Вагнера к средневековому эпосу также во многом обусловлено и близостью деструктивного компонента северосаксонских и скандинавских саг к трагическому мироощущению самого композитора. Важным основанием тяготения композитора к германским сказаниям была атмосфера романтизма с её ориентированно

Т"* 1 и стью на «народное». Героическии пафос, свойственный германскому мифомышлению, был актуализирован Р. Вагнером и в значительной мере выразил столь характерный для романтизма мифологический уровень самоидентификации нации.

Сам композитор способствовал прочному укреплению в сознании немцев идеи национального единения, всячески подчёркивая собственную причастность к обозначившемуся процессу возрождения «победоносного германского духа». Впоследствии дело Р. Вагнера было превращено в своеобразную идеологию шовинистического толка. Не случайно в XX веке немецкий фашизм в лице А. Гитлера присвоил себе вагнеровский образ юного неустрашимого Зигфрида и сделал его символом нации. Но в подобной ассимиляции выразилось общее мифологическое начало, свойственное нацизму как явлению. Герой-искупитель, независимо от того, воплощён ли он персонифицировано (Зигфрид), либо предстаёт в общем понятии (немецкая нация, арийцы), является признаком милленаристского мифа. Связь музыки Р. Вагнера с последующим гипертрофированным стремлением Германии к мировому господству весьма опосредована. Композитор художественно талантливо вызвал к жизни и использовал исчезающий мир коллективных национальных представлений.

Творческий метод Р. Вагнера во многом предвосхитил теоретические представления XX века. Композитор своим творчеством не только доказал огромную значимость мифа для современной ему культуры, но и воплотил нерасторжимую связь бессознательного и мифического, предопределив психоаналитические подходы к осмыслению произведения искусства. В актуализации мифа Р. Вагнером гармонично сочетаются монументальная сила обобщений, свойственная эпосу, и психологическая детализация внутреннего мира героев, что намного опередило современные композитору мифопоэтические концепции творчества. Малоподвижный первозданный эпос приобрёл в произведениях композитора внутреннюю динамику. В действиях вагнеровских героев часто прослеживается власть подсознания. Усиливая взаимосвязь мифа и психологии, композитор разработал сложную сеть ассоциаций через «напоминающие мотивы». Всё, что невыразимо в слове, было передано оркестру. Музыкально-смысловые сцепления часто направлены на выявление скрытой тайны влечений. Не случайно Т. Манн проводил параллель между творчеством Р. Вагнера и психоанализом 3. Фрейда.

Различные модусы взаимоотношений сознательного и бессознательного видят в мифе К. Юнг и его последователи. Визионерский тип творчества, к которому швейцарский психолог причисляет Р. Вагнера, непременно предполагает мифологические формы. Архетипический уровень обобщений в произведениях Р. Вагнера, стремление композитора воссоздать глубинные основы творческого процесса во многом предвосхитили последующие теоретические открытия данного психоаналитического направления.

Творчество Р. Вагнера оказало огромное влияние на последующее развитие музыкальной культуры, и, в первую очередь, музыкального театра. Мощным стимулом движения вперёд стало не только продолжения традиций освоения мифа немецким композитором, но и их преодоление. Такая двойственная, по своей природе, тенденция освоения творческого наследия Р. Вагнера во многом была продиктована антиромантической доминантой художественной культуры наступавшей эпохи поствагнеризма. Желание противопоставить себя авторитету великого мастера провоцировало оппозиционность новых устремлений. Отрицание вагнеровских принципов подчёркивалось даже тогда, когда зависимость от них была очевидной. В частности, в преодолении магнетизма вагнеровского «Тристана» рождается «Пеллеас и Мелизанда» К. Дебюсси.

Более органичным и естественным продолжением идей Р. Вагнера стали сочинения Р. Штрауса и А. Берга. Но сместившиеся ценностные ориентиры новой эпохи полностью разрушили общие представления о добре и зле, столь ярко обозначенные в операх Р. Вагнера. Его герои при всей своей противоречивой внутренней сути всегда ощущали свою устремлённость к одному из двух этических начал, что и создавало остроту переживаемых конфликтов. Саломея из одноимённой оперы Р. Штрауса, оказавшись за пределами ценностных ориентиров, выражает иное отношение к значимым для романтизма понятиям добра и зла.

Особое звучание приобрело творчества Р. Вагнера в России начала XX века. Представители русской культуры объявили байройтско-го мастера своим истинным духовным отцом и путеводной звездой. Причём, Р. Вагнер стал виднейшей фигурой не только в области музыки, но и во всей художественной культуре. Его творческому наследию были посвящены работы по истории музыки, театра, эстетики, философии. Можно говорить о включении идей Р. Вагнера в контекст русской культуры.

Образ бесстрашного творца, теурга, «сверхчеловека» становится доминирующим в мироощущении этого периода. Стремление к высшей творческой свободе, к вершинам мирового духа делают увлечение Р. Вагнером знаком вхождения в мировую культуру. Сама судьба России в период революционных потрясений казалась созвучной диалектике хаоса и космоса, столь ярко воплощёной немецким композитором.

