Телесность в женских нарративах о взрослении и старении тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 00.00.00, кандидат наук Бемлер Екатерина Сергеевна

• Бемлер Екатерина Сергеевна
• кандидат наук
• 2026

Оглавление диссертации кандидат наук Бемлер Екатерина Сергеевна

Благодарность

Введение

Актуальность исследования

Постановка исследовательской проблемы

Степень разработанности проблемы

Исследовательский вопрос, объект и предмет исследования

Цели и задачи исследования

Теоретико-методологическое основания исследования

Концептуализация основных понятий

Методология исследования

Выборка и эмпирическая база исследования

Новизна исследования

Положения, выносимые на защиту:

Степень достоверности результатов

Теоретическая и практическая значимость работы

Апробация результатов исследования:

Список публикаций автора диссертации, в которых отражены основные научные результаты диссертации:

Глава 1. Тело в социальной теории: от классических концепций к современным вызовам

1.1 Главные теоретические подходы к исследованию телесности

1.2 Тело в эпоху позднего модерна

1.3 Телесность в контексте взросления

1.4 Телесность в контексте старения

Глава 2. Методология исследования

2.1. Методология сбора и анализа данных

Глава 3. Телесный опыт взросления и старения: анализ биографических нарративов

3.1. Тело в транзиции: биографии взросления и старения

3.2. Тело в нарративах о взрослении

3.2.1 «Взросление» как социальный процесс

3.2.2 Телесная независимость

3.2.3 Ответственность за свое тело

3.2.4. Телесный контроль

3.2.5 Выводы по разделу

3.3 Тело в нарративах о старении

3.3.1 Конструирование образов старости

3.3.2 Телесная независимость

3.3.3 Ответственность за свое тело

3.3.4 Телесный контроль

3.3.5 Выводы по разделу

3.4 Взрослость, старость и телесность в эпоху позднего модерна

3.5 Дискуссия

Заключение

Список источников

Приложение 1. Список информанток

Приложение 2. Пример кодировочной таблицы

Приложение 3. Схема нарративного анализа

Благодарность

Я выражаю свою искреннюю признательность моей научной руководительнице Нартовой Надежде Андреевне за ее поддержку, вдохновение и бесценные комментарии, которые сделали эту работу возможной.

Благодарю Омельченко Елену Леонидовну, директора Центра молодежных исследований, за веру в мои исследовательские возможности, за готовность помочь как советом, так и действием. Без нее мой академический путь был бы невозможен.

Огромное спасибо всему коллективу Центра молодежных исследований за интерес к моему исследованию и помощь на всех этапах его подготовки.

Спасибо Козловой Марии Андреевне за рецензирование диссертации на этапе предзащиты, ее замечания несомненно сделали эту работу лучше.

Выражаю огромную благодарность моей семье, друзьям и близким за их веру в меня и мою работу.

Введение

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Телесность в женских нарративах о взрослении и старении»

Актуальность исследования

Возраст является одной из основных социальных категорий, которая наряду с гендером, этнической принадлежностью и социальным классом играет ключевую роль в организации общества. Ричард Сеттерстен отмечает, что возраст становится основной для социальной стратификации, определяя доступ к ресурсам, распределение прав и обязанностей, а также формируя ожидания относительно жизненного пути человека [Settersten, 2003]. Хронологический возраст используется государственными институтами как способ законодательно закрепить рамки между различными жизненными периодами (совершеннолетие, пенсионный возраст). При этом зачастую подобные формальные границы могут противоречить реальному мироощущению индивида и субъективному проживанию возраста.

В отличие от индустриальной эпохи, современный жизненный курс человека становится все менее институционализированным и законодательно закрепленным [Blatterer, 2007]. Если раньше переход от детства к взрослости, а затем к старости регулировался четкими нормами (например, возраст окончания школы, вступления в брак, выхода на пенсию), то сегодня эти границы размыты. Такие классические маркеры взрослости, как создание семьи, финансовая независимость, стабильная работа, больше не привязаны к конкретному возрасту.

То же касается старости: хронологический возраст перестает быть однозначным маркером «пожилого» статуса, поскольку биологическое и социальное старение индивидуализированы [Baars, 2010]. Вместо четкой схемы институционализированных транзиций от этапа к этапу мы сталкиваемся с индивидуализацией жизненного курса [Beck, 1992], где человек сам конструирует свою биографию, с учетом рисков, возможностей и всеобщей нестабильности. Несмотря на дестандартизацию, взрослость остается символическим центром жизненного пути, поскольку ассоциируется с периодом автономии и продуктивности между зависимыми детством и старостью.

Даже в условиях фрагментации биографий социальные институты (образование, пенсионная система) по-прежнему ориентированы на устаревшую трехсоставную модель (детство, взрослость, старость), что создает напряжение между индивидуальными траекториями и структурными ограничениями. Тело при этом выступает важнейшим медиатором между индивидуальным опытом и социальными структурами. В процессе взросления и старения человеческое тело претерпевает значительные изменения, которые по-разному осмысляются в различных культурных и исторических контекстах. В отличие от традиционных обществ, в которых возрастные изменения воспринимались как естественная и неотъемлемая часть жизни, современная культура, фетишизирующая молодость, зачастую

стигматизирует любые признаки старения. Данная ситуация в наибольшей степени затрагивает именно женщин, поскольку исторически их социальная значимость связывалась с внешней привлекательностью и соответствием нормативным стандартам красоты [Bordo, 1993]. Долгое время телесность рассматривалась с позиции картезианского дуализма, в которой разум является движущей силой человеческого существования, а сама ценность человеческого тела отрицается. Однако преобладание «разума над телом» исключает чувственные и физические переживания и ощущения. Наше тело - это не просто социальный конструкт, подчиненный разуму. Боль и в конце концов смерть заставляют нас задуматься о физическом проявлении телесности, которые включают в себя не только удовольствие и комфорт, но и боль, болезни и старение [Twigg, 2004]. Эти измерения невозможно адекватно понять исключительно через призму дискурсивных практик, что требует серьезного учета материальности тела и его биосоциальной природы.

Эпоха позднего модерна характеризуется радикальной трансформацией отношений между индивидом и обществом. Как отмечает Энтони Гидденс, в условиях разрушения традиционных социальных структур тело становится «рефлексивным проектом», требующим постоянного контроля, совершенствования и управления [Giddens, 1991]. Эта тенденция проявляется в нескольких взаимосвязанных процессах. Во-первых, происходит медикализация жизненного цикла — процессы взросления и старения все чаще попадают в сферу профессионального медицинского контроля, что выражается в распространении гормональной терапии, anti-age медицины и других биотехнологических вмешательств. Во-вторых, наблюдается комодификация тела — индустрия красоты и здоровья превращает тело в объект потребления, предлагая бесконечный арсенал средств для его преобразования. В-третьих, происходит политизация телесности — тело становится полем борьбы за идентичность, признание и социальные права, что особенно заметно в движениях за бодипозитив и права людей с ограниченными возможностями.

Женская телесность подвергается особому нормативному давлению в контексте возрастных изменений [Bordo, 1993]. С одной стороны, сохраняется традиционный дискурс, прочно связывающий ценность женщины с молодостью и физической привлекательностью. С другой стороны, появляются новые, не менее требовательные нормативы «активного» и «успешного» старения, предполагающие сохранение здоровья, продуктивности и социальной вовлеченности в пожилом возрасте. Это создает двойную нагрузку на женщин: они вынуждены одновременно противостоять стигматизации старения и соответствовать новым, зачастую противоречивым требованиям «достойной» и «правильной» старости.

Актуальность изучения телесности в контексте возрастных переходов обусловлена целым рядом взаимосвязанных социальных факторов. Демографические изменения,

связанные со старением населения в развитых странах, делают необходимым фундаментальное переосмысление социальных представлений о старости и пожилом возрасте. Трансформация жизненных траекторий и размывание традиционных возрастных границ требуют разработки новых концептуальных инструментов для анализа современных процессов взросления и старения. Кризис традиционных социальных институтов поддержки повышает значимость индивидуальных стратегий управления телом и здоровьем. Наконец, вопросы гендерного равенства настоятельно требуют деконструкции возрастных стереотипов, которые до сих пор существенно ограничивают социальные возможности и перспективы женщин в разных возрастах.

Постановка исследовательской проблемы

В условиях позднего модерна традиционное восприятие жизненного курса утрачивает свою нормативную силу. Жизненные транзиции все меньше привязаны к объективным факторам и все больше являются следствием субъективных изменений и ощущений. Данная ситуация актуальна и в социальном контексте современной России. Постоянные социально-экономические изменения, череда кризисных периодов (пандемия и СВО) и общая нестабильность российской действительности привели к радикальным изменениям в представлениях о течении жизненного пути вообще, и о возрастных ожиданиях и нормах в частности. Российские женщины находятся в особенно уязвимой позиции, поскольку вынуждены одновременно удовлетворять как патриархальные стандарты красоты, так и соответствовать нормам успешного старения в контексте неолиберального общества и слабости социальных институтов. Все это заставляет женщин постоянно рефлексировать свои телесные изменения в контексте возрастных транзиций.

