Орнамент тарских татар конца XIX-XX вв.: К проблеме этнокультурной истории тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 07.00.07, кандидат исторических наук Фаткулина, Фарида Мухаматшарыповна

  • Фаткулина, Фарида Мухаматшарыповна
  • кандидат исторических науккандидат исторических наук
  • 2001, ОмскОмск
  • Специальность ВАК РФ07.00.07
  • Количество страниц 196
Фаткулина, Фарида Мухаматшарыповна. Орнамент тарских татар конца XIX-XX вв.: К проблеме этнокультурной истории: дис. кандидат исторических наук: 07.00.07 - Этнография, этнология и антропология. Омск. 2001. 196 с.

Оглавление диссертации кандидат исторических наук Фаткулина, Фарида Мухаматшарыповна

Введение

СОДЕРЖАНИЕ

Глава I. Орнаментированные предметы тарских татар.

1.1. Предметы из дерева, бересты и камыша.

1.2. Изделия из мягких материалов.

1.3. Металлические предметы.

Глава II. Композиционный состав орнаментов тарских татар.

2.1. Бордюры.

2.2. Розетки.

2.3. Сетки и свободные композиции.

Глава III. Этнокультурные связи тарских татар по данным орнаментики.

3.1. Сравнительный анализ орнаментов на изделиях из дерева, бересты и камыша.

3.2. Аналогии к орнаментам на изделиях из мягких материалов.

3.3. Сравнительный анализ орнаментов на изделиях из металла.

3.4. Динамика орнаментальных традиций.

Рекомендованный список диссертаций по специальности «Этнография, этнология и антропология», 07.00.07 шифр ВАК

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Орнамент тарских татар конца XIX-XX вв.: К проблеме этнокультурной истории»

Актуальность темы. В настоящее время в отечественной науке существует интерес к народному творчеству, которое обладает способностью впитывать и относительно устойчиво сохранять традиционные элементы, восходящие к разным этапам исторического прошлого народа. И в этом смысле исследование орнаментального искусства является довольно актуальной проблемой, поскольку именно в орнаменте наиболее полно аккумулируются многовековые способы и приемы художественного обобщения.

Этнические и культурные взаимосвязи народа, затрагивая его искусство, отражаются прежде всего в орнаменте. Поэтому, изучение орнамента как исторического источника имеет важное значение для выяснения происхождения того или иного этноса, для выявления этапов его истории.

Исследование народного орнамента обусловлено и сложившейся ситуацией - постепенно забываются многие декоративные ремесла, технические приемы, уходят люди, владевшие тем или иным искусством, передававшимся из поколения в поколение. В настоящее время довольно сложно встретить в быту коренного тюркоязычного населения Тарского Прииртышья предметы, декорированные соответственно традиционному канону. Вследствие этого очень важно зафиксировать, сохранить и изучить отличающуюся большим разнообразием художественную культуру указанной локальной группы.

Еще одна причина, побудившая нас обратиться к обозначенной теме, лежит в социально-психологической плоскости. В литературе уже высказывалось предположение о значительном использовании орнаментального убранства главным образом домов. Это происходит на подсознательном уровне и связано с охранительной функцией тех или иных узоров (Жаров С. Н. 1999. С. 57-59). Наиболее остро потребность в защите возникает в период нестабильности и катаклизмов, когда не приходится надеяться на правовую поддержку со стороны государства. Вполне вероятно, что именно этой причиной во многом обусловлено большое внимание к украшению своих домов коренным тюркоязычным населением Тарского Прииртышья, проявившееся в последние 10-15 лет.

Объектом настоящего исследования является декоративно-прикладное искусство коренного тюркоязычного населения Тарского Прииртышья - тарских татар, одной из групп сибирских татар, проживающих в основном в Большереченском, Знаменском, Муромцевском, Седельниковском, Тарском районах Омской области.

Декоративно-прикладное искусство - вид искусства, имеющий свой особый художественный смысл и свою декоративную образность и вместе с тем непосредственно связанный с бытовыми нуждами людей (Аполлон. 1997.С. 160). В единстве того и другого - его сущность и специфика. К числу произведений декоративно-прикладного искусства относятся предметы домашнего обихода, ювелирные украшения, одежда, оружие и снаряжение. В этом же ряду находится и оформление архитектурного интерьера и фасада.

Декоративно-прикладное искусство тарских татар в прошлом было разнообразным и отличалось художественным богатством. Данное население знало обработку кожи, украшение ее мозаикой и аппликацией, изготовление ювелирных изделий, резьбу по дереву, различные способы украшения ткани (вышивка, аппликация, узорное ткачество), обработку бересты и ее художественное оформление, валяние войлоков и т.д. Некоторые из этих видов искусств сохранились до наших дней.

Давая характеристику коренному населению Тарского Прииртышья, отметим, что они являются носителями тарского говора тоболо-иртышского диалекта сибирских татар, который относится к кыпчакской группе алтайской языковой семьи (Тумашева Д. Г. 1969. С. 13-15; 1977. С. 241). Данный диалект включает в себя также тевризский, заболотный, тюменский и тобольский говоры. Говор тарских татар отличается от них наличием значительного процента элементов среднеазиатских иранских и тюркских языков (Тумашева Д. Г. 1977. С. 21; Исхакова С. М. 1976. С. 5457; Исхакова С. М., Валеев Ф. Т. 1978. С. 31-39), но в то же время имеет наибольшее сходство с двумя последними говорами (Тумашева Д. Г. 1977. С. 154). В целом диалекты сибирских татар расцениваются как постепенный переход от тюркских языков Алтая и Южной Сибири к тюркским языкам Поволжья и Приуралья (Тумашева Д. Г. 1984. С. 39). Этнической истории и культуре данного субэтноса посвящены работы Ф. Т. Валеева (1980, 1993), Н. А. Томилова (1981, 1992, 1993), С. Н. Корусенко (1996; 1997; 1998; 1998а; 1999), М. А. Корусенко (1996; 1998; 1998а), И. А. Селезневой (1998; 1998а; 19986; 2000), Н. А. Левочкиной (1998; 1999), Л. М. Кадыровой (1997; 1998). Хотелось бы отметить основные моменты, имевшие место в истории указанного населения в XVI - начале XX вв.

В XVI - XVII вв. тарские татары занимали территорию Среднего Прииртышья от р. Оши до устья р. Оми и населяли бассейны рек Тары, Уя и Оши, постепенно осваивая новые просторы. На востоке они контактировали с барабинцами и васюганскими хантами, в южных и юго-западных районах - с ногайцами, казахами, калмыками. С запада и юго-запада на территорию проживания тарских татар проникали башкиры-тобынцы (Томилов Н. А. 1981. С. 135-136; 1992. С. 45; Валеев Ф. Т. 1993. С. 46; Валеев Ф. Т., Томилов Н. А. 1996. С. 13).

В составе коренного тюркоязычного населения Тарского Прииртышья исследователи выделяют две (в прошлом племенные) группы: аялы и туралы (Валеев Ф. Т. 1975. С. 217; Томилов Н. А. 1981. С. 136). Первую группу образовали аялы, которые также вошли в состав башкир. В аялын-цах сохранились следы печенежско-огузских, огузо-кыпчакских племен и раннеузбекского компонента. Туралинскую группу составили служилые татары и их захребетники. В их число вошли также аялынцы и бухарцы.

Последние оседали здесь еще до появления русских. Названия «ших» и «сеид», бытовавшие среди туралинцев, говорят о наличие в их составе выходцев из ходжей, в основном узбеков и таджиков. Материалы ревизий свидетельствуют о значительном количестве бухарцев в поселениях тар-ских татар XVIII - XIX вв. (Корусенко С. Н. 1999. С. 155). С конца XVIII в. в туралинскую группу в небольшом числе вошли каракалпаки. Общими для обеих групп были телеутский, барабинско-татарский и угорский компоненты (Томилов Н. А. 1981. С. 136-142; Томилов Н. А. 1992. С. 46-48; Валеев Ф. Т. 1980. С. 25-27, 33-34; Валеев Ф. Т., Томилов Н. А. 1996. С. 32; Валеев Б. Ф. 1992. С. 171).

Массовые переселения поволжско-приуральских татар на территорию тарских татар начались довольно рано - с середины XIX в. В 1860 -1880-е гг. поток переселенцев был значителен, в результате чего изменилась картина этнического расселения: в некоторых деревнях (дц. Чепляро-во, Юрт-Бергамак) татары из Европейской России представляли существенный процент от всего населения, а в дд. Инцисс, Черталы поволжско-приуральские татары преобладали (Корусенко С. Н. 1996. С. 184; 1997. С. 181-186; 1999. С. 155-156).

Антропологи на основе дерматоглифического анализа пришли к выводу о сходстве тарских татар с населением Алтая-Саян (Хить Г. Л., Томилов Н. А. 1984. С. 177-178; Хить Г. Л. 1983. С. 102). Одонтологические исследования показали, что коренное тюркоязычное население Тарского Прииртышья, как и тоболо-иртышские татары в целом, относится к смешанной европеоидно-монголоидной популяции и обладает признаками, сближающими его с угорскими группами и с северными самодийцами -ненцами (Ошуркова С. В., Томилов Н. А. 1983. С. 50-54; Халдеева Н. И. 1984. С. 30-32; Ефимова С. В. 1984. С. 32-36; Зубов А. А., Халдеева Н. И. 1989. С. 164) Серологический материал говорит о значительном сходстве с хантами, в меньшей степени - с кетами, селькупами (Багашев А. Н.,

Юрина Jl. Г. 1984. С. 36-40). В облике тарских татар ярко выражены элементы двух антропологических вариантов - южносибирского, тяготеющего к коренному населению казахстанско-алтайского региона, и европеоидного, с южными для данной территории чертами, преимущественно степного происхождения. Последние привнесены бухарцами. Однако значительно больший по сравнению с бухарцами удельный вес имеют элементы, появившиеся благодаря поволжско-татарскому населению (Акся-нова Г. А. 1998. С. 164-165). Наличие признаков южносибирского комплекса сближает тарских татар с тюменскими татарами и барабинцами, локализующимися в районе поселения Абрамово (Багашев А. Н. 1998. С. 107-108). Уральский расовый комплекс у коренного тюркоязычного населения Тарского Прииртышья во внешнем облике практически не выявлен (АксяноваГ. А. 1998. С. 165).

Тарские татары входят в тоболо-барабинскую группу популяций, которая является локальным вариантом обь-иртышского антропологического типа (Багашев А. Н. 1998. С. 320-321).

В свете обозначенной темы исследования важным аспектом представляется традиционное хозяйство тарских татар. И. А. Селезнева (2000) пришла к выводу о сложном синтезе присваивающих и производящих отраслей, состоявших из рыболовства, охоты, собирательства, скотоводства и земледелия. Исследователем приводятся факты, свидетельствующие о глубокой древности системы рыболовства, сложившейся в эпоху финно-угорского единства (Селезнева И.А. 2000. С. 10). В первую очередь это касается запорного рыболовства. Объектами охоты тарских татар была пушная, боровая и водоплавающая дичь, иногда - крупные копытные (Селезнева И.А. 19986. С. 63-66). Коренное тюркоязычное население Тарского Прииртышья практиковало пастбищно-стойловое содержание скота (Селезнев А.Г., Селезнева И.А. 1999. С. 63). Согласно архивным материалам, в начале XX в. в среднем в одном дворе содержалось 2,6 лошадей, 4,2 головы крупного и 2 головы мелкого рогатого скота (Селезнева И.А. 2000. С. 12).В изучаемом регионе имели место подсечно-огневая и залежно-паровая системы земледелия. Высевали пшеницу, рожь, овес, гречиху, ячмень, лен. В итоге, в составе традиционного хозяйственного комплекса тарских татар выделены два компонента. Первый - лесной южносибирский, связанный с влиянием «лесных» народов средневековья, экономическую основу которого составляли присваивающие формы хозяйства в сочетании с коневодством и мотыжным земледелием. Второй компонент -северный, таежный. Его истоки, вероятно, уходят в Западносибирскую тайгу, культуру рыболовов и охотников (Селезнева И.А. 2000. С. 17). По мнению исследователей, «именно развитие охотничье-рыболовческого комплекса определяло роль сибирских татар в хозяйственном освоении обширного региона юга Западно-Сибирской равнины»(Селезнев А.Г., Селезнева И. А. 1999. С. 65).