Огромный вклад в обобщение и развитие идей Р. Вагнера внесли А. А. Блок, А. Белый и Вяч. Иванов. Работы последнего направлены на поиск глубинных основ мифотворчества. Можно говорить об определённой созвучности идей Вяч. Иванова мироощущению Р. Вагнера. Не случайно сущность духовного совершенствования русский символист видит в восприимчивости гениальной души «к воздействию на неё незримых деятелей духовного мира»209, а Р. Вагнер, А. Н. Скрябин, Ф. Ницше предстают как соучастники творческого процесса, как «касание миров иных».

В то же время необходимо отметить, что бурное увлечение в России начала века личностью и произведениями Р. Вагнера представляло собой скорее свободную фантазию на темы его творчества. Превознося немецкого композитора как дерзкого нарушителя всяческих границ, как «художника будущего», символисты, в частности, нередко домысливали и одновременно оспаривали его теорию, дополняя основную концепцию недостающими, по их мнению, элементами. Так, например, Вяч. Иванов считал, что Вагнер в своей теории и практике синтеза искусств остановился на полпути и не досказал последнего слова.

Вагнеровская трансформация оперы в музыкальную драму воспринималась лишь как переходная форма общей театральной концепции, устремлённой к мистерии. Приготовление к мистериальному откровению выразилось в развитии жанра символистской трагедии. Открытия Р. Вагнера, связанные с воссозданием в музыкальной драме подлинного мифологического начала, нашли своё продолжение в усилившейся ритуализации театрального действия. Но, в отличие от немецкого композитора, чьё творчество в традициях романтизма было обращено к национальной общности как к источнику возрождения мифологического начала, символистская трагедия Серебряного века гораздо более эзотерична.

Концепция мистерии захватила и неординарное творческое воображение А. Н. Скрябина, увидевшего в ней праздник, соединивший всех людей в едином порыве. Гибель материального мира в творческом коллективном экстазе должна была стать, по убеждению композитора, жертвенной данью человечества, которую оно заплатит за своё отъединение от изначального царства духа.

Принципиальное различие в мироощущении Р. Вагнера и А. Н. Скрябина наиболее точно выразил А. Ф. Лосев: «У Вагнера есть Бог. Он Его утверждает грандиозностью и величественностью духовного подвига, духовного порыва. Если мы и не всегда видим, сливается ли у Вагнера человек воедино с Божеством, то мы видим, что ради этого Божества, дух человека способен на всяческий подвиг. У Скрябина нет Бога. У него есть дух и - вселенная, где этот дух мечется»210.

Обобщая итоги русской вагнерианы Серебряного века, можно говорить о том, что идеи и творчество Р. Вагнера органично вошли в пространство русской культуры и даже стали её собственным феноменом. Теоретическая мысль стремилась дать тому подтверждение. И всё же для русских символистов Р. Вагнер был скорее не предметом, а поводом для культурософских споров о смысле творчества и границах искусства. Отсюда незавершённость и эскизность многих работ этого периода.

Творчества Р. Вагнера как исключительное явление художественной культуры XIX века выходит далеко за рамки своего времени и

210 Лосев А. Ф. Два мироощущения. //Дон. 1990. №4. С. 171. приобретает особую актуальность в XX столетии, когда мифологизация культуры стала очевидной.

Но если Р. Вагнер интуитивно постигал суть мифического, то уже в XX веке свойства мифа конструируются в художественной культуре вполне сознательно. Так, одним из приёмов воссоздания многомерной глубины мифа, связанной с поливариантным толкованием смыслов, стал приём полистилистики, позволяющий использовать коллажные сочетания из самых различных сфер. Принцип аллюзии, проявляющийся в тончайших намёках, причудливая игра ассоциаций, моменты «длящихся состояний», недосказанность и т. д. - все эти способы воссоздания иного уровня постижения действительности уводят к вагнеровским предчувствиям мифического.

Осознание значения творчества Р. Вагнера в культуре XX века и перспективность его открытий в интерпретации мифа для века грядущего является темой, открытой для дальнейших исследований.

Список литературы диссертационного исследования кандидат культурол. наук Иващенко, Татьяна Сергеевна, 1999 год

Библиография

1. Авериицев С. С. Символика раннего Средневековья (к постановке вопроса). // Семиотика и художественное творчество. М.: Наука, 1977.-С. 308-337.

2. Адорно Т. Введение в социологию музыки. 12 теоретических лекций. М.: Институт философии АН СССР. Сектор научной информации и реферирования зарубеж. философ, лит-ры, 1973. Вып. 1.;2.-144 е.; 155 с.

3. Адорно Т. Заметки о партитуре «Парсифаля». // Советская музыка. 1988. №6.-С. 115-117.

4. Алыпванг А. А. Рихард Вагнер. Избр. соч., Т. 2. М.: Музыка, 1965.-С. 56-80.

5. Алыпванг А. А. Рождение и гибель Зигфрида. Очерки о Р. Вагнере. // Советская музыка. 1938. №7. - С. 32-42.

6. Амвросий, епископ Медиоланский. Об обязанностях священнослужителей: Творение Св. Амвросия, епископа Медиоланского. М.: Рига: Благовест, 1995. - 379 с.

