Прогнозирование риска озлокачествления гиперплазии эндометрия в репродуктивном возрасте тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 14.01.01, кандидат наук Куулар Аида Алексеевна

• Куулар Аида Алексеевна
• кандидат наук
• 2019

Оглавление диссертации кандидат наук Куулар Аида Алексеевна

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. СОВРЕМЕННЫЙ ВЗГЛЯД НА ПРОБЛЕМУ ПРОГНОЗИРОВАНИЯ ГИПЕРПЛАЗИИ ЭНДОМЕТРИЯ В РЕПРОДУКТИВНОМ ВОЗРАСТЕ (ОБЗОР

ЛИТЕРАТУРЫ)

ГЛАВА 2. КЛИНИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ОБСЛЕДОВАННЫХ

ЖЕНЩИН

ГЛАВА 3. ПАТОГЕНЕТИЧЕСКАЯ РОЛЬ БИОМОЛЕКУЛЯРНЫХ МАРКЕРОВ В ИДЕНТИФИКАЦИИ ГИПЕРПЛАЗИИ ЭНДОМЕТРИЯ В РЕПРОДУКТИВНОМ ВОЗРАСТЕ

3.1. Исследование полиморфизма гена ЕБЯ!

3.2. Исследование полиморфизма гена РЯО

3.3. Анализ данных исследования микроРНК

3.4. Данные иммуноферментного количественного анализа опухолевой

пируваткиназы М2

ГЛАВА 4. НАУЧНОЕ ОБОСНОВАНИЕ РАННЕЙ ДИАГНОСТИКИ И ПРОГНОЗИРОВАНИЯ ГИПЕРПЛАЗИИ ЭНДОМЕТРИЯ В РЕПРОДУКТИВНОМ

ВОЗРАСТЕ, ОЦЕНКА ЕГО ЭФФЕКТИВНОСТИ

ГЛАВА 5. ОБСУЖДЕНИЕ РЕЗУЛЬТАТОВ

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ И УСЛОВНЫХ ОБОЗНАЧЕНИЙ

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Прогнозирование риска озлокачествления гиперплазии эндометрия в репродуктивном возрасте»

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. Распространенность гиперплазии эндометрия (ГЭ) в репродуктивном возрасте, по данным литературы встречается в достаточно широком диапазоне, от 30 до 50% [12].

По данным литературы, причинами аномальных маточных кровотечений нередко служит ГЭ, что морфологически подтверждается у каждой второй женщины [125, 126]. Достаточно часто ГЭ сочетается с миомой матки (ММ), частота встречаемости варьирует от 13% до 80% [7, 13, 24]. По имеющимся данным, до 60% гиперплазии с атипией могут сочетаться или развиться в инвазивный рака эндометрия в течение нескольких лет [31, 83]. Вместе с тем, по мнению некоторых авторов, атипическая гиперплазия эндометрия (АГЭ) не всегда переходит в рак [49, 92]. По данным литературы, от 10 до 50% случаев рак эндометрия подтверждается в операционном материале у больных с предоперационным диагнозом АГЭ [5]. Приводятся данные и о более широком диапазоне показателей: от 6 до 63% случаев [7, 30].

Частота злокачественной трансформации ГЭ остается предметом дискуссий и до конца не уточнена. Довольно часто гиперпластические и пролиферативные процессы могут быть одной из основных причин озлокачествления, однако, вовсе необязательно, что нарушение в делении клетки приводит к малигнизации. Только в 2% случаев ГЭ без атипии могут перерождаться в рак эндометрия, а при гиперплазии с атипией (АГЭ) озлокачествлению подвержены 25% [81, 127]. В литературе имеются данные, что при АГЭ риск развития рака эндометрия (РЭ) может увеличиваться до 30-50%, и в 25-46% АГЭ может сочетаться с РЭ [5, 12, 81].

Предметом исследований остаются концепции этиологии и патогенеза ГЭ, подвергающиеся постоянному обновлению из-за бесконечного научного поиска. Несбалансированная эстрогенная стимуляция остается основной причиной развития ГЭ [25, 48]. Но тем не менее, гистологические и генетические особенности механизма развития гиперпластических процессов эндометрия до конца не уточнены. Однако следует признать, что причиной развития ГЭ является нарушение процес-

сов пролиферации и апоптоза клеток, регулируемых на молекулярном уровне клеточными и внеклеточными механизмами [31, 43, 47].

Рак эндометрия (РЭ) является многофакторным заболеванием, глубокий механизм его патогенеза до конца не изучен. Поэтому научный интерес представляет понимание механизма его патогенеза, с целью профилактики развития и ранней диагностики, а также, попытки прогнозирования развития патологического процесса.

Степень разработанности темы. Дискуссионным и относительно новым направлением для научного поиска является исследование эпигенетических процессов регуляции с помощью микроРНК патогенеза ГЭ. Имеются данные, что мик-роРНК участвуют во многих клеточных процессах посредством регуляции специфических генов-мишеней [70, 99]. С одной стороны, микроРНК могут служить онкогенами и способствовать процессу опухолевого генеза [41, 70, 100,124]. С другой стороны, микроРНК также функционируют в качестве опухолевых супрессоров и ингибируют прогрессирование рака [42, 135].

В настоящее время вопрос об изменении в структуре и свойствах эстрогено-вых (ЕЯа) и прогестерновых рецепторов (РЯ), связанных с нарушением генов Е8Л1 и РЛО, остается открытым [8, 21, 53]. На сегодняшний день, нет достоверных данных о том, что вероятность развития гормонозависимых опухолей (эндометрия, молочной железы) четко связана с особенностями аллельного полиморфизма генов эстрогеновых рецепторов (Е8Л1), а также с имеющимися эпигенетическими нарушениями [9, 31, 47, 52, 116].

Метаболическими особенностями опухолевых клеток является обильное потреблением глюкозы и аэробный гликолиз. Опухолевая пируваткиназа М2 (Ти М2 РК) играет решающую роль в гликолизе, влияет на ангиогенез, пролиферацию, ме-тастазирование и апоптоз [67, 80, 138]. Некоторые исследователи рассматривают потенциал пируваткиназы М2 в качестве противоопухолевой мишени, что предполагает новое направление для изучения ее в онкотерапии [56]. Однако, пока идет накопление материала, доказывающего роль пируваткиназы М2 в развитии опухолевой пролиферации и ее функции. Таким образом, в последнее время довольно

много исследований, определяющих взаимосвязь между экспрессией пируватки-назы М2 и прогнозом в развитии опухолевого процесса, однако, результаты оказались противоречивыми [56, 67, 80, 138].

Распространенность гиперпластических процессов эндометрия, противоречивость результатов исследований, отсутствие маркеров доклинической диагностики и прогнозирования развития патологического процесса, определило выбор темы, цели и задач исследования.

Цель исследования: улучшить качество прогнозирования риска озлока-чествления гиперплазии эндометрия в репродуктивном возрасте.

Задачи исследования:

1. Определить факторы риска развития гиперплазии эндометрия у женщин в репродуктивном возрасте.

2. Определить частоту встречаемости полиморфизма генов Е8Я1 и РЯО при различных вариантах гиперплазии эндометрия в репродуктивном возрасте.

3. Определить экспрессию микроРНК (т1Я-210, т1Я-18а, т1Я-221, т1Я-222) при гиперплазии эндометрия в репродуктивном возрасте.

4. Определить роль опухолевой пируваткиназы М2 - регулятора адаптивных ответов в патогенезе гиперплазии эндометрия в репродуктивном возрасте.

5. Обосновать патогенетические механизмы развития гиперплазии эндометрия в репродуктивном возрасте.

6. Разработать патогенетически обоснованный алгоритм расчета персонифицированного риска озлокачествления гиперплазии эндометрия у женщин репродуктивного возраста.

