Особенности взаимовлияния религиозного сознания и языка в философии П.А. Флоренского тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 00.00.00, кандидат наук Жукова Марина Владимировна

• Жукова Марина Владимировна
• кандидат наук
• 2025

Оглавление диссертации кандидат наук Жукова Марина Владимировна

Введение

Глава 1. «Новое религиозное сознание» и философский опыт П. А. Флоренского

1.1. П. А. Флоренский и «Христианское братство борьбы»

1.2. «Новое религиозное сознание»: Д. С. Мережковский и П. А. Флоренский

1.3. Н. А. Бердяев и П. А. Флоренский: творчество нового религиозного сознания

1.4. Эпоха символизма и П. А. Флоренский

Глава 2. Методологические основания философии П. А. Флоренского

2.1. Символизм в философии П. А. Флоренского

2.2. Аритмология как символическое устройство мира

2.3. Антиномия как форма суждений, описывающих аритмологически устроенный мир

2.4. Антропологические следствия теодицеи и антроподицеи в философии П. А. Флоренского

Глава 3. Язык в философских представлениях П. А. Флоренского

3.1. Антиномическая природа языка в философии П. А. Флоренского

3.2. Имя собственное и другие формы языка

3.3. Имяславие как основание философии языка

Глава 4. Религиозное сознание и его концептуализация в философии П. А. Флоренского

4.1. Сознание: этимологический поиск

4.2. Подходы к определению сознания в Московской Духовной Академии

4.3. Вера и религиозное переживание в философии П. А. Флоренского

4.4. Кристаллизация понятия религиозного сознания в философии П. А. Флоренского

4.5. Словесное служение в философии П. А. Флоренского

4.6. Язык и новое религиозное сознание в религиозно-философской концепции П. А. Флоренского

Заключение

Список литературы

Введение

Интерес к русской религиозной философии в последние несколько десятилетий значительно возрос. В большинстве научных работ актуальность обращения к творческому наследию эпохи духовного ренессанса в России обосновывается с точки зрения решения историко-культурологических, социологических или политических проблем современности. В данном ключе рассматривалась и философская мысль Павла Александровича Флоренского (18821937). Творческое наследие мыслителя многогранно, насыщенно размышлениями на самые разнообразные темы - от особенностей строения природы до онтологического основания мироздания. Результатом его творческого пути становится целостная философская система, истоками которой выступают религиозное, философское и научное направления мысли, вбирающие в себя достижения новейших течений философии, естественно-научного знания и теологическую традицию1.

Философские открытия Флоренского во многом предвосхищают развитие научно-философской мысли в ХХ в. Одной из таких областей является философия языка, получившая активное развитие в современных направлениях философии. Это явление связано с лингвистическим поворотом, развитием идеи интертекстуальности и постструктуралистского направления философии2. Параллельно мыслителями той эпохи активно рассматривались феномены сознания и религиозного сознания, что отражено в результатах философских поисков феноменологии, экзистенциализма, аналитической философии, психоанализа, философской антропологии. Одним из следствий развития вопросов

1 Гальцева Р. А. Мысль как воля и представление (Утопия и идеология в философском сознании П. А. Флоренского) // П. А. Флоренский: pro et contra / ред. К. Г. Исупов. Спб.: Издательство РХГА, 2001; Павлюченков Н. Н. «Старое» и «новое» религиозное сознание в трудах священника Павла Флоренского // Христианское чтение № 4, 2017; Шапошников В. А. Математика как ключ к мировоззрению // Обретая путь. Павел Флоренский в университетские годы / ред. П. В. Флоренский. В 2-х томах. М.: Прогресс-Традиция, 2011. Т. 1; Паршин А. Н., Седых О. М. Конкретная метафизика священника Павла Флоренского // Философия России первой половины ХХ века. Павел Александрович Флоренский / ред. А. Н. Паршин, О. М. Седых. М.: РОССПЭН,

2 Кильдяшов М. А. Лингвистическое осмысление теории интертекстуальности / М. А. Кильдяшов // Вестник Оренбургского государственного университета. 2011. № 17.; Ладов В. А. Онтологическая проблематика в аналитической философии / В.А. Ладов // Эпистемология и философия науки. 2010. № 1 (23).; Сидорова, Л. П., Шнырёва, О. Е. Лингвистический аспект становления неклассической рациональности / Л. П. Сидорова, О. Е. Шнырёва // Симбирский научный вестник. 2014. № 2 (16).

о соотношении языка и сознания стали смежные проблемы, подчеркивающие неоднозначность их взаимодействия. Примером может быть названа гипотеза Сепира-Уорфа, указавшая на непосредственное влияние языка на сознание человека. Данная гипотеза имела как сторонников, так и противников, пережила периоды ее подтверждения и опровержения, наиболее острая критика была высказана Н. Хомским, автором генеративной лингвистики3. Современные дискуссии на тему взаимовлияния языка и сознания не снижают своей интенсивности, свидетельствуя о том, что этот вопрос сохраняет свою актуальность.

Философские поиски Флоренского во многом связаны с глубоко переживаемым религиозным опытом и представляют собой постановку философской проблемы языка и сознания как проблемы веры в духовный Абсолют, что предполагает разговор, в первую очередь, о сознании религиозном. Взаимодействие религиозного сознания и языка раскрывается на аксиологическом и гносеологическом уровне, однако, характер данных взаимовлияний неочевиден и требует подробного рассмотрения, как теоретического, с необходимой процедурой аналитической реконструкции языковой концепции Флоренского, так и историко-философского, позволяющего оценить его поиск и философские решения в контексте развития философских проблем сознания и языка в европейской и русской мысли. Представленное религиозным сознанием самосознание верующего человека и используемый человеком язык находятся во взаимоотношении, приводящем, по мысли Флоренского, к формированию нового религиозного сознания. Новое религиозное сознание здесь выступает и как результат философских построений, описывающий новый модус духовно-интеллектуального опыта личности, и как историко-культурный феномен русской интеллектуальной культуры начала ХХ в., известный как «Новое религиозное сознание», ставшее одним из определяющих течений эпохи, тесно связанным с общим философским поиском Флоренского и важным для верного истолкования его представлений4.

3 Chomsky N. Syntactic Structures. The Hague: Mouton,

4 Бердяев H. A. Стилизованное православие (о. Павел Флоренский) // П. А. Флоренский: pro et contra / ред. К. Г. Исупов. Спб.: Издательство РХГА, 2001. С. 276.; Бонецкая Н. К. П. А. Флоренский и «новое религиозное

Формула нового религиозного сознания во многом определила направленность религиозно-философских дискуссий в России в начале ХХ века, представления о новом религиозном сознании складывалось в первую очередь благодаря духовным и практическим поискам Мережковских, Философова, Розанова, Бердяева. Целью участников этого движения было установление новых способов жизнетворчества, стремящегося к спасению человечества5. Возникшие на основе специфического прочтения христианства авторские метафизические и культурфилософские программы не могли в полной мере устроить Флоренского, так как представляли собой образ жизни вне церкви как конвенциального института, предполагающего возможность спасения исключительно в церковных стенах. При этом Флоренский также чувствовал необходимость обновления церковной и религиозно-общественной жизни, результатом чего стали философские поиски, направленные на разрешение мировоззренческого кризиса, борьбу с религиозной двойственностью и культурным упадком. Одним из результатов такого поиска стала авторская концепция философии языка и религиозного сознания.

Идейные основания философии языка в построениях Флоренского во многом были определены результатом участия философа в имяславском споре, а также неоплатонизмом, к которому восходит интуиция Флоренского о сущности имени6. Религиозное сознание в философии Флоренского прочитывается и в феноменологическом ключе, представляя собой самосознание верующего человека, онтологически преображенного посредством прожитого религиозного

сознание» // Между Логосом и Софией (Работы разных лет). М.; СПб.: Центр гуманитарных инициатив, 2018. С. 197; Гаврюшин Н. К. Русское богословие. Очерки и портреты. Нижний Новгород: Нижегородская духовная семинария, 2011. С. 460; Флоровский Г. В. Пути русского богословия. Отв. ред. О. Платонов. М.: Институт русской цивилизации, 2009. С

5 Воронцова И. В. Новое религиозное сознание и «Неохристианство» (дискуссия в Петербургском религиозно-философском обществе в 1907-1909 гг.) // Христианское чтение, №2, 2017; Лузина Т. И. «Религиозный максимализм» русской интеллигенции в начале XX в. // Вестник Ленинградского государственного университета им. А. С. Пушкина, Т2, №2. 2015.; Перевозчикова Л. С., Черников М. В. «Новое религиозное сознание» как идейное течение русской культуры // Религиоведение и Социология Культуры Серия Философия. Социология. Право. 2014. № 9 (180). Выпуск

6 Павлюченков Н. Н. «Философия имени» священника Павла Флоренского в контексте имяславческой полемики начала ХХ в. // Вестник ПСТГУ I: Богословие. Философия 2008. Вып. 2(22).; Хоружий С. С. Имяславие и культура Серебряного века: феномен московской школы неоплатонизма // Булгаков С. Н. Религиозно-философский путь. М.,

опыта. В философии Флоренского взаимовлияние религиозного сознания и языка приводит также к обновленному религиозному сознанию, но в стенах церкви. Рассуждения Флоренского встраиваются в его программу конкретной метафизики, раскрываемой онтологически в аритмологии и гносеологически - в антиномизме. Данный подход позволяет Флоренскому примирять между собой иногда взаимоисключающие философские и теологические представления.

П. А. Флоренский, говоря о человеке, о его личности, процессах восприятия и реагирования на внешнюю действительность, может быть представлен как феноменолог религии7. Об этом свидетельствуют сходства между феноменологами религии и Флоренским. Переживание mysterшm tremendum et fascinans присутствует в наиболее разработанном виде у Р. Отто. Флоренский в данном ключе как описывает собственный опыт, так и характеризует восприятие встречи со священным верующими людьми, в данной ситуации действуя феноменологически. Методологически позиции Отто и Флоренского, а также других представителей феноменологии религии схожи в указании на ситуацию необходимости собственной вовлеченности, самостоятельного переживания опыта встречи.

Концепт имени в философии Флоренского стал вершиной его лингвофилософии. Имя Бога в философии Флоренского семантически включило в себя смысловые точки Его атрибутов, что позволяет говорить о катафатическом использовании Имени в словесном служении. В этом контексте становится философски возможным толкование встречи со священным как источника познания божественных энергий. Также опора Флоренского на символический способ восприятия для усмотрения ноумена в феномене позволяет сделать вывод не только о включении в получаемый человеком религиозный опыт божественных энергий, но и о приближении в результате религиозного переживания к познанию

7 Антонов К. М. Русская религиозная философия и феноменология религии: точки соприкосновения // Религиоведческие исследования 2011. С. 7-21; Философия религии в русской религиозной метафизике: XIX - начало XX в. М.: Изд-во ПСТГУ, 2013. 360 с; «Как возможна религия?»: Философия религии и философские проблемы богословия в русской религиозной мысли XIX-XX веков: В 2 ч. Ч. 1. М.: Изд-во ПСТГУ, 2020. 608 с, Ч. 2. М.: Изд-во ПСТГУ, 2020. 368 с.; Павлюченков Н. Н. П. А. Флоренский о религиозном опыте и религиозной догматике // Вестник Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. № 2:52. С. 61-77; 237. Пылаев М. А. Категория «священное» в феноменологии религии, теологии и философии ХХ века. М.: РГГУ, 2017. 216 с.

сущности Самого Бога. Философское осмысление взаимосвязи феномена и ноумена, соединенных в символе, возможно только тогда, когда философия представляет собой метафизику имени.

Актуальность исследования заключается, таким образом, в историко-философской реконструкции позиции Флоренского в рамках проблемы взаимодействия религиозного сознания и языка как самостоятельной и оригинальной области его мысли. Сформулированная концепция актуализируется путем включения ее в современные дискуссии о языке, в результате чего рассматривается продуктивность аргументации Флоренского в пространстве современных дискуссий о взаимодействии языка и сознания.

Цель и задачи исследования

Диссертационное исследование ставит своей целью рассмотреть и специфицировать позицию Флоренского по вопросу взаимовлияния религиозного сознания и языка, в результате которого формируется иное - новое религиозное сознание.

Для достижения поставленной цели необходимо выполнить ряд задач:

1. Проблематизировать основные характеристики идеи нового религиозного сознания, посвященных идее спасения, в различных концепциях начала ХХ века, сопоставить их с позицией П. А. Флоренского.

2. Определить основные методологические положения философии Флоренского.

3. Проанализировать представления о языке в построениях Флоренского, охарактеризовать их философский потенциал в связи с идеей имяславия.

4. Концептуализировать религиозное сознание в философии Флоренского, проследить его взаимосвязь с философией языка.

Объект и предмет исследования

Таким образом, в качестве объекта диссертационного исследования выделяются философские представления П. А. Флоренского о языке и религиозном сознании, а предметом рассмотрения будет выступать взаимовлияние

религиозного сознания и языка в философии Флоренского как основа нового религиозного сознания.

Теоретико-методологическая база исследования

В основе исследования лежит историко-философский метод, представленный в первую очередь концептуальным и сравнительно-историческим подходами. Данные подходы используются для концептуализации идей и рецепции представлений о языке и религиозном сознании мыслителями разных периодов и коррелятивности идей Флоренского их концепциям. Также в работе будет использован герменевтический метод, позволяющий раскрыть смысловую множественность философских построений Флоренского, находящегося в связи с другими авторами различных философских эпох, а также рассмотреть элементы философской мысли Флоренского как части целостного философского наследия философа. Для достижения поставленной цели в диссертационном исследовании мы также будем прибегать к использованию логико-понятийного анализа в процессе определения теоретического и понятийного базиса работы. Для выявления эволюции представлений Флоренского о языке и религиозном сознании используется метод историко-философской реконструкции.

Аналитическая философия языка, как и аналитическая философия в целом, в отношении представлений П. А. Флоренского видится противоположной в части их предпосылок. По преимуществу представители аналитической философии языка излагают номиналистические концепции, расходящиеся с метафизическим воззрением Флоренского на природу языка. Однако в ХХ веке именно аналитическая философия языка разработала инструментарий, позволяющий охарактеризовать и структурировать представления о языке иных философских концепций. Данное диссертационное исследование берет на себя смелость применить сформированный в аналитической философии тезаурус для тематизации философской мысли Флоренского, посвященной языку.