7. Баткин JI. М. К проблеме историзма в итальянской культуре эпохи Возрождения. // История философии и вопросы культуры. М.: АН СССР, Ин-т философии, 1975. - С. 167-189.

8. Бахтин M. М. Проблемы поэтики Достоевского. М.: Советская Россия, 1979.-318 с.

9. Бахтин M. М. Эстетика словесного творчества: Сб. избранных трудов. М.: Искусство, 1979. -423 с.

10. Белый А. Символизм как миропонимание. М.: Республика, 1994.-528 с.

11. Бёме Я. СкпзШБорЫа, или Путь ко Христу. СПб.: А-сас1: ТОО «Аста-пресс», 1994. - 222 с.

12. Берков В. О. Лейтгармония в «Лоэнгрине» Вагнера. // Берков В. О. Формообразующие средства гармонии. Аккорд. Лейтгармония. Секвенция. М.: Советский композитор, 1971. - С. 60-64.

13. Берковский Н. Я. Вступ. статья // Гофман Э. Т. А. Новеллы и повести. Л.: Гослитиздат , 1936. - С. 5-97.

14. Берковский Н. Я. Романтизм в Германии. Л.: Художественная литература, 1973. - 565 с.

15. Бессмертный Ю. Л. Рыцарство и знать Х-ХШ вв. в представлениях современников. // Идеология феодального общества в Западной Европе: проблемы культуры и социально-культурных представлений средневековья в зарубежной историографии. М.: ИНИОН АН СССР, 1980. - С. 196-221.

16. Библер В. С. Диалог. Сознание. Культура. // Одиссей. Человек в истории. М.: Наука, 1989. - С. 21-59.

17. Библер В. С. О логической ответственности за понятие «диалог культур». // АРХЭ: Ежегодник культуро-логического семинара. М.: Российск. гос. гуманит. ун-т. 1996. Вып. 2. - С. 125-144.

18. Библер В. С. От наукоучения - к логике культуры: Два философских введения в двадцать первый век. М.: Политиздат, 1990. -413 с.

19. Блок А. А. Искусство и революция. // Собр. соч.: В 8 т. М.: Советский писатель, 1962. Т. 6. - С. 21-26 .

20. Бэлза И. Ф. Исторические судьбы романтизма и музыка: Очерки. М.: Музыка, 1985. - 200 с.

21. Вагнер Р. «Валькирия». Первый день трилогии «Кольцо Нибе-лунга». Пер. и предисловие В. Коломийцова. М.: П. Юргенсон,

1911.-100 с.

22. Вагнер Р. «Закат богов». Третий день трилогии «Кольцо Нибе-лунга». Пер. и предисловие В. Коломийцова. М.: П. Юргенсон,

1912.-108.

23. Вагнер Р. «Зигфрид». Второй день трилогии «Кольцо Нибелун-га». Пер. В. Коломийцова. М.: П. Юргенсон, 1911. - 109 с.

24. Вагнер Р. «Золото Рейна». Предвечерие трилогии «Кольцо Ни-белунга». Пер. и предисловие В. Коломийцова. М.: П. Юргенсон, 1901. - 104 с.

25. Вагнер Р. «Лоэнгрин». Романтич. опера в 3-х д. Пер. и предисловие В. Коломийцова. М.: П. Юргенсон, 1908. - 66 с.

26. Вагнер Р. «Моряк-скиталец». Опера в 3-х д. Либретто, рус. пер. Н. Вильде. М.: 1902.-42 с.

27. Вагнер Р. «Нюренбергские мастера пения». Муз. комедия в 3-х д. Пер. В. Коломийцова. М.: П. Юргенсон, 1909. - 171 с.

28. Вагнер Р. «Парсифаль». Драма-мистерия в 3-х д. Пер. В. Коломийцова. Изд. 3-е. М.: П. Юргенсон, 1914. - 63 с.

29. Вагнер Р. «Риенци, последний трибун». Опера в 5 д. [Либретто]. Пер. Г. А. Лишина. Берлин: Фюрстнер, 1878 - 103 с.

30. Вагнер Р. «Тангейзер и состязание певцов в Вартбурге». Пер. и предисл. В. Коломийцова. М.: П. Юргенсон, 1913. - 59 с.

31. Вагнер Р. «Тристан и Изольда». Драма в 3-х д. Пер. В. Коломийцова. Лейпциг: Брейткопф и Гретель; Рига: П. Нельднер, 1907. - 126 с.

32. Вагнер Р. Бетховен. М.-СПб.: Издание С. и Н. Кусевицких, 1912.-134 с.

33. Вагнер Р. Вибелунги. Всемирная история на основе сказаний. Пер. с нем. Шенрока. Поясн. статья Э. Метнера и Макса Ценке-ра. М.: Мусагет, 1913. - 80 с.

34. Вагнер Р. Избранные работы. Вступит, статья А. Ф. Лосева. М.: Искусство, 1978. - 695 с.

35. Вагнер Р. Моя жизнь. Мемуары. Письма. Дневники. Обращения к друзьям. В 4-х т., М.-СПб.: Грядущий день, 1911-1912.

36. Вагнер Р. Статьи и материалы. М.: Музыка, 1974. - 200 с.