Научная новизна исследования. Разработана новая научная идея, существенно обогащающая концепцию прогнозирования риска развития гиперплазии эндометрия в репродуктивном возрасте и его онкотрансформации. Доказана перспективность ее использования на практике. Разработан и научно обоснован персонифицированный алгоритм расчета риска озлокачествления гиперплазии эндометрия в репродуктивном возрасте, на основе математического прогнозирования и

стратификации риска. Выявлены независимые предикторы гиперплазии эндометрия: воспалительные заболевания органов малого таза, аденомиоз, гиперэкспрессия ш1К-210, т1К-18а, т1Л-222, снижение экспрессии т1Л-221, повышение экспрессии пируваткиназы М2.

Теоретическая и практическая значимость исследования. Расширены и дополнены существующие представления о молекулярно-генетических механизмах патогенеза гиперплазии эндометрия в репродуктивном возрасте. Применительно к проблематике диссертации эффективно использованы современные высокоинформативные методы диагностики и статистической обработки полученных данных. Определены независимые предикторы и разработаны две математические модели, которые могут быть использованы для расчета персонифицированного риска озлокачествления гиперплазии эндометрия. Произведена модификация рутинного алгоритма ведения женщин с использованием предложенных математических моделей.

Методология и методы исследования. Данная работа выполнена в период 2013-2017 гг. на кафедре акушерства и гинекологии с курсом перинатологии медицинского факультета Медицинского института федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Российский университет дружбы народов» Министерства науки и высшего образования РФ (зав. кафедрой- член-корр. РАН, засл. деятель наук РФ, д.м.н., проф. В. Е. Радзинский), на клинической базе ГБУЗ «Городская клиническая больница имени В.М. Буянова Департамента здравоохранения Москвы» (главный врач - к.м.н. А. В. Саликов).

Учитывая цель и задачи работы, в исследование были включены 143 женщины с гиперплазией эндометрия в репродуктивном возрасте. Критерием включения и стратификации пациенток по группам являлась морфологическая форма гиперплазии эндометрия.

Учитывая поставленные цели и задачи была составлена программа, включающая:

- клинико-статистический анализ (143 исследования),

- ультразвуковое исследование органов малого таза (143 исследования),

- гистероскопию с РДВ слизистой матки (143 исследования),

- морфологическое исследование эндометрия (143 исследования),

- определение полиморфизма гена Е8Я1 и гена РЯО (143 исследования),

- исследование уровня опухолевой пируваткианзы М2 в плазме крови и ткани эндометрия при помощи ИФА (143 исследования),

- ПЦР в «режиме реального времени» определение т1К - 210, 18а, 221, 222 (143 исследования),

- статистическую обработку полученных результатов (143 исследования).

В соответствии с программой исследования было обследовано 143 женщин в репродуктивном возрасте, из них: 53 пациентки с ГЭ без атипии, 34 пациентки с ГЭ с атипией, 56 пациенток с АМК репродуктивного возраста [МКБ-Х: ЖГЭ (N85.0), АГЭ (N84.0), АМК (N92.0)]

Критерии включения:

- возраст от 18 до 49 лет,

- наличие гистологически подтвержденного диагноза,

- наличие информированного согласия на обработку данных.

Критерии исключения:

- возраст старше 49 лет,

- наличие злокачественных образований в анамнезе,

- наличие острых воспалительных заболеваний органов малого таза,

- беременность,

- декомпенсированные тяжелые соматические болезни,

- гормонально-активные опухоли яичников,

- психо-соматические заболевания,

- отказ от участия или невыполнение рекомендаций.

Учитывая гистологические характеристики ткани эндометрия, все пациентки были ретроспективно распределены по группам, согласно МКБ-Х, простая железистая гиперплазия эндометрия без атипии (N85.0), атипическая гиперплазия эндометрия (N85.1), женщины с аномальными маточными кровотечениями в репродуктивном возрасте (N92.0). Все пациентки были разделены на три группы: I группу

составили 53 (37%) пациентки с железистой и железисто-кистозной гиперплазией эндометрия без атипии, II группа - 34 (24%) женщины с атипической гиперплазией эндометрия. В качестве группы контроля в исследование было включено 56 (39%) женщин с АМК в репродуктивном возрасте, которые составили III группу.

Были представлены индивидуальные карты, в которых имелось 90 пунктов. Данные параметры включали паспортные данные, жалобы, социальный статус, перенесенные соматические и гинекологические заболевания, возраст менархе, характер, регулярность и продолжительность менструального цикла. Изучалась модель сексуального поведения: возраст полового дебюта, количество половых партнеров, сведения о браке. Оценена реализация репродуктивной функции, учтена информация о беременностях, их течении и исходах. Определяли индекс массы тела (ИМТ) «по Кетле (Kipping C. et al., 2010): ИМТ = М/Р2, где М - масса тела, в кг, Р - рост, в метрах. ИМТ < 25,0 кг/м2 свидетельствует о нормальной массе тела, от 25,0 кг/м2 до 30,0 кг/м2 - избыточная масса тела, от 30,0 кг/м2 до 34,99 кг/м2 - ожирение I степени, от 35,0 кг/м2 до 39,99 кг/м2 - ожирение II степени, > 40,0 кг/м2 -ожирение III степени» [39].

После сбора анамнеза был осуществлен наружный осмотр. Учитывали тип телосложения, оволосения, состояние молочных желез. Осмотр шейки матки и слизистой влагалища производили при помощи одноразовых зеркал Куско. При двуручном влагалищном исследовании оценивали форму шейки матки, размеры, консистенцию и подвижность тела матки и придатков, состояние наружного зева, состояние сводов.

Инструментальные методы исследования. УЗИ органов малого таза проводили трансвагинальным датчиком с частотой 7,5 МГц, ультразвуковым аппаратом Aplio 500 (Toshiba, Япония). Сонографическое обследование включало: оценку размеров, положения, кровоснабжения и структуры шейки и тела матки, определяли М-эхо и структуру эндометрия, оценивали яичники, Дугласово пространство.

Гистероскопию с РДВ слизистой матки проводили операционным гистероскопом фирмы «Storz» (Федеративная Республика Германия) в полость матки постоянно поступал стерильный раствор 0,9%-й р-р хлорида натрия под давлением

40-50 мм рт. ст., что дало возможность осмотреть эндометрий, и определить очаги изменений в ткани эндометрия. После проведения РДВ слизистой матки, осуществлялась контрольная гистероскопия.

Морфологическое исследование. Проведено гистологическое исследование операционного материала после РДВ слизистой матки. Подготовку материала и приготовление парафиновых блоков осуществляли по стандартной схеме, окрашивание проводили гематоксилин-эозином. Препараты были повержены морфологическому исследованию при помощи световой микроскопии по общепринятой методике.

ПЦР в режиме «real time», выделение микроРНК miR 210, 18а, 221, 222. Все этапы исследования осуществлены согласно приложенной инструкции производителя Exiqon (Дания). Общая РНК (длина цепи менее 1000 н.п.) выделялась с помощью метода адсорбционной колоночной хроматографии на смоле из 200 мкл плазмы крови. Следующим этапом была реакция обратной транскрипции и синтеза первой цепи кДНК. Для определения 4 микроРНК (miR-210, miR-18a, miR-221, miR-222) использовались специальные модификации химических LNA специфических праймеров и их определяли методом ПЦР с гибридизационно-флуоресцентной детекцией продуктов амплификации в режиме «real time». Оценку результатов проводили на термоциклере ABI 7900HT производства компании Life Technology. Результат по экспрессии микроРНК рассчитывали с учетом исходного объема цельной крови. На этапе синтеза кДНК и ПЦР, использовали набор синтетических РНК-транскриптов UniSp6. Количество исследуемых микроРНК определяли на приборе Applied Biosystems 7900HT Real Time PCR System (США), а затем нормировали на miR-16. Исследование проводилось на базе генетической лаборатории Государственного бюджетного учреждения здравоохранения города Москвы «Научно-практический центр специализированной помощи детям имени В.Ф. Войно-Ясе-нецкого Департамента здравоохранения города Москвы».