Для последующей концептуализации философии языка Флоренского продуктивно рассмотреть позицию П. Донована. Донован трактует религиозный

язык исключительно в его естественной среде - религиозной области8. Отличить религиозный язык от обыденного языка можно не только по обстоятельствам его использования, но и по таким характеристикам языка как аффективность, аллегоричность, эвокативность9. Эвокативность языка говорит о способности языка воспроизводить в памяти человека смысл, значительно выходящий за пределы значения, заложенного в конкретный символ. Эвокативность, тем самым, сохраняет в памяти верующего человека всю религиозную картину мира, воспроизводя основные ее смысловые единицы при каждом обращении к религиозным символам.

Плодотворным в вопросе концептуализации философии языка Флоренского в ее связи с культовой практикой может стать рассмотрение теории речевых актов Дж. Остина. Остин развивает теорию речевых актов, их реализации в ритуале -перформативе10. Перформатив представляет собой конвенциальный речевой акт, особенностью которого является его структура. Структура ритуала позволяет оценить его эффективность, но не логическую истинность. Речевой акт при этом не констатирует, он потенциален и предполагает деятельность. Это выражено в использовании форм глагола первого лица в речевом акте. Данные характеристики перформатива объединяются нормативным церемониалом, определяющим ход ритуала11. Таким образом, основными структурными элементами перформатива являются слово и действие. Взаимосвязь слова и действия в представлениях Остина выражается тремя способами. В локутивном акте выражается обозначение действия, в иллокутивном - призыв к действию. В перлокуции больший акцент делается на воздействии слов на слушателя. Перлокуция отличается от иллокуции настойчивостью, безаппеляционностью речевого акта по отношению к реципиенту слов12. В зависимости от используемого речевого акта и нормы ритуала оказывается его эффективность.

8 Donovan Р. Religious language. N. Y., 1976. P. l.

9 Ibid. P

10 Остин Д. Избранное / пер. с англ. Л. Б. Макеевой, В. П. Руднева. М.: Идея-Пресс; Дом интеллектуальной книги, 1999. С

11 Там же. С

12 Там же. С

Таким образом, в целях историко-философской реконструкции философии языка и философии культа в представлениях П. А. Флоренского будут применены разработки аналитической философии языка. В первую очередь, это теория языковых актов, которая позволит рассмотреть потенциал языковых формул, в частности, в ходе словесного служения в реализации культовой практики. Рассмотрение эвокативности языка поспособствует более точному пониманию особенностей символической теории в философии Флоренского. Упомянутые теории, с нашей точки зрения, дают теоретические основания для реконструкции философской позиции Флоренского в отношении языка, который в его системе миропредставления выступает как охранитель ценности церковной жизни, чьей сердцевиной является проблема обожения.

Ключевая гипотеза, обоснованность которой мы стремимся доказатьпо ходу исследования, заключается в том, что взаимодействие религиозного сознания как природы каждого человека и символически укорененного языка в философии Флоренского действительно может продуцировать новое состояние религиозного сознания, имеющее следствие не только для человека, но и для культуры и мира.

Степень научной разработанности проблемы

Наиболее серьезной проблемой при исследовании творчества представителей русской религиозной философии начала ХХ века является работа с источниками. На сегодняшний день нет опубликованных полных сочинений П. А. Флоренского. Работа по сохранению и возвращению в научный оборот творческого наследия Флоренского была проведена в основном его семьей. Именно благодаря его потомкам были опубликованы многие, ранее не видевшие свет, труды и архивные записи Флоренского. Игумен Андроник (Трубачев) и П. В. Флоренский поспособствовали публикации корреспонденции13 и

13 Архив священника Павла Александровича Флоренского. Переписка с М. А. Новоселовым / сост. Игумен Андроник (Трубачев), С. М. Половинкин. Томск: Водолей, 1998; Священник Павел Флоренский. Письма с Дальнего Востока и Соловков / Ред. Игумен Андроник (Трубачев). М.: Мысль. Т. 4. 1998.; Обретая Путь. Павел Флоренский в университетские годы: в 2 т. Т. 1, 2. / авт.-сост. Павел Флоренский; [статьи П. В. Флоренский и др.; подгот. текстов, коммент. и подбор ил. П. В. Флоренский и др.]. М.: Прогресс-Традиция, 2011; Пребывает вечно: письма П. А. Флоренского, Р. Н. Литвинова, Н. Я. Брянцева и А. Ф. Вангенгейма из Соловецкого лагеря особого назначения: в 4 т. / авт.-сост. П. В. Флоренский. М.: Международный центр Рерихов: Мастер-банк,

философских, богословских статей14 Флоренского. Работа по изданию переписки П. А. Флоренского с символистами была проведена Е. В. Ивановой15. При участии Н. Н. Павлюченкова впервые была издана переписка Флоренского и Эрна16. Однако говорить об опубликованном как о полном собрании сочинений преждевременно. Полное научное комментированное собрание сочинений и писем Флоренского все еще остается задачей для современных историков русской мысли.

Большинство работ, посвященных реконструкции и анализу творчества философа, принадлежит представителям отечественного исследовательского сообщества. За рубежом наибольший интерес к фигуре Флоренского выражен в научном сообществе Италии. Поспособствовало изучению философии и богословия Флоренского упоминание философа в энциклике Папы Римского Иоанна Павла II «Fides et Ratio»17 как одного из мастеров восточной богословской мысли, стоящего в одном ряду с Отцами Церкви. Творчеству Флоренского посвящены монографии Н. Валентини18, рассматривающие наследие Флоренского как пространство для эвристически продуктивного взаимодействия науки, философии и богословия. Вопросам рассмотрения наследия Флоренского как феноменологического, а также изучению взгляда Флоренского на язык посвящены работы итальянского исследователя Д. Бурзо19. Осмыслению философских интуиций Флоренского в части гносеологии посвящены работы С. Тальягамбе20, акцентировавшего внимание на актуальности позиции Флоренского для

14 Священник Павел Флоренский. Собрание сочинений / Ред. Игумен Андроник. М.: Мысль. Т. 1-4. 1994-2000; Священник Павел Флоренский. Собрание сочинение. Философия культа (Опыт православной теодицеи) / Ред. Игумен Андроник. М.: Мысль. Т. 1-4. 1994-2000;

15 Павел Флоренский и символисты. Опыты литературные. Статьи, Переписка. Сост. Иванова Е В. М.: Языки славянской культуры,

16 Переписка П. А. Флоренского и В. Ф. Эрна / публикация, коммент. Н. Н. Павлюченкова // Русское богословие: исследования и материалы. М.,

17 John Paul Pp. II Litterae Encyclicae Fides Et Ratio. URL: https://www.vatican.va/content/john-paul-ii/la/encyclicals/documents/hf jp-ii enc 14091998 fides-et-ratio.html [Дата обращения: 01.10.2021].

18 Pavel A. Florenskij: la sapienza dell' amore. Teologia della belezza e linguaggio della verita; Pavel A. Florenskij: Ragione e dialettica (Introduzione al pensiero teologico; L'arte di vivere. Sei lezioni su P.A. Florenskij; Memoria e Risurrezione in Florenskij e Bulgakov. Pazzini: Verucchio

19 Burzo D. La conversione di un uomo moderno. Pavel Florenskij e il sentiero dell'esperienza religiosa, Mimesis, Milano. 2020; La portata religiosa del linguaggio tra il sacro e il Santo: Pavel Florenskij e Martin Heidegger, Critical Hermeneutics, 7(2), 2023; «Il Nome Di Dio E Dio». Epifanía e venerazione del nome nel pensiero di Pavel A. Florenskij. Antonianum XCVI, 2021; Artificialita dell'esistenza e organoproiezione romano guardini, Pavel Florenskij e la sfida della tecnica, Antonianum XCVII,

20 Tagliagambe S. Come leggere Florenskij. Milano: Bompiani, 2006; Il cielo incarnato. L'epistemologia del simbolo di Pavel Florenskij, Roma: Aracne,

современных научных дискуссий. Л. Жак рассматривал многие аспекты философии Флоренского: в первую очередь, богословское наследие, интерпретируя творчество Флоренского как тринитарно-кенотическое21. Также в поле внимания Жака попали и более актуальные для данного диссертационного исследования темы, такие как теория символа и философия языка22. Философское наследие Флоренского по вопросу об антиномиях и символе было изучено в работе А. Оппо23, стремящегося объяснить аспекты онтологии и гносеологии в философии Флоренского. При работе с посвященным творчеству Флоренского исследовательским наследием Италии, необходимо учитывать, что для итальянских ученых Флоренский остается «в моде»24, в результате чего к его наследию исследователи относятся с большим почтением и комплементарностью. Немаловажный факт, что в итальянской (и не только) научной традиции преимущественно творчеством Флоренского занимаются исследователи теологических факультетов католических университетов, что подчеркивает актуальность его идей для современного богословия, которое становится своеобразной методологической призмой при рассмотрении наследия философа как целостного явления, смещая философскую проблематику в регион теологии.

Похожая перспектива на творчество Флоренского представлена в трудах немецких исследователей, о чем рассуждал М. Хагемайстер25. Такие исследователи, как Т. Гут, Ф. Инголд, С. Кэссиди, предложившие антропософское прочтение идей Флоренского, отзываются о мыслителе как о знаковой для мировой культуры фигуре26. Наиболее академический взгляд на представления Флоренского

21 Zák L. Veritá come ethos. La teodicea trinitaria di P.A. Florenskij. // Camillianum, n. 29,

22 Zák L. Il simbolo come via teologica. Spunti di riflessione sul simbolismo di P.A. Florenskij // Humanitas. № 4. 2003; P.A. Florenskij: progetto e testimonianza di una gnoseologia trinitaria // La Trinitá e il pensare. Roma, 1997; Il mistero del tempo come "quarta dimensione" in Pavel A. Florenskij // Dialegesthai. Rivista telematica di filosofía, № 3,

23 Oppo A. Antinomy and Symbol: Pavel Florensky's Philosophy of Discontinuity. Boston: Brill

24 Кусенко О.И. Русская философия в Италии. Историографический очерк // Вестник РУДН, серия Философия, 2014, No 3. С

25 Hagemeister M. Pavel Florenskij in Deutschland: Materialien zur Rezeption seines Werkes. S

26 Cassedy St. [Rezension von] The Pillar and Ground of the Truth. // The Russian Review, 58 (1999), 3. P. 492; Ingold F. Ph. Ein konservativer Pionier. Der russische Philosoph Pawel Florenski // Neue Zürcher Zeitung. 1997. No 84. S. 69; Gut T. Brief and die Nachgeborenen. Zu Pawel Florenskis Erinnerungen "Meinen Kindern" // Neue Zürcher Zeitung. 1993. No 174. S

как о философе - ученом представлен в работе Ф. Ханая27. Актуализация позиции Флоренского на язык и его сущность производится в трудах Л. Венцлера и Х. Куссе28, сопоставивших представления Флоренского с позициями Л. Витгенштейна и Дж. Сёрля. Изучению сущности истины и онтологического устройства мира в философии Флоренского посвящен ряд статей К. Шнайдера29.

Зарубежные исследования, посвященные Флоренскому, преимущественно выполняют задачу описания и объяснения богословских концепций философа, включают позицию Флоренского в контекст католического богословия, используя компаративистский метод для достижения поставленной цели. Другой стороной является привлечение наследия Флоренского для обоснования антропософских идей и иных религиозно-мистических учений. В этом контексте своей академичностью привлекают работы Д. Бурзо, Л. Венцлера, Х. Куссе А. Оппо, К. Шнайдера, чьи исследования наследия Флоренского позволяют рассмотреть философию языка и феноменологические идеи Флоренского с точки зрения включения их в контекст мировой философии.

Среди тех, кто изучал работы Флоренского, стоит отметить его современников: В. В. Зеньковского, Н. О. Лосского, Г. В. Флоровского и других30. Спектр отношений к идеям Флоренского варьировался от восторженных отзывов до критически настроенной оппозиции. Зеньковский характеризовал филологические рассуждения Флоренского как дилетантские, а также отмечал общие моменты в представлениях Флоренского и Мережковского на жизнь верующего человека в современную эпоху31. Флоровский также указывал на оккультность мысли Флоренского и подчеркивал схожесть суждений Флоренского

27 Haney F. Im Spannungsfeld von exakter Wissenschaft und Orthodoxie. Zur Rationalitätsauffassung Priester Pavel Florenskijs. Frankfurt a. M.: Peter Lang,

28 Kusse H. Einleitung II Name und Person. Beiträge zur russischen Philosophie des Namens. Hrsg. v. H. Kusse. München: Sagner, 2006. S. 9-13; Формы аргументации у П.А. Флоренского и А.Ф. Лосева II Лосевские чтения. Образ мира — структура и целое. M.: Логос, 1999;

29 Schneider С. "'Will the Truth not Demand a Sacrifice from Us?' Reflections on Pavel A. Florensky's Idea of Truth as Antinomy in The Pillar and Ground of the Truth (1914)." Sobornost 34.2 (2013): P. 34-51.; Pavel Florensky: At the Boundary of Immanence and Transcendence II The Oxford Handbook of Russian Religious Thought. New York: Oxford University Press. 2020. Chapter

30 Зеньковский В. В. История русской философии. M.: Академический проект, 2001; Лосский H. О. История русской философии. M.: Сварог и К., 2000.; Флоровский Г. В. Пути русского богословия. M.: Институт русской цивилизации,

31 Зеньковский В. В. История русской философии. M.: Академический проект, 2001. С

и Мережковского.32 Подобный взгляд на представления Флоренского встраивает философа в общее интеллектуальное поле эпохи и ее авторов, ищущих новые пути жизнетворчества. Свое отношение к философии Флоренского высказывали Н. А. Бердяев и Е. Н. Трубецкой33, и оба мнения были довольно негативными. Бердяев ждал от Флоренского смелости и новшеств, следования идее нового религиозного сознания, выхода из стен Церкви, слишком тесных для Бердяева, однако, наоборот, встретил стремление Флоренского остаться в рамках институции Церкви. При этом Бердяев положительно отзывался об обращении Флоренского к идеям антиномизма, что, наоборот, было раскритиковано Трубецким за несоответствие православной традиции. Для упомянутых религиозных философов острым был вопрос о том, можно ли считать Флоренского православным мыслителем. И большинство из них отвечали решительным отказом.

