Социокультурная специфика элиготенеза в современных республиках Северного Кавказа тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 22.00.06, кандидат социологических наук Чуб, Олег Петрович

  • Чуб, Олег Петрович
  • кандидат социологических науккандидат социологических наук
  • 2004, Ростов-на-ДонуРостов-на-Дону
  • Специальность ВАК РФ22.00.06
  • Количество страниц 138
Чуб, Олег Петрович. Социокультурная специфика элиготенеза в современных республиках Северного Кавказа: дис. кандидат социологических наук: 22.00.06 - Социология культуры, духовной жизни. Ростов-на-Дону. 2004. 138 с.

Оглавление диссертации кандидат социологических наук Чуб, Олег Петрович

Введение.стр.

Глава 1. Теоретико-методологические основания исследования элитогенеза в контексте социокультурного анализа.стр.

1.1 Политическая элита традиционного общества: аскриптивный принцип формирования.стр.

1.2. Достигательность как принцип элитогенеза в современных обществах.стр.

1.3 Региональный элитогенез в современном научном

- дискурсе.стр.

Глава 2. Особенность трансформации региональной политической элиты на Северном Кавказе.стр.

2.1. Социокультурные факторы Северного Кавказа как специфические рамки элитогенеза.стр.

2.2 Этничность как социокультурный компонент формирования северокавказской региональной элиты.стр.

2.3 Особенности функционирования элит Северного Кавказа.стр.

Рекомендованный список диссертаций по специальности «Социология культуры, духовной жизни», 22.00.06 шифр ВАК

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Социокультурная специфика элиготенеза в современных республиках Северного Кавказа»

Актуальность темы. Распад Советского Союза повлек за собой трансформацию социокультурных оснований системы государственного управления, сложившихся на протяжении сотен лет и проявившихся как мобилизационный тип организации1 в различных формах: в историческом облике Московского государства, в облике Российской империи, Советского Союза. Заявленный курс на переход к инновационному типу развития 2, который сможет обеспечить конкурентоспособность российского общества и влиятельный статус российского государства в системе международных отношений, не мог не затронуть структуры власти и не отразиться на изменении культурных смыслов ее формирования.

Ключевая роль в переходе к инновационному типу развития отводится политической элите страны. Это определено как ее непосредственными функциями, так и спецификой территориально-политического пространства Российской Федерации. Имея изначально полиэтнический состав населения, которое проживало в четко отличающихся по различным характеристикам регионах, Российское государство, тем не менее, выстраивало управление территориями на основе принципа унитаризма. Даже в советский период организации федеративного устройства, при провозглашенном и закрепленном в Конституции СССР принципе федерализма, такие отношения де-факто носили унитарный характер и строго регламентировались в соответствии с иерархическим принципом подчинения регионов союзному центру. Именно поэтому в преобразовании социально-политической и социально-экономической систем не последнее место должно было принадлежать поли

1 Мобилизационный тип развития - способ развития в условиях дефицита необходимых для развития ресурсов (финансовых, интеллектуальных, временных, внешнеполитических и иных) и/или в случае опережения встающих перед социумом задач степени зрелости внутренних факторов либо субъектов развития (в ситуации комбинации этих факторов в детальную характеристику инновационного и мобилизационного типов развития).

Инновационный тип развития основан на принципе опережающих инвестиций различных видов ресурсов, и прежде всего финансовых, и предполагает соответствующий уровень образования населения, уровень развития науки, квалификационных навыков работников и т.п 3 тическим элитам, в особенности, учитывая опыт работы и квалифицированную ориентацию в местной социальной среде, ее региональным представителям.

Трансформация социально-политической и социально-экономической систем шла в тесной связи с изменением базисных оснований общества, определяющих сущностное содержание его культуры. В связи с локализацией народов, которые отличаются сохранением в значительной мере комплекса „ традиционной культуры, в разных регионах страны реакция на курс политических и экономических реформ населения этих территорий была различная.

Наиболее болезненно процесс адаптации к новому экономическому и политическому курсу протекает на Юге России, в частности в республиках Северного Кавказа. Кризис экономики, разрушение межрегиональных и внутрирегиональных экономических связей привели к свертыванию индустриального сектора экономики северокавказских республик, а следовательно, к миграции той части населения, которая была занята в промышленном производстве. В политической сфере в начале 90-х годов курс на демократиза-. цию в данном регионе вызвал резкую активизацию национально-радикальных политических сил. Это вызвано тем, что два важнейших институтов политической сферы - институт назначения и институт администра-тивно-территорриальной организации — претерпели изменения со стороны федерального центра. Принцип назначения, сформировавшийся в культурной традиции России с царских времен и являющийся важнейшим элементом механизма формирования политических элит, формально был заменен принципом свободных демократических выборов. Смена административно-территориальной организации на федеральную также предполагает „ изменения финансовой стороны взаимоотношений центра и регионов, однако в современных условиях развития России именно это сторона федеративных отношений оказалась неразрешенной. Тем самым при реализации двух принципов возник значительный разрыв - «ножницы»: финансовое обеспечение территориальной организации осталось в значительной степени централизо-„ ванным, а управленческие кадры стали формироваться «снизу», ориентируясь в своей деятельности на интересы местного населения (при этом данные интересы не обеспечивались местными финансовыми ресурсами). В этой ситуации централизованный контроль над формированием региональных элит несколько ослаб, и тогда это формирование стало происходить в значительной степени под влиянием сохранившихся в регионе культурных традиций. В результате, изменился не столько механизм формирования элит, сколько культурные основания их функционирования, т.е. произошла переакцентировка смысла их деятельности, способа взаимодействия с массами.

Рассмотрение произошедших на региональном уровне подвижек в механизме элитогенеза, за которыми проступают контуры влияния ценностей традиционной культуры на действия политических элит, чрезвычайно важно для достижения эффективности практического взаимодействия центра и региона. От адекватного понимания центром культурных аспектов деятельности региональных элит зависит, с одной стороны, выстраивание прагматических целей внутриполитического курса, с другой - достижение приемлемости его базовых позиций для региональных элит.

Вместе с тем анализ культурных оснований современного элитогенеза % - это мало изученная сторона данной проблемы, что объясняется комплексностью и сложностью вопроса, наличием этнокультурных оснований механизма формирования и деятельности региональных элит, скрытых за политическими институтами модерна. Недостаточная теоретическая разработанность выявленной проблемы и ее практическое значение объясняют актуальность темы диссертационного исследования.