Молекулярно-генетическое исследование. Типирование молекулярно-генети-ческих маркеров проводилось на базе медицинского факультета ФГАОУ ВПО «Белгородского государственного национального исследовательского университета» (НИУ «БелГУ») (руководитель- профессор, д.м.н. М. И. Чурносов) в лаборатории

«Молекулярной генетики человека». Использовалась венозная кровь из локтевой вены, забор производили в пробирки с 0,5 М раствора ЭДТА (рН = 8,0), объем 8-9 мл.

С помощью фенольно-хлороформной экстракции в два этапа производилось определение геномной ДНК. Первый этап: 25 мл лизирующего буфера (320 мМ сахарозы, 1% тритон Х-100, 5 мМ MgCl2. 10 мМ трис- НС1 (рН = 7,6)) соединяли с 4 мл крови, данную смесь смешивали и центрифугировали в течение 20 минут при 4 °С, 4000 об./мин. Второй этап: экстракция ДНК равными объемами фенола, фенол-хлороформа (14) и хлороформа с центрифугированием при 4000 об./ мин. в течение 10 мин. Выделенную ДНК использовали для проведения ПЦР синтеза ДНК. Исследование локусов проводилось методом полимеразной цепной реакции (ГТЦР) синтеза ДНК. Последовательность олигонуклеотидов для гена ESR1 (ERa): F-CTC AAA CTA CAG GGC TTA AAC, R- GGT GTT GCC TAT TAT ATT ACC CTT. Последовательность олигонуклеотидов для PRG: F-GCC TCT AAAATGAAAGGC AGAAAGC, R- GTATTTTCTTGCTAAATGTCTG. ПЦР локу-сов осуществлялось на амплификаторе CFX96 (Bio-Rad) для ПЦР «real time» при помощи наборов реактивов производитель ФГУП «ГосНИИ генетика».

Полиморфизм -351A/G (XbaI) гена ESR1. Анализ полиморфизма -351A/G проводили методом ПЦР флуоресцентной детекции генотипирования с помощью Tag Man зондов по данным величин RFU (уровень относительной флуоресценции) каждого зонда. Зонд с флуоресцентным красителем VIC соответствует аллелю G, зонд с красителем FAM-аллелю А.

Полиморфизм -397Т/С (Pvull T/С) гена ESR1. Анализ полиморфизма -397Т/С проводили методом ПЦР флуоресцентной детекции генотипирования с помощью Tag Man зондов. Зонд с флуоресцентным красителем VIC соответствует аллелю С, зонд с красителем FAM-аллелю Т.

Полиморфизм Val660Leu гена PRG. Анализ полиморфизма Val660Leu проводили методом ПЦР синтеза ДЦК на амплификаторе CFX96 (Bio-Rad) с использованием набора реактивов для определения полиморфизма Val660Leu гена PRG (ФГУП «ГосНИИ генетика»). Tag Man Зонд с флуоресцентным красителем VIC соответствует аллелю V, зонд с красителем FAM-аллелю L.

Полиморфизм G331A гена PRG. Анализ полиморфизма G331A проводили методом ПЦР синтеза ДЦК в амплификаторе с флуоресцентной детекцией геноти-пирование осуществлялось при помощи Tag Man зондов. Зонд с флуоресцентным красителем VIC соответствует аллелю G, зонд с красителем FAM-аллелю T.

Иммуноферментный анализ опухолевой пируваткиназы М2 (Tumor M2-PK). Анализ осуществлялся при помощи набора ScheBo® Tumor M2-PK предназначенного для количественного определения метаболического онкомаркера пирватки-назы М2 в образцах плазмы и ткани эндометрия иммуноферментным методом. Длина волны измерения 405 нм. Диапазон измерения 5-100 Ед/мл. Чувствительность 5 Ед/мл. Специфичность - данный метод основывается на применении двух различных видов моноклональных антител, которые специфически реагируют с опухолевой пируваткиназой М2 и не дают перекрестных реакций с другими изомерами пируваткиназы (типы L, R, M1). На поверхность лунок планшета для ИФА нанесены первые моноклональные антитела специфичные только к опухолевой пи-руваткиназе М2. Опухолевая пируваткиназа М2 присутствующая в образце и в стандартах из ИФА набора связываются с этими антителами и тем самым иммобилизуются на планшете. Приготовить разведение 1:100 ЭДТА-плазмы и подготовить ткань с помощью буфера для образца/промывки. Внести по 50 мкл буфера в исследуемые образцы и образцы контроля в лунки стрипов набора ИФА. Инкубировать 60 мин при комнатной температуре. Провести промывку. Вторые моноклональные антитела (биотинилированные) в разведении 1:100 по 50 мкл/лунку, связываются с опухолевой пируваткиназой М2 в процессе следующей инкубации. Инкубировать 30 мин при комнатной температуре. Снова провести промывку. Внести 50 мкл/лунку коньюгата пероксидазы со стрептавидином для связывания с биотином вторых антител. Пероксидаза окисляет субстрат тетра-метил-бензитина (ТМБ). Инкубировать 30 при комнатной температуре (в темноте). Снять показания концентрации ТМБ на спектрофотометре для ИФА. С помощью полученной стандартной кривой (в двойной логарифмической шкале) определить значения для образцов. Исследование проводилось на базе генетической лаборатории Государственного бюджетного учреждения здравоохранения города Москвы «Научно-практический

центр специализированной помощи детям имени В.Ф. Войно-Ясенецкого Департамента здравоохранения города Москвы».

Положения, выносимые на защиту:

1. Математическое прогнозирование является эффективным инструментом выделения контингента риска озлокачествления гиперплазии эндометрия в репродуктивном возрасте. Независимыми предикторам риска (р < 0,05) являются: воспалительные заболевания органов малого таза, аденомиоз, т1К-210, т1К-18а, т1Я-221, т1К-222, пируваткиназа М2.

2. В основе патогенеза гиперплазии эндометрия лежит наличие полиморфизма генов рецепторов ЕР$>1, РЯО, повышение экспрессии т1К-210, т1К- 18а, т1К- 222, снижение т1Я-221, а также гиперэкспрессия пируваткиназы М2. Молекулярные механизмы изменения рецепторного статуса и показателей пролиферации клетки при гиперплазии эндометрия универсальны. Преобладание «мутантного» аллеля СС полиморфизма РуиП С/Т гена Е8Я1 при гиперплазии эндометрия, приводит к снижению чувствительности БЯа, а «мутантного» аллеля ТТ полиморфизма Уа1660Ьеи гена РЯО - к снижению скорости биосинтеза прогестероновых рецепторов и нарушению их чувствительности. При гиперплазии эндометрия существенно увеличена экспрессия онкогенных т1К-210, т1К -18а, т1К -222, которая наиболее выражена при атипической гиперплазии эндометрия. Одним из генов-мишеней т1Я-222 и т1Я-18а служит Е8Я1, который также может регулировать экспрессию этих микроРНК через белки р68 и р72 по типу обратной связи.

3. Метаболический маркер - пируваткиназа М2 - является основным регулятором адаптивных ответов на снижение доступности кислорода. Повышение экспрессии пируваткиназы М2 регулируется через РТЕИ, один из генов-мишеней тгЯ-222. Высокая пролиферативная активность эндометриальных клеток в условиях гипоксии проявляется гиперэкспрессией пируваткиназы М2. Ее содержание в ткани эндометрия в 2 раза выше, чем в плазме крови, что может служит скрининговым маркером неблагоприятного исхода пролиферации эндометрия.

4. Разработанный алгоритм расчета персонифицированного риска озлока-чествления гиперплазии эндометрия позволяет стратифицировать пациенток на

контингенты низкого и высокого риска по рецидивирующему и прогредиентному течению заболевания.

Степень достоверности и апробация результатов исследования. При помощи непараметрического критерия Краскелла - Уоллиса производилась оценка групп по количественной шкале. Для определения достоверности непараметрических количественных данных был использован критерий Манна - Уитни. Оценка статистической значимости для бинарных и номинальных показателей определялась при помощи критерия Хи-квадрат. Для оценки показателей по количественной шкале использовали среднее значение и стандартное отклонение в формате «M±S». Анализ различий количественных показателей в связанных выборках производился на основе непараметрического критерия Вилкоксона. За критерий достоверности была принята величина р < 0,05.