Официальной религией тарских татар является ислам суннитского толка. Условной датой начала распространения ислама в Сибири называют 1394-1395 гг. (Валеев Ф.Т. 1993. С. 169; Селезнев А.Г., Томилов Н.А. 1994. С. 1994. С. 128; Ахметова Ш.К., Селезнев А.Г. 1995. С. 263), но процесс проникновения и утверждения мусульманства в указанном регионе был сложен и многогранен. Распространение ислама у сибирских татар знаменовал собой важные изменения в их политической и этнической структуре. В связи с этим рубежной датой являются XV-XVI вв., когда Сибирское ханство становится самостоятельным государством, и в этот же период начинается формирование самостоятельных этнических группировок (Ахметова Ш.К., Селезнев А.Г. 1995. С. 266). В.А. Могильников (1997. С. 60) и М.А. Корусенко (1999) на основе позднесредневековых археологических памятников в Тарском Прииртышье приходят к выводу о начале воздействия ислама на культуру местного населения в XVI-XVII вв. Тем не менее, значительный след в религиозных представлениях тарских татар оставил шаманизм. Тенгре, Умай, Куш и другие божества и духи, почитавшиеся шаманистами Саяно-Алтая, известны коренному населению изучаемого региона. С древним шаманским мировоззрением связаны представления о промысловых культах духов-хозяев (иясы), отношение к луне и солнцу, распространение культа «священных» деревьев и птиц и т.д. (Валеев Ф.Т. 1976. С. 320-331; Ахметова Ш.К., Селезнев А.Г. 1995. С. 268-269). Таким образом, речь идет о сложении у тарских татар, как и у сибирских татар в целом, мусульманско-языческого синкретизма, основанного на органическом слиянии исламских и доисламских верований и культов (Белич И.В. 1989. С. 133-140; Валеев Ф.Т. 1993. С. 149-205; Ахметова Ш.К., Селезнев А.Г. 1995. С. 270).

Предметом работы служат свойства орнаментального искусства тарских татар, включающего в себя изобразительный, прикладной и семантический аспекты, которые позволяют выявить этнокультурные связи и отношения данной группы сибирских татар с другими этническими образованиями.

Хронологические рамки исследования охватывают конец XIX - XX вв. Данные рубежи обусловлены этнографическим материалом. К сожалению, число декорированных предметов более раннего периода (XVIII -третьей четверти XIX в.) незначительно и не дает возможности представить полную картину развития орнамента тарских татар в предшествующий отрезок времени. Выбранные хронологические рамки исследования позволяют проследить динамику орнаментального искусства указанного населения от архаичных до новационных форм.

Цели и задачи исследования. Целью работы является выявление на основе изучения орнаментики коренного тюркоязычного населения Тарского Прииртышья его этнокультурных связей. Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

- характеристика предметов, подвергшихся орнаментации;

- анализ композиционного построения узоров;

- выявление этнокультурных компонентов тарских татар по данным орнаментики и установление динамики развития орнаментального творчества.

Методологической основой работы являются концепции, связанные с изучением культуры, народного искусства и орнамента как частных проявлений культуры. В отечественной науке воспринята позиция Э. С. Маркаряна (1969; 1972; 1983) и М. С. Кагана (1991; 1996), которые под культурой понимали специфический способ деятельности. Такая трактовка культуры способствует ее толкованию как системного явления. В этнографии данной проблеме посвящены работы Ю. И. Мкртумяна (1978), Ю. В. Бромлея (1981), С. А. Арутюнова (1989), Н. А. Томилова (1993; 1996), А. В. Головнева (1995), А. Г. Селезнева (1994; 1998).

На наш взгляд, наиболее удачной представляется модель А. В. Головнева (1995. С. 21-27). Согласно его концепции, деятельность человека распределяется в двух основных сферах — природной и общественной. Связь «человек-природа» реализуется в хозяйственной деятельности, а «человек-общество» - в социальной. Способом хозяйственной деятельности служит экологическая и материальная сферы культуры, социальной -нормативная и духовная. Экологическая культура представляет собой знание природных условий деятельности. Материальную культуру составляют созданные или приобретенные человеком вещественные средства жизнедеятельности: жилище с утварью, хозяйственные постройки, одежда, транспорт, орудия труда и т. д. В нормативную культуру входят общественные устои, реализующиеся в идеологических и правовых установках, в системе брачно-родственных отношений, обрядовой и ритуальной практике, этике. Духовная культура включает в себя средства самореализации личности на языке понятий, символов, образов, выражающихся в представлениях о душе и теле, о душе и духах, о душе и Боге, в искусстве.

В двух сферах деятельности человек выступает как субъект, а природа и общество - как объект. Объектные сферы - нормативная и экологическая - сходны по структуре и взаимосвязаны: первая вытекает из второй. Связаны между собой и субъектные области культуры - духовная и материальная. В некоторых случаях провести грань между ними невозможно. Материальная культура рождалась в недрах духовной, а первая вещь, будучи изначально природным предметом, стала таковой после наделения ее особенным смыслом.

Прослеживаются взаимосвязи между отдельными аспектами культуры и на деятельностном уровне. Так, средства хозяйственной деятельности составляют экологическую и материальную области культуры. Природа обусловила способы хозяйствования, тип жилища, одежды и т. д. Средства социальной деятельности представляют духовную и нормативную сферы. С происхождением духовности связано появление человека-личности. Вершиной описываемой модели служит духовная культура, поскольку ее становление означало появление и развитие культуры вообще. Самопознание и очеловечивание окружающего мира отразились именно в духовной сфере.

Итак, все аспекты человеческого бытия взаимосвязаны и взаимообусловлены, в том числе и искусство.

В своем исследовании мы обращаемся к изучению орнамента, являющегося составной частью народного искусства в целом. Последнее обладает своими характерными чертами: индивид растворяет свое субъективное восприятие в общем; субъективное индивидуальное выражается через школы; приверженность к канону; ориентация на традицию. Канон вовсе не сводится к традиции. Наоборот, он обусловлен традицией и связан с ценностным уровнем (Некрасова М. А. 1983. С. 72). Традиция же есть выраженный в социально организованных стереотипах групповой опыт, который путем пространственно-временной передачи аккумулируется и воспроизводится в различных человеческих коллективах. Любая инновация, если она принимается множеством входящих в ту или иную группу людей, стереотипизируется и превращается в традицию. В результате динамика культурной традиции, в том числе и орнаментальной, - это постоянный процесс преодоления одних видов социально организованных стереотипов и образования новых (Маркарян Э. С. 1983. С. 254; Арутюнов С. А. 1989. С. 162-163). По мнению С. А. Арутюнова, необходимо столетие, чтобы инновация стала традицией. Поэтому новшества, появившиеся в орнаментальном творчестве тарских татар в конце XIX в., в конце XX в. можно считать традиционными явлениями.

М. А. Некрасова (1983. С. 82-86) выделяет четыре слоя культурного бытования традиций: народное искусство, искусство промыслов, самодеятельное творчество и профессиональное искусство. Традициям народного орнамента соответствуют первые две формы. Народное искусство существует на бытовом уровне, вещи создаются, как правило, не для продажи. В искусстве промыслов сохраняются традиционные черты, но они направлены во внешний мир.

Говоря о традиции, следует отметить неизбежность импровизаций. «Особенно ярко проявляется тесная связь обязательного следования нормам традиции с ярко выраженным импровизационным началом в тех видах народного искусства, в которых создание произведения органически связано с исполнительством. Естественно, подобное исполнение по памяти влечет бессознательное или сознательное изменение услышанного или увиденного произведения», - отмечал известный исследователь народного творчества П. Г. Богатырев (1971. С. 394-395).

В современной науке отсутствует общепринятое глубоко научное определение орнамента, но в обобщенном виде его можно представить как порядок различных элементов (изобразительных и неизобразительных), служащих, как правило, для украшения какой-либо поверхности. Будучи компонентом культуры, орнамент взаимосвязан со всеми сферами бытия. В нем нашли отражение особенности хозяйствования, мировоззренческих установок, социального статуса. Орнамент представляет собой систему художественных знаков, изобразительных или отвлеченных, которая, передавая архитектонический порядок реальной поверхности, не требует от зрителя включения в иную пространственную и духовную среду - в мир изображения. В этом и состоит художественная сущность орнамента. Он обладает своей спецификой: в нем явно преобладает так называемые «формальные», математические принципы в организации над собственно изобразительными; характерна тенденция к обобщению, декоративной переработке, стилизации натурных мотивов; то, что он развивается в тесном взаимодействии и существует почти исключительно в синтезе с искусствами, занятыми функциональной организацией реальной среды -прикладным и архитектурой (Герчук Ю. Я.,1978; 1979; 1998). Иными словами, орнамент определяют его изобразительная, семантическая и прикладная стороны. Исходя из математических принципов организации узора, основными чертами орнамента предстают: отказ от перспективы и намеренное ограничение плоскими или линейными конструкциями и образами; использование групп симметрии для создания эффектов движения, связанных со временем и пространством; использование цветовой симметрии для обогащения групп симметрии (Берсенева В. Я., Яглом И. М. 1974. С 281).

Функция предмета, его внутренняя структура, техника, материал оказывают воздействие на изобразительный аспект (Рындина О. М. 1995. С. 11). В этом смысле согласимся с точкой зрения М. С. Кагана (1961. С. 91) о подчиненности узора украшаемой им вещи. В сравнении с классическим орнаментом народный узор - более несамостоятельное явление. Он не только украшает предмет, связан с ним конструктивно, выявляет и подчеркивает форму, но обусловлен содержанием предмета, материалом, техникой. Поэтому изучение народного орнамента предполагает как знание самих узоров, так и всего комплекса данных о предмете (Богуславская И. Я. 1991. С. 118).

Понимание орнамента как языка культуры может быть не только переносным, но и буквальным. Говоря о происхождении орнамента, о его роли этнического маркера, исследователи подчеркивают его связь с мировоззрением этноса, вводя такое понятие как «изобразительный фольклор» (Толстой Н. И. 1990. С. 51). В устном и изобразительном фольклоре запечатлевалось осознание цельности мира, складывалась мифопоэтическая модель мира (Топоров В. Н. 1980. С. 398-406). В целом проблема семантики сложна и неоднозначна. По мнению И. Я. Богуславской (1991. С. 117), повод для упрощенного толкования мотивов орнамента дал Б. А. Рыбаков в работе «Язычество древних славян» (1981).

С определенной долей вероятности можно сказать, что трактовка изобразительных мотивов, а тем более изобразительных сюжетов, четко выраженных в материале, представляет собой несколько облегченную задачу. Действительно, в данном случае применимо понятие «изобразительный фольклор». Но, если эти мотивы подверглись значительной стилизации и приобрели схематический характер, то, безусловно, задача их интерпретации осложняется, тем более, что со временем их значение теряется. Подобная эволюция - от «значащего» мотива к отвлеченному характерна для орнаментального искусства (Герчук Ю. Я. 1983. С. 142).

Использование исследователями тех же приемов, которые применяются для дешифровки древних письменностей достаточно опасно. Связь искусства не только с языком, но и письменностью неоднократно подчеркивается учеными, но пути развития письма и орнамента в дальнейшем расходятся (Первобытное искусство. 1998. С. 11). Совпадение словесных и изобразительных мифологем в рамках одной культуры традиционно, но со временем эти изобразительные формулы, сохраняясь в орнаментике, теряют свое первоначальное значение (Первобытное искусство. 1998. С. 89). С. В. Иванов (1963) относит семантику, как колорит и местное название мотивов, к нестойким признакам орнамента и в своем фундаментальном труде не касается данного вопроса. И, если «знаковая система древней орнаментации может сравниваться лишь с нотной записью, для которой утрачен ключ», то что же говорить об узорах современности и относительно не столь отдаленного прошлого (Кожин П. М. 1991. С. 135). Некоторые исследователи считают, что речь о значении символа в данном случае должна идти лишь в этимологическом плане (Толстой Н. И. 1990. С. 51). Другие ученые придерживаются мнения о невозможности продуктивной разработки значений элементов без взаимопроясняющего выхода во многие области современных знаний, в том числе и экспериментальную психологию. Исследователь О. Грабар (Grabar О. 1992. Р. 12) утверждает, что «важна именно трансформация мимитического знака, но не знак сам по себе». Другими словами, не сам изобразительный знак несет в себе информацию и является образом чего-то другого, а важно то, что зритель в результате настойчивой процедуры расподобления узнает в этом образе. При этом не зритель устанавливает правила распознания образа, а само изображение диктует формальные и смысловые особенности складывающегося образа. Владение языком символа - это результат особой познавательной деятельности (Фролов Б. А. 1991. С. 122).

Обращаясь к столь сложной проблеме, конечно же, нельзя игнорировать научное направление - семиотику, занимающуюся изучением знаковых систем, среди которых находится и орнамент. В семиотике различают три уровня: семантический, синтаксический и прагматический. Семантический уровень предполагает исследование закономерностей передачи отношений реального мира; синтаксический - изучение внутренних композиционных закономерностей изображения; прагматический уровень -изучение отношения изображения к человеку, для которого оно предназначается (Берсенева В. Я., Яглом И. М. 1974. С. 279). Известный исследователь знаковых систем Б. А. Успенский (1995. С. 10) считает, что такие виды изобразительного искусства, как абстрактная живопись, орнамент, архитектура, как правило, не связаны непосредственно с семантикой изображаемого, а связаны преимущественно с синтактикой. И. Я. Богуславская (1991. С. 121) приходит к выводу о необходимости учета двух обстоятельств при изучении семантики орнамента: 1) неравномерность сохранения и необязательность наличия отголосков древней семантики в каждой орнаментальной композиции даже и аналогичного рисунка; 2) если для «прочтения содержания орнамента есть веские основания, то этот конкретный смысл не может механически быть перенесен на подобные орнаменты других по назначению предметов иного времени, другой местности и народа*).