Степень разработанности. Изучение изменения механизма формирования элит и выявление культурных оснований деятельности современных политических элит невозможно без опоры на изучение методологических , подходов к анализу этой социальной группы. Следует отметить, что проблематика элитогеиеза имеет глубокую теоретико-методологическую традицию. Она отражена в классических работах Н. Макиавелли, Г. Моска, Р. Парето, М. Вебера и др3.

В отечественной исследовательской литературе за последние два десятилетия возник ряд направлений в изучении проблем формирования и функционирования политических элит. Они представлены именами таких ученых, как Ашин Г. К., Гоман-Голотвина О. В., Понеделков А. В., Старостин А.В. и др4.

Критические разработки по западноевропейским и американским элитарным теориям Г. К. Ашина стали первыми отечественными трудами в об-лати элитологии. Созданная им при МГИМО школа плодотворно занимается осмыслением проблем формирования и функционирования элит и в частности трансформации российских элит в процессе модернизации страны, восприятия ими новых политических реалий России.

Исследования О. В. Гоман-Голотвиной посвящены анализу истории становления политических элит России и зависимости этого процесса от инновационного и мобилизационного пути развития общества. Ученый рассматривает особенности российской политической элиты, деятельность и формирование которой напрямую были связаны с неблагоприятными климатическими, географическими, экономическими и внешнеполитическими реалиями Российского государства.

Научно-исследовательское направление элитологии, сложившееся на Юге России под руководством А. В. Понеделкова, нацелено на анализ социально-политических аспектов формирования региональных элит (изучается влияние образовательных, возрастных, половых, партийных характеристик

5 Макиавелли Н. Избранные произведения. Ростов-на-Дону: 1998; Моска Г. Правящий класс //Социс №10, 1994 г.; Вебер М. Политика как призвание и профессия. Избранные произведения, М„ 1990.

4 Лшин Г. К. Современные теории элит: критический очерк. М.: 1985; Ашин Г. К., Лозанский Э. Д., Кравченко С. Л. Социология политики. М., 2001; Гоман-Голутвина О. В. Политические элиты России. Вехи исторической эволюции. М.: 1998; Понеделков А. В. Элита (Политико-административная элита: проблемы методологии, социологии, культуры). Ростов-на-Дону: 1995; Ашин Г. К., Понеделков А. В., Игнатов В. Г., Старостин А. М. Основы политической элитологии. М., 1999. б на формирование элит). В последние десятилетия активно разрабатывается проблема природы активности этноэлит. В этом направлении можно выделить две противоположных объяснительных модели: конструктивистскую, представленную в отечественных исследованиях работами В. А. Тишкова, Э. Ф. Кисриева5, и примордиалистскую, отстаиваемую в работах Jl. J1. Хоперской6. Эти ученые акцентируют внимание на различных аспектах политологического анализа функционирования этноэлит. Их позиции расходятся в вопросе о природе формирования этноэлит: так, для В.А.Тишкова этноэлиты выступают рационально мотивированными этническими антрепренерами, а для Л.Л.Хоперской - действительными выразителями интересов и потребностей народов.

Вместе с тем в деятельности этноэлит просматриваются оба этих аспекта, анализ которых предполагает, с одной стороны, изучение взаимодействия по линии «элиты - массы», с другой - взаимодействия по линии «региональная элита - федеральная элита». Данный подход вскрывает не политологический, а социокультурный пласт проблемы, поскольку ориентирует ее исследование на соотношение рациональных и ценностных элементов в мотивации деятельности элит, аскриптивных и достигательных установок, которыми руководствуются представители этноэлит и пр. Такой подход к анализу возможен благодаря этносоциологическим исследованиям, которые представлены в работах целого ряда социологов: Л. М. Дробижевой, Г. С. Денисовой, 3. В. Сикевич7. Однако следует отметить, что, затрагивая проблемы специфики функционирования этноэлит, данные авторы специально не занимаются изучением влияния этнокультурного фактора, который может выступать (и выступает, в частности, в северокавказских республиках) осно

5 Тишков В. А, О феномене этничности. М., 1997; Кисриев Э. Ф. Национальность и политический процесс в Дагестанею Махачкала, 1998.

6 Хоперская Л. Л. Современные этнополитические процессы на Северном Кавказе. Ростов н/Д. 1997.

7 Денисова Г. С. Социальная субъектность этноса (концептуальный подход). Ростов н/Д, 1996; Социальная и культурная дистанция. Опыт многонациональной России. / Авт. Проекта и отв. Ред. Л. М. Дробижева. М., 1998; Сикевич 3. В. Социология и психология межэтнических отношений. С.-Пб., 1999. ванием элитогенеза, задавать вектор функционирования этноэлит в регионе.

§

С некоторого времени этот аспект привлекает внимание А.В.Понеделкова , но в его работах он не получил всестороннего анализа.

Вместе с тем в последние годы под воздействием этнокультурного компонента начала формироваться новая политическая сила - этнократия, влияние которой в регионах с сохранившейся традиционной культурой значительно превосходит силу и ресурсы представителей неэтнической элиты. Чтобы определить механизм формирования этноэлит в северокавказском регионе на современном этапе, нами были также изучены материалы исследований, не всегда связанных с проблемами политических элит9. Например, большой научный интерес в этом плане представляла работа Солдатовой Г.У. «Психология межэтнической напряженности»10. Данное исследование, проведенное на примере народов Северного Кавказа, позволяет выявить значимые психологические качества полиэтничной социальной среды, ее роль в структурировании социальных отношений традиционных обществ региона.

Выделенные направления диссертационного исследования позволяют сделать вывод о том, что в настоящее время создана теоретико-методологическая база для социокультурного анализа проблем формирования и функционирования политических элит, наметились общие подходы к анализу особенностей элитообразования в полиэтничных регионах, накоплен обширный эмпирический материал, выявляющий специфические особенности формирования и функционирования региональной политической элиты Северного Кавказа. На этой основе оказывается возможным проведение исследования особенностей формирования и функционирования политических элит северокавказского региона в социокультурном ракурсе.

8 Понелелков А.В., Старостин A.M. Региональные этнократические элиты юга России. / Региональные элиты в процессе современной российской федерализации. Доклады и сообщения на международной конференции. Ростов н/Д - Майкоп, 2001.

9 Карпов Ю. Ю. Джигит и волк. Мужские союзы в социокульту рной традиции юрцев Кавказа. СПб., 1996. 10 Солдатова Г.У. Психология межэтнической, напряженности. М., 1998.

Объектом исследования выступает процесс элитогенеза в республиках Северного Кавказа, предметом - этнокультурная специфика элитогенеза в северокавказском регионе.

