Эволюционные процессы в советском школьном историческом образовании 1920-1930-х годов тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 07.00.02, кандидат исторических наук Пепелина, Наталья Игоревна

  • Пепелина, Наталья Игоревна
  • кандидат исторических науккандидат исторических наук
  • 2011, МоскваМосква
  • Специальность ВАК РФ07.00.02
  • Количество страниц 215
Пепелина, Наталья Игоревна. Эволюционные процессы в советском школьном историческом образовании 1920-1930-х годов: дис. кандидат исторических наук: 07.00.02 - Отечественная история. Москва. 2011. 215 с.

Оглавление диссертации кандидат исторических наук Пепелина, Наталья Игоревна

Введение.

Глава I. Управление советским школьным историческим образованием в 1920-1930-е годы.

§ 1. Реформы школьного исторического образования в 1920-е годы. Перемена курса преобразований в конце 1920-х — начале 1930-х годов.

§ 2. Требования правительства к школьным учебникам по истории Отечества и их влияние на процесс создания учебников в 1930-е годы.

Глава II. Основные достижения в работе над учебниками по истории для средней и начальной школы в 1930-е годы.

§ 1. Работа над учебниками отечественной истории для средней школы в середине 1930-х годов.

§ 2. Конкурс на лучший учебник по истории СССР для начальной школы.

§ 3. Первый советский учебник по истории для начальной школы: новаторство и традиция.

Рекомендованный список диссертаций по специальности «Отечественная история», 07.00.02 шифр ВАК

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Эволюционные процессы в советском школьном историческом образовании 1920-1930-х годов»

Актуальность темы исследования.

Любая власть, в том числе тоталитарная, нуждается в поддержке общества, по этой причине одной из важнейших задач власти является формирование общественного сознания, которое отвечало бы ее интересам во всех сферах жизни общества. Своеобразным рычагом формирования общественного сознания является историческое образование. История - наука наиболее политизированная, зависимая от внешней и внутренней политики государства, способствующая политическому, гражданскому, патриотическому воспитанию общества. Содержание учебника по отечественной истории олицетворяет изменения, происходящие в государстве. От того, как представить, охарактеризовать и оценить события и факты прошлого и настоящего, на чем акцентировать внимание, а что обойти молчанием в учебнике истории, как наиболее важном источнике исторической информации для значительной части населения, будет зависеть историческое мировоззрение масс. Являясь официальной книгой, учебник отражает исторические события прошлого и настоящего в свете, выгодном государственной власти. На основе особенностей содержания исторического материала, представленного в учебнике, можно судить:

- об уровне культурного развития общества в целом и его исторической образованности в частности;

- о политическом режиме в государстве;

- о существовании демократии в обществе;

- об уровне развития науки;

- о взаимодействии науки и политической власти, о влиянии политической власти на науку, образование, содержание предмета преподавания (содержание учебников по истории);

- о влиянии власти на становление исторического мировоззрения граждан страны.

Для объективного всестороннего, изучения периода 1920-1930-х гг. и процесса советского общественного сознания в это время, влияния власти на этот процесс чрезвычайно важно исследовать развитие и особенности системы исторического образования и создание школьного учебника по истории; как механизма складывания массового видения исторического процесса, отвечающего интересам власти. Принципы преподавания истории и содержание учебника по истории служат отражением взаимоотношения.науки, власти и общества.

Изучение эволюционных процессов в сфере советского школьного исторического образования 1920-1930-х годов позволяет лучше понять трансформацию идей и идеологии в целом новой власти, понять особенности развития советского.общества в этот период;

Кроме того, изучение прошлого важно для осмысления современности; ибо знание о прошлом; дает возможность оценивать, анализировать его и в результате определить, чем из наследия г прошлого целесообразно воспользоваться; от чего лучше воздержаться и каких ошибок избежать. Это актуально и для ныне существующей ситуации в историческом образовании: Политические перемены в. стране привели к поиску новой исторической государственной идеологической концепции, что нашло отражение в содержании многочисленных современных учебников по отечественной? истории. Многообразие учебников преподносит молодежи огромное количество разнообразных, часто противоречивых мнений, что приводит к отсутствию четкой гражданской позиции в современном обществе.

Объектом исследования; выступает советское школьное историческое образование 1920-х- 1930-х годов.

Предметом исследования являются эволюционные процессы в советском школьном историческом образовании 1920-х - 1930-х годов.

Цель исследования - рассмотрение эволюционной трансформации процессов в советском школьном историческом образовании в 1920-1930-е годы.

Для достижения поставленной цели определены следующие задачи исследования: проследить изменения в преподавании и содержании отечественной истории на протяжении 1920-х - 1930-х годов;

- рассмотреть эволюцию советского исторического образования в контексте формирования государственной идеологии и смене ее парадигм;

- показать деятельность ученых-историков в работе над учебником по истории СССР, изменение их взглядов на историческое прошлое страны под воздействием требований правителъства;

- показать. особенности' массового исторического сознания на примере рукописей, присланных на всесоюзный конкурс учебника по истории для начальной школы, и рецензий на них;

- проанализировать полученный, правительством и школой результат: его научную и политическую составляющие.

Хронологические рамки исследования охватывают 20-30-е годы XX века. Однако для более глубокого понимания поставленных проблем при описании послереволюционной трансформации школьного исторического образования, которая повлекла за собой сознательное всестороннее разрушение «буржуазной» системы преподавания истории и попыток создать новую советскую систему исторического образования, затрагиваются первые годы существования советской власти. В 1930-е годы были проведены правительственные реформы в данной области, приведшие к частичной реставрации принципов дореволюционного обучения. Они завершились утверждением стабильной единой системы обучения истории в школе, ознаменованной выходом учебника по отечественной истории для начальной школы в 1937 году. Он являлся не только определенным достижением советской исторической науки и обобщающим трудом по отечественной истории, но и программным документом, определяющим государственную историческую концепцию и, следовательно, направленным на формирование исторического сознания подрастающего поколения.

Методологическая основа исследования. В основу исследования положены принципы научной объективности и историзма, являющиеся основополагающими в исторической науке. Кроме того, в исследовании использован комплекс исторических методов: историко-сравнительный; формально-логический; диалектико-логический; историкотекстологический; системный, который позволил рассмотреть во взаимосвязи, все факторы, влияющие на эволюционные процессы советского школьного исторического образования в 1920-1930-е годы.

Источниковая база исследования включает в себя архивные и опубликованные источники. Архивные материалы, являющиеся основой исследования, позволяют раскрыть особенности процессов работы над реформированием системы школьного образования, в первую очередь, исторического. В официальной массовой печати можно видеть лишь постановку цели и конечный результат, но все перипетии, подводные камни, трудности, неудачи в этой работе можно раскрыть, лишь обратившись к богатому и разнообразному архивному материалу.

Использованные в исследовании материалы можно разделить на несколько видов.

К первому виду источников относятся нормативно-законодательные акты, публиковавшиеся в периодических и специальных изданиях: правительственные документы (постановления), касающиеся реформы школьного, и в первую очередь, исторического, образования которые стали руководящими для нововведений в данной области. Эти документы определили складывание государственной исторической концепции, окончательно утвердившейся в исторической науке и историческом образовании во второй половине 1930-х годов.

Второй вид источников — наиболее обширный -делопроизводственные документы. Основная часть документов была выявлена в Государственном архиве Российской Федерации (ГАРФ) и. в Российском государственном архиве социально-политической истории (РГАСПИ). В данном виде источников можно выделить несколько групп документов.

Во-первых, правительственные постановления, приказы, распоряжения Наркомпроса, учебные планы и программы для школы. Перечисленные материалы публиковались в центральных и специальных газетах («Правда», «Известия», «За коммунистическое просвещение» и др.) и в крупных, партийных и исторических журналах («Большевик», «Историк-марксист», «История- в средней школе» и др.), а также в нормативных сборниках. Широко использованы материалы» фонда Народного комиссариата' просвещения РСФСР (НКП), хранящиеся, в ГАРФ. В них содержатся документы, отражающие работу НКП в области школьного исторического образования в интересующий нас период (1920-1930-е годы). Они характеризуют работу организации единой трудовой школы и работу по общественно-историческому образованию в первые послереволюционные годы; планирование работы в общеобразовательной школе в процессе складывания комплексной системы обучения, материалы для подведения итогов работы в 1928-1931 годы, проекты постановлений' Коллегии НКП. Изучение вышеперечисленных документов позволило проанализировать особенности воплощения новаций обучения в области советского исторического образования в 1920-1930-е годы.

Во-вторых, материалы, хранящиеся в РГАСПИ, в которых отражено руководство правительства подготовкой учебников по отечественной истории для средней и начальной школы. На основании изученных документов (проекты постановлений, решения и протоколы заседаний Комиссии ЦК ВКП(б) по написанию учебников истории) можно исследовать деятельность правительства в области формировании исторического образования в начальной и средней школе, его руководство этим процессом и влияние на результат, работу с историками, организацию и участие в создании учебников по истории для школы, особенно учебников по отечественной истории;

В-третьих, документы фонда Народного комиссариата просвещения Государственного архива РФ, посвященные созданию учебников для средней школы по отечественной истории. Ход работы над ними заключен; в стенограммах совещаний историков, учителей истории; средней школы, комиссии по истории; в подготовленных планах и конспектах учебников, в рукописях учебников, в рецензиях и отзывах специалистов на рукописи учебников. Также широко использованы материалы, хранящиеся в РГАСПИ. Они включают рукописи: учебников; а также рецензии, замечания членов жюри конкурса на лучший учебник по истории СССР для начальной школы, советских ученых-историков, преподавателей истории, работников исторической науки на конкурсные учебники по истории СССР. На основании этой группы документов можно проследить особенности работы над учебниками по отечественной истории, трансформацию научных взглядов историков, с одной стороны, и проанализировать видение населением исторического процесса, с; другой.

Особый вид источников - эпистолярные источники. К исследованию привлечены письма историков, работавших над учебниками, переписка членов правительства, участвующих в подготовке учебников по истории для школы, и членов жюри конкурса на лучший учебник по истории

СССР для начальной школы. Данные документы позволяют глубже понять перипетии, трудности и причины неудач в работе над реформированием системы советского школьного исторического образования.

Использованные в диссертации опубликованные материалы включают публицистику, представленную прежде всего трудами ученых и учебной литературой. К ним относятся:

- книга М.Н. Покровского «Русская история в самом сжатом очерке», которая явилась первым опытом переложения русской историина основу марксистской теории и на протяжении долгого времени оставалась главным, источником исторических знаний по» отечественной истории для советских граждан;

- учебники по зарубежной истории, существовавшие до середины 1930-х годов, содержание которых подчеркивает особенность изложения исторического процесса в 1920-е годы» (схемы и абстракции);

- учебники-макеты по истории СССР, подготовленные историками по заданию правительства и не удовлетворившие его;

- учебники по истории! СССР доит начальной и средней школы, вышедшие во второй половине 1930-х годов;

- учебники для начальной и средней школы, написанные дореволюционными историками разных направлений;

- современные школьные учебники по истории Отечества.

Анализируя содержание этого вида источников можно установить степень преемственности первого вышедшего в школы советского учебника по отечественной истории для начальной школы и его влияния на современные учебники, а так же проследить влияние учебников на массовое историческое сознание.