Исходя из вышеизложенного в настоящей работе изучению подлежат прикладной и изобразительный аспекты орнамента. Семантическая сторона освещается лишь в некоторых случаях. При изучении орнаментального творчества следует обратить внимание на технические приемы исполнения, состав и особенности его мотивов, композиционные приемы, типы орнамента, орнаментальные комплексы (Иванов С. В. 1963. С. 33; 1958. С. 58). Н. В. Лукина и О. М. Рындина (1995. С. 13) дополняют этот ряд, из которого для нас представляет интерес следующее: прикладная сторона орнамента, включающая в себя категорию предметов, на которые распространяется орнаментальное искусство народа; орнаментальная композиция на предмете; материал, из которого изготавливается орнаментируемая вещь и сами узоры. Добавим: в силу того, что терминология мотивов орнамента крайне неустойчива, плодотворным может стать анализ терминологии декорируемых предметов.

Изобразительная сторона, по С. В. Иванову, характеризуется элементами (составные части мотива), мотивами (повторяющаяся часть орнамента), композицией (определенное расположение на предмете одного или нескольких мотивов). Ведущим показателем является мотив, поскольку порядок элементов и общий замысел орнамента во многом зависят от правил и традиций, часто восходящих к древности. Композиция также традиционна. С. В. Иванов (1963. С. 36) отмечал, что «отдельные народы или родственные группы их в процессе исторического развития разработали свои особые, четко выраженные виды и символы симметрии, неизвестные или малоизвестные другим народам». Существует три основных вида симметрии: розетки, бордюры, сетки (Шубников А. В., Коп-цик В. А. 1972). Но есть узоры, не подчиняющиеся какому-либо ритму. Их называют свободными композициями (Рындина О. М. 1995. С. 235).

В орнаментах проявляются такие симметрические преобразования как отражение, вращение и параллельный перенос. При отражении (зеркальной симметрии) воображаемая плоскость делит фигуру на две зеркально равные половины и называется плоскостью симметрии - т. Совмещение в результате вращения связано с осью симметрии - линией, при полном обороте вокруг которой фигура несколько раз приходит в совместимое равновесие сама с собой - п. Число совмещений при полном обороте называется порядком оси. При параллельном переносе а предполагается ось, вдоль которой происходит смещение фигуры - ось переносов. Путь до совмещения фигуры - период.

При бордюрной организации орнамента расположение мотивов определяет параллельный перенос а с одной осью переносов. Бордюрная симметрия насчитывает семь видов (Рис.1, а). Первый вид наиболее прост, так как в нем присутствует лишь параллельный перенос а. У второго вида - а-а - мотив приходит в совмещение с самим собой после последовательно произведенных переноса на а/2 и отражения в плоскости, перпендикулярной к плоскости чертежа (в данном случае а - плоскость скользящего отражения). Третий вид симметрии предполагает комбинацию оси переносов с поперечными осями второго порядка - а:2. Соединение оси переносов с поперечной плоскостью симметрии дает четвертый вид - а:ш. Пятый вид - это сочетание оси переносов с продольной плоскостью симметрии - а-т. В результате сложения плоскости скользящего отражения с поперечной осью второго порядка получается шестой вид - а:2-а или а-а:ш. Седьмой вид симметрии возникает при комбинировании оси переносов с поперечной и продольной плоскостями симметрии - a m:m.

В розетках совмещение мотивов вызывается вращением (Рис. 1, б). Виды розетчатой симметрии определяются наличием или отсутствием зеркальной симметрии в мотиве, числом совмещений мотивов друг с другом при полном обороте. Асимметричные мотивы характеризуются п, число вращений может быть равно 1, 2, 3 и так далее. Симметричные мотивы обозначаются ш и имеют определенное число вращений.

Основу симметрических преобразований в сетке составляет параллельный перенос, но в отличие от бордюров он осуществляется в нескольких направлениях, то есть предполагает наличие как минимум двух осей переносов. Сетки подразделяются на квадратные, ромбические, правильно-треугольные, прямоугольные (всего 17 видов).

В качестве параметра изобразительного аспекта орнамента необходимо учитывать стилистические особенности в изображении узоров - заполнение контуров рисунка, наличие мелких деталей и другие (Рындина О. М„ 1995. С. 17).

В заключение хотелось бы подчеркнуть, что орнамент выступает в качестве системного явления, все составляющие его компоненты взаимосвязаны и зачастую взаимообусловлены.

Методика исследования. При работе с информаторами использовались методы опроса. Сбор информации производился по вопроснику, разработанному В. Б. Богомоловым (1990). Информаторам задавались вопросы о декорированных предметах, их назначении, технологии, терминологии узоров и изделий, о человеке, их выполнившем, о стоимости работ и т. д. Кроме того, опрашиваемые давали словесные описания вышедших из употребления вещей и их орнаментации. Некоторые из описаний подкреплены рисунками, сделанными самими информаторами. Это позволило провести реконструкцию ряда декорированных предметов, и тем самым наиболее полно воссоздать комплекс орнаментированных изделий.

Применялся и метод фиксации декорированных вещей. Главным образом это зарисовки и фотографии.

При характеристике комплекса орнаментированных предметов использован метод научного описания и классификации. Последний метод применен и при выделении композиционного состава узоров. Классификация производится с учетом ее основных принципов: 1) классификация должна производится по одному признаку; 2) классификация должна быть исчерпывающей; 3) полученные классы должны исключать друг друга (Тульчинский Г. JL, Светлов В. А. 1979. С. 22). На первом этапе основанием является материал, из которого изготовлена вещь, на втором - категории симметрии.

На заключительном этапе исследования, посвященному выявлению этнокультурных компонентов в орнаментике тарских татар, использован метод сравнительно-исторического анализа, основные положения которого применительно к узорам изложил С. В. Иванов (1952; 1952а; 1958; 1961; 1961а; 1963). Данный метод предполагает выяснение внутренних (эндогенных) процессов в развитии орнамента; определение в нем изменений, происходящих под воздействием внешних факторов (экзогенные процессы); изучение распространения орнамента определенного вида или отдельных его мотивов; сравнительное изучение орнамента (Иванов С. В. 1963. С. 31).

Сравнительному изучению подвергаются не только собственно узоры, но и предметы, технологии и терминология. Здесь же применен и метод систематизации, позволяющий объединить множество, части и синтезировать целое (Хмелев А. М. 1979. С. 12-22). В нашем случае в качестве целого предстает процесс развития орнаментальных традиций, каждому этапу которого соответствует определенные этнокультурные взаимосвязи.

При рассмотрении трансформации одних мотивов в другие учитывается эволюционный метод, предполагающий движение от простого к сложному.

Источники. Исследование строится, главным образом, на этнографическом материале. Историко-этнографическими экспедициями Омского государственного университета (ОмГУ) под руководством Н. А. Томи-лова был собран значительный материал в д. Берняжка Большереченского района (1974 г.), дд. Тус-Казань, Уленкуль, Каракуль, Черналы, Кошкуль, Б, Мурлы, Яланкуль Большереченского района (1975 г.), д. М. Туралы Тарского района и д. Камуслы Большереченского района (1976 г.), дд. Айткулово, Б. Туралы, Речапово, Киргап Тарского'района (1980 г.), дд. Гузенево, Черталы, Юрт-Бергамак Муромцевского района (1982 г.). С 1993 г. начинает свою работу Западно-Сибирская комплексная археолого-этнографическая экспедиция Омского государственного университета, Омского филиала Объединенного института истории, филологии и философии СО РАН и Сибирского филиала Российского института культурологии. Под руководством Н. А. Томилова и С. Н. Корусенко в 1993 г. собран материал в д. Инцисс Муромцевского района. В 1994 г. экспедиция под руководством С. Н. Крусенко, А. Г. Селезнева, Н. А. Томилова работала в д. Берняжка Большереченского района; в 1995 г. - руководители С. Н. Корусенко, А. Г. Селезнев, М. А. Корусенко - в д. Чеплярово Большереченского района. Под руководством С. Н. Корусенко экспедиция собирала материал в 1996 г. в д. Черталы Муромцевского района; в 1997 г. - в д. Б. Мурлы Болыиереченского района; в 1998 г. - в д. Сеитово Тарского района; в 1999 г. - в дд. Речапово, Киргап Тарского района. Все материалы экспедиций хранятся в архиве Музея археологии и этнографии ОмГУ. Автором исследования в 1999 г. проводился сбор материала в дд. Кош-куль, Б. Мурлы, Куйгалы Большереченского района, д. Черталы Муром-цевского района.

Наибольший объем информации по орнаментальному творчеству тарских татар был получен в результате работы экспедиций 1970-1980 -х гг. Были зафиксированы многочисленные узоры на различных материалах. Сборы последующих экспедиций, к сожалению, в качественном и количественном отношении менее репрезентативны. Данное обстоятельство, видимо, обусловлено объективно сложившейся ситуацией - декоративное искусство тарских татар к этому времени практически сошло на нет. Единственной областью активного применения узорочья являлись наличники. Поэтому материалы по орнаментальному творчеству коренного населения Тарского Прииртышья, собранные в экспедициях последних лет, представлены в основном деревянной резьбой. В силу специализированного интереса сборы автора исследования в этом плане более разнообразны и фиксируют орнаменты на изделиях из дерева, ткани, кожи, металла, бересты, тростника. В целом преобладают предметы, демонстрирующие искусство вышивки и резьбы по дереву. Значительно меньше сведений получено по обработке кожи, металла, бересты и т. д.

Экспедиционные материалы дополнены музейными коллекциями. Нами использованы коллекции Омского государственного историко-краеведческого музея (ОГИКМ), где представлено 26 орнаментированных предметов тарских татар, среди которых - утварь из дерева, металла, мужские и женские головные уборы (Народы Южной Сибири, 1990.) Музей археологии и этнографии ОмГУ (МАЭ ОмГУ) имеет в своем собрании 52 декорированных экспоната - тюбетейки, калфаки, сарауц, салфетки, кружева, лоскутные коврики, ювелирные изделия. В фондах Большере-ченского историко-этнографического музея (БИЭМ) находятся 12 украшенных предметов - обувь, головные уборы, платье, кружева, ювелирные изделия, деревянная утварь. Тарский краеведческий музей (ТКМ) насчитывает девять, Уленкульский краеведческий музей (УКМ) - семь, Кош-кульский краеведческий музей (ККМ) - пять декорированных экспонатов, включающих в себя головные уборы, паласы, обувь, кружева, ювелирные изделия, платья. Вышитая подушка и украшения для четок хранятся в Тобольском государственном объединенном историко-архитектурном музее-заповеднике (ТГОИАМЗ). В Российском этнографическом музее (РЭМ) хранится коллекция предметов быта тарских татар, поступившая от Ю. О. Горбатовского в 1904 г., среди них - орнаментированные халат, мужские и женские головные уборы, ювелирные изделия (восемь предметов).

Этнографические источники датируются главным образом концом XIX - XX вв. Но незначительное число музейных экспонатов относится к концу XVIII - третьей четверти XIX вв.

В качестве литературных источников привлечены сведения, содержащиеся в работах И. Г. Георги (1799), И. П. Фалька (1824), К. Ельницко-го (1895), В. В. Храмовой (1956), Ф. Т. Валеева (1980; 1993), В. Б. Богомолова (1977; 1978). Их характеристика будет дана ниже.

Еще одним видом источников являются опубликованные археологические материалы. Прежде всего это книга В. И. Матющенко и А. В. По-леводова «Комплекс археологических памятников на Татарском увале у д. Окунево» (1994), где даны описание и иллюстрации найденных изделий декоративно-прикладного искусства коренного населения Тарского Прииртышья, датируемых XVII-XVIII вв. В этом ключе следует отметить и диссертационное исследование Б. В. Мельникова «Торговоэкономические связи коренного населения бассейна р. Тара в XVII-XVIII вв. (по данным археологии)» (1995), а также его статьи в соавторстве с Холостых Г. В. «Украшения позднего комплекса Окуневского могильника ОМ VII» (1994), с В. Б. Богомоловым «Изделия из бересты у населения XVII-XVIII вв. бассейна р. Тары» (1997) и «Накосное украшение XVII в. из Черталинского могильника» (1997а). В этих работах исследователи дают описание находок (бисер, жетоны, ювелирные изделия) и решают вопросы их происхождения и реконструкции, что позволяет провести сопоставления с этнографическим материалом и выявить изменения в орнаментальном творчестве тарских татар в конце XIX-XX вв.