Цель и задачи исследования. Целью работы является изучение влияния этнокультурной специфики на формирование и функционирование политических элит северокавказского региона. Достижение поставленной цели предполагает решение следующих исследовательских задач: проанализировать влияние социокультурного уровня развития общества на механизм формирования политических элит; обосновать необходимость использования социокультурной методологии анализа при изучении элитообразования в полиэтнич-ных регионах; проанализировать факторы, определяющие спецификацию элитогенеза в условиях Северного Кавказа; выделить роль этнического фактора как компонента механизма формирования политических элит в республиках Северного Кавказа; выявить особенности функционирования региональной политической элиты Северного Кавказа; показать особенности трансформации функционирования современных политических элит Северного Кавказа.

Методологическая и эмпирическая основа исследования.

Методологической основой исследования является структурно-функциональный подход и принцип системного анализа. В своих исследованиях автор работы опирался на теоретические разработки Т. Парсонса о пар-тикулярно-аскриптивных и универсально-достигательных функциях в обществе, теорию Р. Мертона о явных и латентных функциях. В работе также были использованы методологические идеи В.А. Тишкова об инициировании этнолидерами этнической мобилизации и инструментальная концепция этносоциологов (Jl. М. Дробижевой, Г.С. Денисовой, З.В. Сикевич) о влиянии этнического фактора на формирование политического поля.

В качестве эмпирического материала выступают публикации центральной (общероссийской), региональной и местной прессы. Из центральных периодических изданий были выбраны газеты «Известия», «Московский комсомолец», «Век» и «Комсомольская правда». Для проведение обзорного текстуального анализа региональных и местных СМИ нами были выделены такие издания, как еженедельная газета «Северный Кавказ» (издается в г. Нальчике Кабардино-Балкарской республики в количестве 30000 экземпляров); газета «Горские ведомости» (выходит 5 раз в неделю в г.Черкесске в количестве 15000 экземпляров); газета «Советская Адыгея» (выходит 5 раз в неделю в г. Майкопе в количестве 13 000 экземпляров); газета «Закубанье» (ежемесячно издается г. Майкопе в количестве 8000 экземпляров); газета «День республики» (издается 3 раза в неделю в г.Черкесске в количестве 10500 экземпляров); еженедельная газета «Возрождение республики» (издается в г.Черкесске в количестве 15 000 экземпляров); еженедельная газета "Я - РусичЪ" (издается в г.Черкесске в количестве 3000 экземпляров); еженедельная газета "Зов" (издается в г.Черкесске в количестве 3000 экземпляров) и "Новая народная газета" (издается 1 раз в неделю в г.Черкесске в количестве 5000 экземпляров).

Помимо газетных публикаций, эмпирическую базу составили данные ряда социологических исследований, а именно: экспертного опроса участников международной конференции по региональным элитам, проведенного Северокавказской академии государственной службы в ноябре 2001 года в г. Майкопе; массовых опросов населения различных республик Северного Кавказа, проведенных Центром социологических исследований РГПУ при поддержке гранта ФЦП «Интеграция» (руководитель - д. с. н., проф. Денисовой Г. С.; грант № С00-70 за 2000-2001 гг). В качестве эмпирического материала выступили также конституционные, правовые, законодательные акты Российской Федерации ряда республик Северного Кавказа; работы, посвященные проблематике становления современного социокультурного ноля в севс-рокавказском регионе и раскрывающие культурно-психологические основы населяющих регион этносов. Существенные дополнения в эмпирическую базу исследования внес анализ монографических работ и интервью ряда политических лидеров северокавказских республик.

Научная новизна диссертационного исследования заключается в постановке, обосновании и решении задач этнокультурного анализа процесса формирования политических элит в поликультурных регионах в условиях демократического развития современной России.

В содержательном плане научная новизна исследования состоит в следующем: выделено различие моделей элитогенеза в традиционном и современном типах общества, в основе которых лежат разные культурные доминанты рекрутирования и способа подготовки кадров; аргументирована необходимость расширения методологии изучения элитогенеза в полиэтничных регионах за счет анализа этнического фактора как культурной составляющей, которая в значительной степени определяет функционирование политических элит; выделены специфические факторы элитогенеза Северного Кавказа, которые воспроизводят и обостряют межэтническую конкурентную среду и задают ожидания со стороны населения ярко выраженного маскулинного типа политического лидера; выделена доминирующая роль этнического фактора в процессе рекрутирования в политическую элиту в полиэтничном регионе, которая задиктовывается особенностями его социально-политического и социально-культурного развития; вскрыта особенность функционирования региональных эт-ноэлит, которая проявляется в формировании и реализации латентной функции, направленной на внутриэтническую консолидацию; выделена особенность трансформации элитогенеза на Северном Кавказе, которая приобрела в 90-е гг. аскриптивно-партикулярный вектор, содержащий в себе архаичные черты.

Гипотеза исследования. На рубеже XX - XXI веков происходит попытка изменить свойственный России мобилизационный тип развития. Это потребовало значительной децентрализации государственной власти, что отразилось на особенностях формирования политической элиты регионов. Удаленность республик от центра, ослабление вертикали власти в стране, повышенная активность национальных движений - все это не могло не отразиться на условиях формирования региональной политической элиты.

Специфика северокавказских республик (исторически короткий срок нахождения региона в составе России, не изжившая себя традиционная клановая структура общества, формирование протогосударственности крупных этносов Кавказа на момент присоединения к России и др.) обусловила высокую значимость этнического фактора при формировании национальных элит.

Общая экономическая ситуация в стране в девяностых годах XX века, характеризующаяся дефицитом финансовых средств и невыполнением в полной мере финансирования центром дотационных субъектов Федерации, привели к использованию лидерами северокавказских республик этнонацио-нального фактора в качестве шантажа центральной политической власти, что создавало условия для политического сепаратизма.

Опыт государственного строительства на Северном Кавказе показывает большую роль в нем этнического фактора, влияющего как на степень участия этнических представителей в структурах власти, так и на методы организации самой власти. Однако традиционные этнические типы лидерства, характерные для северокавказских обществ начала XIX века в современных условиях не только дают сбой в непосредственной работе, но и ставят общества на грань социально-политического и экономического кризиса.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Сравнительный анализ элитогенеза в традиционном и современном типах общества позволяет выделить две его культурные модели, которые отличаются по способам отбора, профессиональной подготовки к исполнению служебных обязанностей и по способам продвижения в управленческой иерархии: в традиционном обществе эта модель опирается на аскрептивно-партикулярные принципы социального взаимодействия, в современном - на универсально-достигательные.

2. Сложившиеся методологические подходы к анализу функционирования региональных элит показывают, что они не учитывают специфическую функцию этничности. Она рассматривается преимущественно в инструментальном или психологическом аспектах; в реальной действительности она является культурной детерминантой, определяющей смысл их деятельности и влияющей на эффективность принимаемых управленческих решений.