Для определения диагностической эффективности проводили ROC-анализ. Пороговое значение статистической значимости было зафиксировано на уровне вероятности ошибки 0,05. Статистический анализ полученных данных произведен в программе SAS JMP 11 и Statistica 10.

Для того, чтобы исследовать корреляцию нескольких независимых переменных и одной зависимой, применялся метод бинарной логистической регрессии. При этом, независимые переменные, входящие в формулу, могут иметь любой вид шкалы (количественные, порядковые, дихотомические). Вероятность наступления события (развитие гиперпластического процесса эндометрия) для данного случая (конкретной пациентки) рассчитывается по формуле (1)

где р - вероятность того, что событие произойдет, е - 2,71828182845904... (основание натуральных логарифмов), ъ - стандартное уравнение регрессии (2)

z = а + Ь-х- +Ь2х2 + - + Ьпхп , (2)

при этом Х1 представляет значения независимых переменных,

bi - это результаты бинарной логистической регрессии, а - свободный коэффициент.

С помощью последовательного включения в модель в первую очередь наиболее существенных факторов, выявленных с помощью однофакторных методов (корреляционного анализа, выявления показателей и перебора оставшихся переменных - прямая модель построения) нами была выбрана комбинация переменных, чтобы созданная модель была достоверной (р < 0,05) и показатели, входящие в нее-независимыми между собой и также достоверными (р < 0,05).

Бинарная регрессионная модель, с одной стороны, позволяет нам выделить наиболее важные факторы, влияющие на ухудшение тяжести заболевания, а с другой - позволяет прогнозировать у конкретной пациентки вероятность развития более «худшего» или «лучшего» прогноза, путем распределения по группам относительно факторов риска при использовании 10% и 90% перцентилей: низкая степень (0 < p < 0,49) и высокая степень (0,49 < p < 1).

Для анализа клинической информативности проведенных клинических тестов использовали Receiver Operating Characteristic analysis (ROC-анализ) с определением чувствительности, специфичности, эффективности и диагностического порога. При этом за «чувствительность» принята вероятность «положительного результата исследуемого диагностического теста» при наличии болезни, а за «специфичность» принята вероятность отрицательного результата теста при отсутствии болезни.

В практическую работу на базе гинекологического отделения государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская клиническая больница имени В.М. Буянова Департамента здравоохранения города Москвы» (главный врач - к.м.н. А. В. Саликов) внедрены основные положения диссертации, выводы и практические рекомендации. Полученные данные исследования внедрены в учебный процесс кафедры акушерства и гинекологии с курсом перинатологии Медицинского института «Российский университет дружбы народов» и кафедры акушерства, гинекологии и репродуктивной медицины факультета повышения квалификации медицинских работников Медицинского института «Российского университета дружбы народов».

Сбор данных, анализ и интерпретация полученных результатов произведены автором самостоятельно. Сбор первичной документации, ее обработка- 90% труда исследователя, обобщение, анализ полученных данных и внедрение в практику-100% труда исследователя. Научные положения, выводы, которые автор представляет в работе, получены лично.

Апробация диссертации состоялась на заседании кафедры акушерства и гинекологии с курсом перинатологии Медицинского института федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Российский университет дружбы народов» Министерства науки и высшего образования РФ 25.04.2018, протокол № 15.

Материалы и основные положения диссертации доложены и обсуждены: на XIII Всероссийском научном форуме «Мать и дитя» (Москва, 2013), на VI Общероссийском научно-практическом семинаре «Репродуктивный потенциал России: версии и контраверсии» (Москва, 2013), на XXVIII Международном конгрессе с курсом эндоскопии «Новые технологии в диагностике и лечении гинекологических заболеваний» (Москва, 2015), на Общероссийском научно-практическом семинаре «Репродуктивный потенциал России: версии и контраверсии» (Сочи, 2015), на II Общероссийском семинаре «Репродуктивный потенциал России: версии и контраверсии. Московские чтения» (Москва, 2017)

Список литературы диссертационного исследования кандидат наук Куулар Аида Алексеевна, 2019 год

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Ашрафян, Л. А Ранняя диагностика рака эндометрия и яичников / Л. А Аш-рафян, И. Б Антонова, С. В. Ивашина [и др.] // Практическая онкология. - 2009. -Т. 10, № 2. - С. 71-75.

2. Бабурин, Д. В. Тактика ведения пациенток с атипической гиперплазией эндометрия / Д. В. Бабурин, А. Л. Унанян // Archives of Obstetrics and Gynecology / V. F. Snegirev. - 2016. - N 3 (4). - (DOI: http://dx.doi.org/10.18821/2313-8726-2016-3-4-188-192).

3. Биомаркеры персонализированной медицины Часть 5. Некодирующие РНЕ и микроРНК // Медицинский алфавит. - М. : Альфмед, 2015. - Т. 3. № 11. -С. 5-11.

4. Венедиктова М. Г. Онкогинекология в практике гинеколога / М. Г. Вене-диктова, Ю. Э. Доброхотова . - М. : ГЭОТАР-Медиа, 2015. - 288 с

5. Горных, О. А. О тактике ведения больных с атипической гиперплазией эндометрия / О. А. Горных, Ю. Ю. Табакман // Проблемы репродукции. - 2014. - №2 1. - С. 20-23.

6. Григоренко, А. Н. Гиперплазия эндометия: вопросов больше, чем ответов / А. Н. Григоренко, А. Б. Гордийчук // Репродуктивная эндокринология. - 2017. -№ (3) 35. - С. 31-43.

7. Думановская, М. Р. Вероятность неопластической трансформации при различных типах гиперплазии эндометрия / М. Р. Думановская, Г. Е. Чернуха, О. В. Бурменская [и др.] // Акушерство и гинекология. - 2013. - № 8. - C. 56-62.

8. Думановская, М. Р. Особенности экспрессии маркеров пролиферации в ги-перплазированном эндометрии / М. Р. Думановская, Г. Е. Чернуха, О. В. Бурмен-ская [и др.] // Гинекология. - 2013. - № 2. - С. 4-8.

9. Ивановская, Т. Н. Экспрессия рецепторов эстрадиола и прогестерона в профилирующем эндометрии при определении тактики ведения больных периода пре- и постменопаузы : автореф. дис. ... канд. мед. наук : 14.01.01 / Ивановская Тамара Николаевна. - М., 2017. - 22 с. - С. 19-20.

10. Каппушева, Л. М. Выбор метода терапии гиперплазии эндометрия в пе-рименопаузе / Л. М. Каппушева, С. В. Комарова, З. А. Ибрагимова // Акушерство и гинекология. - 2005. - № 6. - С. 37-42.

11. Нафтулович, Р. А. Анализ полиморфных вариантов гена рецептора эстрогенов альфа у больных с семейными формами пролапса женских половых органов / Р. А. Нафтулович [и др.] // Российский вестник акушера-гинеколога. - 2013. -№ 13(2). - С. 26-29

12. Национальное руководство по гинекологии / под ред. Г. М. Савельевой, Г. Т. Сухих, В. Н. Серова [и др.]. - М. : ГЭОТАР-Медиа, 2017. - Раздел 5. Глава 12.

13. Осиновская, Н. С. Особенности полиморфизма генов рецепторов эстрогена и прогестерона у женщин с миомой матки / Н. С. Осиновская [и др.] // Журнал акушерства и женских болезней. - 2012. - Том LXI, № 3. - С. 109-115.

14. Панова, E. А. Дифференцированный выбор лечебной тактики при гиперпластических процессах эндометрия : автореф. дис. ... канд. мед. наук : 14.01.01 / Панова Екатерина Александровна. - М., 2012. - 21 с.