Несмотря на существующие исследования, посвященные телу и возрасту, в научной дискуссии сохраняется пробел в исследовании и анализе связи телесности и возрастных транзиций. Взросление рассматривается исключительно как социальный феномен, телесные аспекты которого зачастую игнорируются. Исследования старения же, напротив, выводят телесность на первый план, при этом чрезмерно фокусируясь на процессах, связанных с физическим упадком. В результате тело не осмысляется как феномен, имеющий значение в течение всей жизни человека, и меняющий это значение в моменты ключевых возрастных переходов. Таким образом, важным для понимания современных процессов конструирования возрастной идентичности становится вопрос: каким образом тело и телесность артикулируются в женских нарративах о взрослении и старении?

Данное исследование позволит внести вклад в социологию тела, предлагая концепцию «тела в транзиции», демонстрирующую трансформацию значений и функций тела в зависимости от этапа жизненного пути. Таким образом, взросление и старение осмысляются

не только через социальные маркеры или субъективные ощущения, но и через изменения отношений с собственным телом.

Степень разработанности проблемы

Исследование телесности как социокультурного феномена занимает важное место в современных социальных науках, формируя междисциплинарное поле на стыке социологии, антропологии, культурологии и гендерных исследований. Теоретико-методологические основания исследования телесности формировались в рамках нескольких ключевых подходов.

Конструктивистский подход рассматривает тело как продукт социальных и дискурсивных практик. Значимый вклад в развитие данного направления исследования телесности внесли М. Фуко, Э. Гофман, П. Бурдье, Н. Элиас, Б. Тернер.

Феноменологический подход акцентирует субъективный опыт телесности, отвергая дуализм тела и сознания. Одним из основоположников данного подхода является М. Мерло -Понти. Феноменологическую парадигму также развивают Д. Лодер, Т. Ксордас, Д. Инглис и А. Хоусон, П. Стоулер, Д. Васкал, Ф. Ванини. Особенно активно феноменологическая перспектива применяется в области социологии медицины — Г. Бенделоу, С. Уильямс К. Чармаз, Г. Уильямс, А. Франк, С. Неттлтон, Д. Уотсон.

Значительный пласт исследований посвящен гендерным аспектам телесности. Работы С. де Бовуар, С. Бартки, С. Бордо, Д. Батлер, Э. Гросс, М. Янг раскрыли механизмы конструирования женской телесности через патриархальные нормы и практики самодисциплины. Исследователи отмечают, что женщины чаще испытывают неудовлетворенность телом из-за патриархальных стандартов, а нормы феминности формируют телесные практики. Многочисленные исследовательницы обращали внимание на то, как женщины вынуждены постоянно видоизменять свои тела, в том числе посредством инвазивных процедур.

В российской академической традиции изучение телесности развивалось в работах Е. Здравомысловой, А. Темкиной, Д. Михеля, В.Л. Круткина, Д.Ю. Куракина, И.М. Быховской, П.В. Романова и Е.Р. Ярской-Смирновой, Е. Гольман. Эти авторы сосредоточились на анализе конкретных аспектов телесных практик в российском социокультурном контексте, включая вопросы возрастной идентичности, гендера и телесной политики. Результаты эмпирических исследований телесности отражены в сборниках «В тени тела» и «Pro Тело. Молодежный контекст» под редакцией Е. Л. Омельченко и Н.А. Нартовой.

Наиболее важным в контексте данной работы представляются исследования телесности в контексте возрастных этапов. Несмотря на то, что большое количество исследователей занимаются изучением транзиции во взрослость (Дж. Арнетт, Г. Блатерер, Р.А. Сеттерсен, М.

Дж. Шанахан Е. С. Митрофанова, Е.С. Павленко, В. В. Радаев, Н. А. Нартова, Е. Л. Омельченко, Я. Н. Крупец) телесность зачастую ускользает из поля зрения. Особое внимание уделяется телам молодежи, которые зачастую определяются через категорию риска, и выступают объектом, который необходимо контролировать.

Отдельное направление исследований посвящено социологическому осмыслению процессов старения. Критическая геронтология (П. Хиггс, К. Гиллард, С. Катц) анализирует стигматизацию старости как периода упадка, а также критикует дискурс «активного старения» (К. Боудинь, М. Тюлль, М. Фезерстоун, И. А. Григорьева), который рассматривает тело как объект постоянного контроля. Феноменологические работы (К. Лаз, П. Контос, Ю. Зеликова) исследуют субъективный опыт старения, показывая, как пожилые люди осмысляют телесные изменения.

Большое количество исследований посвящено телесности в контексте обществ позднего модерна. Исследования демонстрируют, что в позднем модерне тело превращается в рефлексивный проект, требующий постоянных усилий по улучшению и оптимизации (Э. Гидденс, К. Шиллинг, М. Фезерстоун, Н. Кроссли). Эти тенденции особенно сильно сказываются на женщинах, поскольку новые режимы телесности, продвигаемые медиа и социальными сетями, нацелены в первую очередь на них (А. Мирс, А. МакРобби, Д. Литвина, П. Остроухова, Ж. Чернова, А. Литвинова).

Несмотря на то, что социология тела, как и перспектива жизненного курса являются довольно популярными направлениями современных исследований, тема телесности в контексте жизненных транзиций так и остается мало изученной. Мало внимания уделяется тому, как взаимодействуют структурные факторы и индивидуальные стратегии конструирования возрастной идентичности. Кроме того, ощущается нехватка исследований, посвященных трансформации отношения к своему телу в процессе жизненных переходов. Большинство современных работ фокусируются на конкретных жизненных периодах, упуская из вида возможную динамику изменений. Данное же исследование стремиться закрыть этот пробел, делая фокус на изменении телесных практик и восприятии тела в процессе всей биографии индивида. Важно также отметить фокус на российском социокультурном контексте, который до сих пор остается недостаточно изученным в исследованиях телесности.

Исследовательский вопрос, объект и предмет исследования

Исследовательский вопрос диссертационного исследования: каким образом тело и телесность артикулируются в женских нарративах о взрослении и старении? Как проявляется и функционирует женская телесность в контексте возрастных транзиций, как сами женщины осмысляют и конструируют транзицию во взрослость/старость через телесные категории?

Эмпирический объект: женщины в возрасте 25-65 лет, принадлежащие к среднему классу и проживающие в крупнейших российских мегаполисах (Москва и Санкт-Петербург). Женщины были выбраны эмпирическим объектом исследования, поскольку они испытывают более сильное нормативное давление в отношении их телесности. Возрастные транзиции современных женщин проходят в культуре, которая высоко ценит молодость и соответствие стандартам красоты, что, несомненно, может повлиять на восприятие своего тела и на телесные практики в процессе взросления и старения. Возрастные рамки охватывают этапы от становящейся до средней взрослости (по классификации МеЫа et а1., 2020), чтобы иметь возможность проанализировать как нарративы женщин, только входящих в период взрослости, так и тех, кто, предположительно, полностью прошел транзицию и приближается к возрасту, хронологически близкому к старости. Таким образом, у нас есть возможность проследить разные подходы к телесности в зависимости от жизненного этапа. Ж. Чернова и Л. Шпаковская отмечали «прагматический реализм» женщин городского среднего класса, которые представляли из себя рефлексивных акторов, сознательно и рационально конструирующих свой жизненный проект, используя дискурсивные стратегии, соответствующие классовым культурным представлениям. Такая рефлексивность неизбежно будет отображаться и на телесных практиках, поскольку работа над телом и внешний вид выступают материальной демонстрацией самостоятельности, рациональности и соответствия культурным нормам [Чернова, Шпаковская, 2020]. В отличие от рабочего класса, в котором тело служит инструментом труда, для среднего класса тело является «капиталом», требующим рациональной и вдумчивой работы [Вои^еи, 1984].

Предмет исследования: нарративная артикуляция телесности в биографических повествованиях о взрослении и старении.

Цели и задачи исследования

Основная цель исследования - анализ артикуляции телесности в нарративах о процессах взросления и старения в условиях современного общества. Для достижения этой цели необходимо решить следующие задачи:

1. Разработать комплексный теоретический подход для изучения телесности в рамках возрастных транзиций.

2. Адаптировать методологический подход «критической телесности» к анализу биографических нарративов о взрослении и старении.

3. Выявить значение телесного опыта в процессах взросления и старения. Реконструировать ключевые категории проявления телесности в биографических нарративах женщин о взрослении и старении.

4. Концептуализировать телесность и ее трансформацию в контексте возрастных переходов.

5. Выявить взаимосвязь между личным телесным опытом и влиянием социальных структур в формировании нарративов о телесности в контексте жизненных транзиций

Теоретико-методологическое основания исследования

Телесность как объект социологического анализа формируется на пересечении нескольких теоретических традиций, каждая из которых вносит важный вклад в понимание того, как тело становится социальным конструктом, полем властных отношений и источником индивидуального опыта. В данном исследовании телесность рассматривается через призму конструктивистского, феноменологического и феминистского подходов, дополненных теориями тела в условиях позднего модерна и концепциями возрастной перформативности. Такой комплексный подход позволяет анализировать телесность не только как пассивный объект социального воздействия, но и как активный элемент конструирования идентичности в процессе жизненного пути.