37. Вайнштейн О. Б. Язык романтической мысли: О философском стиле Новалиса и Ф. Шлегеля. М.: РГГУ, 1994. Вып. 6. - 79 с.

38. Вакенродер В. Г. Фантазии об искусстве: Рассказы и эссе. М.: Искусство, 1977. - 263 с.

39. Вальтер В. Г. Общедоступное пособие для слушателей муз. драмы Р. Вагнера «Кольцо Нибелунга». М.: П. Юргенсон, 1912. -49 с.

40. Вальтер В. Г. Общедоступное пособие для слушателей оперы Р. Вагнера «Нюрнбергские мейстерзингеры». Пг.: Юргенсон, 1914.-55 с.

41. Ванслов В. В. Эстетика романтизма. М.: Искусство, 1966. - 403 с.

42. Веселовский А. Н. Где сложилась легенда о святом Грале. СПб.: Императорская Академия наук, 1900. - 58 с.

43. Виеру Н. И. «Парсифаль» - итог творческого пути Вагнера. // Рихард Вагнер: Сб. статей. М.: Музыка, 1987. - С. 191-222.

44. Виеру Н. И. Опера Вагнера «Нюрнбергские мейстерзингеры». Музыкальные формы и драматургия. М.: Музыка, 1972. - 179 с.

45. Витмер-Бутш М. Э. Сон и сновидения в Средние века. // История ментальностей, историческая антропология. Зарубежные исследования в обзорах и рефератах. М.: РГГУ, 1996. - С. 129141.

46. Вольф В. К проблеме идейной эволюции Рихарда Вагнера. // Рихард Вагнер: Сб. статей. М.: Музыка, 1987. - С. 42-75.

47. Габитова Р. М. Философия немецкого романтизма. М.: Наука, Ин-т философии, 1978. - 287 с.

48. Гайм Р. Романтическая школа. Вклад в историю немецкого ума. М.: К. Т. Солдатенков, 1891,- X, 774, XI с.

49. Галь Г. Брамс. Вагнер. Верди. Три мастера - три мира. М.: Радуга, 1986.-С. 179-308.

50. Гамрат-Курек В. Г. Вагнер и протестантский хорал. К вопросу о роли народно-национальных традиций в творчестве композитора. // Вагнер Р. Статьи и материалы. М.: Музыка, 1974. - С. 94135.

51. Глебов И. [Асафьев Б. В.]. «Мейстерзингеры» в оперном творчестве Вагнера. // Рихард Вагнер. 1813-1883. JI.: Малый оперный театр, 1933.-С. 11-12.

52. Гринцер П. А. Образ Индии в немецком романтизме.// Arbor mundi. Мировое древо. М.: РГГУ, 1994. Вып. 3. - С.98-132.

53. Грубер Р. Рихард Вагнер. М.: Музгиз, «Образцовая» типография, 1934.- 144 с.

54. Гуревич А .Я. Средневековый мир: культура безмолствующего большинства. М.: Искусство, 1990. - 395 с.

55. Гуревич А. Я. «В этом безумии есть метод». К проблеме «индивид в средние века». // Arbor mundi. Мировое древо. М.: РГГУ, 1994. Вып. 3.-С.80-97.

56. Гуревич А. Я. «Эдда» и сага. М.: Наука, 1979. - 192 с.

57. Гуревич А. Я. Категории средневековой культуры. М.: Искусство, 1972.-320 с.

58. Гуревич А. Я. Народная религиозность и культура средневековья в современной зарубежной медиевистике: источниковедческий аспект. // Культура и общество в Средние века: методология и методика зарубежных исследований. Реферативный сборник. М.: ИНИОН АН СССР, 1987. Вып. 2. - С. 36-57.

59. Гуревич А. Я. О новых проблемах изучения средневековой культуры. // Культура и искусство западноевропейского средневековья. М.: Советский художники(ВНИИ искусствознания Мин-ва культуры СССР), 1981. -.С. 5-34.

60. Гуревич П. С. Культурология. Учебное пособие. М.: Знание, 1996.-288 с.

61. Гусев В. Е. Проблемы фольклора в истории эстетики. M.-JL: АН СССР, Лен. отд., 1963. - С. 94-102.

62. Дионисий Ареопагит. Мистическое богословие: Святой Дионисий Ареопагит. М.: Тетра, 1993. - 95 с.

63. Дмитриев А. С. Проблемы йенского романтизма. М.: Московский университет, 1975. - 264 с.

64. Друскин М. С. Рихард Вагнер. М.: Музгиз, 1958. - 159 с.

65. Дурылин С. Н. Вагнер и Россия. О Вагнере и будущих путях искусства. М.: Мусагет, 1913. - 68 с.

66. Жирмунский В. M. Народный героический эпос: Сравнительно-исторические очерки. M.-JL: Гослитиздат, 1962. -435 с.

67. Жирмунский В. М. Немецкий романтизм и современная мистика. СПб.: Аксиома, Новатор, 1996. - XL, 232 с.

68. Жирмунский В. М. Религиозное отречение в истории романтизма. Материалы для характеристики Клеменса Брентано и гейдельбергских романтиков. М.: С. И. Сахаров, 1919. -285 с.