Одной из линий проблематизации наследия Флоренского является рассмотрение его философских интуиций через призму восточного богословия. Данная традиция восходит к Г. В. Флоровскому, чье произведение «Пути русского богословия» впоследствии стало программным в изучении истории русской мысли. Творчество Флоренского и Флоровского формировалось в разных биографических и культурно-политических обстоятельствах, отвечая на разные вопросы общественной и интеллектуальной жизни. Отчасти, этим можно объяснить, что для Флоровского многие идеи Флоренского оказались неприемлемы или ошибочны. Однако мнение Флоровского оказалось достаточно авторитетным и на многие годы определило подход к изучению мысли Флоренского34.

Среди современных исследований интерес представляют работы А. В. Ахутина, В. В. Бибихина, Н. К. Гаврюшина, П. П. Гайденко, И. И. Евлампиева, О. А. Жуковой, В. А. Кувакина, С. М. Половинкина,

32 Флоровский Г. В. Пути русского богословия. М.: Институт русской цивилизации, 2009. С

33 Бердяев H. A. Стилизованное православие (о. Павел Флоренский) // П. А. Флоренский: pro et contra / ред. К. Г. Исупов. Спб.: Издательство РХГА, 2001; Трубецкой Е. Н. Свет Фаворский и преображение ума / Е. Н. Трубецкой // Русская мысль. Москва: Путь, 1914; Смысл жизни / Е. Н. Трубецкой // Избранные произведения. Ростов-на-Дону: Феникс,

34 Сухова Н. Ю. [Рецензия] // Вестник ПСТГУ. Серия II: История. История Русской Православной Церкви. 2017. Вып. 78. С. 141-146 - Рец. на кн.: Пузовип Владислав. Руски путеви српског богословла. Школоваае срба на руским духовним академщама (1849-1917). Београд: Угниверзитет у Београду: Православни богословски факултет, Институт за теолошка истраживааа - Ш Службени гласник, 2017. С

С. С. Хоружего35, раскрывающие общую картину русской философии начала ХХ века, предлагающие различные перспективы рассмотрения русской религиозной мысли и круга философов, близких Флоренскому.

Вопрос о религиозном сознании в философии Флоренского в рамках данной диссертации предваряет работа по уточнению статуса представлений Флоренского как феноменологических, что впоследствии позволяет рассмотреть позицию Флоренского в контексте философской феноменологии и феноменологии религии. Данный вопрос затрагивают исследования К. М. Антонова, Н. К. Бонецкой, Н. Н. Павлюченкова, Т. С. Самариной36. Флоренский в рассмотрении религиозного опыта использует феноменологический подход, о чем писал М. А. Пылаев37. Упомянутые исследователи подкрепляют мнение, согласно которому Флоренский в вопросе о религиозном сознании предстает феноменологом религии, чьи суждения схожи с представлениями И. Ваха, Г. ван дер Леу, В. Б. Кристенсена, Р. Отто, Ф. Хайлера, М. Элиаде.

Важно учитывать, что основополагающей целью Флоренского было построение цельного мировоззрения, соединяющего в себе научное, философское и богословско-религиозное знания. Исследования творчества Флоренского посвящены как отдельным аспектам цельного мировоззрения, к данному блоку относятся работы Б. В. Бирюкова, В. В. Лазарева, И. П. Прядко, В. Е. Федорова, В. А. Шапошникова38, так и объяснению и описанию их целостности,

35 Ахутин А. В. София и черт. (Кант перед лицом русской религиозной философии) // Поворотные времена. Статьи и наброски. СПб.: Наука, 2005; Бибихин В. В. Философия и богословие. //В. кн. Бибихин В.В. Язык философии. М.2002; Русская мысль //В кн. Бибихин В.В. Язык философии. «Языки славянской культуры». М.2002; Гаврюшин Н. К. Русское богословие. Очерки и портреты. Нижний Новгород: Нижегородская духовная семинария, 2011; Гайденко П. П. В. Соловьев и философия Серебряного века. М.: Прогресс-Традиция, 2001; Евлампиев И. И. История русской метафизики в XIX-XX веках. Русская философия в поисках Абсолюта / И. И. Евлампиев. Санкт-Петербург: Алетейя, 2000; Кувакин В. А. Религиозная философия в России: начало ХХ в. / В. А. Кувакин. Москва: Мысль, 1980; Половинкин С. М. Русский персонализм. М.: Издательство Синаксис, 2020; Хоружий С. С. После перерыва. Пути русской философии. СПб.: Алетейя, 1994; Опыты из русской духовной традиции. Имяславие и культура Серебряного века: феномен Московской школы христианского неоплатонизма. М.: Институт Святого Фомы,

36Антонов К. М. Русская религиозная философия и феноменология религии: точки соприкосновения // Религиоведческие исследования 2011; Бонецкая Н. К. Homo faber и homo liturgus (Философская антропология П. Флоренского) // Между Логосом и Софией. М., СПб.: Центр гуманитарных инициатив, 2018. С. 246-284; Павлюченков Н. Н. Флоренский о религиозном опыте и религиозной догматике // Вестник Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. № 2:52; Научный подход к религии в трудах священника Павла Флоренского // Пространство и время, 1-2 (19-20), 2015; Самарина Т. С. Феноменология, ноуменология, постфеноменология религии. Рос. акад. наук, Ин-т философии. М.: ИФ РАН, 2019. С

37 Пылаев М. А. Категория «священное» в феноменологии религии, теологии и философии ХХ века. М.: РГГУ,

38 Бирюков Б. В., Прядко И. П. Проблема логического противоречия и русская религиозная философия // Логические исследования, 2010. Т. 16; Лазарев В. В. Триады и Троица в наследии Павла Флоренского // Вопросы философии.

раскрывающимся в работах М. Е. Буланенко, А. В. Иванова, С. М. Половинкина, И. В. Фотиевой, С. С. Хоружего39. Основная цель этих работ - охарактеризовать сознание человека в понимании Флоренского, выявить особенности его жизнетворчества и проследить вероятные пути спасения, предложенные в творческом наследии Флоренского.

Цельное мировоззрение в философии Флоренского возможно благодаря языку как ядру, вокруг которого возможно построение целостной картины мира. Осмыслению философии языка в философии Флоренского посвящены работы Н. К. Бонецкой, Н. В. Бряник, В. В. Иванова, С. О. Кузнецова, Д. Ю. Лескина, Н. Н. Павлюченкова, А. И. Резниченко, С. С. Хоружего40. Исследования преимущественно раскрывают проблемы философии языка, сформулированной Флоренским с опорой на неоплатонические представления о сущности языка, включающей в себя его имяславские представления, а также осуществленную им концептуализацию способности человека к символическому описанию мира. Таким образом, обладающий данными характеристиками язык в философии

2008. №1; Федоров В. Е. Флоренский и судьбы математики в ХХ веке: Блеск и нищета русского духа // Вече: Альманах русской философии и культуры. 1997. № 10; Шапошников В. А. Математика как ключ к мировоззрению // Обретая путь. Павел Флоренский в университетские годы / ред. П. В. Флоренский. В 2-х томах. М.: Прогресс-Традиция, 2011. Т

39 Буланенко М. Е. Логика, философия и богословие в теории энергии о. Павла Флореснкого // Вестник Русской христианской гуманитарной академии. 2019. Т. 20. Вып. 3; Иванов А. В., Фотиева И. В. «Философия мысли» Павла Флоренского // Философский журнал. 2016. Т. 9. № 4; Половинкин С. М. П. А. Флоренский: Логос против Хаоса // П. А. Флоренский: pro et contra / ред. К. Г. Исупов. СПб.: Издательство РХГА, 2001; Хоружий С. С. Миросозерцание Флоренского / С. С. Хоружий. Томск: Водолей,

40 Бонецкая Н. К. П. А. Флоренский-филолог // Священник Павел Флоренский: освоение наследия: Материалы Международного симпозиума в г. Бергамо (Италия), 19-23 апреля 1990 г. Вып. II. М., 1994; Бряник Н. В. Символическая философия языка первой половины XX века: Э. Кассирер и П. Флоренский // Эпистемы. Екатеринбург: Издательство Уральского университета, 2004. Вып №3.; Иванов В. В. О лингвистических исследованиях П. А. Флоренского // Вопросы языкознания. 1988. № 6; Кузнецов С. О. Слово и язык у о. Павла Флоренского // Философия России первой половины ХХ века. Павел Александрович Флоренский / ред. А. Н. Паршин, О. М. Седых. М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2013; Лескин Д. Ю. Имяславие как общечеловеческая интуиция в трудах священника Павла Флоренского // Философия России первой половины ХХ века. Павел Александрович Флоренский / ред. А. Н. Паршин, О. М. Седых. М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2013; Павлюченков Н. Н. «Священная тайна» имяславия в философско-богословской концепции символа священника П. А. Флоренского // Христианское чтение. 2020. №2; «Философия имени» Священника Павла Флоренского в контексте имяславческой полемики начала ХХ в. // Вестник ПСТГУ I: Богословие. Философия 2008. Вып. 2(22); Резниченко А. И. О судьбах имен и терминов: к становлению философии языка в России (П. А. Флоренский, А. Ф. Лосев, В. П. Зубов) // Историко-философский ежегодник. 2014. №2014; Хоружий С. С. Философский символизм П. А. Флоренского и его жизненные истоки // П. А. Флоренский: pro et contra / ред. К. Г. Исупов. СПб.: Издательство русского Христианского Гуманитарного института, 2001; Имяславие и культура серебряного века: Феномен московской школы христианского неоплатонизма // С. Н. Булгаков: религиозно-философский путь: Международная научная конференция, посвященная 130-летию со дня рождения, 5-7 марта 2001 г. / ред. А. П. Козырев. М.: Русский путь,

Флоренского воспринимается как путь, ведущий человека к цельному мировоззрению.

В философии Флоренского феноменологическое прочтение религиозного опыта как события, онтологически преображающего сознание человека, и используемый человеком язык позволяют рассуждать о преображении религиозного сознания как самосознания верующего человека. Результат трансформации позволяет рассуждать о новом религиозном сознании. Позиция относительно приверженности Флоренского движению нового религиозного сознания неоднозначная. Вопросу близости идей нового религиозного сознания философским и богословским взглядам Флоренского посвящены работы Н. Н. Павлюченкова, П. В. Палиевского, Л. С. Перевозчиковой, М. В. Черникова41.

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Особенности взаимовлияния религиозного сознания и языка в философии П.А. Флоренского»

Структура работы

В первой главе под названием ««Новое религиозное сознание» и философский опыт П. А. Флоренского» прослеживается контекст эпохи, в которой жил Флоренский. Основная задача данной главы состоит в том, чтобы включить в повествование интеллектуальный запрос эпохи, который во многом и стал причиной концептуализации подхода Флоренского. Во второй главе «Методологические основания философии П. А. Флоренского» прослеживаются основные линии, которые фундируют философию Флоренского - готовят базу под формирование на ее основе философии языка, религии и культуры. В третьей главе под названием «Язык в философских представлениях П. А. Флоренского» концептуализируется философия языка мыслителя с целью выявления потенциала имяславческих представлений в вопросе влияния как на религиозный опыт, так и на религиозное сознание. В заключительной главе «Религиозное сознание и его концептуализация в философии П. А. Флоренского» выявляется этимологическое становление сознания в философии, на основе проведенной процедуры начинается прослеживание смысла религиозного сознания авторства Флоренского. Также в

41 Павлюченков Н. Н. «Старое» и «новое» религиозное сознание в трудах священника Павла Флоренского // Христианское чтение № 4, 2017; Палиевский П. В. Розанов и Флоренский // П. А. Флоренский: pro et contra / ред. К. Г. Исупов. СПб.: Издательство русского Христианского Гуманитарного института, 2001; Перевозчикова Л. С., Черников М. В. «Новое религиозное сознание» как идейное течение русской культуры // Религиоведение и Социология Культуры Серия Философия. Социология. Право. 2014. № 9 (180). Выпуск 28.

данной главе исследуется вопрос о корреляции религиозного сознания и языка в культовой практике, в результате которой перед нами появляется обновленное религиозное сознание. В состав работы также включено Введение, которое содержит исследовательскую программу, а также Заключение, отмечающее итоги диссертационного исследования.

Научная новизна исследования

Проведенное нами исследование позволяет сформулировать следующие тезисы, обладающие научной новизной.

1. В философии П. А. Флоренского при исследовании развития теории символа можно выделить определенные этапы становления символизма. Выявляется три этапа формирования. На первом этапе символ в философии Флоренского соединяет в себе ноуменальное и феноменальное. На втором этапе, с началом имяславских споров, представление о символе дополняется мыслью об энергийном соединении ноуменального и феноменального в символе. Третий этап наибольшим образом представлен в философии культа, где в символе как синергии ноуменального и феноменального начинает действовать человеческая энергия, раскрывающая антроподицею в философии Флоренского.

2. Развитое в голландской школе феноменологии религии представление об энергетическом динамизме также позволяет говорить о Флоренском как о представителе феноменологии религии классического периода. В основе концепции динамизма, воспринятой В. Б. Кристенсеном и развитой Г. ван дер Леу, лежат представления Н. Зёдерблома о силе и ее приложении. Настоящая идея в философии Флоренского раскрывается в философии культа и заключается в заложенной в молитве силе человека, которая направляется к священному с целью воздействия на него. Молитва рассматривается как энергетический обмен между субъектом и объектом, изъявление воли перед другой волей. Таким образом, реализуется сила человека, подводящая его ко встрече со священным, в результате которой человек обретает религиозный опыт. Рассуждения об энергетическом динамизме в философии Флоренского подкрепляются магичностью языка, наделяющей человека способностью силой слов обращаться к Богу, призывать Его.

Философия Флоренского представляет собой феноменологическое исследование религиозного опыта человека, влияния его на самосознание человека с целью определения путей развития Церкви и верующих. Данный путь возможен только благодаря антиномической природе языка, способного объединять в себе взаимоисключающие положения.

3. В философии языка Флоренского символически истолкованный язык является основой, необходимой для молитвенного опыта. Представления о языке, восходящие к неоплатоническим представлениям о сущности и энергиях, оказываются тем ядром, благодаря которому молитвенный опыт становится возможен. Антиномичная природа языка позволяет, благодаря облечению религиозного опыта в словесную форму, сохранять переживания, воспроизводить и анализировать их без потери смысла. При этом слово может остаться не вербализированным, утаенным, значимость слова от этого не изменится, так как оно будет сформулировано и отрефлексировано человеком, а его эвокативная характеристика поспособствует расширению его значения и включению в смысловое поле. Монументальность, историчность языка формируют лингвистическую базу для становления человека религиозного в молитвенном опыте православия. Индивидуальное начало в языке позволяет человеку развиваться самостоятельно, заниматься жизнетворчеством, ведущим к обожению. Догматическое обновление и актуализация положения Церкви в мире также возможны благодаря антиномичности языка.