Несмотря на то, что в классической социологической традиции тело не выступало центральным объектом исследования, оно тем не менее занимало важное место при описании социальных феноменов. В работах Дюркгейма тело предстает как носитель коллективных значений и сакральных ценностей, формируемых через ритуальные практики [Дюркгейм, 2018]. Веберовский анализ протестантской этики демонстрирует, как религиозные идеи формируют специфические телесные практики самоконтроля и самоограничения [Вебер, 1990]. Требование постоянного самоконтроля в условиях позднего модерна секуляризируется, и вместо спасения души финальным достижением становится здоровое тело [Crawford, 1980]. Марксистская традиция акцентирует внимание на теле как объекте капиталистической эксплуатации, подчеркивая его инструментализацию в производственных отношениях [Shilling, 2003]. Продолжением этой традиции можно считать современные теории, изучающие как тело превращается в товар, объект потребления или «физический капитал», требующий постоянных инвестиций [Bourdieu, 1984; Featherstone, 1991]. Следует также отметить вклад Норберта Элиаса, который в своей работе «О процессе цивилизации» демонстрирует, как менялись стандарты телесных практик и ощущений протяжении истории в зависимости от различных социальных факторов [Elias, 1939]. Конструктивистские концепции тела, зародившиеся в классических социологических теориях, описывают тело как результат влияния социальных структур. Мишель Фуко совершил революцию в изучении тела, введя концепцию тела как поля для применения «микрофизики власти» [Фуко, 1999, 41]. Он исследовал дисциплинарные системы, такие как тюрьмы, больницы и школы, чтобы

выявить методы власти по созданию «послушных тел». Пьер Бурдье, в свою очередь, добавил нюансированность в конструктивистские теории, разработав концепцию габитуса и продемонстрировав, как социальные структуры воплощаются в телесных практиках, превращаясь в то, что Бурдье описал как «вторую натуру» [Бурдье 1984]. Конструктивистская перспектива, восходящая к классическим социологическим теориям, рассматривает тело как продукт социокультурных процессов. Брайан Тернер разработал системную теорию «телесного порядка», выделив четыре ключевые проблемы социального контроля над телом: воспроизводство, регуляцию, ограничение и репрезентацию [Turner, 2008]. Эти концепции создают основу для анализа того, как властные структуры и институциональные рамки формируют восприятие телесности на разных этапах жизненного пути.

Феноменологическая традиция, идущая от работ Мерло-Понти, предлагает принципиально иной взгляд на телесность, акцентируя внимание на «проживаемом теле» (lived body) [Мерло-Понти, 1999]. В отличие от конструктивизма, который рассматривает тело как объект социальных воздействий, феноменология понимает тело как фундаментальный способ бытия в мире, как «точку зрения», из которой мы воспринимаем и осмысляем реальность. Описанные ранее подходы активно критиковались феминистскими авторами, критикующими их за исключение и игнорирование женского опыта. Феминистская перспектива, в свою очередь, дает инструментарий для анализа того, как патриархальные режимы контролируют женскую телесность, заставляя женщин подчиняться не только стандартам красоты, но и стандартам молодости. Симона де Бовуар в своей знаменитой работе «Второй пол» представляет комплексный анализ патриархальных механизмов контроля и демонстрирует, как женский телесный опыт конструируется как «иной» по отношению к мужскому [Бовуар, 1997]. Она одной из первых настолько глубоко проанализировала положение женщин в обществе, открыв пространство для других исследовательниц. Феминистские исследования телесности позволили исследовать влияние патриархального общественного порядка на женские тела, фокусируясь на репродуктивных правах, сексуальности и телесной автономии. Сандра Бартки и другие феминистки анализировали конкретные дисциплинарные практики (диеты и косметические процедуры) через которые женщины усваивают и воспроизводят патриархальные стандарты красоты [Bartky, 1988]. Ранняя феминистская традиция рассматривала именно структурные факторы, мало уделяя внимания непосредственно женскому телесному опыту. Опираясь на феноменологическую традицию А. М. Янг, показывает, как гендерные нормы уникальным образом формируют способы женского телесного существования, в то же время оставляя пространство для позитивного опыта «бытия в теле» и проявления агентности [Young, 2005]. Женский опыт старения приобретает особое значение в призме данных подходов, поскольку наиболее ярко

демонстрирует противоречие между неизбежными физическими изменениями и необходимостью соответствовать определенным стандартам.

Современные исследования, анализирующие телесность в контексте позднего модерна, показывают, как тело становится объектом постоянной рефлексии и усилий по оптимизации и улучшению, превращаясь в своеобразный «проект». Гидденс вводит концепцию «рефлексивного проекта самости», чтобы показать, как современный индивид вынужден постоянно конструировать и переосмыслять свою идентичность, в том числе через практики телесного контроля [Giddens, 1991]. Высокая индивидуализация общества приводит к тому, что вопросы, ранее находившиеся под надзором социальных институтов (например, медицины) становятся зоной личной ответственности. Так, Роберт Кроуфорд вводит концепцию «хелсизма», чтобы показать, как современные социальные структуры превращают заботу о здоровье в обязанность, а болезнь превращают в признак морального упадка [Crawford, 1980]. Поскольку традиционные жизненные сценарии теряют нормативную силу, люди вынуждены самостоятельно конструировать как свою возрастную идентичность, так и свою телесность, при этом продолжая ощущать давление социальных норм и ожиданий. Майк Фезерстоун и Майк Хепворт отмечают, что тело в современном обществе потребления становится не только объектом постоянных модификаций, но и символом социального статуса [Featherstone, Hepworth, 1991].

Риски, которым подвергается тело человека в свете современных социальных, экономических, экологических и медицинских проблем, делают телесность одним из значимых аспектов идентичности. Кроме того, восприятие старости, как жизненного периода также изменилось в эпоху позднего модерна. Этот этап все чаще осмысляется через дискурс «успешного старения», в рамках которого на индивида возлагается обязанность быть активным и социально включенным. Идеал «успешного» или «активного старения», по многим параметрам недостижимый для большинства, заставляет людей осуществлять постоянный контроль за своим поведением и своими телесными проявлениями, чтобы вписываться в нормы «достойного старения». Все эти подходы позволяют понять, как с одной стороны тело конструируется как аспект конструирования идентичности и средство самовыражения, а с другой стороны продолжает подвергаться нормативному давлению.

Важным дополнением теоретической рамки исследования выступают концепции, раскрывающие взаимодействие возраста и телесности. Шерил Лаз вводит понятие "возраста как достижения", основанное на перформативной теории Батлер, показывая, что возраст, как и любой другой социальный статус, требует постоянного подтверждения, в том числе через телесные практики [Laz, 2003]. Согласно Джулии Твигг, одежда и стиль могут стать как раз теми практиками, которые идентифицируют (и конструируют) возраст [Twigg, 2004]. Надежда

Нартова, Елена Омельченко и Яна Крупец, опираясь на работу И. Гоффмана, в своей статье представляют концепцию «возрастного дисплея», которая демонстрирует, как молодые женщины сигнализируют о своей взрослой идентичности через телесные практики [Omelchenko, Nartova, and Krupets 2018]. Теории, основанные на тематике возрастной перформативности, позволяют понять, как через телесные практики конструируется возрастная идентичность в процессе взросления и старения.

Список литературы диссертационного исследования кандидат наук Бемлер Екатерина Сергеевна, 2026 год

Список источников

1. Александрова О.А., Марков Д.М. Обеспеченные или нищие: что думают молодые россияне о будущей старости и как намерены действовать? // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. 2020. № 3 (157). С. 42-65.

2. Артамонова А., Митрофанова Е. Матримониальное поведение россиян на фоне других европейцев // Демографическое обозрение. 2018. Т. 5. № 1. С. 106-137.

3. Бемлер Е. С. Тело как ответственность и независимость: женский опыт транзиции во взрослость // Laboratorium. Журнал социальных исследований. 2024. Т. 16. № 1. С. 4-22.

4. Бовуар С. де. Второй пол: в 2 т. / пер. с фр.; под общ. ред. С. Г. Айвазовой. М. : Прогресс ; СПб. : Алетейя, 1997. Т. 1. 832 с.

5. Вебер М. Избранные произведения / пер. с нем.; сост., общ. ред. и послесл. Ю.Н. Давыдова. — Москва: Прогресс, 1990. 808 с.

6. Галкин К.А. Социальное исключение пожилых людей в сельской местности в период пандемии COVID-19 в Республике Карелия // Вестник Института социологии. 2021. Т. 12. № 4. С. 193-210.

7. Гольман Е. А. Новое понимание здоровья в политике и повседневности: истоки, актуальные направления проблематизации //Журнал исследований социальной политики. -2014. - Т. 12. - №. 4. - С. 509-522.

8. Гофман И. Представление себя другим в повседневной жизни / пер. с англ. А.Д. Ковалева; вступ. ст. А.Д. Ковалева. — Москва: КАНОН-пресс-Ц: Кучково поле, 2000. — 304 с.

9. Григорьева И.А. Пожилые женщины: «вниз по лестнице» возраста и гендера // Женщина в российском обществе. 2018. № 1. С. 5-18.

10. Григорьева И.А., Богданова Е.А. Концепция активного старения в Европе и России перед лицом пандемии COVID-19 // Laboratorium: журнал социальных исследований. 2020. № 2. С. 187-211.