Также использованы подготовленные макеты учебников, хранящиеся в личном фонде И.В. Сталина (РГАСПИ), в тексте которых сохранились его пометки, что позволяет выявить степень участия И.В.

Сталина в работе над учебником, а также характеризует отношение к учебнику и степень его значимости для руководства страны и лично И.В. Сталина.

Кроме того, можно выделить материалы, опубликованные в периодических изданиях. Они представлены статьями историков и работников образования, которые в той или иной степени явились отражением, следствием, результатом правительственных постановлений и непосредственно повлияли на перемены в историческом образовании и на создание учебников по отечественной истории для начальной и средней школы.

Историография проблемы.

Историография затронутого в диссертации, вопроса» сравнительно невелика. В большинстве своем существующая, литература посвящена развитию именно советской исторической науки в 1920-е - 1930-е годы, и лишь частично затрагивает вопросы исторического образования. Появление таких работ неравномерно по времени. В советский период'(до 1990-х годов) в литературе больше внимания уделялось вопросам развития исторической науки и образования в послереволюционные и 1920-е годы. В современный период (с 1990 г.) заметно увеличился интерес к проблемам, возникшим в исторической науке и преподавании истории в сталинскую эпоху в 1930-е годы. Однако разделять историографию вопроса только на. советскую и постсоветскую было бы слишком примитивно, поскольку даже в советский период объективность исследований зачастую во многом зависела от особенностей политической конъюнктуры в стране.

Историография вопроса в основном представлена в виде статей в исторической периодике и сборниках, имеется лишь несколько монографий, так или иначе освещающих проблемы эволюции советского школьного исторического образования в 1920-1930-е годы. Кроме того, существует ряд работ, которые не затрагивают напрямую данную тему, но поднятые в них вопросы позволяют глубже осмыслить происходившие процессы, понять логику событий.

Первый период историографии охватывает 1940-е и первую половину 1950-х годов. Активное участие руководства страны и лично Сталина в создании первого учебника по отечественной истории для школы сделало его фактически неподвластным серьезному критическому обсуждению. Хотя нельзя не отметить тот факт, что сразу после выхода учебника A.B. Шестакова в появившихся по этому поводу статьях имели место и замечания, но сводились они к общеизвестным недостаткам, повторявшим результат конкурса, и должны были, видимо, служить стимулом для ученых в дальнейшей работе над учебниками1.

В целом же, в историографии была принята единая точка зрения, которая заключалась в том, что историческая наука во второй половине 1930-х годов вступила в «полосу подъема». Утвердившаяся с помощью правительства в конце 1930-х годов государственная историческая концепция и правительственное вмешательство в историческую науку привели к тому, что достижения в области исторического образования, содержание новых учебников по отечественной истории получили однозначно положительный отзыв в прессе, и до определенного времени отношение к этому вопросу не менялось. В литературе этого периода была сформулирована мысль о том, что требования И.В. Сталина к учебникам отечественной истории позволили избавить историческую науку от вредных взглядов «школы М.Н. Покровского», тормозивших ее развитие, и достичь своего расцвета. Достаточно характерной в этом отношении является, например, статья А.М. Панкратовой «Сталин и

1 Большая победа на историческом фронте.// Исторический журнал. - 1937. - № 8.; Шесгаков A.B. Как преподавать историю СССР по новому учебнику// Исторический журнал. - 1937. - № 8.; Новые учебники по истории.// Правда. 28.08.1940. № 239; Фохт A.B. Некоторые выводы по работе в 3-4 классе с учебником «Краткий.курс истории СССР» под редакцией проф. A.B. Шестакова.// Исторический журнал. - 1938. - № 1. историческая наука»2. Автор говорит о подъеме советской исторической науки, выраженном, кроме прочего, в издании учебников для начальной и средней школы и подготовке к печати вузовских учебников. «Указания, данные Сталиным в документах, явились определяющими для разработок вопросов отечественной истории», что и послужило основой для развития исторической науки в 1940-х - первой половине 1950-х годов. Восхваление Сталина, в еще большей степени за его якобы положительное влияние на историческую науку следовали за выходом учебника по истории ВКП(б) в 1938 году, и обсуждение учебников по истории для школы отошло на второй план:

Кроме того, в этот период появляются первые исследования, посвященные послереволюционной реформе школьного образования . В основном рассматривались события, происходившие в образовании сразу после Октября 1917 года: первые образовательные реформы, становление единой трудовой школы. Большая часть работ посвящена изменению системы обучения в целом, выделению тех позитивных новшеств, которые отличали советскую школу от дореволюционной4.

Так называемую «хрущевскую оттепель», т.е. вторую половину 1950-х - первую половину 1960-х годов, можно считать вторым этапом в историографии рассматриваемой темы. Этот период тесно связан с развенчанием культа личности И.В: Сталина на XX съезде КПСС. Происходившие в стране политические процессы, очевидно, вызвали замешательство в среде историков. С одной стороны, необходимость и положительный эффект проведенных в середине 1930-х годов реформ в области школьного исторического образования не вызывали сомнений. С другой же стороны, осуждение культа личности на высшем государственном уровне требовало от историков пересмотра роли И.В.

2 Панкратова А.М. Сталин и историческая наука.// Историк-марксист. - 1940. - № 1.

3 Оснос Ю. Советская школьная реформа 1918 г.// Исторический журнал. - 1944. - № 7-8.; Лепешинский П.Н. На заре советского просвещения (реформа школы по личным воспоминаниям).// На путях к новой школе. - 1937. -№ 10.; БущикЛ.П. Вопросы преподавания истории СССР. -М., 1949.

4 Зиновьев М.А. Очерки преподавания истории. - М., 1955.; Королев Ф.Ф. Очерки по истории советской школы и педагогике 1917-1920 гг. -М., 1958.

Сталина в этих событиях. В частности, говорилось о некоторой переоценке роли личности в истории, например, Ивана Грозного и Петра I, в ущерб роли народных масс, что рассматривалось как порождение культа личности самого И.В. Сталина. Показательно, что с подобными утверждениями выступала в печати и А.М. Панкратова5.

Достаточно ярко характеризует сложившуюся двойственную ситуацию вышедшая в 1961 году фундаментальная монография Л.П. Бущик, посвященная развитию школьного образования в СССР. Автор начинает свою работу с рассмотрения вопросов преподавания истории в школах дореволюционной России и заканчивает проблемами исторического образования, стоявшими в конце 1950-хтодов. В основном внимание автора сосредоточено на преобразованиях в обучении истории после революции и в 1920-е годы, что связано со становлением школьного исторического образования, в том числе, дискуссиями о необходимости учебников, попытками* создать учебник по истории, заменой истории обществознанием, историей развития комплексной системы преподавания, созданием-и анализом программ для школы.

Однако, по мере приближения к событиям середины 1930-х годов, Л.П. Бущик начинает переходить от анализа к простому изложению событий. Автор воссоздает процесс восстановления истории как самостоятельного учебного предмета в общеобразовательной школе и деятельность партии и правительства в области школьного исторического образования, не подвергая их глубокому разбору. Лишь в общих чертах рассмотрены процессы создания учебников для школы по истории СССР и по всеобщей истории, освещены основные этапы работы над учебниками по истории. В монографии был упущен ряд важных моментов, например, не было анализа работы авторских коллективов, отсутствовало исследование вопросов, связанных с организацией и

5 Бущик Л.П., Панкратова А.М. Вопросы преподавания истории СССР в свете решений XX съезда КПСС. - М, 1956 . проведением конкурса. Это не дает возможности проследить, в каких условиях создавались учебники, увидеть работу ученых «изнутри», те проблемы, с которыми они столкнулись и были вынуждены преодолеть, прежде чем коллективным трудом удалось достичь желаемого правительством результата. Об учебнике A.B. Шестакова сказано поверхностно. Можно предположить, что это связано с отсутствием в 1960-е годы единого мнения относительно учебников 1930-х годов. С одной стороны, они хороши по сравнению с теми учебными книгами, что были в 1920-е годы, но с другой стороны, несли на себе отпечаток культа личности И.В. Сталина, осужденного на XX съезде КПСС. В общих чертах, автор отзывается положительно об учебнике A.B. Шестакова, справедливо отмечает ту огромную научную исследовательскую работу, которую провели, создатели учебников, а также - преодоление ими концепции М.Н. Покровского, создание истории народов СССР вместо истории русского государства. В, качестве критики Л.П. Бущик называет слишком конспективное изложение материала, а говоря об учебниках для средней школы упоминает слабо отраженные моменты, такие как роль трудящихся в создании культурных ценностей; преувеличение в учебниках роли Ивана Ш и Ивана IV в создании и развитии русского централизованного государства; влияние культа личности И.В. Сталина в разделах, посвященных истории СССР XX века; трудность изложения и большой, объем (последняя характеристика преобладала в оценке учебников истории для школы в 1930-е годы).

Начиная со второй половины 1960-х годов, наметился хотя и не стремительный, но все же достаточно устойчивый «откат» назад в оценке политическим руководством страны личности И.В. Сталина и сталинизма. Критика И.В. Сталина начала затихать, пока постепенно полностью не сошла на нет. Для советских историков очередной поворот «линии партии» в строго противоположном предыдущему направлении означал очередной пересмотр оценок происходившему в 30-е - 40-е годы

XX века. Постоянные колебания упомянутой «линии» привели к тому, что большинство из них предпочитали просто обходить стороной спорные моменты, связанные с деятельностью И.В. Сталина. Довольно показательно, что в многотомном коллективном труде «Очерки истории исторической науки в СССР» характеристике и значению созданных при активном участии Сталина учебников по истории отводится всего одна страница6.

Не менее показательна судьба статьи М.В. Нечкиной, посвященной у критике М.Н. Покровского в правительственных документах 1936 года . Автор, все еще опираясь на решения XX съезда партии, рассматривает отношение к историческому наследию М.Н. Покровского, его месту и роли в советской исторической науке. Этот вопрос освещается именно в контексте вышедших в январе 1936 года правительственных документов, посвященных учебнику истории СССР, с которых и началась открытая политическая критика исторического наследия М:Н. Покровского. М.В. Нечкина характеризует эти события как проявление культа личности Сталина. Опираясь на архивные материалы - рукописи правительственных документов, она выяснила;, что именно говорилось, о М.Н. Покровском в партийно-правительственных постановлениях 19341938 годов. Подробно рассматривая подготовку этих документов, она указывает на роль и участие И.В. Сталина в работе над ними, анализирует характер и особенности критики в правительственном информационном сообщении «В Совнаркоме СССР». Автор приходит к выводу, что по желанию И.В. Сталина текст сообщения создавал впечатление, что все постановления, касающиеся преподавания истории и создания учебников по истории, содержали критику теории М.Н. Покровского, но такая картина противоречит действительности8.

6 Очерки истории исторической науки в СССР. Т. 5. - М., 1985. - С. 7-8.

7 Нечкина М.В. Вопрос о М.Н. Покровском в постановлениях партии и правительства 1934-1938 гг. о преподавании и исторической науке (к источниковедческой стороне темы).// Исторические записки. Т. 118.-М, 1990.

8 Там же.