15. Печковский, Е. В. Аллель PROGINS гена рецептора прогестерона PGR ассоциирован с риском рака молочной железы в Западно-Сибирском регионе России / Е. В. Печковский [и др.] // Онкология. - 2012. - Том 13.

16. Радзинский, В. Е. Доказательная медицина: состояние проблемы и прогнозы / В. Е. Радзинский // Status Praesens. - 2011. - № 6. - С. 5-6.

17. Радзинский, В. Е. Молочные железы и гинекологические заболевания: от общности патогенетических воззрений к практическим решениям / В. Е. Радзин-ский, И. М Ордиянц, М. Н. Масленникова [и др.] // Репродуктивная эндокринология. - 2014, май. - № 2 (16). - С. 72-80.

18. Сапрыкина, Л. В. Гиперплазия эндометрия / Л. В. Сапрыкина, Ю. Э. Доброхотова. - 2-е изд., перераб. и дополн. - М. : ГЭОТАР-Медиа, 2018. - С. 55.

19. Сидорова, И. С. Прогнозирование и профилактика рака тела матки у женщин с гиперплазией эндометрия в пременопаузальном возрасте / И. С. Сидорова, А. Л. Унанян, Е. А. Коган // Акушерство, гинекология. - 2011. - № 3. - С. 38-59.

20. Сидорова, И. С., Современное состояние вопроса о патогенезе, клинике, диагностике и лечении миомы матки у женщин репродуктивного возраста / И. С. Сидорова, А. Л. Унанян, М. Б. Агеев [и др.] // Акушерство, гинекология и репродукция. - 2012. - № 4. - С. 22-28.

21. Слюсарева, О. А. Гиперпластические процессы эндометрия / О. А. Слю-сарева, О. Д. Руднева // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Медицина. - 2013. - № 5.

22. Слюсарева, О. А. Молекулярные методы диагностики гиперплазии эндометрия / О. А. Слюсарева // Вестник РУДН. Серия: Медицина. - 2016. - № 2. - С. 176-180.

23. Сочетанные доброкачественные опухоли и гиперпластические процессы матки. Клинические рекомендации / под ред. Л. В. Адамян. - М., 2015.

24. Табакман, Ю. Ю. Гиперплазия эндометрия: спорные вопросы патогенеза и терапии / Ю. Ю. Табакман, А. Г. Солопова // Акушерство, гинекология и репродукция. - М, : Ирбис, 2016. - Том 10, № 3, 5-10. - С. 2016.

25. Табакман, Ю. Ю. Аномальные маточные кровотечения: структура патологических изменений эндометрия, вопросы патогенеза и тактики ведения / Ю. Ю. Табакман, А. Х. Биштави, О. А. Горных, [и др.] // Проблемы репродукции. - 2013.

- № 5. - С. 54-56.

26. Табакман, Ю. Ю. Предрак эндометрия: определения понятия, тактика / Ю. Ю. Табакман, А. Г. Солопова, А. Х. Биштави [и др.] // Акушерство, Гинекология, Репродукция. - 2016. - Том 10, № 2. - С. 32-36.

27. Татарчук, Т. Ф. Гиперпластические процессы эндометрия: что нового? / Т. Ф. Татарчук, Л. В. Калугина, Т. Н. Тутченко // Репродуктивная эндокринология.

- 2015. - № 5 (25). - С. 7-13.

28. Унанян, А. Л. Клинико-патогенетические особенности гиперпластических процессов эндометрия у женщин перименопаузального возраста / А. Л. Унанян, И. С. Сидорова, Е. А. Коган [и др.] // РМЖ. -23.03.2018. -№ 1 (I).

29. Федянин, М. Ю. Роль мирко-РНК при солидных опухолях // М. Ю. Федя-нин, Е. О. Игнатова, С. А. Тюляндин // Злокачественные опухоли. - 2013. - № (1).

- С. 3-14. - URL: https://doi.org/10.18027/2224-5057-2013-1-3-14.

30. Чернуха, Г. Е. Современные представления о гиперплазии эндометрия (обзор литературы) / Г. Е. Чернуха, М. Р. Думановская // Акушерство и гинекология. - 2013. - № 3. - C. 26-32.

31. Чернуха, Г. Е. Экспрессия генов, регулирующих апоптоз, при разных типах гиперплазии эндометрия и эндометриоидной карциноме / Г. Е. Чернуха, М. Р. Думановская, О. В. Бурменская [и др.] // Акушерство и гинекология. - 2013. - № 1.

- C. 63-69.

32. Шакирова, Е. А. Состояние метаболических процессов у женщин репродуктивного возраста с ожирением и гиперпластическими процессами эндометрия / Е. А. Шакирова, О. А. Зотова // Фундаментальная и клиническая медицина. - 2017.

- Том 1, № 1. - C. 76-82.

33. Шакирова, Е. А. Факторы риска неэффективности лечения и рецедивиру-ющего течения гиперпластических процессов эндометрия у женщин репродуктивного возраста с ожирением / Е. А. Шакирова, Н. В. Артымук // Фундаментальная и клиническая медицина. - 2016. - Том 1, № 1. - C. 20-25.

34. Юлдашева, Д. Ю. Роль матриксных металлопротеиназ и их ингибирова-ние при развитии гиперплазии эндометрия / Д. Ю. Юлдашева // Фундаментальные исследования. - 2015. - № 1-4. - С. 845-847.

35. Abak, A. MicroRNA-221: biogenesis, function and signatures in human cancers / A. Abak, S. Amini, E. Sakhinia, et al. // Eur. Rev. Med. Pharmacol. Sci. - 2018 May. - N 22 (10). - P. 3094-3117. - (doi: 10.26355/eurrev_201805_15069).

36. Al Desai, S. Tissue-specific isoform switch and DNA hypomethylation of the pyruvate kinase PKM gene in human cancers / S. Al Desai // Oncotarget. - 2014. - N 5/

- P. 8202-8210.

37. Alektiar, K. M. Cancer of the uterine body / K. M. Alektiar, N. R. Abu-Rustum, G. F. Fleming // DeVita, V. T. Cancer: Principles and Practice of Oncology / V. T. DeVita, S. Hellman, S. A. Rosenberg, eds. et al. - 10th ed. - Philadelphia, Pa : Lippincott Williams & Wilkins, 2015. - P. 1048-1064.

38. Alvarez, E. A. Phase II trial of combination bevacizumab and temsirolimus in the treatment of recurrent or persistent endometrial carcinoma: a Gynecologic Oncology Group study / E. A. Alvarez, W. E. Brady, J. L. Walker, et al. // Gynecol. Oncol. - 2013.

- N 129 (1). - P. 22-27.

39. Anthropometric Reference Data for Children and Adults: United States, 20072010, U.S. Department of health and human services. Centers for Disease Control and Prevention National Center for Health Statistics Hyattsville, Maryland October 2012 DHHS. - Publication No. (PHS) 2013-1602.

40. Armstrong, A. J. Diagnosis and management of endometrial hyperplasia / A. J. Armstrong, W. W. Hurd, S. Elguero, et al. // J. Minim Invasive Gynecol. - 2012 Sep-Oct.

- N 19(5). - P. 562-571. - (doi: 10.1016/j.jmig.2012.05.009. Epub 2012 Aug 3).

41. Bae, J. Identification of differentially expressed microRNAs in endometrial cancer cells after progesterone treatment / J. Bae, M. Won, D. Y. Kim, et al. // Int. J. Gynecol Cancer. - 2012. - N 22. - P. 561-565.

42. Banno, K. MicroRNAs in endometrial cancer / K. Banno, M. Yanokura, I. Kisu, et al. // Int. J. Clin Oncol. 2013 Apr. - N 18(2). - P. 186-192. - (doi: 10.1007/s10147-013-0526-9). - (Epub 2013 Feb 5).

43. Bedell, S. The pros and cons of plant estrogens for menopause / S. Bedell, M Nachtigall, F. Naftolin // J. Steroid Biochem. Mol. Biol. - 2014. - N. 139. - P. 225-236.