Историография вопроса. История отечественного, в том числе и сибирского, орнаментоведения изложена в работах С. В. Иванова (1963), Т. В. Станюкович (1984), В. Б. Богомолова (1984; 1995), О. М. Рындиной (1995). Поэтому мы не будем детально останавливаться на данной проблеме, но, тем не менее, хотелось бы отметить работы, вышедшие в свет за последнее пятилетие. В их числе монография О. М. Рындиной «Орна-мент»(1995), где прослежены генезис орнаментики обских угров, само-дийцев, нарымских эвенков и русских Западной Сибири, а также отраженные в ней этногенетические процессы, протекавшие на данной территории. Методологической основой исследования стало положение о системности орнамента, позволившее удачно решить поставленные задачи. В 1998 г. была защищена диссертация Е. Е. Никоноровой, посвященная орнаменту счетной вышивки башкир, в свое время названной загадкой (Авижанская С. А., Бикбулатов Н. В., Кузеев Р. Г. 1964. С. 112). Благодаря анализу орнаментов, техники, материалов, семантики установлены ее истоки и пути распространения. В 1999 г. в свет вышла еще одна работа по орнаментике - монография Т. А. Молдановой «Орнамент северных хан-тов», где значительное внимание уделяется семантике узоров. Для решения поставленных задач автор использовала эволюционно-номинативный метод.

И здесь же обозначим основные вехи в истории изучения орнаментики сибирских татар. В XVIII - XIX вв. авторы, в их числе Д. Г. Мессер-шмидт (Титова 3. Д. 1976. С. 126-128), Г. Ф. Миллер (1937), П. С. Паллас (1786), И. П. Фальк (1824), И. Г. Георги (1799), Н. М. Ядринцев (1891), К. Ельницкий (1895), И. Н. Юшков (1861), акцентировали внимание не на узорах, а на описании одежды, ее декора, материалов, утвари и на некоторых ремеслах. Так, И. Г. Георги (1799. С. 14) отмечал существование у сибирских татар производства шерстяных ковров, лошадиных попон. Одежда некоторых групп татар, по его мнению, не отличалась от одеяния казанских татар, барабинцы же носили рубахи из крапивного волокна, украшенные вышивкой цветными нитями и золотым шнуром. Эти сведения подтверждал И. П. Фальк (1824. С. 215). К. Ельницкий (1895. С. 91) говорил о валянии войлоков, вышивании шелком и золотом, тщательности отделки изделия.

Изучение собственно узоров сибирских татар начинается в XX столетии. По мнению Б. В. Богомолова(1984. С. 157), наибольший подъем ор-наментоведения происходил в 50-60-е гг. XX в. В это время, в 1956 г., в серии «Народы мира» вышла книга академических очерков «Народы Сибири», один из которых посвящен западносибирским татарам и написан В. В. Храмовой (С. 473-491). Автор этого очерка дала описание декоративно-прикладного искусства указанного населения и отмечает, что на одежде и полотенцах вышивали геометрический орнамент. Она высказала мнение, что наибольшим художественным мастерством отличаются головные уборы, украшенные шелком, серебром, бисером и жемчугом. Основной сюжет вышивок на этих предметах - цветы, листья, побеги. В. В. Храмова отметила, что изобразительное искусство западносибирских татар бытовало в основном в виде вышивки на одежде. Таким образом, данный исследователь не ставила задачи анализа орнамента сибирских татар и использования его для реконструкции этнической истории.

Огромный вклад в становление и развитие орнаментоведения как науки внес С. В. Иванов. Им выделены двенадцать типов орнаментов, характерных для народов Сибири, из которых один - тоболо-иртышский -был присущ бухарцам и сибирским татарам (Иванов С. В. 1961. С. 372). Данный тип отличается крупными, криволинейными фигурами, главные из них - цветы, листья, гирлянды, спирали. Узоры вышивались на бархате, ярком шелке или коже. И, как отмечал С. В. Иванов, описанный орнамент находит много аналогий в искусстве казанских татар и узбеков.

К более детальному исследованию орнамента сибирских татар приступают в 1970-е гг. И за последние десятилетия был накоплен значительный материал, способствующий дальнейшему изучению поставленной проблемы.

Несколько страниц своей книги «Западносибирские татары во второй половине XIX - начале XX вв.» (1980. С. 180-183) посвятил орнаменту тоболо-иртышских татар Ф. Т. Валеев, который привел примеры орнаментации на твердых и мягких материалах и указал на влияние в этой области искусства народов Средней Азии, казахов, башкир, хантов, манси, народов Саяно-Алтая, казанских татар и русских.

Следует особо отметить работы В. Б. Богомолова и Н. А. Томилова. Указанные авторы анализируют декоративно-прикладное искусство сибирских татар конца XIX - начала XX вв. и отмечают, что наиболее полно основы национальных традиций отразились в орнаментальном искусстве, которое достигло у данного населения высокого уровня. Ими собран значительный материал по орнаментике тарских, барабинских, томских, курдакско-саргатских татар. Исследованию подверглись изделия, выполненные не только из мягких материалов, но и из дерева, металла (Богомолов В. Б. 1975; 1977; 1978; 1978а; 19786; 1979; 1979а; 1980; 1985; 1987; 1995; 1995а; Богомолов В. Б., Томилов Н. А. 1976; Томилов Н. А., Богомолов В. Б., Курочка Ю. И. 1975). В работах В. Б. Богомолова внимание уделяется изобразительной и прикладной стороне орнаментов (мотив, техника, материал), приводится типология и сопоставление узоров с декором других народов, то есть изучение построено на основе, заложенной С. В. Ивановым. В 1980-е гг. проводятся первые комплексные археолого-этнографические исследования орнамента сибирских татар, предпринимается попытка сопоставления декора керамических сосудов позднесредне-вековой Барабы с этнографическим материалом (Богомолов В. Б., Соболев В. И. 1981), а также разрабатывается теория и методология подобного сопоставления и отмечается ее сложность (Богомолов В. Б., Томилов Н. А. 1981; 1990; 1993).

Специально орнаменту тарских татар посвящены две работы В. Б. Богомолова (1977; 1978), положившие начало изучению орнаментального творчества указанной группы сибирских татар. Они носят во многом описательный характер. Автор обращается к узорам на ткани, дереве, металле, коже. Положительным моментом является выделение исследователем ранних и поздних технических приемов, группировка мотивов в целом и выявление некоторых параллелей. Ценными представляются замечания ученого о связи геометрических мотивов со старыми изделиями и техническими приемами, о переносе мотивов вышивок на дерево (Богомолов В. Б. 1978. С. 164, 168). В результате проделанной работы автор приходит к выводу о влиянии на орнаментику тарских татар декоративного искусства русских, выходцев из Средней Азии, поволжских татар, а также им были выявлены некоторые аналогии в творчестве народов Южной Сибири (Богомолов В. Б. 1977. С. 190; 1978. С. 170). Пожалуй, единственным недостатком можно назвать группировку растительных мотивов. В. Б. Богомоловым (1977. С. 190; 1978. С. 168) выделены три группы: стилизованные, реалистичные (садовые) и букетные мотивы. В первых двух случаях основанием для их выделения послужила стилистика изображения, а последнем - композиция. Безусловно, данное замечание не умаляет достоинств работ исследователя. Ив заключение отметим, что за прошедшие 20 лет накошен новый материал по орнаментике тарских татар, не учтенный В. Б. Богомоловым в своих публикациях.

Научная новизна работы. В диссертации впервые представлена полная картина орнаментального творчества тарских татар конца XIX -XX вв„ прослежена динамика развития орнаментики, и выявлены этнокультурные параллели. В исследование вводится значительный комплекс музейных коллекций. Работа строится с учетом новых подходов к изучению орнаментики, разработанных в последнее десятилетие.

Практическая значимость. Результаты исследования могут быть применены для решения вопросов, связанных с изучением орнаментики различных народов, проблем народного декорашвно-приювдного искусства, в работах по истории и этнографии Сибири, в краеведческих исследованиях, при написании различных учебных пособий и разработке курса лекций, а также при построении этнографических экспозиций музее». ГЪ-лученные данные возможно использовать для сохранения и возрождения угасакжцего орнаментального искусства тарских татар.

Апробация. Основные положения работы отражены в 15 публикациях ее автора (Фаткулина Ф. М, 1997; 1997а; 1998; 1998а; 19986; 1998в; 1998т; 19981ц; 1999; 1999а; 19996; 2000; 2000а; 20006; 2000В). По проблему освещенным в диссертации, сделаны доклады на IV Международной конференции «Россия и Восток» (Омск, 1997), на II Международном конгрессе этнографов и антропологов России (Уфа, 1997), на V Международном научном семинаре «Интеграция археологических и этнографических исследований» (Уфа, 1997), на I научно-практической конференции, посвященной памяти М Ф. Мелехина (Омск, 1997), на Всероссийской научной конференции, посвященной 120-летию Омского государственного ис-торико-краеведческого музея «Музей и общество на пороге XXI ве-ка)>(Омск, 1998), на IV Международной научной конференции «Этничеекая история тюркских народов Сибири и сопредельных территорий» (Омск, 1998), на VII научно-практическом семинаре «Народная культура Сибири» (Омск, 1998), на II научно-практической конференции, посвященной памяти М. Ф. Мелехина (Омск, 1998), на II Всероссийской научно-практической конференции «Сибирская деревня» (Омск, 1998), на VIII научно-практическом семинаре «Народная культура Сибири» (Омск, 1999), на Всероссийской научной конференции, посвященной 25-летию ОмГУ, «Современное общество» (Омск, 1999), на III Всероссийской научно-практической конференции, посвященной памяти М. Ф. Мелехина (Омск, 1999), на III Всероссийской научно-практической конференции «Сибирская деревня» (Омск, 2000), на XII региональной научно-практической краеведческой конференции «Словцовские чтения» (Тюмень, 2000).

Структура диссертации. Работа состоит из введения, трех глав, заключения, списка используемой литературы, списка сокращений, списка основных информаторов и приложения, где помещены рисунки и фотографии.

Похожие диссертационные работы по специальности «Этнография, этнология и антропология», 07.00.07 шифр ВАК

Заключение диссертации по теме «Этнография, этнология и антропология», Фаткулина, Фарида Мухаматшарыповна

Заключение

Изучение орнаментального творчества тарских татар конца XIX - XX вв. обусловлено рядом причин, среди которых превалируют две: одна из них связана с проблемой сохранения и возрождения уходящего искусства, другая — со способностью орнаментики отражать различные этапы истории народа. Данная особенность позволила нам выявить этнокультурные связи тарских татар с другими этническими образованиями.

Материалы этнографических экспедиций, музейных коллекций и литературных источников показали, что коренным тюркоязычным населением Тарского Прииртышья на протяжении конца XIX - XX вв. создан значительный комплекс орнаментированных предметов. С декорированием связано большое количество материалов и технических приемов. Тар-скими татарами из дерева выполнялась различная бытовая утварь, декорированная при помощи контурной, желобчатой, двугранно-, трехгранно-, четырехгранно-выемчатой резьбы, отличающиеся архаичностью. Относительно молодая техника - пропильная резьба - наиболее ярко проявила себя в украшении наличников. Берестяные изделия (туеса, кузова), известные коренному населению Тарского Прииртышья издавна, декорировались тиснением, штампом и «вышиванием» берестой. Практически забыто искусство плетения циновок, ранее украшаемых сетками и бордюрами при добавлении темной травы. Наиболее представителен комплекс предметов, выполненных из мягких материалов. Среди них - полотенца, вышитые старыми приемами (набором, тамбуром). Изделия, вошедшие в обиход тарских татар с середины XX в., - салфетки, занавески - декорированы верхошовом, стебельчатым швом, «крестом», мережкой, «козликом» и другими швами. К числу убранства интерьера относятся и ковры. Традиционными признаны изделия, сшитые из узких тканых отрезов, имеющие полосатый узор, а также предметы, собранные из различных кусочков ткани. Знакомы тарские татары и с вышитыми коврами, для украшения которых применяли тамбур или ковровый шов. Ковры, выполненные последним способом, появляются в домах тарских татар только в XX в. Имеют орнаментацию и большинство головных уборов. Прежде всего -это тюбетейки, украшенные тамбуром, петельным швом, гладью, стежкой. Отличаются богатством декора золотошвейные тюбетейки, а также женские головные уборы - калфаки, сарауц, расшитые золотной нитью, бисером, синелью. Декорированные платья и рубахи представлены единичными экземплярами. В данном случае применяли тамбур, стебельчатый шов, верхошов, «крест», «козлик», аппликацию. Узор размещался на воротнике, вдоль разреза на груди, по подолу. Обувь (сапоги) украшалась либо сшивной мозаикой по всей поверхности, либо аппликацией по центру голенища. К числу орнаментированных предметов, выполненных из металла, относятся сундуки, шкатулки, обитые металлическими полосками в виде ромбической сетки, а также просечными накладными деталями. Дополнительно в декорировании этих изделий применяли роспись. Ювелирные украшения имеют богатейшую орнаментацию, традиционно характерную для татар Поволжья.

Следует отметить, что комплекс орнаментированных предметов тарских татар является органичной частью орнаментального творчества сибирских татар, но, тем не менее, имеет свои специфические черты. Это объясняется, с одной стороны, определенными вехами в этнической истории тарских татар, с другой, - активным втягиванием в социально-экономические процессы, протекавшие на данной территории в конце XIX - начале XX вв., в результате чего некоторые вещи исчезли из обихода указанного населения. Кроме того, на протяжении XX в. произошел отход от традиционной культуры. И некоторые слои орнаментального творчества безвозвратно утеряны.