11. Дуглас М. Чистота и опасность: Анализ представлений об осквернении и табу / пер. с англ. Р. Громовой; под ред. С. Баньковской. — Москва : Канон-Пресс-Ц : Кучково поле, 2000. — 288 с.

12. Дюркгейм Э. Элементарные формы религиозной жизни: тотемическая система в Австралии / Эмиль Дюркгейм; пер. с франц. В.В. Земсковой; под ред. Д.Ю. Куракина. — Москва: Элементарные формы, 2018. — 808 с.

13. Зеликова Ю.А. «Чувствую себя просто бабушкой». Старение, эйджизм и сексизм в современной России // Laboratorium: Журнал социальных исследований. 2020. Т. 12. № 2. С. 124-145.

14. Зеликова Ю.А. Конструирование старения: секс и интимность в пожилом возрасте // Журнал исследований социальной политики. 2018. Т. 16. № 1. С. 125-140.

15. Коленникова Н. Д. Образы «России будущего» в представлениях граждан // Социологические исследования. 2023. № 10. С. 91-103.

16. Кравцова А., Кузинер Е. Быть взрослым и/или уметь им быть: модели

взросления ранних миллениалов // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. 2022. № 2 (168). С. 120-139.

17. Кривонос Д.А. Телевизионное измерение возраста тела: взрослое/молодое vs молодое/взрослое // PRO тело. Молодежный контекст / под общ. ред. Е.Л. Омельченко, Н.А. Нартовой. — СПб. : Алетейя, 2013. С. 123-145.

18. Крупец Я., Нартова Н. «Худой значит нормальный»: управление телом в среде городской молодежи // Журнал исследований социальной политики. 2014. Т. 12. № 4. С. 523538.

19. Литвина Д., Остроухова П. Дискурсивное регулирование женской телесности в социальных сетях: между худобой и анорексией // Журнал исследований социальной политики. 2015. Т. 13. № 1. С. 33-48.

20. Макаров А. И., Торопова А. А. Отчужденные тела: трактовка концепта телесности в постмодернизме //Logos et Praxis. 2016. №. 4 (34). С. 16-26.

21. Манукян В. Взросление молодежи: сепарация от родителей, субъективная взрослость и психологическое благополучие в возрасте 18-27 лет // Психологическая наука и образование. 2022. Т. 27. № 3. С. 129-140.

22. Мерло-Понти М. Феноменология восприятия / Пер. с франц. под ред. И.С. Вдовиной, С.Л. Фокина. М: «Ювента», «Наука», 1999. 608 с.

23. Митрофанова Е. Модели взросления разных поколений россиян // Демографическое обозрение. 2019. Т. 6. № 4. С. 53-82.

24. Нартова Н., Фатехов А. Переход во взрослость российских миллениалов: на пути от получения образования к обретению ответственности и потере оптимизма? // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. 2021. № 4. С. 319-344.

25. Омельченко Е. Л. Риски и удовольствия на сценах молодежного активизма современной России //Пути России. Альтернативы общественного развития. 2.0. - 2015. - С. 25-47.

26. Радаев В. В. Миллениалы на фоне предшествующих поколений: эмпирический анализ //Социологические исследования. 2018. №. 3. С. 15-33.

27. Рождественская, Е. Ю. Биографический метод в социологии / Е. Ю. Рождественская. - Москва : Национальный исследовательский университет "Высшая школа экономики", 2012. - 384 с.

28. Романов П.В., Ярская-Смирнова Е.Р. Социология тела и социальной политики // Журнал социологии и социальной антропологии. 2004. Т. 7. № 2. С. 115-137.

29. Роткирх, А. Советские гендерные контракты и их трансформация в современной России / А. Роткирх, А. Темкина // Российский гендерный порядок: социологический подход. Санкт-Петербург: Европейский университет в Санкт-Петербурге, 2007. С. 169-200.

30. Смирнова Т.В. Социальное конструирование образа старости // Россия и современный мир. 2007. № 4. С. 172-180.

31. Смолькин А.А. Парадоксы отношения к пожилым людям в современной России // Социологический журнал. 2008. № 3. С. 106-121.

32. Терехова Т.А., Малахаева С.К. Нарративный анализ как понимающий метод // Социологические исследования. 2015. № 8. — С. 45-53.

33. Фуко М. Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы / пер. с фр. В. Наумова; под ред. И. Борисовой. — Москва : Ad Marginem, 1999. 396 с.

34. Чернова Ж. В., Шпаковская Л. Л. «На других надейся, а сама не плошай». Прагматический индивидуализм как дискурсивная стратегия нормализации биографий молодых представительниц среднего класса // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. 2020. №. 6 (160). С. 173-194.

35. Чернова Ж.В., Литвинова А.И. «Трудный возраст»: как женщины среднего класса (пере)определяют культурные нормы зрелости // Интеракция. Интервью. Интерпретация. 2025. Т. 17. № 2. С. 71-91

36. Шпаковская Л.Л., Темкина А.А., Роткирх А., Лави-Аджай М. «Сексуальная жизнь в мои 54 года стала ярче, интересней и разнообразней»: трансформативные моменты субъектности в ходе жизненного пути // Интеракция. Интервью. Интерпретация. 2025. Т. 17. № 2. С. 35-56.

37. Aesthetic Labour: Beauty Politics in Neoliberalism / ed. by A.S. Elias, R. Gill, C. Scharff. — London : Palgrave Macmillan, 2017. 298 p.

38. AGEING, older persons and the 2030 agenda for sustainable development / United Nations Development Programme (UNDP). — New York : UNDP, 2017. 28 p.

39. Alberga A. S., Sigal R. J., Goldfield G. S., Prud'homme D., Kenny G. P. Overweight and Obese Teenagers: Why Is Adolescence a Critical Period? // Pediatric Obesity. 2012. Vol. 7. No 4. P. 261-273.

40. Algars M., Santtila P., Varjonen M., Witting K., Johansson A., Jem P., Sandnabba N. K. The Adult Body: How Age, Gender, and Body Mass Index Are Related to Body Image // Journal of Aging and Health. 2009. Vol. 21. No 8. P. 1112-1132.

41. Atkins K. Narrative identity and moral identity: A practical perspective. - Routledge,

2008.

42. Arnett J. J. Emerging Adulthood(s): The Cultural Psychology of a New Life Stage // Bridging Cultural and Developmental Approaches to Psychology: New Synthesis in Theory, Research, and Policy / Ed. by L. A. Jensen. Oxford: Oxford University Press, 2011. P. 255-275.

43. Arnett J. J. Emerging Adulthood: A Theory of Development from the Late Teens through the Twenties // American Psychologist. 2000. Vol. 55. No 5. P. 469-480.

44. Arnett J. J. Emerging Adulthood: The Winding Road from the Late Teens through the Twenties. Oxford: Oxford University Press, 2004.

45. Arnett J. J. Young People's Conceptions of the Transition to Adulthood // Youth & Society. 1997. Vol. 29. No 1. P. 3-23.

46. Baars J. The Meaning of Age: Cultures Meet Biology // Times of Our Lives / ed. by H. Blatterer, J. Glahn. Oxford: Inter-Disciplinary Press, 2010. P. 3-14.

47. Barbaccia V., Bravi L., Murmura F., Savelli E., Vigano E. Mature and Older Adults' Perception of Active Ageing and the Need for Supporting Services: Insights from a Qualitative Study // International Journal of Environmental Research and Public Health. 2022. Vol. 19. No 13. P. 7680.

48. Bartky S. L. Foucault, Femininity, and the Modernization of Patriarchal Power // Feminist Social Thought / Ed. by D. T. Meyers. New York: Routledge, 1997. P. 92-111.

49. Bartky S.L. Foucault, Femininity, and the Modernization of Patriarchal Power // Feminism and Foucault: Reflections on Resistance / ed. by I. Diamond, L. Quinby. — Boston : Northeastern University Press, 1988. P. 61-86.

50. Beck U. Risk Society: Towards a New Modernity / transl. by M. Ritter. — London : SAGE Publications, 1992. — 260 p.

51. Becker C.B., Diedrichs P.C., Jankowski G., Werchan C. I'm Not Just Fat, I'm Old: Has the Study of Body Image Overlooked «Old Talk»? // Journal of Eating Disorders. 2013. Vol. 1. P. 112.

52. Bendelow G.A., Williams S.J. The Lived Body: Sociological Themes, Embodied Issues. — London : Routledge, 2002. — 262 p.

53. Billari F. C., Liefbroer A. C. Towards a New Pattern of Transition to Adulthood? // Advances in Life Course Research. 2010. Vol. 15. No 2-3. P. 59-75.

54. Blatterer H. Contemporary adulthood: Reconceptualizing an uncontested category // Current Sociology. 2007. Vol. 55. No 6. P. 771-792. DOI: 10.1177/0011392107081987.

55. Bodea R., Popescu C., Ionescu A., Dumitrescu M., Stanescu S. Health Perceptions and Trust in Healthcare After COVID-19: An Exploratory Cross-Sectional Survey from Romania // International Journal of Environmental Research and Public Health. 2025. Vol. 22. No. 10. P. 1496.