Статья, подготовленная к выпуску в сборнике в 1966 года, не была опубликована и появилась в печати лишь в 1990 году, открыв новую тему для исследований периода 1930-х годов, подхваченную историками. Встречается точка зрения, согласно которой в историографии данную статью относят к периоду 1990-х годов, ориентируясь на дату ее выхода. Мы считаем, что целесообразно рассматривать эту статью именно в выделенном временном промежутке, ибо отказ от публикации статьи отражает перемену в правительственной оценке действий И.В. Сталина по отношению к исторической науке и образованию.

Но с другой стороны, сложившаяся ситуация вынудила историков обратить свои взоры на менее спорный период развития исторической науки после революции, ее становление в 1920-е годы9. Много внимания ученые уделяли формированию советской исторической науки в послереволюционные годы. В работах освещены такие вопросы, как издание советской марксистской исторической литературы, создание центров советской исторической науки10, в том числе учреждений, занимающихся подготовкой кадров историков-марксистов11. Затронуты также вопросы борьбы советских историков против «буржуазной» историографии и привлечение к сотрудничеству «буржуазных» кадров12.

Выводы, сделанные в подобных работах, с одной стороны, дают богатые сведения о начальном этапе существования советской исторической науки, с другой стороны, не затрагивают спорных моментов. Изложение строится на противодействии «буржуазных» и советских ученых, на сопоставлении общего кризисного состояния русской буржуазной исторической науки перед революцией и широких перспектив советского марксистского исторического метода. Так, в

9 Например: Закс А.Б. Из истории пропаганды исторических знаний советскими историческими музеями // История и историки. - М., 1880.; Ульяновская В. А. Формирование научной интеллигенции в СССР. 1917-1937 годы. - М., 1966.

10 Алексеева Г.Д Октябрьская революция и историческая наука в 1917-1923 гг. - М., 1968.

11 Иванова Л.В. У истоков советской исторической науки в 1917-1929 гг. (Подготовка кадров историков-марксистов). - М., 1968.

12 Алексеева Г.Д. Октябрьская революция и историческая наука в 1917-1923 гт. - М., 1968. монографии Г. Д. Алексеевой исследован процесс возникновения советской исторической науки, освещен начальный этап развития, его важнейшие черты и стороны: создание центров советской исторической науки, появление марксисткой исторической литературы в 1918-1920-е годы, тенденции в изучении истории России дооктябрьского периода^ и истории советского общества в 1921-1923 годах. Поднятые и рассмотренные в работе проблемы дают возможность составить общую картину, происходящую в послереволюционный период в советской исторической науке, тем самым позволяя понять закономерности перемен в школьном; историческом образовании в указанное время. В целом, перемены в исторической^ науке в 1920-е годы; рассматриваются с положительной точки зрения как новая качественная« ступень в развитии исторической науки после кризиса ее в начале XX века13.

В этом? же году , увидела свет монография Л.В. Ивановой, посвященная становлению сети советских исторических учреждений и работе по подготовке кадров историков-марксистов. Автор исследует основные направления, пути и формы воспитания историков, процесс организации и деятельности важнейших центров подготовки кадров, анализирует складывание и развитие принципов высшего исторического образования, а кроме того, рассматривает проблему привлечения к сотрудничеству дореволюционных специалистов.

То есть в основном в исследованиях сохранялись те положения и изучение тех вопросов, которые никогда не ставились под сомнение и не имели политической двойственности: одно дело критиковать пусть и осужденного на XX съезде, но все же руководителя советского государства, другое дело, критиковать враждебный монархический строй.

В этот период вышла хроника событий в советской исторической науке, посвященная периоду 1917-1967 годов, созданная на основе печатных источников. В книге освещен процесс развития советской

13 См. также: Очерки истории исторической науки в СССР. Т. 4. - М., 1966. исторической науки, отражающий картину изменения ее организационной структуры, масштабов и формирования научного творчества советских ученых14.

Выделенный период ознаменован также возвращением к исследованию творчества М.Н. Покровского. Развернутая оценка его научной деятельности дана С.М. Дубровским (дореволюционная работа Покровского)15 и JI.B. Черепниным (послереволюционная деятельность' Покровского)16. В этот же период вышло первое монографическое

1 п исследование о М.Н. Покровском, принадлежащее О.Д. Соколову . Можно сказать, что это была первая попытка объективного, хотя и

1Я обобщенного, анализа научного наследия М.Н. Покровского . Но перечисленные авторы, доходя до событий 1936 года, связанных с началом критики творчества М.Н. Покровского, отмечают положительное значение сталинских постановлений; которые позволили «преодолеть вредное воздействие Покровского». Вопросы правомерности, необходимости столь жестких действий, реальных мотивов, которыми руководствовался И.В. Сталин, организовывая широкую критическую компанию, в указанных работах не ставятся.

Лишь во второй половине 1980-х годов начали появляться работы, посвященные непосредственно образовательной реформе 30-х годов XX века. Большинство историков положительно оценивали вмешательство руководства страны в этот процесс, но старались не концентрировать внимания на роли лично И.В. Сталина, заменяя её абстрактным «руководством партии и правительства». Так, например, М.Е. Найденов19 рассматривает влияние постановления правительства от 15.05.1934 г. на

14 50 лет советской исторической науки. - М., 1971.

15 Дубровский С.М. М.Н. Покровский и его роль в марксистской разработке истории России.// Очерки истории исторической науки в СССР. Т. 3. - М, 1963.

1616 Черепнин Л.В. М.Н. Покровский и его роль в развитии советской исторической науки// Очерки истории исторической туки в СССР. Т. 4. - М, 1966.

17 Соколов О.Д. М.Н. Покровский и советская историческая наука. - М, 1970

18 Статья MB. Нечкиной здесь не принимается во внимание, так как, во-первых, не была опубликована, во-вторых, касается несколько отвлеченного вопроса.

19 Найденов М.Е. Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 15.05.1934 г. и его значение для исторической науки. // Вестник МГУ. Серия 8. История. - 1985. -№ 5. исторической образование и историческую науку исключительно с положительной стороны. Автор справедливо отмечает рост авторитета исторической науки в 1930-е годы, формирование четкой и целесообразной системы преподавания истории в школе и подготовки кадров преподавателей и исследователей, ибо до проведения реформы школа не справлялась с задачей формирования социалистического сознания. Причем, по утверждению автора, выведенные в 1930-е годы принципы преподавания истории актуальны и в условиях современности. В статье при этом не указано на догматический характер постановлений и их политическую основу, повлекших за собой драматическую, длительную и трудную работу историков. Похожую оценку реформ дает в своей статье, посвященной обзору трансформации исторического школьного образования от 1917 до 1980-х годов, А.Г. Колосков, хотя период 1934-1941 годов им освещен наиболее слабо20.

Однако к концу 1980-х годов вновь наметился поворот к критическому пересмотру деятельности Й.В. Сталина в области исторической науки и пагубному воздействию на нее. К таким работам

01 можно отнести, например, статью И.Л. Маньковской и Ю.П. Шарапова , посвященную анализу роли И.В. Сталина в нашей истории на примере учебника «История ВКП(б). Краткий курс». В статье рассматривается влияние культа личности ИВ. Сталина на историко-партийную науку, что явилось составной частью культа личности вообще. Тема продолжена в работе H.H. Маслова . Можно сказать, что этот период послужил предвестником бурной критики сталинской эпохи в 1990-е годы. В дальнейшем автор вернется к вопросу, посвященному негативному

20 Колосков А.Г. Школьное историческое образование в СССР. // Преподавание истории в школе. -1988.-№2

21 Маньковская И.Л., Шарапов Ю.П. Культ личности и историко-партийная наука.// Вопросы истории КПСС.-1988.-№5

22 Маелов Н.Н. «Краткий курс истории ВКП(б)» - энциклопедия культа личности Станина// Вопросы истории КПСС. - 1988. -№ И. догматическому влиянию учебника «История ВКП(б). Краткий курс» на советскую историческую науку23.

В то же время историография конца 1980-х годов характерна рядом исследований, затрагивающих различные аспекты исторического образования. Выходят работы, посвященные проблемам вузовского исторического образования в 1930-е годы, а именно: открытию исторических факультетов в 1934 году, истории кафедр, освещению научной и педагогической деятельности, кафедр исторических факультетов24. Однако в рамках заявленной темы диссертации наибольший интерес представляет вышедшая в 1985 году монография А.Н. Фукса, посвященная дореволюционной учебной исторической литературе в период 1861-1917 годов . На основе анализа учебников по русской истории для средних учебных заведений автор показывает, как отражались, в них процессы становления, развития, эволюции, смены, борьбы и взаимовлияния основных течений и направлений отечественной историографии конца XIX - начала XX веков и доказывается необходимость и правомерность обращения к учебной исторической литературе как историографическому источнику, так как изучение школьных учебников важно потому, что содержание их чутко реагирует на изменение политической ситуации в стране и дает новый материал по рассмотрению социально-политической функции исторической науки, реализуемой в школьном преподавании. Обратившись к проведенному ученым исследованию, удается установить определенные схожесть и различие процессов в историческом образовании во второй половине XIX века и в 1930-е годы, сравнить особенности официального и общественного подхода к учебной исторической литературе в

23 Маслов Н.Н. «Краткий курс истории ВКП(б)» - энциклопедия и идеология сталинизма и постсталинизма: 1938-1988 гг.// Советская историография. - М., 1996.

Щодра О.М. Историческая наука в Московском университете 1934-1941. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. - М., 1984; Историческая наука в Московском университете 1934-1984. М., 1984. Мадараш О.М. Историческая наука в МГУ// Вестник МГУ. - 1984. - №2; Простоволосова Л.Н., Станиславский. «Мы учим советских людей, а не древних греков» (га истории вузовской исторической науки)// История СССР. - 1989. - №6

Фукс А.Н. Школьные учебники по русской истории 1861-1917 гг. - М., 1985 дореволюционный период с одной стороны, и 1920-е и 1930-е годы с другой стороны. Это тем более важно в связи с тем, что в советский период менялось отношение к «буржуазным» ученым и их трудам: полностью отвергаемые в 1920-е годы, они обратили на себя внимание в 1930-е годы во время работы над учебниками по истории.

26

Также интересна монография А.И. Алаторцевой , посвященная советской исторической периодике. В центре исследования находятся научные журналы; история создания которых совпала с периодом становления советской исторической науки. Автор изучает процессы формирования сети исторических журналов, выявляет их идейно-теоретическую основу, типологию, авторский состав, тематику, социальные функции, этапы создания. В. работе проанализирован механизм партийного и государственного руководства исторической периодикой, что позволяет выявить особенности и средства этого руководства в иных (помимо образовательных) сферах культуры и науки.

Следующий период развития историографии вопроса — 1990-е годы. Характерной особенностью этого периода является существенный пересмотр взглядов на сталинскую эпоху со стороны историков под воздействием происходивших в стране кардинальных политических преобразований и развала Советского Союза. Это привело к неоднозначным результатам. С одной стороны, стало доступно для исследователей большое количество архивных документов, что привело к появлению новой проблематики и новых подходов к прежним темам в историографии. С другой стороны, на волне возникшего общего резко отрицательного отношения к роли И.В. Сталина в истории нашей страны, его деятельность в области исторического образования далеко не всегда получала взвешенную, объективную оценку, а критика его решений и действий зачастую была неаргументированной и имела в своей основе скорее эмоциональные, нежели рациональные мотивы. При этом

26 Алаторцева А.И. Советская периодика 1920-х-середины 1930- годов. - М., 1989 8 основное внимание исследователей было обращено именно к ранее старательно обходимому историками периоду 1930-х годов, как времени становления сталинского режима и его контроля над духовной сферой жизни общества, фальсификации истории (в первую очередь, истории революций и социалистического строительства) «в угоду взглядам вождя».