4. В обращении к проблеме телесности человека рассуждения философа могут быть охарактеризованы как принадлежащие религиозно-философской антропологии, так как концептуально Флоренский основывает свои размышления на теоморфном принципе. Теоморфный принцип дополняется положениями о развитии техники, представленной в идее органопроекции, и позволяет рассматривать тело человека и технику провиденциалистски. Из данного принципа следует способность человека выражать собственную волю, проявлять ее с помощью слов в иллокутивном суждении. Энергетический динамизм как характеристика языка наделяет словесное действие дополнительным

онтологическим весом, необходимым для преображения мира. Наибольшая актуализация силы обнаруживает себя в именах. Идея антроподицеи в данном контексте заключается в стремлении человека к обожению путем интенциональности человеческого существа к встрече со священным, реализуемой в культовой практике.

5. Идея взаимовлияния языка и религиозного сознания в философии Флоренского имеет следующий вид: язык представляет собой призму, через которую формируются сознание и самосознание. Язык характеризуется как языковая картина мира, пространство, в котором осуществляются познавательная и оценочная деятельность человека. В связи с этим философия языка в проекте нового религиозного сознания занимает место матричной карты, по которой необходимо двигаться верующему человеку для получения религиозного опыта и встречи со священным. Инструментарий аналитической философии позволил автору диссертации определить иерархические отношения элементов философии языка и концептуализировать особенности включения в религиозную практику символически укорененного языка. В свою очередь новое религиозное сознание по необходимости обращается к индивидуальному началу языка для обновления догматики и Церкви, получения живого опыта.

6. Взаимосвязь между культурой и культом имплицитно содержится у многих феноменологов религии, Флоренский эту идею раскрывает наиболее подробно. Религия и религиозные ценности конституируют нормы человеческой жизни. В связи с этим Флоренский формулирует философию культа как образа жизни верующего человека. Именно культ поддерживает культуру и сохраняет ее универсалии. Стремление к сохранению культурных универсалий, живой догматики выражено в попытках достижения цельного мировоззрения, опирающегося на православное вероисповедание. В результате в философии Флоренского формируется образ совершенной религии, объединяющей в себе как теодицею, представленную живой догматикой, подтверждающейся в религиозных переживаниях, так и антроподицею, описывающую человека как способного

данный религиозный опыт воспринять, рационализировать и сделать на его основе нормой своей жизни православное вероисповедание, реализуемое в стенах Церкви. Теоретическая и практическая значимость исследования Теоретическая значимость исследования заключается в концептуализации взаимодействия религиозного сознания и языка, в результате которого формируется индивидуальный опыт верующего человека, принадлежащего православной традиции. Данная историко-философская реконструкция проведена на примере творчества П. А. Флоренского. Изучение мысли Флоренского способно продемонстрировать актуальность положений его философии в контексте классической феноменологии религии, расширив пространство взаимодействий русской философской мысли и мировой философии.

Практическая значимость исследования может быть представлена в качестве лекционного курса, посвященного творческому наследию П. А. Флоренского. Исходной теоретическим постулатом, обладающем эвристической ценностью и научной новизной, является проблема соединения антроподицеи и теодицеи в совершенной религии в представлении Флоренского, предполагающая многоаспектное изучение религиозного сознания и языка в рамках его идеи цельного религиозного мировоззрения.

Положения, выносимые на защиту

На основе проведенной историко-философской реконструкции позиции Флоренского в рамках развиваемой им религиозной концепции языка и сознания нами сформулированы следующие положения, выносимые на защиту:

1. В философии Флоренского религиозное сознание как самосознание верующего человека оказывается результатом становления в лоне, в традиции антиномически устроенного языка, содержащего в себе память поколений и историю развития православного учения, что раскрывается в первую очередь в имени. Язык становится отправной точкой для формирования цельного мировоззрения, в основе которого лежит православное учение. Язык в данном ключе характеризуется как

онтологически активное начало, способное к сущностному преображению человека и мира.

2. Концепция Флоренского трактует религиозность человека как атрибут религиозного сознания, который способен унифицировать язык под собственные цели, снижая эффект от индивидуального начала языка. В результате складывается представление, согласно которому во взаимовлиянии языка и религиозного сознания в кратковременной перспективе смыслообразующим выступает язык, но в более долгой перспективе - именно религиозность человека становится отправной точкой для формирования языка.

3. Результатом философского поиска Флоренского является толкование культовой практики как единства языковой деятельности, представленной молитвенным служением, и религиозного сознания верующего. Цель культа - сохранить духовные универсалии жизни Церкви, подчеркнуть их актуальность в опыте современной культуры.

4. Флоренский, являясь участником интеллектуального течения, связанного с идеями «Нового религиозного сознания», выступил его внутренним оппонентом, что побудило его собственный философский поиск. Проект Флоренского оказался достаточно новаторским, включающим в себя идею обновления религиозного сознания человека. Новое религиозное сознание в представлениях Флоренского включает в себя живой религиозный опыт, импульс для обретения которого находится в языке. Результат формирования нового религиозного сознания в религиозно-антропологической философии Флоренского представляет собой проект по спасению человека в рамках богослужебной традиции православной церкви, обновление ее путем онтологизации языковой практики в глубине религиозного опыта.

Апробация результатов исследования Публикации:

Жукова М. В. Интертекстуальный подход в исследовании творчества П. А. Флоренского // История философии. 2023. Т. 28. № 1. С. 54-66.

Жукова М. В. Лингвомистические мотивы в философии П. А. Флоренского. Вопросы философии. 2024. № 2. С. 83-93.

Жукова М. В. Цельное мировоззрение и религиозный опыт: языковой аспект в философии П. А. Флоренского // Гуманитарные исследования в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке. 2025. №1. С. 99-108.

Конференции:

Жукова М. В. Учение об антиномиях И. Канта в интерпретации П. А. Флоренского [Доклад] // От проекта Просвещения к проекту Модерна: русско-немецкий интеллектуальный диалог. НИУ «ВШЭ» Международная лаборатория исследований русско-европейского интеллектуального диалога; Дрезденский Технологический Университет, Институт славистики. 19.11.2021.

Жукова М. В. Органопроекция в философии П. А. Флоренского в контексте современного трансгуманизма [Доклад] // XIII международная конференция Школы философии и культурологии НИУ ВШЭ «Субъект и ответственность: природа, общество, культура». 06.10.2022.

Жукова М. В. Новое религиозное сознание и религиозное творчество человека: Н. А. Бердяев vs П. А. Флоренский [Доклад] // Метафизика творчества и судьба России. К 150-летию со дня рождения Н. А. Бердяева. Институт философии РАН. 18.03.2024.

Глава 1. «Новое религиозное сознание» и философский опыт

П. А. Флоренского

В начале ХХ века в среде интеллигенции все острее чувствовалась дистанция между духовными потребностями населения и практической деятельностью Церкви. Интеллигенция ощущала необходимость духовного обновления, позволившего бы человеку выстроить новое отношение к миру. Данное духовное обновление предполагалось возможным только на основе христианства как одного из столпов русского самосознания42. Кризис, как кажется, во многом был обусловлен нарастающим интересом интеллигенции к проблеме спасения конкретного человека в ситуации, когда глобальная миссия по спасению всего человечества силами русского православия и России все больше считалась невыполнимой. Таким образом, цель «русской идеи» из всеобщего спасения под эгидой русской Церкви, Российской Империи, преобразилась в миссию по исцелению самой России и русского человека. Роль Церкви была поколеблена в силу акцентирования ее внимания в первую очередь на духовности, в противовес общественным проблемам современности. Подобное положение вполне характеризует состояние Церкви, чьей обязанностью является забота о человеческом духе и спасении. Однако установленная при Петре I синодальная система, с одной стороны, на эмпирическом и психологическом уровне сформировала в глазах верующих образ Церкви как государственного органа. Недоверие к иерархам и служителям Церкви росло из-за упрочившейся в умах общественности связи между деятельностью государства и церковью, негласно принимающей правительственные решения. Разрыв между духовенством, академическим богословием и мирским населением сложился также в силу постепенного размежевания лингвистических и образовательных практик духовенства и светского общества43. В результате сложилась ситуация, когда, имея

42 Лузина Т. И. «Религиозный максимализм» русской интеллигенции в начале XX в. // Вестник Ленинградского государственного университета им. А. С. Пушкина, Т2, №2. 2015. С. 95-96.

43 Антонов К. М. «Как возможна религия?»: Философия религии и философские проблемы богословия в русской религиозной мысли Х1Х-ХХ веков: В 2 ч. Ч. 1. М.: Изд-во ПСТГУ, 2020. С. 71-78.

общую веру, церковь и верующие говорили на разных языках, в силу отличий образования опирались на разные убеждения о мире и обществе. С другой стороны, запущенный синодальной реформой секуляризационный процесс, как указывает В. В. Зеньковский, оказал и целебное действие на состояние церкви,

44

переориентировав ее с политических чаяний на духовное становление . Мировоззренчески секуляризация позитивно повлияла на формирование русской религиозной философии, продемонстрировав возможность альтернатив церковному мировосприятию. Русская религиозная философия, опираясь на современный для нее язык, сформировала плеяду путей обновления церкви, академической мысли, а также литургической практики.

Современный Флоренскому век с распространением материализма, позитивизма, сциентизма, с одной стороны, ускорил секуляризационные процессы, начатые в России при Петре, где Церковь лишалась роли координационного центра в жизни человека. С. Н. Булгаков в одной из своих ранних работ «Церковь и культура»45 метко указал на современное ему состояние церкви: «она [церковь] обычно понимается лишь как церковь-храм, но не как церковь-человечество, церковь-культура, церковь-общественность, и это сужение сферы влияния и жизни церкви и является главной причиной, а вместе и симптомом ее исторической слабости в данный момент»46. Как современная культура оказалась безрелигиозной, отдаленной от деятельности Церкви, так и сама церковь была далека от культуры, замыкалась на литургической практике, упуская из виду преобразования в обществе. Углубляет данный мотив Н. А. Бердяев в работе 1907 г. «Новое религиозное сознание и общественность», в которой философ критикует современность за разделение религии и культуры, духа и плоти,

47

разъединение которых «препятствует религиозному возрождению» .

В своей более поздней работе «Догматическое обоснование культуры» - речи на съезде Лиги православной культуры в 1930 г. - С. Н. Булгаков размышлял о роли

44 Зеньковский В. В. История русской философии. М.: Академический проект, 2001. С. 46-49.

45 Первое издание в «Вопросы религии». Вып. I. М., 1906.

46 Булгаков С. Н. Церковь и культура // Два града. Исследование о природе общественных идеалов - СПб. Изд-во РХГИ, 1997. С. 348.

47 Бердяев Н. А. Новое религиозное сознание и общественность. СПб.: Издание М. В. Пирожкова, 1907. С. XXII.

культуры в жизни человека, указывая на ее задачу, составляющую «дело богочеловечества, т.е. очеловечение мира и обожение человека»48. Творчество человека становится формой становления культуры в мире. Объединение религиозно наполненного творчества формирует культуру, посредством чего происходит исцеление мира. Преодоление разрыва между церковью и культурой, тем самым, является одной из наиболее первостепенных задач в деле преодоления духовного кризиса.

С другой стороны, состояние общественности, наоборот, продемонстрировало необходимость возвращения в лоно церкви, распространялось возрастающее в среде интеллигенции требование к церкви взять на себя задачу управительницы не только духа, но и плоти, выраженного, в первую очередь, во включении церкви в общественные проблемы современности. В обществе распространялись хилиастические чаяния, в первую очередь, в силу известности наследия Ф. М. Достоевского, а также становления философской мысли В. С. Соловьева49. Это также говорило о том, что религия, христианство, по-прежнему составляли основу мировоззрения общественности, ожидавшей наполнения его смыслом, данным церковью. Но также подчеркивало и рост апокалиптических настроений в обществе, которые с событиями начала ХХ века только усилятся50. Требовалось двунаправленное движение, чтобы примирить столкновение сформировавшейся прогрессивной культуры, представленной на мировоззренческом (универсальность закона причинности в науке, подрывающая установки религиозной веры), социально-экономическом (распространение марксистских идей, рассмотрение жизни и психологии человека через формы общественного хозяйства) и эстетическом (безрелигиозный натурализм, стремление к эпатажу, подчеркивание исторического упадка, декаданса и обреченности в модерновых направлениях искусства) уровнях, и церкви, как кажется, застывшей в устаревшей практике, непонятной и в связи с этим не

48 Булгаков С. Н. Догматическое обоснование культуры / Сочинения в двух томах. Т. 2: Избранные статьи / Сост., подгот. текста, вступ. ст. и примеч. И. Б. Роднянской. 1993. С. 642.

49 Золотарев А. В. Спор Леонтьева и Соловьева о хилиастических идеях Достоевского: вхождение темы апокалипсиса в круг проблем русской философии // Соловьёвские исследования. Выпуск 2(58) 2018. С. 7.

50 Кацис Л. Ф. Русская эсхатология и русская литература. М.: ОГИ, 2000. С. 12-43.

доступной для человека, а также незаинтересованной в состоянии общества. Иными словами, именно церковь должна была исцелить Россию, но для этого она должна была сама измениться, сформировать новый практический подход, позволивший бы русскому человеку опереться на церковь. Именно церковь должна была открыться современной кульутре и, тем самым, напитать ее религиозным смыслом. Культурный код общества того времени, тем самым, включал в себя веру в собственные силы человека, в прогресс, в развитие техники, улучшение условий жизни, где на первый план выводился комфорт и выраженный в материальном достатке успех в жизни. При этом общественной потребностью стал возврат к религиозным ценностям, которые должны были заменить безцерковность современного века христианскими универсалиями. Ориентиром для такого изменения должна была стать преображенная церковь, выросшая за пределы храма и объединившая под своим началом человека, культуру и общественность.