56. Bordo S. Unbearable Weight: Feminism, Western Culture, and the Body. — 10th anniversary ed. — Berkeley : University of California Press, 1993. 361 p.

57. Boudiny K. 'Active Ageing': From Empty Rhetoric to Effective Policy Tool // Ageing & Society. 2013. Vol. 33. No 6. P. 1077-1098.

58. Bourdieu P. Distinction: A Social Critique of the Judgement of Taste / transl. by R. Nice. — Cambridge, MA : Harvard University Press, 1984. 613 p.

59. Bourdieu P. Sport and Social Class // Social Science Information. 1978. Vol. 17. No 6. P. 825.

60. Braun V., Clarke V. Using Thematic Analysis in Psychology // Qualitative Research in Psychology. 2006. Vol. 3. No 2. P. 77-101.

61. Bruner J. The Narrative Construction of Reality // Critical Inquiry. 1991. Vol. 18. No 1. P. 1-21.

62. Bucchianeri M. M., Arikian A. J., Hannan P. J., Eisenberg M. E., Neumark-Sztainer D. Body Dissatisfaction from Adolescence to Young Adulthood: Findings from a 10-year Longitudinal Study // Body Image. 2013. Vol. 10. No 1. P. 1-7.

63. Buchmann M. The Script of Life in Modern Society: Entry into Adulthood in a Changing World. Chicago: University of Chicago Press, 1989.

64. Buchmann M., Kriesi I. Transition to Adulthood in Europe // Annual Review of Sociology. 2011. Vol. 37. P. 481-503.

65. Bude H. The Mood of the World / transl. from German by J. Spengler. — Cambridge : Polity Press, 2018. — 140 p.

66. Busfield J. The concept of medicalisation reassessed // Sociology of Health & Illness. 2017. Vol. 39. No 5. P. 759-774.

67. Butler J. Gender Trouble: Feminism and the Subversion of Identity. — 2nd ed. — New York : Routledge, 1999.

68. Cary K. M., Maas M. K., Nuttall A. K. Self-Objectification, Sexual Subjectivity, and Identity Exploration among Emerging Adult Women // Self and Identity. 2020. Vol. 20. No 7. P. 845853.

69. Cash T. F., Smolak L. Future Challenges for Body Image Science, Practice, and Prevention // Body Image: A Handbook of Science, Practice, and Prevention / Ed. by T. F. Cash, L. Smolak. New York: Guilford Press, 2011. P. 471-478.

70. Charles N., Kerr M. Women, Food and Families. Manchester : Manchester University Press, 1988. 222 p.

71. Coffey J. Body Work: Youth, Gender and Health. London: Routledge, 2016.

72. Conrad P. The Medicalization of Society: On the Transformation of Human Conditions Into Treatable Disorders. — Baltimore : Johns Hopkins University Press, 2007. — 204 p.

73. Crawford R. Healthism and the medicalization of everyday life // International journal of health services. 1980. Vol. 10. No 3. P. 365-388.

74. Crossley N. Merleau Ponty, the elusive body and carnal sociology // Body & society. 1995. Vol. 1. No 1. P. 43-63

75. Crossley N. Merleau-Ponty, the elusive body and carnal sociology //Body & society. 1995. - Т. 1. - №. 1. - С. 43-63.

76. Crossley N. Reflexive Embodiment in Contemporary Society: The Body in Late Modern Society. — Maidenhead : Open University Press, 2006. 180 p.

77. Crossley N. The Social Body: Habit, Identity and Desire. London : Sage Publications, 2001. 176 p.

78. Dahlberg H. Beyond the Absent Body-A Phenomenological Contribution to the Understanding of Body Awareness in Health and Illness // Nursing Philosophy. 2019. Vol. 20. No 2.

79. Del Busso L. A., Reavey P. Moving beyond the Surface: A Poststructuralist Phenomenology of Young Women's Embodied Experiences in Everyday Life // Psychology & Sexuality. 2013. Vol. 4. No 1. P. 46-61.

80. Deveaux M. Feminism and empowerment: A critical reading of Foucault // Feminist Studies. 1994. Vol. 20. No 2. P. 223-247.

81. Dworkin A. Pornography, Prostitution, and a Beautiful and Tragic Recent History // Not for Sale: Feminists Resisting Prostitution and Pornography / ed. by C. Stark, R. Whisnant. — North Melbourne : Spinifex Press, 2004. — P. 137-145.

82. Elias N. The Civilizing Process: Sociogenetic and Psychogenetic Investigations. -Oxford: Blackwell, 1939. Vol. 1. 340 p.

83. Estes C.L. Social Policy and Aging: A Critical Perspective. Thousand Oaks: Sage Publications, 2001. 256 p.

84. Featherstone M. Consumer Culture and Postmodernism. London : Sage Publications, 1991. 260 p.

85. Featherstone M., Hepworth M. The Mask of Ageing and the Postmodern Life Course // Ageing and the Life Course / ed. by S. Katz. London : SAGE Publications, 1991. P. 371-389.

86. Featherstone M., Turner B.S., Hepworth M. (eds.) The Body: Social Process and Cultural Theory. London : SAGE Publications, 1991. 452 p.

87. Featherstone M., Wernick A. (Eds.). Images of Aging: Cultural Representations of Later Life. London: Routledge, 1995. 288 p.

88. Firestone S. The Dialectic of Sex: The Case for Feminist Revolution. New York : William Morrow and Company, 1970. 246 p

89. Frank A. The Wounded Storyteller: Body, Illness, and Ethics. Chicago: University of Chicago Press, 1995. 224 p.

90. Fredrickson B., Roberts T.-A. Objectification Theory: Toward Understanding Women's Lived Experiences and Mental Health Risks // Psychology of Women Quarterly. 1997. Vol. 21. No 2. P. 173-206.

91. Frisen A., Lunde C., Berg A. I. Developmental Patterns in Body Esteem from Late Childhood to Young Adulthood: A Growth Curve Analysis // European Journal of Developmental Psychology. 2015. Vol. 12. No 1. P. 99-115.

92. Gadow, S. Whose Body? Whose Story? The Question About Narrative in Women's Health Care [Text] / S. Gadow // Journal of Gender Studies. 1999. Vol. 8, No. 2. P. 149-162.

93. Gangi C. E., Koterba E. A. What Does She Have That I Don't? The Effect of Sexual Activity on Social Comparisons and Body Dissatisfaction in Emerging Adult Women // Journal of Adult Development. 2017. Vol. 24. P. 155-162.

94. Gatenby C., Simpson P. Menopause: Physiology, definitions, and symptoms //Best Practice & Research Clinical Endocrinology & Metabolism. 2024. T. 38. №. 1. C. 101855.

95. Gattario K. H., Frisen A. From Negative to Positive Body Image: Men's and Women's Journeys from Early Adolescence to Emerging Adulthood // Body Image. 2019. Vol. 28. P. 53-65.

96. Giddens A. Modernity and Self-Identity: Self and Society in the Late Modern Age. Cambridge: Polity Press, 1991.

97. Giggins O. M., Cullen Smith S., McLysaght A. et al. A robber of joy or a natural transition? a qualitative exploration of women's menopause experiences in Ireland // BMC Women's Health. — 2026. — Vol. 26 (121). P. 1-12

98. Gilleard C., Higgs P. Ageing, Corporeality and Embodiment. London, 2013. P. 45.

99. Gimlin D. What is 'Body Work'? A Review of the Literature // Sociology Compass. — 2007. Vol. 1. No 1. P. 353-370

100. Goffman E. The Presentation of Self in Everyday Life. Garden City, New York : Doubleday, 1959. 259 p.

101. Goldscheider F., Bernhardt E., Lappegard T. The Gender Revolution: A Framework for Understanding Changing Family and Demographic Behavior // Population and Development Review. 2015. Vol. 41. No 2. P. 207-239.

102. Grigoryeva I., Vidiasova L., Dmitrieva A., Sergeyeva O. Elderly Population in Modern Russia: Between Work, Education and Health. Cham: Springer, 2019. 210 p.

103. Grosz E. Volatile Bodies: Toward a Corporeal Feminism. — Bloomington : Indiana University Press, 1994. 250 p.

104. Grosz E. Volatile Bodies: Toward a Corporeal Feminism. London, 1994. P. 78.

105. Gubrium J.F., Holstein J.A. Institutional Selves: Troubled Identities in a Postmodern World. — New York: Oxford University Press, 2001. 198 p.

106. Gullette M M. Aged by Culture. Chicago : University of Chicago Press, 2004. 322 p.

107. Higgs P., Gilleard C. Frailty, Abjection and the 'Othering' of the Fourth Age // Health Sociology Review. 2014. Vol. 23. No 1. P. 10-19.

108. Hirschman C., Impett E. A., Schooler D. Dis/embodied Voices: What Late-Adolescent Girls Can Teach Us about Objectification and Sexuality // Sexuality Research & Social Policy. 2006. Vol. 3. No 4. P. 8-20.

109. Hirst J. 'It's Got to Be about Enjoying Yourself: Young People, Sexual Pleasure, and Sex and Relationships Education // Sex Education. 2013. Vol. 13. No 4. P. 423-436.