Ряд работ посвящен вопросу влияния И.В. Сталина на становление советской исторической науки, проблематику, ход исследований, проведение научных дискуссий. Об этом. - статья А.И. Алаторцевой в сборнике с характерным названием «История и сталинизм» 21, в которой автор приходит к выводу, что на рубеже 1920 - 1930 годов И.В. Сталин утвердил свое право на монополию в исторической науке и на толкование ленинизма и истории Октябрьской революции, тем самым давая обоснование своей власти. В. сборнике «Советская историография» под редакцией А.Ю. Афанасьева , упор' также сделан на зависимость исторической науки от политической конъюнктуры, и несколько статей посвящены как раз давлению И.В. Сталина на историческую науку и пагубным воздействиям такого давления29. Авторы стремятся пересмотреть развитие исторической науки в советский период через призму влияния политической власти на ученых и их деятельность. Многие процессы, проходившие в науке, оцениваются лишь с точки зрения их полного подчинения требованиям правительства. Историческая наука представлена в большей мере как инструмент управления общественным сознанием, в результате чего она оказалась лишенной творческой самостоятельности. Этот подход можно было бы считать объективным, если бы авторы указали и на очевидное положительное влияние вмешательства правительства в вопросы исторического

27 Алаторцева А.И. Советская историческая наука на переломе 20-30-х годов.// История и сталинизм. -М., 1991

28 Советская историография. - М., 1996.

29 Иллсрицкая Н.В Становление советской историографической традиции- наука, не обретшая лица; Сахаров А.Н. Дискуссия в советской историографии: убитая душа науки; Афанасьев Ю. Н. Феномен советской историографии // Советская историография. - М., 1996 образования. Но сделано этого не было, в результате их выводы представляются несколько однобокими и субъективными, как и в 1930-е годы, отвечающими особенностям политической обстановки и общественному мнению середины 1990-х годов.

Встречались радикальные оценки, вряд ли соответствующие

30 действительному состоянию дел. В статье Н.В. ИллерИЦКОЙ! проведен анализ партийного руководства наукой и его пагубные последствия. В результате автор делает такой вывод: «советская историческая наука перестала быть наукой, так и не предприняв серьезных попыток стать ею». Главенствует мысль о том, что все происходившее в советской исторической науке в 1930-е годы имело сугубо политические причины, было сделано в интересах партий, а следовательно, не может быть признано наукой в чистом виде.

Однако вместе с тем появляются« и более объективные и взвешенные характеристики*взаимоотношений'историков и власти в 30-е

31 годы XX века. Так, статья А.Н. Сахарова посвящена проведению дискуссий в исторической науке на протяжении .советского времени. Они характеризуются как мощный; рычаг «идеологизированной системы, созданной по инициативе партийного руководства». Автор сравнивает «идеологически страстные» дискуссии 20-х — начала 30-х гг. с последующими дискуссиями, посвященными. «традиционным историческим сюжетам, которые пребывали в полном забвении прежде». В статье отмечена особенность советской исторической науки этого периода (1920-х - 1930-х гг.), заключающаяся в том, что наряду с явно негативными последствиями вмешательства. И.В. Сталина, оно послужило развитию фундаментальной науки.

Другой вопрос, получивший достаточно широкое освещение в 1990-е годы, связан с положением «буржуазных» ученых после

30 Иллерицкая Н.В. Становление советской исторической традиции: наука не обретшая лица. // Советская историография. - М, 1996.

31 Сахаров А.Н. Дискуссии в советской историофафии: убитая душа науки». // Советская историография. - М, 1996.

Октябрьской революции и массовыми арестами их в конце 1920-х годов, сопровождавшихся жесткой политической критикой. Были опубликованы некоторые архивные документы, посвященные процессу над историками (С.Ф. Платоновым и Е.В. Тарле), где представлены стенограммы заседаний, критические выступления историков-марксистов против

32 осужденных историков, речи репрессированных ученых . Исследователи старались найти причины столь радикальных действий советского правительства, влияние этих событий на дальнейшее развитие советской исторической науки, развитие научного пути «буржуазных» ученых в последующие годы.

Статья С.О. Шмидта раскрывает судьбу русского историка С.Ф. Платонова33 после революции. Автор рассматривает научную жизнь и' деятельность ученого после 1917 года, его позицию и отношение к советской власти, взаимодействие с историками-марксистами, конфликт с М.Н. Покровским и последующие репрессии, коснувшиеся ряда «буржуазных» историков в конце 1920-х годов: арест, суд, ссылка в Самару. На основе этих событий в статье исследуются особенности становления советской исторической науки, анализируются обвинения, которые выдвигались историками-марксистами в отношении «буржуазных историков». Тем неожиданней кажется столь скорая смена* курса в 1930-е годы, когда правительство поменяло приоритеты и многие историки-марксисты, громившие буржуазную науку попали под жернова репрессий, а дореволюционные ученые смогли вернуться к работе и были обласканы советской властью (Б.Д. Греков, Е.В. Тарле, Ю.В. Готье и др.).

Реакция за рубежом на «Дело историков» отражена в публикации полемической переписки французского историка Альбера Матьеза, выступившего против осуждения Е.В. Тарле, с советскими историками34.

32 Академическое дело. - СПб, 1991

Шмидт С.О. Сергей Федорович Платонов и «Дело Платонова»// Советская историография. - М., 1996.

34 Полемика Альбера Матьеза с советскими историками 1930-1931 гг. // Новая и новейшая история. -1995. -№ 4. i (

Подробно рассмотрены и проанализированы историографическая и

35 идеологическая подоплека дела в монографии B.C. Брачева . Парадокс дальнейшей научной судьбы многих осужденных, которая резко пошла в гору с середины 1930-х годов, как раз тогда, когда были репрессированы многие историки-марксисты, автор связывает с вопросом о создании учебника по истории для школы. Процесс рассмотрен с позиции возвращения державной идеологии и изменившейся политической ситуации, вся кампания по подготовке учебников велась против историков-марксистов, клеймивших «буржуазных историков». Однако о полной реабилитации «буржуазной» историографии в этот период говорить нельзя, так как, отмечает автор, использовались лишь ее идеи государственности и патриотизма. Говоря о критической кампании против М.Н. Покровского, автор кроме политической подоплеки объективно указывает на существование опасности, которую школа М.Н. Покровского представляла для исторической науки.

Вопрос о резкой смене правительственного курса по отношению к «буржуазным» ученым поставлен исследователями, разрабатывающими проблему взаимоотношений дореволюционных историков и советской власти.

Смысл возвращения трудов старых историков. C.B. Константинов36 видит в целях укрепления личной власти И.В. Сталина. Обращение к дореволюционной истории помогло в создании концепции государственного патриотизма, характерной для 1930-х годов и нашедшей отражение в учебнике отечественной истории. В результате, частичная реабилитация работ дореволюционных историков и сотрудничество «буржуазных» историков с советской властью, как и возобновление преподавания отечественной истории в 1930-е годы,

35 Брачсв B.C. «Дело историков» 1929-1931 гг. - СПб, 1997

36 Константинов C.B. Дореволюционная история России в идеологии ВКП(б) 1930- х гг.// Историческая наука России в XX веке. - М., 1997 t привели к росту общего культурного уровня народа, популяризации исторических знаний.

Продолжает звучать тема, посвященная жизни и творчеству М.Н. Покровского. Так, A.A. Чернобаевым написана биография ученого (предшествующие работы больше затрагивали историографические вопросы наследия ученого), в которой на основании большого объема документов изучены все сферы творчества М.Н. Покровского: становление его как ученого, работа в царской России, революционная деятельность до и после Октября 1917 года; научные изыскания, административная и педагогическая деятельность после революции. Портрет ученого создан на фоне эпохи, ее особенностями автор объясняет N многие научные заблуждения ученого, при этом не умаляя его вклада в становление советской исторической науки и советского исторического образования.

Деятельности1 М.Н. Покровского в советский период, трансформации критики его концепции, в том числе после его смерти, а также судьбе учеников М.Н. Покровского, их взаимоотношениям с советской властью, посвящен ряд статей А.Н. Артизова. Автор вводит в научный оборот ряд новых документов и на их основании раскрывает события, происходившие в исторической науке в 1930-е годы на фоне подготовки учебников по истории для школы. Он особо отмечает существование, в первую очередь, политической подоплеки таких событий как посмертное очернение научного наследия М.Н. Покровского, обвинения и репрессии его учеников. Вместе с тем, А.Н. Артизов указывает на те стороны, которые положительно сказались на развитии исторической науки. Работы А.Н. Артизова представляют интерес именно как попытка объективно и непредвзято оценить события середины 1930-х годов в исторической науке и образовании, поэтому хотелось бы несколько подробнее остановиться на некоторых из них.

37 Чернобасв A.A. «Профессор с пикой» или три жизни историка М.Н. Покровского. - М., 1992.

В статье «Критика М.Н. Покровского и его школы»38 автор вслед за М.В. Нечкиной анализирует правительственные документы, появившиеся в январе 1936 года на страницах «Правды» и «Известий», содержавшие острую критику научного наследия М.Н. Покровского и указывавшие на его отрицательное влияние на изучение и преподавание истории, а также определяет основные вехи критической кампании, ее содержание и итоги. Он справедливо отмечает, что критика М.Н. Покровского началась еще в середине 1920-х годов, хотя носила научный характер. Несмотря на это, М.Н. Покровский и его ученики, так называемая «школа», оказали очень большое влияние на изучение и преподавание истории в 1920-е годы, их отличало негативное отношение к буржуазным историкам. Но масштаб кампании не соответствовал действительным ошибкам М.Н. Покровского. Причины кампании, по мнению автора; как и многих других историков, носили политический характер. Здесь же представлен анализ статей в двух сборниках, посвященных критическому разбору научного наследия М.Н. Покровского: одни из них носили чисто обвинительный характер, другие оказались более объективными, но в целом были направлены, на утверждение культа личности, сталинских методов и методологии в исторической науке. Вывод, сделанный автором, заключается в том, что, несмотря на далекие от науки методы проведения критической кампании и сопровождающие ее репрессии, она все же имела объективные основания: преодоление нигилизма по отношению к дореволюционным историкам, отказ историков от увлечения социологическими абстрактными схемами.