44. Björk, J. K. MiR-18, a member of Oncomir-1, targets heat shock transcription factor 2 in spermatogenesis / Johanna K. Björk, Anton Sandqvist, Alexandra N. Elsing, et al. // Development and stem cells. - 2010. - N 137. - P. 3177-3184.

45. Blandino, G. Tumor suppressor microRNAs: A novel non-coding alliance against cancer / Giovanni Blandino et al. // Federation of European biochemical Societies FEBS Lett. - 2014 Aug 19. - N 588 (16). - P. 2639-2652. - (doi: 10.1016/j.feb-slet.2014.03.033). - (Epub 2014 Mar 26).

46. Bluemlein, K. No evidence for a shift in pyruvate kinase PKM1 to PKM2 expression during tumorigenesis / K. Bluemlein, et al. // Oncotarget. - 2011. - N 2. -P. 393-400.

47. Boggess, J. F. Uterine cancer / J. F. Boggess, J. E. Kilgore // Niederhuber, J. E. Clinical Oncology / J. E. Niederhuber, J. O. Armitage, J. H. Doroshow, et al. - 5th ed. -Philadelphia, Pa : Elsevier, 2014. - P. 1575-1591.

48. Carlson, M. J. Past, present, and future of hormonal therapy in recurrent endometrial cancer / M. J. Carlson, K. W. Thiel, K. K. Leslie // Int. J. Womens Health. - 2014. - N 6. - P. 429-435.

49. Chandra, V. Therapeutic options for management of endometrial hyperplasia / V. Chandra, J. J. Kim, D. M. Benbrook, et al. // J. Gynecol. Oncol. - 2016. - N 27. -P. 712-749.

50. Chaneton, B. Rocking cell metabolism: revised functions of the key glycolytic regulator PKM2 in cancer / B. Chaneton, E. Gottlieb // Trends Biochem. Sci. - 2012. -N 37. - P. 309.

51. Chiavarina, B. Pyruvate kinase expression (PKM1 and PKM2) in cancer-associated fibroblasts drives stromal nutrient production and tumor growth / B. Chiavarina, D. Whitaker-Menezes, U. E. Martinez-Outschoorn et al. // Cancer Biol. Ther. - 2011. -N 12. - P. 1101-1113.

52. Chieh-Hsiang Yang. An estrogen-induced endometrial hyperplasia mouse model recapitulating human disease progression and genetic aberrations / Chieh-Hsiang Yang // Cancer Med. - 2015.

53. Cikes, M. Expression of hormone receptors in cancer cells: a hypothesis / M. Cikes // Eur. J. Cancer. - 1978. Vol. 14. P, 211-215.

54. Committee on Gynecologic Practice, Society of Gynecologic Oncology. The American College of Obstetricians and Gynecologists Committee Opinion no. 631. Endometrial intraepithelial neoplasia. Obstet Gynecol. 2015. - N 125. - P. 1272-1278

55. Dalmau, E. Current status of hormone therapy in patients with hormone receptor positive (HR+) advanced breast cancer / E. Dalmau, A. Armengol-Alonso, M. Muñoz, et al. // Breast. - 2014 Oct 10. - (pii: S0960-9776(14)00171-4).

56. Dayton, T. PKM2, cancer metabolism, and the road ahead / T. Jacks // EMBO Rep. - 2016 Dec. - N 2017 (12). - P. 1721-1730.

57. de Haydu, C. An update on the current pharmacotherapy for endometrial cancer / C. de Haydu, J. D. Black, C. L. Schwab, et al. // Expert Opin. Pharmacother. - 2016. -N 17. - P. 489-499.

58. Fan, Y. X. MiR-18a upregulation enhances autophagy in triple negative cancer cells via inhibiting mTOR signaling pathway / Y. X. Fan, Y. Z. Dai, X. L. Wang, et al // Eur. Rev. Med. Pharmacol. Sci. - 2016 Jun. - N 20 (11). - P. 2194-2200.

59. Friedländer, M. R. Evidence for the biogenesis of more than 1,000 novel human microRNAs / M. R. Friedländer, E. Lizano, A. J. Houben et al. // Genome Biol. -2014. - Vol. 15, N 4. - R57.

60. Frixa, T. Oncogenic MicroRNAs: Key Players in Malignant Transformation / Tania Frixa, Sara Donzelli, Giovanni Blandino // Cancers (Basel). - 2015 Dec. - N 7 (4).

- P. 2466-2485.

61. Gallos, I. D. Management of endometrial hyperplasia. Green-top Guideline № 67 / I. D. Gallos, M. Alazzam, T. J. Clark et al. - RCOG/BSGE Joint Guideline, 2016. -30 p.

62. Garofalo, M. MiR221/222 in Cancer: Their Role in Tumor Progression and Response to Therapy / M. Garofalo // Curr. Mol. Med. - 2012 Jan. - N 12 (1). - P. 2733.

63. Gbelcova, H. PTEN Sequence Analysis in Endometrial Hyperplasia and Endometrial Carcinoma in Slovak Women / H. Gbelcova // Anal. Cell. Pathol. (Amst.). - 2015.

64. Goncharenko, V. M. Predictive diagnosis of endometrial hyperplasia and personalized therapeutic strategy in women of fertile age / V. M. Goncharenko et al. // EPMA J. - 2013 Dec 6. - N 4 (1). - P. 24.

65. Hapangama, D. K. Pathophysiology of heavy menstrual bleeding / D. K. Hapangama, J. N. Bulmer // Womens Health (Lond). - 2016 Jan. - N 12 (1). - P. 3-13.

- (doi: 10.2217/whe.15.81. Epub 2015 Dec 23).

66. Homo sapiens miRNAs in the miRBase at University. - URL: http://www.mir-base.org.

67. Hosseini Nasab, S. Using Pyruvate Kinase as a Predictor for Patient With Endometrial Cancer Having Complex Hyperplasia With Atypia to Prevent Hysterectomy and Preserve Fertility: Retrospective Immunohistochemical Study / S. Hosseini Nasab, N. Jooya, A. Esmaeili, et al. // Reprod. Sci. - 2018 Aug. - N 25 (8). - P. 1286-1291. -(doi: 10.1177/1933719117741371). - (Epub 2017 Nov 19).

68. Hull, M. L. Tissue and circulating microRNA influence reproductive function in endometrial disease / M. L. Hull, V. Nisenblat // Reprod. Biomed Online. - 2013. -N 27. - P. 515-529.

69. Javed, Z. Role of MicroRNA in Endometrial Carcinoma / Zeeshan Javed, Mukhtar Ullah, Hafiz Ahsan Ashfaq, et al. // Adv. life sci. - 2016 Nov. - Vol. 4, no. 1. -P. 08-13.

70. Jayaraman, M. Identification of novel diagnostic and prognostic miRNA signatures in endometrial cancer / M. Jayaraman, R. Radhakrishnan, C. A. Mathews, et al. // Genes Cancer. - 2017 May. - N 8 (5-6). - P. 566-576. - (doi: 10.18632/genesandcancer.144).

71. Jia, W. Identification of four serum microRNAs from a genome-wide serum microRNA expression profile as potential non-invasive biomarkers for endometrioid endometrial cancer / W. Jia, Y. Wu, Q. Zhang, et al. // Oncology letters. - 2013. - N 6. -P. 261-267.

72. Jurcevic, S. MicroRNA expression in human endometrial adenocarcinoma / S. Jurcevic, B. Olsson, K. Klinga-Levan // Cancer Cell Int. - 2014 Nov 14. - N 14 (1). -P. 88.

73. Jurcevic, S. Verification of microRNA expression in human endometrial adenocarcinoma / Sanja Jurcevic , Karin Klinga-Levan Björn Olsson, et al. // BMC Cancer. - 2016. - N 16. - P. 261. - (DOI 10.1186/s12885-016-2296-z).

74. Kaller, M. Identification of MicroRNA Targets by Pulsed SILAC / M. Kaller, S. Oeljeklaus, B. Warscheid, et al. // Methods Mol. Biol. - 2014. - N 1188. - P. 327349.