110. Holland E., Koval P., Stratemeyer M., Thomson F., Haslam N. Sexual Objectification in Women's Daily Lives: A Smartphone Ecological Momentary Assessment Study // British Journal of Social Psychology. 2017. Vol. 56. No 2. P. 314-333.

111. Impett E. A., Henson J. M., Breines J. G., Schooler D., Tolman D. L. Embodiment Feels Better: Girls' Body Objectification and Well-Being across Adolescence // Psychology of Women Quarterly. 2011. Vol. 35. No 1. P. 46-58.

112. Infurna F.J., Gerstorf D., Lachman M.E. Midlife in the 2020s: Opportunities and challenges // American Psychologist. 2020. Vol. 75. No 4. P. 470-485.

113. Katz S. Busy Bodies: Activity, Aging, and the Management of Everyday Life // Journal of Aging Studies. — 2000. — Vol. 14. — No 2. — P. 135-152.

114. Katz S., Marshall B.L. 'Healthy Ageing' Policies and Anti-Ageing Ideologies and Practices: On the Exercise of Responsibility // Ageing & Society. 2018. Vol. 38. No 6. P. 1277-1299.

115. Kontos P. Embodied Selfhood: Redefining Agency... // Old and Agency / Ed. by E. Tulle. Hauppauge, 2004. P. 115.

116. Kornadt A.E., Kessler E.M., Wurm S., Bowen C.E., Gabrian M., Klusmann V. Views on ageing: a lifespan perspective // European Journal of Ageing. 2020. Vol. 17. P. 387-401. DOI: 10.1007/s10433-019-00535-9.

117. Kornadt A.E., Meissner F., Rothermund K. Implicit and Explicit Age Stereotypes for Specific Life Domains Across the Life Span: Distinct Patterns and Age Group Differences // Experimental Aging Research. 2016. Vol. 42. No 2. P. 195-211.

118. Krekula C. The intersection of age and gender: Reworking gender theory and social gerontology // Current Sociology. 2007. Vol. 55. No 2. P. 155-171.

119. Kruger S., DasGupta S. Embodiment in [Critical] Auto| biography Studies // a/b: Auto/biography Studies. 2018. Vol. 33. No 2. P. 483 487. DOI: 10.1080/08989575.2018.1445581.

120. Kuehn E., Perez-Lopez M. B., Diersch N., Dohler J., Wolbers T., Riemer M. Embodiment in the Aging Mind // Neuroscience & Biobehavioral Reviews. 2018. Vol. 86. P. 207225.

121. Laberge S. Toward an Integration of Gender into Bourdieu's Concept of Cultural Capital // Sociology of Sport Journal. 1995. Vol. 12. No 2. P. 132-146.

122. Lin Y., Li M., Wang Z., Zhang L., Chen H. Trends in lifestyle and mental health among 0.1 million Chinese: a longitudinal study pre-and post-COVID-19 // International Health. 2025. Vol. 17. No. 6. P. 1018-1027.

123. Lachman M.E., Teshale S., Agrigoroaei S. Midlife as a pivotal period in the life course: Balancing growth and decline at the crossroads of youth and old age // International Journal of Behavioral Development. 2015. Vol. 39. No 1. P. 20-31.

124. Lawton J. Contemporary Hospice Care... // Sociology of Health & Illness. 1998. Vol. 20. No 2. P. 130.

125. Laz C. Age Embodied // Journal of Aging Studies. 2003. Vol. 17. No 4. P. 503-519.

126. Leder D. (ed.). The body in medical thought and practice. Dordrecht : Springer Science & Business Media, 1992. 266 p.

127. Leder D. The Absent Body. — Chicago : University of Chicago Press, 1990. — 222

p.

128. Lockenhoff C.E. et al. Perceptions of aging across 26 cultures and their culture level associates // Psychology and aging. 2009. Vol. 24. No 4. P. 941-954.

129. Macmillan R. The Structure of the Life Course: Classic Issues and Current Controversies // Advances in Life Course Research. 2005. Vol. 9. P. 3-24.

130. Makita M., Mas-Bleda A., Stuart E., Thelwall M. Ageing, old age and older adults: a social media analysis of dominant topics and discourses // Ageing and Society. 2021. Vol. 41. No 2. P. 247-272.

131. McDonough R., Harrison R. Patriarchy and Relations of Production // Feminism and Materialism: Women and Modes of Production / ed. by A. Kuhn, A.M. Wolpe. — London : Routledge & Kegan Paul, 1978. P. 11-41.

132. McKinley N. M., Hyde J. S. The Objectified Body Consciousness Scale: Development and Validation // Psychology of Women Quarterly. 1996. Vol. 20. No 2. P. 181-215.

133. McRobbie A. Young women and consumer culture: An intervention // Cultural studies. 2008. Vol. 22. No 5. P. 531-550.

134. Mears A. Aesthetic Labor for the Sociologies of Work, Gender, and Beauty // Sociology Compass. 2014. Vol. 8. No 12. P. 1330-1343.

135. Mehta C.M., Arnett J.J., Palmer C.G., Nelson L.J. Established adulthood: A new conception of ages 30 to 45 // American Psychologist. 2020. Vol. 75. No 4. P. 431-444.

136. Miller T. Making Sense of Motherhood: A Narrative Approach. — Cambridge: Cambridge University Press, 2000. 180 p.

137. Mitcheson K. Foucault's technologies of the self: Between control and creativity // Journal of the British Society for Phenomenology. 2012. Vol. 43. No 1. P. 59-75.

138. Mitrofanova E. Becoming an Adult in France, Estonia and Russia. Higher School of Economics Research Paper No. WP BRP 78, 2017.

139. Mitrofanova E., Makarov S. West and East: Convergence or Divergence of Millennials' Transition to Adulthood in Four European Countries // Population and Economics. 2023. Vol. 7. No 4. P. 68-90.

140. My Life at the Gym: Feminist Perspectives on Community through the Body / ed. by J. L. Chaney. — Albany : State University of New York Press, 2010. 182 p.

141. Narushima M., Liu J., Diestelkamp N. Lifelong learning in active ageing discourse: Its conserving effect on wellbeing, health and vulnerability // Ageing & Society. 2018. Vol. 38. No 4. P. 651-675.

142. Neiterman E. Doing Pregnancy: Pregnant Embodiment as Performance // Women's Studies International Forum. 2012. Vol. 35. No 5. P. 372-383.

143. Nettleton S. The Sociology of the Body // The New Blackwell Companion to Medical Sociology / ed. by W.C. Cockerham. Chichester : Wiley-Blackwell, 2010. P. 227-248.

144. Nettleton S., Buse C., Martin D. Envisioning bodies and architectures of care: Reflections on competition designs for older people // Journal of Aging Studies. 2018. Vol. 45. P. 5462.

145. North M.S., Fiske S T. Modern Attitudes Toward Older Adults in the Aging World: A Cross-Cultural Meta-Analysis // Psychological Bulletin. 2015. Vol. 141. No 5. P. 993-1021.

146. O'Dea J. A. Evidence for a Self-Esteem Approach in the Prevention of Body Image and Eating Problems Among Children and Adolescents // Eating Disorders. 2004. Vol. 12. No 3. P. 225-239.

147. Oakley A. Women Confined: Toward a Sociology of Childbirth. Oxford : Martin Robertson, 1980. 352 p.

148. Oberg P., Tornstam L. Body images among men and women of different ages // Ageing & Society. 1999. Vol. 19. No 5. P. 629-644.

149. Omelchenko E., Nartova N., Krupets Y. Escaping Youth: Construction of Age by Two Cohorts of Chronologically Young Russian Women // Young. 2018. Vol. 26. No 1. P. 34-50.

150. 0versveen E. et al. Rethinking the Relationship Between Socio-Economic Status and Health: Making the Case for Sociological Theory in Health Inequality Research // Scandinavian Journal of Public Health. 2017. Vol. 45. No 2. P. 103-112.

151. Patton R., Deluca P., Kaner E., Newbury-Birch D., Phillips T., Drummond C. Alcohol Screening and Brief Intervention for Adolescents: The How, What and Where of Reducing Alcohol Consumption and Related Harm among Young People // Alcohol and Alcoholism. 2014. Vol. 49. No 2. P. 207-212.

152. Pickard S. A New Political Anatomy of the Older Body? An Examination of Approaches to Illness in Old Age in Primary Care // Ageing and Society. 2013. Vol. 33. No 6. P. 964987.

153. Piran N. Embodied Possibilities and Disruptions: The Emergence of the Experience of Embodiment Construct from Qualitative Studies with Girls and Women // Body Image. 2016. Vol. 18. P. 43-60.

154. PRO тело. Молодежный контекст / под ред. Е. Омельченко, Н. Нартовой. — Санкт-Петербург : Алетейя, 2013. — 250 с.

155. Quick V., Bucchianeri M. M., Neumark-Sztainer D. Prospective Predictors of Body Dissatisfaction in Young Adults: 10-Year Longitudinal Findings // Emerging Adulthood. 2013. Vol. 1. No 4. P. 271-282.

156. Rice C. Imagining the other? Ethical challenges of researching and writing women's embodied lives //Feminism & Psychology. 2009. Т. 19. №. 2. С. 245-266.