В среде интеллигенции начали формироваться новые идейные течения, стремившиеся предложить собственный путь преодоления духовного кризиса. С одной стороны, такие идеи были четким сообщением, направленными церкви, каким образом может быть преобразована ее практическая и духовная миссия. С другой - предложенные программы, в основе которых лежало христианство, могли быть расценены как самостоятельные пути спасения, в ситуации, когда историческая церковь оставалась бессильной ответить на вызовы современности. Одной из таких идей стало развитие «Нового религиозного сознания», представляющего собой «практическую философию» богопознания, ведущего к спасению путем стяжания Духа Святого. Основные положения НРС были высказаны уже в 1901 г. в рамках доклада В. А. Тернавцева на одном из первых заседаний Религиозно-философских собраний в Петербурге. Главной мыслью доклада было положение о неспособности Церкви как социального института и как хранительницы христианского учения участвовать в возрождении России. Тернавцев подчеркивал: «Возрождение России может совершиться - на

религиозной почве»51, но представители исторической церкви «слабы для столь великой задачи: нужной здесь широты религиозного замысла, веры, разверзающей небеса и низводящей Духа Святого, ... в них нет»52. Данная идея станет характерной для течения «Нового религиозного сознания»53. Тогда же возникло понятие «новое религиозное сознание», которое впоследствии на данных собраниях и будет наполняться общим и частным (конкретным авторским) содержанием54. Спецификой данных собраний стало участие в них широкого круга интеллигенции, профессоров, студентов, богословов, представителей священства. Религиозно-философские собрания в Петербурге по преимуществу представляли собой дискуссионный клуб, лейтмотивом заседаний которого было определение и обсуждение путей реформирования духовной жизни в России, в первую очередь, путем восстановления связи между интеллигенцией и Церковью. Преемником Религиозно-философских собраний стало Религиозно-философское общество, унаследовавшее основную тематику обсуждений.

Полифонию взглядов отмечали и сами участники Религиозно-философского общества, например А. А. Мейер в 1906 г. рассуждал о трех группах, на которые разделилось общество, делая в большей степени акцент на их трактовке взаимосвязи религии и политики. Такими группами были нерелигиозная интеллигенция, сомневавшаяся в способности религии положительно повлиять на мироустройство, религиозная интеллигенция, наоборот, подчеркивающая необходимость церковных реформ для обновления миропорядка. Третья сторона была более консервативной и выступала апологетом Церкви55. С. А. Аскольдов выделил в «Новом религиозном сознании» практическое и теоретическое направления, где практическое непосредственно связано с общественным движением, а теоретическое - активное в большей степени в интеллектуальном

51 Тернавцев В. А. Русская Церковь пред великою задачей // Записки петербургских Религиозно-философских собраний (1901-1903 гг.) / Общ. ред. С. М. Половинкина. М.: Республика, 2005. С. 6.

52 Там же. С. 7.

53 Перевозчикова Л. С., Черников М. В. «Новое религиозное сознание» как идейное течение русской культуры // Религиоведение и Социология Культуры Серия Философия. Социология. Право. 2014. № 9 (180). Выпуск 28. С. 100101.

54 Воронцова И. В. Новое религиозное сознание и «Неохристианство» (дискуссия в Петербургском религиозно-философском обществе в 1907-1909 гг.) // Христианское чтение, №2, 2017. С. 307.

55 Мейер А. А. Петербургское Религиозно-философское общество // Вопросы философии. 1992. № 7. С. 109.

развитии идей «Нового религиозного сознания»56. Другой классификацией, предложенной Аскольдовым, стало разделение на «старое» и «новое» религиозное сознание. Старое религиозное сознание предполагало духовное обновление с опорой на православную традицию, новое религиозное сознание, наоборот, стремилось заменить в христианстве историческое наследие иной метафизикой и

57

этикой .

Условно в течении «Нового религиозного сознания» можно выделить объединение, сформировавшееся вокруг Д. С. Мережковского, З. Н. Гиппиус, Д. В. Философова, для которых основным аспектом преображения стал вопрос, связанный с телесностью и полом58. С их представлениями по определенным вопросам был солидарен и В. В. Розанов, который, впрочем, отказался принимать участие в «Таинствах», проводимых кругом Мережковского59. В дискуссии о способах спасения и обновления Церкви с Философовым состоял В. П. Свенцицкий, представлявший «Христианское братство борьбы», основной задачей которого являлось социальное реформирование Церкви и обновление религиозных практик в ее стенах60. Другой стороной дискуссии стала христианская интеллигенция, представленная в первую очередь Н. А. Бердяевым, указавшим на необходимость личного творчества в вопросе спасения61.

Список литературы диссертационного исследования кандидат наук Жукова Марина Владимировна, 2025 год

Список литературы

1. Ан С. А., Нестеров В. И. Русские реминисценции кантовской философии: П. А. Флоренский // Манускрипт. 2021. Т. 13. В. 4. С. 79-82.

2. Анаксагор // Фрагменты ранних греческих философов. Часть I. От эпических космогоний до возникновения атомистики / издание подготовил А. В. Лебедев. М.: Наука, 1989. 576 с.

3. Андриянов И. Е. Проблема соотношения апперцепции, самосознания и сознания в критической философии И. Канта Кантовский сборник. 2020. Т. 39, N0 3. С. 24— 53.

4. Андрюшков А. А. Политические тексты П. А. Флоренского: авторские смыслы и интерпретации власти (на примере записки «Предполагаемое устройство государства в будущем») // Государственное управление. Электронный вестник. Выпуск № 38. Июнь 2013 г. С. 153-169.

5. Антоний (Булатович). Апология веры во имя божие и во имя Иисус / И. Антоний (Булатович) изд. Религиозно-философской библиотеки. М.: Печ. А. И. Снегиревой, 1913. XIV, [2], 189 с.

6. Антоний (Храповицкий), архиеп. О новом лжеучении, обоготворяющем имена, и об «Апологии» Антония Булатовича // Прибавление к Церковным Ведомостям. 1913. №20. С. 869-882.

7. Антонов К. М. «Как возможна религия?»: Философия религии и философские проблемы богословия в русской религиозной мысли Х1Х-ХХ веков: В 2 ч. Ч. 1. М.: Изд-во ПСТГУ, 2020. 608 с.

8. Антонов К. М. «Как возможна религия?»: Философия религии и философские проблемы богословия в русской религиозной мысли Х1Х-ХХ веков: В 2 ч. Ч. 2. М.: Изд-во ПСТГУ, 2020. 368 с.

9. Антонов К. М. Проблема веры и разума в философии религии Л. М. Лопатина // Вестник ПСТГУ I: Богословие. Философия 2007. Вып. 4 (20). С. 87-102.

10. Антонов К. М. Русская религиозная философия и феноменология религии: точки соприкосновения // Религиоведческие исследования 2011. С. 7-21.

11. Антонов К. М. Философия религии в русской религиозной метафизике: XIX -начало XX в. М.: Изд-во ПСТГУ, 2013. 360 с.

12. Аристотель, Порфирий. Категории. Введение к категориям Аристотеля. Москва: ГСЭИ, 1939. 84 с.

13. Аристотель. Сочинения в четырех томах. М.: Мысль, 1976. Т. 1. 550 с.

14. Аристотель. Сочинения в четырех томах. М.: Мысль, 1978. Т. 2. 687 с.

15. Аристотель. Сочинения в четырех томах. М.: Мысль, 1981. Т. 3. 613 с.

16. Архив священника Павла Александровича Флоренского. Переписка с М. А. Новоселовым. / сост. Игумен Андроник (Трубачев), С. М. Половинкин. Томск: Водолей, 1998. 288 с.

17. Афанасьев А. Н. Поэтические воззрения славян на природу. Т.З. М.: Изд. К. Солдатенкова, 1869. 842 с.

18. Ахутин А. В. Античные начала философии. СПб.: Наука. 2007. 783 с.

19. Ахутин А. В. София и черт. (Кант перед лицом русской религиозной философии) // Поворотные времена. Статьи и наброски. СПб.: Наука, 2005. С. 449-481.

20. Баталова Д. А., Сапожков С. В. О некоторых философских источниках «мэонизма» Н. Минского (трактат «При свете совести: мысли и мечты о цели жизни») // Наука и школа, №5, 2019. С. 20-33.

21. Белый А. Автобиографические своды: Материал к биографии. Ракурс к дневнику. Регистрационные записи. Дневники 1930-х годов / Отв. ред. А. Ю. Галушкин, О. А. Коростелев; науч. ред. М. Л. Спивак; сост. А. В. Лавров, Дж. Малмстад. М.: Наука, 2016. 1120 с.

22. Белый А. Арабески: Книга статей. М.: Мусагет, 1911. 504 с.

23. Белый А. Собр. соч. Воспоминания о Блоке. М.: Республика, 1995. 510 с.

24. Белый А. Вступительное слово к изданию «Записки Мечтателей» // Записки Мечтателей №1, 1919. С. 5-8.

25. Белый А. Начало века. Воспоминания: в 3 кн. Кн. 2. М.: Худож. лит., 1990. 687 с.

26. Бенвенист Э. Общая лингвистика. М., 1974. 448 с.

27. Бергсон А. Творческая эволюция. Москва: Московский клуб, 2015. 550 с.

28. Бердяев Н. А. Новое религиозное сознание и общественность. СПб.: Издание М. В. Пирожкова, 1907. 233 с.

29. Бердяев Н. А. Смысл творчества // Философия свободы. Смысл творчества. М.: Правда, 1989. С. 251-580.

30. Бердяев Н. А. Духовный кризис интеллигенции. Статьи по общественной и религиозной психологии (1907-1909). СПб.: Тип. тов-во «Общественная польза», 1910. 304 с.

31. Бердяев H. A. Стилизованное православие (о. Павел Флоренский) // П. А. Флоренский: pro et contra / ред. К. Г. Исупов. Спб.: Издательство РХГА, 2001. С. 264-282.

32. Бердяев Н. А. Философия свободы // Философия свободы. Смысл творчества. М.: Правда, 1989. С. 9-250.

33. Бердяев Н. А. Хомяков и свящ. Флоренский // П. А. Флоренский: Pro et contra. Антология. C. 378-388.

34. Бердяев Н. А. Этическая проблема в свете философского идеализма // Проблемы идеализма [1902]. М.: Модест Колеров, 2018. С. 113-164.

35. Бибихин В. В. Философия и богословие. //В кн. Бибихин В.В. Язык философии. «Языки славянской культуры». М. 2002. С. 274-299.

36. Библиографический справочник. Личность, жизнь и творчество священника Павла Флоренского / сост. игумен Андроник (Трубачев). С. Посад, 2015. 1055 с.

37. Бирюков Б. В., Прядко И. П. П. А. Флоренский: философско-логические идеи как средство экспликации философско-теологических воззрений // Вестник Московского университета. Серия 7. Философия. 2011. №1. С. 20-35.

38. Бирюков Б. В., Прядко И. П. Проблема логического противоречия и русская религиозная философия // Логические исследования, 2010. Т. 16. С. 23-84.

39. Бирюков Д. С. «Синэнергетическое откровение реальности»: Наблюдения о предыстории, источниках и содержании понятий «символ», «синергия», «энергия» у П. А. Флоренского в контексте рецепции паламизма в русской мысли начала XX в. // Вопросы философии. 2020. No 6. С. 103-115.

40. Бонецкая Н. К. П. А. Флоренский и «новое религиозное сознание» // Между Логосом и Софией (Работы разных лет). СПб.: Центр гуманитарных инициатив, 2018. С. 197-214.

41. Бонецкая Н. К. П. А. Флоренский-филолог // Священник Павел Флоренский: освоение наследия: Материалы Международного симпозиума в г. Бергамо (Италия), 19-23 апреля 1990 г. Вып. II. М., 1994. С. 46-80.

42. Бонецкая Н. К. Homo faber и homo liturgus (Философская антропология П. Флоренского) // Между Логосом и Софией. М., СПб.: Центр гуманитарных инициатив, 2018. С. 246-284.

43. Бородай С. Ю. Современное понимание проблемы лингвистической относительности: работы по пространственной концептуализации // Вопросы языкознания, 2013. № 4. С. 17-54.

44. Бряник Н. В. Символическая философия языка первой половины XX века: Э. Кассирер и П. Флоренский // Эпистемы. Екатеринбург: Издательство Уральского университета, 2004. Вып No 3. С. 4-14.

45. Бугаев Н. В. Математика и научно-философское миросозерцание // Математический сборник. 1905. № 2. С. 349-369.

46. Буланенко М. Е. Логика, философия и богословие в теории энергии о. Павла Флореснкого // Вестник Русской христианской гуманитарной академии. 2019. Т. 20. Вып. 3. С. 185-196.

47. Булгаков С. Н. Сочинения в двух томах. Т. 2: Избранные статьи / Сост., подгот. текста, вступ. ст. и примеч. И. Б. Роднянской. СПб.: ООО «ИНАПРЕСС», М.: «Искусство», 1993. 750 с.

48. Булгаков С. Н. Церковь и культура // Два града. Исследование о природе общественных идеалов - СПб. Изд-во РХГИ, 1997. 589 с.

49. Бурлакова Л. Г. Методология Н. В. Бугаева, московская философско-математическая школа и принцип дополнительности // Вестн. Моск. Ун-та. Сер. 7. Философия. 2014. № 5. С. 47-63.

50. Бурова И. Н. Парадоксы теории множеств и диалектика. М.: Наука, 1976. 176 с.

51. Бурова И. Н. Развитие проблемы бесконечности в истории науки. М.: Наука, 1987. 133 с.

52. Бычков В. В. Русская теургическая эстетика. М.: Ладомир, 2007. 743 с.

53. Вайсгербер Й. Л. Родной язык и формирование духа. М.: Мысль, 1993. 320 с.

54. Введенский А. И. Фулье и метафизика будущего. III (окончание) // Вопросы философии и психологии. 1892. Кн. 11. С. 127—145.

55. Введенский А. И. К вопросу о методологической реформе православной догматики // Богословский вестник. 1904. № 6. С. 179-209.

56. Введенский А. И. Религиозное сознание язычества: Опыт филос. истории естеств. религий. М.: Унив. тип., Т. 1 1902. 752 с.

57. Введенский А. И. Учение Канта о пространстве: (Разъяснение и критика) // Богословский вестник. 1895. Т. 2, № 6. С. 390—404.

58. Введенский А. И., Рожин Д. О. «Великий рационалист»: Алексей Введенский о Канте в контексте русской кантианы // Кантовский сборник. 2024. Т. 43, № 1. С. 149—180.

59. Возняк В. С. Категории «рассудок» и «разум» в «Феноменологии духа» Г.В.Ф. Гегеля // ШМОТНЕТЖА: Философия. Социология. Право. 2020. Том 45, № 3 С. 393-399.

60. Воин А. М. Кризис рационалистического мировоззрения и единый метод обоснования научных теорий // Вестник Пермского университета. Философия. Психология. Социология. 2015. Вып. 3(23). С. 41-49.