75. Katarzyna, S. New classification system of endometrial hyperplasia WHO 2014 and its clinical implications / S. Katarzyna, S. Anna. - 2017 Sep. - N 16 (3). -P. 107-111.

76. Klinge, C. M. MiRNAs and estrogen action / Carolyn M. Klinge // Trends Endocrinol. Metab. - 2012 May. - N 23 (5). - P. 223-233.

77. Kottaridi, C. Evaluation Analysis of miRNAs Overexpression in Liquid-Based Cytology Endometrial Samples // Christine Kottaridi et al. // J. Cancer. 2017. - N 8 (14). - P. 2699-2703. - (doi: 10.7150/jca.19947).

78. Kurman, R. World Health Organisation Classification of Tumors of Female Reproductive Organs / R. Kurman, M. Carcangiu, C. Herrington, et al. - 4th ed. - Lyon, France : International Agency for Research on Cancer (IARC) Press, 2014.

79. Leroi, V. Endometrial Carcinoma Biomarker Discovery and Verification Using Differentially Tagged Clinical Samples with Multidimensional Liquid Chromatography and Tandem Mass Spectrometry / V. Leroi, DeSouza et al. // Mol. Cell Proteomic. - 2007 Jul. - N 6 (7). - P. 1170-1182. - (Epub 2007 19 march).

80. Liang, J. Mitochondrial PKM2 regulates oxidative stress-induced apoptosis by stabilizing Bcl2 / J. Liang, R. Cao // Cell Res. - 30.12.2016. - (DOI: 10.1038 / cr.2016.159).

81. Litta, P. Atypical endometrial lesions: hysteroscopic resection as an alternative to hysterectomy / P. Litta, C. Bartolucci, C. Saccardi, et al. // Eur. J. Gynaecol. Oncol. -2013. - N. 34(1). - P. 51-53.

82. Liu, B. Elevated MiR-222-3p promotes proliferation and invasion of endometrial carcinoma via targeting ERa // Q. Che, H. Qiu, et al. // PLoS One. - 2014 Jan 31. -N 9(1). - P e87563. - (doi: 10.1371/journal.pone.0087563. eCollection 2014.PMID: 24498137).

83. Luo, L. The levonorgestrel-releasing intrauterine system for atypical endometrial hyperplasia / L. Luo, B. Luo, Y. Zheng, et al. // The Cochrane Collaboration. - 2013.

84. Luo, W. Emerging roles of PKM2 in cell metabolism and cancer progression / W. Luo, G. L. Semenza // Trends Endocrinol. Metab. - 2012, Nov. - N 23(11). - P. 560566.

85. Mallat, Y. Proteome modulation in H9c2 cardiac cells by microRNAs miR-378 and miR-378 / Y. Mallat, E. Tritsch, R. Ladouce, et al. // Mol. Cell Proteom. - 2014. -N 13. - P. 18-29.

86. Mathew, L. R. MiR-210: A sensor for hypoxic stress during tumorigenesis / Lijoy K. Mathew, M. Celeste Simon // Mol. Cell. - 2009 Sep 24. - N 35 (6). - P. 737738.

87. Maxwell, G. L. MicroRNAs in endometrial cancers from black and white patients / G. Larry Maxwell // American Journal of Obstetrics & Gynecology. - Feb. 2015. - Vol. 212, N 2. - P. 191.e1-191.e10.

88. Mazurek, S. Pyruvate kinase type M2: A key regulator of the metabolic budget system in tumor cells / Sybille Mazurek // The International Journal of Biochemistry & Cell Biology. - July 2011. - Vol. 43. N 7. - P. 969-980.

89. MicroRNA expression profiling in endometrial adenocarcinoma // Repro. -Orebro University, 2015. - N 2.

90. Montagnana, M. Aberrant MicroRNA Expression in Patients With Endometrial Cancer / M. Montagnana et al. // Int. J. Gynecol. Cancer. - 2017 Mar. - N 27 (3). - P. 459-466.

91. Moreno-Moya, J. M. MicroRNA: key gene expression regulators / J. M. Moreno-Moya, F. Vilella, C. Simón // Fertil. Steril. - 2014. - N 101 (6). - P. 1516-1523.

92. Morrow, C. P. Relationship between surgical-pathological risk factors and outcome in clinical stage I and II carcinoma of the endometrium: a Gynecologic Oncology Group study / C. P. Morrow, B. N. Bundy, R. J. Kurman // Gynecologic oncology. -1985. - N 40 (1). - P. 55-65.

93. Nyante, S. J. Genetic variation in estrogen and progesterone pathway genes and breast cancer risk: an exploration of tumor subtype-specific effects / Sarah J. Nyante // Cancer Causes Control. - 2015. - N 26. - P. 121-131.

94. Ordi, J. Reproducibility of current classifications of endometrial endometrioid glandular proliferations: further evidence supporting a simplified classification / J. Ordi, C. Bergeron, D. Hardisson, et al. // Histopathology. - 2014. - N 64. - P. 284-292.

95. Owings, R. A. Endometrial intraepithelial neoplasia / R. A. Owings, C. M. Quick // Arch. Pathol. Lab. Med. - 2014. - N 138. - P. 484-491.

96. Patel, B. Role of nuclear progesterone receptor isoforms in uterine pathophysiology / Bansari Patel // Hum. Reprod. Update. - 2015 Mar. - N 21 (2). - P. 155-173.

97. Peterson, S. M. Common features of microRNA target prediction tools / S. M. Peterson, J. A. Thompson, M. L. Ufkin, et al. // Front Genet. - 2014. - T. 5. - P. 23.

98. Rajala, R. V. S. The warburg effect mediator pyruvate kinase M2 expression and regulation in the retina / R. V. S. Rajala, A. Rajala, C. Kooker, et al. // Sci. Rep. -2016. - N 6. - P. 37727.

99. Ramón, L. A. MicroRNAs related to angiogenesis are dysregulated in endometrioid endometrial cancer / L. A. Ramón // Hum. Reprod. - 2012 Oct. - N 27 (10). -P. 3036-3045. - (doi: 10.1093/humrep/des292. Epub 2012 Aug 17).

100. Ravo, M. Small non-coding RNA deregulation in endometrial carcinogenesis / M. Ravo, A. Cordella, A. Rinaldi, et al. // Oncotarget. - 2015. - N 6. - P. 4677-4691.

101. Salama, S. A. Estradiol-17ß upregulates pyruvate kinase M2 expression to co-activate estrogen receptor-a and to integrate metabolic reprogramming with the mitogenic response in endometrial cells / S. A. Salama // J. Clin. Endocrinol. Metab. - 2014 Oct. -N 99 (10). - P. 3790-3799.

102. Sanderson, P. A. New concepts for an old problem: the diagnosis of endometrial hyperplasia / Peter A. Sanderson, O. D. Hilary, Critchley Alistair, et al. // Human Reproduction Update. - 1 March 2017. - Vol. 23, N 2. - P. 232-254. - (doi: https://doi.org/10.1093/humupd/dmw042).

103. Santulli, G. MicroRNA: Cancer: From Molecular Biology to Clinical Practice / Gaetano Santulli. - Springer, 2015. - N. 23.

104. Schmiedel, J. The role of microRNAs in controlling protein expression noise / Jörn Schmiedel. - Logos Verlag Berlin GmbH, 31.03.2016.

105. Sen, C. K. MicroRNA in Regenerative Medicine / Chandan K. Sen. - Elsevier, 26.11.2014. - N 256.

106. Siegel, R. Cancer statistics 2014 / R. Siegel, J. Ma, Z. Zou, et al. // CA Cancer J. Clin. - 2014. - N 64. - P. 9-29.

107. Simpson, A. N. Fertility sparing treatment of complex atypical hyperplasia and low grade endometrial cancer using oral progestin / A. N. Simpson, T. Feigenberg, B. A. Clarke, et al. // Gynecol. Oncol. - 2014. - N 133 (2). - P. 229-233.

