Поэтика удмуртского рассказа тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 10.01.02, кандидат филологических наук Пантелеева, Тамара Григорьевна

  • Пантелеева, Тамара Григорьевна
  • кандидат филологических науккандидат филологических наук
  • 2006, Чебоксары
  • Специальность ВАК РФ10.01.02
  • Количество страниц 212
Пантелеева, Тамара Григорьевна. Поэтика удмуртского рассказа: дис. кандидат филологических наук: 10.01.02 - Литература народов Российской Федерации (с указанием конкретной литературы). Чебоксары. 2006. 212 с.

Оглавление диссертации кандидат филологических наук Пантелеева, Тамара Григорьевна

ВВЕДЕНИЕ.

Глава I. ФОРМИРОВАНИЕ ЖАНРА РАССКАЗА В УДМУРТСКОЙ

ЛИТЕРАТУРЕ.

1.1. Проблема жанра рассказа в удмуртской критике и литературоведении.

1.2. Фольклорные и народно-речевые истоки удмуртского рассказа.

1.3. Становление рассказа в литературе начала XX века.

Глава II. УДМУРТСКИЙ РАССКАЗ ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XX ВЕКА.

Ф 2.1. Художественные искания в жанре рассказа.

2.2. Проблемно-тематическое своеобразие жанра рассказа в 1930-е годы.

2.3. Своеобразие малой прозы военных лет.

Глава III. ТИПОЛОГИЯ УДМУРТСКОГО РАССКАЗА 1950-90-х гг.

3.1. Своеобразие рассказов Г.Д. Красильникова.

3.2. Жанровые разновидности малой прозы.

3.3. Жанр рассказа в творчестве современных писателей.

Рекомендованный список диссертаций по специальности «Литература народов Российской Федерации (с указанием конкретной литературы)», 10.01.02 шифр ВАК

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Поэтика удмуртского рассказа»

Удмуртская литература - одна из молодых финно-угорских литератур, входящая в литературный регион Урало-Поволжья. Столь же молода и наука о ней. Сложившаяся в ней система прозаических жанров в целом, как и поэтика удмуртского рассказа, еще недостаточно исследованы, внимание критиков и литературоведов сосредоточено, прежде всего, на проблемах изучения романа в ущерб малым эпическим формам, выполняющим немаловажную функцию в литературном процессе. Между тем, вполне очевидно: удмуртский рассказ, как роман и повесть, имеет свою богатую историю и располагает классикой, которую составляют произведения, включенные в буквари, изданные в 1875, 1882, 1892 гг., переводные жития святых, "Разсказы изъ Священной исторш ветхаго и новаго завета" [посвященной исторш епископа Агафодора (На вотском языке, 1907)]", "Разсказы изъ священной исторш ветхаго завета" (На вотском языке Съ рисунками И.С. Михеева, 1912)", "Преподобный Трифон - Вятский чудотворец" (1912), «Первая и Вторая книги для чтения на вотском языке» И.С. Михеева, И.В. Яковлева, этнографические рассказы Г.Е. Верещагина.

В 20-30-е годы XX в. к ним добавляются рассказы К. Ошмеса (Иванов Константин Николаевич), К. Яковлева, А. Клабукова, И. Курбатова и др., которые отображают события гражданской войны, коллективизации, разнообразные социально-бытовые картины из жизни удмуртского крестьянства.

Характерной особенностью процесса становления малой прозы в удмуртской литературе явился тот факт, что оно происходило параллельно с успешным развитием романа и повести. Как известно, ведущим жанром многих молодых национальных литератур на начальном этапе была лирика [221, с. 3]. Что касается удмуртской литературы, то один из зарубежных ее исследователей венгерский ученый П. Домокош подчеркивает: "Довольно высокого уровня достигла удмуртская проза, в особенности роман"

223, с. 409-410]. Несомненно, это произошло благодаря творческим усилиям талантливых писателей, параллельно создававших как рассказы, так и романы, повести, стихи и поэмы. Среди них такие яркие, самобытные художники, как Кедра Митрей, Кузебай Герд, М. Коновалов, Г. Медведев, М. Петров, Г. Красильников, а также писатели младшего поколения В. Ар-Серги, С. Матвеев, JI. Нянькина, Р. Игнатьева и др.

Удмуртские писатели осознанно обращались к жанру рассказа^развивая необходимое для него особое видение мира, умение в "малом отразить большое". Действительно, это один из самых боевых и мобильных жанров художественной прозы, его не случайно называют то "разведчиком" новых тем, то "первопроходчиком" нетронутых, жизненных пластов.