61. Воронцова И. В. Новое религиозное сознание и «Неохристианство» (дискуссия в Петербургском религиозно-философском обществе в 1907-1909 гг.) // Христианское чтение, №2, 2017. С. 307-324.

62. Воронцова И. В. Русская религиозно-философская мысль в начале ХХ века. М.: ПСТГУ, 2008. 424 с.

63. Гаврюшин Н. К. Русское богословие. Очерки и портреты. Нижний Новгород: Нижегородская духовная семинария, 2011. 672 с.

64. Гадамер Х.-Г. Истина и метод: Основы филос. герменевтики: Пер. с нем./Общ. ред. и вступ. ст. Б. Н. Бессонова. М.: Прогресс, 1988. 704 с.

65. Гайденко П. П. В. Соловьев и философия Серебряного века. М.: Прогресс-Традиция, 2001. 472 с.

66. Гайденко П. П. История греческой философии в ее связи с наукой. СПб.: Университетская книга, 2000. 319 с.

67. Гайденко П. П. Прорыв к трансцендентному: Новая онтология ХХ века. М., 1997. 495 с.

68. Гайденко П. П. Философия Фихте и современность. М., Мысль, 1979. 281 с.

69. Гальцева Р. А. Мысль как воля и представление (Утопия и идеология в философском сознании П. А. Флоренского) // П. А. Флоренский: pro et contra / ред. К. Г. Исупов. Спб.: Издательство РХГА, 2001. С. 559-605.

70. Гегель Г. В. Ф. Сочинения. Т. 5. Наука логики. Москва: Издательство социально-экономической литературы, 1937. Т. 5. 814 с.

71. Гегель Г. В. Ф. Феноменология духа. Соч. Т. IV. М., Изд-во соц.-эк. л-ры, 1959. 440 с.

72. Гегель Г. В. Ф. Философия религии в двух томах / Общая ред. и вступ. ст. А. В. Гулыги. М., 1976. Т. 1; 532 с.

73. Гегель Г. В. Ф. Энциклопедия философских наук. Т. 1-3. М., 1975-1977. 452, 696, 472 с.

74. Гегель Г. В. Ф. Эстетика / Под ред. и с предисл. М. Лифшица; [Пер. Б. Г. Столпнера (т. 1-3) и др.]. М. 1973. Т. 4. 667 с.

75. Гиппиус З. Н. Дневники. М.: Интелвак, 1999. Т. 1. 732 с.

76. Гоготишвили Л. А. Лестница Иакова: архитектоника лингвофилософского пространства / сост. И. Н. Фридман. М., 2021. 616 с.

77. Голубинский Ф., прот. Лекции по философии, умозрительному богословию, умозрительной психологии. СПб., 2006. 696 с.

78. Горячев Д. А., свящ. Священник Павел Флоренский об антиномиях // Вопросы богословия. 2019. Т. 2. № 2. С. 38-58.

79. Григорий Палама, св. Триады в защиту священно-безмолвствующих. М.: Канон, 1995. 384 с.

80. Гумбольдт В. ф. Избранные труды по языкознанию. М.: Прогресс, 1984. 396 с.

81. Гуссерль Э. Идеи к чистой феноменологии и феноменологической философии. Кн. 1. М.: ДИК. 1999. 336 с.

82. Даренский В. Ю. Антиномическая диалектика П. А. Флоренского как «логика веры» // Вестник Русской христианской гуманитарной академии. № 2, Т.19. С. 239250.

83. Даренский В. Ю. Отец Павел Флоренский о происхождении философии "из духа" мистерии // Русско-византийский вестник, № 1(12), 2023. С. 103-116.

84. Дедекинд Ю. В. Р. Непрерывность и иррациональные числа. Одесса: Матезис, 1923. 44 с.

85. Декарт Р. Сочинения в 2 т. / пер. с лат, и фр., сост., ред., вступ. ст. В. В. Соколова. М.: Мысль, 1989. Т. 1. 654 с.

86. Джемс. В. Многообразие религиозного опыта. СПб., 1992. 418 с.

87. Длугач Т. Б. Флоренский и Кант: человек в пространстве и времени // Историко-философский ежегодник. 2018. Т. 33. С. 242-266.

88. Дружинин В. И. Учение о совести в отечественной философии с точки зрения конечных целей бытия / Известия Тульского государственного университета. Гуманитарные науки, 2008. С. 8-16.

89. Дюркгейм Э. Элементарные формы религиозной жизни. Тотемическая система в Австралии // Мистика. Религия. Наука. Классики мирового религиоведения. Антология. / сост. и общ. ред. А. Н. Красникова. М.: Канон+, 1998. С. 174-231.

90. Евлампиев И. И. История русской метафизики в ХК-ХХ веках. Русская философия в поисках Абсолюта / И. И. Евлампиев. СПб.: Алетейя, 2000. 415 с.

91. Егорова С. Б. Антиномизм П. Флоренского и современные интерпретации антиномизма // Вестник Поволжского института управления. №1, 2009. С. 197-202.

92. Ермичёв А. А. Религиозно-философское общество в Петербурге (1907-1917). СПб.: РХГА, 2007. 326 с.

93. Ермишин О. Т. Проблема религии в философской традиции Московской Духовной Академии // Государство, религия, церковь в России и за рубежом, №3, 2009. С. 122-129.

94. Ермишин О. Т. Символизм священника Павла Флоренского в контексте его биографии // Философские науки, №68(2), 2025. С. 88-104.

95. Жукова О. А. Метафизика творчества. Искусство и религия в истории культуры России. М.: Издательство НОУ ВПО «СФГА», 2008. 368 с.

96. Жукова О. А. Опыт о русской культуре. Философия истории, литературы и искусства. М.: Согласие, 2019. 588 с.

97. Жукова О. А. Творчество и религиозность в русской культуре. Философские исследования. М.: Согласие, 2022. 594 с.

98. Жукова О. А. Философия русской культуры. Метафизическая перспектива человека и истории. М.: ООО «Издательство «Согласие», 2017. 624 с.

99. Жучков В. А. Комментарии // Кант: pro et contra: Антология. СПб.: РХГИ, 2005. 924 с.

100. Забияко А. П. Ролевая теория религии Я. Сундена (Обзор) // Современные зарубежные исследования в области философской теологии: Реферативный сборник. М., 1991. С. 82-102.

101. Зенон // Фрагменты ранних греческих философов. Рожанский И. Д. (Ред.). М.: Наука, 1989. С. 298-315.

102. Зеньковский В. В. История русской философии / В. В. Зеньковский. Москва: Академический проект, 2001. 880 с.

103. Иванов А. В. Толкование на Евангелие от Иоанна // Сайт ekzeget.ru. 2017. (https://ekzeget.ru/bible/evangelie-ot- ioanna/glava-1/tolkovatel-ivanov-av-professor/). Дата обращения 15.02.2021.

104. Иванов А. В., Фотиева И. В. «Философия мысли» Павла Флоренского // Философский журнал. 2016. Т. 9. No 4. С. 92-110.

105. Иванов В. В. О лингвистических исследованиях П. А. Флоренского // Вопросы языкознания. 1988. № 6. С. 69-87.

106. Иванов. Вяч. И. Собрание сочинений. Брюссель, 1979. Т. 3. 896 с.

107. Иванов Вяч. И. Родное и вселенское / Сост., вступ. ст. и прим. В. М. Толмачева. М.: Республика, 1994. 428 с.

108. Из наследия П. А. Флоренского. Контекст-1991, М.: Наука, 1991. 256 с.

109. Иларион (схим.). На горах Кавказа: Беседа двух пустынников о внутр. единении с господом наших сердец, чрез молитву Иисус Христову, или Духов. деятельность соврем. пустынножителей / Сост. схим. Иларион, пустынножитель Кавк. гор. Ч. 1. Ч. 1 / 23. Киев: Киево-Печерск. лавра, 1912. Второе издание. 367 с.

110. Иларион Волоколамский (Алфеев), митр. Священная тайна церкви. Введение в историю и проблематику имяславских споров. СПб.: Издательство Олега Абышко, 2013. 912 с.

111. Ириней Лионский, свщмч. Против ересей. Доказательство апостольской проповеди. Санкт-Петербург: Издательство Олега Абышко, 2008. 672 с.

112. Казарян А.Т. Примечания // Флоренский П. А. Соч.: В 4т. Т.1. С. 704.

113. Калинников Л. А. Кант в русской философской культуре: монография. Калининград: Изд-во РГУ им. И. Канта, 2005. 311 с.

114. Кант И. Критика чистого разума. / Сочинения в 4 т. М.: Наука, 2006. Т. 2. Ч. 1. 1081 с.

115. Кант И. Собрание сочинений: В 6 т. М.: Мысль, 1965. Т. 3. 799 с.

116. Кант И. Трактаты и письма / сост. А. В. Гулыга. М.: Наука, 1980. 710 с.

117. Кант И. Физическая монадология / Пер. П. А. Флоренский // Богословский вестник 1905. Т. 3. № 9. С. 95-127.

118. Кантор Г. Теория множеств. М.: Наука, 1985. 428 с.

119. Кацис Л. Ф. Русская эсхатология и русская литература. М.: ОГИ, 2000. 656 с.

120. Кейдан В. На путях к граду земному // Взыскующие града: Хроника частной жизни русских религиозных философов в письмах и дневниках. М., 1997. С. 5-52.

121. Кильдяшов М. А. Лингвистическое осмысление теории интертекстуальности / М. А. Кильдяшов // Вестник Оренбургского государственного университета. 2011. № 17. С. 137-141.

122. Киреевский И. В. Разум на пути к истине. М.: Правило веры, 2002. 784 с.

123. Козловская Н. В. Термин в философской интерпретации Павла Флоренского // Мир русского языка, №3, 2012. С. 55-61.

124. Кротикова Т. И. Философская антропология Иммануила Канта и Макса Шелера // Форум молодых кантоведов. М.: ИФ РАН, 2005. С. 159-166.

125. Круглов А. Н. Был ли у Канта трансцендентальный субъект? // Историко-философский ежегодник. М.: Наука, 2005. С. 279-295.

126. Кувакин В. А. Религиозная философия в России: начало ХХ в. / В. А. Кувакин. М.: Мысль, 1980. 309 с.

127. Кудрявцев-Платонов В. Д. Философия религии. М., 2008. 573 с.

128. Кузнецов С. О. Слово и язык у о. Павла Флоренского // Философия России первой половины ХХ века. Павел Александрович Флоренский / ред. А. Н. Паршин, О. М. Седых. М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2013. С. 393-418.

129. Кусенко О. И. Русская философия в Италии. Историографический очерк // Вестник РУДН, серия Философия, 2014, N0 3. С. 75-87.

130. Куссе Х. Формы аргументации у П. А. Флоренского и А. Ф. Лосева // Лосевские чтения. Образ мира - структура и целое. М.: Логос, 1999. С. 144-164.

131. Ладов В. А. Онтологическая проблематика в аналитической философии / В.А. Ладов // Эпистемология и философия науки. 2010. № 1 (23). С. 84-97.

132. Лазарев В. В. Триады и Троица в наследии Павла Флоренского // Вопросы философии. 2008. № 1. С. 65-76.

133. Лебедев В. Ю. Актуальность культа: Теория антиномизма П. А. Флоренского и герменевтика Предания // Вестник славянских культур, №4, Т. XIV, 2009. С. 17-26.

134. Левина Т. В. Символ и познание: «абсолютная бесконечность» у Георга Кантора и Павла Флоренского // Философия. Журнал Высшей школы экономики. 2018. Т. 11, №4. С. 32-50.

135. Лейбниц Г. В. Сочинения в 4 т. Т. 1. М.: Мысль, 1982. 636 с.

136. Лейбниц Г. В. Сочинения в 4 т. Т. 4. М.: Мысль, 1989. 554 с.

137. Лескин Д. Ю. Имяславие как общечеловеческая интуиция в трудах священника Павла Флоренского // Философия России первой половины ХХ века. Павел Александрович Флоренский / ред. А. Н. Паршин, О. М. Седых. М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2013. С. 419-464.

138. Лескин Д. Ю. Спор великих каппадокийцев и Евномия о границах богопознания и его рецепция в русской философии ХХ века // Государство, Религия и Церковь в России и за рубежом. № 3, 2009. С. 87-98.

139. Лосский В. Н. Очерк мистического богословия Восточной Церкви. Догматическое богословие. М.: Центр «СЭИ», 1991. 288 с.

140. Лосский Н. О. История русской философии / Н. О. Лосский. Москва: Сварог и К., 2000. 496 с.

141. Лузина Т. И. «Религиозный максимализм» русской интеллигенции в начале XX в. // Вестник Ленинградского государственного университета им. А. С. Пушкина, Т2, №2. 2015. С. 95-104.

142. Лурье В. М. Послесловие. Афонский спор предыстроия "моды на паламизм" // Мейендорф И., прот. Жизнь и труды свт. Григория Паламы. Введение в изучение. СПб., 1997. С. 339-342.

143. Лурье С. Я. Демокрит. Л.: Ленинградское отделение издательства «Наука», 1970. 664 с.

144. Лурье С. Я. История Греции. СПб.: Издательство Санкт-Петербургского университета, 1993. 680 с.

145. Медведев Н. В. Герменевтическое понимание историчности человека // Вестник Тамбовского университета. Серия Гуманитарные науки 2018. Т. 23, Вып. 1 (171) С. 163-171.

146. Медведев Н. В. Герменевтическое понятие истины // Философские традиции и современность. 2013. № 1 (3). С. 89-957.

147. Медоваров М. В. Проблема прерывности и непрерывности исторического процесса в русской религиозной философии // Соловьёвские исследования. Выпуск 2(70) 2021. С. 68-83.

148. Мейер А. А. Петербургское Религиозно-философское общество // Вопросы философии. 1992. № 7. С. 107-115.

149. Мережковский Д. С. Не мир, но меч. М.: АСТ, 2000. 720 с.

150. Минский Н. М. При свете совести: Мысли и мечты о цели жизни. 2-е изд. СПб.: тип. Ю. Н. Эрлих, 1897. XVI, 228 с.

151. Никон (Рождественский), архиеп. Великое искушение вокруг святейшего Имени Божия // Прибавление к Церковным Ведомостям. 1913. №20. С. 852-869.

152. Никоненко С. В. Рассел и Флоренский о реализме в философии и математике: схожие посылки, разные выводы // Вестник Русской христианской гуманитарной академии. 2020. Т. 21. Вып. 3. С. 113-122.