108. Sobczuk, K. New classification system of endometrial hyperplasia WHO 2014 and its clinical implication / Katarzyna Sobczuk, Anna Sobczuk // Prz. Menopau-zalny. - 2017 Sep. - N 16(3). - P. 107-111.

109. Sohel, M. H. Extracellular/Circulating MicroRNAs: Release Mechanisms, Functions and Challenges, Mahmodul Hasan Sohel // Achievements in the Life Sciences. - 2016 Dec. - Vol. 10, N 2. - P. 175-186.

110. Staedel, C. Modulation of oncogenic miRNA biogenesis using functionalized polyamines / Cathy Staedel // Scientific reports. - 2018. - N 8. - P. 1667. -(D0I:10.1038/s41598-018-20053-5).

111. Sun, L., Expression of ER-a36, a novel variant of estrogen receptor in endometrial carcinoma and its clinical significance / L. Sun, J. Wang, L. Zhang, et al. // Gynecol. Obstet. Invest. - 2013. - N. 75 (1). - P. 68-72

112. Tang, S. RNA sequencing reveals significant miRNAs in Atypical endometrial hyperplasia/ S. Tang, Y. Dai // Eur. J. Obstet. Gynecol. Reprod. Biol. - 2018 Jun. -N 225. - P. 129-135. - (doi: 10.1016/j.ejogrb.2018.03.025). - (Epub 2018 Mar 19).

113. Taniguchi, K. Organ-specific PTB1-associated microRNAs determine expression of pyruvate kinase isoforms / Kohei Taniguchi // Scientific Reports. - 2015. -Vol. 5. Article number. - P. 8647.

114. Taoussi, N. Biological markers with potential clinical value in endometrial cancer - review of the literature / Nadia Taoussi, Ali Alghamdi // Poland Ginekologia Polska. - 2017. - Vol. 88. - N 6.

115. Tong Sun. Role of microRNA-221/-222 in cancer development and progression / Tong Sun. - Editorials: Cell Cycle Features. - 01 Aug 2009. - P. 2315-2316.

116. Tran, A.-O. Recent Advances in Endometrial Cancer / Arthur-Quan Tran // F1000. Res. - 2017 Jan 27. - N 6. - P. 81. - (doi: 10.12688/f1000research. 10020.1. eCol-lection 2017).

117. Tsang, W. P. The miR-18a* microRNA functions as a potential tumor suppressor by targeting on K-Ras / W. P. Tsang, T. T.119 Kwok // Carcinogenesis. - 2009.

- N 30. - P. 953-959.

118. Vasilatou, D. The role of miRNAs in endometrial cancer / Diamantina Vasi-latou // Future Medicine. - 2015. - (10.2217/epi.15.41).

119. Walsh, M. J. ML265: A potent PKM2 activator induces tetramerization and reduces tumor formation and size in a mouse xenograft model / M. J. Walsh, K. R. Brima-combe, D. Anastasiou, et al. // Natl. Center Biotechnol. Inform. - 2013.

120. Warburg, O. Ueber den Stoffwechsel der Tumoren / O. Warburg, K. Posener, E. Negelein // Biochemische Zeitschrift. - 1924. - Vol. 152. - P. 319-344. - (Reprinted in English in the book On metabolism of tumors by O. Warburg, Publisher: Constable, London, 1930).

121. Warner, S. L. Activators of PKM2 in cancer metabolism / Steven L Warner // Future medicinal chemistry. -2014 Jul. - Vol. 6, N 10. - (Review. Published Online: 31 Jul 2014).

122. Watanabe, M. A subfamily of RNA-binding DEAD-box proteins acts as an estrogen receptor alpha coactivator through the N-terminal activation domain (AF-1) with an RNA coactivator, SRA / M. Watanabe, et al. // EMBO J. - 2001. - N 20. - P. 13411352.

123. Widodo. Role of MicroRNAs in carcinogenesis that potential for biomarker of endometrial cancer / Widodo // Ann. Med. Surg. (Lond.). - 2016 May. - N 7. - P. 913.

124. Wilczynski, M. The role of miRNA in endometrial cancer in the context of miRNA 205 / M. Wilczynski, J. Danielska, M. Dzieniecka, et al. // Ginekol. Pol. - 2015.

- N 86. - P. 856-861.

125. Wildemeersch, D. Intrauterine levonorgestrel delivery with frameless fibrous delivery system: review of clinical experience / D. Wildemeersch, A. Andrade, N. D. Goldstuck, et al. // Int. J. Womens Health. - 2017. - Vol. 21, N 9. - P. 49- 58.

126. Wise, M. R. Obesity and endometrial hyperplasia and cancer in premenopausal women: A systematic review / M. R. Wise, V. Jordan // Am. J. Obstet. Gynecol. -2016 Jun. - N 214 (6). - P. 689.

127. Wright, J. D. Contemporary management of endometrial cancer / J. D. Wright, N. I. Barrena, Medel J. Sehouli, et al. // Lancet. - 2012. - N 379 (9823). -P. 1352-1360.

128. Xin Huang. Hypoxia inducible mir-210 regulates normoxic gene expression involved in tumor initiation / Xin Huang // Mol. Cell. - 2009 Sep 24. - N 35 (6). - P. 856867.

129. Xing-ling Qi. No association between the progesterone receptor gene polymorphism (+331G/a) and the risk of breast cancer: an updated meta-analysis / Xing-ling Qi // BMC Med. Genet. - 2017. - N 18. - P. 123.

130. Xiujuan Nie. Correlation between miR-222 and uterine cancer and its prognostic value / Xiujuan Nie, Haili Tian // Onkology letters. - 2018. - Vol. 16. N 2. -P. 1722-1726. - (Published online on: May 25, 2018). -(doi: https://doi.org/10.3892/ol.2018.8815)

131. Ya Li. Estrogen receptor-alpha gene PvulI (T/C) and Xbal (A/G) polymorphisms and endometriosis risk: A me48ta-analysis, Ya Li et al. // Gene. - 15 October 2012. - Vol. 508, N 1. - P. 41-48.

132. Yamagata, K, et al. Maturation of MicroRNA Is Hormonally Regulated by a Nuclear Receptor / K. Yamagata, et al. // Mol. Cell. - 2009. - N 36. - P. 340-347.

133. Yang, L. Expression profile of long non-coding RNAs is altered in endometrial cancer / L. Yang, J. Zhang, A. Jiang, et al. // Int. J. Clin. Exp. Med. - 2015. - N 8. -P. 5010-5021.

134. Yanli Zhang. Prognostic role of hormone receptors in endometrial cancer: a systematic review and meta-analysis / Yanli Zhang, Dong Zhao, Changguo Gong, et al. // World J. Surg. Oncol. - 2015. - N 13. - P. 208. - (Published online 2015 Jun 25). -(doi: [10.1186/s12957-015-0619-1).

135. Yanokura, M. MicroRNAS in endometrial cancer: recent advances and potential clinical applications / M. Yanokura, K. Banno, M. Iida, et al. // EXCLI J. - 2015. -N 14. - P. 190-198.

136. Young, S. L. Oestrogen and progesterone action on endometrium: a transla-tional approach to understanding endometrial receptivity / Steven L. Young // Reprod. Biomed. Online. - 2013 Nov. - N 27 (5).

137. Zhang, H. Dual-specificity phosphatase 6 (Dusp6), a negative regulator of FGF2/ERK1/2 signaling, enhances 17beta-estradiol-induced cell growth in endometrial adenocarcinoma cell / H. Zhang, Q. Guo, C. Wang, et al. // Mol. Cell Endocrinol. - 2013. - N 376. - P. 60-69.

138. Zhu H. Pyruvate kinase M2 (PKM2) expression correlates with prognosis in solid cancers: a meta-analysis / H. Zhu, H. Luo // Oncotarget. - 03 jun 2017. - N 8 (1). -P. 1628-1640, - N 4 (7). - P. 1039-1050.