В силу ряда общеизвестных объективных факторов, характеризующих общественно-политическую жизнь страны в 1930 - 1940-е годы, в развитии жанра удмуртского рассказа обозначились кризисные черты: формализация, упрощенность и узость тематики, преобладание переводных текстов художественных произведений в ущерб оригинальным и др. Поэтому весьма актуально вовлечение таких произведений в процесс научного осмысления, что позволит в свою очередь выработать новые литературоведческие подходы и воззрения.

Важно отметить, что удмуртская проза отличается чрезвычайным разнообразием повествовательных форм. С одной стороны, наблюдается большой интерес к классическим жанрам малой прозы: очерку, рассказу, сказке. Причем, наряду с сугубо традиционным использованием, они подвергаются значительным трансформациям, ибо литературные жанры -это исторически эволюционирующие феномены, сохраняющие "память жанра" (по М.М. Бахтину) и трудно поддающиеся классификации. С другой стороны, как никогда ярко и разнообразно проявляет себя тенденция "размывания границ жанра", "гибридности его". Своеобразие и даже парадоксальность XX века заключается в том, что интерес к классическим жанрам сосуществует с интересом к новым формам их проявления.

Очевидно, что устойчивые формы повествования появляются в удмуртской малой прозе под воздействием устных народных сказаний, рассказов, а также русской, советской классики и литератур народов Урало-Поволжья (коми, татарской, чувашской, башкирской). Изучая природу и многообразие жанров рассказа, исследователи обнаруживают разрушение границ между новеллой, очерком и рассказом. А некоторые из них, в частности, JI. Тимофеев и Э. Шубин, принципиально не разграничивают рассказ и новеллу, как и Б.В. Томашевский, который в своё время прямо утверждал тождество понятий новелла и рассказ: "малая форма - новелла (в русской терминологии - "рассказ") [334, с. 112]. К подобной позиции присоединяются и некоторые современные ученые. Так, В. Шмид заявляет: "Новелла - это короткий и сжатый рассказ, <.> наиболее поэтический жанр повествовательной формы" [360, с. 21].

Однако преобладает в современных исследованиях тенденция строгого деления жанра малой прозы на "новеллу" и "рассказ". Например, А. Михайлов считает, что "новелла (итал. novella - новость) - форма эпического повествования, отличающаяся рядом структурных черт и, как замкнутая форма, противопоставленная в первую очередь рассказу.<.> Новелла как жанр отличается высокой организованностью, содержанием новеллы обычно бывает некоторое событие, случай, выходящий за рамки повседневного, обыкновенного, даже вероятного. "Новелла - не что иное, как случившееся неслыханное происшествие" (Гёте. Разговоры с Эккер-маном. 25 января 1827. [286, с. 245-249].

В удмуртском литературоведении рассказ и новелла до 1990-х гг. воспринимались как тождественные понятия, сами писатели особо не выделяли "новеллу", хотя были отдельные неудачные опыты. Таким образом, настало время пересмотреть и уточнить существующие концепции жанра рассказа в удмуртской литературе, обновить и дополнить с точки зрения современных литературоведческих подходов.

Актуальность темы исследования. Обращение к проблемам малой прозы весьма актуально для современного литературоведения. Именно жанр рассказа как наиболее мобильный откликается на основные особенности исторического процесса, на события, происходящие в современной общественной жизни, психологические движения и перемены во внутренней жизни человека. Для настоящего труда наиболее ценными представляются работы Ф.К. Ермакова, А.А. Ермолаева, З.А. Богомоловой, А.Г. Шкляева, В.М. Ванюшева, А.Н. Уварова, а также размышления и высказывания самих удмуртских писателей, в первую очередь Кузебая Герда, М.П. Петрова, Т.А. Архипова, Г.Д. Красильникова, С.А. Самсонова и др. Анализ этой проблемы в удмуртском литературоведении носит историографический характер, или же он сосредоточен целиком на идейно-тематических аспектах изучения (А. Бутолин, А. Писарев, К. Ошмес и др.) Часто критики рассматривают малый жанр в контексте всего творчества писателя и всего лишь как некий подготовительный этап к созданию "большой" прозы (П.К. Чернов, Г.К. Перевощиков и др.). Еще не получило должного внимания собственно жанровое содержание удмуртского рассказа. Вплоть до настоящего времени проблемы становления, развития и особенностей поэтики удмуртского рассказа не привлекали должного интереса удмуртских ученых. Самому жанру рассказа в удмуртской науке посвящены лишь отдельные, разрозненные статьи, в монографических же изданиях он рассматривается лишь "попутно", что можно отметить даже в фундаментальной работе П. Домокоша. Наличествующие работы в области малой прозы чаще всего посвящены особенностям творчества отдельных авторов, они не составляют цельной панорамы развития жанра рассказа, актуальность^ настоящей диссертации обусловлена необходимостью целостного исследования его, назрело время их систематизации, обобщения и дальнейшего осмысления.