3. Факторами, детерминирующими формирование элит в современных условиях Северного Кавказа, являются: открытые конфликты на межэтнической почве; свертывание индустриального сектора экономики (что привело к полной дотационности республик от центра); сохраняющаяся межэтническая конкуренция как культурный архетип общественного сознания региона; геополитическое положение Северного Кавказа, определяющее заинтересованность зарубежных держав к неравноценному взаимодействию с различными республиками. Они определяют специфику элитогенеза, которая проявляется в межэтнической конкуренции элит на межреспубликанском уровне, в ожидании авторитарно-маскулинного типа лидера, что затрудняет интеграцию региона на основании экономико-прогматических интересов.

4. Становление на Северном Кавказе общества современного типа затрудняется тем, что население поддерживает традиционные институты социальной регуляции и что доминирует механизм этнической консолидации. Все это определяет этничность как важный фактор коммуникационных и экономических процессов. В этих социокультурных условиях отбор в элитный управленческий слой осуществляется под влиянием этнического фактора, который выступает доминирующим по отношению к рационально-прагматическим принципам отбора модернистского общества. Сложившаяся социокультурная среда Северного Кавказа способствует созданию такой ситуации, при которой этнизация находит поддержку среди населения и обладает тенденцией закрепления на законодательном уровне.

5. Особенностью функционирования этноэлит в условиях северокавказского региона выступает реализация ими латентной, этнокультурной функции наряду с явной. Это проявляется в этнической мобилизации и конструировании этничности титульных народов, что на уровне культурного воспроизводства выражено в неравномерном развитии этнического компонента образования, организации и функционировании сферы духовного производства различных этносов. Данная функция обладает деструктивным потенциалом по отношению к единому культурному и общеполитическому пространству России.

6. Российские системные реформы 90-х гг. спровоцировали трансформацию способов формирования и функционирования региональных этноэлит. Универсально-достигательный принцип отбора элит, введенный и контролируемый в советскую эпоху, в постсоветский период постепенно вытесняется аскрептивно-партикулярным принципом, который не отвечает требованиям современного модернизационного процесса и резко снижает эффективность социального функционирования.

Теоретическая и практическая значимость исследования состоит в разработке проблемы этнокультурного основания современного политического процесса на Северном Кавказе. Материалы исследования и его выводы могут быть использованы территориальными органами федеральной власти, . занимающимися проблемами кадровой политики, образования и взаимодействия с регионами. Материалы диссертации представляют определенный интерес для средств массовой информации как общественного института, непосредственно влияющего на формирование общественного мнения по проблемам власти и управления.

Теоретические и практические выводы диссертации могут быть использованы в преподавании курсов социальной философии, культурологии, социологии культуры и политологии.

Апробация работы. Основные положения и выводы диссертационного ис-. следования докладывались на конференциях различного уровня: всероссийской научно-теоретической конференции "Пути формирования гражданского общества в полиэтничном Южнороссийском регионе" (Ростов-на-Дону, 2123 сентября 2001г.); всероссийской научно-практической интернет-конференции "Этнические конфликты и их урегулирование: взаимодействие науки, власти, гражданского общества" (Ставрополь, 21-22 мая 2002); всероссийской научной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых "Перспектива 2002" (Нальчик, 25-26 апреля 2002).

Основное содержание диссертации изложено в научных статьях соискателя, общим объемом 2,4 п.л.

Структуру диссертации составляют введение, две главы (включающие 6 параграфов), заключение и список литературы.

Теоретико-методологические основания исследования элитогенеза в контексте социокультурного подхода.

Раскрытие социокультурных аспектов современного элитогенеза на территории северокавказских республик непосредственно требует более детального раскрытия как самого понятия политической элиты, так и анализа основных факторов формирования политической элиты на протяжении мировой истории.

Первоначально термин "элита" употреблялся, начиная с конца XVI века, в качестве обозначения товаров высшего качества, а затем и для обозначения особых, "избранных" людей, прежде всего высшей знати, высшего чиновничества и привилегированного корпуса военных. В социологию этот термин прочно вошел лишь в начале XX века в Европе и в 30-е годы прошлого столетия в Америки, чему способствовали труды классиков элитологии Моска, Парето. Именно на минувшее столетие с его бурно развивающейся общественной, политической мыслью приходится всплеск интереса к элитам общества, в результате чего на свет появляются разнообразные элитологиче-ские теории. Термин "элита" приобретает различные значения в зависимости от взгляда автора: «элитой именуются: лица, получившие наивысший индекс в области их деятельности (В. Парето); наиболее активные в политическом отношении люди, ориентированные на власть, - организованное меньшинство общества (Г. Моска); " боговдохновленные" личности, которые откликнулись на "высший призыв", услышали "зов" и почувствовали в себе способность к лидерству (JI. Фройнд); харизматические личности (М. Вебер)»11. Большая советская энциклопедия содержит следующее определение этого понятия: «Элита (франц. Elite - лучшее, отборное, от лат. Eligo - выбираю), 1) лучшие представители общества или какой-нибудь его части ( элита рабочего класса, культурная элита и т. п.) 2) в немарксистской социологии лица, принадлежащие к так называемому высшему классу; группа лиц, осуществ

11 Ашин Г. К. Современные теории элиты: критический очерк. М., 1985, С. 15

16 ляющая власть в обществе или организации.»12 Что же касается непосредственно самого определения термина политическая элита, то как правило, под ним понимается группы людей, занимающих в обществе высшие властные позиции, обладающих выдающимися организаторскими и профессиональными способностями или качествами воздействия на людей в условиях деятельности политических институтов.

История деления общества на элиты и массы уходит своими корнями в период формирования протогосударственных объединений и зарождения общественных отношений. Зачатки образования политических элит мы находим в истории первобытных обществ и их становление приходится на период зарождения первых государств и появления письменности. Анализ обстоятельств формирования и функционирования элит осуществляется на протяжении истории общественной мысли от Платона до наших дней. Можно выделить два основных принципа формирования политической элиты (далее элиты) рассматриваемых авторами: аскриптивного и достигательного. 0

Похожие диссертационные работы по специальности «Социология культуры, духовной жизни», 22.00.06 шифр ВАК

Заключение диссертации по теме «Социология культуры, духовной жизни», Чуб, Олег Петрович

Заключение.

В предложенной работе была предпринята попытка анализа специфики формирование и функционирование современных политических элит северокавказских республик с учетом социокультурных особенностей региона.