157. Rice C. Becoming Women: The Embodied Self in Image Culture. Toronto : University of Toronto Press, 2014. 408 p.

158. Rich A. Compulsory Heterosexuality and Lesbian Existence // Signs: Journal of Women in Culture and Society. 1980. Vol. 5. No 4. P. 631-660.

159. Ricoeur P. Oneself as another. University of Chicago press, 1992. p.363

160. Riessman C.K. Narrative Analysis. Newbury Park: Sage Publications, 2003. 80 p.

161. Riley S., More Y., Griffin C. The 'pleasure citizen' Analyzing partying as a form of social and political participation // Young. 2010. Vol. 18. No 1. P. 33-54.

162. Settersten R. A. Jr., Ray B. What's Going On with Young People Today? The Long and Twisting Path to Adulthood // The Future of Children. 2010. Vol. 20. No 1. P. 19-41.

163. Settersten R.A. Age Structuring and the Rhythm of the Life Course // Handbook of the Life Course / ed. by J.T. Mortimer, M.J. Shanahan. Boston, MA: Springer, 2003. P. 81-98.

164. Shanahan M. J. Pathways to Adulthood in Changing Societies: Variability and Mechanisms in Life Course Perspective // Annual Review of Sociology. 2000. Vol. 26. P. 667-692.

165. Sharon T. Constructing Adulthood: Markers of Adulthood and Well-Being Among Emerging Adults // Emerging Adulthood. 2016. Vol. 4. No 3. P. 161-167.

166. Shilling C. Embodiment, experience and theory: in defence of the sociological tradition // The Sociological Review. 2001. Vol. 49. No 3. P. 327-344.

167. Shilling C. The Body and Social Theory. 2nd ed. London: Sage, 2003.

168. Shilling C. The Body and Social Theory. 3rd ed. London: Sage Publications, 2012.

248 p.

169. Sontag S. The Double Standard of Ageing // An Ageing Population: A Reader and Sourcebook / ed. by I. Carver, P. Liddiard. Suffolk : Hodder and Stoughton in association with the Open University Press, 1978. P. 72-80.

170. The Making of the Modern Body: Sexuality and Society in the Nineteenth Century / ed. by C. Gallagher, T.W. Laqueur. Berkeley : University of California Press, 1987. 242 p

171. Tiggemann M. Body Image across the Adult Life Span: Stability and Change // Body Image. 2004. Vol. 1. No 1. P. 29-41.

172. Tiggemann M., Andrew R. Clothing Choices, Weight, and Trait Self-Objectification // Body Image. 2012. Vol. 9. No 3. P. 409-412.

173. Tulle E. Ageing, the Body and Social Change: Running in Later Life. Basingstoke : Palgrave Macmillan, 2008. 224 p.

174. Turner B. S. The Body and Society: Explorations in Social Theory. 3rd ed. London: Sage Publications, 2008. 280 p.

175. Turner B.S. Regulating Bodies: Essays in Medical Sociology. London : Routledge, 1992. 256 p.

176. Twigg J. Clothing, Age and the Body: A Critical Review // Ageing & Society. 2007. Vol. 27. No 2. P. 285-305.

177. Twigg J. The Body, Gender, and Age: Feminist Insights in Social Gerontology // Journal of Aging Studies. 2004. Vol. 18. No 1. P. 59-73.

178. Vandenbosch L., Eggermont S. Understanding Sexual Objectification: A Comprehensive Approach toward Media Exposure and Girls' Internalization of Beauty Ideals, Self-

Objectification, and Body Surveillance // Journal of Communication. 2012. Vol. 62. No 5. P. 869887.

179. Vabba A., Porciello G., Monti A., Panasiti M. S., Aglioti S. M. A longitudinal study of interoception changes in the times of COVID-19: Effects on psychophysiological health and well-being // Heliyon. 2023. Vol. 9. No. 4.

180. Vares T. Reading the 'Sexy Oldie': Gender, Age(ing) and Embodiment // Sexualities. 2009. Vol. 12. No 4. P. 503-524.

181. Ward L. Caring for Ourselves? Self-care and Neoliberalism // Ethics of Care / Ed. by M. Barnes, T. Brannelly, L. Ward, N. Ward. Bristol: Policy Press, 2015. P. 45-56.

182. Weinberg D. Social constructionism and the body // Routledge handbook of body studies / ed. by F. Davis. London : Routledge, 2012. P. 156-168.

183. Weiss D., Kornadt A.E. Age-Stereotype Internalization and Dissociation: Contradictory Processes or Two Sides of the Same Coin? // Current Directions in Psychological Science. 2018. Vol. 27. No 6. P. 477-483.

184. Welsh T. The Affirmative Culture of Healthy Self-Care: A Feminist Critique of the Good Health Imperative // International Journal of Feminist Approaches to Bioethics. 2020. Vol. 13. No 1. P. 27-44.

185. Woodward K. (ed.). Figuring age: Women, bodies, generations. Bloomington : Indiana University Press, 1999. 328 p.

186. Woollett A., Marshall H. Young Women's Accounts of the Meanings of the Body in Relation to Independence, Responsibility and Maturity // European Journal of Women's Studies. 1996. Vol. 3. No 3. P. 199-214.

187. Worthman C. M., Trang K. Dynamics of Body Time, Social Time and Life History at Adolescence // Nature. 2018. Vol. 554. No 7693. P. 451-457.

188. Young I. M. On Female Body Experience: «Throwing Like a Girl» and Other Essays. Oxford: Oxford University Press, 2005.

189. Young I.M. Throwing like a Girl: A Phenomenology of Feminine Body Comportment Motility and Spatiality // Human Studies. 1980. Vol. 3. No 2. P. 137-156.

Приложение 1. Список информанток

Код Псевдони м Возрас т Город Семейное положение Дети/в нуки (возрас т, пол) Занятость Название интервью

И1 Наталья 54 года Санкт- Петербу Рг Замужем 24 года (ж), 31 год (ж) Эколог (И1, Наталья 54 года, Санкт-Петербур)

И2 Валентин а 65 лет Санкт- Петербу рг Вдова 38 лет (ж), 42 года (ж), две внучки Пенсионерка (до этого -сотрудница театра) (И2, Валентина, 65 лет, Санкт-Петербург)

ИЗ Марина 54 года Санкт- Петербу рг Замужем 32 года (ж) Менеджер в оптовой компании (И3, Марина, 54 года, Санкт-Петербург)

И4 Евгения 64 года Санкт- Петербу рг Разведена 38 (ж), 41 (ж), 5 внуков Ведущий инженер в театре (И4, Евгения, 64 года, Санкт-Петербург)

И5 Елена 39 лет Санкт- Петербу рг Замужем нет Агент по недвижимости (И5, Елена, 39 лет, Санкт-Петербург)

И6 Ольга 40 лет Санкт- Петербу рг Замужем 18 (ж), 11 (м), 9 (ж), 7 (м) Сотрудница НКО (И6, Ольга, 40 лет, Санкт-Петербург)

И7 Ирина 38 лет Санкт- Петербу рг Разведена 15 (м), 13 (м) Криминалист (И6, Ольга, 40 лет, Санкт-Петербург)

И8 Светлана 37 лет Санкт- Петербу рг Замужем второй раз 18 (м) Специалист в компании, занимающейс я оформлением документов (И8, Светлана, 37, Санкт-Петербург)

И9 Анастаси я 65 лет Санкт- Петербу Рг Замужем 38 (ж), 41 (ж) Пенсионерка (подрабатывае т сторожем) (И9, Анастасия, 65 лет, Санкт-Петербург)

И10 Вероника 53 года Санкт- Петербу рг Вдова 28 (ж) Специалист в сети магазинов косметики (И10, Вероника, 53 года, Санкт-Петербург)

И11 Галина 43 года Санкт- Петербу рг Разведена 20 (ж), 18 (ж), 13 (ж) Мерчендайзер (И11, Галина, 43 года, Санкт-Петербург)

И12 Анна 54 года Санкт- Петербу рг Замужем 33 (ж), 26 (м) Сотрудница на радио (И12, Анна, 54 года, Санкт-Петербург)

И13 Карина 47 лет Санкт- Петербу рг Разведена 21 (ж) Бухгалтер (И13, Карина, 47 лет, Санкт-Петербург)

И14 Алефтина 55 лет Санкт- Петербу рг Замужем 32 (м) Стоматолог (И14, Алефтина, 55 лет, Санкт-Петербург)

И15 Любовь 30 лет Санкт- Петербу рг Замужем нет Руководитель отдела продаж (И15, Любовь, 30 лет, Санкт-Петербург)

И16 Юлия 32 года Санкт- Петербу рг Замужем меньш е года (ж) Менеджер по продажам (в декрете) (И16, Юлия, 32 года, Санкт-Петербург)

И17 Элина 30 лет Санкт- Петербу рг Разведена нет Руководитель проектов в библиотеке (И17, Элина, 30 лет, Санкт-Петербург)

И18 Олеся 29 лет Санкт- Петербу рг Замужем 4 (ж) Преподавател ь (И18, Олеся, 29 лет, Санкт-Петербург)

И19 Оксана 48 лет Москва Разведена 26 (м) Руководитель отдела в банке (И19, Оксана, 48 лет, Москва)

И20 Екатерин а 30 лет Москва Не замужем нет Молекулярны й биолог (И20, Екатерина, 30 лет, Москва)