69. Иванов Вяч. Родное и вселенское. М.: Республика, 1994. - 428 с.

70. Иоффе И. И. Мистерия и опера (Немецкое искусство XVI-XVII вв.). JL: Тип. «Коминтерн», 1937. -234 с.

71. Капп Ю. Рихард Вагнер. Биография. М.: П. Юргенсон, 1913. -275 с.

72. Каратыгин В. Г. «Парсифаль». Торжественная сценическая мистерия Р. Вагнера. СПб.: Аккорд, 1913. - 52 с.

73. Кардини Ф. Истоки средневекового рыцарства. / В ступ. ст. В. И. Уколовой. М.: Прогресс, 1987. - 384 с.

74. Карлейль Т. Новалис. Этюд. М.: Тип. А. И. Мамонтова, 1901. -76 с.

75. Карсавин JI. П. Культура средних веков. Киев: Символ & AirLand, 1995.-208 с.

76. Карсавин JI. П. Основы средневековой религиозности в XII-XIII веках преимущественно в Италии. Пг.: Научное дело, 1915. -XVI, 360 с.

77. Кенигсберг А. К. «Кольцо Нибелунга» Вагнера. М.: Музгиз, 1959.-84 с.

78. Кенигсберг А. К. «Парсифаль» Вагнера и традиции немецкого романтизма XIX в. // Проблемы музыкальной науки. Сборник статей. М.: Советский композитор, 1983. Вып. 5. - С. 175-201.

79. Кенигсберг А. К. Оперы Вагнера «Летучий голландец», «Тан-гейзер», «Лоэнгрин». М.-Л.: Музыка, 1967. - 80 с.

80. Кенигсберг А. К. Рихард Вагнер. Краткий очерк жизни и творчества. Л.: Музыка, 1972. - 118 е..

81. Керлот X. Э. Словарь символов. М.: КЕРЬ-Ьоок, 1994. - 608 с.

82. Кнеплер Г. О принципах формообразования у Вагнера. // Рихард Вагнер: Сб. статей. М.: Музыка, 1987. - С. 177-190.

83. Коженова И. В. Черты стиля оперы Вагнера «Нюрнбергские мейстерзингеры». // Вагнер Р. Статьи и материалы. М.: Музыка, 1974.-С. 173-196.

84. Коломийцов В. Вступительная статья к переводу «Тангейзера» // Вагнер Р. «Тангейзер». Либретто. М.: П. Юргенсон, 1913. С. 3-10.

85. Конен В. Д. О Рихарде Вагнере. // Советская музыка. 1953. № 10.-С. 15-22.

86. Корзухин И. А. «Парсифаль» Р. Вагнера. Ист. муз. очерк. М.: Имп. Эрмитажный театр, 1914. - 27 с.

87. Крауклис В. Г. Увертюра к опере «Тангейзер» и программно-симфонические принципы Вагнера. // Вагнер Р. Статьи и материалы. М.: Музыка, 1974. - С. 136-173..

88. Крауклис Г. В. «Лоэнгрин» Рихарда Вагнера. М.: Музгиз, 1963. -80 с.

89. Крауклис Г. В. Вагнер и программный симфонизм XIX века. // Рихард Вагнер: Сб. статей. М.: Музыка, 1987. - С. 76-95.

90. Крауклис Г. В. Оперные увертюры Р. Вагнера. М.: Музыка, 1964.- 112 с.

91. Кривцун О. А. Эстетика: Учебник. М.: Аспект Пресс, 1998. -430 с.

92. Курт Э. Романтическая гармония и её кризис в «Тристане» Вагнера. М.: Музыка, 1975. - 551 с.

93. Кэмпбелл Д. «Степени свободы» и изучение отдельных случаев. // Кэмпбелл Д. Модели экспериментов в социальной психологии и прикладных исследованиях. М.: Прогресс, 1980. - С. 278-299.

94. Кюи Ц. «Кольцо нибелунгов», трилогия Р. Вагнера. Музыкально-критический очерк. СПб.: Музыкальный журнал «Баян», 1899.-64 с.

95. Левик Б. В. Рихард Вагнер. М.: Музыка, 1978. - 447 с.

96. Леви-Стросс К. Структура мифов. // Вопросы философии. 1970. №7. С. 152-164.

97. Лессинг Т. Ницше, Шопенгауэр, Вагнер. // Культурология. XX век: Антология. М.: Юрист, 1995. - С. 399-431.

98. Лист Ф. «Летучий голландец» Р. Вагнера. // Лист Ф. Избранные статьи. М.: Музгиз, 1959. - С. 191-271.

99. Литературная теория немецкого романтизма. Документы. Ред. Берковский Н. Я. Л.: Издательство писателей в Ленинграде, 1934.-333 с.

100. Литературные манифесты западноевропейских романтиков. Собрание текстов. Ред. А. С. Дмитриев. М.: Московский университет, 1980. - 638 с.

101. Лиштанберже А. Рихард Вагнер как поэт и мыслитель. М.: Творческая мысль, 1905. - 367 с.

102. Лосев А. Ф. Два мироощущения. Из впечатлений после «Травиаты». // Дон. 1990. №4. С. 169-174.