Анализ мировой практики механизмов формирования политической элиты показал, что в силу специфики региона, на Северном Кавказе сложилась следующая ситуация. Являясь составляющей частью общероссийского поля, северокавказский регион, тем не менее, выступает . носителем традиционной культуры, где модернизационные реформы общероссийского масштаба вызвали некоторые регрессивные проявления, которые выступили ответом на резкое усиления модернизационного вектора развития. Эта тенденция проявилась, в частности, в способах формирования и функционирования региональной политической элиты, где важными элементами выступили такие аскриптивные позиции как этничность, клановость, родство.

Аскриптивность как основа становления властвующей элиты была изначально присуща обществу. Эволюция человеческих отношений приводит • и к эволюции аскриптивных черт. Аскриптивность приобретает оттенок «близости к тебе, верности», приобретают новый оттенок и вариации проявления аскриптивности - ориентация на связи, кумовство. Несмотря на качественно новые условия функционирования современного общества, аскриптивные черты играют все еще значительную роль в формировании элитарного слоя. Особенно это проявилось в северокавказском регионе, где процессы вестернизации находят глубокое сопротивление и неприязнь в социальной среде, тяготеющей к традиционализму. Вестернизация как модель модернистского рывка не может найти поддержки в традиционном . укладе общественной жизни.

Такая ситуация, осложненная ослаблением влияния центральной власти на проходящие в регионе социополитические процессы и взрывом национальных движений привела к тому, что политические элиты региона . стали простраивать собственные модели развития республик, основными критериями которых стали курс на строительство моноэтнических политий.

Осмысление социально-политической активности политических элит на региональном уровне выразилось в формировании трех основных направлений интерпретации. Первое направление рассматривает элиты северокавказских республик как частный случай элитогенеза, развивающегося в России в целом. Второй подход рассматривает региональные элиты как выразителей интересов этносов, которым придается самими элитами политическое оформление. Третий подход усматривает в . этничности важное культурное основание элитогенеза. Он задают ракурс исследования региональных элит Северного Кавказа в настоящее время, поскольку позволяет вычленить этнический фактор как тот, который не только выступает фильтром, формирующим политическую элиту в регионе, но и задает ей культурны границы функционирования, направляет вектор ее деятельности, и, тем самым, ограничивает способы ее функционирования.

Совокупность условий, которые сложились в регионе в период 90-х годов показывает, что реальный ресурс элит в их деятельности по организации и нормализации социальной жизни в республиках достаточно . ограничен. Они не могут консолидироваться как в масштабах региона, так и федеральном (в силу менталитета, претензий на власть, стремления к государственности). В экономической сфере они не находят опоры в промышленности (чему способствовала деиндустриализация 90-х гг. и отъезд русских из республик), а сельское хозяйство неэффективно как в силу своей неразвитости, так и в силу того, что данная сфера изначально дотационная. Исход русского сегмента населения и усиление этнизации способствуют усилению тенденций к внутренней консолидированности. Этому способствуют как специфика менталитета, так и традиционная замкнутость. Характеристики диктуемые традиционным обществом с присущими ему чертами, указывают на главную системную характеристику северокавказских этносов - невычлененость индивида из коллектива. Отсюда проистекает отсутствие реальных возможностей проявления демократических тенденций. Традиционность общества и архаизация социальных институтов задают необходимость соответствовать ожидаемым установкам населения на лидеров авторитарно-маскулинного уровня.

Все выделенные факторы предъявляют набор определенных требований к формированию политических элит. Они создаются в перечисленных условиях именно по этническому основанию.

Усиление активности этнических групп в конце 80-х годов XX века на территории России позволило ряду региональных политических элит вывести на повестку дня вопрос о национальном строительстве в ряде субъектов Российской Федерации. Положив в основу строительства общность культуры, исторического прошлого, языка, национальная политическая элита закрепила за этнической принадлежностью функцию ведущего фактора отбора во властвующую элиту. Это обусловлено как социокультурными, историческими предпосылками, так и ориентацией людей на общение со «своим», под которым в первую очередь стали понимать человека своей национальности. Крайними проявлениями этнического отбора в кадровой политике, стали закрепление этого социокультурного компонента на законодательном уровне, этнизацией кадровой политики. Архаизация и феодализация социально-политических отношений, снижение политического, экономического и силового влияния федерального центра привели к запуску механизма формирования региональной политической элиты на этнической основе. Этому же способствовали объективные моменты: усиление политической нестабильности, традиционно высокий уровень этнической консолидации, обуславливающие рост ориентации на строительство моноэтничных политий.

В связи с наличием трудно модернизируемой культурной средой, ее тяготением к традиционной культуре, незавершенностью становления на ее территории основ общероссийского социокультурного пространства и сложной геополитической составляющей в жизни региона, функционирование как общества в целом, так и его политических элит приобрело ряд специфических моментов.

Выполнение политической элитой своих непосредственных функций привело на Северного Кавказа к их замене латентными, необходимость в исполнении которых задиктовывается социокультурными особенностями региона.

Функционирование элиты с упором на латентные составляющие приводит к невыполнению ими своих основных функций. Данное обстоятельство может привести к выпадению региона из общероссийского социокультурного, экономического, политического пространства.

Этническая кадровая политика, становление этнической государственности в ряде республик региона, неразрешенность экономических проблем, противоречащая федеральным законам законодательная база ряда республик, использование этнической карты, вплоть до розжига межнациональных столкновений, в угоду личных целей -все это говорит о неэффективном функционировании правящей региональной элиты.

Дальнейшая реализация латентных функций в противовес общепринятым открытым может привести к обострению ряда скрытых конфликтов и повторению «чеченского» варианта в различных конфликтогенных зонах региона.

Провозглашенный в начале 90—х гг. прошлого столетие курс на построение в стране подлинного федеративного устройства с заложенными в нем ориентирами на самостоятельность субъектов, разделенность власти между центром и регионами, на деле обернулся невиданным синтезом третируемой управленческой некомпетентности и наглых сепаратистских амбиций. Социокультурные особенности ряда регионов поставили на повестку дня в 90-х гг. XX в. вопрос о корректировки реформ с учетом регионального колорита. В первую очередь корректировка курса политических реформ требуется в национальных регионах, и в частности, на Северном Кавказе с его специфичной социальной средой. Так, именно здесь социокультурные рамки деятельности политической элиты предопределили ее региональное развитие. Результатом такой предопределенности стала совершенно иная система функционирования, отличная как от пропагандируемой общефедеральной, так и зачастую от общедемократической.

Основанная в советский период на универсально-достигательных принципах функционирования, в постсоветский региональная элита постепенно изменяет вектор функционирования с учетом аскрептивно-партикулярные черт.