Анализ композиций узоров тарских татар выявил многообразие их построения. В орнаментике данного населения представлены розетки, бордюры, сетки и свободные композиции. Среди них численно преобладают розетки, особенно с символами симметрии lm, 4т, In. Второе место по количеству отведено бордюрам, среди которых превалируют узоры с видами симметрии а, а:т, а:т-т, а:т-а. Бордюры с символом а:т<т свойственны большинству материалов, поэтому эти узоры признаны наиболее древними. Кроме того, бордюры с указанным символом типичны для тюркоязычных народов Сибири и Средней Азии. В орнаментике тарских татар наиболее древней является розетка с символом симметрии 1т. Сетки в декоративном творчестве тарских татар представлены незначительно и в целом они мало характерны для западносибирской орнаментики. Свободная композиция представлена лишь единожды (на платье). Как показал анализ симметрических преобразований узоров, композиции орнаментов коренного населения Тарского Прииртышья в целом характерны для тюркоязычных народов.

На основе разработки прикладной, изобразительной и отчасти семантической сторон орнаментов с учетом украшаемых предметов удалось определить динамику орнаментального творчества тарских татар. Развитие орнамента указанного населения проходит пять этапов. Начальной точкой отчета можно считать эпоху неолита, когда появляются наипростейшие геометрические фигуры. Их широкое распространение в Сибири, Восточной Европе обусловлено существованием в этот период уральской этнолингвистической общности. Узоры украшают берестяные, деревянные изделия, предметы из тростника, коврики курома. Второй этап восходит к эпохе бронзы, к андроновской культуре, когда на смену квадратно-прямоугольной структуре построения мотивов приходит зигзагово-треугольная. Бордюры и сетки из усложненных ромбов реализуются в счетной вышивке. Возможно, к этому времени относится знакомство с войлоком и техникой простегивания. На третьем этапе происходит становление узоров, характерных для тюрко- и монголоязычных народов Сибири, Средней Азии, Кавказа, Казахстана. Это рогообразные мотивы, бегущая волна, пальметты, трилистники. В Тарское Прииртышье они привносятся племенами, входившими в кимако-кыпчакскую этнокультурную общность, а в XVI - XVII вв. - калмыками, казахами, башкирами-тобынцами. Узоры представлены в вышивке тамбуром, «козликом», аппликации по коже и ткани, резьбе по дереву. Четвертый этап датируется

XVIII - началом XX вв. и связан с проникновением на территорию расселения тарских татар значительного количества выходцев из Средней Азии и татар из Европейской России. Ими привнесены растительные мотивы и изречения из Корана, реализуемые в вышивке тамбуром, гладью, золот-нои нитью, бисером, синелью, «ушковои» технике, сшивнои мозаике и вышивке по коже, в ювелирных изделиях. Складывается та орнаментальная традиция, которая будет превалировать в дальнейшем и во многом определять «лицо» орнаментального творчества тарских татар. Значительно пополняется набор узоров после прихода в Сибирь русских. На пятом этапе появляются орнито-, антропо-, зооморфные мотивы, шашечные ромбы и восьмилепестковые розетки. Украшаются предметы, вошедшие в обиход аборигенного населения Тарского Прииртышья, вероятно, в конце

XIX в. - наличники, подзоры, обитые сундуки и шкатулки и т. д.

Таким образом, установлены этнокультурные связи тарских татар с многими народами, среди которых ханты, манси, селькупы, тюркоязыч-ные народы Южной Сибири, Поволжья, Средней Азии и Казахстана, а также русские.

К сожалению, в настоящее время орнаментальное творчество тарских татар практически сошло на нет. Единственной областью активного применения узорочья являются лишь наличники. Образовавшаяся в середине

XX в. лакуна в традиционной художественной культуре тарских татар быстро заполнилась извне, и главным образом, узорами покупных трафаретных образцов, с гордостью демонстрируемые татарскими мастерицами. В настоящее время есть все основания ставить вопрос о возрождении традиционного искусства, в том числе и орнаментики, а также художественных промыслов тарских татар. Эту задачу, на наш взгляд, возможно решить в результате комплексного изучении декоративно-прикладного искусства не только тарских, но и сибирских татар в целом.

Список литературы диссертационного исследования кандидат исторических наук Фаткулина, Фарида Мухаматшарыповна, 2001 год

1. Абрамова А. А., Коломиец О. П. Образ птицы в традициях и фольклоре некоторых групп сибирских татар // Сибирская деревня: история, современное состояние, перспективы развития. Омск, 2000. - С. 143-145.

2. Авижанская С. А., Бикбулатов Н. В., Кузеев Р. Г. Декоративно прикладное искусство башкир. - Уфа, 1964. - 234 с.

3. Аксянова Г. А. Новые данные о физической внешности коренного населения Обь-Иртышья (к проблеме тюркско-угорского взаимодействия) // Система жизнеобеспечения традиционных обществ в древности и современности. Томск, 1998. - С. 162-167.

4. Алиева К. Безворсовые ковры Азербайджана. Баку: Ишыт, 1988. -210 с.

5. Антипина К. И. Особенности материальной культуры и прикладного искусства южных киргизов. Фрунзе: Изд-во АН КирССР, 1962. - 240 с.

6. Апполон: Изобразительное и декоративное искусство. Архитектура: Терминологический словарь. ~М.: Эллис Лак, 1997. 736 с.

7. Арутюнов С. А. Народы и культуры: развитие и взаимодействие. -М.: Наука, 1989.-247 с.

8. Ахметова Ш.К., Селезнев А.Г. О мусульманско-языческом синкретизме у народов Западной Сибири // Народы Сибири и сопредельных территорий. Томск, 1995. - С. 263-273.

9. Ащепков Е. А. Русское народное зодчество в Западной Сибири. М.: Изд-во Академии архит-ры СССР, 1950. - 189 с.

10. Багашев А. Н. Антропологический состав тоболо-иртышских татар // Очерки культурогенеза народов Западной Сибири. Томск, 1998. - Т. 4. -С. 106-110.

11. Багашев А. Н. , Юрина JI. Г. Группы крови системы АВО и резус (D) у тарских татар // Этническая история тюркоязычных народов Сибири и сопредельных территорий. Тезисы докладов . по антропологии. Омск, 1984.-С. 36-40.

12. Бардина П. Е. Использование бересты русским населением Томской области // Вопросы этнокультурной истории Сибири. Томск, 1980. - С. 61-80.

13. Бардина П. Е. Узорное ткачество и ковроделие русского населения Томской области // Искусство и фольклор народов Западной Сибири. -Томск, 1984.-С. 67-80.

14. Басилов В. Н. Символика суфизма и народные верования // ЭО. -1994.-N 6.-С. 88-91.

15. Белинская Н. А. Декоративное искусство горного Таджикистана. -Душанбе: Дониш, 1965. 123 с.

16. Белицер В. Н. Народная одежда удмуртов: Материалы к этногенезу. -М.: Изд-во АН СССР, 1951. 140 с.

17. Белич И.В. Природа в доисламских верованиях сибирских татар // Культурные и хозяйственные традиции народов Западной Сибири. Новосибирск, 1989.-С. 133-140.

18. Бережнова М. J1. Ткачество русских крестьян юга ЗападноСибирской равнины в конце XIX первой трети XX в. // Народы Сибири и сопредельных территорий. - Томск, 1995. - С. 186-201.

19. Бережнова М. JI. Ткани и производство одежды из них у русских юга Западно-Сибирской равнины последней трети XIX 30-х гг. XX в. - Ав-тореф. канд. ист. наук. - Новосибирск, 1997. - 18 с.

20. Берсенева В. Я., Яглом И. М. Симметрия и искусство орнамента // Ритм, пространство и время в литературе и искусстве. JL, 1974. - С. 274289.

21. Бикбулатов Н. В., Кузеев Р. Г., Шитова С. Н. Прикладное искусство // Народное творчество башкир. Уфа, 1976. - С. 43-143.

22. Богатырев П. Г. К вопросу о сравнительном изучении народного словесного, изобразительного и хореографического искусства у славян // Вопросы теории народного искусства. -М., 1971.-С. 394-395.

23. Богомолов В. Б. О некоторых историко-культурных связях томских татар по материалам орнамента // Материалы I научно-методической конференции Омского государственного университета. Омск, 1975. - С. 3334.

24. Богомолов В. Б., Томилов Н. А. Характеристика орнамента томских татар // Из истории Сибири. Томск, 1976.-Вып. 19.-С. 196-214.

25. Богомолов В. Б. Новые материалы по орнаменту тарских татар // Материалы III научно-методической конференции Омского государственного университета. Омск, 1977. - С. 189-190.

26. Богомолов В. Б. Орнамент тарских татар // Этнокультурные явления в Западной Сибири. Томск, 1978. - С. 159-171.

27. Богомолов В. Б. Орнамент барабинских татар // Этнография народов Алтая и Западной Сибири. Новосибирск, 1978а. - С. 123-135.

28. Богомолов В. Б. О коврах тевризских татар // Этнокультурная история населения Западной Сибири. Томск, 19786. - С. 96-102.

29. Богомолов В. Б. Основные направления развития орнамента барабинских татар в XIX начале XX вв. // Особенности естественно-географической среды и исторические процессы в Западной Сибири. -Томск, 1979.-С. 72-76.

30. Богомолов В. Б. Орнамент барабинских татар как историко-этнографический источник // Этногенез и этническая история тюркоязыч-ных народов Сибири и сопредельных территорий. Омск, 1979а. - С. 105112.

31. Богомолов В. Б. Ткачество декоративных ковров у барабинских татар // Духовная культура народов Западной Сибири. Томск, 1980. - С. 66-80.

32. Богомолов В. Б. Современный орнамент сибирских татар // Социально-культурные процессы в советской Сибири. Тезисы докладов . по проблемам современного искусства и народного творчества. Омск, 1985. -С. 16-20.

33. Богомолов В. Б. Изделия из бересты барабинских татар // Проблемы происхождения и этнической истории тюркских народов Сибири. -Томск, 1987.-С. 113-136.

34. Богомолов В. Б. Деревянное зодчество сельской местности Омской области И Памятники культуры Западной Сибири. Омск, 1989. - С. 2426.

35. Богомолов В. Б. Вопросник по сбору орнамента народов Сибири // Вопросники и программы по духовной культуре. Омск, 1990. - С. 9-26.

36. Богомолов В. Б. Скульптура сибирских татар XIX первой трети XX вв. // Этническая история тюркоязычных народов Сибири и сопредельных территорий (по данным этнографии). - Омск, 1992. - С. 21-26.

37. Богомолов В. Б. Об угорском компоненте в вышивке барабинских татар // Народы Сибири и сопредельных территорий. Томск, 1995. - С. 219-239.

38. Богомолов В. Б. Узоры сибирских татар Омского Прииртышья // От Урала до Енисея. Томск, 1995а. - Кн. 1. - С.46-66.

39. Богомолов В. Б. Ткани XVII в. тюркского населения бассейна р. Тары // Этнографо-археологические комплексы: проблемы культуры и социума. -Новосибирск, 1996.-Т. 1. С. 112-116.

40. Богомолов В. Б. Тюркские традиции в развитии костюма русских XIII XVII вв. // Этническая история тюркских народов Сибири и сопредельных территорий. - Омск, 1998. - С. 65-70.

41. Богомолов В. Б., Мельников Б. В. Изделия из бересты у населения XVII XVIII вв. бассейна р. Тары // Этнографо-археологические комплексы: Проблемы культуры и социума. - Новосибирск, 1997. - Т. 2. - С. 5868.

42. Богомолов В. Б., Мельников Б. В. Накосное украшение XVII в. из Черталинского могильника // Этнографо-археологические комплексы: Проблемы культуры и социума. Новосибирск, 1997а. - Т. 2. - С. 49-58.

43. Богомолов В. Б., Соболев В. И. Орнамент в этно-археологическом комплексе барабинских татар // Методологические аспекты археологических и этнографических исследований в Западной Сибири. Томск, 1981. -С. 129-132.

44. Богомолов В. Б., Томилов Н. А. Теоретические и методологические аспекты археолого-этнографических исследований // Методологические аспекты археологических и этнографических исследований в Западной Сибири. Томск, 1981.-С. 129-132.

45. Богомолов В. Б., Томилов Н. А. Художественный стиль как этнопока-зательный признак // Проблемы исторической интеграции археологических и этнографических источников Западной Сибири. Томск, 1990. - С. 150-153.

46. Богомолов В. Б., Томилов Н. А. Художественный стиль и проблемы выявления этической специфики в археолого-этнографических материалах // Томилов Н. А. Проблемы этнической истории (по материалам Западной Сибири). Томск, 1993. - С. 197-202.

47. Богуславская И. Я. Ткань и набойка // Русское народное искусство. -Л., 1959.-С. 61-66.

48. Богуславская И. Я. Русская народная вышивка. М.: Искусство, 1972.- 152 с.

49. Богуславская Н. Я. Об изучении народного орнамента // Из истории собирания и изучения произведений народного искусства. Л., 1991. - С. 117-123.

50. Бромлей Ю. В. Современные проблемы этнографии. М.: Наука, 1981.-284 с.