Другая статья того же автора посвящена проведению в 1936 году всесоюзного конкурса на лучший учебник по отечественной истории для начальной школы. В первую очередь, рассмотрена роль партийного

38 Артизов А.Н. Критика М.Н. Покровского и его школы (К истории вопроса)».// История СССР. - 1991. -№ 1

39 Артизов А.Н. В угоду взглядам вождя. (Конкурс 1936 г. на учебник по истории СССР)// Кентавр. -1991. - Октябрь-декабрь. руководства того времени в его осуществлении, причины проведения конкурса, ход и особенности конкурсной кампании. Предпринята попытка объективной оценки событий: благотворно ли было влияние на развитие отечественной науки правительственных директив, принятых весной и летом 1934 года. Анализируя правительственные документы 1934 и 1936 годов, автор справедливо отмечает их двойственность и неконкретность, вызвавшие недоумение ученых. Также в статье в общих чертах рассмотрена работа правительства над проектами постановлений о проведении конкурса и его итогах. Установлена связь этих документов с критической кампанией против М.Н. Покровского и его школы, отмечено их сходство, состоящее в том, что обе кампании были организованы одними и теми же людьми, их объединяла общая цель — искоренение любого инакомыслия, превращение исторической науки в послушное орудие формирования угодного вождю политического сознания'масс. Но отмечены автором и положительные моменты действий советского правительства: восстановление истфаков, преодоление научных ошибок М.Н. Покровского, создание патриотически звучащих учебников, использование опыта «старой» школы, что обеспечивало преемственность в отечественной историографии.

Еще одна статья40 рассказывает о судьбе историка H.H. Ванага -ученика М.Н. Покровского, о драматическом окончании его карьеры и жизни, связанном с созданием учебников по истории СССР для школы, их критикой и последующими репрессиями, с обвинениями в террористической деятельности, аресте, расстреле. Освещены основные вехи его биографии, отмечена роль ученого в создании школьных учебников и в становлении советской исторической науки.

Тема продолжена А.Н. Артизовым в статье о жизненном пути других историков-марксистов41 на фоне сталинизации советской

40 Артизов А.Н. Николай Николаевич Ванаг (1899-1937 гг.)// Отечественная история. - 1992. - № 6.

41 Артизов А.Н. Судьбы историков школы М.Н. Покровского// Вопросы истории. - 1994. - № 7 историографии, превращении ее в послушное орудие формирования угодного вождю политического сознания масс. Цель статьи — проследить судьбы тех, кто участвовал в травле «буржуазных» историков в 1929-1931 годах. Большинство из этих историков-марксистов во второй половине 1930-х годов были осуждены и расстреляны. Их жизненный путь в литературе освещен мало, хотя с конца 1920-х годов они занимали ведущее положение в исторической науке, когда с их помощью были отрешены от науки многие «буржуазные» историки. Их очень похожие судьбы рассматриваются на основе материалов уголовных дел репрессированных. Подчинение научной деятельности политической линии партийно-государственного руководства во главе со Сталиным сыграло роковую роль в судьбе историков-марксистов. Оказавшись среди творцов такой политики, они стали затем ее жертвами.

Теоретические размышления о становлении исторической науки после Октябрьской революции^ взаимосвязи истории, идеологии и политики, о социальных и воспитательных функциях истории, возложенных на нее обществом и государственной властью, рассмотрены в ряде статей Г.Д. Алексеевой42. Именно теперь (в 1990-е годы), по мнению автора, необходимо выработать методологические основы исторической науки в России, опираясь на которые, следует объективно и бесстрастно изучить историю исторической науки 1930-х годов.

Несмотря на некоторую тенденциозность большинства работ, вышедших в 1990-е годы, благодаря им в научный оборот было введено много новых документов и материалов, заложен фундамент в исследование ранее старательно избегавшегося историками периода 1930-х годов. Это позволило в начале XXI века подойти к изучению проблем советского исторического образования в 1920-1930-е годы более взвешенно и объективно; проследить эволюцию советской исторической

42 Алексеева Г.Д. История. Идеология. Полигика (20-30-с гг.)// Историческая наука России в XX веке». - М„ 1997. науки и обучения и рассмотреть их не только через призму культа личности Сталина, а во всем многообразии процессов, происходивших в этот период в СССР. Впервые был поднят вопрос о практической стороне навязанной правительством исторической концепции, в частности, вопрос о воспитании патриотизма через преподавание истории.

Проблема влияния правительства, на работу историков поднята в диссертации О.В. Гришаева43. Автор рассматривает вопрос о последовавшей за реформой исторического образования перестройкой исторического образования и науки в СССР через анализ партийно-правительственных документов по вопросам преподавания истории. Делается вывод о том, что события, связанные с реформой исторического образования, привели к концептуальному повороту в понимании« предмета* отечественной* истории и в постановке новых задач перед учеными-исследователями того времени:

Определенный интерес в рамках темы диссертации представляет монография М.В. Зеленова44. В ней рассматривается становление и функционирование советской цензуры- и ее распространение на советскую историческую науку в 1920-е годы, что путем сравнения с ситуацией в 1930-е годы дает возможность проследить процесс усиления контроля власти над наукой.

Внимание историков привлекли вопросы взаимодействия власти и исторического образования не только в сталинскую эпоху, но в более ранние и более поздние периоды45. Увидел свет также ряд статей,

43 Гришаев О.В. Шртийно-правительственная политика в области исторического образования середины-второй половины 1930-х годов-и ее влияние на науку отечественной истории в СССР в предвоенные годы. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. -Воронеж, 2000

44 Зеленое М.В. Аппарат ЦК РКП(б) - ВКП(б), цензура и историческая наука в 1920-е годы. - Нижний Новгород, 2000

45 Володина Т. История в пользу российского юношества. - Тула, 2000; Поваляева Н.Е. История России с древнейших времен до XX века в современных учебниках истории. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. - М., 2004; Аллабердина Г. И. Становление и развитие школьного исторического образования в СССР и Российской Федерации. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. - Уфа, 2003 I

I i посвященных образованию, в том числе историческому, в разное время46. Изучение этих работ дает возможность определить, насколько уникальна была сформировавшаяся в 1930-е годы система взаимоотношений между властью, педагогами и учеными.

Переменам в исторической науке после Октябрьской революции и особенностям ее развития в 1920-е — 1930-е годы посвящена статья Р.Г. Пихои47. Автор размышляет о внешней функции истории, которая-заключается в обосновании, оправдании, обеспечении легитимности современности, и приходит к выводу, что этим самым историческая наука удовлетворяет универсальную потребность любого государства, что было особенно актуально в 1920-е — 1930-е годы. Автор исследует проблему выбора будущего научного пути дореволюционных историков, оставшихся в России, которым пришлось принять или пересмотреть свои взгляды с точки зрения, марксизма, касается1 вопроса о разгроме «буржуазных» историков и последовавшим за ним поворотом к реанимации исторического образования. Этот поворот он предлагает рассматривать, опираясь не только на историографические источники. «Необходимо учитывать более широкий контекст социальнола политического развития СССР» . В частности, он имеет в виду растущее в стране недовольство крестьянства проводимой коллективизацией. Власти недостаточно было сломить крестьянство лишь силой принуждения, а «требовалось обоснование своей исторической законности, доказательства своего исторического права на место в истории России», что и привело к реформе школьного исторического образования, смене научных ориентиров, репрессиям против историков

46 Сысоева Е.К. Московский университет и общеобразовательная школа в ХУШ-н. XX- вв// Вопросы истории. — 2008. - № 6; Она же. Общеобразовательная школа в России в условиях модернизации н. 20 в.// Вестник Московского университета. Серия 8. - 2010. - № 2; Ермолов И.Г. Школьное и профессиональное образование на оккупированной территории РСФСР.// Вопросы истории. - 2009. - № 12

47Пихоя Р.Г. Востребованная временем история. Отечественная историческая наука в 20-30-с годы XX века.// Новая и новейшая история. - 2004. - № 2 Там же. - С. 40. марксистов, начавшимся с письма И.В. Сталина в журнал «Пролетарская революция».

В 2005 году в свет вышло фундаментальное исследование A.M. Дубровского «Историк и власть. Историческая наука в СССР и концепция истории феодальной России в контексте политики и идеологии (19301950-е гг.)»49, ставшее, в некотором смысле, рубежным в изучении данного вопроса. Автор предпринял попытку восстановить атмосферу, в которой жили и трудились историки в СССР в 1930-е - 1950-е годы, показать «людей науки» и «людей власти» в их сотворчестве и противостоянии. Историческая наука рассмотрена как важный элемент культуры советского общества 30-50-х гг. Автор приходит к выводу, что в 1930-е годы интересы власти и науки совпали: историческая наука, прежде гонимая, получила условия для своего развития, но при этом была лишена свободы творчества, возможности использования*широкого круга» литературы. Относительно формирования! идеологической концепции в работе справедливо отмечено, что неверно характеризовать идеологию ВКП(б) лишь как великодержавную, поскольку в сложившейся политической ситуации подобная концепция отвечала интересам обороны страны.

Кроме того, автором рассмотрен широкий круг вопросов, связанных с идеологией большевиков после 1917 года и созданием новой исторической науки. Исследовано отражение исторических событий в советской художественной литературе; обретение исторической наукой нового облика в 1930-е годы, причем особое внимания уделено руководящей работе правительства в контексте истории феодализма; критика М.Н. Покровского, ее значение в процессе складывания новой исторической концепции; тенденции развития науки в 1940-50-е годы; личность историка под контролем власти и вне его.

49 Дубровский А.М. Историк и власть. Историческая наука в СССР и концепция истории феодальной России в контексте политики и идеологии (1930-1950-е гг.). - Брянск, 2005

Как уже было отмечено, в 2000-е годы впервые был поднят вопрос о роли исторического образования в патриотическом воспитании. Этой теме, в частности, посвящена статья Е.Д. Гординой50. Именно через призму задач патриотического воспитания автор рассматривает работу над учебниками по истории для школы в 1930-е годы. Но главное — результат, полученный в процессе реформирования исторического образования и тяжелой и длительной работы над учебниками: «во время войны проверялись на прочность результаты проведенной в 1930-е годы идеологической перестройки, в ходе которой одним из главных инструментов формирования патриотизма стала история, а популяризация образования смогла объединить народы в. борьбе против фашизма».

На основе вышесказанного можно сделать вывод, что работы, посвященные изучению развития исторической науки в 1920-е-1930-е годы, в большинстве своем затрагивают лишь отдельные стороны этого процесса. Только в последнее время появились труды, в которых были поставлены и рассмотрены вопросы реформирования исторического школьного образования довоенного периода51. Исследования вопросов, связанных с эволюцией исторического образования, зачастую являются обобщением, не охватывающим проходившие в системе исторического образования процессы во всем их многообразии. Попытка сделать это предпринята, пожалуй, лишь в монографии А.М. Дубровского, как бы подытожившей и обобщившей историографию прошедших десятилетий. Однако ряд проблем до сих пор остается не освещенным в историографии. К таковым можно отнести, например, влияние экспериментов в области исторического образования на формирование массового исторического сознания в 1920-30-е годы, анализ вышедших в

50 Гордина Е.Д. История как инструмент патриотического воспитания в СССР накануне и в начале Великой Отечественной войны.// Преподавание истории в школе. - 2010. - № 3.

51 См. работы Артизова А.Н., Гришаева О.В., Дубровского А.М. итоге учебников по отечественной истории, закономерность и целесообразность их содержания и некоторые другие.