103. Лосев А. Ф. Диалектика мифа. // Лосев А. Ф. Из ранних произведений. М: Правда, 1990. - С. 393-599.

104. Лосев А. Ф. Исторический смысл эстетического мировоззрения Рихарда Вагнера. // Вагнер Р. Избранные работы. М.: Искусство, 1978.-С. 7-48.

105. Лосев А. Ф. Проблема Рихарда Вагнера в прошлом и настоящем. // Вопросы эстетики. М.: Искусство, 1968. Вып. 8. - С. 67196.

106. Лотман Ю. М. Происхождение сюжета в типологическом освещении. // Лотман Ю. М. Статьи по типологии культуры. Тарту: Тартуский университет, 1973. - С. 9-41.

107. Лотман Ю. М., Успенский Б. А. Миф - имя - культура. // Труды по знаковым системам. Тарту: Тартуский университет. 1973. №6.-С. 282-303.

108. Лютер А. Парсифаль в средние века. // Труды и дни. 1914. № 7. -С. 53-57.

109. Макаев Э. А. Песни Эдды и устная традиция. // Проблемы сравнительной филологии: Сборник статей к 70-летию чл.-кор. АН СССР В. М. Жирмунского. М., Л.: Наука, 1964. - 496 с.

110. Манн Т. Искусство романа. // Манн Т. Собр соч.: В 10 т. М.: Гослитиздат, 1961. Т. 10. - С. 272-287.

111. Манн Т. Страдание и величие Рихарда Вагнера. // Манн Т. Собр соч.: В 10 т. М.: Гослитиздат, 1961. Т. 10. - С. 102-173.

112. Маркус С. А. Музыкально-эстетические воззрения Вагнера и этапы их становления. // История музыкальной эстетики: В 2 т. М.: Музыка, 1968. Т. 2. - С. 433-545.

113. Мейлах М. Б. Язык трубадуров. М.: Наука, Ин-т языкознания, 1975.-239 с.

114. Мелетинский Е. М. «Эдда» и ранние формы эпоса. М.: Наука, 1968.-364 с.

115. Мелетинский Е. М. Поэтика мифа. М.: Наука, 1976. - 407 с.

116. Мелетинский Е. М. Скандинавская мифология как система. М.: Наука, 1973. - 16 с.

117. Мелетинский Е. М. Средневековый роман. Происхождение и классические формы. М.: Наука. Главная редакция восточной литературы, 1983. - С. 3-150.

118. Михайлов А. Д. Артуровские легенды и их эволюция. // Томас Мэлори. Смерть Артура. М.: Наука, 1974. - С. 793-828.

119. Михайлов А. Д. История легенды о Тристане и Изольде. // Легенда о Тристане и Изольде. М.: Наука, 1976. - С. 623-697.

120. Михайлов А. Д. Книга Гальфрида Монмутского и её судьба. // Гальфрид Монмутский. История бриттов. Жизнь Мерлина. М.: Наука, 1984.-С. 196-227.

121. Михайлов А. Д. Роман и повесть Высокого Средневековья. // Средневековый роман и повесть. М.: Художественная литература, 1974. - С. 5-28.

122. Михайловский В. Г. «Лоэнгрин». Опыт анализа Вагнеровской музыкальной драмы. М.: Издание Русского Театрального общества, 1923.-91 с.

123. Несселыптраус Ц. Г. Искусство Западной Европы в средние века. JI.-M.: Искусство, 1964. - 390 с.

124. Николаева Н. С. Об оперном симфонизме Вагнера. // Рихард Вагнер: Сб. статей. М.: Музыка, 1987. - С. 147-176.

125. Ницше Ф. Казус Вагнер. Проблема музыканта. // Сочинения в 2 т. М.: Мысль, 1990. Т. 2. - С. 525-555.

126. Ницше Ф. Рождение трагедии из духа музыки. Предисловие к Рихарду Вагнеру. // Ницше Ф. Сочинения в 2 т. М.: Мысль, 1990. Т. 1.-С. 57-157.

127. Новалис. Христианский мир или Европа. // Arbor mundi. Мировое древо. М.: РГГУ, 1994. Вып. 3. - С.151-168.

128. Орджоникидзе Г. Ш. Диалектика формы в музыкальной драме. // Рихард Вагнер: Сб. статей. М.: Музыка, 1987. - С. 96-121.

129. Орлов Г. Древо музыки. Вашингтон - СПб.: Н. А. Frager & Со. Советский композитор, 1992. - 409 с.

130. Ортега-и-Гассет X. Дегуманизация искусства. // Эстетика. Философия культуры. / Вступ. ст. Г. М. Фридлендера. М.: Искусство, 1991.-С. 218-268.

131. Полищук В. И. Культурология: Учебное пособие. М.: Гардари-ка, 1998.-556 с.

132. Полякова JI. В. Вагнер и Россия. // Рихард Вагнер: Сб. статей. М.: Музыка, 1987.-С. 9-41.

133. Порфирьева A. J1. «Парсифаль» и его средневековые корни. // Традиция в истории музыкальной культуры (Античность. Средневековье. Новое время). Л.: ЛГИТМиК им. Черкасова, 1989.-С. 108-128.