51. Вагнер Г. К. Канон и стиль в древнерусском искусстве. М.: Искусство, 1987.-288 с.

52. Вайнштейн С. И. Орнамент в народном искусстве тувинцев // СЭ. -1967.- №2.-С. 31-35.

53. Вайнштейн С. И. История народного искусства Тувы. М.: Наука, 1974.-224 с.

54. Валеев Б. Ф. Башкирский компонент в языке западносибирских татар // Языки, духовная культура и история тюрков: традиция и современность. -Казань, 1992.-С. 171-173.

55. Валеев Ф. Т. К этнической истории тарских татар // Из истории Сибири.-Томск, 1975.-Вып. 16.-С. 215-219.

56. Валеев Ф.Т. О религиозных представлениях западносибирских татар // Природа и человек в религиозных представлениях народов Сибири и Севера. Л., 1976. - С. 320-321.

57. Валеев Ф. Т. Об этнокультурных связях западносибирских татар с другими народами во второй половине XIX начале XX вв. (по данным одежды тарских, тобольских и тюменских татар) // Этнокультурные явления в Западной Сибири. - Томск, 1978. - С. 150-158.

58. Валеев Ф. Т. Западно-сибирские татары. Казань: Тат. кн. изд-во, 1980.-280 с.

59. Валеев Ф. Т. Сибирские татары: культура и быт. Казань: Тат. кн. изд-во, 1993.-208 с.

60. Валеев Ф. Т., Томилов Н. А. Татары Западной Сибири: история и культура. Новосибирск: Наука, 1996. - 158 с.

61. Валеев Ф. X. Орнамент казанских татар. Казань: Тат. кн. изд-во, 1969.-204 с.

62. Валеева-Сулейманова Г. Ф. Декоративное искусство Татарстана: 1920-е начало 1990-х гг. - Казань: Фэн, 1995. - 192 с.

63. Васильева Г. П. Головные и накосные украшения туркменок XIX -первой половины XX вв. // Костюм народов Средней Азии: Историко-этнографические очерки. М., 1979. - С. 174-205.

64. Воробьев Н. И. Казанские татары. Казань: Татгосиздат, 1953. - 240с.

65. Воробьев Н. И., Валеев Ф. X. Народное прикладное искусство татар Поволжья. -М.: Наука, 1964. 10 с.

66. Гаврильева Р. С. Одежда народа саха конца XVII середины XVIII века. - Новосибирск: Наука, 1998. - 144 с.

67. Георги И. Г. Описание всех обитающих в Российском государстве народов. СПб., 1799. - Ч. 2. - 178 с.

68. Герчук Ю. Я. Что такое орнамент? // ДИ. N 1. - 1978. - С. 29-31.

69. Герчук Ю. Я. Структура и смысл орнамента // ДИ. N 1. - 1979. - С. 30-33.

70. Герчук Ю. Я. Поэтика орнамента // Советское декоративной искусство. 1983. - Вып. 37. - С. 140-155.

71. Герчук Ю. Я. Что такое орнамент? Структура и смысл орнаментального образа. М.: Галарт, 1998. - 328 с.

72. Гилодо А. А., Лобанева Т. А. Русские сундучные изделия с кованой железной отделкой XVII XVIII вв. // Памятники культуры. - М., 1990. -С. 360-366.

73. Глушкова Т. Н. Исследование фрагментов еловского текстиля // Исторический ежегодник. Омск, 2000. - С. 56-59.

74. Головнев А. В. Говорящие культуры: традиции самодийцев и угров. -Екатеринбург: УрО РАН, 1995. 607 с.

75. Голубева J1. А. Коньки-подвески междуречья Волги и Оки // СА. -1976. -№ 2.- С. 67-82.

76. Гольдштейн А. Ф. Прообраз формы ионической капители в искусстве Ирана, Кавказа и Восточного Средиземноморья // Искусство и археология Ирана. М., 1976. - С. 74-81.

77. Гончарова П. А. Золотое шитье // Народное декоративное искусство Советского Узбекистана. Ташкент, 1954. - С. 177-191.

78. Горелик М. В. Ближневосточная миниатюра XII XIII вв. как этнографический источник (опыт изучения мужского костюма // СЭ. - 1972. -№ 2.- С. 37-50.

79. Горожанкина Е. М. Общие черты в ювелирном искусстве казанских татар и народов Средней Азии // Культура, искусство татарского народа. -Казань, 1993. С. 80-82.

80. Грибова JI. С. Декоративно прикладное искусство народов коми. — М.: Наука, 1980.-240 с.

81. Григорьев Г. В. Тус-Тупи // Искусство. 1937. - № 1. - С. 121-144.

82. Гулова Ф. Ф. Татарская народная вышивка. Казань: Тат. кн. изд-во. 1980.-80 с.

83. Давыдова С. А. Очерк пуховязального промысла в России // Кустарная промышленность в России. Женские промыслы. СПб, 1913. - С. 241249.

84. Денисов П. В. Этнокультурные параллели дунайских болгар и чувашей. Чебоксары: Чув. кн. изд-во, 1969. - 304 с.

85. Деревянная резьба Тюмени. Свердловск: Средне-Уральское книж. изд-во, 1984.- 160 с.

86. Джанибеков У. Проблемы традиционного искусства казахов в исто-рико-этнографическом аспекте. Автореф. . канд. ист. наук. Новосибирск, 1991.-22 с.

87. Довгалюк Н. П. Стеклянные бусы Окуневского микрорайона // Ма-тющенко В. И., Полеводов А. В. Комплекс археологических памятников на Татарском увале у д. Окунево. Новосибирск, 1994. - С. 213-220.

88. Довгалюк Н. П. Стеклянные украшения из могильника Бергамак II // Этнографо-археологические комплексы: Проблемы культуры и социума. -Новосибирск, 1997. Т. 2. - С. 68-79.

89. Древнетюркский словарь. М.: Наука, 1969. - 760 с.

90. Ельницкий К. Инородцы Сибири и среднеазиатских владений России: этнографические очерки. СПб., 1895. - 136 с.

91. Ефимова JI. В., Белогорская Р. М. Русская вышивка и кружево. М.: Изоб. искусство, 1985. - 250 с.

92. Ефимова С. В. Одонтология сибирских татар (к проблеме этнической истории) // Этническая история тюркоязычных народов Сибири и сопредельных территорий. Тезисы докладов . по антропологии. Омск, 1984. -С. 32-36.

93. Жаров С. К. Отражение неправовой защиты в декоративно-прикладном творчестве // Россия и Восток: проблемы взаимодейтсвия. -Новосибирск, 1999. Ч. III. - С. 57-59.

94. Жданко Т. А. Изучение народного орнаментального искусства каракалпаков // СЭ. -N 4. С. 56-69.

95. Жданко Т. А. Народное орнаментальное искусство каракалпаков // Труды Хорезмской археолого-этнографической экспедиции. -М., 1958. -Т. 3. С. 373-411.

96. Жегалова С. К. Художественные прялки // Резьба и роспись по дереву.-М.: Искусство, 1966.-С. 113-181.

97. Жуковская Н. JI. Категории и символика традиционной культуры монголов. М.: Наука, 1988. - 198 с.

98. Зияев X. 3. Экономические связи Средней Азии с Сибирью в XVI -XIX вв. Ташкент: Фан, 1983. - 210 с.

99. Зотова С. В. Ковровые орнаменты андроновской керамики // Материалы и исследования по археологии СССР. 1965. - № 130. - С. 177-180.

100. Зубов А. А., Халдеева Н. И. Одонтология в современной антропологии. М.: Наука, 1989. - 232 с.

101. Иванов С. В. Орнамент народов Сибири как исторический источник // Краткие сообщения института этнографии. М., 1952. - Вып. XV. - С. 8-18.

102. Иванов С. В. Материалы орнамента к проблеме культурно-исторических связей хантов и манси // СЭ. 1952а. - № 3. - С. 85-99.

103. Иванов С. В. Материалы по изобразительному искусству народов Сибири XIX-начала XX в. -M.-JL: Наука, 1954. 839 с.

104. Иванов С. В. Народный орнамент как исторический источник // СЭ. -1958.-№2.-С. 3-23.

105. Иванов С. В. Орнамент//Историко-этнографический атлас Сибири. -М.-Л., 1961.-С. 369-434.

106. Иванов С. В. Орнамент народов Сибири как исторический источник // Вопросы истории Сибири и Дальнего Востока. Новосибирск, 1961а. -С. 345-350.

107. Иванов С. В. Орнамент народов Сибири как исторический источник. -М.-Л.: Наука, 1963.-500 с.

108. Иванов С. В. Скульптура алтайцев, хакасов и сибирских татар. Л.: Наука, 1979.- 196 с.

109. Исхакова С. М. Роль таджикского компонента в формировании языка татар-аборигенов Сибири // Происхождение аборигенов Сибири и их языков. Томск, 1976. - С. 54-57.

110. Исхакова С. М., Валеев Ф. Т. Таджикский компонент в народнораз-говорном языке западносибирских татар // Советская тюркология. 1978. -№ 4.-С. 31-39.

111. Каган М. С. О прикладном искусстве. JI.: Худ-к РСФСР, 1961. - 160с.

112. Каган М. С. Системный подход и гуманитарное знание. JL: Изд-во Ленин, ун-та, 1991. - 384 с.

113. Каган М. С. Философия культуры. СПб.: Петрополис, 1996. - 416 с.

114. Кадырова Л. М. О народной психотерапии курдакско-саргатских и тарских татар // Этническая история тюркских народов Сибири и сопредельных территорий. Омск, 1998. - С. 178-182.

115. Калмыкова Л. Э. Народное искусство Тверской земли. Тверь: Твер. кн. изд-во, 1995. - 383 с.

116. Кидиекова И. К. О некоторых общих чертах в народном искусстве башкир и хакасов // Этническая история народов Урала и Поволжья. -Уфа, 1976.-С. 38-40.

117. Климова Г. Н. К вопросу о развитии диагонально-геометрического орнамента // Материалы VI МКФУ. М., 1989. - Т. 1. - С. 221 -223.

118. Кожин П. М. О древних орнаментальных системах Евразии // Этноязыковые функции культуры.- М., 1991.-С. 129-152.

119. Коников Б. А. Десять тысяч лет среднеиртышскому искусству. -Омск: Изд-во Омск, педагогич. ун-та, 1996. 60 с.

120. Коников Б. А. Основы археологии Западной Сибири. Омск: Изд -во Омск, педагогич. ун-та, 1997. - 93 с.

121. Корусенко М. А. Зиярат деревни Инцисс (Муромцевский район Омской области) // Этнографо-археологические комплексы: проблемы культуры и социума. Новосибирск, 1996.-Т. 1.-С. 117-149.

122. Корусенко М. А. Кладбище д. Берняжка Большереченского района Омской области // Этнографо-археологические комплексы: проблемы культуры и социума. Новосибирск, 1998. - Т. 3. - С. 161-216.

123. Корусенко М. А. Общение с умершими у тарских татар (опыт прочтения одной находки) // Этническая история тюркских народов Сибири и сопредельных территорий. Омск, 1998а.-С. 143-145.

124. Корусенко М. А. Погребальный обряд тюркского населения низовьев р. Тара в XVII XX веках (по археологическим и этнографическим материалам). Автореф. . канд. ист. наук. - Новосибирск, 1999. - 20 с.

125. Корусенко С. Н. Этносоциальный и пофамильный состав татарского населения нижней Тары (последняя треть XVIII XX в.) // Этнографо-археологические комплексы: проблемы культуры и социума. - Новосибирск, 1997. - Т. 2. - С. 178-209.

126. Корусенко С. Н. Малые Мурлы: история существования // Этническая история тюркских народов Сибири и сопредельных территорий. -Омск, 1998.-С. 248-252.

127. Корусенко С. Н. Этнический состав тюркского населения деревни Берняжка (конец XVIII середина XIX в) // Сибирская деревня: история, современное состояние, перспективы развития. - Омск,1998а. - С. 110114.

128. Корусенко С. Н. Этнический состав и межэтнические отношения татар Среднего Прииртышья (конец XIX начала XX вв.) // Исторический ежегодник. - Омск, 1999.-С. 147-156.

129. Косарев М. Ф., Некоторые вопросы этнической истории Западной Сибири в эпоху бронзы // СА. 1972. - № 2. - С. 81-96.

130. Косарев М. Ф. Бронзовый век Западной Сибири. М.: Наука, 1981. -278 с.

131. Косарев М. Ф. Древняя история Западной Сибири: человек и природная среда. М.: Наука, 1994. - 298 с.

132. Косменко А. П. Карельское народное искусство. Петрозаводск: Карелия, 1977. - 70 с.

133. Косменко А. П. Народное изобразительное искусство вепсов. — JL: Наука, 1984.-200 с.

134. Кохия Е. В. Черты традиционного мировоззрения в системе обычаев тарских татар // Сибирская деревня: история, современное состояние, перспективы развития. Омск, 2000. - С. 139-141.

135. Кочешков Н. В. Декоративное искусство монгольских народов XIX -середины XX вв. М.: Наука, 1979. - 246 с.