Степень разработанности. Ф.К. Ермаков в книге "Путь удмуртской прозы" утверждает, что термин "рассказ" - верос в удмуртской литературе утвердился не сразу, что "первые прозаические произведения не имели жанрового определения, а затем были названия "мадь", "мадён", "веран", затем появился "верос", предложенный Кузебаем Гердом и утвердившийся в удмуртской литературе" [230, с. 10-11].

Общеизвестно, что жанр рассказа в удмуртской литературе рассматривался преимущественно с точки зрения индивидуальных идейно-художественных исканий, анализа произведений отдельных писателей в малом жанре. Логика же дальнейшего исследования должна вестись от разрешения частных задач к постановке более комплексных и глубоких проблем. Именно так обстоит дело с русским рассказом, на материале которого уже созданы фундаментальные, обобщающие исследования, коллективные труды, в которых в первую очередь изучались особенности рассказа как жанровой формы и общие направления развития рассказа. Например, С.П. Антонов дает жанровое определение: «рассказ - небольшое эпическое произведение, состоящее из изложения события и типических мотивировок его» [157, с. 158], И.Н. Крамов добавляет: «Рассказ многолик, и в этом прелесть и обаяние жанра. Нельзя и не нужно ограничивать богатство жанровых возможностей рассказа какой-нибудь одной традицией, художественным направлением или сферой интересов» [261, с. 30]. Достоинством рассказа как жанра А.А. Нинов считает его необыкновенную подвижность, способность к почти бесконечным видоизменениям элементов «повествовательной формы в зависимости от предмета рассказа и точки зрения рассказчика. <.> Рассказ способен передать дробную многосложность человеческих отношений, их неожиданность, парадоксальность, разнообразие реальных характеров и типов во всех социальных слоях и группах современного общества» [295, с. 112-113]. Существенно дополнение в определение жанра рассказа, предложенное В.П. Скобелевым: "рассказ как жанр - живое, внутренне подвижное явление, существующее в историко-литературном контексте, устремленное в будущее и вместе с тем постоянно оглядывающееся назад" [331, с. 177].

Суммируя имеющиеся определения жанра рассказа, можно сделать следующий вывод: рассказ - это небольшое эпическое произведение, для которого характерны малый объем и предельная краткость, обусловленные интенсивной организацией художественного времени и пространства, ограниченным количеством персонажей с уже сложившимся характерами; концентрированность художественных средств изображения, сориентированных на решение одного конфликта; в процессе исторической эволюции вечно видоизменяющийся, модифицирующийся, мобильно и боевито откликающийся на животрепещущие проблемы современности и отражающий их как в зеркале. Рассказ всегда посвящен одному событию. Каждая деталь, слово, фраза многозначны и многофункциональны. За счет сопоставления с жизненным опытом при интерпретации текста читателем происходит углубленное восприятие им идеи, проблемы произведения, достоверности изображения художественной действительности, расширения ее временных границ. Поэтому писатель умеет выразить "в малом -большое". Можем смело утверждать, что все это предполагает максимальную емкость художественной детали в тексте и мгновенную, экспрессивную реакцию читателя.

Что касается поэтики, структуры, образования новых жанровых видов малой эпической прозы, то их продолжают исследовать в своих трудах В. Шмид, И.С. Скоропанова, М.Н. Липовецкий и др.

Объектом диссертационного исследования являются рассказы удмуртских писателей XX века И.С. Михеева, И.В. Яковлева, Г.Е. Верещагина, 8

Кузебая Герда, Ашальчи Оки, Кедра Митрея, Г. Медведева, М. Коновалова, В.Г. Широбокова, Г.Д. Красильникова, С.А. Самсонова, Е.Е. Загребина, В.Е. Владыкина, В. Ар-Серги, С.В. Матвеева, Л.С. Нянькиной, Р.С. Игнатьевой. Их произведения отличаются многообразием и остротой постановки нравственных проблем, богатством художественных средств изображения и способов обобщения. Многие из этих мастеров стояли у истоков становления и развития жанра рассказа. Они во многом определяли художественный уровень малой прозы, особое внимание обращали ей как жанру наиболее оперативному, мобильному, востребованному.

Предметом изучения в диссертации избраны проблемы становления малой прозы в удмуртской литературе, а основное внимание сосредоточено на жанре рассказа.