134. Порфирьева А. Л. Романтическая антропология и вагнеровская концепция "чистой человечности". // Музыка. Культура. Человек. Свердловск: Уральский ун-т, 1991. Вып. 2. - С. 101-114.

135. Ранние отцы церкви: Антология. Брюссель: Жизнь с Богом, 1988.-734 с.

136. Реутин М. Ю. Народная культура Германии: позднее средневековье и Возрождение. М.: РГГУ, 1996. - 217 с.

137. Рицци Д. Рихард Вагнер в русском символизме. / Серебряный век в России. М.: Радикс, 1993. - С. 117-136.

138. Рубаха Е. А. Вагнер вчера и сегодня (об эволюции исполнительских трактовок). // Музыка. Культура. Человек. Свердловск: Уральский ун-т, 1991. Вып. 2. - С. 196-220.

139. Рудзитис Р. Я. Братство Грааля. Рига: Угунс; Минск: Мога-Н, 1994.-320 с.

140. Свириденко С. Вагнер и древнегерманский народный эпос. // Русская музыкальная газета. 1913. № 15-45.

141. Свириденко С. Вагнеровские типы трилогии «Кольцо Нибелун-га» и артисты Петербургской оперы. СПб.: Тип. А. Бенке, 1908,- 245 с.

142. Свиридова С. А. Песнь о Сигурде. Вольный перепев древнего германского сказания о величайшем из героев Сигурде. О заклятом кладе нифлунга и о роковом кольце Андверанаут. СПб.: Тип. А. Бенке, 1912. - 141 с.

143. Свиридова С. А. Трилогия «Кольцо Нибелунга» Р. Вагнера. СПб.: Тип. А. Бенке, 1907. - С. 81.

144. Соллертинский И. И. «Моряк-скиталец» Вагнера. // Соллертин-ский И. И. Музыкально-исторические этюды. Л.: Музгиз, 1956. -С. 174-183.

145. Соллертинский И. И. О «Кольце Нибелунгов» Вагнера. // Соллертинский И. И. Музыкально-исторические этюды. Л.: Музгиз, 1956.-С. 183-198.

146. Таберио Н. «Парсифаль». Историч. происхождение сказаний о Парсифале, содержание и краткий муз. обзор драмы-мистерии того же названия Р. Вагнера. СПб.: А. И. Воронец, 1914. - 66 с.

147. Тараканов М. Е. Музыкальная драматургия Вагнера в зеркале XX века. // Рихард Вагнер: Сб. статей. М.: Музыка, 1987. - С. 122-146.

148. Тигранов Ф. «Кольцо Нибелунга». Критический очерк. СПб.: Сенатская тип., 1910. - 157 с.

149. Тома. Роман о Тристане. // Легенда о Тристане и Изольде. М.: Наука, 1976.-С. 116-185.

150. Тэрнер В. Символ и ритуалы. М.: Наука, 1983. - 277 с.

151. Фамицын А. С. Р. Вагнер и его опера «Лоэнгрин». СПб.: Тип. А. А. Краевского, 1868. - 67 с.

152. Фёдоров Ф. П. Романтический художественный мир: пространство и время. Рига: Зинатне, 1988. - 456 с.

153. Ферман В. Э. Р. Вагнер (социологическая и музыкальная характеристика). М.: Госуд. изд-во. Муз. сектор, нотопечатня Гиза; 1929.-39 с.

154. Фидьестёль Б. Представления об истории в древнескандинавской литературе. // Arbor mundi. Мировое древо. М.: РГГУ, 1996. Вып. 4.-С. 9-20.

155. Финдейзен H. Ф. Нюренбергские мейстерзингеры. 1. Тематический очерк оперы Р. Вагнера. 2. Средневековые мейстерзингеры (исторический очерк Ник. Финдейзена). М.: П. Юргенсон, 1914.-30 с.

156. Финдейзен Н. Ф. Рихард Вагнер. Его жизнь и музыкальное творчество. СПб.: Ред. рус. муз. газеты, 1911. - 41 с.

157. Фрейд 3. Введение в психоанализ: Лекции. М.: Наука, 1989. -455 с.

158. Фрейд 3. По ту сторону принципа наслаждения; Я и Оно; Неудовлетворённость культурой. СПб.: Алетейя, 1998. - 251 с.

159. Фрейденберг О. М. Сюжет «Тристан и Изольда» в мифологемах Эгейского отрезка Средиземноморья // Тристан и Исольда. Л.: АН СССР, 1932. -С. 91-114.

160. Фрэзер Дж. Дж. Золотая ветвь. Исследования магии и религии. М.: Политиздат, 1980.-831 с.

161. Хёйзинга Й. Homo ludens. В тени завтрашнего дня. М.: Издат. группа «Прогресс», «Прогресс-Академия», 1992. - 464 с.

162. Хёйзинга Й. Осень Средневековья. // Соч.: В 3 т. М.: Издательская группа «Прогресс» - «Культура», 1995. Т. 1. - 416 с.

163. Хендерсен Дж. Древние мифы и современный человек. // Человек и его символы. СПб.: Б. С. К., 1996. С. 119-191.