136. Кочешков Н. В. Декоративное искусство народов Нижнего Амура и Сахалина. СПб.: Наука, 1995.- 150 с.

137. Кузнецова А. Я. Народное искусство карачаевцев и балкарцев. -Нальчик: Эльбрус, 1982. 120 с.

138. Кызласов JI. Р. Торговые пути и связи Древнехакасского государства с Западной Сибирью и Восточной Европой // Западная Сибирь в эпоху средневековья. Томск, 1984. - С. 111-119.

139. Кызласов JI. Р., Король Г. Г. Декоративное искусство средневековых хакасов как исторический источник. М.: Наука, 1990. - 216 с.

140. Ландик М. Н. Традиционный комплекс одежды татарского населения нижнего течения р. Тары (XVII-XX вв.). Диплом, работа. Омск, 1999. -173 с.

141. Левочкина Н. А. Классификация танцев сибирских татар // Этническая история тюркских народов Сибири и сопредельных территорий. -Омск, 1998.-С. 162-165.

142. Левочкина Н. А. Традиционная народная хореография сибирских татар Барабинской степи и Омского Прииртышья (конец XIX первой половины XX вв.). Автореф. . канд. ист. наук. - Новосибирск, 1998. - 21 с.

143. Левочкина Н. А. Традиционная народная хореография народов Сибири и Дальнего Востока: историографический аспект // Современное общество.-Омск, 1999.-С. 131-132.

144. Лубо-Лесниченко Е. И. Древние китайские шелковые ткани и вышивка V в. до н. э. III в. н. э. в собрании государственного Эрмитажа: каталог. - Л.: Изд-во Гос. Эрмитажа, 1961. - 94 с.

145. Лубо-Лесниченко Е. И. Китай на шелковом пути. М.: Восточ. литра, 1994.-307 с.

146. Люшкевич Ф. Д. Одежда этнических групп населения Бухарского оазиса и прилегающих к нему районов. Первая половина XX в. (опыт сравнительной характеристики) // Традиционная одежда народов Средней Азии и Казахстана. М., 1989.-С. 109-139.

147. Майтдинова Г. М. О трансформации головного убора у древних кочевников (к истории одежды раннего средневековья)// Изобразительное и прикладное искусство. Ташкент, 1990. - С. 127-134.

148. Мальбахов Б. X. Кабардинское народное декоративное искусство. -Нальчик: Эльбрус, 1984. 170 с.

149. Маркарян Э. С. Очерки теории культуры. Ереван: Изд-во АН Арм. ССР, 1969.-229 с.

150. Маркарян Э. С. Вопросы системного исследования общества. М.: Знание, 1972. - 60 с.

151. Маркарян Э С. Теория культуры и современная наука. М.: Мысль, 1983.-284 с.

152. Маргулан А. X. Казахское народное прикладное искусство. Алма-Ата: Онер, 1987. Т. 2. - 288 с.

153. Маслова Г. С. Орнамент русской народной вышивки как историко-этнографический источник. М.: Наука, 1978. - 208 с.

154. Матющенко В. И., Полеводов А. В. Комплекс археологических памятников на Татарском увале у д. Окунево. Новосибирск: Наука, 1994. -223 с.

155. Мельников Б. В. Поздние погребальные памятники таежного Прииртышья // Древние погребения Обь-Иртышья. Омск, 1991. - С. 142-156.

156. Мельников Б. В., Холостых Г. В. Украшения позднего комплекса Окуневского могильника ОМ VII // Матющенко В. И., Полеводов А. Е>. Комплекс археологических памятников на Татарском увале у д. Окунево. -Новосибирск, 1994. С. 202-212.

157. Мельников Б. В. Торгово-экономические связи коренного населения бассейна р. Тара в XVII XVIII вв. (по данным археологии). Автореф. . канд. ист. наук. - Новосибирск, 1995. - 22 с.

158. Миллер Г. Ф. История Сибири. -M.-JL, 1937. -Т.1. 607 с.

159. Мкртумян Ю. И. Основные компоненты культуры этноса // Методологические проблемы исследования этнических культур. Ереван, 1978. -С. 42-46.

160. Могильников В. А. Позднесредневековые памятники у д. Окунево в Тарском Прииртышье (к проблеме происхождения тарских татар) // Вестник археологии, антропологии и этнографии. Тюмень, 1997. - Вып. 1. -С. 51-64.

161. Моисеенко Е. Ю., Фалеева В. А. Бисер и стеклярус в России: XVIII -начало XX вв. Л.: Худ-к РСФСР, 1990. - 304 с.

162. Молданова Т. А. Орнамент северных хантов. Новосибирск: Наука,1999.-240 с.

163. Молодин В. И. Кыштовский могильник. Новосибирск: Наука, 1979. - 181 с.

164. Молодин В. И., Соболев В. И., Соловьев А. И. Бараба в эпоху позднего средневековья. Новосибирск: Наука, 1990. -259 с.

165. Молодин В. И. Древнее искусство Западной Сибири. Новосибирск: Наука, 1992.- 190 с.

166. Морозова А. С. Традиционная одежда туркмен // Традиционная одежда народов Средней Азии и Казахстана. М., 1989. - С. 39-90.

167. Мошинская В. И. Древняя скульптура Урала и Западной Сибири. -М.: Наука, 1976.- 132 с.

168. Мошкова В. Г. Ковры народов Средней Азии. Ташкент: Фан, 1970. -250 с.

169. Муканов М. С. Казахские домашние художественные ремесла. Алма-Ата: Казахстан, 1979. - 134 с.

170. Мухамедова Р. Г. Татары-мишари. М.: Наука, 1972. - 270 с.

171. Мухаметшин Ю. Г. Татары-кряшены. М.: Наука, 1977. - 210 с.

172. Народное декоративно-прикладное искусство киргизов. М.: Наука, 1968.-253 с.

173. Народы Южной Сибири в коллекциях Омского государственного объединенного исторического и литературного музея. Томск: Изд-во Томск, ун-та, 1990. - 140 с.

174. Насибуллина С. X. Лексика растительного мира тоболо-иртышского диалекта по данным "Словаря диалектов сибирских татар" Д. Г. Тумаше-вой // Сибирские татары. Тобольск, 1998. - С. 98-100.

175. Насибуллина С. X. Названия предметов быта, домашнего обихода тоболо-иртышского диалекта по данным "Словаря диалектов сибирских татар" Д. Г. Тумашевой // Этническая история тюркских народов Сибири и сопредельных территорий. Омск, 1998. - С. 307-310.

176. Некрасова М. А. Народное искусство России: Народное творчество как мир целостности. М.: Сов. Россия, 1983. - 219 с.

177. Никитин Г. А., Крюкова Т. А. Чувашское народное изобразительное искусство. Чебоксары: Чув. гос. изд-во, 1960. - 102 с.

178. Никонорова Е. Е. Орнамент счетной вышивки башкир (генезис и развитие). Автореф. . канд. ист. наук. Уфа, 1998. -20 с.

179. Обыденнов М. Ф. У истоков уральских народов. Уфа: Восточный ун-т, 1997.-204 с.

180. Октябрьская И. В., Черемисин Д. В. Узорные войлоки Алтая // Археология, этнография и антропология Евразии. 2000. -N 1. - С. 109-117.

181. Оразбаева Н. А. Народное декоративно-прикладное искусство казахов. М.-Л.: Аврора, 1970. - 208 с.

182. Ошуркова С. В., Томилов Н. А. Самодийско-тюркские связи по данным одонтологии сибирских татар // Проблемы этногенеза и этнической истории самодийских народов. Тезисы докладов по археологии. Омск, 1983.-С. 50-54.

183. Павлинская Л. Р. Художественная обработка металлов // Материальная и духовная культура народов Сибири. Л, 1988. - С. 70-81.

184. Павлова А. А. Хлебородная полоса Тобольской губернии // Живописная Россия. М., 1884. - Т. XI.- С. 89-95.

185. Павловский Б. В. Декоративно-прикладное искусство промышленного Урала. -М.: Искусство, 1975. 132 с.

186. Пал лас П. С. Путешествие по разным провинциям Российского государства. СПб., 1786. - Ч. II, кн. 2.-571 с.

187. Пелих Г. И. Происхождение селькупов. Томск: Изд-во Томского ун-та, 1972.-424 с.

188. Первобытное искусство: проблемы происхождения. Кемерово: Ин-т искусств и культуры, 1998.-211 с.

189. Писарчик А. К. Народное прикладное искусство таджиков. Душанбе: Дониш, 1987.-104 с.

190. Писарчик А. К., Хамеджанова М. А. Узорные изделия из кусочков материи // Таджики Каратегина и Дарваза. Душанбе, 1970. - Вып. 2. - С. 203-225.

191. Погодин JI. И. Золотное шитье Западной Сибири (первая половина I тыс. н. э.) // Исторический ежегодник. Омск, 1996. - С. 123-134.

192. Половцева Е. Золотошвейное производство // Кустарная промышленность России. Женские промыслы. СПб, 1913. - С. 259-270.

193. Полосьмак Н. В. Пазырыкские войлоки: укокская коллекция // Археология, этнография антропология Евразии. -2000. -N 1. С. 94-100.

194. Попов А. А. Плетение и ткачество у народов Сибири в XIX первой четверти XX вв. //СМАЭ. -М.-Л, 1955.-Т. 16. - С. 41-146.

195. Работнова И. П. Финно-угорские элементы в орнаменте северорусских вышивки и тканья // Русское народное искусство Севера. Л., 1968. -С. 83-90.

196. Равдоникас Т. Д. Очерки по истории одежды населения СевероЗападного Кавказа (V в. до н. э. конец XVII в.). - Л.: Наука, 1990. - 144 с.

197. Ремпель Л. И. Далекое и близкое: страницы жизни, быта, строительного дела, ремесла и искусства Старой Бухары. Ташкент: Изд-во лит. и иск-ва, 1982.-281 с.

198. Рождественская С. Б. Антропоморфные, зооморфные и орнитоморф-ные мотивы в пропильной резьбе // Итоги полевых работ института этнографии в 1971 г.- М., 1972. С. 224-232.

199. Россия. Полное географическое описание нашего Отечества. СПб., 1907.-Т. 16.-540 с.

200. Руденко С. И. Башкиры: историко-этнографические очерки. M.-JL: Наука, 1955.-460 с.

201. Руденко С. И. Древнейшие в мире художественные ковры и ткани. -М.: Искусство, 1968. 132 с.

202. Русакова JI. М. Традиционное изобразительное искусство русских крестьян Сибири. Новосибирск: Наука, 1989. - 176 с.

203. Русская народная резьба и роспись по дереву. М.: Изоб. иск-во, 1974.-240 с.

204. Русское народное искусство в собрании Государственного Русского музея. -JL: Искусство, 1984. -305 с.

205. Рыбаков Б. А. Язычество древних славян. -М.: Наука, 1981. 608 с.

206. Рындина О. М. Орнамент. Томск: Изд-во Том. Ун-та, 1995. - 640 с.

207. Рындина О. М. Камень и бисер: традиция и инновация в окультуренной среде обских угров // Система жизнеобеспечения традиционных обществ в древности и современности. Томск, 1998. - С. 220-224.

208. Рындина О.М. Береста и декоративные традиции селькупов // При-обье глазами археологов и этнографов. Томск, 1999. С. 153-162.

209. Сагалаев А. М. Урало-алтайская мифология: символ и архетип. Новосибирск: Наука, 1991. - 155 с.

210. Сазонова М. В. Женский костюм узбеков Хорезма // Традиционная одежда народов Средней Азии и Казахстана. М., 1989. - С. 90-106.

211. Свирин А. К. Древнерусское шитье. -М.: Искусство, 1963. 162 с.

212. Севортян Э. Р. Этимологический словарь тюркских языков. М.: Наука, 1974. - 768 с.

213. Седова М. В. Ювелирные изделия древнего Новгорода (X-XV вв.). -М.: Наука, 1981.- 196 с.

214. Селезнев А. Г. Барабинские татары: Истоки этноса и культуры. Новосибирск: Наука, 1994. - 176 с.

215. Селезнев А. Г. Локальные (ареальные) культурные комплексы как форма существования традиционной культуры (к постановке проблемы) // Интеграция археологических и этнографических исследований. Омск-СПб, 1998.-С. 57-62.

216. Селезнев А.Г., Томилов Н.А. Некоторые проблемы изучения ислама в Сибири // Ислам, общество, культура. Омск, 1994. - С. 127-133.

217. Селезнева И. А. О древних элементах в охотничье-рыболовческой лексике тарских татар // Этническая история тюркских народов Сибири и сопредельных территорий. Омск, 1998. - С. 212-216.

218. Селезнева И.А. Охота тарских татар //Интеграция археологических и этнографических исследований. Омск-СПб., 19986. - Ч. 2. - С. 63-66.

219. Селезнева И. А. Традиционное хозяйство тарских татар (вторая половина XIX начало XX века). Автореф. . канд. ист. наук. - Новосибирск, 2000.- 18 с.