И21 София 29 лет Москва В отношениях нет Специалист по ветроэнергети ке (И21, София, 29 лет, Москва)

И22 Ева 47 лет Москва Вдова 16 (ж), 14 (ж) Главный бухгалтер (И22, Ева, 47 лет, Москва)

И23 Мария 39 лет Москва Разведена 18 (м) Фармацевт (И23, Мария, 39 лет, Москва)

И24 Варвара 29 лет Москва Не замужем нет Клинический исследователь (И24, Варвара, 29 лет)

И25 Дарья 34 года Москва Замужем нет Менеджер в логистике (И25, Дарья, 34 года, Москва)

И26 Яна 29 лет Москва Не замужем нет Микробиолог (И26, Яна, 29 лет, Москва)

И27 Надежда 25 лет Москва Замужем нет Регистратор медицинских изделий (И27, Надежда, 25 лет, Москва)

И28 Лариса 25 лет Москва Не замужем нет Диспетчер в службе 112 (И28, Лариса, 25 лет, Москва)

И29 Эвелина 57 лет Москва Замужем Взросл ые сын и дочь (возрас т неизве стен) Сфера ЖКХ (И29, Эвелина, 57 лет, Москва)

И30 Татьяна 49 лет Москва Разведена 18 (ж), 15 (ж) Дизайнер полиграфии (И30, Татьяна, 49 лет, Москва)

И31 Ксения 60 лет Москва Замужем Взросл ая дочь Пенсионерка (И31, Ксения, 60 лет, Москва)

И32 Елизавета 49 лет Москва Замужем нет Учитель начальных классов (И32, Елизавета, 49 лет, Москва)

И33 Нина 51 год Москва Замужем 30 (ж), взросл ый сын, внук Учительница (И33, Нина, 51 год, Москва)

И34 Полина 41 год Москва Замужем Трое детей (12, 9 и 6 лет) Педагог изобразительн ого искусств (И34, Полина, 41 год, Москва)

И35 Маргарит а 44 года Москва Разведена 18 (м) Риелтор (И35, Маргарита, 44 года, Москва)

И36 Алина 44 года Москва Разведена 7 (ж) Безработная (до этого работала в клинических исследованиях ) (И36, Алина, 44 года, Москва)

И37 Виктория 55 лет Москва Разведена Взросл ая дочь, внук Пенсионерка (до этого -соцработник) (И37, Виктория, 55 лет, Москва)

И38 Вера 39 лет Москва Замужем Двое малень ких детей Домохозяйка (И38, Вера, 39 лет, Москва)

И39 Виолетта 44 года Москва В отношениях 21 (ж) Безработная (до этого -менеджер в университете) (И39, Виолетта, 44 года, Москва)

И40 Кристина 46 лет Москва Замужем 23 (ж), 21 (м) Учитель (И40, Кристина, 46 лет, Москва)

И41 Алиса 51 год Москва Замужем Трое взросл ых детей Социальный работник (И41, Алиса, 51 год, Москва)

Приложение 2. Пример кодировочной таблицы

Цитата Первичный код Уточнение / Группировка Крупная категория

«Да нет, ну, съехала из дома, естественно просто потому что я такая, ну, типа, это что это? Я могу курить в квартире, знаешь, могу курить в квартире вот.» Свобода вовлекаться в практики, которые не были доступны во время жизни с родителями (курение) Сепарация от родительской семьи через телесные практики НЕЗАВИСИМОСТЬ

«И сейчас в этом смысле я могу сказать, что да, я живу так, как мне... ну нравится там. Особенно ни на кого не оглядываюсь. Устроила там свою квартиру, одежду... Когда я могла там ходить, как моя мама говорит, таким чертом по квартире... Это вообще счастье вот.» Возможность самостоятельно распоряжаться своей внешностью, носить то, что тебе хочется, не оглядываясь на родительское мнение Сепарация от родительской семьи через телесные практики НЕЗАВИСИМОСТЬ

«Я обрезала вот эту вот косу, там, я сделала пирсинг, который я хотела, ну мне важно было, сделала татуировку. Вот эти вот галочки дурацкие, их нужно было пройти, там, в свои двадцать лет, но я себе почему-то отказала в этом. И вот сейчас я в, ну условно называю, это "догуливаю".» (ж, 30, СПб) Эксперименты с внешностью в попытке компенсировать то, что нужно было сделать в молодости. Возвращение себе автономности в принятии решений относительно своей внешности. Сепарация от родительской семьи и партнера НЕЗАВИСИМОСТЬ

«Мне бы не хотелось... Я была одинокой в плане самочувствия. То есть мне хотелось быть самодостаточной и до последнего видеть перед собой какие-то цели» Желание в старости быть самодостаточным и независимым, боязнь потери физических функций Сохранение автономии в старости как идеал НЕЗАВИСИМОСТЬ

«Страха? Нет. Но меня этот момент старения не радует... вкалывать и сейчас аллилуйя 12 и после этого ты труп... знаешь так и серия у тебя вместо двух рук одна... Ты можешь просто к этому приспособиться. Принять это как неизбежное.» Принятие неизбежности потери, но в то же время страх зависимости Страх утраты независимости НЕЗАВИСИМОСТЬ

«Взрослость - это ответственность за свою жизнь, за свою безопасность, за свое здоровье. Потому что не придет никакая бабушка, не наденет себе шапку... Никто за тобой не последит. Ты ответственен полностью за себя.» Необходимость нести ответственность за свое здоровье, поскольку ты отвечаешь за последствия Ответственность за здоровье как основа взрослости ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

«...сейчас, когда мне нужно заботиться, например, о здоровье еще своих близких, больше ответственности... я же еще и так же распространяю это и на родителей, то есть транслирую туда тоже какие-то привычки, которые окажутся правильными.» Гендерный аспект заботы. необходимость нести ответственность не только за свое здоровье, но и за здоровье своих близких Расширенная ответственность (забота о других, трансляция привычек) ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

«...например, карьера, которую я назвала, например, тоже питание, оно должно быть более осознанное... за здоровьем следить тоже обязательно, потому что в итоге деньги уйдут. В финансовом проблеме Взрослость - это понимать, что необходимо правильно питаться, чтобы в будущем это принесло плоды. Ответственность как проактивная забота (инвестиции в будущее) ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

взять те же зубы...»

«...надо бросить курить... я понимаю, что с каждой сигаретой я ухудшаю свое будущее через 10-20 лет.» Отказ от вредных привычек ради будущего, ощущение необходимости готовиться к старости Долгосрочная ответственность за свое тело в старости ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

«По максимуму сохранить жизнеспособность и прежде всего способность самой себя обслуживать. Это очень важно. Не потому что принимать помощь стыдно, а потому что для меня это для самоуважения...» Ответственность за то, что в старости не быть зависимой, необходимость принятия активных действий. Ответственность за качество собственной старости ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

«Я очень боюсь потерять возможности организма. То есть что я буду хуже слышать хуже видеть, хуже ходить.» Страх утраты функций организма, невозможность себя контролировать Контроль над функциональност ью как ценность КОНТРОЛЬ

«То есть я работаю в таком полугосударственном банке, достаточно бюрократизированном, достаточно таком формальном. Но при этом я хожу там летом. С коротким рукавом у меня татуировка. То есть я понимаю, что я иду на совещание, я надену пиджак. Я прикрою руку. Ну зачем?» Взрослость - это понимание границ и норм общества, умение себя контролировать. Быть взрослым -значит понимать, где можно проявить себя, а где нужно балансировать Контроль за поведением и внешностью КОНТРОЛЬ

«Инт: А должен как-то себя взрослый человек вести по-особенному, может быть? Инф: Нет. Ну, конечно, не надевать мини-юбки, это понятно. В плане Взрослость - умение вписываться в социальные нормы и контролировать свою внешность Контроль за внешностью КОНТРОЛЬ

этикета, конечно, вот, уже надо вот так»

Приложение 3. Схема нарративного анализа

Этапы нарративного анализа

Этап 1 Первичное прочтение. Погружение в материал, целостное восприятие каждой истории

Этап 2 Выделение биографических этапов, в которых осмысляется жизненный путь

Детство/Юность/ Молодость Взросление Взрослость Старение Старость

Этап 3 Поиск телесных аспектов в биографических этапах (Где и как появляется тело?)

Тело в молодости Тело в транзиции во взрослость Тело во взрослости Тело в транзиции (нарративах) в старость Тело в старости

Этап 4 Анализ восприятия тела в разные периоды

Этап 4 Фон, не осмысляется, тело как инструмент Тело - объект заботы, проект, способ подтверждени я статуса Не артикулируется как особый телесный режим Тело начинает осмысляться, феноменологически проживается, непредсказуемый актор Воображаемый (тотальный) предел, практически не артикулируе -мый

Тело становится видимым в нарративах о переходе

Тело в транзиции

Детство/ Молодость (фон)

О

Транзиция во взрослость

О

Взрослость (тело отходит на фон)

О

Транзиция (нарративная) в старость_

О

Старость (тотальный предел)_

Тело - проект. Доказательство статуса взрослого

Тело - проблема. Доказательство статуса еще НЕ старого

(воображаемое)_