Научная новизна исследования определяется рядом вопросов, впервые подробно рассмотренных в своей взаимосвязи:

- во-первых, реформы в области исторического образования на протяжении 1920-1930-х годов, изменение задач, которые были поставлены перед системой преподавания отечественной истории на протяжении данного периода;

- во-вторых, двусторонность процесса работы над содержанием предмета «отечественная история», проявившаяся при подготовке, единого стабильного учебника по истории СССР: с одной стороны правительства, с другой стороны ученых-историков;

- в-третьих, результат реформы исторического образования во второй половине 1930-х годов и на его основе выявление взаимодействия власти, общества и науки с помощью образования в указанный период.

Также в работе широко использовались ранее не публиковавшиеся документы, такие как протоколы заседаний правительственной комиссии по учебникам истории, конкурсные рукописи, рецензии на конкурсные рукописи, макеты учебников, письма историков и членов правительства и др.

Практическая значимость работы определяется возможностью использования ее материалов в дальнейшем исследовании эпохи, в частности, исследованию вопросов, посвященных изучению такой важной области как влияние власти на науку, образование, общественное сознание в условиях формирования тоталитарного политического режима в 1930-е годы. Также возможно использование материалов работы при подготовке вузовских лекционных курсов, учебников, учебных и методологических пособий по историографии.

Апробация работы. Основные положения диссертации изложены в научных публикациях, а также в лекционных курсах, в материалах семинарских и практических занятий, проведенных автором в ряде высших учебных заведений.

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения, списка источников и литературы. Во введении обоснованы актуальность темы, ее научная новизна и практическая значимость, цели и задачи работы, рассмотрены источниковая база и историография вопроса.

Похожие диссертационные работы по специальности «Отечественная история», 07.00.02 шифр ВАК

Заключение диссертации по теме «Отечественная история», Пепелина, Наталья Игоревна

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Историческая наука в целом и историческое образование в частности претерпели за довольно непродолжительный период значительные перемены, что связано с кардинальными изменениями в российском государстве. В соответствии с заданной темой исследования следует подчеркнуть основные эволюционные трансформации школьного исторического образования.

Существовавшая до революции историческая концепция не отвечала требованиям нового времени. Помимо того, что она поддерживала строго централизованное монархическое православное государство с ведущей ролью в его историческом развитии русского народа, «буржуазная» историография частично или полностью игнорировала освещение многих важных вопросов российской истории, таких как история народов страны, народных волнений, рабочего движения, русских революций и другие. Отсутствие глубокой методологии истории позволило советской историографии на новом этапе развития говорить о кризисе дореволюционной исторической науки в целом. В силу сказанного дореволюционные учебники не подходили к новым социалистическим реалиям.

Насущное требование пересмотра изложения российской истории привело к двум значительным новшествам. Во-первых, старая историческая наука полностью отрицалась, что имело следствием отказ от специального преподавания истории и замену его обществоведением в рамках введения комплексной системы обучения. Был ли этот шаг предпринят как временная мера или нет - сказать сложно; видимо, до тех пор, пока не была бы создана необходимая база для того, чтобы история смогла выполнять свои воспитательно-политические функции в школе. Во-вторых, происходило формирование новой советской исторической концепции, основанной на марксистской методологии и получившей воплощение в неоднозначном творчестве М.Н Покровского.

Значительное место в труде М.Н. Покровского «Русская история в самом сжатом очерке» занимала попытка противопоставить новое, марксистское видение содержания исторического прошлого страны прежнему, заключавшемуся в трудах «буржуазных» историков. Но труды М.Н. Покровского, являясь первой попыткой переписать отечественную историю с марксистских позиций, во многом ориентировались на реалии настоящего момента, без должного исследования и осмысления научного наследства и, прежде всего, предназначались для популяризации знаний. В результате чего самая распространенная, написанная с марксистской точки зрения работа по отечественной истории в 1920-е годы («Русская история в самом сжатом очерке») имела ряд недостатков, в том числе искусственную деформацию смысла развития исторического процесса в России, и поэтому теоретические вопросы требовали дальнейшей разработки.

Ситуация начала резко меняться в начале 1930-х годов, когда, правительство почувствовало необходимость создания единой исторической концепции, отвечающей требованиям политического момента и решающей вопрос воспитания и формирования массового исторического сознания у населения страны. Оно стремилось осуществлять руководство процессом создания учебников по истории и жесткий контроль его результатов. Это говорит, с одной стороны, об установлении тоталитарного режима в государстве и управлении обществом, с другой стороны, о негативном результате модернизации преподавания истории в 1920-х годах, полученном после относительной творческой свободы и новаторства этого периода. Инициатива реформы общеобразовательной школы, включая историческое образование, с 1930-х годов принадлежала СНК СССР, ЦК ВКП(б) и И.В. Сталину и воплощалась в жизнь под их контролем. Во главу угла преподавания истории была поставлена задача формирования гражданского сознания населения страны в том контексте, которое выгодно правительству. С этой точки зрения история была провозглашена одной из важнейших. гуманитарных дисциплин, дальнейший отказ от преподавания которой выбивал из рук руководства страны мощнейший инструмент воспитания будущих поколений советских: граждан в нужном идеологическом ключе. «Революционная романтика» в начале 30-х годов уже во многих областях уступила место обычному государственному прагматизму. То, что было выгодно государству, немедленно бралось на вооружение вне зависимости от того, насколько оно отвечало «идеалам Октября». В области исторического образования это выразилось в том, что для достижения положительного результата в некоторых принципиально важных вопросах изложения отечественной истории; в отличие от предыдущего десятилетия, обратились как: раз к дореволюционному опыту, приспосабливая его для нужд советского образования. С другой стороны, были выработаны новые принципы обучения, например, стало очевидно (опыт 1920-х годов показал это), что отсутствие стабильности позволяет допускать определенное разнообразие мнений, которого не должно быть при толковании исторических событий; фактов^ и т.д. История Отечества, по мнению советского правительства, должна была отвечать интересам партии; государства, а для этого необходимо было строгое единство, не допускавшее разночтений. Правительство желало получить не просто новую «агитку» с историческим уклоном, а полноценный учебник, отвечающий научным; методологическим и педагогическим принципам, но с ярко выраженной политической составляющей. Подготовка и выпуск учебника должны были стать очередной ступенью в реформировании исторического образования. Но здесь правительство столкнулось с непониманием авторами учебника задач, которые оно перед ними поставило.

Историки должны были обратить внимание на очень нетипичную рекомендацию сверху обратиться к учебникам «буржуазных» историков с целью перенять некоторый опыт в изложении событий. В старых учебниках на первом плане стояли как раз воспитательные задачи, в содержании были освещены примеры патриотизма, величие государства, поддерживалась уверенность в правильных действиях правительства, и осуждались те деяния, которые приводили к расшатыванию государственного строя. По сути, историкам было предложено не «изобретать велосипед», а переосмыслить старые учебники с новых позиций марксистской науки. Вполне вероятно, что причиной появления подобных предложений на данном этапе было всего лишь желание правительства получить новый учебник как можно скорее, а не недовольство господствующей в то время в исторической науке теорией М.Н. Покровского. Но ученым, большинство из которых являлись учениками М.Н. Покровского и, следовательно, впитали его убеждения, а также всем историкам-марксистам, громившим в 1920-е годы «буржуазную» историографию, было сложно отказаться от принятого в 1920-е годы подхода к истории Отечества, так как. именно они старались создать новую советскую историческую науку и взгляд на историческое прошлое страны, до определенной степени сами являлись творцами этих убеждений. Вероятно, членам правительства, не имевшим специального исторического образования и не занимавшимся с научной точки зрения теоретическими вопросами истории, было легче переориентироваться в связи с изменявшимися требованиями к предмету в рамках политических преобразований. С другой стороны, ряд господствовавших в дореволюционных учебниках положений явно не удовлетворял современным требованиям, и их следовало кардинально пересмотреть. А многие вопросы, как например, история народов СССР, период социалистического строительства и др. оказались просто не изучены в советской историографии, что также серьезно затрудняло работу историков. Историки не сразу смогли сориентироваться в переменах изменяющейся идеологической линии правительства, и по-прежнему придерживались концепции, принятой в 1920-е годы, механически стараясь подвести ее к требованиям правительства. Историки долго не могли перейти от теоретических построений к решению конкретных воспитательных и политических задач. Ученые, не сразу поняв требования правительства, оказались заложниками своих оформившихся убеждений. Правительство в этой ситуации не искало компромиссов, а найдя камень преткновения - учение М.Н. Покровского, не отступало от него, доведя критику до политических обвинений, лишь бы в кратчайшие сроки добиться от ученых нужного результата.

Реформа исторического образования, правительственная кампания по созданию исторических учебников и сопровождавшие ее события носили позитивные и негативные черты. Положительными моментами явились: создание стабильного учебника, грамотного с методической, лингвистической, научной сторон, что способствовало повышению качества исторического образования; разработка- новых проблем, неисследованных до этого в отечественной историографии; ярко выраженная воспитательная функция, формирование патриотизма и гражданской ответственности у подрастающего поколения. К негативным сторонам можно отнести: чрезмерную политизированность содержания исторического процесса, замалчивание неудобных правительству фактов, установление четких рамок в научных исторических исследованиях. Именно на примере конкурса на учебник по истории отрабатывались основные положения будущей советской исторической науки. Парадоксальность и необычность ситуации заключалась в том, что первый выпущенный в школы учебник - «Элементарный курс истории СССР для начальной школы» под редакцией проф. A.B. Шестакова - стал не отображением существующей позиции официальной науки, а буквально её локомотивом, образцом трактовки событий не только для последующих учебников, но и для исторических исследований, особенно периода современности, т.е. 1930-х годов, не допускавших никакого инакомыслия. Естественно, никакая существенная корректировка основных положений, изложенных в учебнике, путем изучения дополнительной литературы не могла быть достигнута.

Кроме того, в результате конкурса на лучший учебник по отечественной истории для начальной школы был получен своеобразный срез массового сознания, с одной стороны, показавший чрезвычайно низкий уровень грамотности населения в вопросах истории и политики, с другой стороны, обнаруживший социальную активность и неравнодушие граждан к задачам, поставленным правительством.

Вышедший в результате учебник по отечественной истории для начальной школы под редакцией профессора A.B. Шестакова стал достаточно типичным продуктом своего времени. Содержание учебника истории определяется несколькими факторами:

- политическая ситуация - внешняя и внутренняя;

- уровень развития науки;

- степень творческой свободы общества (его уровень культуры и образования, экономические и социальные показатели, зависимость от политики).

Работа над первыми вариантами учебника по отечественной истории шла более трех лет. Это довольно сложные годы в истории нашей страны, что сказалось на содержании учебника под редакцией A.B. Шестакова и на вышедшем вскоре учебником для средней школы под редакцией А.М. Панкратовой Во внешней политике для СССР главными задачами этого периода было противостояние фашисткой агрессии и поиск союзников в возможной войне. Поэтому в учебнике должны были найти отражение четко обозначенная позиция СССР в сложившейся международной ситуации. В содержании учебного материала были особенно валены идеи патриотизма, единства государства перед лицом общей опасности, несмотря на его федеративный характер и многонациональность населения. Внутренняя политика этого периода -культ личности, сильная политическая власть, борьба с «врагами народа», громкие политические процессы, участниками которых оказались многие старые большевики. Это происходило на фоне коллективизации и индустриализации. Власти (Сталину) была необходима поддержка народа в борьбе с реальными и мнимыми врагами, укрепление власти внутри страны, единство идеологии масс, поддерживающих эту власть.