164. Хойслер А. Германский героический эпос и сказание о Нибе-лунгах. Вступ. ст. и примеч. В. М. Жирмунского. М.: Изд-во иностранной литературы, 1960. - 346 с.

165. Хюбнер К. Истина мифа. М.: Республика, 1996. - 448 с.

166. Чешихин В. Е. «Парсифаль». Драма-мистерия Р. Вагнера (критический этюд). СПб.: Типо-лит. М. Д. Рудометова, 1899. - 17 с.

167. Шеллинг Ф. В. И. Система трансцендентального идеализма. М.: Соцэкгиз, 1936. -LIX, 455 с.

168. Шеллинг Ф. В. И. Философия искусства. М.: Мысль, 1966. -496 с.

169. Шлегель Ф. Эстетика. Философия. Критика. В 2 т. М.: Искусство, 1983. Т. 1.-479 с.

170. Шмитт Ж.-К. Понятие сакрального и его применение в истории средневекового христианства. // Arbor mundi. Мировое древо. М.: РГГУ, 1996. Вып. 4. - С. 75-83.

171. Шопенгауэр А. Мир как воля и представление. Афоризмы и максимы. Новые афоризмы. Мн.: Литература, 1998. - 1408 с.

172. Шюрэ Э. Драма Р. Вагнера «Тристан и Изольда» [очерк]. Пер. (и предисл.) В. Коломийцова. М.: П. Юргенсон, 1909. -47 с.

173. Экхарт Мейстер. Духовные проповеди и рассуждения. / М. Эк-харт. Аврора, или Утренняя заря в восхождении. / Я. Бёме. К.: Ника-Центр, 1998. - 432 с.

174. Элиаде М. Аспекты мифа. М.: «Инвест-ППП», CT «ППП», 1996.-240 с.

175. Элиаде М. Космос и история. Избранные работы. М.: Прогресс, 1987.-311 с.

176. Элиаде М., Кулиано И. Словарь религий, обрядов и верований. М.: Рудомино; СПб.: Университетская книга, 1997. - 414 с.

177. Эллис. О Вагнере. // Труды и дни, 1913. № 1-2. - С. 24-53.

178. Эстерберг Э. Молчание как стратегия поведения. Социальное окружение и ментальность в исландских сагах. // Arbor mundi. Мировое древо. М.: РГГУ, 1996. Вып. 4. - С. 21-42.

179. Юнг К. Г. Душа и миф: шесть архетипов. Киев: Государственная библиотека Украины для юношества, 1996. - 384 с.

180. Юнг К. Г. Об отношении аналитической психологии к поэзии. // Юнг К. Г., Нойманн Э. Психоанализ и искусство. M.:REFL-book, К. Ваклер, 1996. - С. 9-29.

181. Юнг К. Г. Подход к бессознательному. // Человек и его символы. СПб.: Б. С. К., 1996. С. 15-117.

182. Ястребицкая A. JI. Западная Европа XI-XII вв. М.: Искусство, 1978. - 179 с.

183. Bekker Р. Wandlung der Oper. Zürich, Leipzig, 1934,- VIII, 182 s.

184. Boor H. de und Newald R. Geschichte der deutschen Literatur. Bd. 2. München, 1955. - VIII, 435 s.

185. Der kritische Musikus. Musikkritiken aus drei Jahrhunderten. Hrsg von H. Seeger. Reklam, Leipzig, 1964. - 406 s.

186. Devrient E. Dramatische und dramaturgische Schriften. Leipzig, 1848-1874. 3 Bde.-XII, 457 s.

187. Dietze W. Junges Deutschland und deutsche Klassik. Berlin, 1957. -391 s.

188. Kestner J. The dark side of chivelry. // Opera News. 1991. Vol. 55. №14.-P. 18-21.

189. Loomis R. S. (ed.). Arthurian Literature in the Middle Ages. Oxford, 1959.-XVI, 574 p.

190. Loomis R. S. Arthurian Tradition and Chretien de Troyis. N. Y., 1949.-XIII, 503 p.

191. Loomis R. S. Celtic myth and Arthurian romance. N. Y., 1927. -XII, 371 p.

192. Loomis R. S. The development of Arthurian romance. N. Y., 1970. -199 p.

193. Loomis R. S. The Grail. From Celtic myth to Christian symbol. Cardiff - New York, 1963. - XI, 287 p.

194. Middleton R. After Wagner. The place of myth in twentieth century music. // The music review. Cambridge, 1973. Aug-Nov. - P. 307327.

195. Millington B. Parsifal: Facing the contradictions. // Musical Times, 1983. Vol. 124, Febr.

196. Neumann E. The life of Richard Wagner. Vol. 1-4. New York, 1933-1946.

197. Richard Wagner an Mathilde Wesendonk. Lpz., 1915. - 424 s.

198. Turville-Petre E. O. G. Myth and Religion of the North. London, 1964.-IX, 340 p.

199. Westernhagen C. von. Richard Wagner. Sein Werk. Sein Wesen. Seine Welt. Zürich, 1956. - 559 s.

200. Westernhagen C. von. Richard Wagners Dresdener Bibliothek 18421849. Wiesbaden, 1966. - 116 s.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.