Новизна исследования состоит в том, что в диссертации автором впервые собран и обобщен материал по жанру малой прозы в удмуртской литературе с момента его зарождения и до конца XX столетия, выявлена типологическая и генетическая общность истоков, изучены закономерности развития жанра малой прозы в предвоенные, военные годы и на современном этапе. В связи с этим в диссертаци учтены и малоизученные материалы о творчестве Г.Е. Верещагина, И.С. Михеева, И.В. Яковлева, Кедра Митрея, Ашальчи Оки, Кузебая. Герда, о малой прозе военных лет, рассказах представителей «новой волны»: В. Ар-Серги, С.В. Матвеева, Л.С. Нянькиной, Р.С. Игнатьевой. Также в работе поднимаются проблемы повествования, изучаются трансформационные процессы в жанре рассказа, (размывание жанровых границ, гибридность в постсоветскую эпоху), исследуются новые тенденции в динамике удмуртского рассказа, сопряженные с этнофутуризмом и постмодернизмом (неосоциальный рассказ). Кроме того, научно значимым представляется сам факт выявления, изучения и обобщения литературоведческого пласта, богатого художественного и научного наследия, а также проведение комплексного анализа произведений писателей "новой волны".

Цель и задачи диссертационной работы. Основная цель диссертационного исследования заключается в раскрытии истоков, путей становления и эволюции жанра рассказа в удмуртской литературе XX столетия, в изучении его поэтики и трансформационных процессов, жанровых модификаций, кроме того, в выявлении, изучении и обобщении богатого художественного и научного наследия, а также в комплексном анализе произведений писателей "новой волны", и в определении их значения для развития жанра рассказа. Исходя из поставленной цели, определяются следующие задачи данного исследования:

- расширение и углубление существующих представлений об истоках и этапах становления и развития жанра рассказа в удмуртской литературе XX века;

- уяснение жанровых черт рассказа как малой эпической формы;

- исследование основных жанровых разновидностей малой прозы второй половины XX в. (очерк, эссе, миниатюра);

- изучение сюжетно-композиционных особенностей малых повествовательных форм;

- анализ современных тенденций развития жанра рассказа в удмуртской литературе.

Методологическую и теоретическую основу исследования составляют фундаментальные труды отечественных и зарубежных литературоведов по истории и теории эпических жанров — таких, как А.Н. Веселовский, О.М. Фрейденберг, В.В. Виноградов, Б.В. Томашевский, Д.С. Лихачев, Е.М. Мелетинский, М.М. Бахтин, Б.И. Корман. Учитываются идеи и концепции таких ученых как, В.Я. Гречнев, Л.Ф. Ершов, И.Н. Крамов, Э.А. Шубин, А.А. Нинов, А.В. Огнев, М.Б. Храпченко, В.Е. Хализев, Н.Л. Лейдерман, М.Н. Липовецкий, И.С. Скоропанова, В. Шмид и др. Работа также опирается на исследования литератур народов Поволжья и Урала: финно-угорских ученых Г.С. Девяткина, В.Н. Демина, А.И. Брыжинского, А.С. Зуевой, JI.B. Лыткиной, В.В.Пахоруковой, А.Н. Уварова, Д.А. Яшина, Р. Яшиной; тюркских - В.Г.Родионова, Г.И. Федорова, /Ю.мТАр^ кина, В.А. Абрамова, В.П. Никитина, В.В. Никифоровой и др.

Методы исследования. В работе применялись приемы сопоставительного и целостного изучения текста, а также историко-типологического анализа, это позволило исследовать особенности жанра рассказа и выстроить жанровую типологию. Кроме того, историко-типологический метод открывает возможность охватить разнородный материал от зарождения удмуртской литературы до наших дней.

Практическое значение работы состоит в том, что материалы диссертации могут быть использованы при дальнейшем изучении творческого наследия удмуртских писателей, при подготовке и чтении вузовских курсов по удмуртской литературе, специальных курсов по удмуртской и финно-угорской малой прозе, при составлении и разработке новых учебников, учебных и методических пособий для вузов и общеобразовательной школы.

Апробация результатов исследования. Основные положения диссертации были представлены в виде докладов и сообщений на Международных (Москва, 1997, 2001; Ижевск, 1996, 1998, 2003, 2005; Сыктывкар, 1999, Йошкар-Ола, 2005), Всероссийских научных конференциях (Ижевск, 1999, Саранск, 2000), Республиканских научных симпозиумах, научно-теоретических, научно-практических конференциях (Ижевск, 2000, 2003).

Основные положения диссертации отражены в статьях, опубликованных в центральных и периферийных научных изданиях (список из 14 наименований прилагается), а также использовались при чтении лекций и проведении спецсеминаров для аспирантов на факультетах удмуртской филологии и журналистики Удмуртского государственного университета (Ижевск - 2000 - 2004 гг.).

Структура работы определяется целями и задачами исследования. Она состоит из Введения, трех глав, Заключения и Списка использованной ф литературы.