220. Сидоренко А. И., Артыков А. Р., Раджабов Р. Р. Золотое шитье Бухары. -Ташкент: Фан, 1981. 160 с.

221. Скворцов А. И. Русская народная пропильная резьба. Л.: Худ-к РСФСР, 1984. -234 с.

222. Смагулов Е А. К вопросу о семантике одной композиции в казахском орнаменте // Маргулановские чтения. Алма-Ата, 1989. - С. 276-279.

223. Смирнова Е. Ю. Традиционная одежда тоболо-иртышских татар конца XIX первой трети XX в. // Народы Сибири и сопредельных территорий. - Омск, 1995. - С.201-219.

224. Смирнова Е. Ю. О происхождении и развитии одного из головных уборов сибирских татарок // Россия и Восток: Традиционная культура, этнокультурные и этносоциальные процессы. Омск, 1997. - С. 186-192.

225. Смирнова Е. Ю. Одежда татарского населения Среднего Тоболо-Иртышского междуречья в конце XIX первой трети XX вв. Диссертация . канд. ист. наук. - Омск, 1998. - 278 с.

226. Смирнова Е. Ю. Использование терминологии для изучения этнокультурной истории курдакско-саргатских татар (по материалам тканей) // Интеграция археологических и этнографических исследований. Омск-Москва, 1999. - С. 202-204.

227. Соловьева Г. И. Марийская народная резьба по дереву. Йошкар-Ола: Марийс. книж. изд-во, 1986. - 146 с.

228. Соколова 3. П. Этнокультурные связи обских угров и венгров // Материалы VI МКФУ. М., 1989. - Т.1. - С. 269-271.

229. Станюкович Т. В. К истории изучения орнамента // Народное прикладное искусство. Рига, 1989. - С. 30-43.

230. Студенецкая Е. Н. Одежда народов Северного Кавказа XVIII XX вв. - М.: Наука, 1989. - 288 с.

231. Суслова С. В. Женские украшения казанских татар середины XIX -начала XX в. М.: Наука, 1980. - 128 с.

232. Суслова С. В. Традиционная одежда приуральских татар середины XIX начале XX в.: к проблеме этнокультурного районирования татарского этноса в приуральском районе // Приуральские татары. Казань, 1990.-С. 29-52.

233. Суслова С. В. Тобольские сарауцы: к вопросу об этнических и этнокультурных взаимосвязях сибирских и волго-уральских татар// Сибирские татары. Тобольск, 1998. - С. 110-112.

234. Сухарева О. А. Древние черты в формах головных уборов народов Средней Азии // Среднеазиатский этнографический сборник. -М., 1954. -С. 299-354.

235. Сухарева О. А. История среднеазиатского костюма: Самарканд (вторая половина XIX начале XX в.). - М.: Наука, 1982. - 144 с.

236. Сухарева О. А. Орнамент декоративных вышивок Самарканда и его связь с народными представлениями и верованиями (вторая половина XIX начало XX в.) // СЭ. - 1983. - № 6. - С. 67-79.

237. Сычева Н. Ювелирные украшения народов Средней Азии и Казахстана XIX-XX вв. М.: Советский художник, 1984. - 180 с.

238. Таджикская вышивка. М.: Искусство, 1979. - 104 с.

239. Татары Среднего Поволжья и Приуралья. М.: Наука, 1967. - 510 с.

240. Татауров С. Ф., Тихонов С. С. Могильник Бергамак II // Этнографо-археологические комплексы: Проблемы культуры и социума. Новосибирск, 1996. - Т. 1. - С. 58-89.

241. Текеев К. М. Карачаевские и балкарские узорные войлоки // СЭ. -1987. -№ 2. -С. 107-112.

242. Титова 3. Д. Барабинские татары: историко-этнографический очерк // Из истории Сибири. Томск, 1976.-Вып. 19.-С. 108-147.

243. Тишина Т. П. Фольклорные основы якутского орнамента // Язык -миф культура народов Сибири. - Якутск, 1988. - С. 147-161.

244. Толстой Н. И. К реконструкции семантики и функции некоторых славянских изобразительных и словесных символов и мотивов // Фольклор и этнография. Л., 1990. - С. 47-67.

245. Томилов Н. А., Богомолов В. Б., Курочка Ю. И. Новые материалы по этнографии барабинских татар // Из истории Сибири. Томск, 1975. -Вып. 16.-С. 178-205.

246. Томилов Н. А. К истории головных уборов сибирских татар // Этнография народов Алтая и Западной Сибири. Новосибирск, 1978. - С. 176198.

247. Томилов Н. А. Этнография тюркоязычного населения Томского При-обья: хозяйство и материальная культура. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1980. -200 с.

248. Томилов Н. А. Этническая история тюркоязычного населения Западно-Сибирской равнины в конце XVI начале XX в. - Новосибирск: Наука, 1992.-271 с.

249. Томилов Н. А. Проблемы этнической истории (по материалам Западной Сибири). Томск: Изд-во Том. ун-та, 1993. - 222 с.

250. Томилов Н. А. Этноархеология и этнографо-археологический комплекс // Этнографо-археологические комплексы: Проблемы культуры и социума. Новосибирск, 1996.-Т. 1.-С. 10-25.

251. Топоров В. Н. Древо Мировое // Мифы народов мира. М., 1980. - Т. 1.-С. 398-406.

252. Тощакова Е. М. Кожаная и деревянная посуда и техника ее изготовления у южных алтайцев // Материальная культура народов Сибири. Д., 1976.-С. 182-198.

253. Тощакова Е. М. Традиционные черты народной культуры алтайцев (XIX начала XX вв.). - Новосибирск: Наука, 1978. - 160 с.

254. Традиционное мировоззрение тюрков Южной Сибири. Новосибирск: Наука, 1988. - 225 с.

255. Тульчинский Г. Л., Светлов В. А. Логико-семантические основания классификаций // Типы в культуре. Л., 1979. - С. 29-30.

256. Тумашева Д. Г. Диалекты сибирских татар в отношении к татарскому и другим тюркским языкам. Автореф. дис. . д-ра филол. наук. -М., 1969. -50 с.

257. Тумашева Д. Г. Диалекты сибирских татар. Казань: Изд-во Казан, ун-та, 1977. - 295 с.

258. Тумашева Д. Г. Языковые связи сибирских татар // Этническая история тюркоязычных народов Сибири и сопредельных территорий: Тезисы докладов . по лингвистике. Омск, 1984. - С. 38-42.

259. Тумашева Д. Г. Словарь диалектов сибирских татар. Казань: Изд-во Казан, ун-та, 1995. - 256 с.

260. Турсуналиев К. Тюбетейка один из излюбленных головных уборов народов Узбекистана // Изобразительное и прикладное искусство. - Ташкент, 1990.-С. 173-185.

261. Турсуналиев К. Все цвета радуги (тюбетейки и головные уборы узбеков XIX XX вв.). - Ташкент: Фан, 1991. - 122 с.

262. Успенский Б. А. Семиотика искусства. М.: Языки русской культуры, 1995. - 360 с.

263. Уханов И. С. Оренбургский платок. М.: Советская Россия, 1976. -123 с.

264. Фальк И. П. Записки путешествия от С.-Петербурга до Томска // Полное собрание ученых путешествий по России. Спб., 1824. - Т. VI. -546 с.

265. Фаткулина Ф. М. К проблеме изучения орнамента сибирских татар в 1950-е середине 1990-х гг. // Россия и Восток: Традиционная культура, этнокультурные и этносоциальные процессы. - Омск, 1997. - С. 75-80.

266. Фаткулина Ф. М. Связь этнографии и искусствознания на примере изучения орнамента тарских татар // Интеграция археологических и этнографических исследований. Омск-Уфа, 1997а. - С. 165-168.

267. Фаткулина Ф. М. Резной орнамент жилых домов тарских татар // Сибирская деревня: история, современное состояние, перспективы развития. -Омск, 1998.-С. 152-154.

268. Фаткулина Ф. М. Новые материалы по орнаментальному творчеству тарских татар // Народная культура Сибири. Омск, 1998а. - С. 163-166.

269. Фаткулина Ф. М. О выделении комплексов узоров в орнаментике тарских татар // Этническая история тюркских народов Сибири и сопредельных территорий. Омск, 19986.-С. 165-169.

270. Фаткулина Ф. М. Орнаментированные изделия тарских татар в коллекциях Омского историко-краеведческого музея и Музея археологии и этнографии Омского государственного университета // Декабрьские диалоги. Омск, 1998в. - С. 67-70.

271. Фаткулина Ф. М. К вопросу о преемственности орнаментики тарских татар конца XVIII середины XX вв. (по данным археологии и этнографии) // Сибирь в панораме тысячелетий. - Новосибирск, 1998г. - Т. 2. - С. 96-98.

272. Фаткулина Ф. М. К истории золотного шитья // Интеграция археологических и этнографических исследований. Омск-СПб, 1998д. - С. 117119.

273. Фаткулина Ф. М. Архитектурная резьба тарских татар // Современное общество. Омск, 1999.-С. 136-137.

274. Фаткулина Ф. М. Орнаментированные сапоги тарских татар // Россия и Восток: проблемы взаимодействия. Новосибирск, 1999а. - Ч. III. - С. 44-45.

275. Фаткулина Ф. М. Орнаментация пуховых платков тарскими татарами в середине XX в. // Народная культура Сибири. Омск, 19996. - С. 103105.

276. Фаткулина Ф. М. Золотное шитье тарских татар // Сибирская деревня: история, современное состояние, перспективы развития. Омск, 2000. -С. 136-138.

277. Фаткулина Ф. М. Орнаментированные изделия тарских татар в коллекциях краеведческих музеев Омской области // Культурологические исследования в Сибири. Омск, 2000а. - № 1. - С. 98-103.

278. Фаткулина Ф. М. Орнаментированные тюбетейки тарских татар // Словцовские чтения. Тюмень, 20006. - С. 257-261.

279. Фаткулина Ф.М. К проблеме семантики орнамента // Декабрьские диалоги. Омск, 2000в. - С. 136-139.

280. Фаткулина Ф. М., Селезнев А. Г. Рец. на кн.: Рындина О. М. Орнамент. Томск, 1995 // ЭО. 1999. - № 2. - С. 160-162.

281. Федорова Е. Г. Историко-этнографические очерки материальной культуры манси. СПб.: МАЭ РАН, 1994. - 286 с.

282. Фехнер М. В. Золотное шитье Владимиро-Суздальской Руси // Средневековая Русь. М., 1976. - С. 22-26.

283. Фехнер М. В. Золотное шитье древней Руси // Памятники культуры. Новые открытия: Письменность. -Искусство. Археология. JL, 1979. - С. 401-405.

284. Фролов Б. А. Предыстория символа // Этноязыковые функции культуры.-М., 1991.-С. 86-129.

285. Халдеева Н. И. Распределение одонтологических признаков среди татарских групп и телеутов // Этническая история тюркоязычных народов Сибири и сопредельных территорий. Тезисы докладов . по антропологии. Омск, 1983. - С. 30-32.

286. Хить Г. JI. Дерматоглифика народов СССР. М.: Наука, 1983. - 280с.

287. Хить Г. JL, Томилов Н. А. Формирование татар Сибири по данным антропологии и этнографии // Методологические аспекты археологических и этнографических исследований в Западной Сибири. Томск, 1981. -С. 177-178.

288. Храмова В. В. Западносибирские татары // Народы Сибири. M.-JL, 1956.-С.473-491.

289. Хмелев А. М. Система, систематика, системный подход // Типы в культуре. Л., 1979.-С. 12-22.

290. Чеснов Я. В. Лекции по исторической этнологии. М.: Гардарика, 1998.-400 с.

291. Чуйко Л. В. Элементы ведущих архитектурных стилей в резном декоре деревянной архитектуры Омска // Известия Омского государственного историко-краеведческого музея. 1993. - Вып. 2. - С. 90-96.

292. Шелег В. А. Резьба по дереву как источник по этнографической истории русского Севера // Архангельское Поморье: истоки и культура. -Архангельск, 1983. С. 40-60.

293. Шелег В. А. Севернорусская резьба по дереву: ареалы и этнические традиции (опыт картографирования геометрической и зооморфной резьбы) // Русский Север. Л., 1986. - С. 50-67.

294. Шитова С. Н. Башкирская народная одежда. Уфа: Китап, 1995. -239 с.

295. Шнейдер Е. Р. Казахская орнаментика // Казаки. 1927. - Вып. 2. - С. 135-172.

296. Шубников А. В., Копцик В. А. Симметрия в науке и искусстве. М.: Наука, 1972. - 340 с.

297. Шукуров Ш. М. Искусство и тайна. М.: Алетейа, 1999. - 248 с.

298. Юшков И. Н. Сибирские татары // Тобольские ведомости. 1861. - N 35-45.

299. Ядринцев Н. М. Сибирские инородцы, их быт и современное положение.-СПб., 1891.-308 с.

300. Якунина JI. И. Русское шитье жемчугом. М.: Искусство, 1955. - 140с.

301. Grabar О. The Mediation of Ornament. Prinston - University Press, 1992. P. 12. III.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.