Можно сделать вывод, что иным в тот исторический момент учебник для начальной школы (и вышедшие вслед за ним уже без излишнего привлечения внимания учебники по истории СССР для средней школы, затем для высших учебных заведений) быть не мог. Это был учебник с твердо выдержанной идеологической линией, отражающий официально принятую историческую концепцию, созданную в интересах существующего государственного строя и с учетом внутреннего и внешнего политического момента. Но при этом он представлял собой коллективное исследование виднейших советских историков и стал, в своем роде, научным достижением этого периода, попыткой первого обобщающего труда и с точки зрения использования нового исследовательского материала (например, история народов, вопросы смены социально-экономических формаций, история освободительного движения в России и проч.), и с точки зрения воплощения новой государственной исторической концепции и ее влияния на историческое сознание населения. ч

В результате работы над учебником по истории СССР для начальной школы, в середине 1930-х годов в СССР сформировалась четкая историческая концепция, просуществовавшая без принципиальных изменений вплоть до распада Советского Союза. Эта концепция, отраженная в учебниках по истории, играла важную роль в формировании правильного с точки зрения руководства страны исторического мировоззрения молодежи, хотя, конечно, в эпоху развития средств массовых коммуникаций она по сравнению с 30-ми годами XX века, безусловно, снижалась. Отголоски этого мировоззрения до сих пор сильны в сознании жителей России. Мы продолжаем испытывать справедливое чувство гордости, когда слышим о победах на Нудском озере, в Отечественной войне 1812 года, в Великой Отечественной войне. Имена Кузьмы Минина, Дмитрия Пожарского, Михаила Кутузова, Георгия Жукова, Юрия Гагарина и тысяч других наших соотечественников по праву до сих пор занимают почетное место в зале славы наших предков. В исторической науке современной России сложилась ситуация, во многом повторяющая ситуацию 1920-х годов в СССР. На фоне пересмотра многих постулатов советской историографии идет постоянная борьба мнений о самых различных аспектах отечественной истории. Особенно жаркие споры вызывает личность Сталина и его роль в истории советского государства. К сожалению, эта борьба во всем своем многообразии выплескивается не только на страницы газет, журналов и книг, телеэкраны и радиопрограммы, но и в школьные учебники. В огромной массе учебной исторической литературы представлено большое количество самых разнообразных, иногда совершенно некомпетентных мнений, зачастую противоречащих друг другу361. Все это дезориентирует учащихся, история утрачивает свою воспитательную функцию, что является одним из факторов морального упадка современной молодежи. Не случайно уже сегодня все громче раздаются голоса за возвращение в школы единого стабильного учебника. Возможно, в демократическом обществе, к созданию которого стремится наша страна, существование одного-единственного учебника стало бы рудиментом тоталитарного государства. Ведь дореволюционный опыт показал, что наличие разнообразных учебных книг, написанных представителями разных политических течений, не отражается на качестве образования, если эти книги отвечают всем требованиям, предъявляемым к подобного рода литературе. Проблемой на

361 В этой связи показательны оценки личности Сталина, варьирующиеся от определений «кровавый тиран» до «эффективный менеджер». сегодняшний день, как и в 1920-е годы является именно отсутствие четкой государственной исторической концепции. Начавшиеся в 1990-х годах бурные дискуссии вокруг наиболее острых моментов в отечественной истории дезориентировали в понимании этих вопросов не только общество, но и государственную власть. Несмотря на предпринимаемые в последнее время попытки со стороны государства определиться со своим отношением к событиям прошлого (например, создание т.н. «комиссии по противодействию фальсификации истории»), четкой и внятной официальной исторической концепции до сих пор не выработано. Её отсутствие не позволяет создать систему отбора учебной литературы, прежде всего для школы, где существующий сегодня слишком широкий плюрализм мнений выглядит не совсем уместно. Таким образом, на сегодняшний день государство окончательно не определилось, на каких же примерах оно хочет воспитывать юных граждан и каким хочет видеть будущее поколение.

Изучение опыта эволюции исторического образования в 1920-1930-е годы в ныне сложившейся ситуации весьма актуально. Это позволяет оценить его результаты, принять положительные и отвергнуть негативные черты и последствия проведенных реформ. На сегодняшний день при наличии, многообразия мнений, часто некомпетентных в изложении отечественной истории, важно наличие стабильного единого учебника, выполняющий помимо образовательной, общественно-воспитательную функцию. Учебник, несомненно, должен отражать определенную идеологию, поддерживающую интересы государства, а не управленческого аппарата. Под идеологической основой понимаются патриотизм, гражданская ответственность, чувство социальной справедливости, толерантность, что не исключает наличия разнообразия линий, отраженных в исторической литературе, статьях, исследованиях и т.д. Это позволит формировать собственное историческое мировоззрение граждан, которое закладывается при изучении отечественной истории.

Как и в 1930-е годы, к работе над составлением учебника необходимо привлекать педагогов и методистов. В разумных пределах важны контроль и участие правительства в создании учебника по истории, во избежание научных или политических дискуссий на его страницах, ибо спорные моменты изучения исторического процесса должны быть освещены в учебнике в соответствии с интересами государства. В учебнике следует отражать общее состояние отечественной науки, а не какую-либо одну научную концепцию. Тогда в дальнейшем, уже в условиях сформировавшегося нравственного гражданского сознания, появится возможность предложить школе альтернативы в выборе учебника по отечественной истории.

Список литературы диссертационного исследования кандидат исторических наук Пепелина, Наталья Игоревна, 2011 год

1. Сборники, содержащие опубликованные официальные документы идирективные статьи.

2. Бюллетень НКП РСФСР. 1930-1935.

3. Бюллетень официальных распоряжений и сообщений НКП. 1921-1923.

4. Еженедельник НКП РСФСР. 1923-1929.

5. Народное образование в СССР 1917-1973. М., 1974.

6. О преподавании истории в школе. Постановления СНК СССР и ЦКВКП(б) и руководящие статьи. М.,1936.

7. Об изучении истории СССР. М., 1938.

8. Сборник декретов и постановлений РКП по народному образованию. Вып. I П. - М., 1918-1920.

9. Сборник приказов и распоряжений по НКП РСФСР. М.,19351941.

10. И.В. Сталин. Историческая идеология в СССР в. 1920-1950-е годы: переписка с историками, статьи и заметки по истории, стенограммы выступлений. Составитель М.В. Зеленов. СПб., 2006.

11. Официальные документы и директивные статьи, опубликованные впериодической печати.

12. Бубнов А.С. Итоги 1932/1933 учебного года по преподаванию основных предметов в начальной и средней школе.// Коммунистическое просвещение. 1933. - № 4.

13. Бухарин Н.И. Нужна ли нам марксистская историческая наука (о некоторых существенно важных, но несостоятельных взглядах тов. М.Н. Покровского)// Известия. 27 января 1936.

14. Быстрянский В.А. За преподавание истории по-новому// За коммунистическое просвещение: 12 февраля 1936:

15. Быстрянский В.А. Критические замечания об учебниках по истории СССР//Правда. 1 февраля 1936.

16. В Совнаркоме СССР и ЦК ВКП(б)// Известия. 27 января 1936; Правда: 27 января 1936. •

17. За высокое качество советской школы// Правда. 16 мая 1934.

18. Знать и любить историю своей Родины// Правда. 07 марта 1936.8: Замечания товарищей Сталина, Кирова, Жданова о конспекте учебника по «Новой истории» // Известия. 27 января 1936; Правда. 27 января 1936.

19. Замечания товарищей Сталина; Кирова, Жданова по поводу конспекта учебника по «Истории СССР»// Известия. 27 января 1936; Правда. 27 января 1936.10. «Краткий курс истории СССР» под редакцией А.В. Шестакова// Большевик. 1937. - № 17.

20. Луначарский А.В. Значение новых программ// Народное просвещение. 1923. - № 4-51. V1 1

21. Луначарский A.B. Наши текущие задачи.// Народное просвещение. 1923. - № 4-5

22. Луначарский A.B. Речь на торжественном заседании коллегии НКП 26.10.1920// Народное просвещение. 1921. - № 76-78.

23. Мальцев; А.К. Советской школе высококачественный стабильный учебник// Коммунистическое просвещение. - 1933. - № 1.

24. Панкратова А.М. За большевистское преподавание истории// Большевик. 1934. - № 23.

25. Покровский М.Н. Программы П ступени// Народное просвещение. 1923. - № 4-5.

26. Покровский М.Н. Прения по докладу Л.П. Мамета// Историк-марксист. 1927. - № 4.

27. Постановление жюри правительственной комиссии по конкурсу на лучший учебник для 3 и 4 классов средней школы по истории СССР// Правда. 22 августа 1937.

28. Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) о подготовке учебников для школы//Известия. 27 января 1936; Правда. 27 января 1936.

29. Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «О преподавании гражданской истории в школе»// Историк-марксист. 1934: т. 3; Правда. 16 мая 1934.

30. Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «Об организации конкурса на лучший учебник для начальной школы по элементарному курсу СССР с краткими сведениями по всеобщей истории»// Правда. 04 марта 1936.

31. Шестаков A.B. Основные проблемы учебника «Краткий курс истории СССР»//Историк-марксист. 1937. - № 3.1. Труды ученых.

32. Беллярминов И.И. Элементарный курс всеобщей и русской истории. -М., 1911.

33. Ванаг Н.Н., Греков Д.Б., Панркатова А.М., Пионтковский. История СССР. Учебник-макет. М., 1936.

34. Данилов А.А., Косулина Л.Г. История России: с древнейших времен до конца XVI в. М., 2009.

35. История СССР. Краткий курс. Под ред. А.В. Шестакова. М.,1938.

36. Ключевский В.О. Русская история. М., 1993.

37. Коваленский М.Н. Элементарный учебник русской истории для начальных училищ. Пг., 1916.

38. Краткие очерки русской истории: курс старшего возраста./ Составитель Д.И. Иловайский. М., 1985.

39. Краткий,курс истории для СССР. Учебник для 3 и 4 классов. Под ред. А.В. Шестакова. М., 1937.

40. Минц И.И., Маракович Е.А., Нечкина М.В. Элементарный курс истории СССР для начальной школы. Учебник-макет. Ml, 1936.

41. Панкратова A.M., Базилевич К.В., Бахрушин С.В:, Фохт А.В. История СССР. Учебник для 8, 9,10 классов. Макет. М., 1938.

42. Платонов С.Ф. Лекции по русской истории. Петрозаводск,1996.

43. Покровский М.Н. Русская история в самом сжатом очерке. -М., 1933.

44. Против антимарксисткой концепции М.Н. Покровского. М.-Л., 1940.

45. Против исторической концепции М.Н. Покровского. М. -Л.,1939.

46. Рожков Н.А. Учебник русской истории для средних учебных заведений и для самообразования. М., 1907.1. П. Литература1. «Академическое дело» 1929-1931. СПб, 1993.

47. Алаторцева А.И. Дискуссия о «Народной воле» в советской исторической науке конца 1920-х начала 1930-х годов.// История и историки. - М., 1990.

48. Алаторцева А.И. Журнал «Историк-марксист». М., 1979.