Похожие диссертационные работы по специальности «Литература народов Российской Федерации (с указанием конкретной литературы)», 10.01.02 шифр ВАК

Заключение диссертации по теме «Литература народов Российской Федерации (с указанием конкретной литературы)», Пантелеева, Тамара Григорьевна

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Жанр рассказа, как самостоятельное явление в удмуртской литературе, имеет вековую традицию. Малая проза в своей основе не только опирается на богатство устного повествования в фольклоре, но и в своем дальнейшем развитии испытывает на себе ее постоянное влияние. Аналогия с данным процессом обнаруживается и в русской литературе. Без учета этих обстоятельств не представляется возможным эффективно и комплексно проследить эволюцию жанра рассказа в удмуртской литературе.

Устное народное творчество было и остается важнейшим художественным источником вдохновения удмуртских прозаиков. Богатство тем, психологических типов, сюжетных линий, языка как средства выражения миро- и самосознания народа, создавало важнейшие условия для творческого роста профессиональных литераторов.

Другим чрезвычайно важным источником формирования жанра малой прозы, стало просветительство с его идейно-нравственной, воспитательной, христианско-миссионерской проблематикой.

Жанр малой прозы (рассказы, притчи, новеллы, былички, анекдоты) как профессиональная, самостоятельная художественная письменная форма зародился в удмуртской литературе в начале XX в. Его родоначальниками были известные просветители И.С. Михеев, И.В. Яковлев, Г.Е. Верещагин, чьи труды заложили твердую основу для развития этого жанра. Во многом они опирались на культурную традицию, на опыт широких и открытых связей с русской, финно-угорской, тюркской литературой. В эпоху становления и утверждения жанровых форм национальной литературы особое значение приобретает фактор заимствования из русской классики не только, идей, сюжетов, но и самих жанров, что дает возможность установить творящим связь двух литератур, а через это и диалог двух культур. При этом характер заимствования не исключает и самостоятельного, плодотворного развития национальных повествовательных форм.

Первым и удачным опытом создания классического рассказа в удмуртской литературе стали "Первая." (1907) и "Вторая." (1908) книги для чтения И.С. Михеева и И.В.Яковлева, "Сборник рассказов" (1914) Г.Е. Верещагина. Они отличались максимальной содержательно-тематической доступностью, простотой и лаконичностью повествования, богатством художественно-изобразительных средств (сравнительные обороты, фразеологические единицы, стихотворные формы, народный юмор, приметы, бытовая лексика, фольклорно-мифологические образы), детальным описанием крестьянского быта и семейных отношений. В композиционном плане достоверность событиям, фактам, положенным в основу рассказов, придают использование формы повествования от первого лица, а также наличие нескольких рассказчиков.

Первые опыты в области малой прозы удмуртских просветителей явились своего рода импульсом для дальнейшего развития жанра рассказа.

1920-30-х гг. малая форма национальной прозы, став жанрово самостоятельной, не только окончательно утвердилась, но и приобрела литературно-общественную значимость. Во многом это связано с теми положительными тенденциями, которые получили свое развитие в ходе становления новой политической системы в стране. Были созданы условия, способствовавшие интенсивному развитию духовной культуры, в том числе художественной прозы.

Многие рассказы, опубликованные в этот период, отвечали потребности писать "в духе времени" и были посвящены современной острой проблематике становления новой жизни в деревне, хозяйственного строительства, отражали важные моменты классовой борьбы. В основном они отличались достоверностью, актуальностью, злободневностью, поскольку их сюжеты были взяты "с натуры" и вызывали немалый интерес у читателя.

Наиболее характерным для этих лет было появление в многонациональной литературе, в частности, и в молодой удмуртской прозе, таких распространенных жанров как очерки, публицистические статьи, сюжетные зарисовки, которые оперативно давали ответы на актуальные вопросы современной действительности. Безусловно, встречались произведения, которые не всегда отличались высоким художественным уровнем. Тем не менее, уже в этот период удмуртская литература была представлена серьезными и талантливыми авторами, которые подходили к актуальным проблемам вдумчиво, полагаясь на свою творческую интуицию, позволяющую им овладеть хорошим литературным языком. К таким авторам относятся К. Герд, К. Митрей, А. Оки, М. Петров. Наряду с этими авторами в это же время формируется новая плеяда молодых прозаиков: И. Гаврилов, Г. Медведев, М. Коновалов, Т. Архипов и др.