Кризис универсально-достигательных ценностей в начале 90-х гг. XX века приводит к усилению этничности и клановости власти, что нашло свое выражение в попытках построения этнических форм власти. Анализ нынешнего состояния функционирования политической элиты на Северном Кавказе говорит о преобладании в нем регрессивных тенденций в сравнении с предыдущем периодом развития.

В заключении можно сказать, что в настоящее время отсутствие должного взаимодействия центральных и региональных структур власти может привести к образованию новых очагов этнической, культурной и политической напряженности. Отсутствие четких критериев в кадровой, региональной политики с учетом специфики региона дает зачастую отрицательные результаты. Данное исследование может быть полезно для выработки форм и методов взаимодействия центральной и региональной элиты национальных республик. Анализ характера социокультурного основания элитогенеза на Северном Кавказе будет способствовать выработки более конструктивных методик во взаимодействии с политическими элитами региона на всех уровнях.

Список литературы диссертационного исследования кандидат социологических наук Чуб, Олег Петрович, 2004 год

1. Информационное письмо Министру по делам национальностей и федеральным отношениям Российской Федерации В. Михайлову от Председателя ССА Коноваловой Н. Н. От 20 марта 1997 г.

2. Информационное постановление Президенту, Председателю Государственного Совета Хасэ, Председателю ЦИК Республики Адыгея из Прокуратуры РА от 02 марта 2001 г.

3. Информация о состоянии законности в Республики Адыгея в 2000 году. Прокуратура Республики Адыгея в Государственный Совет Хасэ Республики Адыгея от 26 января 2001 г.

4. Конституция Карачаево-Черкесской Республики.

5. Конституция Республики Адыгея.

6. Конституция Российской Федерации.

7. Основной Устав Ассоциации Всемирный Исламский Призыв.

8. Ответ на запрос депутата Коноваловой Н. из АГУ за № 246 от 4 апреля 2000 г.

9. Письмо Правления Союза славян Адыгеи И. О. Президента России В. Путину от 5 марта 2000 г.

10. Указ Президента Республики Адыгея «О внесении изменений и дополнений в Указ Президента» от 04.06.99 г. № 111.

11. Авксентьев А.В., Аксиев А.З. Современные этнокультурные процессы на Северном Кавказе. // Проблемы философии культуры. Ставрополь. 1999.

12. Алексеев А. С. Макиавелли как политический мыслитель. М., 1979.

13. Альтерматт У. Этнонационапизм в Европе. М. 2000.128

14. Андерсон Б. Воображаемые сообщества. М. 2001.

15. Арон Р. Этапы развития социологической мысли. М., 1993 .

16. Атаев М. М., Гаджиев Н. М. Этнополитические процессы в постсоветском Дагестане. Махачкала, 1997.

17. Афанасьев М. Клиентелизм и российская государственность. М.: 1997.

18. Афанасьев М. Н. Клиентела в России вчера и сегодня. // Полис, 1994, № 1.

19. Афанасьев М. Н. Правящие элиты и государственность посттоталитарной России. М.-Воронеж. 1996.

20. Ашин Г. К. Современные теории элит: критический очерк. М.: 1985.

21. Ашин Г. К., Кравченко С. А., Лозанский Э. Д. Социология политики. Сравнительный анализ российских и американских политических реалий. М., 2001.

22. Б. Батчаев Мы сделали Березовского депутатом. // День республики № 115, ' 29.09.2001.

23. Бауман 3. Спор о постмодернизме. // Социологический журнал, 1994, №4.

24. Берзегов Н. А. Дороги моей судьбы. Майкоп, 2000.

25. Бобровников В. О. Мусульмане Северного Кавказа: обычай, право, насилие. М., 2002.

26. Богатырев А.З. Региональные элиты в условиях новой федеральной политики/ Региональные элиты в процессе современной российской федерализации. Доклады и сообщения на международной конференции. Ростов н/Д -Майкоп, 2001.

27. Богомазов А. Умер миф о «Великой Черкесии» // «Новая народная газета», №19(40), 17.05.00г.

28. Большая Советская энциклопедия. Т. 30 М., 1978.

29. Боффа Дж. История Советского Союза. М.: Т. 1-2.

30. Бугай Н. Ф. Горская АССР: правомерность создания, особенности, причина ликвидации.//Национально-государственное строительство в Российской

31. Федерации: Северный Кавказ (1917 1941 гг.). Под ред. Бугай Н. Ф. Беджа-нов М. Б. И др., Майкоп, 1995.

32. Бурдье П. Рынок символической продукции. // Вопросы социологии .1993. №1/2.

33. Бурлацкий Ф. Загадка и урок Николло Макиавелли. М., 1988.

34. В. Б. Пастухов От номенклатуры к буржуазии: новые русские.// Полис 93, №2.

35. Васильева О. Звезды, зажженные Дудаевым. // Новое время. 1994. №37.

36. Вебер М. Политика как призвание и профессия. Избранные произведения, М., 1990.

37. Вебер М. Три типа господства//Двадцать два, М. Иерусалим, 1990, №72, июль - август.

38. Виноградов В. Д., Иванов Д. В. Другой Макиавелли// Вестник С.-Петербургского университета. Серия 6. Философия, Политология., 1994. №3.

39. Восленский М. С. Номенклатура. Господствующий класс Советского ' Союза. М., 1991.

40. Гаджиев К. С. Геополитика Кавказа. М., 2001.

41. Гайдуков В., Осипов В. Роль элитных групп в формировании регионального политического интереса // Трансформация российских региональных элит в сравнительной перспективе. Материалы междунар. семин. М.: МОНФ, 1999.

42. Гасанов И. Б. Национальные стереотипы и «образ врага». М., 1994.

43. Геллнер Э. Нации и национализм. М., 1991.

44. Гоман-Голутвина О. В. Политические элиты России. Вехи исторической эволюции. М.: 1998.

45. Готовность сотрудничать всегда приносит успех. // Статистические данные подготовленные М. Куракеевой, министром КЧР поделам национальностей, печати и информации.

46. Гумелев Jl. Н. Этногенез и биосфера Земли. М., 1994.

47. Гусейнов Г. Стоит ли подключать канализацию к водопроводу? // Дружба народов, 1989, №12.

48. Денисова Г. С. Социальная субъектность этноса (концептуальный подход). Ростов н/Д, 1996.

49. Денисова Г. С. Этнический фактов в политической жизни России 90-хгодов. Ростов -н/Д, 1996.

50. Денисова Г. С., Радовель М. Р. Этносоциология. Ростов-н/Д, 2000.