49. Алаторцева А.И. Советская историческая наука на переломе 20-30-х годов.// История и сталинизм. М., 1991.

50. Алаторцева А.И. Советская историческая периодика 1917-сер. 1930-х гг. -М., 1989.

51. Аллабердина Г.И. Становление и развитие школьного исторического образования в СССР и Российской Федерации. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Уфа, 2003.

52. Алексеева Г.Д. Возникновение советской исторической науки.// История СССР. 1960. - № 1.

53. Алексеева Г.Д. Идеологические процессы в России 20-30-годов XX века.// Труды Института российской истории. Вып. 4. М., 2004.

54. Алексеева Г.Д. Из истории разработки теоретических проблем в советской исторической науки (20-е-н.30-х гг. XX века).// История и историки, 1971. М., 1973.

55. Алексеева Г.Д. Историческая наука в России. Идеология. Политика. (60-80-е годы XX века). М., 2003.

56. Алексеева Г.Д. Историческая наука в России после победы Октябрьской революции. // Россия в XX веке. Судьбы исторической науки. М., 1996.

57. Алексеева Г.Д. История. Идеология. Политика. (20-30-е гг.).// Историческая наука России в XX веке. М., 1997.

58. Алексеева Г.Д. Октябрьская революция и историческая наука в 1917-1923 гг.-М„ 1968.

59. Алленова В.А. Реформа высшего исторического образования 1934-1940 гг. и предшествующий опыт университетской подготовки кадров историков// Развитие исторического образования в СССР. -Воронеж, 1986.

60. Артизов А.Н. В угоду взглядам вождя (конкурс 1936 г. на учебник по истории СССР).// «Кентавр». 1991. - Октябрь-декабрь.

61. Артизов А.Н. Критика М.Н. Покровского и его школы (к истории вопроса).// «История СССР». 1991. - № 1.

62. Артизов А.Н. Николай Николаевич Ванаг (1899-1937).// «Отечественная история». 1992. - № 6.

63. Артизов А.Н. Судьба историков школы М.Н. Покровского (середина 1930-х годов)// «Вопросы истории». 1994. - № 7.

64. Афанасьев Ю.Н. Феномен советской историографии//Советская историография. М., 1996.

65. Барг М.А. Эпохи и идеи: становление историзма. М., 1987.

66. Большая победа на историческом фронте// Исторический журнал. 1937. - № 8.

67. Бущик Л.П. Вопросы преподавания истории СССР. М., 1949.

68. Бущик Л.П. Очерк развития школьного образования в СССР. -М., 1961.

69. Бущик Л.П., Панкратова А.М. Вопросы преподавания истории СССР в свете решений XX съезда КПСС. М., 1956.

70. Брачев B.C. «Дело историков» 1929-1931. СПб, 1997.

71. Володина Т. история в пользу российского юношества. Тула,2000.

72. Вопросы методологии истории исторической науки. Вып. 1-5. М., 1977-1987.1

73. Герасименко Г. А. О взаимовлиянии тоталитаризма и исторической науки в СССР// Россия в XX веке. Историки мира спорят. -М., 1994.

74. Гордина Е.Д. История как инструмент патриотического воспитания в СССР накануне и в начале Великой Отечественной войны.// Преподавание истории в школе. 2010. - № 3.

75. Гришаев. О.В. К вопросу о новациях в исторической науке, отечественной истории и исторического образования середины 1920-х -2ой половины 1930-х гг.// Страницы истории и историографии Отечества. Вып. 1. -Воронеж, 1997.

76. Демченко П.А. Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «О преподавании истории в школах СССР» и вопросы совершенствования школьного образования// Развитие исторического образования в СССР. -Воронеж, 1986.

77. Дубровский А.М. A.A. Жданов в работе над школьным учебником истории.// Отечественная культура и историческая наука XVm-XX веков. Брянск, 1996.

78. Дубровский А.М. Историк и власть. Брянск, 2005.

79. Дубровский А.М. Историческая мысль в «скрытой культуре».// Отечественная культура и историческая мысль 18-20 вв. -Брянск, 1999.

80. Дубровский С.М. М.Н. Покровский и его роль в марксисткой разработке истории России.// Очерки истории исторической науки в СССР.-М., 1963.-Т. 3.

81. Дунаевский В.А. О письме Сталина в редакцию журнала «Пролетарская революция» и его воздействие на науку и судьбы людей// История и сталинизм. М., 1991.

82. Ермолов И.Г. Школьное и профессиональное образование на оккупированной территории РСФСР.// Вопросы истории. 2009. - № 12.

83. Закс А.Б. Из истории пропаганды исторических знаний советскими историческими музеями// История и историки. М., 1980.

84. Зеленов М.В. Аппарат ЦК РКП(б) ВКП(б), цензура и историческая наука в 1920-е годы. - Нижний Новгород, 2000.

85. Зеленов М.В. Как Сталин критиковал и редактировал конспекты школьных учебников по истории (1934-1936 годы).// «Вопросы истории». 2004. - № 6.

86. Зиновьев М.А. Очерки преподавания истории. М., 1955.

87. Иванова JI.B. У истоков советской исторической науки в 1917-1929 (Подготовка кадров историков-марксистов). М., 1968.

88. Иллерицкая Н.В. Становление советской историографической традиции: наука, не обретшая лица// Советская историография. М., 1996.

89. Историки России ХУШ-ХХ веков/ Под ред. A.A. Чернобаева. -М., 1996.

90. Историческая наука в 1920-1930-е гг.// История и историки. -М., 1990.

91. Историческая наука в Московском университете 1934-1984. -М., 1984.

92. История исторической науки в СССР. Советский период. М.,1980.

93. Как вернули Соловьева и Ключевского. Переворот в исторической науке, устроенный товарищем Сталиным.// Родина. 2008. -№6.

94. Кобрин В.Б. Кому ты опасен, историк? М., 1992.

95. Кобрин В.Б. Под прессом идеологии// Вестник АН СССР. -1990. -№12.

96. Колосков А.Г. Школьное образование в СССР.// Советская педагогика. 1988. - № 8.

97. Константинов C.B. Дореволюционная история России в идеологии ВКП(б) 1930-х гг. //Историческая наука России XX в. М., 1997.

98. Королев Ф.Ф. Очерки по истории советской школы и педагогике 1917-1920. М., 1958.

99. Литвин A.JI. Без права на мысль. Казань, 1994.

100. Луцкий Е.А. Завершение процесса консолидации советских историков на марксистко-ленинской методологической основе// Историография истории СССР: Эпоха социализма. М., 1982.

101. Мадараш О.М. Историческая наука в МГУ// Вестник МГУ. 1984. № 2.

102. Маньковская И.Л., Шарапов Ю.П. Культ личности и историко-партийная наука// Вопросы истории КПСС. 1990. - № 6.

103. Маслов H.H. «Краткий курс истории ВКП(б)» энциклопедия культа личности Сталина// Вопросы истории КПСС. - 1988. -№11.

104. Маслов H.H. «Краткий курс истории ВКП(б)» энциклопедия и идеология сталинизма и постсталинизма: 1938-1988 гг.// Советская историография. - М., 1996.

105. Материалы всесоюзного совещания историков. М., 1962.

106. Найденов М.Е. Постановление от 15.05.1934 и его значение для исторической науки.// Вестник МГУ. Сер. 8. История. 1985. - № 5.

107. Нечкина M.B. Вопрос о М.Н. Покровском в постановлениях партии и правительства 1934-1938 гг. о преподавании истории и исторической науке (к источниковедческой стороне вопроса).// Исторические записки.- М., 1990. Т. 118.

108. Новые учебники по истории// Правда от 28.08.1940. № 239.

109. Опенкин JI.A. Механизм торможения в сфере общественных наук: истоки возникновения, факторы воспроизводства// История СССР. -1989. № 4.

110. Очерки истории исторической науки в СССР. В 5 томах. М., 1955-1985.

111. Панкратова А.М. Сталин и историческая наука// Историк-марксист. -1940. № 1.69. 50 лет советской исторической науки. М., 1971.

112. Пихоя Р.Г. Востребованная временем» история. Отечественная историческая наука в 20-30-е годы XX века.// «Новая и новейшая история». 2004. - № 2.

113. Поваляева Н.Е. История России с древнейших времен до XX века в современных учебниках истории. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. М., 2004'.

114. Полемика Альбера Матьеза с советскими историками1930-1931 гг.// Новая и новейшая история. 1995. - № 4.

115. Попов И.П. Историческая обусловленность постановления СЯК СССР и ЦК ВКП(б) от 15 мая 1934 г. и главные шаги партии и правительства по его реализации в довоенное время// Развитие исторического образования в СССР. Воронеж, 1986.

116. Проблемы отечественной и зарубежной историографии. Казань, 1998.

117. Простоволосова Л.Н., Станиславский. «Мы учим советских людей, а не древних греков»// История СССР. 1989. - № 6.

118. Советская историческая наука от XX к ХХП съездам КПСС. -М., 1962.

119. Соколов О.Д. М.Н. Покровский и советская историческая наука. М., 1970.

120. Соловей В.Д. Историческая наука и политика в СССР в 19201930-е гг.//Историческое значение НЭПа. М., 1990.

121. Сучков И.В. Учительство в России в к. XIX -н. XX вв. М.,1998.

122. Сысоева Е.К. Московский университет и общеобразовательная школа в ХУШ н. XX вв.// Вопросы истории. -2008.-№6.

123. Сысоева Е.К. Общеобразовательная школа в России в условиях модернизации н. 20 в.// Вестник Московского университета. Серия 8. История. 2010. - № 2.

124. Ульяновская В.А. Формирование научной интеллигенции в СССР. 1917-1937 годы. М., 1966.

125. Фохт A.B. Некоторые выводы по работе в 3-4 классах с учебником «Краткий курс истории СССР» под редакцией проф. A.B. Шестакова//Исторический журнал. 1938. - № 1.

126. Фукс А.Н. Историографическое значение учебников и учебных пособий по русской истории для средних учебных заведений 90-е гг. XIX в. — 1917 г. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. М., 1983.

127. Фукс А.Н. Школьные учебники по русской истории 1861-1917 гг.-М., 1985.

128. Черепнин Л.Д. М.Н. Покровский и его роль в развитии советской исторической науки.// Очерки истории исторической науки в СССР.-М., 1966.-Т. 4.

129. Чернобаев A.A. «Профессор с пикой» или три жизни историка М.Н. Покровского. М., 1992.

130. Шаханов А.Н. Русская историческая наука второй половины XIX — начала XX века: Московский и Петербургский университеты. М., 2003.

131. Шестаков А.В. Как преподавать историю СССР по новому учебнику// Исторический журнал. 1937. - № 8.

132. Шмидт С.О. Сергей Федорович Платонов и «Дело Платонова».// Россия XX век. Советская историография. М., 1996.

133. Щодра О.М. Историческая наука в Московском университете 1934-1941. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. М., 1984.

134. Энтин Дж. Интеллектуальные предпосылки утверждения сталинизма в советской историографии.// «Вопросы истории». 1995. - № 5-6.

135. Энтин Дж. Советская историческая наука 1920-1930 гг. в освещении английской и американской историографии.// Россия 19-20 вв. Взгляд зарубежных историков. -М., 1996

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.