Для развития и дальнейшей эволюции жанра рассказа в удмуртской литературе большое значение приобретает фактор преемственности, новизны. Преемственность выражается в сохранении фольклорно-мифоло-гической основы, в использовании фольклорных художественно-изобразительных средств, мотивов, композиционно-стилевых приемов, подчеркнутой повествовательной интонации, сохранении гуманистического и просветительского характера произведения. Новизна заключается в творческом поиске: частичной индивидуализации образной речи персонажей, фиксирующем реализме, "скрытом психологизме", в тонком лиризме, фактографическом описании событий, агитационном характере, плакатности, публицистичности, революционно-романтическом пафосе, более широком охвате актуальных жизненных и общественных проблем, динамике действия, введении элементов фантастики, усилении драматизма, в остроте и конфликтности ситуаций и отношений героев, в контрастности событий и др. При этом, нельзя не отметить в изображении персонажей некоторую шаблонность, схематизм, однозначность.

С конца 1930-х гг. отчетливо наметилась тенденция, в соответствии с которой, необходимо рассматривать период 1940-50 гг. как творческий кризис, переживаемый удмуртской литературой, который отразился и на дальнейшей эволюции литературных жанров и, в частности, жанра рассказа. Это объясняется практическим отсутствием условий для проявления свободной творческой мысли, репрессиями классиков удмуртской литературы К. Герда, К. Митрея, М. Коновалова, Г. Медведева, М. Тима-шева, откровенным политико-классовым подходом к творчеству деятелей культуры, перегибами в национальной политике, объективными причинами военного времени. Рассказы и очерки, как стихи и поэмы, посвященные Великой Отечественной войне, наполнены патриотическим пафосом, их отличает эмоциональный накал и публицистичность. При этом они максимально приближены к фольклору. Безусловно, жанр рассказа был востребован в суровые военные годы, поскольку информировал народ о положении на фронте и в тылу, но количественном отношении рассказов было недостаточно, а их содержание не отличалось высоким художественным уровнем. Свидетельствовом творческого кризиса удмуртской литературы было и отставание крупных жанров: повести, романа, поэмы.

Каких-либо отчетливых изменений в эволюции жанра удмуртского рассказа не отмечается и в первое послевоенное десятилетие. Однако наличие кризисных тенденций в национальной литературе в целом глобально не сказалось на общей линии ее развития. За достаточно короткий срок жанр удмуртского рассказа прошел настоящий эволюционный путь от зарождения до обретения зрелости. Испытав периоды творческого взлета и застоя, он в 60-70-е гг. XX в. смог не только заявить о себе в качестве одного из существующих жанров национальной литературы, но и вполне утвердиться в своих позициях актуального, оперативного, современного, востребованного и жизненно-значимого в своей художественной и документальной основе жанра.

В 1950-90-е гг. для удмуртской литературы наступает период зрелости. Она представлена именами таких выдающихся прозаиков и поэтов, как Н. Байтеряков, С. Широбоков, В. Широбоков, Г. Красильников, Ф. Васильев, С. Самсонов, Е. Загребин, П. Чернов, Г. Перевощиков и др. Многие из них внесли свой вклад в развитие жанра рассказа, способствовали возрождению интереса к малой форме прозы, как с позиции литературно-художественной критики, так и со стороны широкой читательской аудитории.

Одним из талантливых писателей в удмуртской литературе был признанный мастер рассказа Г. Красильников. Его отличало стремление возродить и развить этот жанр в национальной литературе путем усложнения форм, расширения тематики, основательной разработки теоретических проблем современного литературоведения. Поэтика творчества писателя эволюционирует параллельно с его мироотношением и в дальнейшем приобретает свою глубинную системность. В этом смысле почти все поднятые Г. Красильниковым актуальные проблемы, воплотившиеся в его крупных произведениях: романах и повестях ("Старый дом", "Олескан Кабышев", Начало года") берут начало из жанра малой прозы, который в творчестве писателя занимает центральное место.

Г. Красильников в малой форме прозы охватывает разные идейно-тематические проблемы, что находит воплощение в сатирических, лирических, социально-бытовых, психолого-философских, фантастических рассказах, в них усиливается внутренний психологизм; в центре повествования человек, а путем диалогического монолога глубже изображается психология, особенности характера, его нравственная сущность. Можно лишь предположить, что именно поэтому писатель не отдает предпочтения ни одному из обозначенных видов жанра рассказа, одинаково уважительно относится ко всем.

Художественный мир в произведениях Г. Красильникова как целостная система имеет ряд структурных уровней. Одним из важных в этой системе -повествовательный уровень. Именно в повествовании закладываются авторские интенции, воспринимаемые читателем, которые обуславливают более сложные идейно-тематические посылки. Характер повествования, таков, что проявляется пространственно-временная и нравственно-этическая авторская позиция по отношению изображаемому, - что и определяет суть поэтики художественного произведения.