153. Обретая путь. Павел Флоренский в университетские годы / ред. П. В. Флоренский. В 2-х томах. М.: Прогресс-Традиция, 2011. Т. 1. 584 с.

154. Обретая путь. Павел Флоренский в университетские годы / ред. П. В. Флоренский. В 2-х томах. М.: Прогресс-Традиция, 2015. Т. 2. 736 с.

155. Ойзерман Т. И. Кантовская концепция пространства и времени // Кантовский сборник. Вып. №1 (29), 2009. С. 7-18.

156. Орлов Д. В. Рецензия на книгу «Флоренский П. А. Из истории античной философии. М.: Гуманитарий, 2007. 597 с» // Вестник Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Серия 1: Богословие. Философия. Религиоведение, №22, 2008. С. 121-124.

157. Остин Д. Избранное / пер. с англ. Л. Б. Макеевой, В. П. Руднева. М.: Идея-Пресс; Дом интеллектуальной книги, 1999. 332 с.

158. Оськин В. А. Религиозно - философские собрания Москвы и Петербурга конца XIX - начала XX в. // Вопросы философии, 2011. URL: http://vphil.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=409&Itemid=5 (Дата обращения: 31.07.2024)

159. Отто Р. Священное. Об иррациональном в идее божественного и его соотношении с рациональным / Пер. с нем. Руткевича А. М. СПб.: Изд-во С.-Петерб. Ун-та, 2008. 272 с.

160. Павел Флоренский и символисты. Опыты литературные. Статьи, Переписка. Сост. Иванова Е В. М.: Языки славянской культуры, 2004. 711 с.

161. Павлов И. И. Влияние секулярных и антисекулярных аспектов «нового религиозного сознания» на становление метафизики Н. А. Бердяева // Дисс. на соиск. степ. к.ф.н., 2021. 425 с.

162. Павлюченков Н. Н. «Священная тайна» имяславия в философско-богословской концепции символа священника П. А. Флоренского // Христианское чтение. 2020. № 2. С. 121-133.

163. Павлюченков Н. Н. «Старое» и «новое» религиозное сознание в трудах священника Павла Флоренского // Христианское чтение No 4, 2017. С. 137-177.

164. Павлюченков Н. Н. «Философия имени» Священника Павла Флоренского в контексте имяславческой полемики начала ХХ в. // Вестник ПСТГУ I: Богословие. Философия 2008. Вып. 2(22), С. 75-88.

165. Павлюченков Н. Н. Научный подход к религии в трудах священника Павла Флоренского // Пространство и время, 1-2 (19-20), 2015. С. 183-186.

166. Павлюченков Н. Н. П. А. Флоренский о религиозном опыте и религиозной догматике // Вестник Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. № 2:52. С. 61-77.

167. Павлюченков Н. Н. Понятие «античности» в религиозно-философском наследии священника Павла Флоренского // Русско-Византийский вестник. 2020. № 1 (3). С. 48-66.

168. Павлюченков Н. Н. Тема антропологии в наследии священника Павла Флоренского // Вестник ПСТГУ I: Богословие. Философия 2007. Вып. 3 (19). С. 71-88.

169. Павлюченков Н. Н. Черты аналитической психологии в трудах священника Павла Флоренского // Религиозная философия в России и на Западе. Ежегодная богословская конференция ПСТГУ. №18-1, 2008. С. 217-223.

170. Пайман А. У водоразделов мысли: кризис или крушение? (Тема «гуманизма» у Вяч. Иванова, А. Блока, о. Павла Флоренского) // Вяч. Иванов: pro et contra, антология. Т. 2. М.: РХГА, 2015. С. 171-179.

171. Палиевский П. В. Розанов и Флоренский // П. А. Флоренский: pro et contra / ред. К. Г. Исупов. Спб.: Издательство русского Христианского Гуманитарного института, 2001. С. 559-605.

172. Панищев А. Л. Разум, сознание и природа человека в антропологических воззрениях В. С. Соловьёва / Современные наукоемкие технологии. 2004. № 5. С. 25-28.

173. Парменид // Фрагменты ранних греческих философов. Рожанский И. Д. (Ред.). М.: Наука, 1989. С. 274-298.

174. Паршин А. Н., Седых О. М. Конкретная метафизика священника Павла Флоренского // Философия России первой половины ХХ века. Павел Александрович Флоренский / ред. А. Н. Паршин, О. М. Седых. М.: РОССПЭН, 2013. С. 7-28.

175. Перевозчикова Л. С., Черников М. В. «Новое религиозное сознание» как идейное течение русской культуры // Религиоведение и Социология Культуры Серия Философия. Социология. Право. 2014. № 9 (180). Выпуск 28 С. 100-104.

176. Переписка П. А. Флоренского и В. Ф. Эрна / публикация, коммент. Н. Н. Павлюченкова // Русское богословие: исследования и материалы. М., 2014. С. 199231.

177. Петрова Г. И. Философская антропология и антропологическая проблематика в философии // Томск: Издательство НТЛ, 2002. 160 с.

178. Пифагор // Фрагменты ранних греческих философов. Рожанский И. Д. (Ред.). М.: Наука, 1989. С. 138-149.

179. Платон. Кратил // Собрание сочинений в 4 томах. СПб.: Издательство Олега Абышко, 2006. Т. 1 С. 421-502.

180. Платон. Софист // Собрание сочинений в 4 томах. СПб.: Издательство Олега Абышко, 2006. Т. 2. С. 329-413.

181. Платон. Теэтет // Собрание сочинений в 4 томах. СПб.: Издательство Олега Абышко, 2006. Т. 2. С. 229-328.

182. Половинкин С. М. П. А. Флоренский: Логос против Хаоса // П. А. Флоренский: pro et contra / ред. К. Г. Исупов. Спб.: Издательство РХГА, 2001. C. 621-645.

183. Половинкин С. М. Персонализм и особенности социальной стратегии (христианский персонализм П. А. Флоренского в контексте русской мысли) // История философии, №19, 2014. С. 166-180.

184. Половинкин С. М. Ревностная дружба // П. А. Флоренский: pro et contra / ред. К. Г. Исупов. Спб.: Издательство РХГА, 2001. C. 702-713.

185. Половинкин С. М. Русский персонализм. М.: Издательство Синаксис, 2020. 1156 с.

186. Портнов А. В. Язык и сознание: Основные парадигмы исследования сознания в философии XIX-XX вв. Иваново: 1994. 371 с.

187. Порус В. Н. Павел Флоренский: Символическая сущность антиномизма // Философские науки. № 1. 2006. С. 43-58.

188. Потебня A.A. Из записок по теории словесности // Потебня A.A. Слово и миф. М., 1989. С. 256-275.

189. Потебня А. А. Мысль и язык. М.: Лабиринт, 2007. 256 с.

190. Пребывает вечно: письма П. А. Флоренского, Р. Н. Литвинова, Н. Я. Брянцева и

A. Ф. Вангенгейма из Соловецкого лагеря особого назначения: в 4 т. / авт.-сост. П.

B. Флоренский. М.: Международный центр Рерихов: Мастер-банк, 2011-2016.

191. Прохоров Г. М. Древнерусское слово съвЪсть и современные русские слова совесть и сознание// ТОДРЛ. Т. Отв. ред. Л. В. Соколова. СПб.: Дмитрий Буланин, 2004. Т. 55. 592 с.

192. Пылаев М. А. Категория «священное» в феноменологии религии, теологии и философии ХХ века. М.: РГГУ, 2017. 216 с.

193. Пылаев М. А. Концепции понимания священного в феноменологии религии (Г. Ван дер Леу, Й. Вах) // Вестник РГГУ. Серия «Философия. Социология. Искусствоведение», 2009. С. 148-167.

194. Пылаев М. А. Феноменология молитвы: примитивная молитва // Вестник Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. № 2:22. С. 4559.

195. Рассел Б. Искусство мыслить. М.: Идея-Пресс: Дом интеллектуальной книги, 1999. 240 c.

196. Резниченко А. И. О смыслах имён: Булгаков, Лосев, Флоренский, Франк et dii minores. М.: Издательский дом РЕГНУМ, 2012. 416 с.

197. Резниченко А. И. О судьбах имен и терминов: к становлению философии языка в России (П. А. Флоренский, А. Ф. Лосев, В. П. Зубов) // Историко-философский ежегодник. 2014. №2014. С. 278-295.

198. Религиозно-философское общество в Санкт-Петербурге (Петрограде). История в материалах и документах 1907-1917: в 3 т. / сост., подг. текста, вст. ст. и примеч. О. Т. Ермишина и др. М.: Русский путь, 2009. Т. 1. 680 с.

199. Розанов В. В. Литературные изгнанники // Собрание сочинений / ред. А. Н. Николюкин. М.: Республика; 2010. Том 29. Книга вторая. 957 с.

200. Роинашвили Д. И. Антропологическая революция Макса Шелера // Спектр антропологических учений. Вып. 1 / Отв. ред. П. С. Гуревич. М.: ИФРАН, 2006. С. 20-34.

201. Романов Д. Д. И. Кант и русский символизм: критика «очарованной дали» // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Философия. 2024. Т. 28. № 2. С. 315-331.

202. Рузавин Г. И. Диалектические и формально-логические противоречия в развитии научного познания // Диалектическое и научное мышление. М.: Наука, 1988. С. 196-206.

203. Рыскельдиева Л. Т. Осознание, осмысление и непереводимость // Философский журнал / Philosophy Journal. 2023. Т. 16. № 2. С. 18-25.

204. Самарина Т. С. Дизайнерский проект феноменологического понимания религии: компаративистика Ф. Макса Мюллера С. 122. Вестник ПСТГУ. Серия I: Богословие. Философия. Религиоведение. 2018. Вып. 78. С. 121-131.

205. Самарина Т. С. Феноменология, ноуменология, постфеноменология религии. Рос. акад. наук, Ин-т философии. М.: ИФ РАН, 2019. 296 с.

206. Свенцицкий В. П. О новом религиозном сознании // Век. 1907. № 18. С. 253-255.

207. Свенцицкий В. П. Собрание сочинений. Т. 2. Письма ко всем: обращения к народу 1905-1908 / Сост., послесл., коммент. С. В. Черткова. М.: Даръ, 2009. 752 с.

208. Священник Павел Флоренский. Письма с Дальнего Востока и Соловков / Ред. Игумен Андроник (Трубачев). М.: Мысль. Т. 4. 1998. 795 с.

209. Сегал Д. О возможной типологии «серебряных веков» // Modernités russes, 2007. №7. С. 3-18.

210. Сепир Э. Избранные труды по языкознанию и культурологии: Пер. с англ. М.: Прогресс, 1993. 650 с.

211. Серль Дж. Р. Природа интенциональных состояний // Философия. Логика. Язык. Пер. с англ. и нем. М., 1987. С. 96-126.

212. Сидорова Л. П., Шнырёва О. Е. Лингвистический аспект становления неклассической рациональности // Симбирский научный вестник. 2014. № 2 (16). С.150-155.

213. Синодальное послание от 18.05.1913 // Церковные ведомости №20, 1913. С. 277286.

214. Смирнов М. А. Философия Канта и «лингвистическое кантианство» // Кантовский сборник. 2018. Т. 37, N0 2. С. 32-45.

215. Смирнов М. Ю., Бокова О. А. Методология религиоведения как проблема // Вестник Ленинградского государственного университета им. А. С. Пушкина. №3, 2017. С. 133-146.

216. Соболевский С. И. Речь // Богословский вестник № 11. 1910. С. 1-2.

217. Соколов В. В. Философия духа и материи Рене Декарта / В. В. Соколов // Декарт Р. Соч. : в 2 т. : пер. с лат. и фр. / сост., ред., вступ. ст. В. В. Соколова. М.: Мысль, 1989. Т. 1. 654 с.

218. Соловьев В. С. Литературная критика. М.: Искусство, 1991. 701 с.

219. Соловьев В. С. Сочинения: в 2 т. Т. 1. М.: Мысль, 1988. 892 с.

220. Соловьев В. С. Сочинения: в 2 т. Т. 2. М.: Мысль, 1988. 822 с.

221. Соловьев В. С. Философское начало цельного знания, Минск: Харвест, 1999. 912 с.

222. Сухачев Н. Л. Концепции языка в европейской философии (Очерки о Г. В. Ф. Гегеле, Ч. С. Пирсе, М. Хайдеггере) // СПБ.: Изд-во «Нестор-История», 2007. (Труды ИЛИ РАН. Т. 3. Ч. 2). 318 с.

223. Сухова Н. Ю. [Рецензия] // Вестник ПСТГУ. Серия II: История. История Русской Православной Церкви. 2017. Вып. 78. С. 141-146 - Рец. на кн.: ПузовиЬ Владислав. Руски путеви српског богословла. Школоваае срба на руским духовним академщама (1849-1917). Београд: Угниверзитет у Београду: Православни богословски факултет, Институт за теолошка истраживааа - Ш Службени гласник, 2017.

224. Тернавцев В. А. Русская Церковь пред великою задачей // Записки петербургских Религиозно-философских собраний (1901-1903 гг.) / Общ. ред. С. М. Половинкина. М.: Республика, 2005. 543 с.

225. Тиллих П. Избранное: Теология культуры. Пер. с англ. М.: Юрист, 1995. 479 с.

226. Тренделенбург А. Элементы логики Аристотеля. Москва: Канон+, 2017. 336 с.

227. Троицкий С. В. Афонская смута // Церковные ведомости. 1913. №2 20. Прибавление. С.882-909.

228. Трубачёв А., игум. Священник Павел Флоренский - профессор Московской духовной академии и редактор «Богословского вестника» // Богословские труды. Сб. 28. М.: Изд-во Московской Патриархии, 1987. С. 290-314.

229. Трубецкой Е. Н. Свет Фаворский и преображение ума / Е. Н. Трубецкой // Русская мысль. Москва: Путь, 1914. С. 25-54.

230. Трубецкой Е. Н. Смысл жизни / Е. Н. Трубецкой // Избранные произведения. Ростов-на-Дону: Феникс, 1998. С. 15-336.

231. Трубецкой С. Н. Метафизика в древней Греции // Собрание сочинений кн. С. Н. Трубецкого. М.: тип. Г. Лисснера и Д. Собко, Т. 3., 1910. 467 с.

232. Трубецкой С. Н. О природе человеческого сознания: соч. М.: Мысль, 1994. 816 с.

233. Федоров В. Е. Флоренский и судьбы математики в ХХ веке: Блеск и нищета русского духа // Вече: Альманах русской философии и культуры. 1997. № 10. С. 163-176.