51. Добагов Хатыза Кому нужно переименовывать Черкесск // Новая народная газета №7 (28), 23.02.00.

52. Добаев И. П. Исламский радикализм в международной политике. Ростов н/Д., 2000.

53. Долгов К. Ренессанс и политическая философия Макиавелли// Новый мир. 1981. №7.

54. Дробижева JI. М., Аклаев А. Р., Коротеева В. В., Солдатова Г. У. Демократизация и образы национализма в Российской Федерации 90-х годов. М., 1996.

55. Дюркгейм Э. О разделении общественного труда. Метод социологии. М., 1991.

56. Емиж Р. Год поиска, надежд и ожиданий // Зов, февраль 2003, № 1.

57. Ерещенко Г. А. Чечено-Ингушская АССР: начальный этап, развитие, совершенствование.//Национально-государственное строительство в Российской Федерации: Северный Кавказ (1917 1941 гг.). Под ред. Бугай Н. Ф. Беджанов М. Б. И др., Майкоп, 1995.

58. Завгородняя JI. В. Конституционная ответственность региональных элит/ Региональные элиты в процессе современной российской федерализации. Доклады и сообщения на международной конференции. Ростов н/Д Майкоп, 2001.

59. Зудин А. Государство и бизнес в посткоммунистической России: цикличность отношений и возможности их институционализации // Полис. 1998. № 4.

60. Игнатов В. Г. Региональная административно-политическая элита как субъект укрепления российского федерализма/ Региональные элиты в процессе современной российской федерализации. Доклады и сообщения на международной конференции. Ростов н/Д-Майкоп, 2001.

61. Игнатов В. Г., Понеделков А. В., Старостин А. М., Сидоренко И. Н. Региональные политические элиты в зеркале социологии. Ростов-на-Дону,2001.

62. Ильин В. В., Ахиезер А. С. Российская государственность: истоки, традиции, перспективы. М., 1997.

63. Институт губернаторства в России: традиции и современные реальности / Под ред. И. С. Слепцова. М.: РАГС, 1997.

64. История народов Северного Кавказа с древнейших времен до конца XVIII в.-М., 1988.

65. Кавелин К. Наш умственный строй. Статьи по философии русской истории и культуры. М.: 1989.

66. Каппелер А. Россия многонациональная империя. М., 1997.

67. Караем А. В., Чернышев А. В. Малый политический катехизис для российских регионов, составленный в Твери и изданный в Брянске после 17 августа 1998 г. Брянск: Курсив, 1998.

68. Каратаев В. Революция в заповеднике//Закубанье №11, 1999.

69. Карпов Ю. Ю. Джигит и волк. Мужские союзы в социокультурной традиции горцев Кавказа. СПб., 1996.

70. Каспэ С. Империя и модернизация . Общая модель и российская специфика. М., 2001г.

71. Качанов Ю. Политическая типология: структурирование политической реальности. М., 1995.

72. Керашев А., Меретуков Р., Пренко А., Десять лет и вся жизнь. Аслан Джаримов Президент республики Адыгея. Майкоп, 1999.

73. Кисриев Э. Ф. Национальность и политический процесс в Дагестане.• Махачкала. 1998.

74. Ключевский В. О. История сословий. Минск. 1994.

75. Ключевский В. О. Русская история. Полный курс лекций в трех книгах. М.: 1993.

76. Ковальская Г. Заговор без определенной цели. // Новое время. 1994. №38.

77. Козырева Т.Й. «Мы интересы русских не предаем» // «Новая народная газета», № 17, 01.12.99г.

78. Корнилов А. Курс истории России. М.:1993.

79. Кошкарева Т., Назиркулов Р. Будущий президент России будет избран на• аукционе по "Роснефти" // Независимая газета. 1998. 23 января.

80. Куколев И., Штыков П. Становление элитоведения //Социальные исследования в России. Немецко-российский мониторинг. Берлин; М., 1996.

81. Култыгин В. П. Ранняя итальянская социология. М.: 1993.

82. Лапина Н. Группы интересов и их представительство в структурах власти //Полития. 1997. №2.

83. Лаув Б. Карачаевцы разочаровались в президенте.// Горские ведомости, 6 февраля 2001 г.

84. Левшуков Р. А. Ислам в социокультурном пространствен Северного • Кавказа: интеграционные и дезинтеграционные функции. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата социологических наук. Ростов -н/Д, 2002.

85. Лейпхарт А. Демократия в многосоставных обществах: сравнительное исследование. М., 1997.

86. Ленин В. И. Избранные произведения в 4-х т. М., 1986.

87. Лечебрина Т. За правдой» в «Адыгэ Хасэ» // «Новая народная газета», №32(53), 16.08.00г.

88. Лечебрина Т. Хочу дружить со всеми. // «Новая народная газета», №19 . (40), 17.05.00г.

89. М. А.-А. Батдыев Семенов испуган. Его последняя «соломинка» ложь.// День республики № 112-113 (16315), 28.08.03.

90. Магомедов А. Локальные элиты и идеология регионализма в новейшей России; сравнительный анализ. Ульяновск: УлГТУ, 1998.

91. Макаренко Б. Губернаторские «партии власти» как новый общественный феномен//Политая. 1998. №1

92. Макаренко В. П. Бюрократия и сталинизм. Ростов-н/Д, 1989.

93. Макиавелли Н. Избранные произведения. Ростов -н/Д, 1998.

94. Макиавелли Н. История Флоренции. М.: 1987.

95. Малахова Г. Н. Становление Российской администрации на Северном Кавказе в конце XVIII первой половине XIX века. М. - Пятигорск, 1999.

96. Манхейм К. Человек и общество в эпоху преобразования // Диагноз нашего времени. М.: 1994.

97. Мертон Р.К. Явные и латентные функции // Структурно-функциональный анализ в социологии. Вып. 1. М., 1968.

98. Миллс Р. Властвующая элита. М., 1959.

99. Милюков П. Н. Очерки по истории русской культуры. Изд.6. СПб.: 1909.

100. Монтескье Ш. Избранные произведения. М. 1955.

101. Моска Г. Правящий класс.// Социс, №10, 1994.

102. Музаев Т. "Отец ингушей", или "Кавказбаши"? // Новое время. 1997. №16.

103. Нарта М. Теория элит и политика // Пер. с чеш. В. Н. Орел. М.: 1978.

104. Национальная карта-2 //День республики №110 (16312), 23.08.03.

105. Общая социология// Под ред. А. Г. Эфендиева, М., 2000.

106. Опять Береза? II Я- РусичЪ, №22 (44), 27.08.03.

107. Ортега-и-Гассет X. Восстание масс. Эстетика. Философия культуры. М., 1992.