Творчество Г. Красильникова внесло весомый вклад в эволюцию жанра рассказа в удмуртской литературе, поскольку отличается углубленным постижением действительности, обращением к актуальным проблемам дня, а также обновлением художественно-изобразительных средств. Главная задача классика удмуртской литературы - изображение внутреннего мира человека, его психологии, духовного потенциала. В целом, Г. Красильников обновил структурные возможности и усовершенствовал поэтику удмуртского рассказа, придал ему художественное своеобразие.

В 1950-90-е гг. малая проза представлена такими важнейшими жанровыми разновидностями как очерк, миниатюра, эссе. Не все они в одинаковой степени жанрово и художественно оформлены, разработаны. Однако их присутствие во многом обогатило удмуртскую литературу не только публицистичностью, злободневностью, но и четкостью логического изложения материала, свободным выражением мысли писателя, усилением психологизма, лирической и эмоциональной тональности, отображением философского взгляда на действительность, скрытым символизмом, особым природо- и мировосприятием. В области раскрытия жанрового потенциала удмуртского рассказа существенную роль сыграли С. Самсонов, В. Широбоков, Е. Загребин, О. Четкарев, В. Владыкин и др.

В последние годы в национальной литературе формируется "новая волна" удмуртских прозаиков (В. Ар-Серги, JI. Нянькина, С. Матвеев, Р. Игнатьева и др.), которые в поисках творческого самовыражения наряду с традиционными приемами, используют новые формы и элементы художественной выразительности. В центре внимания в их творчестве -актуальная проблематика социального взаимодействия, социальной драмы, социального конфликта личности и общества. Новизна достигается за счет акцентирования внимания на изображении и анализе острых проблем современности с морально-этических, философских и социально-политических позиций. Молодые прозаики пытаются углубить социальное и психологическое исследование бытования личности, раскрывая ее нравственное и социальное своеобразие в условиях новой социальности. При этом особое внимание уделяется изображению быта, общественных отношений, формированию характера и нравственных качеств человека, затрагиваются проблемы моральной ответственности за собственные поступки.

В условиях формирования новых методов и направлений в отечест

J венной литературе, обращение к культурным традициям своего народа, их

• дальнейшему развитию открыло большие возможности и для самораскрытия авторской индивидуальности. Удмуртские писатели "новой волны", уловив эту "духовную ситуацию времени", пытаются воплотить ее в своих произведениях.

Им присущи такие отличительные особенности композиционного плана, в основе которых лежит идея игрового, ассоциативного фактора: отсутствие цельного, сюжетного повествования, ощущение фрагментарной мысли, наличие текстовых "осколков", цитирования, очевидная незаконченность сюжетного развития.

Смелые поиски и эксперименты представителей "новой волны" проявились не только в области жанра, но и в идейно-художественном плане. Создавая социальный рассказ на современную тему, они стремятся поднять актуальные проблемы нравственно-философского, экзистенциального, этико-психологического характера, ищут разнообразные художественно-стилистические приемы, усиливают социальный психологизм повествования, чтобы способствовать развитию живого, свободного, раскрепощенного воображения читателей, вызвать полемические настроения.

Особого внимания заслуживает использование современными писателями традиционных фольклорно-мифологических мотивов, сюжетов с привлечением богатого материала живого народного языка. Актуальность проблематики и возможность разрешения жизненно важных вопросов со стороны читательской аудитории - одна из основных черт, связующая современное и предшествующее поколение писателей.

В удмуртской литературе последнего времени выявлено стремление гармоничному применению разных направлений, стилей и приемов, как художественной литературы, так и мифопоэтики. Однако пока ни одно из направлений не стало ведущим в ней, нередко они пересекаются, влияют друг на друга, что свидетельствует о напряженном творческом поиске.

Таким образом, малая форма удмуртской прозы за один век проделала весьма сложный эволюционный путь развития, при этом она не разорвала нити преемственности с другими формами и жанрами национальной литературы (повестью, романом). За счет накопления немалого художественного опыта, тематического обогащения, расширения жанровых границ, структурно-композиционных поисков, жанр удмуртского рассказа вступает в период творческого обновления, что в свою очередь свидетельствует об эволюционном характере его развития; намечаются и дальнейшие перспективы изучения поэтики удмуртского рассказа в контексте новых социально-исторических условий развития литератур народов Поволжья и Урала.

Список литературы диссертационного исследования кандидат филологических наук Пантелеева, Тамара Григорьевна, 2006 год

1. Художественная литература

2. Ар-Серги, В. Дунайлэн даурез: верос / В. Ар-Серги // Инвожо, 1994. -№6.-С. 10-17.

3. Ар-Серги, В. Ноктюрн: веросъёс / В. Ар-Серги. Ижевск: Удмуртия, 2003.-304 с.