234. Федоров В. Е. Флоренский и судьбы математики в ХХ веке: Блеск и нищета русского духа // Вече: Альманах русской философии и культуры. 1997. № 10. С. 163-176.

235. Флоренский П. А. Богословские труды (1902-1909) / [Сост. Н.Н. Павлюченков, игум. А. Трубачев; вступ. статья, комм. Н.Н. Павлюченкова]. М.: Изд-во ПСТГУ, 2018. 622 с.

236. Флоренский П. А. Введение к диссертации «Идея прерывности как элемент миросозерцания» / публ. и примеч. С.С. Демидова, А.Н. Паршина // Историко-математические исследования: сб. ст. Вып. 30 / отв. ред. А.П. Юшкевич. М.: Наука, 1986. С. 159-177.Флоренский П. А. Вопль крови. Из гомилетического наследия священника Павла Флоренского // Ныне и присно. 2006. № 3-4. С. 171-174.

237. Флоренский П. А. Вступительное слово перед защитой на степень магистра книги «О Духовной Истине», сказанное 19 мая 1914 г. // Сочинения в 2-х томах: Столп и утверждение истины. У водоразделов мысли М.: Правда, 1990. Т. 1(2). С. 817-826.

238. Флоренский П. А. Детям моим: воспоминанья прошлых дней. М.: Моск. рабочий, 1992. 560 с.

239. Флоренский П. А. Из истории античной философии. Москва: Академический проспект, 2015. 544 с.

240. Флоренский П. А. Иконостас. Избранные труды по искусству. СПб.: Мифрил, Русская книга, 1993. 365 с.

241. Флоренский П. А. Общечеловеческие корни идеализма // Столп и утверждение истины: Опыт православной теодицеи. М.: АСТ, 2003 С. 7-30.

242. Флоренский П. А. Предполагаемое государственное устройство в будущем: Сборник архивных материалов и статей. М.: Городец. 2009. 214 с.

243. Флоренский П. А. Священное переименование. Изменение имен как внешний признак перемен в религиозном сознании. М.: Храм святой мученицы Татианы, 2006. 352 с.

244. Флоренский П. А. Собрание сочинений. Философия культа. Опыт православной антроподицеи М.: Мысль, 2004. 685 с.

245. Флоренский П. А. Сочинения. В 4 т. Т. 1. М.: Мысль, 1994. 797 с.

246. Флоренский П. А. Сочинения. В 4 т. Т. 2. М.: Мысль, 1996. 877 с.

247. Флоренский П. А. Сочинения. В 4 т. Т. 3 (1). М.: Мысль, 2000. 621 с.

248. Флоренский П. А. Сочинения в 4 т. Т. 3(2). М.: Мысль, 2000. 623 с.

249. Флоренский П. А. Столп и утверждение истины: Опыт православной теодицеи в двенадцати письмах. М.: АСТ, 2003. 640 с.

250. Флоренский П. А. Эсхатологическая мозаика // Контекст-1991: Литературно-теоретические исследования. С.68-92.

251. Флоровский Г. В. Пути русского богословия. Отв. ред. О. Платонов. М.: Институт русской цивилизации, 2009. 848 с.

252. Фролов Э. Д. Тернистый путь ученого. Санкт-Петербург: Издательство Санкт-Петербургского университета, 1993. 579 с.

253. Хоружий С. С. Имяславие и культура серебряного века: Феномен московской школы христианского неоплатонизма // С. Н. Булгаков: религиозно-философский путь: Международная научная конференция, посвященная 130-летию со дня рождения, 5-7 марта 2001 г. / ред. А. П. Козырев. М.: Русский путь, 2003. С. 191207.

254. Хоружий С. С. Миросозерцание Флоренского. Томск: Водолей, 1999. 160 с.

255. Хоружий С. С. Опыты из русской духовной традиции. Имяславие и культура Серебряного века: феномен Московской школы христианского неоплатонизма. М.: Институт Святого Фомы, 2018. 648 с.

256. Хоружий С. С. После перерыва. Пути русской философии. СПб.: Алетейя, 1994. 448 с.

257. Хоружий С. С. Философский символизм П. А. Флоренского и его жизненные истоки // П. А. Флоренский: pro et contra / ред. К. Г. Исупов. Спб.: Издательство русского Христианского Гуманитарного института, 2001. C. 521-554.

258. Хренов Н. А. Символизм в искусстве начала ХХ века на фоне бифуркационного взрыва в русской культуре // Верхневолжский филологический вестник, 2016. № 2. С. 148-155.

259. Хрисанф (Григорович). Имя Божие (по поводу современных Афонских споров). // Миссионерское обозрение № 2, 1913. С. 203-214.

260. Чулков Г. И. О мистическом анархизме // Факелы, СПб.: Тихомиров, 1906. 211 с.

261. Шапошников В. А. Математика как ключ к мировоззрению // Обретая путь. Павел Флоренский в университетские годы / ред. П. В. Флоренский. В 2-х томах. М.: Прогресс-Традиция, 2011. Т. 1. С. 383-412.

262. Шеллинг Ф. В. И. Изложение моей системы философии СПб.: «Наука», 2014. 263 с.

263. Шлейермахер Ф. Речи о религии к образованным людям, ее презирающим. Монологи / Пер. с нем. Франка С. Л. СПб.: Алетейя, 1994. 336 с.

264. Шоломова С. Б. «Остаюсь Ваш богомолец и доброжелатель ...» К истории взаимоотношений священника Павла Флоренского и митрополита Антония (Храповицкого) // ЖМП, №6, 1998. С. 67-74.

265. Шруба М. Литературные объединения Москвы и Петербурга 1890-1917 годов: Словарь. М.: Новое литературное обозрение, 2004. 448 с.

266. Элиаде М. Миф о вечном возвращении. М.: Ладомир, 2000. 414 с.

267. Элиаде М. Священное и мирское / Пер. с фр., предисл. и коммент. Н.К.Гарбовского. М.: Изд-во МГУ, 1994. 144 с.

268. Ameriks K. Kant and the Fate of Autonomy: Problems in the Appropriation of the Critical Philosophy. Cambridge: Cambridge University Press, 2000. 424 р.

269. Aristotelis Opera edidit Academia Regia Borussica, Berlin, 1831-1870 Aristoteles latine interpretibus variis. 1831 Bekker's Prussian Academy of Sciences edition V. 3. 750 p.

270. Augustinus, De Trinitate, 5, XIV 15 URL: https://www.monumenta.ch/latein/text.php?tabelle=Augustinus&rumpfid=Augustinus, %20De%20Trinitate,%2005,%2014.15&nf=1 (Дата обращения: 31.03.2023)

271. Brook A. Kant and the Mind. Cambridge: Cambridge University Press, 1994. З. 327 р.

272. Burzo D. «Il Nome Di Dio E Dio». Epifania e venerazione del nome nel pensiero di Pavel A. Florenskij. Antonianum XCVI, 2021. P. 545-577.

273. Burzo D. Artificialita dell'esistenza e organoproiezione romano guardini, Pavel Florenskij e la sfida della tecnica, Antonianum XCVII, 2022. P. 513-562.

274. Burzo D. La conversione di un uomo moderno. Pavel florenskij e il sentiero dell'esperienza religiosa, Mimesis, Milano. 2020. 688 p.

275. Burzo D. La portata religiosa del linguaggio tra il sacro e il Santo: Pavel Florenskij e Martin Heidegger, Critical Hermeneutics, 7(2), 2023. P. 71-109.

276. Cassedy St. [Rezension von] The Pillar and Ground of the Truth. // The Russian Review, 58 (1999).

277. Chomsky N. Syntact^ Structures. The Hague: Mouton, 1957. 117 p.

278. Cicero, Marcus Tullius Tusculanarum disputationum. New York: Harper & Brothers, Publishers, 1852. 440 р.

279. Cook D. J. Language in the philosophy of Hegel. The Hague; Paris, 1973. 158 p.

280. Descartes R. Meditationes de prima philosophia. Leiden: Jan Maire, 1637.

281. Donovan Р. Religious language. New York: Hawthorn Books, 1976. 113 p.

282. Dr. Martin Luthers Werke. Kritische Gesamtausgabe, die Weimarer Ausgabe (WA), erschien von 1883 bis 2009 in 120 Bänden Bd. 40 I, 1911. 718 р.

283. Fichte J. G. Werke. Auswahl in sechs Bänden, hrsg. von F. Medicus. Leipzig, 1908— 1911.

284. Frazer J. G. The Golden Bough: A Study in Comparative Religion, London: Macmillan and Co. 1890.

285. Grimm J. Deutsche Mythologie. Diederich, Göttingen. 1835. 710 p.

286. Gut T. Brief and die Nachgeborenen. Zu Pawel Florenskis Erinnerungen "Meinen Kindern" // Neue Zürcher Zeitung. 1993. № 174.

287. Hagemeister M. Pavel Florenskij als Dichter: Unbekannte Materialien.// Klaus Harer, Helmut Schaller (Hrsg.), Festschrift für Hans-Bernd Harder zum 60. Geburtstag. München: Sagner, 1995, S. 143-176.

288. Haney F. Im Spannungsfeld von exakter Wissenschaft und Orthodoxie. Zur Rationalitätsauffassung Priester Pavel Florenskijs. Frankfurt a. M.: Peter Lang, 2001. 312 p.

289. Heiler F. Das Gebet: Eine religionsgeschichtliche und religionspsychologi- sche Untersuchung. München: Verlag von Ernst Reenhardt, 1920. 592 S.

290. Heiler F. Erscheinungsformen und Wesen der Religion. Stuttgart: Kohlhammer, 1961. 605 S.

291. Ingold F. Ph. Ein konservativer Pionier. Der russische Philosoph Pawel Florenski // Neue Zürcher Zeitung. 1997. No 84.

292. John Paul Pp. II Litterae Encyclicae Fides Et Ratio. URL: https://www.vatican.va/content/john-paul-ii/la/encyclicals/documents/hf_Jp-ii_enc_14091998_fides-et-ratio.html [Дата обращения: 01.10.2021].

293. Kluge F. Etymologisches Wörterbuch Der Deutschen Sprache (Berlin, De Gruyter, 1910) by Friedrich Kluge. 7nd edition 519 р.

294. Kluge F. Etymologisches Wörterbuch Der Deutschen Sprache (Berlin, De Gruyter, 1989) by Elmar Seebold. 22nd edition. 822 р.

295. Kristensen W. B. The Meaning of Religion. The Hague: M. Nijhoff, 1960. 533 p.

296. Kusse H. Einleitung // Name und Person. Beiträge zur russischen Philosophie des Namens. Hrsg. v. H. Kusse. München: Sagner, 2006. S. 9-13.

297. Leeuw G. van der. Einführung in die Phänomenologie der Religion. München: Reinhardt, 1925. 161 S.

298. Leeuw G. van der. Religion in Essence and Manifestation. Princeton: Prince- ton University Press, 2014. 732 p.

299. Maurer, C. I/uvoiöa// Theological Dictionary of the New Testament. V. 7. Wm. B. Eerdmans Publishing Co, 1995. V. VII. 1995. 1055 p.

300. Max Müller F. Chips from a German Workshop. L.: Longmans green and Co, 1867. (Vol. 1-2.) Vol. 2. P. 7. 356 p.

301. Max Müller F. The Comparative Study or Religion // Classical Approaches to the Study of Religion: Aims, Methods, and Theories of Research. Introduction and Anthology: Second edition / J. Waardenburg, ed. B., 2017. P. 87-93.

302. Nemeth T. Philosophy in Imperial Russia's Theological Academies. Berlin; Boston: De Gruyter, 2023. 359 p.

303. Oppo A. Antinomy and Symbol: Pavel Florensky's Philosophy of Discontinuity. Boston: Brill, 2024. 217 p.

304. Pinzani R. The Problem of Universals from Boethius to John of Salisbury. Leiden; Boston: Brill, 2021. 320 p.

305. Schneider C. "'Will the Truth not Demand a Sacrifice from Us?' Reflections on Pavel A. Florensky's Idea of Truth as Antinomy in The Pillar and Ground of the Truth (1914)." Sobornost 34.2 (2013): P. 34-51.

306. Schneider C. Pavel Florensky: At the Boundary of Immanence and Transcendence // The Oxford Handbook of Russian Religious Thought. New York: Oxford University Press. 2020. Chapter 17.

307. Smith B. Against Fantology // Experience and Analysis: Proceedings of the 27th International Wittgenstein Symposium / ed. by J. Marek, E.M. Reicher. Vienna: OBV & HPT, 2005. P. 153-170.

308. Söderblom N. Natürliche Theologie und Allgemeine Religionsgeschichte. Leipzig: J.C. Hinrichs Buchhandlung, 1913. VIII+239 S.

309. Tagliagambe S. Pavel A. Florenskij: la sapienza dell' amore. Teologia della belezza e linguaggio della verita; Pavel A. Florenskij : Ragione e dialettica (Introduzione al pensiero teologico); L'arte di vivere. Sei lezioni su P.A. Florenskij; Memoria e Risurrezione in Florenskij e Bulgakov. Pazzini: Verucchio. 1997.

310. Tagliagambe S. Come leggere Florenskij. Milano: Bompiani, 2006.

311. Tagliagambe S. Il cielo incarnato. L'epistemologia del simbolo di Pavel Florenskij, Roma: Aracne, 2013.

312. Unbegaun В. La langue russe au XVIe siècle (1500-1550).: I. La flexion des noms. 1935, Institut d'études slaves de l'Université de Paris de l'Université de Paris, 1935. 466 р.

313. Wach. J. Understanding and Believing. Chicago, 1968.

314. Zák L. Il mistero del tempo come "quarta dimensione" in Pavel A. Florenskij // Dialegesthai. Rivista telematica di filosofia, № 3, 2001. URL: http://mondodomani.org/dialegesthai/lz02.htm (дата обращения: 30.08.2024)

315. Zák L. Il simbolo come via teologica. Spunti di riflessione sul simbolismo di P.A. Florenskij // Humanitas. 2003. № 4. P. 598-614.

316. Zák L. P.A. Florenskij : progetto e testimonianza di una gnoseologia trinitaria // La Trinità e il pensare. Roma, 1997. P. 193-228.

317. Zák L. Verità come ethos. La teodicea trinitaria di P.A. Florenskij. // Camillianum, n. 29 - 2010. Р. 269-285.

318. Zust M. M. À la recherche de la vérité vivante. L'expérience religieuse de Pavel A. Florenskij (1882—1937). Roma: Lipa Srl, 2002. 394 р.