108. Пайпс Р. Россия при старом режиме. М.: 1993.

109. Палеолог М. Царская Россия накануне революции. М.: 1991.

110. Панарин А. Вызов // Знамя. 1994. №6.

111. Панарин А. С. Политология. М., 2000, С. 71.

112. Панеш Э. X. Традиции в политической культуре народов северо-западного • Кавказа. // Этнические аспекты власти: сборник статей. Отв. редактор В. В.1. Бочаров, СПб., 1995.

113. Парсонс Т. Система современных обществ. М., 1997.

114. Перегудов С. Российские группы интересов. // МЭМО. 1997. № 1.

115. Петров Н. Отношения «Центр—регионы» // Регионы России в 1998 г. М.: Фонд Карнеги, 1999.

116. Пляскин В. П. Военные аспекты государственной национальной политики России на Кавказе (1864-1917). Ростов н/Д, 2002.

117. Политические технологии в утверждении суверенитета// Становление . государственности Адыгеи. Т. 1,М., 1997.

118. Политология. Под ред. Решетникова С. В. Минск, 1999.

119. Понеделков А. В. Элита (Политико-административная элита: проблемы методологии, социологии, культуры). Ростов-на-Дону: 1995.

120. Понеделков А.В., Старостин A.M. Региональные этнократические элиты юга России. / Региональные элиты в процессе современной российской федерализации. Доклады и сообщения на международной конференции. Ростов н/Д-Майкоп, 2001.

121. Попов А. Не Северном Кавказе не только стреляют. // Северный Кавказ. 1999. №41.

122. Пресняков А. Российские самодержцы. М.: 1990.

123. Пути мира на Северном Кавказе: Независимый экспертный доклад.// Под ред.В. А.Тишкова.М., 1999.

124. Региональные элиты Северо-Запада России: политические и экономические ориентации / Под ред. А. В. Дуки, СПб, 2001.

125. Россия регионов: трансформация политических режимов. Под ред. Гельмана В., Рыженкова С., Бри М. М., 2000.

126. Рябов И. С именем Шамиля на устах. // Новое время. 1994. №37.

127. Сахаров А. Д. О стране и мире. Нью-Йорк, 1975. ;

128. Семенов К. Народ имеет право на ошибку. // Возрождение республики, апрель 2001г.

129. Сикевич 3. В. Социология и психология межэтнических отношений. С. Пб., 1999.

130. Ситуация в Адыгее: взгляд из Москвы. (Доклад Главного контрольного управления Президента РФ)//Закубанье, сентябрь 2000 г., № 18.

131. Скаков А., Халмухамедов А. Кавказ перед оттепелью. // «Век» №7, 2002 г.

132. Смирнов В. Н. Особенности культурной установки правящей элиты / Региональные элиты в процессе современной российской федерализации. Доклады и сообщения на международной конференции. Ростов н/Д Майкоп, 2001.

133. Смирнягин JI. В. Российский федерализм: парадоксы, противоречия, . предрассудки. М.: МОНФ, 1998.

134. Солдатова Г. У. Психология межэтнической, напряженности. М.: Смысл, 1998.

135. Соловьев С. Чтение и рассказы по истории России. М.: 1989.

136. Солоневич И. JI. Народная монархия. М.: 1991.

137. Сорников А. Г. Легенда Шамиля. // Московские новости. 1994. 27 нояб. 4 дек.

138. Социальная и культурная дистанция. Опыт многонациональной России. / Авт. Проекта и отв. Ред. Л. М. Дробижева. М., 1998.

139. Сперанский М. М. Проекты и записки. М.-Л. 1961.

140. Так кто же уничтожает адыгейскую культуру? Интервью с бывшим министром культуры республики Адыгея Галецким М. Е.// Закубанье №9, май 2003.

141. Темирова А. Борис Акбашев хотел уйти, но «Хасе» его не отпустило.// Горские ведомости №9, 27 февраля 2001.

142. Темнов Е. И. Макиавелли. Из истории политической и правовой мысли. М., 1987.

143. Тишков В. А, О феномене этничности. М., 1997.

144. Тишков В. А. О природе этнического конфликта.

145. Тишков В. А. Этничность, национализм и государство в посткоммунистическом обществе. // Вопросы социологии .1993. №1/2

146. Туровский Р. Отношения «центр регионы» в 1997-1998 гг.: между конфликтом и консенсусом // Полития. 1998, №1.

147. Устинов В. Конституция субъектов Федерации реальная угроза Российской государственности.//Известия, 21 ноября 1998 г.

148. Фадеев В. Власть и бизнес: компромисс или союз? // Власть. 1998. № 2;

149. Федотов Г. Судьба и грехи России. Избранные статьи по философии русской истории и культуры. Т.2., СПб.: 1992.

150. Фейхтвангер Л. Москва, 1937. М.-.1990.

151. Фонотов А. Г. Россия: от мобилизационного общества к инновационному. М.: 1993.

152. Хоперская Л. Л. Современные этнополитические процессы на Северном Кавказе. Ростов н/Д. 1997.

153. Цогоев В. Предупреждение и разрешение региональных конфликтов. Владикавказ: ИР, 1999.

154. Цюрупа А. И. Национальный инстинкт как предмет научного исследования.//Полис, 1997, №1.

155. Чекунова Ф. Возможны ли в КЧР цивилизованные выборы?// Возрожде-«ние республики №19 (117), 13.05.2003.

156. Черноус В. В. Развитие государственного управления России на Северном Кавказе в дореформенный период// Сборник Северо-Кавказской академии государственной службы. Ростов н/Д, 1995.

157. Черноус В. В. Россия и народы Северного Кавказа: проблемы культурно-цивилизационного диалога// Научная мысль Кавказа. 1999, №3.

158. Чернышев А. Г. Поволжье: мобилизация интересов регионов или этересы «мобилизационного общества»? // Перспективы и проблемы становления Поволжского регионализма. М.; МОНФ, 1999.

159. Чернышев А. Г. Регион как субъект политики. Саратов, 1999.

160. Чуев Ф. И. Сто сорок бесед с Молотовым. Из дневника Ф. Чуева. М, 1991.

161. Шансугов Д. Ю. Юридическая элита и ее роль в формировании гражданского общества и правового государства/ Региональные элиты в процессе современной российской федерализации. Доклады и сообщения на международной конференции. Ростов н/Д Майкоп, 2001;

162. Шаран П. Элитизм. // Политология вчера и сегодня. Выпуск третий. М.: 1991.

163. Эрн В. Ф. Что такое форсировка? // Эрн В. Ф. Сочинения. М.: 1991.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.