4. Ашальчи, О. Онисьлэн шудэз / О. Ашальчи // Кенеш. 1928.- № 10-11.-С. 25.

5. Ашальчи, О. Орок / О. Ашальчи // Кенеш, 1928. № 13. - С. 25-26.

6. Ашальчи, О. Ббдёно /О. Ашальчи //Кенеш. 1928.-№ 14.-С. 22-23.

7. Ашальчи, О. Тон юад мынэсьтым: кылбуръёс, веросъёс, гожтэтъёс / О. Ашальчи. Ижевск: Удмуртия, 1978. - 140 с.

8. Багай, Арк. Кудаш Иван / Арк. Багай // Кизили: альманах. Ижевск, 1948.-Кн. 2.-С. 43-46.

9. Багай, Арк. Мумы кион /Арк. Багай // Кизили: альманах. Ижевск, 1950. -Кн. 4.-С. 104-110.

10. Баранов Е. Кизили кенжыкы: (Нылга шур котырын луэм ужъёс) / Е. Баранов // Кенеш. 1927.- № 17.- С. 22-26.

11. Бехтерев, М. Гудок / М. Бехтерев // Пролетар кылбурет удысын., -Ижевск, 1932.- №3(4).- С. 18-29.

12. Бехтерев, М. Чузялудэ / М. Бехтерев // Кылбурет удысын., 1934. -№4-5.-С. 15-21.

13. Бехтерев, М. Сьбд кышет / М. Бехтерев // Кылбурет удысын., 1934. -№7. -С. 41-55.

14. Бликов, Н. Лыдзонъ. Азбука для вотских детей / Н. Блинов. Вятка, 1867.-24 с.

15. Букварь для крещенных вотяковъ. Гожтэт тодытэ. Казань: Печатано въ типографии Коковиной, 1875. - 37 с.

16. Букварь для вотяцких детей Сарапульского уезда / Председатель Совета Братства Святого Гурия Никанор, Епископ Чебоксарский, Викарий Казанской епархии. Казань: Изд. православного миссионерского общества, 1882 . - 22 с.

17. Букварь для вотяцких детей. Казань: Изд. православного миссионерского общества. Типография Императорского университета, 1892. -34 с.

18. Владыкин, В.Е. Йыбырскон = Благодарение: Удмурт литература сярысь 10 вакчияк буре ваёнъёс / В.Е. Владыкин. Ижевск: Удмуртия, 1992. -118 с.

19. Вормон сюрес / Альманах.-Ижевск: Удмуртгосиздат, 1944. 90 с.

20. Воронцов, М. Вормисьёс / М. Воронцов // Кизили: альманах. Ижевск, 1949. - Кн. 3.-С. 73-78.

21. Воронцов, М. Геройлэн сюресэз / М. Воронцов // Кизили: альманах. -Ижевск, 1949. Кн. 3. - С. 67-72.

22. Вторая книга для чтения на вотском языке. Казань: Центральная типография, 1908. - 104 с.

23. Выль дунне: удмурт верос. Антология / Предисл. А.А. Ермолаева. -Ижевск: Удмуртия. Т. 1, 1989. 368 с.

24. Выль дунне: удмурт верос. Антология. Ижевск: Удмуртия. Т.2., 1991. -352 с.

25. Гаврилов Б. Произведения народной словесности, обряды и поверья вотяков Казанской и Вятской губерний: Изд. Православного миссионерского общества. Казань: Типография А. А. Коковиной, 1880. -190 с.25,26,27,28,29,30,31,32,33,34,35,36

26. Гаврилов, В. Зарни бугоръёс: Верос / В. Гаврилов // Кизили: альманах. -Ижевск, 1949. Кн. 3. - С. 27-41.

27. Гаврилов, В. Кык эшъёс: верос / В. Гаврилов. Ижевск, 1953. - 35 с. Гаврилов, И. Ондй / И. Гаврилов // Кизили: альманах. - Ижевск, 1950. -Вып. IV.-С. 110-114.

28. Гаврилов, И. Шудо пумиськон: пичиослы веросъёс / И. Гаврилов. -Ижевск, 1952. 60 с.

29. Ефимов, Г.А. Медовый запах липы: повести и рассказы / Пер. с чуваш. В. Солоухина и Е. Ковалевой / Г.А. Ефимов. М.: Современник, 1975. -269 с.

30. Загребин, Е.Е. Нюлэс куараос: веросъёс / Е.Е. Загребин. Ижевск: Удмуртия, 1971.-42 с.

31. Загребин, Е.Е. Палэзь зускиос: веросъёс но повесть / Е.Е. Загребин. -Ижевск: Удмуртия, 1978. 120 с.38,39.40,41,42,43,44,45,46,47

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.